Вячеслав Гот
Маникюр для покойника

Маникюр для покойника

Глава 1. Маникюр, который закончился похоронным маршем

– Скажите, а у вас есть лак под цвет гроба? – спросила меня клиентка и томно закатила глаза.

Я чуть не уронила пилочку. Обычно женщины в моём скромном салоне «Красота от Маши» просят что-то более банальное: «нюд», «бордо», «шампань». Но чтобы «под цвет гроба» – впервые!

– Простите, под какой? – осторожно уточнила я.

– Под цвет гроба, – повторила дама, как будто речь шла о самом обыденном выборе. – Он будет дубовый, с золотыми ручками. Хочу, чтобы маникюр гармонировал.

Сказать, что я опешила, – ничего не сказать. Дама, между прочим, выглядела вполне живой: щеки румяные, духи дорогие, волосы уложены так, что ни один циклон не справился бы. Я мысленно решила: передо мной очередная эксцентричная клиентка.

– Может, вы имели в виду вечернее платье? – попыталась я сгладить ситуацию. – Обычно девушки подбирают лак к наряду.

– Нет, именно к гробу, – улыбнулась она так, будто говорила о новом автомобиле. – Ведь я же должна быть красивой, когда буду лежать…, ну вы понимаете.

Я поняла. И мне сразу захотелось сбежать из собственного салона. Но куда там – клиентка уже водрузила руки на стол и потребовала:

– Красим!

Я вздохнула, выбрала самый тёмный бордовый оттенок, и пока возилась с её ногтями, пыталась завести разговор на нейтральные темы. Но не тут-то было.

– Ах, Маша, – доверительно произнесла она, – вы ведь понимаете, смерть – это тоже событие. Вот у моей подруги Светки – совсем недавно похороны были, так все ахнули: лежала как королева. Маникюр, причёска, платье от кутюр. А я чем хуже?

Я чуть не уронила баночку с лаком.

– Вы… простите… готовитесь к…

– Ну конечно! – перебила она. – Уже всё заказала. Гроб, венки, музыкантов. Осталось только дождаться часа «икс».

Тут я окончательно решила, что у дамы не все дома. Но деньги она платила исправно, и даже чаевые оставляла щедрые, так что спорить не стала.

Звали её, кстати, Маргарита Львовна. Богатая вдова, судя по кольцам на пальцах, серьгам в ушах и манере разговаривать так, будто весь мир обязан аплодировать её прихотям.

– Вот, – сказала я, закончив маникюр, – можете полюбоваться.

Маргарита Львовна вытянула руки и долго изучала ногти, словно решала, достаточно ли она эффектна для вечности. Наконец кивнула и довольно произнесла:

– Прекрасно! Если завтра умру, буду самой стильной покойницей в городе.

Я скривилась, но промолчала.

На следующий день моя жизнь разделилась на «до» и «после».

Утром я пришла в салон, едва допив кофе, и едва не споткнулась у двери. На крыльце стояла толпа. Люди шушукались, переглядывались и явно чего-то ждали.

– Простите, что случилось? – спросила я, протискиваясь к двери.

– Вы что, не слышали? – ахнула соседка по зданию, продавщица из цветочного магазина. – Ваша клиентка вчерашняя, эта… как её… Маргарита Львовна! Её нашли ночью в собственной спальне. Мёртвую!

Я чуть не выронила ключи.

– Как мёртвую?!

– Так и мёртвую, – подтвердила соседка. – Причём, говорят, лежала в новом гробу, в платье, с макияжем и… маникюром!

У меня по спине пробежал холодок. Это что же, получается – я вчера сделала покойнице последний маникюр?

Толпа загудела. Кто-то шептал про отравление, кто-то – про самоубийство, а третьи утверждали, что всё это странно: слишком уж тщательно подготовленная смерть.

Я заперлась в салоне, села на диван и принялась трястись. В голове крутилась одна мысль: «Не дай бог, меня теперь потащат в полицию!»

И действительно – через полчаса на пороге появились два мрачных мужчины в штатском. Один был худой, как жердь, второй – пухлый и розовощекий.

– Вы мастер маникюра Мария Петровна? – спросил худой.

– Я, – пискнула я.

– Тогда собирайтесь, поедем, побеседуем.

В кабинете следователя пахло прокуренными бумагами. Я сидела на стуле и чувствовала себя последней преступницей, хотя моё единственное «преступление» заключалось в том, что я умела ровно красить ногти.

– Значит, утверждаете, что вчера сделали маникюр погибшей? – уточнил следователь.

– Да. Она сама пришла. Сказала… – я запнулась. – Сказала, что хочет, чтобы маникюр подошёл к гробу.

Следователь вскинул бровь.

– К гробу?

– Да, – кивнула я, – и выглядела абсолютно серьёзно.

– Хм. Странно. – Он сделал пометку в тетради. – А с собой она ничего подозрительного не приносила?

– Нет, только сумочку. И… – я вспомнила – …ещё телефон. Она всё время на кого-то ворчала по телефону. Кажется, на племянника.

– Ага, – кивнул следователь. – Запомним.

Я сидела, кусала губы и думала только об одном: «Господи, зачем я вообще открыла этот салон?!»

Вечером я вернулась домой и решила выпить валерьянки. Но не успела налить себе капли, как в дверь позвонили. На пороге стояла моя лучшая подруга Люба, которая работала бухгалтером и считала себя великим сыщиком после того, как однажды разоблачила продавца просроченного кефира.

– Машка, я всё знаю! – заявила она с порога. – Твою клиентку убили!

– Да ну?! – фыркнула я. – А я думала, она умерла от передозировки шоколадных тортов.

– Ничего смешного, – обиделась Люба. – Я слышала: у неё огромное наследство, и на него претендует целая армия родственников.

– И что мне теперь делать? – спросила я, едва не плача.

Люба лукаво прищурилась.

– Помочь полиции! Ты ведь последняя, кто её видел живой. А значит, у тебя есть ключ к разгадке.

Я закатила глаза. Мне-то хотелось спрятаться под одеяло и забыть обо всём. Но, похоже, судьба решила иначе.

Ирония в том, что я, простая мастер маникюра, совершенно не собиралась становиться сыщицей. Но, как выяснилось, судьба уже выбрала для меня маникюр, который закончился похоронным маршем…

Глава 2. Клиентка без ногтей, но с пистолетом

Я честно думала, что после истории с Маргаритой Львовной ко мне никто не придёт ещё месяца два. Ну сами подумайте: какая нормальная женщина захочет делать маникюр у мастера, у которой клиентка отправилась в мир иной меньше, чем через сутки?

Но жизнь, как всегда, вносит свои коррективы.

На следующий день в салон ввалилась дама лет тридцати пяти, с лицом, будто её только что вытащили из миксера: румяна размазаны, тушь текла, а помада неровная.

– Вы Маша? – рявкнула она.

– Э-э… да, – осторожно ответила я.

– Срочно сделайте мне ногти!

Я взглянула на её руки и чуть не присвистнула. У дамы ногтей как таковых не было – обгрызенные, облупленные, некоторые треснули до самой середины.

– Эм… ну, это займёт время, – пробормотала я.

– Время у нас у всех ограничено! – драматично заявила она и бухнулась в кресло.

Я решила, что ко мне опять пришла ненормальная. Но ведь таких, по моему личному наблюдению, процентов девяносто клиентов.

– Как вас зовут? – спросила я, доставая пилочку.

– Инга, – коротко бросила она.

Я молча принялась за работу, и тут произошло нечто, что выбило меня из колеи окончательно. Инга достала из сумки… пистолет! Настоящий, блестящий, холодный. И положила его прямо на стол, аккуратно рядом с моим лаком «Малиновый соблазн».

– Это… это зачем? – прохрипела я, чувствуя, как мои колени превращаются в кисель.

– Чтобы вы знали, я не шучу, – отрезала Инга. – Мне нужно выглядеть идеально. Сегодня вечером у меня встреча. И если я не произведу впечатления, я труп.

Я нервно сглотнула.

– Может, всё-таки обойдёмся без оружия? Оно, знаете, слегка портит атмосферу салона красоты.

– Не волнуйтесь, стрелять не буду, – сказала Инга и поправила размазанную помаду. – Разве что, если вы испортите мне ногти.

Я побледнела и решила, что, пожалуй, постараюсь изо всех сил.

Пока я колдовала над её руками, Инга начала рассказывать свою историю.

– Понимаете, у меня сегодня свидание, – сообщила она. – Но не простое, а с одним человеком… очень опасным.

– Ага, – кивнула я, стараясь не глядеть на пистолет. – И чем же он опасен?

– Он любит женщин… но они после него долго не живут.

Я чуть не уронила кисточку.

– В каком смысле – «не живут»?

– В самом прямом, – вздохнула Инга. – У него было три жены. Все умерли при странных обстоятельствах.

Я перестала дышать.

– И вы всё равно идёте на свидание?

– А что делать? – пожала плечами она. – Я по уши влюблена.

Я поняла, что попала. Судя по моим клиенткам, любовь – это не чувство, а разновидность психического расстройства.

Я закончила покрывать её ногти розовым гель-лаком, и вдруг дверь распахнулась. На пороге возник мужчина в плаще, похожий на агента из дешёвого боевика.

– Инга! – рявкнул он. – Что ты тут делаешь?!

Инга дёрнулась, схватила пистолет и спрятала под сумку.

– Я… маникюр делаю, не видишь? – огрызнулась она.

Мужчина смерил меня тяжёлым взглядом, от которого у меня внутри всё похолодело.

– Быстрее заканчивай и пошли, – приказал он. – Вечером у нас встреча.

Инга резко встала, едва не смазав свежий лак.

– Да подожди ты! – рявкнула она. – У меня ногти сохнут.

Мужчина фыркнул и вышел, громко хлопнув дверью.

Я вцепилась в столешницу.

– Инга, что это вообще было?

– Мой кузен, – устало ответила она. – Думает, что может командовать. Но я сама выбираю, с кем мне встречаться.

Я покосилась на её сумку, где всё ещё поблёскивал пистолет.

– Может, вам лучше отказаться от этого свидания?

– Никогда! – вспыхнула Инга. – Я должна выяснить правду. Если этот человек и правда убийца, я первая его раскрою.

Я решила, что сумасшествие – заразно, и у меня уже пошли первые симптомы.

Инга ушла, а я осталась сидеть среди баночек с лаками и думала: «Господи, ну за что мне все эти клиенты?»

Сначала Маргарита Львовна, которая готовилась к собственной смерти. Теперь Инга с пистолетом и женихом-маньяком.

И тут мне пришла страшная мысль: а что, если все эти истории связаны?

Я отмахнулась: глупости! Но где-то в глубине души понимала – этот маникюр тоже закончится чем-то очень нехорошим.

Глава 3. Соседка в халате и чемодан с секретом

Я только собиралась закрыть салон и уйти домой, когда в дверь забарабанили так, будто там стояла не клиентка, а коллекторы.

– Машка, открывай, я знаю, что ты там! – раздался за дверью голос моей соседки тёти Зины.

Тётя Зина – это явление природы. Её возраст определить невозможно: от пятидесяти до ста лет, в зависимости от освещения и градуса выпитого. Ходит она вечно в одном и том же плюшевом халате с огромными ромашками, который, судя по состоянию ткани, видел ещё Брежнева.

Я нехотя открыла дверь.

– Маш, спасай! – зашептала тётя Зина и оглянулась так, будто за ней гнались киллеры ФСБ. – У меня чемодан.

– Ну и что? – устало спросила я. – У каждого человека есть чемодан. Даже у меня.

– Но мой – особенный! – торжественно заявила она. – Там секрет!

Я уже собиралась посоветовать ей меньше смотреть сериалов про шпионов, но тут Зина втолкнула в мой салон огромный красный чемодан на колёсиках, который выглядел так, будто побывал во всех аэропортах мира и пару раз в аду.

– Откроем? – заговорщицки подмигнула она.

– Зина, у меня тут салон красоты, а не склад находок.

– Ты не понимаешь! – зашептала соседка. – Этот чемодан я нашла у мусорки. Там внутри что-то тяжёлое. Я думала, может золото. А вдруг бриллианты?

Я закатила глаза. Моя жизнь в последнее время напоминала дурной сериал: одна клиентка готовится к собственной смерти, другая приходит с пистолетом, теперь вот соседка с «чемоданом сокровищ». Не хватало только НЛО.

– Ну ладно, – сдалась я. – Давайте посмотрим.

Зина, тяжело дыша, щёлкнула замком. Чемодан с трудом поддался, и крышка с грохотом распахнулась.

Я заглянула внутрь – и сердце ушло в пятки.

Там лежал мужчина. Вернее, то, что от него осталось: бледное лицо, закрытые глаза, руки, аккуратно сложенные на груди.

– Мамочки! – заорала я и подпрыгнула. – Зина, ты притащила в мой салон труп!

– Да ладно! – удивилась она и наклонилась поближе. – Ой… и правда.

– «Ой и правда»?! – я чуть не задохнулась от возмущения. – Ты принесла мертвого человека! В чемодане! В салон красоты!

– А что мне было делать? – обиделась Зина. – Бросить его на улице? Там дети гуляют, собаки. Нехорошо же.

Я уже собиралась схватиться за телефон и вызвать полицию, но Зина неожиданно схватила меня за руку.

– Маш, только не звони! – зашептала она. – Если мы позвоним, нас самих сделают подозреваемыми! Скажут, что мы его прикончили и в чемодан засунули!

Я замерла. С учётом моего вчерашнего допроса у следователя, перспектива снова объясняться с полицией меня совсем не радовала.

– Так что ты предлагаешь? – прошипела я.

– Сначала выяснить, кто он, – уверенно сказала Зина. – Может, это вообще манекен.

Я снова заглянула в чемодан. Нет, манекенов я в жизни видела достаточно. Этот тип был самым настоящим человеком. Пусть и слегка испортившимся.

– Может, хотя бы посмотрим документы? – предложила я.

Зина закивала и полезла в карман брюк покойника. Через секунду она торжествующе вытащила кошелёк.

– Ого! – присвистнула она. – Толстенький. Наверное, при жизни богатый был.

Я выхватила кошелёк и открыла. Внутри – пара кредиток, водительские права и фотография. На фото – мужчина средних лет в дорогом костюме, рядом с ним какая-то дама. И… я чуть не уронила карточку.

– Это же… – пробормотала я.

На фотографии была Маргарита Львовна. Та самая клиентка, которой я вчера делала маникюр «под цвет гроба».

– Так-так-так, – протянула Зина. – Интересненько. Значит, покойничек был её знакомым.

У меня закружилась голова. Что-то явно связывало моих клиентов и эту странную череду смертей.

– Маш, – толкнула меня Зина, – давай чемодан пока спрячем. У тебя есть подвал?

– Нет! – возмутилась я. – Я не собираюсь хранить труп у себя в салоне!

– Ну тогда у меня, – спокойно сказала Зина. – У меня подвал большой, там и так банки с огурцами, никто не заметит.

Я хотела закричать «ты с ума сошла?!», но потом представила, как снова объясняюсь в полиции, и сникла.

– Ладно, – прошептала я. – Только недолго. Завтра утром решим, что делать.

И вот представьте картину: ночь, я и тётя Зина тащим красный чемодан по двору, стараясь не греметь колёсиками. Собаки лают, соседи выглядывают из окон, а мы улыбаемся, будто несём мешок с картошкой.

– Машка, – шептала Зина, – ты понимаешь, что это настоящее расследование?

– Да, – мрачно ответила я. – Только вот почему-то я в нём главная подозреваемая.

Мы дотащили чемодан до её подвала и с трудом засунули внутрь, между банками с солёными помидорами.

Когда я вернулась домой, сон, конечно же, не пришёл. Перед глазами стояло лицо покойника, а в ушах звучала фраза Маргариты Львовны: «Хочу маникюр под цвет гроба».

Мне начинало казаться, что все эти смерти вовсе не случайны.

И самое страшное – я уже была втянута в эту историю по уши.

Глава 4. Мужчина в костюме и его мёртвые тайны

Утро началось с того, что я попыталась выпить кофе, но рука предательски дрожала, и половина содержимого кружки оказалась на моём халате. Видимо, сон о чемодане с покойником оставил на мне след, который никаким «Тайд» не отстираешь.

В дверь позвонили. Я подпрыгнула, ожидая увидеть полицию, спецназ или, на худой конец, похоронное бюро. Но на пороге стояла моя соседка тётя Зина – в том же халате с ромашками, только на голове красовалась бигуди.

– Маш, срочно! – зашептала она. – Надо идти к Маргарите Львовне!

– С какой стати? – буркнула я. – У меня, между прочим, работа. Маникюры, педикюры, депиляции.

– Работа подождёт! – отрезала Зина. – Ты видела фотографию? Этот покойничек явно был с ней знаком. Надо узнать, кто он.

Я закатила глаза. Вчера ещё я была мастером маникюра, а сегодня, кажется, становилась напарницей влюблённой в детективы пенсионерки.

Мы пришли к Маргарите Львовне. Дверь открыла сама хозяйка – в строгом чёрном платье, с идеально уложенной прической и лицом, на котором хоть картошку жарь: ни морщинки, ни эмоции.

– Доброе утро, – выдавила я.

– Машенька, здравствуйте, – холодно ответила она. – Вы пришли… по делу?

Я хотела соврать, что случайно, но Зина вмешалась:

– А мы вот что-то вспомнили. Мужчину видели рядом с вами, в костюме таком красивом. Не ваш знакомый?

Лицо Маргариты едва заметно дёрнулось.

– Ах, вы про Бориса? – произнесла она. – Это мой… знакомый.

– Уже «был», – пробормотала я.

– Что? – прищурилась она.

– Я говорю, был очень элегантный мужчина, – быстро выкрутилась я.

– Борис недавно уехал по делам, – сухо сказала Маргарита. – Его нет в городе.

Я с трудом удержалась, чтобы не выдать истерический смешок. Если уехал, то только в подвал тёти Зины.

Когда мы вышли на улицу, Зина прошептала:

– Видела? Она знает!

– Конечно, знает, – согласилась я. – Этот Борис у неё в обнимку на фото, а теперь в обнимку с нашим чемоданом.

– Надо копнуть глубже, – уверенно заявила Зина. – Я, кстати, нашла в кармане чемодана кое-что ещё.

Она вытащила сложенный пополам листок бумаги. Я схватила его и прочитала: «Салон красоты „Ласточка“, приём в 17:00».

Моё сердце ухнуло куда-то в район пяток.

– Это же мой салон! – воскликнула я. – Он записывался ко мне!

– Ну вот, – торжествующе сказала Зина. – Значит, он к тебе шёл.

– Но зачем? – пробормотала я. – На маникюр?

Представить себе крупного мужчину в дорогом костюме с френчем на ногтях я не смогла.

Вечером, когда я уже собиралась закрыть салон, дверь тихо приоткрылась, и на пороге появился мужчина лет сорока пяти, высокий, в очках.

– Вы Маша? – спросил он.

– Допустим, – настороженно ответила я.

– Я частный детектив. Меня зовут Сергей Иванов. Я ищу Бориса Котова. Он ваш клиент?

Я чуть не упала со стула.

– Слушайте, – прошептала я, – а что он вам?

– Он исчез, – серьёзно сказал детектив. – А его жена считает, что он… в опасности.

– Жена?! – вырвалось у меня. – Но я думала, у него…

– У него много чего, – устало сказал Иванов. – Вопрос в том, что именно довело его до исчезновения.

Я сглотнула. Врать детективу – идея плохая. Но говорить всю правду – ещё хуже.

– А если я кое-что знаю? – осторожно произнесла я.

– Тогда лучше сказать, – ответил он и посмотрел так пристально, что у меня внутри всё сжалось.

Я колебалась. С одной стороны – чемодан в подвале Зины, который надо как-то объяснять. С другой – детектив, который явно что-то подозревает.

– Маш, – раздался вдруг шёпот из-за двери. – Это я, Зина! У меня новости!

Я застонала. Отличный момент.

– Зайдите уже, – обречённо сказала я.

Зина ввалилась в салон и радостно выпалила:

– Машка! Я открыла чемодан снова! Там, под lining-ом, тайник!

Я закрыла лицо руками.

– Какой тайник? – насторожился детектив.

Зина гордо развернула маленький конверт.

– Вот! Бумаги какие-то.

Я выхватила конверт и быстро просмотрела содержимое. Это были распечатки банковских счетов. Цифры там такие, что у меня закружилась голова: миллионы рублей.

Детектив Иванов прищурился.

– Ну что ж, похоже, господин Котов вёл двойную жизнь, – тихо сказал он. – И кто-то очень не хотел, чтобы тайна вскрылась.

Я посмотрела на конверт, потом на Зину, потом на детектива.

И поняла: моя тихая жизнь мастера маникюра окончательно закончилась.

Глава 5. Тёща с борщом и тело на балконе

Я думала, что после чемодана с покойником и визита частного детектива в моей жизни уже не останется места сюрпризам. Но судьба, как всегда, решила подлить масла в огонь. Причём не масла, а целого борща.

Вечером я вернулась домой и обнаружила в своей кухне… тёщу. Да-да, именно её. Хотя формально я замужем не была уже три года, но Валентина Ивановна упорно считала меня «бывшей невесткой» и регулярно появлялась с кастрюлями еды.

– Машенька! – воскликнула она, размахивая половником, как знаменем. – Я тут вам борщ сварила! На мясном бульоне, со сметанкой.

Я устало опустилась на стул.

– Валентина Ивановна, вы же знаете, что мы с Игорем давно развелись.

– Ну и что? – бодро отрезала она. – Развелись-то вы с ним, а не со мной!

Возражать было бесполезно. Борщ в кастрюле булькал, а в моей голове булькали мысли: куда деть чемодан с трупом, как объяснить детективу счета на миллионы и при чём тут я вообще?

Я взяла ложку, сделала вид, что ем, и тут услышала странный звук. С балкона.

Сначала шорох, потом глухой стук, словно кто-то уронил гирю.

– Это коты, – решила я вслух, чтобы успокоить себя.

– Какие коты? – прищурилась Валентина Ивановна. – У тебя же даже кактус дохнет, а котов тут сроду не было.

Мы подошли к балконной двери. Я, затаив дыхание, толкнула створку. И замерла.

На моём балконе лежало тело. Настоящее. Мужчина в тёмной куртке, лицом вниз, неподвижный, как новогодняя ёлка в феврале.

Я заорала так, что весь дом, наверное, оглох. Тёща тоже завизжала, но через секунду взяла себя в руки и гаркнула:

– Машка! Звони в полицию!

Полиция приехала быстро. Два крепких сержанта и следователь в мятом пиджаке. Я тараторила так, что язык чуть не завязался в узел:

– Я ничего не знаю! Я просто борщ ела! А он сам! На балкон упал!

Следователь, мужчина с усталым лицом и мешками под глазами, только вздохнул.

– Девушка, спокойно. Упасть с улицы на пятый этаж балкона сложно. Скорее всего, его подбросили.

– Подбросили?! – взвыла я. – Как мусорный пакет?!

– Ну, примерно, – пожал плечами он. – В последнее время это не редкость.

Я чуть не рухнула в обморок. Это что же, у нас теперь новый способ утилизации покойников – доставка на балкон?

Оказалось, мужчина был не кто иной, как сосед с шестого этажа – Паша, известный всем как «вечный холостяк и любитель пива». Покойник №2 в моей орбите за последние три дня.

– Машенька, – прошептала тёща, когда полицейские отвлеклись, – а ты уверена, что это совпадение?

– Нет! – зашипела я. – Я уверена, что это заговор против меня!

И в этот момент на кухонном столе зазвонил телефон. Не мой – а мобильник мёртвого Паши. Полицейские ещё не успели его забрать, и он лежал прямо рядом с кастрюлей борща.

Экран светился, на нём было написано: «Инга».

Я чуть не выронила ложку. Это была та самая клиентка с пистолетом и обгрызенными ногтями!

– Алло? – дрожащим голосом ответила я, пока все ошарашенно молчали.

– Паша? – раздался знакомый женский голос. – Ты где? У нас встреча через час. Не вздумай исчезнуть, как Борис!

Я оцепенела. В комнате повисла тишина.

Следователь медленно поднял голову и уставился на меня.

– Так-так, – сказал он. – Кажется, у нас появляется связь.

Я хотела возразить, что у меня-то никакой связи нет, кроме плохой, но язык не повернулся.

Полиция увезла тело, а я осталась на кухне с тёщей и борщом. Валентина Ивановна, не моргнув глазом, налила себе полную тарелку.

– Машка, слушай моё слово, – сказала она, прихлёбывая. – Тут явно дело нечисто. И если твоя Инга замешана, лучше держись от неё подальше.

Я тяжело вздохнула. Ага, как же. Держись подальше… если она сама таскает ко мне пистолет и клиентов с того света.

И я поняла: мой спокойный мир окончательно рухнул.

Теперь я не только мастер маникюра, но и хозяйка собственного морга на дому.

Глава 6. Кот под диваном и серьга от покойника

Я всегда считала, что самый страшный звук на свете – это когда клиентка ломает ноготь через час после маникюра. Но, как показала практика последних дней, страшнее только стук в дверь, когда ты уже точно знаешь: там не курьер с пиццей, а очередные неприятности.

Утро началось с того, что я услышала подозрительное «мяу» у себя в комнате. Учитывая, что животных у меня не было, я решила, что окончательно сошла с ума. Но мяуканье повторилось, а потом из-под дивана высунулась пушистая морда.

– О боже, – ахнула я. – Откуда ты взялся?!

Кот был огромный, полосатый и нагло ухмылялся, будто пришёл по приглашению. Я полезла под диван вытаскивать нахала и нащупала… серьгу. Причём не простую, а явно мужскую золотую серьгу-кольцо.

Я замерла. Та самая серьга, которую я видела вчера… у Паши, моего покойного соседа!

– Нет, нет, нет! – зашептала я. – Только не это!

Кот равнодушно зевнул, вывалил язык и снова скрылся под диваном.

Я схватила телефон и набрала тётю Зину.

– Зин! – заорала я, едва она сняла трубку. – У меня под диваном Пашина серьга!

– Ну и что? – спокойно ответила она. – Может, он у тебя ночевал?

– Да он мёртвый! – зашипела я. – На моём балконе его вчера полиция увезла!

– А-а… ну тогда, конечно, странно, – рассудила Зина. – Но всё равно, Маш, не кипишуй. Может, коты перенесли.

– Какие коты?! – рявкнула я. – У меня один кот, и тот непонятно чей!

В дверь снова позвонили. Я мысленно приготовилась к худшему и не ошиблась. На пороге стояла… Инга. Да-да, та самая клиентка с обгрызенными ногтями и пистолетом в сумке.

– Маш, срочно! – выпалила она. – Ты должна мне помочь!

Я машинально задвинула ногой серьгу под диван и постаралась изобразить радушие.

– О, Инга… Как удачно! А чем же помочь?

Она ввалилась в квартиру, села прямо на диван (под которым лежала улика!) и заговорила быстро, будто боялась, что её перебьют.

– Я вчера не успела встретиться с Пашей. А сегодня узнала, что его… того… – она закатила глаза. – Короче, ты же понимаешь.

– Понимаю, – буркнула я. – У меня на балконе теперь фантомная боль от количества покойников.

– Маш, ты не понимаешь! – Инга схватила меня за руку. – Паша должен был передать мне одну вещь. Очень важную.

– Что именно? – осторожно спросила я.

– Серьгу, – прошептала она. – Золотую, кольцо.

У меня волосы встали дыбом. Я метнула взгляд на диван, под которым притаился кот и, вероятно, улика.

– Серьгу? – переспросила я, делая вид, что впервые слышу это слово.

– Да! – закивала Инга. – В ней тайник. Там спрятан чип. Если его найти, всё раскроется!

– Что именно раскроется? – уточнила я, чувствуя, что голова идёт кругом.

– Кто убил Бориса, – сказала она и посмотрела прямо мне в глаза.

Я судорожно сглотнула. Значит, Борис, Паша и эта злосчастная серьга были связаны одной цепочкой.

В этот момент из-под дивана снова донеслось «мяу». Кот, похоже, считал, что пришло время показать свой улов. Он высунул лапу… и вытолкнул серьгу прямо под ноги Инге.

Я чуть не рухнула в обморок.

– Вот она! – закричала Инга, схватила находку и прижала к груди. – Машка, ты спасла мою жизнь!

– Я?! – взвизгнула я. – Это вообще-то кот!

– Какая разница, – отмахнулась Инга. – Главное, теперь у нас есть ключ.

Она спрятала серьгу в сумку, и я заметила, что пистолет внутри всё ещё на месте.

– Маш, – сказала Инга уже спокойнее. – Мне нужна твоя помощь. Я должна встретиться с одним человеком, а ты поедешь со мной.

– С какой радости? – возмутилась я. – У меня, между прочим, график: три маникюра и педикюр с дизайном «под леопарда».

– Если ты не поедешь, можешь оказаться следующей на балконе, – холодно заметила Инга.

Я сглотнула. Серьёзные аргументы, против них не попрёшь.

В итоге через час я уже сидела в такси рядом с Ингой, котом в переноске (он упорно увязался за нами) и чувством, что жизнь окончательно пошла под откос.

И где-то в глубине души я понимала: серьга – это не просто украшение. Это ключ к разгадке. А вот к какой – мне страшно было даже предположить.

Глава 7. Любовник в шкафу и жертва в тапочках

Такси довезло нас до самого центра города и остановилось у симпатичного кафе с названием «Ароматный рай». Рай, конечно, рай, только у меня внутри бушевал ад: я сидела рядом с Ингой, которая в сумке носила серьгу с тайником и пистолет, а ещё кота в переноске, который возмущённо орал на весь салон.

– Тише ты, полосатый, – шикнула я на кота. – А то сейчас решат, что мы перевозим тигра.

– Маш, соберись! – строго сказала Инга. – Сегодня всё решится.

В кафе было почти пусто. Мы сели за столик у окна. Инга нервно крутила стакан с соком, я – салфетку, а кот пялился на витрину с пирожными, будто собирался взломать холодильник.

Через пять минут к нам подсел высокий мужчина в дорогом костюме. Лицо у него было такое, что сразу понятно: лучше дружить, чем ссориться.

– Инга, – произнёс он низким голосом. – У тебя есть серьга?

– Да, – твёрдо ответила она. – Но сначала – ответы.

Он смерил её тяжёлым взглядом, потом вдруг перевёл глаза на меня.

– А это кто?

– Подруга, – выпалила Инга. – Без неё я никуда.

Я чуть не подавилась воздухом. Подруга?! С каких это пор я стала её подругой? Мы же знакомы всего пару дней, и то по причине, мягко говоря, мрачной.

Разговор прервал официант, принесший нам чайник с чаем. Я потянулась налить себе чашку и вдруг заметила: у мужчины на руке… те самые тапочки! Ну, не совсем тапочки, а брелок в виде домашних тапочек. Точно такой же был у Паши, моего покойного соседа!

Я чуть не опрокинула чайник.

– Простите, а где вы такой сувенир нашли?

Мужчина удивлённо поднял бровь.

– Это подарок. От одного старого друга. К сожалению, он недавно умер.

Я нервно захихикала.

– Совпадение, правда? В последнее время все умирают как-то рядом со мной…

Мужчина нахмурился.

Раздался звонок телефона. Инга вытащила мобильник, посмотрела на экран и побледнела.

– Это он, – прошептала она.

– Кто «он»? – в панике спросила я.

– Борис, – прошептала она. – Тот самый Борис, которого считали мёртвым.

Я почувствовала, что сейчас сама упаду в обморок. Значит, Борис жив?!

Мы пулей вылетели из кафе и помчались к Инге домой. Она открыла дверь своей квартиры и едва успела включить свет, как из шкафа послышался стук.

– Это что? – пискнула я.

– Там он, – спокойно сказала Инга и открыла дверцу.

И правда: в шкафу сидел мужчина, взъерошенный, в мятой рубашке, с видом человека, который уже неделю прячется среди верхней одежды.

– Инга, я не мог выйти раньше, – прохрипел он. – За мной охотятся.

Я чуть не упала. Это был Борис! Живой, настоящий, с глазами, полными ужаса.

– Кто за вами охотится? – выдавила я.

– Тот, кто уже убрал Пашу, – ответил Борис. – И теперь очередь за мной.

Я уже собиралась задать ещё вопрос, как вдруг в прихожей раздался грохот. Кто-то с силой распахнул дверь.

На пороге стоял… мужчина в костюме, с которым мы только что сидели в кафе. В руке у него блестел пистолет.

– Ну что ж, – усмехнулся он. – Все пташки в сборе.

И тут я заметила: на ногах у него были домашние тапочки. Обычные серые тапочки. И в тот момент мне стало ясно: это и есть наша жертва, только ещё пока ходячая.

– Господи, – прошептала я. – У меня жизни не хватит на всех этих покойников в тапочках.

Ситуация стремительно скатывалась в катастрофу: Борис в шкафу, Инга с серьгой и пистолетом в сумке, кот под диваном (он уже перекочевал туда) и мужчина с оружием в прихожей.

И я, как обычно, в центре событий, хотя максимум, чего хотела в жизни, – это сделать кому-нибудь аккуратный френч с блёстками.

Глава 8. Свадьба отменяется: жених опоздал… в гроб

Утро в моём доме началось с запаха свежего кофе, смешанного с лёгким оттенком паники. За последние дни мой привычный ритм «маникюр – педикюр – клиент» был полностью разрушен: чемоданы с покойниками, серьги с тайниками, коты и Инга с её пистолетом превратили мою жизнь в цирк, где все номера – смертельно опасные.

Я едва успела надеть халат, как в дверь раздался звонок.

– Маш, срочно! – раздалась знакомая шепотная паника. Тётя Зина, разумеется. – Ты не представляешь!

– Что теперь? – буркнула я, понимая, что «что теперь» может означать что угодно: от нового чемодана с трупом до нападения Инги с пистолетом.

– Свадьба! – объявила Зина драматически. – Та самая, про которую ты слышала!

Я застонала.

– Инга, что ли?

– Нет, – исправила тётя Зина. – Речь о Борисе.

Моё сердце пропустило удар. Борис, который вчера сидел в шкафу, теперь… жених?

Мы помчались на место события – маленькую церковь с коваными воротами и белоснежной аркой. Уже стояли цветы, приглашённые гости суетились, фотографы проверяли свет. А в центре, на подиуме, стояла Инга в свадебном платье.

– Маш, срочно! – крикнула она. – Жених опоздал!

– И где же Борис? – спросила я.

В этот момент за спиной раздался стук. Оба мы обернулись и ахнули.

На крыльце стоял гроб. Да-да, самый настоящий, с золотыми ручками и бархатной обивкой. И внутри… Борис. Лежал неподвижно, словно идеально отработанная манекен-статуя.

– Он… опоздал… – выдавила Инга, не зная, смеяться или плакать.

Я чуть не упала в обморок. Всё происходящее напоминало череду ночных кошмаров, где все логические законы разрушены.

Тут к нам подбежал мужчина в костюме из кафе, тот, что таскал тапочки.

– Серьёзно, – произнёс он, рассматривая гроб. – Это всё очень плохо организовано.

– Ну уж, спасибо за конструктив! – ответила я, в отчаянии хватаясь за голову. – Гроб, жених, свадьба, тапочки, серьга и кот – всё в одном флаконе!

– Девушка, – сказал он серьёзно, – если вы хотите спасти ситуацию, надо понять: кто хочет убрать Бориса навсегда?

Я взглянула на Ингу. Она молча кивнула.

– Значит, срочно действуем, – выдавила я. – И сначала – откроем гроб.

Мы подошли к гробу. Инга осторожно сняла крышку. И… Борис действительно был жив. Полусонный, с пульсом, который можно было проверить, лишь приложив палец к запястью.

– Уф! – вздохнула я. – Мёртвых хватает, а он ещё жив.

– Маш, – шёпотом сказала Инга, – этот гроб… он должен был быть моим ловушкой.

– Ловушкой? – переспросила я.

– Да! – вздохнула она. – Меня пытались убить. Борис только спас меня.

Я чуть не уснула от шока. Значит, кроме всех предыдущих интриг, ещё и покушение на Ингу!

– Так, – сказала я, приводя мысли в порядок. – Нужно действовать быстро. Жених жив, свадьба под угрозой, и мы должны выяснить, кто за всем этим стоит.

В этот момент кот, который весь день спал под скамейкой, запрыгнул на гроб и… вытянул из кармана Бориса маленькую коробочку.

– Серьёзно?! – воскликнула я. – Даже кот участвует в расследовании?!

В коробочке оказался ключ. И записка: «Если хотите жить, ищите в салоне Маши под зелёным шкафом».

Я посмотрела на Ингу.

– Похоже, наш маникюрный салон снова превращается в штаб расследования.

– А кот будет моим заместителем, – торжественно добавила Инга.

Я глубоко вздохнула. Жизнь действительно стала слишком насыщенной для мастера маникюра.

– Маш, – прошептала она, – сегодня свадьба отменяется. Но если мы хотим выжить, нам придётся раскопать все тайны.

Я кивнула. Внутри всё дрожало: страх, адреналин и странное предчувствие, что самое интересное ещё впереди.

Глава 9. Подруга с шампанским и яд на десерт

Утро началось с подозрительно радостного звонка в дверь. Я машинально взяла пинцет, на всякий случай, и пошла открывать. На пороге стояла Инга, с широкой улыбкой и… бутылкой шампанского в руках.

– Машка! – взволнованно произнесла она. – Сегодня мы будем отмечать маленькие победы!

– Какие победы? – осторожно спросила я, оглядывая её. – После последних событий у меня уже шесть трупов, два чемодана и кот под диваном.

– Всё это было тренингом! – весело сказала Инга. – А сегодня мы найдём тайник Бориса!

Я замерла. Тайник… под зелёным шкафом в моём салоне. Сердце ушло в пятки.

Мы с Ингой, вооружившись перчатками и фонариком, спустились в салон. Кот с недовольной мордой устроился на полке, как будто он главный следователь.

– Ну что, Маш, приступим? – спросила Инга.

– Приступим, – ответила я, глотая комок в горле.

Мы осторожно приподняли зелёный шкаф. И… на дне оказалась маленькая деревянная коробочка с замком.

– Вот он, – прошептала Инга, – ключ от тайника Бориса.

Я взяла коробочку и вставила ключ из котовской добычи. Замок щёлкнул. Я открыла крышку.

Внутри лежал дневник Бориса и небольшой конверт с пометкой «На случай чрезвычайной ситуации».

– Инга, – сказала я, – похоже, это будет не просто чтение для удовольствия…

– Именно, – кивнула она. – А теперь… десерт!

Мы открыли конверт. Там оказался маленький пакетик с белым порошком и записка: «Для особого случая. Осторожно – яд!»

– Яд?! – вскрикнула я. – Ты что, шутки шутишь?

– Нет, – серьёзно сказала Инга. – Борис оставил это на случай, если кто-то попытается нас остановить.

Я нервно оглянулась. Всё происходящее напоминало плохой триллер, где все действующие лица постоянно на грани катастрофы.

– Машка, – вздохнула Инга, – теперь нам нужно двойное внимание: дневник Бориса и этот яд.

Кот в этот момент прыжком сел на коробочку, обнюхал пакетик и лениво свалился на пол, как будто говорит: «Это ваша проблема, а не моя».

Мы раскрыли дневник. Борис подробно описывал свои связи, врагов и финансовые махинации. Среди страниц мелькали фамилии, суммы и странные пометки: «Не доверять зелёной тётке», «Опасность под балконом» и «Серьга – ключ».

– Машка, – прошептала Инга, – теперь всё становится яснее. Тот гроб, тапочки, чемодан, серьга – всё связано с этими людьми.

Я перевела взгляд на кота. Даже он, казалось, с интересом наблюдал, будто понимает больше, чем мы.

– А яд? – спросила я, дрожа.

– Он только для устрашения, – ответила Инга. – Если кто-то попробует нас остановить, увидит и… передумает.

Вдруг раздался звонок в дверь. Я подпрыгнула, а кот, как профессиональный охранник, побежал прятаться под шкаф.

– Машка, – прошептала Инга, – будь готова. Возможно, это наши враги.

На пороге стояла… подруга Инги, та самая, с которой она договаривалась о встрече. В руках у неё был поднос с шампанским и пирожными.

– Девочки, – улыбнулась она, – угощение на случай маленькой победы!

Я осторожно взяла пирожное. На десертном листочке снова мелькнула надпись: «Осторожно – яд».

– Интересно, – подумала я, – Борис не оставил нам только дневник, но и экзамен на смелость.

Инга подняла бокал:

– За тайник, за Бориса и за нашу выживаемость!

Я подняла свой бокал и подумала: Если я переживу этот день, я точно смогу делать маникюр в экстремальных условиях.

Кот лениво вылез из-под шкафа и устроился рядом, словно говоря: «Ну, что, люди, теперь всё по-настоящему интересно».

Глава 10. Полицейский в тапочках и киллер на шпильках

Утро началось с привычной мысли: «Сегодня всё будет спокойно». Но моя привычная жизнь окончательно умерла, когда я услышала странный звук у дверей салона.

– Маш! – завизжала Инга. – Спеши!

Я схватилась за пинцет и осторожно выглянула в окно. На пороге стоял… полицейский. В тапочках.

– Доброе утро, – сказал он с улыбкой, которой, честно говоря, быть не должно было. – Я слышал, у вас тут кое-какие «необычные» обстоятельства.

– В тапочках? – прошептала я, удивляясь. – Вы что, домой спешили?

– Нет, – спокойно сказал он. – Это новый кодекс: тапочки для спокойствия свидетелей.

Я едва не захихикала. Мой мир превратился в театр абсурда, где главные герои – я, кот, Инга и таинственные тапочки.

И тут же дверь распахнулась, и внутрь ворвалась женщина в красных шпильках, держа в руках сумку, из которой торчали металлические предметы, явно не косметические.

– Всем оставаться на местах! – грозно сказала она. – Я – киллер.

– Ой, – выдохнула я. – Ну теперь мы в полном комплекте.

Инга быстро прижала серьгу с тайником к груди:

– Маш, не паникуй! Это проверка… или нет.

– Проверка?! – переспросила я, ощущая, что моя жизнь окончательно потеряла смысл. – Я просто хотела сделать маникюр!

– Маникюр? – насмешливо протянула киллер. – Вы даже не представляете, что значит настоящая опасность.

Кот лениво вылез из-под стола, окинул киллера недовольным взглядом и вернулся к спальному месту, словно показывая: Я наблюдаю за всем и всех вас в разборке не пущу.

Полицейский в тапочках попытался вмешаться:

– Мадам, спокойствие. Мы должны выяснить, кто хочет убить Бориса и зачем…

– Борис?! – выдохнула я. – Он жив?

– Да, – подтвердила Инга. – И теперь все улики сводятся к тайнику, который мы нашли под зелёным шкафом.

Киллер скрестила руки:

– Я здесь только потому, что мне приказали…

– Приказали?! – закричала я. – Кем?

– Пока не скажу, – ответила она, красные шпильки скользнули по полу, создавая атмосферу угрозы. – Но если кто-то из вас ещё раз откроет коробочку…

– Коробочку? – переспросила я, указывая на дневник Бориса и пакет с белым порошком. – Это же наш смертельный десерт!

Полицейский в тапочках, видимо, понял, что дело выходит из-под контроля, и сделал шаг вперёд:

– Ладно, милые дамы, расслабьтесь. Главное – никто не должен пострадать.

– Ага, – буркнула я. – Особенно я, мастер маникюра и эксперт по похоронным чемоданам.

– Я рекомендую всем пересесть на диван, – добавила Инга. – И кота не трогать. Он хранитель тайн.

Киллер на шпильках фыркнула:

– Ваш кот… странный.

– Да уж, – согласилась я. – И это ещё мягко сказано.

Мы сели, пытаясь разобраться в сложившейся ситуации. Дневник Бориса раскрывал все тайны: кто кому должен, кто кого шантажировал, и кто пытался устранить Бориса и Ингу.

– Значит, – сказала я, глядя на полицейского и киллера, – у нас теперь союзники в странной комбинации: я, Инга, кот, полицейский в тапочках и… киллер на шпильках.

– Да, – подтвердила Инга, – но самое интересное начинается, когда мы откроем второй тайник Бориса.

– Второй тайник? – удивилась я. – А где он?

– Под зелёным шкафом! – сказала она, и все присутствующие посмотрели друг на друга с недоумением.

Кот лениво зевнул, словно говоря: Ну что, люди, теперь начинается самое весёлое.

Я вздохнула. Да, веселье в стиле Дарьи Донцовой только начиналось. И если я выживу, то обещаю себе: следующий маникюр будет спокойным.

Глава 11. Маникюрные ножницы – лучшее оружие

Я всегда считала, что маникюрные ножницы нужны исключительно для педикюра и аккуратной формы ногтей. Но после всего, что произошло в последние дни, я начала подозревать, что это универсальное средство для выживания в экстремальных условиях.

Утро началось как обычно – с запаха кофе и тихого урчания кота, который занял самое удобное место на столе. Инга уже суетилась с серьгой и дневником Бориса, а полицейский в тапочках и киллер на шпильках делали вид, что пытаются разобраться в этой странной компании.

– Маш, – сказала Инга, – пора действовать. Тайник Бориса ждёт нас.

– Да, – ответила я, – и, по идее, ножницы тоже.

Мы направились к зелёному шкафу. Кот, как всегда, шёл первым, проверяя дорогу. Я аккуратно взяла маникюрные ножницы, на всякий случай. Неизвестно, что нас ждёт в тайнике, но опыт последних дней научил меня: лучше быть вооружённой.

– Маш, – сказала Инга, – будь осторожна. Борис оставил там… очень ценные документы.

– И я должна их достать без потери пальцев? – переспросила я.

– Именно, – кивнула Инга.

Мы открыли шкаф. На дне, под коробкой с прошлым яд-десертом, лежал тайник – деревянная шкатулка с замком. Инга достала ключ, кот лениво наблюдал, а я… держала ножницы наготове.

– Готова? – спросила Инга.

– Готова, – подтвердила я, и аккуратно вставила ножницы в щель, чтобы при необходимости открыть замок.

Щёлк! Замок поддался. Я медленно открыла шкатулку.

Внутри оказался целый архив: фотографии, документы с суммами, списки и схемы. Я подняла одну бумажку – и чуть не выронила её. На фотографии… та самая киллер на шпильках стояла с пакетом, где были спрятаны драгоценности Бориса.

– Ого, – прошептала я. – Значит, она не просто киллер… она агент по особым делам.

– Именно, – подтвердила Инга. – И теперь нам нужно всё это разобрать.

И тут раздался звук: кто-то пытался вскрыть дверь салона. Полицейский в тапочках мгновенно прыгнул на место, киллер на шпильках заняла боевую стойку, а я… вооружилась ножницами.

– Кто там?! – громко закричала я.

Дверь резко распахнулась, и внутрь влетел мужчина в маске. Я, не раздумывая метнула ножницы прямо в сторону замка коробки, и замок щёлкнул! Мужчина отшатнулся.

– Маш! – вскрикнула Инга. – Отличный бросок!

– Маникюрные ножницы – лучшее оружие! – гордо сказала я, ощущая, что моя жизнь наконец-то обрела смысл.

Кот лениво поднял голову, как будто говоря: Ну наконец-то кто-то использует умело инструмент.

Мы схватили документы и быстро разобрались, кто за всем стоит. Схемы Бориса раскрыли: Паша, похищенный гроб, тапочки, пакет с белым порошком – всё это было частью финансовой аферы. А киллер на шпильках на самом деле была тайным агентом, нанятым, чтобы защитить Бориса и Ингу.

– Маш, – сказала Инга, – без тебя мы бы не справились.

– Да, – кивнула я, оглядывая комнату. – Маникюрные ножницы спасли нас, кот помог держать оборону, а тайник Бориса раскрыл всю правду.

Полицейский в тапочках добавил:

– А теперь, дамы, я думаю, можно спокойно позавтракать… и отпраздновать, что живы.

– С шампанским? – спросила я, оглядывая остатки вчерашнего десерта с надписью «Осторожно – яд».

– Конечно! – сказала Инга. – Только теперь без яда.

Кот лениво мурлыкнул и, наконец, свернулся клубком на кресле.

– Маш, – прошептала Инга, – похоже, наш детективный марафон закончился.

Я подняла ножницы, улыбнулась и подумала: Если кто-то ещё осмелится нарушить спокойствие моего салона, я теперь вооружена и опасна как никогда.

Глава 12. Покойники тоже любят сюрпризы

Утро началось с лёгкого шороха: кот лениво вышагивал по салону, а я держала в руках маникюрные ножницы, как боевой трофей. Инга уже проверяла серьгу и дневник Бориса, а полицейский в тапочках поднимал документы, которые вчера мы нашли в тайнике.

– Маш, – сказала Инга, – сегодня день решающий.

– Решающий? – переспросила я, чувствуя, как сердце подскакивает. – Разве мы уже не пережили всё возможное?

– Кажется, нет, – усмехнулась она. – Покойники тоже любят сюрпризы.

Я глубоко вздохнула. Этот детективный марафон превратил меня из скромного мастера маникюра в полноправного детектива-героиню, вооружённую ножницами и нервами из стали.

Мы решили начать с проверок всех мест, где «покойники» оставили свои следы. Гроб, тапочки, чемоданы – всё тщательно проверялось, а кот с выражением истинного инспектора наблюдал за каждой операцией.

– Маш, – сказала Инга, – помнишь, как мы нашли серьгу под диваном?

– Да, – кивнула я. – Это был наш первый сюрприз.

– А теперь ещё один, – сказала она, доставая конверт из кармана. – Борис оставил это на случай «последнего акта».

В конверте оказалась записка: «Если вы это читаете, поздравляю. Сюрпризы закончились, но проверка вашей смекалки не менее важна». И рядом – ключ от небольшой шкатулки с документами и фотографиями.

– Ну что ж, – сказала я, – самое время завершить расследование.

Мы аккуратно открыли шкатулку. Там оказалось всё: доказательства всех махинаций, подлогов и злых намерений, касающихся Паши, Бориса и даже таинственных гостей в тапочках.

– Инга, – сказала я, – теперь всё ясно: кто хотел кого устранить, кто шантажировал и кто кого прикрывал.

– Именно, – кивнула она. – И теперь осталось главное – отпраздновать.

В этот момент в салон вошёл полицейский в тапочках. Он улыбнулся:

– Поздравляю, дамы. Всё проверено, доказательства в безопасности, угрозы устранены.

– А где же киллер на шпильках? – спросила я.

– Она ушла, – ответила Инга, – и оставила вам подарок: маленький набор маникюрных инструментов. На память.

Кот лениво вздохнул, словно говоря: Ну наконец-то, люди, можно отдохнуть.

Инга предложила открыть шампанское, и мы с радостью согласились. Праздник спасения – это то, что нужно после таких приключений.

– Маш, – сказала Инга, – знаешь, я думаю, покойники любят сюрпризы даже больше живых.

– Да уж, – согласилась я, поднимая бокал. – Особенно когда они вмешиваются в твой маникюрный график.

Кот, как истинный хранитель порядка, устроился на столе рядом с открытой шкатулкой, внимательно наблюдая, чтобы никто не подлизывался к десерту с «белым порошком», который, к счастью, больше никому не угрожал.

– Маш, – шепнула Инга, – теперь можно жить спокойно.

– Спокойно?! – переспросила я, улыбаясь. – После всего, что произошло? Спокойно – это миф. Но хотя бы мы живы, документы в безопасности, Борис жив, и серьги больше не надо искать под диваном.

Мы подняли бокалы, кот мурлыкнул, и я почувствовала необычное облегчение. Покойники действительно любят сюрпризы, но теперь они доставили нам не страх, а… окончательную ясность и спокойствие.

Я посмотрела на ножницы в руках, на дневник Бориса, на Ингу и кота и подумала: Если жизнь – это маникюрный салон с трупами и тайнами, то сегодня мы сделали идеальный френч – аккуратно, красиво и без единого скола.

И на этом, наконец, история могла завершиться… пока новые приключения не стучат в дверь моего салона.

Кот в шкафу и два трупа в придачу

Глава 1. Я хотела найти тапки, а нашла покойника

С раннего утра жизнь моя не задалась.

Во-первых, я наступила босой ногой на кота. Кот, по кличке Аркадий (хотя на самом деле он больше похож на флегматичного Филиппа Киркорова), возмущённо взвыл, как будто я ему хвост в мясорубку засунула.

Во-вторых, тапки мои куда-то испарились. А без тапок я выгляжу жалко, потому что пол на кухне ледяной, и мой организм начинает скрипеть всеми суставами.

– Аркаша, – взмолилась я, обращаясь к коту, – ну пожалуйста, не злись! Подскажи лучше, где тапки.

Кот презрительно фыркнул, уселся у шкафа в прихожей и уставился в его недра так, будто там спрятали мышей, колбасу и смысл жизни одновременно.

– Что, в шкафу? – догадалась я. – Ты гений!

Я решительно рванула дверцу. И тут случилось самое неприятное утро в моей жизни.

Вместо тапок на меня вывалилось… тело. Самое настоящее! Мужчина, средних лет, в дорогом костюме, но с выражением лица, явно указывающим: ему давно уже не нужны ни тапки, ни костюм.

Я закричала так, что Аркадий подскочил до потолка, а соседский пёс за дверью начал лаять, как будто у нас репетиция фильма ужасов.

– Господи! – только и смогла я выдавить. – Ну и как мне теперь объяснить соседям, что я храню в шкафу покойников, а не зимнюю одежду?

Труп мирно лежал, уставившись в потолок, и никак не реагировал на мои истерики.

Кот подошёл, сел рядом и мурлыкнул так выразительно, что я поняла: это он всё подстроил.

Вот скажите, нормальные люди с утра находят кофе, газету или, на худой конец, немытую кастрюлю с борщом.

А я – покойника.

И почему у меня никогда не бывает обычных понедельников?

Глава 2. Когда коты шепчут – люди падают замертво

Я всегда знала, что кот Аркадий – личность подозрительная. Слишком уж он умный, хитрый и, простите, наглый. Один его взгляд чего стоит: будто я – не хозяйка, а бесплатная прислуга. Ему подавай корм строго в десять утра, желательно лососевый паштет, миску с водой менять каждые два часа, а подоконник, видите ли, протирать влажной тряпочкой, чтобы хвост не марать.

Но сегодня Аркадий превзошёл сам себя. Сначала он довёл меня до сердечного приступа, устроив в шкафу представление с трупом, а теперь сидит напротив меня и урчит так выразительно, будто даёт показания следователю.

– Ты всё знал, да? – прошептала я, хотя прекрасно понимала, что разговаривать с котом – признак того, что пора бежать к психиатру.

– Мррр, – многозначительно ответил Аркадий.

И всё. Ни капли сочувствия.

Я сидела на полу прихожей, глядя на покойника. Он выглядел приличным человеком: дорогие ботинки, часы с золотым циферблатом, галстук явно не с рынка, а из магазина, куда меня не пустили бы даже убирать. Правда, в его кармане торчал какой-то мятый билетик – то ли в театр, то ли в спортзал, но соваться туда я не решилась.

Между прочим, я не трусиха. Я смело хожу в супермаркет вечером, даже если там скидки и толпа пенсионеров вооружена тележками. Я спокойно глажу Аркадия по пузу, рискуя остаться без руки. Но сунуть руку в карман трупа? Простите, это выше моих сил.

– Так, спокойно, – сказала я себе. – Это не ты его убила, это не твой шкаф, это вообще какая-то нелепая ошибка. Сейчас мы всё обдумаем и решим, что делать.

Труп, разумеется, молчал. Кот тоже. Зато из-за двери раздался голос соседки Нюры:

– Ольга Сергеевна! А чего это у вас кот так орёт? Он, случаем, не подох?

Я вздрогнула так, что чуть не свалилась на тело. Аркадий недовольно шепнул – мол, нечего привлекать внимание.

– Всё хорошо, Нюрочка! – прокричала я бодро. – Кот просто… э-э… оперу репетирует!

Соседка поёжилась и умолкла.

А я снова посмотрела на шкаф. Надо было что-то делать. Вызвать полицию? Ага, и что я им скажу? «Здрасьте, я пошла искать тапки и нашла мужчину в костюме. Нет, я его не знаю. Нет, зачем он в моём шкафу, не понимаю. Нет, я не убийца. Нет, я не пью, только по праздникам». Они ж меня в дурдом отправят быстрее, чем в участок.

Кот снова «прошептал» своё мррр. И тут я заметила странное: он не просто сидел рядом с телом, он будто пытался лапой указать мне на его руку.

Я присмотрелась. На пальце покойника было массивное кольцо с какой-то эмблемой. Вроде герб, а вроде птичка с расправленными крыльями.

– Так, Аркадий, – сказала я, – если ты решил меня втянуть в детектив, знай: я не Шерлок Холмс и не мисс Марпл. Я обычная женщина, у которой кастрюля с супом стынет на плите!

Кот лишь зевнул, показывая, что мои аргументы его не впечатлили.

Ладно. Раз уж труп у меня в доме, значит, выбора нет. Я поднялась с пола и потащилась на кухню, чтобы хоть чаю заварить. Мозги должны работать, а без чая мои мозги категорически отказываются.

Не успела я сделать первый глоток, как зазвонил телефон. Номер незнакомый.

– Алло? – осторожно сказала я.

– Это квартира номер тридцать шесть? – мужской голос был холоден и чёток.

– Ну… да. А кто спрашивает?

– Вам доставку сделали? – Голос прозвучал так, будто речь идёт не о пицце, а о ящике гранат.

– Какую доставку? – я едва не подавилась.

– Вы всё поймёте, – отрезал голос и повесил трубку.

Я застыла с телефоном в руке. Вот теперь точно пора вызывать полицию. Но тут на кухню вошёл Аркадий и снова «шепнул» своё мурчание. Я клянусь, он прямо говорил: «Не звони. Жди».

И в этот момент за дверью что-то тяжело грохнулось.

Я рванула в прихожую. Шкаф был закрыт. Трупа внутри не было.

Глава 3. Подруга в халате, сосед с отверткой и подозрительно тихий шкаф

Есть моменты, когда жизнь окончательно напоминает дурной сериал. Ты вроде бы главная героиня, но сценаристы забыли предупредить, что вместо мелодрамы про любовь у тебя начинается триллер с элементами цирка.

Вот скажите: нормально ли, что пять минут назад в шкафу лежал труп, а теперь он исчез? Причём не просто исчез, а будто растворился в воздухе. Никаких следов, никаких улик, даже запаха. Словно я сама себе всё придумала.

– Аркадий, – прошептала я, обхватив голову руками. – Скажи честно, это у меня нервный срыв?

Кот сидел у шкафа, таращился в его дверцы и молчал, как партизан на допросе.

И тут раздался звонок в дверь. Я чуть не подпрыгнула до потолка. В голове мгновенно пронеслось: «Это убийца! Он пришёл за мной! Сейчас достанет топор и скажет: “Женщина, освободите мой шкаф!”»

Я осторожно приоткрыла дверь и обнаружила на пороге… свою лучшую подругу Вику. В халате. В розовом, пушистом, с огромным капюшоном, из которого она выглядывала, как печальная фея.

– Привет, – бодро сказала Вика, втаскивая в квартиру пакет с булочками. – Ты почему на звонки не отвечаешь? Я тебе уже полчаса дозваниваюсь.

– Я? – пробормотала я. – Э-э… была занята.

– Чем? – прищурилась Вика. – У тебя что, мужчина?

– Был, – вырвалось у меня.

Я тут же прикусила язык. Ну и дура! Теперь Вика будет пытать меня вопросами до конца жизни.

– Был?! – глаза подруги округлились. – Ты что, наконец-то нашла себе кавалера? Где он?

– В шкафу, – машинально ляпнула я.

Тишина. Аркадий недовольно «мррркнул». Вика уставилась на меня так, будто я призналась, что тайком держу у себя в квартире Ленина в мавзолее.

– В каком ещё шкафу? – уточнила она, сбросив тапки и двинувшись в прихожую.

– В моём. Только… его уже нет.

– Вещи? – удивилась Вика.

– Мужчины! – сорвалось у меня.

Подруга замерла у шкафа, распахнула дверцы и увидела… кучу моих курток, три шапки и одинокую перчатку без пары.

– Оля, – серьёзно сказала Вика, – ты спала? Или у тебя температура?

– Ни то, ни другое, – вздохнула я. – Просто пять минут назад тут лежал труп.

– Ага, – кивнула она и направилась на кухню. – Ясно. Сейчас я тебе чаю налью, валерьянку дам. Ты перенервничала.

Я хотела возразить, но тут дверь снова зазвонила. Я метнулась в прихожую, молясь, чтобы это оказался не убийца.

На пороге стоял сосед Саша, известный в нашем доме под кличкой «Золотые руки». Во-первых, потому что он мог починить всё: от утюга до стиральной машины. Во-вторых, потому что все женщины подъезда мечтали, чтобы его руки добрались и до них.

– Оля, привет! – сказал он, размахивая отверткой. – У вас не слышали грохот? У меня замок сломался, надо поменять, а я не могу понять, в чём дело.

– Э-э… грохот? – переспросила я. – Нет, у меня всё тихо.

Вика, услышав его голос, выскочила из кухни. И началось! Она тут же расправила плечи, втянула живот и защебетала, как скворушка весной:

– Ой, Саша, здравствуйте! Вы такой… э-э… мастер! Может, и мне розетку посмотрите? У меня она искрит.

Я закатила глаза. Ну, конечно. У меня в шкафу только что исчез труп, а подруга уже строит глазки соседу с отверткой.

– Девочки, если что-то нужно – зовите, – сказал Саша и ушёл, оставив после себя запах мужских духов и ощущение, что я окончательно схожу с ума.

Я обернулась к шкафу. Он стоял тихий-тихий, словно никогда не видел внутри покойников. Вика скептически оглядывала меня, как доктор пациентку.

– Ладно, – сказала я, – может, я и правда всё придумала.

– Конечно, придумала, – отрезала Вика. – Ты слишком много смотришь криминальных сериалов.

Но в этот момент кот Аркадий громко мяукнул, вскочил на шкаф и лапой толкнул верхнюю дверцу. Оттуда с глухим стуком выпала… окровавленная перчатка.

Вика завизжала. Я тоже. А кот довольно заурчал.

Глава 4. Если в доме пахнет пирогами – ищи яд, а не вишни

Когда на пол падает окровавленная перчатка, в квартире женщины должно быть три стандартные реакции:

1. Упасть в обморок.

2. С криком выбежать на улицу, махая руками и привлекая внимание всех соседей.

3. Схватить кота и уехать к маме в деревню, где максимум страшного – это корова, которая не даёт молока.

Я же выбрала четвёртый вариант – стоять столбом, таращиться на перчатку и пытаться сообразить, не пора ли мне оформить абонемент в психиатрическую клинику.

– Оля, – сипло выдохнула Вика, – ты… это… её видела?

– Нет, – буркнула я. – Это у тебя галлюцинации.

– Галлюцинации, говоришь? – подруга осторожно ткнула пальцем в перчатку. – А это что?

Перчатка была самая обычная, кожаная, мужская. Если бы не бурое пятно на ладони, можно было бы подумать, что её просто потерял незадачливый джентльмен. Но бурое пятно красноречиво шептало: «Я кровь. И мне тут очень комфортно».

Аркадий, довольный, как кот, который наконец-то добрался до сметаны, спрыгнул со шкафа и улёгся прямо рядом с уликой. Он мурлыкал так громко, что я невольно подумала: «Ну точно, это он тут главный режиссёр. Я только массовка».

– Всё, я звоню в полицию, – решительно сказала Вика и потянулась к телефону.

Я схватила её за руку.

– Ты с ума сошла? Что мы скажем? Что у меня был труп в шкафу, потом исчез, но оставил привет в виде перчатки?

– А что ты предлагаешь? – возмутилась Вика. – Печь пироги и ждать, пока он вернётся за второй перчаткой?

Кстати, о пирогах. Именно в этот момент из кухни донёсся такой аромат, что я чуть не забыла про все ужасы. Оказалось, я оставила в духовке вишнёвый пирог, и он уже начинал подгорать.

Я рванула на кухню, вытащила противень и поняла, что жизнь – штука извращённая. Ты только что лицезрела кровавую перчатку, а теперь стоишь, орудуешь прихваткой и думаешь: «Вышло неплохо, можно даже гостей позвать».

Вика влетела за мной.

– Ты ненормальная! У нас тут преступление века, а ты пирогами занимаешься!

– Вика, – устало ответила я, – если сейчас не съесть кусок пирога, у меня нервы не выдержат.

Мы сели за стол. Кот, естественно, тут же занял своё место и выразительно смотрел на пирог. Я нарезала его, положила себе кусочек… и вдруг заметила, что начинка выглядит странно.

– Ты вишни покупала? – насторожилась Вика.

– Нет, у меня замороженные были.

– Тогда объясни, почему у тебя на столе лежит пирог с запахом миндаля?

Я замерла. Миндаль – это, конечно, вкусно, но только не тогда, когда он пахнет от вишнёвого пирога. В детективах это всегда значит одно: яд.

– Ты хочешь сказать… – начала я.

– Да! – Вика вскочила. – Тебя травить хотели!

Я уставилась на пирог, потом на перчатку в прихожей, потом на Аркадия, который, между прочим, совершенно спокойно лизнул кусок теста и даже не моргнул.

– Может, это совпадение? – робко сказала я.

– Совпадение?! – завизжала Вика. – Труп в шкафу, кровь на перчатке, теперь отравленный пирог?! Следующий шаг – нам на голову упадёт граната!

Она была в истерике. Я тоже. Только кот оставался невозмутим. Он сидел, как истинный сфинкс, и словно говорил: «Женщины, перестаньте паниковать. Всё под контролем».

И тут опять зазвонил телефон. Тот самый неизвестный номер.

Я взяла трубку, и холодный голос произнёс:

– Доставку получили?

У меня волосы встали дыбом.

– Какую ещё доставку? – дрожащим голосом переспросила я.

– Вишнёвый пирог, – сухо ответили на том конце. – Не волнуйтесь, доза была небольшой. Просто проверка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.