По следам скрижалей
Таша Ти

Дизайнер обложки Елена Эдуардовна Шульга

© Таша Ти, 2025

© Елена Эдуардовна Шульга, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0068-0230-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книга 1

Посвящаю эту книгу моей любимой учительнице, Марии Анатольевне Сидо. Вы – единственный человек в моей школьной памяти, который верил в меня, когда я сама в себе сомневалась. Ваша доброта научила меня не сдаваться ни перед какими преградами. Спасибо вам за все!

Дин Хао: обещание спасения

В мире, где сплетались магия, бессмертие и темные силы, маленькое Цветочное Королевство замерло в напряженном ожидании. Нежные лучи солнца, пробиваясь сквозь изумрудный полог листвы, ласкали цветущие поля и пестрые сады, но эта идиллия лишь подчеркивала трагедию, разворачивающуюся в самом сердце королевства.

У изголовья резного ложа из драгоценного дерева склонился старый лекарь. Седые пряди волос и глубокие морщины свидетельствовали о бесчисленных битвах со смертью, но в его усталых глазах плескалось лишь бессилие.

На мягких шелковых подушках, подобно увядающему цветку, лежала юная Юй Лань, прекрасная дочь короля, жертва злобного магического существа. Ее лицо было бледным, словно лунный свет, губы едва приоткрыты, а тело казалось хрупким и невесомым.

Лекарь нахмурил снежно-белые брови. Его дрожащие пальцы, привыкшие к исцелению, бессильно скользили по тонкому запястью, пытаясь уловить ускользающий пульс. Он прислушался к слабому биению сердца, и после томительной паузы, его голос, исполненный скорби и обреченности, разнесся по комнате:

– Боюсь, надежды почти нет. Я испробовал все известные мне средства… но ничто не помогает. Яд слишком силен, а ее жизненные силы угасают…

Он опустил голову, не в силах вынести отчаяние в глазах родителей, которые с мольбой смотрели на него, словно ждали чуда.

– Мне очень жаль, Ваше Величество, – прошептал он, – я сделал все, что мог…

В комнате повисла гнетущая тишина, прерываемая лишь тихими рыданиями королевы, обнимающей своего супруга.

Лекарь понимал, что даже в мире магии есть вещи, которые невозможно изменить.

– Неужели… совсем ничего нельзя сделать? – прозвучал надломленный, но полный отчаянной надежды голос короля. – Юй Лань – наша единственная, наша любимая дочь…

Лекарь бессильно развел руками.

– Ее жизненные меридианы практически разрушены. Бичжао¹, этот мерзкий зверь, отравил ее своим ледяным ядом, проникающим прямо в сердце. Яд неумолимо разъедает ее изнутри, и… если не предпринять что-то невероятное… она умрет. В древних трактатах я не нашел ни одного упоминания о лекарстве от этой болезни… – он запнулся, словно боясь произнести эти слова вслух, – но… существует старинная легенда о Камне Души². Он разделен на две части: Белую и Черную. Говорят, тот, кто овладеет им, сможет исцелить любые раны и самые смертельные яды. Но Камень сам выбирает, кому служить, и найти его – задача почти невыполнимая.

– Я найду этот Камень Души! – твердо произнес юноша по имени Дин Хао. В его голосе звучала такая непоколебимая уверенность, что она наполнила воздух ощутимым напряжением. – Она выживет! Я не позволю ей умереть!

Король, видя его пыл, попытался умерить его порыв:

– Дин Хао, подожди, дай лекарю закончить.

Дин Хао, сгорая от бессилия, не отрывал взгляда от бледного лица Юй Лань, сжимая кулаки до боли.

Лекарь вздохнул.

– Я могу временно запечатать ее меридианы, чтобы замедлить потерю жизненной энергии, но это… лишит ее магической силы. У нее останется примерно семьсот дней… семьсот дней, чтобы найти Камень Души и исцелиться. В противном случае… она умрет.

Дин Хао, ничуть не дрогнув, ответил:

– Делайте, что необходимо. Я клянусь, я сделаю все, чтобы найти этот Камень Души!

Лекарь попросил остаться с принцессой наедине. Дин Хао кивнул, и все покинули покои. Старец склонился над юной девушкой. Его руки в воздухе выписывали сложные магические символы, а губы беззвучно шептали древние заклинания. Он сосредоточился, чувствуя, как в его ладонях концентрируется светящийся поток энергии.

Закончив ритуал, он тихо проговорил Дин Хао, ждавшему у двери:

– Я сделал все, что в моих силах. Теперь все в руках судьбы… и в твоих. У тебя есть семьсот дней.

Немногим позже правитель Цветочного Королевства поблагодарил Дин Хао за готовность спасти его дочь и задумчиво произнес:

– Мы создали Защитный Магический Барьер³, оберегающий наши земли. Как Бичжао смог его пробить… это остается загадкой. Но мы усилили защиту…

Дин Хао с горечью подумал, что Камень Души, та самая надежда Юй Лань, был у него… вернее, был когда-то. В битве с Бичжао он потерял одну из его половин, и теперь не мог использовать его силу. Камень молчал, словно укоряя его за бессилие.

Свадьба, которой не было: Эхо предательства

Тем временем на Земле разворачивалась трагедия личной драмы.

«Свадьбы не будет». Эти слова, словно приговор, сорвались с губ Линды и потонули в ее рыданиях. Неужели так рушатся жизни и разбиваются сердца?

– Что случилось? – В голосе Алены не просто сочувствие, а неподдельный ужас. – Линда, ну, у всех пар бывают проблемы… Это не причина все ломать!

Линда подняла на подругу взгляд, полный боли и разочарования.

– А измена – это недостаточно веская причина?

– Измена?! – Алена отшатнулась. – Ты… ты уверена? Откуда ты узнала?

И в этот момент рухнуло не только будущее Линды, но и вера в любовь.

– Я видела… Его и Крис. Вместе, понимаешь? Целуются.

Имя прозвучало, словно заклинание, вернувшее из небытия забытое прошлое.

– Крис… вернулась? – Алена побледнела. – Ну, ее-то я никогда не любила. А Алекс… Он же с ума по ней сходил! Когда она уехала в Лондон, он был просто тенью. Только ты смогла вытащить его из этой пропасти. Мы все так за него радовались… Я думала, он похоронил ее в своем сердце!

Алена замолчала, словно споткнулась о правду, которую не решалась озвучить.

– Я думала, у нас все хорошо… – прошептала Линда, чувствуя, как в груди разрастается ледяная пустота.

– Может, это просто… какая-то ошибка? Недоразумение? – Алена пыталась говорить убедительно, но слова звучали фальшиво.

– Нет, – отрезала Линда. – Это… это было другое. Я видела, как они смотрят друг на друга… Там целая вселенная, Алена. А я… Я просто не знаю, что мне теперь делать.

Слова застряли в горле. Алена обняла подругу, пытаясь разделить ее боль, хотя рана была настолько глубокой, что казалась неизлечимой.

Год. Целый год молчания, попыток забыть, вычеркнуть из памяти. Но стоило Линде услышать звук свадебного кортежа, как боль вернулась, словно и не уходила.

Шум праздника, веселые мелодии, смех – все это лишь усиливало отчаяние, подчеркивало зияющую пустоту в ее душе. И когда она увидела счастливую пару в украшенном цветами кабриолете, что-то внутри нее сломалось окончательно. В этот момент ее пронзила жгучая, яростная мысль: «ЭТО Должна Была Быть Я!»

В голове Линды разыгралась буря. Каждый вдох пропитан горечью, каждый шаг отзывался эхом утраченных надежд. Она шла вперед, словно слепая, ведомая лишь болью. И в тумане отчаяния, словно во сне, оказалась на заброшенном пустыре, где даже земля, казалось, скорбела вместе с ней.

На краю пропасти, на грани безумия, она остановилась. И из самой глубины ее существа вырвался крик – крик боли, крик разочарования, крик сломленной надежды.

– Больше… Никогда… Никогда больше не позволю себе любить! – Этот крик был ее клятвой, ее отчаянной попыткой вырваться из цепких лап прошлого, которое не хотело отпускать. Чувство несправедливости душило ее, ведь в глубине души она верила, что именно ей было суждено занять место той невесты, в том роскошном автомобиле. Ярость, отчаяние – все вырвалось наружу в приступе истерики.

– Почему я? За что?! – шептала она, обращаясь к равнодушному небу.

Она хотела исчезнуть, раствориться в небытии. И словно мольба была услышана, реальность начала ускользать. Мир вокруг закружился в безумном танце, и Линда почувствовала, как ее затягивает в бездну. Яркие, болезненные вспышки терзали ее сознание, а тело неслось в адском вихре. Внезапная острая боль пронзила ее, и разум покинул ее, оставив лишь горький привкус страдания… и предчувствие чего-то неведомого.

Сон или реальность: Находка Линды

Линда не могла определить, сколько времени провела без сознания. Когда она пришла в себя, окружающий мир казался совершенно новым и удивительным. Ее взгляд застыл, очарованный пейзажем неземной красоты. Вода, низвергаясь с высоких скалистых вершин, образовывала шумный водопад, который с грохотом падал в небольшое озеро с лазурной водой. Солнце щедро рассыпало по водной глади сверкающие блики, а вокруг раскинулась изумрудная поляна, усыпанная кустами роз, пылающих всеми оттенками заката.

Утоляя мучившую жажду, Линда зачерпнула пригоршню воды и замерла, пораженная до глубины души… Водопады, скалы, горы – все казалось нереальным. Девушка ущипнула себя за щеку, и от неожиданной боли вырвался тихий стон.

«Это не сон… Но как такое возможно?»

Она поднесла ладони к пересохшим губам, но обнаружила, что вода утекла сквозь пальцы, пока разум блуждал в недоумении. Линда вновь набрала воды, утолила жажду, и на душе стало чуть легче. Присев на нагретый солнцем валун, она старалась впитать красоту этого дивного места, но вопросы о случившемся не покидали ее.

Последние воспоминания – та помпезная свадьба… свадьба Алекса. И острая, как кинжал, мысль: «Это все из-за него…»

Ярость вспыхнула было, но тут же угасла, сменившись ощущением нереальности. «Может, это все еще кошмар?» Именно он довел ее до такого состояния.

Но злость угасла, сменившись ощущением нереальности, будто все происходящее – лишь продолжение кошмарного сна. Линда закрыла глаза, пытаясь унять бурю в голове, но в сознании мелькали лишь обрывки воспоминаний, причиняя невыносимую боль. Как она оказалась в этом странном и одновременно прекрасном и пугающем месте?

Придя в себя, Линда решила найти людей, чтобы понять, где она. Чувствуя себя потерянной в этой глуши, она мечтала вернуться домой.

Идя вдоль озера, она заметила едва заметную тропинку, петляющую между деревьями.

«Тропа… значит, где-то рядом есть люди, поселение!» – промелькнула надежда.

Словно завороженная, Линда пошла по извилистой тропе, ведущей к скалам, спускающимся с горы. Огромные камни, покрытые мхом и увитые лианами, словно охраняли ее путь, а справа зияла пропасть. Леденящий страх высоты сковал ее, заставляя прижиматься к шершавым скалам, отгоняя мысли об опасности и упрямо двигаясь вперед.

Вскоре тропа привела ее к ущелью, откуда сквозь расщелину в скале пробивались багровые лучи, словно последние вздохи заходящего солнца, проникшие в каменное чрево пещеры.

С опаской Линда прокралась внутрь и заглянула в полумрак. Там, среди теней, она увидела неподвижную фигуру мужчины, чья одежда была пропитана кровью. Земля вокруг него алела зловещими пятнами, и Линда похолодела, осознав всю тяжесть его ранения.

Полумрак окутывал раненого мужчину, и вид его, залитого кровью, поверг Линду в леденящий ужас. Но еще сильнее ее пугало странное, алое сияние, исходящее от пролитой крови. Внутри нее бушевала буря: с одной стороны, острое желание броситься на помощь, понимая, что каждая секунда может стать для него последней, с другой – всепоглощающий страх, который словно приковал ее к месту. Она металась между зовом долга и парализующим ужасом.

Сердце Линды сжалось от беспокойства. Собрав последние крупицы мужества, она осторожно приблизилась и наклонилась, пытаясь определить, жив ли он. Не решаясь прикоснуться, она поднесла руку к его лицу, ища признаки дыхания.

– Вы живы? Слышите? – прошептала она, боясь нарушить тишину, и едва коснулась его груди пальцем. Ответа не последовало. Попытка встряхнуть его за плечо обернулась жгучей болью – ее пальцы обожгло, и она вскрикнула, отдернув руку, испачканную кровью.

– Ну почему я всегда в такое влипаю? – пробормотала она, прижимая ладонь к губам и ощущая соленый вкус крови. Но мысль о раненом незнакомце не давала покоя. Ему нужна помощь!

Оглядев его, Линда отметила необычный, словно из старинной книги, наряд: черный шелковый плащ с серебряной вышивкой и драгоценными камнями, широкий пояс и мерцающие сапоги – все говорило о неземном богатстве. Отгоняя мысли о собственной ране, она склонилась ближе, ища способ помочь. В наступившей тишине, нарушаемой лишь шелестом ветра, время текло незаметно. Ее взгляд упал на странный браслет на его запястье – возможно, это ключ к его спасению. Может быть, там тайник с лекарством? Она повертела его, но не нашла никаких зацепок.

Лицо незнакомца скрывала тень. Опустившись на колени, она осторожно повернула его голову к скудному свету, проникающему в пещеру.

И тут… Линда словно перестала дышать! Он был невероятно красив! Даже сейчас, в полумраке, с лицом, испачканным кровью, он был… совершенен.

Растрепанные черные волосы, безупречно изогнутые брови, властные черты лица…

«И правда, истинная красота заключается не во внешности, а в том, что скрыто в глубине», – пронеслось у нее в голове, пока она, забыв о собственных страхах, пыталась спасти этого прекрасного незнакомца.

Сняв свой синий кардиган, она бережно подложила его под голову раненому и, с учащенным сердцебиением, чувствуя, как волнение разливается по венам, развязала шнуровку его рубашки, обнажая ужасную рану. Ее взгляд невольно задержался на его тренированном теле, вызвав непроизвольный вздох восхищения. Потерявший сознание от боли мужчина явно находился в критическом состоянии.

Найдя бурдюк, Линда с облегчением обнаружила в нем жидкость. Однако, к ее удивлению, это оказался алкоголь, который, как она надеялась, послужит хоть каким-то дезинфектором.

Работая над раной, Линда случайно задела свежий порез на своей руке, и капля ее крови упала прямо в рану незнакомца.

В тот же миг он издал слабый стон, веки его дрогнули… И тут ее пронзила леденящая боль. Знакомая, пугающая боль… Мир вокруг начал расплываться, терять очертания. Силы покидали ее тело, и в голове отчаянно промелькнула мысль:

«Только не снова!»

Но тело уже не подчинялось, и она вновь начала проваливаться в темноту. Неужели этот незнакомец, этот прекрасный незнакомец, станет последним, что она увидит в своей жизни?

Камень Души и Его Хранительница

Очнувшись, Дин Хао ощутил обволакивающую тишину, словно в коконе. Обрывки воспоминаний – ловушка, зверь, острая боль – медленно проступали сквозь пелену беспамятства. Приподнявшись на локтях, он огляделся. Полумрак пещеры, пронизанный редкими лучами света, робко пробивавшимися сквозь узкую щель в скале, казался зловещим.

Он машинально потянулся к месту раны, но нащупал лишь гладкую кожу. Холод осознания сковал его: провал в памяти… Он не мог вспомнить, где именно был ранен. Повернулся на один бок, на другой – тщетно, никаких следов.

Взгляд зацепился за темные пятна на земле. Кровь. Она тянулась багровым следом к неподвижной фигуре, лежавшей ничком. Дин Хао прищурился, пытаясь различить черты незнакомца. Обтягивающие синие штаны из плотной ткани и короткая белая рубашка, едва прикрывающая живот, намекали на странный наряд. Волна длинных белоснежных волос ниспадала на плечи, скрывая лицо.

Перевернув незнакомца, Дин Хао отшатнулся, пораженный: перед ним лежала девушка. Повернув ее лицо к свету, он замер, очарованный. Волосы, белые, как первый снег, в скудном свете мерцали серебром, ослепительно контрастируя с фарфоровой бледностью кожи. Подбородок, чуть вздернутый, выдавал упрямый, своенравный характер. Взгляд невольно скользнул к губам – нежным, розовым, с чуть припухлой нижней губой, словно манящей к прикосновению. Длинные густые ресницы касались ее щек. Наклонившись ближе, чтобы проверить дыхание, Дин Хао уловил тонкий, едва уловимый аромат, исходящий от ее волос, – запах горных трав и свежести. Даже в беспамятстве она сохраняла неземную красоту.

Он осторожно приподнял ее, пытаясь привести в чувство, но рука девушки безвольно соскользнула вниз. Дин Хао заметил рану на ее ладони.

Рана зияла свежестью, а вокруг нее клубилась багровая дымка, словно кровь пылала изнутри незримым пламенем. Тревога, переходящая в изумление, стиснула сердце Дин Хао:

«Не может быть… Неужели это возможно?! Лишь владелец Камня Души может источать подобное сияние…»

В его голове мгновенно вспыхнули воспоминания, словно яркие искры фейерверка, о событиях, что привели его к обладанию этой невероятной, опасной силой.

Воспоминание Дин Хао: дар и проклятие Камня Души

История началась у Озера Лазурной Луны, где Дин Хао, рискуя жизнью, защитил водяного по имени Лун Цзин от алчных злодеев, жаждущих его духовного ядра. В знак бесконечной признательности Лун Цзин преподнес ему Камень Души, разделенный на две части – черную и белую, олицетворяющие свет и тьму. Обладание этим камнем даровало уникальный божественный дар: кровь, способную исцелять от самых смертоносных ядов, залечивать раны, перед которыми пасовали даже лучшие лекари, и даровать невообразимую силу. Однако, как предупреждал Лун Цзин, если половинки камня окажутся разделены, его могущество катастрофически иссякнет, и одна из частей сможет лишь залечивать незначительные раны, будучи бессильной перед лицом серьезных травм и неизлечимых недугов.

Он помнил тот день, как сейчас. Когда Камень Души вошел в его тело, его охватил обжигающий холод, пронзающий до самых костей, а вокруг разлилось мистическое багровое сияние, словно сама энергия вселенной, заключенная в этом камне, наполнила его существо. Водяной тогда предостерегающе сказал:

– Каждая твоя рана будет светиться багровым. Принимай эти пилюли, чтобы скрыть следы Камня от посторонних глаз.

Он протянул Дин Хао шкатулку с иссиня-черными пилюлями.

– Но помни, – добавил водяной с нарастающей строгостью в голосе, – если половина камня попадет в другие руки, исцелить смертельную болезнь можно будет, лишь слив кровь обоих владельцев, соединив свет и тьму в едином порыве.

– Однако, если обычный человек случайно столкнется с этим камнем, последствия будут ужасающими, невообразимыми. Попытка исцелить кого-либо своей кровью вызовет у него невыносимые страдания, муки, перед которыми померкнет даже сама смерть. Каждое такое исцеление будет истощать его жизненные силы, отнимая частицу его самого, ослабляя его день ото дня. Тьма камня будет расти, требуя взамен частицу души смертного, словно голодный зверь, жаждущий насытиться. И в итоге, исчерпав все свои ресурсы, он неизбежно погибнет, поглощенный этой бездной, превратившись в пустую оболочку…

В голове Дин Хао бушевал ураган мыслей.

Неужели это правда? Неужели он наконец нашел то, что так долго искал, владелицу второй половины Камня Души? Здесь, в этой темной, проклятой пещере… Шанс, которого он ждал, или смертельная ловушка, уготованная ему судьбой?

Чтобы уберечь свой народ и земли от грядущих бед, старейшины и вожди Цветочного Королевства и четырех кланов, скрепленных вековой дружбой, воздвигли над собой магический купол – барьер. Но судьба, как часто бывает, оказалась жестокой. Однажды этот защитный барьер, казавшийся вечным, с чудовищным грохотом разрушило ужасное создание, чье имя внушало леденящий ужас – Бичжао. Его тело, как у гигантского ящера, было покрыто змеиной чешуей, зловеще поблескивающей в лунном свете. Могучие крылья, как у огромного ястреба, отбрасывали тень, вселяющую первобытный страх.

Четыре лапы, каждая с тремя смертоносными когтями, источающими парализующий яд, делали это существо воплощением ужаса. Яд поражал не только плоть, но и душу, обрекая каждого, кого касался его удар, на мучительную смерть.

Цветочное Королевство, годами защищенное магическим барьером, впервые столкнулось со страхом, когда этот зверь прорвался, сея смерть и разрушения

Среди тихого шелеста и сладкого аромата Абрикосового сада развернулась трагедия. Юй Лань, юная и прекрасная дочь короля Цветочного Королевства, в сопровождении старейшины и трех подруг, беззаботно гуляла, когда спокойствие было нарушено яростным рыком.

Из теней вырвался Бичжао – чудовищный зверь, его глаза горели злобой. Юй Лань и ее спутницы, обученные магии, не дрогнули. Они встали на защиту, плетя заклинания света и энергии, но Бичжао был слишком силен. С каждым взмахом когтистых лап, с каждым ударом шипастого хвоста он рассеивал их магию.

Силы девушек таяли. Они выдыхались, а Бичжао наседал. В один ужасный момент зверь обрушил когтистую лапу на Юй Лань. Лезвия полоснули по ее груди, едва не задев сердце. Девушка вскрикнула от боли и упала на колени, чувствуя, как жизнь покидает ее тело.

В этот миг появился Дин Хао. Он бросился в бой, его движения были быстры и точны, словно танец смерти. Он обрушил на зверя град ударов, сплетая магию ветра и энергии в смертоносный вихрь.

Бичжао ответил яростным натиском. Когти рвали воздух, шипы хвоста вонзались в землю, рык сотрясал долину, ядовитая слюна прожигала траву. Битва кипела в вихре магии, воздух звенел от столкновения энергий. Внезапно, словно гром среди ясного неба, Бичжао обрушил на него сокрушительный взмах, от которого невозможно было увернуться.

Эхом по саду прокатился хруст ломающихся костей. Дин Хао, словно подпиленное дерево, зашатался. Из его уст хлынула кровь, заливая абрикосовые лепестки кроваво-багряным цветом. Вместе с потоком крови из горла вырвалась черная, как ночь, половина Камня Души.

В этот момент ярость Дин Хао вспыхнула с новой, более мощной силой. Собрав последние крупицы своей воли, он обрушил на Бичжао удар, несущий в себе всю его мощь и невыносимую боль. Зверь издал предсмертный вой, полный агонии и отчаяния, и рухнул на землю поверженный. Однако эта победа имела свою цену: Дин Хао лишился половины Камня Души.

Дин Хао и Линда: Начало Пути

О существовании этого артефакта знал лишь он сам и Водяной Лун Цзин, даровавший ему это сокровище. Этот магический предмет, подобно последней надежде, мог стать спасением для Юй Лань, но в этот трагический час он был потерян навсегда, словно звезда, сорвавшаяся с небес и утонувшая в бездонной тьме.

Год бесплодных поисков истек, и вдруг, словно по прихоти судьбы, Камень Души сам нашел своего владельца. Дин Хао замер в оцепенении, словно громом пораженный: неуловимый артефакт, за которым он так долго охотился, покоился в хрупком теле этой девушки.

«Как Камень попал к ней? Что привело ее в земли Лорда Демонов? В долину Гуайшань⁴?»

В голове Дин Хао роились вопросы, но он мог лишь ждать ее пробуждения.

Его отчаянные поиски второй части Камня Души были внезапно прерваны звериной западней, расставленной неведомыми врагами. Острые, точно клыки голодного хищника, шипы вонзились в плоть, обжигая адской болью. Стиснув зубы и превозмогая мучительную боль, он собрал остатки магии, скопившейся в ногах, и с нечеловеческим усилием вырвался из ловушки, оставив в ней клочья окровавленной ткани. С трудом спустившись ниже по отвесной скале, он наконец нашел узкий вход в ущелье. Там, в кромешной темноте, он наивно надеялся исцелить раны, используя целительную энергию Камня Души. Но коварная боль сделала свое дело – вскоре его накрыла спасительная пелена беспамятства.

Когда мутное сознание, будто после долгого и тяжелого сна, медленно вернулось к нему, он увидел ее – загадочную девушку, пробуждающуюся рядом.

Линда открыла глаза, и первое, что она увидела, был тот незнакомец: красивый, словно сошедший со страниц древних легенд, но настороженный, подобно дикому зверю. В его темных, как южная ночь, глазах читалось нескрываемое любопытство и немой вопрос, застывший на губах.

«Что с ней случилось? Кто она? И что она здесь делает?» – эти вопросы терзали его.

Дин Хао завороженно наблюдал, как на ее лице мелькают разные эмоции: улыбка, тревога, любопытство, осторожность. Она изучала его с интересом, но молчала, словно боялась спугнуть видение. Напряжение нарастало, и Дин Хао нарушил молчание:

– Кто ты? – Его низкий, бархатистый голос прозвучал в пещере как раскат грома. Он присел рядом с Линдой на холодный камень, пронзая ее настороженным взглядом. Склонившись ближе, будто пытаясь прочесть ответ в ее глазах, он резко отстранился, заметив ее замешательство.

«Черт возьми! Сразу „кто ты“? Никакого „в порядке ли ты“? Ни капли сочувствия!» – с внезапным раздражением подумала Линда, глядя на этого угрюмого, но безумно красивого незнакомца.

– Я… – она запнулась, словно что-то сковало ее мысли. «Что, если он преступник? Рана явно не случайна, наверняка от кого-то прячется… Нужно бежать!»

– Прежде чем расскажешь, как тебя сюда занесло, – его ровный голос вырвал ее из тревожных мыслей, – вдохнем глоток свободы.

Не дожидаясь ответа, Дин Хао направился к выходу из пещеры. Линда осознала, что спуститься было проще, чем подняться по скале.

Он обернулся и протянул ей руку. Мгновение колебаний – и дрожащие пальцы Линды робко сомкнулись с его сильной, горячей ладонью. Общими усилиями они выбрались на поверхность. Первый луч солнца, ворвавшийся в глаза, заставил Линду зажмуриться. Когда зрение адаптировалось к свету, их взгляды встретились. Ошеломление отразилось в обоих. Время словно замерло, и они, забыв обо всем, были поражены великолепием друг друга.

Солнечные лучи обрамляли мужественное лицо Дин Хао, подчеркивая нежный оттенок его кожи. Высокий и стройный, он был подтянут и крепок, как хищник, готовый к прыжку. Черная шелковая накидка ниспадала мягкими складками, мерцая серебряными нитями, и сквозь разрез ткани проступали очертания его сильной груди.

Линда невольно смущенно улыбнулась, вспоминая, как лихорадочно пыталась расстегнуть эту проклятую одежду, чтобы обработать его рану.

Если Линду пленила красота этого мужчины, то Дин Хао изучал ее с недовольством, словно она была надоедливым насекомым.

«Одежда на ней как вторая кожа», – подумал он, рассматривая ее облегающие бедра в синих джинсах. Затем он скользнул взглядом выше, к короткой футболке, едва прикрывающей ее тонкую талию.

С недовольным ворчанием сорвав с плеч свою накидку, он с силой накинул ее на Линду, окутывая теплом и ароматом сандала и мускуса. Прежде чем накидка ее укрыла, Линда заметила возле плеча изящную брошь. Почувствовав ее взгляд, он неловко попытался расстегнуть ее. Наконец брошь открылась, и он снова накинул накидку на Линду. Пока ткань оседала на ее плечах, ее взгляд задержался на броши. «Так вот обо что я поранила руку!»

Линда робко вдохнула запах, исходивший от его накидки, и мысль пронзила ее:

«Не только его облик – его запах поистине опьяняет…»

Улыбка тронула ее губы, но, встретив настороженный взгляд Дин Хао, она почувствовала, как румянец заливает ее щеки. Смущенная внезапным вторжением мыслей, она забормотала, пытаясь скрыть свое волнение:

– Я… брела… брела… и вдруг – вы… Потом ослепительная вспышка… вы… ранены… Провал в пустоту… Очнулась… Я – Линда… а вы?..

Настроение менялось стремительно, как картинки в калейдоскопе. Протянув руку в неуклюжем приветствии, с плутоватым огоньком в глазах, она робко поинтересовалась:

– Не подскажете, где мы? Хоть примерно?

Дин Хао заметил, как предательски дрожит ее рука, а в глазах плещется испуганное любопытство, перемешанное с тревогой и паникой. Демонстративно проигнорировав протянутую ладонь, он отрезал ледяным тоном, одарив ее неодобрительным взглядом:

– Ты что, не понимаешь, где находишься? Это тебе не проходной двор, где можно вот так просто очнуться!

Он окинул ее полным недоверия взглядом. Что-то в ней раздражало: смутное предчувствие, как приближающаяся буря. Может быть, дело в том, что Камень теперь у нее, и это грозит осложнениями…

Линда решила разыграть амнезию – это казалось ей самым безопасным выходом. Объяснять что-либо этому незнакомцу было бессмысленно, да и как объяснить то, чего она сама не понимала? К тому же взгляд мужчины становился все более нетерпеливым, обжигающим.

– Я… ничего не помню, – произнесла она тихо, почти шепотом, стараясь казаться как можно более убедительной. Дин Хао недоверчиво вперился в нее ледяным взглядом, вопросительно приподняв темную, идеально очерченную бровь.

– То есть ты правда… НИЧЕГО не помнишь? – В его голосе сквозил такой скепсис, что Линда едва не съежилась.

– Угу, – пробормотала Линда, чувствуя, как краснеет. Она опустила глаза, чтобы он не видел ее волнения.

– Совсем ничего? – Сомнение сквозило в его голосе.

– Ну… да, – тихо ответила она, ковыряя носком туфли песок.

– А как ты имя свое вспомнила, чудо-память? – Он заложил руки за спину и медленно, словно голодный тигр, начал надвигаться на нее. В его глазах плясали какие-то зловещие искорки.

Линда невольно отшатнулась, и ее глаза расширились от страха. «Он что, издевается?!»

Заметив ее смятение, Дин Хао слегка отступил.

– Да погоди ты, не кипятись, – сказал он, закатив глаза. – Просто интересно, как так вышло.

Линда выдохнула с облегчением, но все равно смотрела на него, как на опасного зверя.

– Я… я правда не помню! – торопливо проговорила она, пытаясь изобразить искренность. – Очнулась – только имя в голове и осталось.

Она изо всех сил старалась говорить ровно, без дрожи, ведь ей нужно было бежать, вернуться домой. И для этого она разыграет спектакль.

На мгновение Дин Хао погрузился в глубокие раздумья, прищурив темные глаза, и его взгляд, словно луч прожектора, задержался на Линде. Как этот осколок Души оказался заключенным в хрупком теле этой смертной девушки?

«Возможно, ее завербовали представители клана Богровой Тени. Их извечной целью было свержение правящих династий и установление своей безраздельной власти над Смертным и Бессмертным мирами. Они плели коварные интриги, распространяли хаос и вербовали новых последователей, обещая им взамен невероятную силу и бессмертие. Может быть, это они пытались похитить вторую половину камня?» Но он отбросил эти мысли.

«Как эта слабая смертная могла представлять угрозу?» Усмешка тронула его губы.

«Сейчас нет смысла ее допрашивать. ВРЕТ КАК ДЫШИТ, это очевидно. Но долг есть долг: Камень Души нужно доставить в Цветочное Королевство. Проблема лишь в том, что часть его теперь внутри нее, и это связало их судьбы».

«Использовать магию рядом с ней опасно, а открывать ей сразу мир бессмертных – и подавно. Испугается и убежит, потом ищи ее по всему свету».

«Надо бы навестить Водяного Лун Цзина. Может, он знает способ извлечь Камень Души. Это бы сильно облегчило задачу».

Линда, сомневаясь, стоит ли нарушать тишину, неслышно опустилась на корточки, подняла с земли обломок ветви и принялась чертить бессмысленные узоры на влажной почве, выжидая, когда этот «безымянный» соизволит ее заметить. И словно в ответ на ее невысказанное желание, рассекая густую тишину, прозвучал его голос. В нем уже не сквозило прежнего раздражения:

– Ладно, раз ничего не помнишь, пойдешь со мной, – сказал Дин Хао, словно делая великое одолжение.

«Пусть пока думает, что я ей помогаю. Не стоит ей знать, что я сам нуждаюсь в ней», — промелькнуло у него в мыслях.

Линда взглянула на мужчину с опаской, но в его лице читалась лишь суровая серьезность. Он развернулся и пошел вниз по тропе, словно груз с плеч сбросил. Не услышав шагов, он обернулся. Линда все еще стояла как вкопанная.

– Эй, ты собираешься прорасти корнями или все-таки пойдешь со мной? – прозвучал его голос, нарушая тишину.

Линда вздрогнула, словно очнувшись от забытья, и поспешила догнать безымянного незнакомца.

– Может, хоть имя свое скажете? – спросила она, надеясь хоть на какую-то вежливость. Но его ответ ее ошеломил.

– Господин.

– Господин?! – Линда чуть не подавилась воздухом. – Может, сразу императором себя объявите?

– Пока еще нет, – спокойно ответил ее «господин».

– Чтобы вопросов лишних не было, притворишься моей служанкой. Так что «господин» вполне подойдет.

– А варианты есть? – с надеждой спросила она. – Вдруг я дочь важного чиновника, а вы меня в служанки записали?

Дин Хао быстро спускался по тропе, не обращая внимания на ее колкости.

– Мы что, куда-то опаздываем? Я за вами не успеваю! – Линде приходилось почти бежать, чтобы не отстать.

Он как будто не слышал. Лишь когда ее шаги стихли, он обернулся. Линда стояла, прижав руку к груди, тяжело дыша.

– Чего встала? – спросил он. В ответ лишь хриплое молчание. Горло пересохло.

Дин Хао осознал, что, возможно, был слишком суров. В конце концов, она всего лишь девушка, не наделенная неукротимой выносливостью местных жителей. Вернувшись, он опустился на одно колено и похлопал себя по плечу:

– Залезай.

Линда не двигалась.

– Садись же, не трать время зря. Внизу журчит родник, напьемся – полегчает. И бурдюк наполним, – он кивнул на висевший у него на поясе бурдюк.

Она послушалась, слишком сильно хотелось пить. Дин Хао осторожно подхватил ее под бедра. К его удивлению, она оказалась легкой, словно перышко. Робко обхватив его шею руками, она старалась не касаться его лица. Он улыбнулся, представляя ее смущенное лицо. Шелковые пряди коснулись его щеки, и Дин Хао снова почувствовал нежный аромат цветов, исходящий от ее волос. Он медленно пошел по тропе, стараясь не споткнуться о корни деревьев.

Весь путь к источнику они шли в тишине, каждый думал о своем. Линда, сидя на спине у Дин Хао, вдруг увидела в нем нечто большее, чем просто угрюмого попутчика – проблеск доброты, прежде скрытый за маской суровости. Она украдкой благодарила его за помощь, за неожиданное проявление порядочности.

У источника Дин Хао осторожно опустил Линду на землю, и ее ноги утонули в мягком ковре травы. Он открыл бурдюк, наполнил его водой и предложил Линде первой утолить жажду. Вода оказалась не просто вкусной – она была живительной, словно эликсир, наполняющий тело новой энергией. Линда почувствовала, как усталость отступает, уступая место легкости.

– Похоже, нам придется заночевать в лесу, – произнес Дин Хао, сузив глаза и задумчиво глядя на Линду. Рой вопросов теснился в его голове: как она здесь оказалась?

Он поднес бурдюк к губам и жадно сделал большой глоток, наслаждаясь прохладой.

– Пойдем, нужно найти укромное место для ночлега, в лесу неспокойно, – сказал он, едва заметным жестом приглашая Линду следовать за собой. На этот раз он намеренно сбавил шаг, и она не могла не заметить этой заботы, тронувшей ее сердце.

– Спасибо, – тихо промолвила она.

– За что это? – Дин Хао притворился, что не понимает.

– За то, что замедлили шаг, чтобы мне не приходилось за вами бежать, – ответила она с робкой улыбкой, стараясь идти вровень с ним.

– Еще чего! Это тебе показалось, фантазерка, – в его голосе прозвучала легкая грубость, но Линда заметила едва уловимую довольную усмешку, игравшую на его губах. – Меньше болтай, больше делай. Пошли, – и он кивнул в направлении их пути.

Неутолимое любопытство, подобное жажде, снова охватило Линду.

– Куда мы идем? – спросила она.

Дин Хао замялся, не зная, как ответить. Истинная причина их путешествия могла ее испугать, а его главной целью было доставить ее в Цветочное Королевство. Первостепенной задачей было выяснить у Водяного, возможно ли вернуть камень.

Когда он получит Камень Души обратно, Линда станет ему не нужна.

– Зачем тебе это знать? Ты ведь ничего не помнишь. Какая разница, скажу я тебе, куда мы направляемся, или нет? Думаешь, это поможет тебе вспомнить, кто ты? Просто иди рядом. Потом разберемся.

Дин Хао помолчал, а потом спросил:

– А что, если ты так ничего и не вспомнишь? Кто ты, откуда?

– Я не знаю, я об этом не думала. Вы же не бросите меня, правда? – В ее глазах светилась наивная, доверчивая надежда.

– Посмотрим. Если будешь продолжать задавать глупые вопросы, я тебя оставлю.

Он наклонился, игриво щелкнул ее по носу и с плутоватой улыбкой продолжил путь.

Они шли несколько часов. Дин Хао настороженно оглядывался, словно чуял опасность. Тропа вилась меж гор, чьи склоны, поросшие дремучим лесом, вздымались к небесам, словно стражи древних тайн. Пейзаж казался нереальным, словно сошедшим со страниц сказки. По краям тропы алели пионы, напоминая Линде о бабушкином дворике, о тихом уюте родного дома. Тоска сжала сердце ледяной рукой.

«Милый дом… Где ты теперь?» – прошептала она, не в силах сдержать печаль.

Тайна леса и робкие чувства

Небо пылало закатом. За стеной деревьев начинался темный лес, полный ночных звуков. Линда застыла на поляне, купаясь в последних лучах заходящего солнца. Ветер игриво трепал ее волосы, ласково касаясь щек. Ей казалось, что все это сон, волшебный и нереальный, но она решила довериться судьбе, отдаться течению.

Вдруг в животе у Линды предательски заурчало, нарушив тишину. Она вспомнила, что с момента своего странного появления в этом чудесном месте утром она ничего не ела.

Дин Хао, стоявший рядом, услышал этот тихий ропот и слегка усмехнулся, но его тут же кольнула вина – он совершенно забыл о ее нуждах. Он сам мог долго обходиться без пищи, но она… Она была хрупкой и беззащитной.

Устремив взгляд на полыхающий закат, Дин Хао озабоченно нахмурился. Он знал, что в этих лесах он всегда мог найти пропитание, будь то спелые ягоды, питательные корешки или даже свежая рыба в ближайшей реке. И он мог позаботиться о том, чтобы Линда не голодала.

– Прости, – в его голосе звучала неподдельная забота. – Я совсем забыл, что ты можешь быть голодна. Сейчас что-нибудь добудем. В этих местах всегда можно найти, чем подкрепиться.

– Ничего страшного, – отозвалась Линда, стараясь скрыть смущение. – Я просто не заметила, как пролетело время.

Живот снова настойчиво напомнил о себе, и легкий румянец залил ее щеки.

– Ладно, хватит стоять. – Он подтолкнул Линду вперед, в сторону манящей лесной чащи. – Пойдем. Уверен, я смогу найти что-то вкусное для нас.

Линда кивнула, и они вместе двинулись в сторону манящей лесной чащи.

Дин Хао приметил, что девчонка оказалась крепче, чем он предполагал. С тех пор как они покинули источник, ни единой жалобы не сорвалось с ее губ. Вот и сейчас, изголодавшаяся, то и дело спотыкаясь о подол его длинного плаща, она молча и терпеливо следовала рядом, ни единым жестом не выдавая своего неудовольствия.

В лесу Линда замерла, пораженная величием деревьев. Казалось, они росли здесь веками, окутанные мхом. Сквозь ветви пробивались лучи солнца, создавая волшебную атмосферу.

И тут ее взгляд невольно упал на Дин Хао. В его суровом профиле, освещенном закатным светом, было что-то притягательное. Линда вспомнила его сильное тело, когда промывала его рану. Она смущенно отвела взгляд, чувствуя, как щеки заливает жар.

«О чем я только думаю…» – промелькнуло в ее голове. В его присутствии сердце начинало биться быстрее, а мысли путались.

Заметив ее румянец, Дин Хао шагнул ближе, приложил руку ко лбу и нахмурился:

– Жара нет… С чего это ты вся красная?

От его слов кровь еще сильнее прилила к лицу Линды. «Хорошо, что он не умеет читать мои мысли!»

Они углубились в лес, и вдруг… Линда ахнула. Перед ними открылся водопад. Брызги воды сверкали на солнце, создавая радугу, а шум падающей воды звучал как гимн жизни.

Уже почти стемнело, и невозможно было в полной мере рассмотреть это великолепие, но даже в полумраке оно завораживало.

Дин Хао, с уверенностью человека, не раз ходившего этими тропами, повел Линду к скале. Она следовала за ним, доверяя каждому его шагу. Вскоре они оказались в небольшом ущелье, скрытом в каменном массиве. Здесь чернели остатки старого кострища, а рядом, словно приглашая к теплу, лежала аккуратная горка сухих веток.

«Кажется, ущелья в скалах – его слабость», – подумала Линда, и легкая улыбка тронула ее губы. «Это уже второе подобное место за день».

– Здесь мы можем передохнуть, – произнес Дин Хао, указывая на небольшую площадку, усыпанную соломой. – Располагайся, я разведу огонь.

Линда, устраиваясь поудобнее, с любопытством наблюдала, как Дин Хао принимается за работу.

Обычно Дин Хао прибегал к магии, но в ее присутствии это было невозможно. Пришлось довольствоваться дедовским способом – трением палки о палку. Линда завороженно следила за его сосредоточенным лицом, за напряжением в руках. После нескольких неудачных попыток сухие ветки наконец вспыхнули, озаряя ущелье пляшущими тенями и теплым светом. Линда подумала, что это, возможно, единственный раз, когда ей доведется увидеть нечто подобное.

– Побудь здесь, ладно? Я пойду поищу хоть что-нибудь съестное.

– Ты справишься одна? – спросил он, и в голосе звучала неприкрытая забота.

Линда постаралась придать себе уверенный вид и кивнула.

– Не думай, что я такая уж трусиха, – с вызовом вскинув подбородок, она улыбнулась, и в глазах мелькнули озорные искорки.

Дин Хао удовлетворенно кивнул и углубился в лес, оставив Линду наедине с трескучим костром и ночными голосами природы. Она зачарованно смотрела на пляшущие языки пламени. Вокруг царила звенящая тишина, лишь изредка нарушаемая шелестом листвы и далекими перекличками ночных обитателей. Линда подумала, что это не просто лес, а волшебное царство, сотканное из тайн и грез. Веки налились свинцом, и она провалилась в объятия сна.

Когда Дин Хао, держа в руках пойманную рыбу, вернулся к костру, его взору предстала трогательная картина. Его спутница так и не дождалась ужина. Свернувшись калачиком, голодная, она мирно спала, подложив ладони под щеку вместо подушки. Догорающий костер ласково согревал ее лицо, придавая ему ангельское спокойствие.

Он никогда прежде не видел таких густых и длинных ресниц. Они, словно бархатные крылья, обрамляли ее лучистые серые глаза, которые, казалось, даже во сне излучали мягкий свет.

Дин Хао подбросил хвороста в костер, и пляшущее пламя оживило поляну. Он принялся жарить рыбу, чтобы утром она могла подкрепиться.

Убедившись, что девушка крепко спит, он осторожно вышел из лагеря, стараясь не издавать лишних звуков.

Запечатанное сердце и долг перед Королевством

Лунный свет нежно освещал тропинку, спускавшуюся с горы. Он направился к озеру, расположенному на противоположной стороне. Вода в озере искрилась, отражая звезды. Сложив руки рупором, он издал крик, который разнесся по ночному воздуху. Спустя несколько минут из глубин Озера Лазурной Луны возник Водяной Лун Цзин, его фигура была окутана туманом, а глаза светились древней мудростью.

– Здравствуй, Дин Хао, мой верный друг. Что привело тебя в мои владения в столь поздний час? – прозвучал его голос, исполненный почтения и силы, словно рокот далекой грозы. Дин Хао ответил глубоким поклоном, в котором читалось достоинство и уважение.

– Да, в битве с Бичжао. Я целый год безуспешно искал утраченную часть. Но сегодня судьба привела меня к девушке, в которой, я уверен, находится вторая половина. Проблема в том, что я не знаю, как забрать Камень, не причинив ей вреда. Использовать ее кровь – значит подвергнуть ее жизнь риску, а я хочу этого избежать, – ответил Дин Хао, чувствуя тяжесть ответственности за судьбу незнакомки.

Лун Цзин внимательно выслушал его и, после долгого молчания, произнес:

– Есть лишь один способ вернуть Камень… – голос его был ровным и твердым. – Только когда ее смертная оболочка перестанет существовать, камень вернется к своему владельцу.

Слова потрясли Дин Хао до глубины души. Горечь сковала его сердце, а отчаяние заполнило мысли.

Как он мог допустить, чтобы жизнь невинной девушки стала разменной монетой в жестокой правде? Спасая одну, неужели он обречет другую?

– Неужели нет другого выхода? – прошептал Дин Хао, в отчаянии ища в глазах Лун Цзина хоть какую-то надежду.

– Есть… – Лун Цзин замолчал, устремив взгляд в темную гладь озера, словно ища ответ в его глубинах. Дин Хао замер в ожидании. – Есть возможность сохранить ей жизнь, не используя ее кровь, но…

– …У него будет своя цена, – закончил за него Дин Хао. Он знал, что чудес не бывает, и любой дар требует платы.

Лун Цзин, казалось, без труда читал мысли и чувства Дин Хао, как раскрытую книгу.

– Это исключено, – категорично заявил Дин Хао, его тон не допускал возражений. – Жизнь другого человека под угрозой, и этот вопрос не обсуждается.

Длинная взъерошенная бровь Лун Цзина удивленно взметнулась вверх.

– Неужели кто-то сумел растопить твое ледяное сердце? – В лукавом взгляде Водяного Дракона зажегся озорной огонек. Он прикоснулся к длинной бороде и задумчиво забарабанил пальцами, словно пытался разгадать сложнейшую головоломку. – Весьма любопытно, какая же поразительная красавица смогла покорить сердце столь угрюмого отшельника?

Дин Хао отмахнулся от его слов, как от надоедливой мошки.

– Тебе прекрасно известно, что в моем сердце нет места для любви. Оно запечатано семью печатями. Но я обязан помочь этой девушке. Она дочь короля Цветочного Королевства, Юй Цзюэ Ди, человека, которому я всем обязан. Он дал мне кров и воспитание. Юй Лань – моя подруга детства… Она тихая, скромная и покорная, всегда понимает меня и соглашается со всем. Король благословил наш союз и наш брак однажды состоится.

– Ты все еще не можешь изгнать из сердца призрак Юй Тань?

– Забыть ее? Это было бы равносильно предательству, – прошептал Дин Хао, в его голосе звучала глубокая печаль, подобная похоронному колоколу.

– Ты не виновен в ее смерти. Никто не вечен, даже боги смертны, когда приходит их час. Не терзай себя напрасно, отпусти ее… – произнес Водяной ледяным тоном, лишенным всякого сочувствия. – Тебе предстоит сделать выбор, кого спасти. Впрочем, кажется, твой выбор уже сделан. И помни:

БРАК БЕЗ ЛЮБВИ – ЭТО ПОЖИЗНЕННОЕ ЗАТОЧЕНИЕ В ЛЕДЯНОЙ ТЕМНИЦЕ ОДИНОЧЕСТВА.

С этими словами он растворился в темных водах, оставив Дин Хао наедине с выбором, который терзал его душу.

Зловещий Фантом и Огненная Защита Дин Хао

Когда Дин Хао вернулся в пещеру, Линда уже не спала. Сидела, обхватив колени, и смотрела невидящим взглядом в огонь. Увидев его, она облегченно выдохнула.

– Ты вернулся. Я думала, ты ушел, бросив меня здесь, – проговорила она, и в голосе дрожали отголоски недавнего страха.

– Просто не спалось, бродил неподалеку, – пробормотал он, опуская глаза. Впервые Дин Хао ощутил укол вины за ложь. Он молча снял с самодельного вертела жареную рыбу и протянул Линде.

Страх Линды испарился с первым же куском. Она уплетала предложенное угощение с такой страстью, что даже эта простая, несоленая рыба показалась ей настоящим деликатесом.

– М-м-м, как вкусно! – бормотала она с набитым ртом.

Наблюдая за ее трапезой, Дин Хао невольно улыбнулся, думая, что двух рыбок ей вряд ли хватит. Наевшись, Линда захотела снова уснуть, но любопытство, разгоревшееся в ее глазах, было не унять. Она снова начала расспрашивать его:

– Как вас зовут? Куда мы отправимся завтра? А если я так и не вспомню, кто я, вы меня бросите? Ведь вам нет смысла меня держать…

В ее вопросах сквозила трогательная наивность, как у потерявшегося ребенка, ищущего своих родителей. Она боялась одиночества в этом незнакомом для нее месте.

Дин Хао мысленно согласился: она словно хрупкий цветок, выброшенный бурей на каменистый берег.

Линда приблизилась, ее взгляд, полный нетерпеливого ожидания, требовал ответа. «Я жду», – словно говорили эти глаза. Дин Хао почувствовал, как его сердце забилось быстрее от ее близости, и, чувствуя нарастающее напряжение, наконец выдохнул:

– Меня зовут Дин Хао.

Линда отступила на шаг, и он облегченно вздохнул, пораженный, как сильно его волновало ее присутствие. Еще недавно он требовал называть его «господином», но она упорно пыталась узнать его имя. И вот он сдался.

– Дин Хао? Интересное имя, – протянула она, погружаясь в свои мысли.

Он же, с самодовольной усмешкой, пояснил:

– Мое имя – это моя суть: мужественность, решительность и достижение. Я всегда добиваюсь своего.

Линда мысленно закатила глаза, отмечая его непомерное эго.

– А можно просто Хао? – слова вырвались сами собой, словно она переступила некую черту, за которую не следовало заходить.

– Нет, – отрезал он, и в голосе прозвучала резкость. – Наедине – Дин Хао, публично – господин. Хао – это для тех, кто мне близок.

– А я… я смогу когда-нибудь стать такой? – вопрос вылетел из нее, как птица из клетки.

– Нет! – Дин Хао ответил безапелляционно. Но, заметив, как вспыхнули ее щеки, как потускнел взгляд, он смягчился и с напускным безразличием спросил: – А что означает твое имя?

Почувствовав прилив облегчения, Линда выпрямилась и приняла нарочито царственную осанку, словно королева, взошедшая на трон:

– КРАСИВАЯ.

Дин Хао не смог сдержать улыбки, увидев ее комичную гордость.

– Тебе оно совершенно не подходит, – поддразнил он, наслаждаясь ее замешательством.

Линда нахмурилась, ее глаза сверкали вызовом.

– Ты просто не понимаешь женской красоты, – заявила она, вызывающе вскинув подбородок, явно не ожидая такой оценки.

Губы, полные обиды, выпятились, словно у ребенка, у которого отняли любимую игрушку. Но, несмотря на разочарование, она гордо вскинула голову, и несколько непокорных прядей прилипли к ее щеке. Завороженный, он неосознанно коснулся ее лица, убирая прядь.

Прикосновение к ее щеке ощутилось, как шелк, прохладный и нежный. В повисшей тишине время словно замерло. Их взгляды встретились, и в глазах Линды отразилось смятение, смешанное с зарождающимся интересом, любопытством и тревогой. В этот момент Дин Хао охватило тепло, и он впервые увидел ее настоящую красоту – не внешнюю, а внутреннюю, – хрупкую и уязвимую. Он резко отдернул руку, словно обжегся, и отступил, испуганный своим порывом. Удивление и недоумение читались в глазах Линды, смешанные с немым вопросом. Дин Хао, пытаясь вернуть самообладание и скрыть бешеное биение сердца, отвернулся, чувствуя себя так, словно только что сорвался в пропасть.

– Ты, похоже, собиралась спать, – бросил он резко, отвернувшись, словно стыдясь своей внезапной слабости.

Чтобы разрядить напряжение, Линда лишь кивнула и придвинулась к шершавой каменистой стене, собираясь присесть. Мысль о сне на голой земле не вызывала энтузиазма, но, почувствовав, как острые камни впиваются в затылок и спину, она с тихим вздохом опустилась на жесткую солому. Краем глаза она заметила, как Дин Хао, прислонившись к противоположной стене, молча закрыл глаза.

«Наверное, он настолько бесчувственный, что ему все равно, где спать», – подумала она с досадой.

Соломинки впивались в кожу, а затхлый запах сырости проникал в самую душу, усиливая ощущение дискомфорта. Как же ей удалось заснуть здесь в первый раз? Теперь это казалось совершенно невозможным.

Она вертелась с боку на бок, безрезультатно пытаясь найти хоть каплю удобства. Лежа на жесткой земле, Линда чувствовала, как мысли мечутся, подобно листьям, сорванным осенним штормом. Больше всего ей хотелось верить, что, проснувшись, она окажется в своей теплой и уютной постели. Ярко рисуя в воображении родной дом, спокойные вечера, манящий запах кофе и мягкий свет лампы, струящийся из-под абажура, она почувствовала щемящую тоску.

– А что, если я никогда не вернусь? – эта мысль вонзилась в Линду, словно нож. Страх сковал ее, как цепи, навсегда оставив в этом чужом, зловеще прекрасном месте.

Она лихорадочно оглядела незнакомый, пугающий пейзаж, словно пытаясь удержаться за ускользающую реальность. Линда вдруг подскочила, судорожно хватая ртом воздух, как будто тонула в бескрайней, черной пропасти. Паника сдавила горло, не давая дышать, а в голове билась лишь одна мысль: «Я потеряюсь… я пропаду здесь навсегда…»

Заметив ее внезапный приступ паники, Дин Хао незамедлительно оказался рядом, словно телепортировался. Тревога исказила его обычно непроницаемое лицо, проявив скрытую под маской уверенности заботу. Он осторожно обнял ее за плечи и слегка потряс, пытаясь вырвать из кошмара, вернуть в реальность.

– Что с тобой? – В его голосе – искреннее, неподдельное беспокойство, от которого по телу Линды пробежала слабая волна тепла.

Он прижал ее к себе, предлагая опереться на свое крепкое плечо, как будто понимал, насколько она сейчас уязвима и нуждается в поддержке. Он нежно, успокаивающе гладил по спине, стараясь унять дрожь, вызванную не только страхом, но и ощущением полной беспомощности.

Линда не противилась этим сильным, но удивительно мягким объятиям. В них она ощутила необходимое сейчас ей тепло. Молча, словно потерявшийся ребенок, она прильнула к нему, ища утешение в его близости, в его силе, в его присутствии. Дин Хао хранил молчание, позволяя ей просто быть рядом, чувствовать его поддержку, не требуя объяснений.

«Это самое малое, что я могу для нее сделать, – подумал он, чувствуя, как ее тело дрожит в его руках, — сейчас ей просто нужно знать, что она не одна».

Вскоре дыхание Линды стало ровным и спокойным. Она мирно уснула на его плече, измученная страхом и переживаниями. В воздухе застыла звенящая тишина, нарушаемая лишь тихим, мерным стуком его сердца, которое, казалось, билось в унисон с ее дыханием, словно оберегая ее сон.

Спокойствие Дин Хао оказалось лишь видимостью. Надвигалась беда. Когда он открыл глаза, то увидел клубящуюся черную ауру – леденящую душу тень Зловещего Фантома⁵. Она обвивала Линду, как хищник, жаждущий растерзать ее душу. Зловещий силуэт, словно сотканный из самой тьмы, окутывал девушку саваном могильного холода. В его центре горели алые, хищные глаза, полные ненасытного голода, устремленные на спящую Линду.

Злые духи, вечные обитатели междумирья⁶, питались жизненной силой смертных. Их существование зависело от поглощения чужой энергии; без нее они исчезали. Но некоторые, одержимые прошлым, стремились вернуться в мир живых, вселяясь в тела, чтобы завершить свои дела. Линда могла стать их жертвой, если бы не Дин Хао.

Дин Хао, не теряя времени и стараясь не разбудить девушку, призвал испепеляющее пламя. В его глазах горела уверенность. Огненный шар сорвался с его руки и полетел к Зловещему Фантому. Пламя прожгло тень, не дав ей добраться до Линды. Раздался треск, и тень распалась, оставив лишь дым. Дин Хао посмотрел на спящую Линду.

«Успел», – подумал он с облегчением. Пещера снова стала тихой, но Дин Хао чувствовал, что опасность не миновала. Он знал, что борьба с тьмой только начинается.

Испытание чувств и помощь водяного

Пробуждение Линды было медленным. Свет проникал в ее сознание постепенно, изгоняя остатки сновидений. Она лежала, прижавшись к коленям Дин Хао, словно искала убежище.

Дин Хао ощущал себя натянутой струной, готовой сорваться. Ночью Линда словно инстинктивно искала в нем защиту. Ее хрупкое тело пробудило в нем бурю противоречивых чувств. Жар, обжигающий, как летнее солнце, разливался по венам. Смущение омрачало его мысли.

Он никогда не видел такой безмятежный сон. В полумраке он не мог отвести взгляд от нежных черт ее лица. Рука невольно потянулась к ее щеке, но он тут же отдернул ее, словно коснулся огня. Он должен помнить: она лишь средство для спасения Юй Лань.

Томление в ожидании ее пробуждения казалось вечностью. И когда Линда открыла глаза, полные света, он резко оттолкнул ее, грубо бросив:

– Спишь как убитая! Так и жизнь проспишь. Вставай, пора идти.

Линда, ошеломленная его внезапной грубостью, растерянно спросила:

– Я чем-то вас расстроила ночью? Или помешала? Я не хотела… Я просто спала… Возможно, я нарушила ваши личные границы, заснув у вас на коленях? – и, опустив взгляд, прошептала: – Простите.

Дин Хао отметил, что в ее речи вновь прозвучало формальное «вы». В ее голосе слышались обида и недоумение, отражение его резких слов, и это лишь усиливало его внутреннюю борьбу. Чувство вины сдавило его сердце. Он не хотел, чтобы она думала, что он сердится на нее. На самом деле, он злился на себя за то, что позволил своим мыслям зайти так далеко.

Напряжение в воздухе сгустилось, предвещая бурю. Линда, собрав остатки самообладания, вышла из пещеры. Ледяным, отчужденным тоном она произнесла:

– Я иду туда, – Линда указала на водопад, чьи бурлящие воды манили и пугали своей непредсказуемой силой. Она сняла плащ, которым Дин Хао заботливо укутал ее плечи, и протянула его ему. – Спасибо за все, но наши пути расходятся здесь. Дальше я должна справиться сама.

В голосе Линды звучала такая непоколебимая решимость, что Дин Хао опешил, потеряв дар речи. Его ошеломила то ли ее уверенность, то ли ее безрассудство. Даже закаленные в боях воительницы не решались странствовать в одиночку. Казалось, эта девушка потеряла не только память, но и здравый смысл. Он застыл как изваяние, наблюдая, как Линда уверенно движется навстречу ревущему потоку.

– Эй, стой! – крикнул он, но его голос утонул в грохоте падающей воды.

– Ну и упрямица, – пробормотал Дин Хао, глядя вслед ее удаляющейся фигуре. – Неужели и вправду одна пойдет? Какая несгибаемая девчонка!

Он обреченно вздохнул и, не раздумывая, последовал за ней. Дин Хао чувствовал, что не может ее бросить, тем более что она представляла для него некий интерес. Догнав Линду у Озера Лазурной Луны, охраняемого Водяным Лун Цзинем, он увидел, как она замерла, словно завороженная, любуясь открывшимся видом. Водопад обрушивался вниз, создавая симфонию воды и камня, наполняющую воздух.

Линда затаила дыхание. Это был самый потрясающий пейзаж, который она когда-либо видела. Водопад, искрящийся мириадами брызг в лучах солнца, низвергался в озеро с кристально чистой, лазурной водой, создавая атмосферу волшебства. От этой красоты захватывало дух, и она не могла отвести взгляда.

Дин Хао замер, наблюдая за девушкой на берегу. Линда, казалось, была очарована пейзажем: в глазах – восторг, на губах – легкая улыбка. Внезапно он покраснел до корней волос, почувствовав, как кровь прилила к лицу.

«Не может быть!» – пронеслось в его голове, когда Линда сняла рубашку, оставшись в одном лишь крошечном топе.

«О НЕТ!» – эта мысль обожгла его, и стыд волной окатил с головы до ног. Он резко отвернулся, ища укрытие среди прибрежных камней, не желая быть замеченным в столь щекотливый момент. Но Линда, не подозревая о его присутствии, продолжала раздеваться, расстегивая джинсы.

Она вошла в прохладную воду, которая с тихим плеском приняла ее. Ступни ощутили гладкие, отшлифованные камни на дне. Найдя подходящий валун, она села на него, наслаждаясь моментом.

После тяжелого дня в лесу ее охватило чувство облегчения. Вода ласкала ее, словно сама природа, смывая усталость и тревоги, оставляя лишь звенящую тишину.

Дин Хао, словно привидение, прятался за камнями. Увиденное не отпускало его, вызывая смущение и возбуждение. Полуобнаженная Линда, с серебристыми волосами, казалась ему нереальной, словно призрачное видение, будоражащее его мысли. Он пытался отвлечься, но ее образ настойчиво возвращался. Одернув себя, он устыдился своих мыслей.

– Похоже, наша гостья вскружила тебе голову, – насмешливый голос Лун Цзина, хозяина этих вод и давнего друга Дин Хао, заставил Дин Хао покраснеть.

– Ерунда, – отрезал Дин Хао, стараясь казаться невозмутимым, и украдкой взглянул в сторону Линды, беззаботно плескавшейся в озере. Но его взгляд, задержавшийся на ней чуть дольше положенного, и дрогнувшие губы выдавали его смущение.

Не удержавшись от поддразнивания, Лун Цзин ухмыльнулся:

– И правда, глаз не отвести. – Он внимательно наблюдал за реакцией Дин Хао, а затем посерьезнел: – Ты все еще намерен вести ее в Цветочное Королевство? Это может плохо кончиться.

– Мое решение неизменно, мой долг – спасти Юй Лань, – твердо ответил Дин Хао.

– Бессмертный, почему бы тебе не воспользоваться магией для пересечения границ долин? – с любопытством спросил Лун Цзин. – Это было бы быстрее и безопаснее. – В его лице читалась мудрость, накопленная годами.

– Я почувствовал слабую демоническую ауру вокруг нее, – с тревогой сказал он. – Что-то случилось этой ночью?

– Это был зловещий фантом. – Ярость вспыхнула в глазах Дин Хао, кулаки сжались до хруста. Мысль о том, что Линде угрожала опасность, приводила его в бешенство.

– Он пытался завладеть ее телом, но я уничтожил его, – лицо Дин Хао омрачилось.

Лун Цзин понимал, что ситуация с Линдой гораздо сложнее, чем кажется.

– Ты не можешь просто закрывать глаза на происходящее, – настаивал водяной, пытаясь донести до друга всю серьезность момента. – Ты должен найти способ защитить ее. Она невинная жертва в этом деле. Я уверен, ты сделаешь все возможное, чтобы оградить ее от беды. В конце концов, возможно, она – чья-то любимая дочь.

Дин Хао, погруженный в свои мысли, не сразу ответил:

– Я сделаю все возможное, чтобы она была в безопасности, и как только она вспомнит, куда ей нужно, я верну ее домой, – он все еще выглядел задумчивым.

«Но ей нужно сделать одно дело, и только после этого она сможет быть свободной, как ветер в поле», – подумал Дин Хао, но не сказал этого вслух.

– Я планирую перенести ее в Цветочное Королевство, когда она будет спать ночью, но не знаю, как сделать это правильно? Нужно хоть немного подготовить ее к тому, что ее ждет в этом незнакомом для нее мире, – произнес он, словно размышляя вслух.

Водяной внимательно выслушал Дин Хао и попросил немного подождать, после чего исчез в глубинах озера. Когда он вернулся, в его руках были две изящные баночки, сияющие в полумраке, словно лунный свет, заключенный в сосуд.

– В этой баночке, – начал Лун Цзин, указывая на первый округлый сосуд, – хранятся пилюли, что скроют духовную ауру Камня, скроют ее от чужих глаз. Заметил, они иссякли у тебя, когда ты приходил этой ночью, я запамятовал отдать. Принимай сам и девушке дай. Надеюсь, помнишь, как пользоваться даром? – с лукавой уверенностью промолвил водяной, в его глазах плясали озорные искорки. – А это, – он протянул второй сосуд, – эликсир жизни. Давай ей каждый раз после того, как она будет использовать свою кровь для исцеления другого человека. Он поможет продлить ей жизнь.

Дин Хао склонил голову в знак согласия, сложив ладони в благодарственном жесте.

– Благодарю тебя, друг мой, Лун Цзин.

– Думаю, тебе следует встретиться с девой и дать ей знать, что ты рядом, – добавил Лун Цзин с легкой улыбкой. – Постарайся не быть излишне суров к ней, помни, что она неповинна в бедах дочери короля Цветочного Королевства, лишь пешка в чужой игре. А мне пора проститься с другом, ждут меня глубины озерные.

Условия сделки и тайные замыслы

«Интересно, долго она еще будет…» – Дин Хао оборвал себя на полуслове. Неожиданно всплывшие в голове картины мешали ему сосредоточиться на ожидании.

Он подошел ближе и замер. Линда сидела на берегу, подперев подбородок руками; ее спина была изящно выгнута, колени прижаты к груди. Лицо, белое, как лунный свет, было обращено к ласковому солнцу. С влажных серебристых волос стекали капли воды, скользя по ее изящной шее, лебединой в своей грации.

Она притягивала взгляд, как магнит, и Дин Хао судорожно сглотнул, ощущая, как жаркая волна поднимается от живота к лицу. Нежданное волнение покрыло лоб испариной. Он понимал, что должен отвернуться, но не мог оторвать глаз. Каждый жест, каждое движение казались ему воплощением невыносимой красоты.

Дин Хао нутром чувствовал: эти чувства опасны, они – предвестники беды.

Почувствовав на себе чей-то взгляд, Линда вздрогнула и резко вскочила. Сердце забилось, бешено колотясь в груди. Обернувшись, она увидела Дин Хао, и волна облегчения на мгновение смягчила ее взгляд. Но тут же, вспомнив, как выглядела мгновение назад, резвясь в озере, она прищурилась, и в голосе прозвучали подозрительные нотки:

– И давно ты здесь стоишь?

– Я… э… я только что… Просто подумал, что не могу оставить тебя одну и пошел за тобой, – пробормотал Дин Хао, запинаясь. Он заметил, как синяя кофта скрывает очертания ее фигуры, и облегченно подумал: «Хорошо», чувствуя, как щеки предательски алеют.

Линда не собиралась довольствоваться этим нескладным оправданием. Ее взгляд оставался прищуренным, словно проникая в самые потаенные уголки его сознания.

– Хотелось бы верить, но что-то мне подсказывает, что ты лжешь, – произнесла она, не отводя взгляда. Решив, однако, не развивать тему, чтобы избежать неловкости, добавила: – Но я не просила тебя идти за мной…

Бросив на Дин Хао надменный взгляд, она царственно повернулась к нему спиной и двинулась на поиски выхода из леса.

– Здесь опасно… Стой! – крикнул он, перепрыгивая через валуны, преграждавшие путь. Дин Хао бросился в погоню.

– СТОЙ, ГОВОРЮ! УПРЯМАЯ ДЕВЧОНКА. ЗДЕСЬ ОПАСНО! – Голос его дрожал от напряжения.

Оставив позади каменистую тропу, он оказался на мягкой траве и продолжил взбираться по склону, преследуя Линду. Она же, словно не слыша его, упорно шла вперед. Внутри Дин Хао крепла решимость: он не мог допустить, чтобы она осталась одна в этом лесу, полном загадок и угроз. Его план заключался в том, чтобы удержать ее рядом еще один день, а затем перенести в Цветочное Королевство и спасти Юй Лань.

Погоня за Линдой в гору давалась Дин Хао с трудом. Он недоумевал: разве она не простая слабая девушка? Или он упускает из виду нечто важное? Задыхаясь, он пытался постичь секрет ее скорости, ведь еще вчера он нес ее на плечах из-за изнеможения.

Догнав Линду, он изо всех сил прокричал ей в спину:

– Что за девушка такая! Самодурство и упрямство у тебя в крови, что ли? Я же говорю, в этом лесу опасно, куда ты одна собралась идти, не зная этих мест?

Его слова повисли в воздухе, но Линда, не оборачиваясь, лишь усмехнулась.

– А кто тебя просил за мной идти? – вдруг раздался ее голос, и в тот же миг она резко развернулась, врезавшись в Дин Хао.

– Ты что, с цепи сорвалась, девчонка? – воскликнул он, удивленный ее резкостью. – Говорю тебе, это опасное место! Я впервые вижу такую безрассудную девушку, как ты.

Линда, задев лбом грудь Дин Хао, отстранилась, растирая ушиб. Злость на него смешивалась с облегчением от того, что он не оставил ее одну. С ехидством в голосе она парировала:

– Не смотри тогда… Ночные звери меня не тронули, и сейчас обойдусь.

– Если бы не я… – начал Дин Хао, но осекся.

– Что ты хотел сказать? Почему замолчал? – Линда не терпела недосказанности. Она резко выпрямилась и вперила в него взгляд, словно он был ее должником. Сузив серые глаза, она ткнула пальцем ему в грудь, требуя:

– Если бы не ты, что? Договаривай!

– Ничего, просто так, – попытался увильнуть Дин Хао, явно не ожидая такой настойчивости.

– Хорошо, тогда я пошла, – отрезала Линда и двинулась вперед.

Дин Хао отступил, но останавливать ее не стал, пока она шла в нужном направлении.

В голове Линды роились неразрешенные вопросы, в ее глазах читались печаль и безнадежность. Все ее мысли были о возвращении домой. Она шла как во сне, красота вокруг превратилась в размытое пятно, но она продолжала двигаться, отдав себя на волю судьбы. Дин Хао заметил ее поникшие плечи, ее вселенскую усталость.

Жалость пронзила его, и он решительно пошел следом.

Линда внезапно замерла, обернулась к нему и коротко произнесла:

– Хорошо, пойдем.

Дин Хао был поражен ее молниеносным согласием. Он внимательно посмотрел на нее, но не заметил ни малейшего сомнения в ее спокойном, уверенном взгляде.

– Ладно. Но с условиями, – ответил он. Их взгляды встретились. Его голос был тихим, но твердым.

– Завтра утром мы будем на месте. Ты должна пообещать мне, что будешь соблюдать нашу договоренность. При посторонних называй меня «Господин». Не волнуйся. Я отсутствовал целый год, и никто не посмеет мне перечить или задавать лишние вопросы. Как только ты все вспомнишь, я отвезу тебя домой. Согласна?

Дин Хао видел, как ей тяжело, и сочувствовал ей. Ему было жизненно важно, чтобы она ему доверяла и чтобы ее тревога улеглась, ведь тогда она согласится помогать Юй Лань, отдавая свою кровь до полного выздоровления. Он верил, что остальное сложится само собой.

Линда, опустив глаза, кивнула.

«Пусть пока думает, что я согласилась», – промелькнуло у нее в голове.

В ее взгляде была такая всепоглощающая усталость, что он сравнил ее с крошечным лисенком, потерявшимся в огромном мире.

Дин Хао почувствовал укол вины – он снова забыл о том, что нужно ей самой.

– Через несколько миль будет небольшой Сад Нефритовых Плодов, – попытался он подбодрить ее. – Завтра, я обещаю, у тебя будет всего вдоволь.

Линда снова кивнула, но в ее глазах читалось лишь одно: ей было все равно, что есть, лишь бы утолить голод, терзавший ее последние дни.

И действительно, вскоре они достигли сада. Линда жадно принялась срывать нефритовые цитрусы – плоды, видом и мякотью напоминающие бананы, а вкусом – мандарины. Ее лицо озарилось детской радостью, когда она наконец смогла наполнить желудок. Дин Хао тоже съел пару плодов, с улыбкой наблюдая за ней. Вскоре она завязала концы своей кофты узлом и наполнила ее плодами, словно запасливый зверек, готовящийся к долгой зиме.

– Мы уже второй день в пути, и вокруг ни души, только горы, леса и тропы. Интересно, кто же по ним ходит, если поблизости нет людей? – Линда задумчиво закатила глаза, словно ища ответ в вышине.

– Близких поселений здесь нет, но дикие звери, безусловно, облюбовали эти места, – шутливо заметил Дин Хао, пытаясь немного напугать ее. Однако Линда, наевшись и набрав фруктов, присела под дерево, облокотившись на его шершавый ствол. Она закрыла глаза, погружаясь в тишину и покой этого уединенного места.

Дин Хао изучал Линду. Ее лицо выражало спокойствие и безмятежность. Хотя она не соответствовала его идеалу, он не мог не признать ее привлекательность.

Его по-прежнему беспокоило одно: как она оказалась в этом месте и почему именно она оказалась связана с Камнем Души? Это упрощало его задачу, но одновременно делало ситуацию еще более сложной.

Он подошел ближе к дереву, присел рядом и хотел было отдохнуть, но заметил, что ее голова наклоняется, и она начинает падать. Дин Хао среагировал мгновенно и успел подхватить ее голову рукой.

«Бедняжка, уснула», – подумал он. Аккуратно поддерживая ее, он снова положил ее голову себе на плечо, как прошлой ночью.

«Это скоро войдет в привычку», – усмехнулся он, но тут же отбросил эти мысли.

«Она здесь лишь гостья, выполнит свою миссию и вернется туда, откуда пришла».

Минуты текли в тишине, нарушаемой лишь дыханием Линды. Солнце почти скрылось за горизонтом. Дин Хао понимал, что пора двигаться. Он легонько коснулся ее плеча, пытаясь разбудить, но в ответ услышал лишь невнятное бормотание. Словно ища тепла, девушка потянулась к нему, собираясь уснуть прямо у него на коленях. Дин Хао мягко, но настойчиво вернул ее в прежнее положение. Прошептав заклинание, он в мгновение ока преобразил ее одежду. Простое голубое платье удивительно шло Линде, подчеркивая ее нежность. Магия сделала свое дело, и даже в этом скромном наряде она выделялась на фоне девушек Королевства, словно редкий цветок.

Стараясь не разбудить ее, Дин Хао осторожно взял Линду на руки. Ее лицо было безмятежным, и держать ее в объятиях казалось чем-то необыкновенно теплым, уютным, словно он обнимал свой дом. Он не понимал, что с ним происходит рядом с этой девушкой, и, чтобы отогнать наваждение, произнес заклинание перемещения. Словно молния, они пронеслись по ночному небу, и вскоре Линда уже мирно спала в покоях Дин Хао.

Средневековый кошмар

Вместо привычного потолка – три пары глаз, уставившиеся на нее. И не только! Пушистый рыжий хвостик, словно любопытный компас, вертелся прямо перед лицом Линды. Маленький лисенок искрился неподдельным интересом.

Растерянно моргая, Линда потерла глаза, в наивной надежде, что это всего лишь странный сон. Но видение не исчезло. Что ж, удивляться нечему: внезапные пробуждения в незнакомых местах, увы, становились ее новой реальностью.

Три пары человеческих глаз, возвышавшиеся над ней, принадлежали людям. В центре стоял юноша, источавший уверенность. Справа от него – девушка с искусно уложенными волосами, застывшими в форме нежных лепестков, в самом сердце которых расцветала пышная нежно-розовая роза. Слева – прекрасная незнакомка, ее осанка была столь идеальна, что напоминала натянутую струну. В ее прическе красовалась белоснежная магнолия, а лицо казалось высеченным из мрамора. В этой холодной красоте чувствовалась утонченность, пробуждающая в душе робкое восхищение.

Но где она вообще?! Окинув взглядом незнакомцев и диковинное пространство вокруг, Линда поймала себя на мысли о… средневековье?!!

«Бред какой-то, – усмехнулась она, отгоняя абсурдное видение. – Видно, стресс окончательно доконал мой мозг. Какое еще средневековье?»

«Да чтоб вас! Что здесь происходит?!»

Ее размышления прервал удивленный голос юноши:

– Кто вы такая?

Вопрос, который преследовал Линду уже два дня с момента ее первой, более чем странной встречи с Дин Хао.

Она, словно Алиса, провалилась в кроличью нору.

Огромная кровать под балдахином, на которой она проснулась, казалась нереальной. Шелк простыней ласкал кожу, а матрас утопал в мягкости перины. На стенах висели пейзажи в позолоченных рамах, а комнату освещали мерцающие огоньки свечей в изысканных подсвечниках. Все это манило и одновременно пугало – как декорации к историческому фильму, в котором ей выпала сомнительная честь сыграть главную роль. Сердце сжала тоска по дому.

Раздумья Линды прервал пронзительный голос девушки с розой, словно небрежно воткнутой в волосы. Ей едва ли исполнилось восемнадцать:

– Тебя спрашивают: кто ты такая и что делаешь в постели братика Хао? – в голосе звенело раздраженное высокомерие.

Значит, он ее брат… и, судя по ядовитым ноткам в голосе, яблоко от яблони, как говорится, недалеко падает.

Отвечать этой юной фурии Линде не хотелось. Не переносила она надменных девиц, особенно тех, что младше ее на семь, а то и больше лет. Она лишь скользнула взглядом по маленькому лисенку, который, не обращая ни на кого внимания, продолжал свой игривый танец вокруг кровати.

– Эй… ты глухая? Что ты здесь забыла? – голос девушки взвился до визгливой высоты.

И тут из тени появляется Он. В дверном проеме возникает внушительный силуэт, заполнив собой все пространство, словно сама ночь обрела плоть. Линда безошибочно узнала этот низкий, властный баритон: Дин Хао.

– Что здесь происходит? – его вопрос прозвучал гулко и угрожающе, расколов тишину, словно удар грома.

Сердце болезненно стукнуло, когда Линда ощутила себя крошечной куколкой, потерявшейся на необъятном ложе. Его рост казался подавляющим, подчеркивая ее хрупкость, делая почти невидимой в его тени. Дин Хао надвигался, как грозовая туча, и воздух вокруг наэлектризовался, предвещая неминуемый шторм. Его взгляд, острый как бритва, пронзил ее насквозь, заставив невольно съежиться. Резкий, повелительный тон вырвал ее из оцепенения:

– Почему молчишь? Язык отнялся? – в его голосе звучала ледяная отстраненность, словно их совместные дни были лишь сном. В его глазах Линда увидела сдерживаемую ярость.

Что его так разозлило? Ее отказ говорить с этими людьми?

С высоко поднятой головой она произнесла:

– Зачем я должна перед ними отчитываться? Ты прекрасно знаешь, кто я, – слова прозвучали резко, выдавая ее внутреннее сопротивление. Она не собиралась унижаться, но Дин Хао, казалось, ждал большего.

– Неужели? – прошептал он, прожигая ее взглядом, в котором играло опасное любопытство. Он приблизился, обжигая ей ухо дыханием: – А уверен ли я, что знаю тебя?

Линда почувствовала, как пересыхает во рту. Приближение Дин Хао раздражало. Она ненавидела быть в центре внимания, особенно в таком унизительном положении. Заметив ее отстраненность, Дин Хао повысил голос:

– Хорошо, согласен, знаю, кто ты. Ты же моя служанка. – Он взял ее за подбородок, приподняв лицо, чтобы видеть ее глаза, и добавил: – Поэтому не смей препираться. За ослушание – наказание. Поняла?

Линда оставалась невозмутимой. Дин Хао прищурился. За эти дни она поняла, что он скрытен и сложен, но такая резкая перемена, холодность и жесткость, обескураживали.

Ей стоило огромных усилий не сбежать, но какая-то сила удерживала. Оставалось лишь ждать возвращения к привычной жизни.

– Ты меня слышала? – прозвучал ледяной тон. Линда подняла глаза и с притворной сладостью ответила:

– Да, мой господин. Как скажете.

В ее голосе звучал ядовитый сарказм, отражающий его высокомерие. Она не понимала, как оказалась в этой ситуации, но уже мечтала о возможности сбежать.

Дин Хао повернулся, чтобы уйти, но Линда преградила ему путь:

– Я не сдвинусь, пока не увижу, где смогу смыть дорожную пыль и принять ванну.

Он окинул ее взглядом. В его глазах промелькнуло раздражение, но он уловил ее решимость:

– Хорошо.

Юй Чэнь едва не взорвалась от возмущения, но Дин Хао оборвал ее властным взмахом руки:

– Жилан, принеси воды для Линды, приготовь ей ванну с благовониями, а потом ознакомь ее с ее обязанностями, – бросил он служанке Жилан, прижавшейся к стене. – Исполняй. И вышел, оставив жуткую тишину, недоумение в глазах прислуги и смятение в душе Линды.

Думая о Линде, Дин Хао терзался мыслью о том, через какие испытания ей придется пройти ради спасения дочери человека, которого он безмерно уважал.

Ему было отвратительно даже помышлять о том, что ради одной жизни придется рисковать другой. Именно поэтому он сознательно держался с ней отстраненно, опасаясь проявить слабость и поставить под угрозу жизнь Юй Лань, отвергая ее помощь.

Линда, словно только что проснувшаяся, с изумлением обнаружила, что ее одежда сменилась. Подозрение закралось в ее голове, и она задалась вопросом: кто посмел ее переодеть?

Не найдя своих вещей, она решила осмотреться. Все вокруг напоминало роскошные декорации из китайских исторических дорам, которыми она так любила завороженно любоваться долгими вечерами. Но одно дело – следить за перипетиями чужой жизни на экране, и совсем другое – оказаться в эпицентре чужой истории.

Линда не была готова к этой роли и всем сердцем мечтала вернуться в свой уютный домик, где ее ждали привычный теплый душ и бодрящий вкус мятной зубной пасты.

Даже если бы это оказалось чьей-то жестокой, изощренной шуткой, она была бы готова простить все обиды, лишь бы вырваться из этого кошмара.

Однако ее взгляд уже скользил по роскошному убранству комнаты, невольно приковывая внимание. В центре возвышалась кровать, украшенная резным деревом и шелковым балдахином, словно ложе принцессы. За ней мерцала лаковая ширма, скрывающая тайну ванной комнаты. Массивная бронзовая ванна выглядела как произведение искусства.

Внезапно снаружи раздался громкий спор. Любопытство взяло верх, и Линда осторожно приоткрыла дверь. Юй Чэнь, пылая гневом, обвиняла своего брата, Дин Хао, в том, что он позволил «простолюдинке» осквернить его комнату, напоминая о предстоящей свадьбе с Юй Лань и чувствах невесты.

«Он женится?» – с внезапным интересом подумала Линда, наблюдая за разворачивающейся драмой. Ситуация становилась все более запутанной, и она едва заметно усмехнулась, понимая, что ее появление только усугубит переполох.

– Прекрати расспросы, – отрезал Дин Хао, его голос прозвучал ледяным укором.

Девушка попыталась возразить, но ее слова потонули в его властном тоне:

– И моя ванная, – он кивнул в сторону двери, за которой затаилась Линда, – и Юй Лань в безопасности.

Звук его удаляющихся шагов эхом отдавался в ее ушах. Линда отшатнулась от двери, стараясь не выдать своего присутствия, словно испуганная птица, услышавшая приближение хищника.

В ожидании слуг с водой для ванны Линда разглядывала изысканный туалетный столик, уставленный диковинными флаконами. Охваченная любопытством, она начала открывать их, вдыхая чарующие ароматы. Некоторые были утонченны, но их содержимое оставалось загадкой. Взяв один флакон, она обнаружила, что не может прочесть надпись, хотя язык был ей знаком.

Раньше Линда не задумывалась об этом, будучи поглощенной произошедшим, но теперь она приняла свою участь. Она поняла, что придется справляться с трудностями по мере их возникновения.

Линда уже тянулась к очередной баночке, когда дверь распахнулась. Вошли слуги с водой, а с ними Юй Чэнь, бросавшая на Линду недобрые взгляды.

И как ей выбраться из этой клетки, в которую она так неожиданно угодила?

Цветочное королевство: начало пути

Дин Хао, надо отдать ему должное, не скупился на воду. Как только Юй Чэнь ушла, Линда почувствовала облегчение. Сбросив рубашку, она, подобно русалке, погрузилась в теплую воду, ища забвения и утешения. Лежа в ванне, она тщетно пыталась смыть свои тревоги в остывающей воде. Однако, выйдя из ванны, она с ужасом обнаружила, что вокруг нет ни одной чистой вещи, и невольный крик вырвался из ее груди. В тот же миг в комнату ворвался Дин Хао, его голос звучал раздраженно, но испуганно:

– Что за вопли, будто тебя режут?

Его взгляд замер на Линде, кутающейся в белоснежное полотенце. Капли воды, словно россыпь бриллиантов, мерцали в ее влажных волосах, а из-под ткани робко выглядывали изящные лодыжки, создавая образ лесной нимфы, случайно оказавшейся в этом мире. Инстинктивно она крепче прижала полотенце к телу, словно прячась от его всепроникающего взгляда. В ее глазах плескался неподдельный испуг, будто перед ней возник оживший кошмар. Заметив, что она застыла, забыв, как дышать, он стремительно приблизился и, обхватив ее за плечи, легонько встряхнул.

– Эй, это всего лишь я, чего ты так переполошилась? – попытался успокоить он, осознавая внезапность своего вторжения. – Обещаю, больше не буду врываться, ладно? – добавил он, вновь окинув ее быстрым взглядом.

Ее влажные ресницы дрогнули. Линда смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова. В ее взгляде читалась растерянность. Почему его присутствие лишает ее воли?

Дин Хао с легкой усмешкой поинтересовался:

– Нам нужно поговорить о твоем местонахождении. Тебя все еще волнует этот вопрос?

Его взгляд был полон ожидания, он внимательно следил за ее реакцией. В глазах Линды вспыхнула надежда. Он понимал, как ей было нелегко все это время жить в неизвестности.

– Конечно, интересно! – ответила она, почти забыв о своей полупрозрачной наготе перед ним, так сильно ей хотелось узнать правду.

– И где же я на самом деле? – спросила она с робкой надеждой, словно сегодня наконец-то развеется туман неизвестности и укажет путь к правде.

Дин Хао подвел Линду к большому столу, заваленному канцелярскими принадлежностями и старыми свитками.

– Закрой глаза, просто доверься мне, – попросил он, заметив в ее взгляде немой вопрос и легкое замешательство. – Не бойся, – его голос был мягким, почти гипнотическим.

После короткого раздумья Линда позволила себе довериться Дин Хао, приняв правила его таинственной игры. В полумраке комнаты, облаченный в черные шелка, словно ночной призрак, он казался воплощением загадочной красоты, от которой захватывало дух. Дин Хао взмахнул рукой в каком-то колдовском жесте. Его глаза засветились неземным светом, и Линду окутал легкий вихрь энергии. В мгновение ока ее мокрые волосы стали сухими, а полотенце превратилось в изысканное шелковое платье, струящееся по фигуре. Ошеломленная, она почувствовала прохладу и гладкость новой ткани.

– Открывай, – произнес Дин Хао с явным любопытством, желая увидеть ее реакцию на это маленькое чудо.

Он кивнул в сторону зеркала, но, не дожидаясь, сам подвел ее к нему. В этот момент Линда осознала, что впервые с момента своего появления здесь видит себя. Робко взглянув в зеркало, Линда сначала не узнала себя. Ее волосы были аккуратно уложены и украшены серебряной шпилькой в виде пиона. На ней было простое голубое платье, словно Дин Хао угадал ее предпочтения. Невольная улыбка появилась на ее лице: казалось, он понял, что она ценит простоту и избегает излишней вычурности.

– Неплохо, но знаешь, я бы все-таки предпочла свои вещи, – обронила Линда, сама не понимая, что за черт дернул ее за язык. Впрочем, брать слова обратно она не собиралась – таков уж был ее нрав, упрямый и своенравный, как дикий ветер.

Дин Хао, казалось, не ожидал подобной просьбы. Брови его взметнулись вверх, и тень растерянности появилась на его лице.

– Зачем они тебе? Здесь, в Цветочном Королевстве, никто не носит такую одежду. Она тебе попросту не понадобится.

– Разве у вас женщины не носят штаны? – с невинным видом поинтересовалась она. Вещи не были ей жизненно необходимы, но раз уж этот странный разговор завязался, Линда намеревалась выжать из него все соки.

Изумление все еще плясало в его глазах, как солнечные зайчики на воде.

– Что плохого в платье?

– А мне вот интересно, что случится, если ты все же переоденешь меня в штаны? – настаивала она. – Боишься, какой эффект произведет бунтарка в штанах на чопорное цветочное общество?

– Мне-то что? Ты видела, как местные жители на тебя реагировали. Если я позволю тебе разгуливать в штанах, тебе придется нелегко. Готова к этому? – Дин Хао испытующе изучал ее реакцию, словно взвешивал на весах ее упрямство и безрассудство.

– Пф-ф-ф. И это все? Давай, только я не собираюсь закрывать глаза. Можно посмотреть, как ты это делаешь? Может, увижу что-нибудь интересное.

В глазах Дина Хао промелькнула едва уловимая искра – смесь удивления и почти отеческой нежности.

«Какая же она упрямая и любопытная», – подумал он, но возражать не стал, решив, что пусть эта смертная гостья получит свой урок и ощутит на себе всю тяжесть чужого непонимания.

– Хорошо, смотри. – Он взмахнул рукой, словно дирижер, взмахивающий палочкой, и, указав на Линду, преобразил ее красивое, струящееся голубое платье в широкие штаны, скроенные из той же ткани.

– И это все? – в ее голосе сквозило откровенное разочарование.

– Ты чего ждала, фейерверков? – спросил Дин Хао.

– Ну, я думала, ты скажешь что-нибудь вроде «Абракадабра», раз уж это магия! – ответила Линда, явно разочарованная.

Дин Хао едва не рассмеялся, видя ее обиженное лицо, похожее на ребенка, которому не дали конфету.

– Это просто магия преображения, она не требует громких заклинаний, – пояснил он, стараясь ее успокоить. – Позже покажу что-нибудь поинтереснее. А пока давай поговорим, Линда.

Они уселись за столик, украшенный диковинными цветами. Дин Хао начал свой рассказ:

– Ты оказалась в самом сердце Цзинсян ⁷– Цветочного Королевства, где пульсирует жизненная сила всей планеты. Наш мир подобен искусному пирогу, состоящему из трех слоев. Первый – мир смертных, откуда ты родом, мир забот и быстротечных дней. Второй – это Цветочное Королевство, наш райский сад, обитель вечного цветения. И, наконец, третий, самый высокий – Божественный мир, где в сиянии вечного света обитают верховные боги.

Дин Хао взглянул на Линду с мягкой задумчивостью.

– Здесь живут бессмертные, чья мощь не уступает их мудрости. Для смертных путь сюда закрыт, но ты каким-то образом переступила эту грань. Причина твоего появления здесь – тайна, которую нам предстоит разгадать.

Линда слушала его слова, словно впитывая их каждой клеточкой. Ее лицо становилось все спокойнее, будто она растворялась в красоте и умиротворении этого места. Дин Хао продолжил:

– В Цветочном Королевстве есть место, которого даже бессмертные избегают без крайней необходимости – долина Гуайшань. Для тебя, смертной, она смертельно опасна. Ирония судьбы в том, что именно там, в долине бывшего Лорда Демонов, наши пути пересеклись.

– Почему «бывшего»? – спросила Линда.

Дин Хао пожал плечами:

– Точно не знаю, что с ним случилось.

– Говорят, он исчез, – ответил Дин Хао, словно отмахиваясь от неприятного воспоминания. – Неважно… Суть в том, что сейчас ты здесь, и твоя жизнь зависит от меня.

Последние слова прозвучали отрезвляюще, вернув Линду из мира грез в реальность.

– А как же я вернусь домой? – спросила она, невольно поежившись от холода, пробиравшего ее на сквозь.

Дин Хао нахмурился, словно вопрос был неуместным.

– Я не знаю. Ты ведь пока ничего не вспомнила… – он искоса посмотрел на Линду, словно выуживая из нее правду.

Линда невольно опустила голову. Реальность оказалась суровой: она одна в чужом, враждебном мире.

– Спасибо за честность, – пробормотала она, вставая.

– Раз уж я оказалась здесь, придется разбираться самой. А пока, я попробую выйти и осмотреться.

– Не смей! – воскликнул Дин Хао, схватив ее за руку. – Там опасно.

– Что, меня поймают и посадят в клетку как диковинку? – огрызнулась Линда, пытаясь вырваться.

– Может быть, и хуже, – пробормотал он, не отпуская.

– Ты не понимаешь, где находишься. Здесь все иначе.

– Тогда расскажи мне! – потребовала Линда, глядя ему в глаза. Дин Хао задумался, затем вздохнул.

– Ладно. Я расскажу тебе все, что ты должна знать. Но ты должна пообещать мне, что не будешь делать ничего без моего ведома.

– Я ничего не обещаю, – отрезала Линда, скрестив руки на груди. – Я сама буду решать, что мне делать.

Дин Хао, покачав головой, признал ее упрямство, но заявил, что не может позволить ей подвергать себя опасности.

– Поэтому я буду следить за тобой. С этого момента ты – моя служанка.

Линда возмутилась:

– Служанка? Ни за что! Я предпочту умереть, чем стать твоей служанкой!

– У тебя нет выбора, – спокойно ответил Дин Хао.

– Либо ты подчиняешься мне, либо я возвращаю тебя в долину Гуайшань. Решай сама.

Линда задумалась. Долина Гуайшань с ее опасностями или жизнь служанки у могущественного бессмертного. Выбор был невелик.

– Ладно, – неохотно согласилась она. – Я буду твоей служанкой, но только до тех пор, пока ты не найдешь способ отправить меня домой.

– Договорились, – ответил Дин Хао, и в его глазах мелькнуло что-то непонятное.

Сделка кровью: Тайна Камня Души

Линда обрушила на Дин Хао шквал вопросов, словно пытаясь вытянуть из него всю правду.

– Кто ты такой? Где мы находимся? – настаивала она.

Он, глубоко вздохнув и подняв ладонь, словно пытаясь остановить надвигающийся шторм, попросил ее немного подождать.

Дин Хао едва сдерживал этот натиск, обещая ответить на все ее вопросы, чтобы немедленно удовлетворить ее неутолимое любопытство.

– Я отвечу на все, кроме вопросов личного характера, – заверил он.

Дин Хао погрузился в рассказ, рисуя перед ней яркие картины Царства Демонов, охваченного смятением после падения Владыки. Он описывал великолепие Цветочного Королевства, где правили четыре могущественных рода: Лазурный Дракон, чьи потомки сочетали искусство боя с целебными способностями; Алая Птица, чьи алхимики и кузнецы создавали настоящие чудеса; Белый Лис, даровавший миру мудрецов и провидцев; и Белый Тигр, чьи воины были известны своей беспощадностью.

Над всеми ними величественно царствовал король Юй Цзюэ Ди, а некогда миром Бессмертных управлял Лорд Демонов Хэ.

– А кем ты являешься в Королевстве? – вопрос застал его врасплох.

– Я живу в стороне от Цветочного Королевства, не подчиняюсь его законам. Но всем, что имею, обязан королю. Он был лучшим другом моего отца.

– А где твой отец сейчас?

– Слушай, не забрасывай вопросами. Я уже говорил: ты узнаешь лишь то, что я сочту нужным поведать. Поняла?

Его тон стал жестче, холоднее, заставив Линду пожалеть о своем любопытстве. Но следующий вопрос лишь подлил масла в огонь.

– Ты собираешься жениться?

– ЧТО? – он чуть не подпрыгнул от неожиданности, его голос взлетел на три тона. – Откуда ты это взяла?

– Ну… ты сам сказал, – она настороженно прикусила нижнюю губу. – Юй Чэнь.

– Я сказал? – Он попытался вспомнить. – А… Так ты у нас любительница подслушивать? – повторил он. – Еще раз: мои дела, мои друзья и, тем более, то, на ком я собираюсь жениться, тебя не касаются.

Линда во второй раз пожалела о своих раздражающих вопросах и решила сменить тактику.

– Хорошо, а что ждет меня? – это, казалось, был самый желанный вопрос. Дин Хао смягчил тон:

– Ты останешься здесь, пока не вспомнишь, кто ты и откуда.

Линда снова перебила:

– А что будет, когда я вспомню?

– Я верну тебя домой. Но у меня есть к тебе просьба, – продолжил он. Линда насторожилась.

– Я понятия не имею, как ты сюда попала, но… у тебя кое-что есть. Мое. Ровно год назад я лишился половины Камня Души, и, кажется, я нашел его… в тебе. – Его взгляд стал почти ощутимым, словно он пытался проникнуть ей под кожу. – Этот артефакт дает исцеляющую силу, но вернуть его уже невозможно. Мне нужна твоя кровь. Всего капля, чтобы спасти жизнь.

– Моя кровь? – в глазах Линды мелькнул испуг. – Это же самоубийство! Я не согласна. Не, не, не…

– Мне не нужна вся кровь, достаточно лишь капли. Мы сделаем небольшой порез на твоей ладони, и этого будет достаточно.

Линда подумала:

«Для него это просто „порез“, а ведь резать будут меня. Легко ему говорить».

Она заметила, что стала чаще сдерживать гнев, хотя раньше высказала бы все в лицо. Но сейчас опасалась. Впрочем, другого выхода, похоже, не было. Придется играть по его правилам. Пока.

Дин Хао старался успокоить ее, чтобы не прибегать к более решительным действиям, чего он очень хотел избежать.

– А кто этот человек? Он тебе так дорог, что ты готов меня «резать»?

Дин Хао снова отметил необычность этой девушки. Она не была ни робкой, ни застенчивой, упорно отстаивая свои позиции.

– Я не собираюсь тебя «резать», это будет всего лишь царапина. И не задавай лишних вопросов. Ты поможешь? – вопрос был лишь формальностью: решение уже было принято, и она должна была подчиниться.

«Пф-ф», – пронеслось в голове Линды. «Не твое дело здесь, не твое дело там, а просить о таком не стесняется, еще и командует. Какой же он все-таки несносный тип!»

Она бросила на Дин Хао косой взгляд.

– Хорошо, – неожиданно быстро согласилась она.

Дин Хао удивленно приподнял одну бровь.

– Что «хорошо»? – уточнил он.

– Я сказала, что согласна. Но у меня есть условие.

Теперь уже обе его брови взлетели вверх от неподдельного интереса.

– И какое же? – спросил он.

– Я не желаю быть твоей прислугой.

– Тогда на каких основаниях ты хочешь здесь остаться?

– Не знаю. Придумай что-нибудь. Кажется, я тебе нужнее, чем ты мне.

«Хм… эта девушка знает себе цену», – подумал Дин Хао, но уступать не собирался.

– Единственное, что я могу предложить, это смягчение условий и некоторые послабления. И самое главное – никто не должен узнать о камне внутри тебя. Только мы двое. Иначе последствия могут быть очень серьезными.

Так Линда оказалась служанкой Дин Хао в его поместье. Ее жизнь кардинально изменилась, но она не собиралась сдаваться и намеревалась найти путь домой.

Тишину внезапно нарушили тихие звуки со двора. Все взгляды устремились к двери, и на пороге появилась знакомая троица.

– Она все еще здесь? Разве ей не место среди слуг? – капризно спросила Юй Чэнь, привычно обращаясь к Дин Хао. Ее надутые губы напоминали клюв сердитого утенка, и она требовательно ждала объяснений.

– Юй Чэнь, будь сдержаннее, – мягко посоветовал Вэнь Мин, но Юй Чэнь лишь презрительно отмахнулась.

– Я все объяснил. Проводите ее в комнату, пусть отдохнет и привыкнет. Сегодня она свободна, – спокойно сказал Дин Хао, скрывая за непроницаемым выражением лица что-то глубокое.

– Братик Хао! Зачем ты так с ней церемонишься? Она же просто прислуга! – недовольно воскликнула Юй Чэнь.

Дин Хао решил пресечь спор.

– Хватит, никаких поблажек. Мы долго шли, пусть отдохнет. Завтра сможешь распоряжаться ею как угодно. Согласна? – он игриво щелкнул Юй Чэнь по носу, но в глазах его не было веселья.

Линда изумленно и встревожено распахнула глаза.

«Распоряжаться как угодно?»

Резко обернувшись, она бросила на Дин Хао испепеляющий взгляд. Он заметил ее гнев, но лишь пожал плечами и быстро ушел, словно испугавшись собственного поступка.

Размышления Линды прервало раздраженное шипение Юй Чэнь:

– Пойдем, я покажу, где будешь жить. – В ее голосе звучала уверенность в превосходстве. Линда усмехнулась про себя – она переживала и худшее. Главное – выбраться из этого «змеиного клубка».

Ее буквально швырнули в комнату, где уже слонялись две служанки, Жилан и Чин-Чин.

– Они покажут, что к чему. А завтра подъем с петухами, как и у всех. Мы еще вернемся, – процедила Юй Чэнь, и вся троица исчезла, оставив Линду в одиночестве.

«Ах, небось, уже потирают ручки в предвкушении завтрашней муштры!» – подумала Линда, провожая их взглядом, полным скрытой иронии, словно насмехаясь над их мелочным триумфом.

Шепот старого дуба

Несмотря на предупреждения Дин Хао, Линда покинула его владения. Этот уход стал для нее тихим протестом против заточения, в котором она оказалась.

Поместье Дин Хао внушало не столько размерами, сколько своей гнетущей, безмолвной величественностью. Путь от парадного входа до ее комнаты напоминал запутанный лабиринт, словно специально построенный для ее пленения. Служанки бесшумно сопровождали ее и так же незаметно исчезали, оставляя ее наедине с этой странной, почти нереальной новой жизнью.

Внутри все трепетало от странного, нереального чувства. Высокая стена, окружавшая поместье, казалась декорацией из старинной китайской дорамы.

Мечта о Китае сбылась, вот только в каком-то другом измерении, словно сошедшая с ожившей картины прошлого.

Напрягая память, чтобы вспомнить извилистый путь, она направилась к главным воротам, но они, разумеется, оказались заперты. С трудом отодвинув неподъемный засов, Линда выскользнула наружу и замерла в восхищении: перед ней раскинулся Нефритовый сад, чья красота превосходила любые ее фантазии!

Оглянувшись на поместье, Линда ощутила его давящую мощь – чтобы обойти его вокруг, понадобился бы целый день! Но, несмотря на этот гнетущий масштаб, она решила исследовать окрестности, пока еще теплилась надежда вырваться из этого каменного плена. Вскоре она заметила едва заметную тропинку и, повинуясь внезапному порыву, свернула на нее.

Тропинка неожиданно оборвалась у густых зарослей. «Может, это потайной ход?» Линда огляделась и увидела небольшой пологий спуск, манящий прохладой. Осторожно спускаясь, она обнаружила несколько источников с теплой, словно живой водой и клубящимся паром. Заинтригованная этим чудом, она почувствовала, как внутри разливается волнение.

А на горизонте возвышался могучий древний дуб, его пышная зеленая крона излучала силу и какую-то таинственную энергию. Ветви его тянулись к небу, а корни, словно когти, оплетали камни, казались древними хранителями этого места. Линда, не раздумывая, сбросила одежду и погрузилась в живительные воды источника. Это было блаженство, которого она, казалось, не испытывала целую вечность! Теплая вода окутала ее, смывая всю усталость, все заботы и тревоги, оставляя их где-то в другом, давно забытом мире.

Насладившись купанием, она вышла на берег, чувствуя, как струйки воды стекают по коже, даря приятное, почти щекочущее тепло. Присев в тени раскидистого дуба, Линда погрузилась в размышления. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь шелестом листвы и умиротворяющим журчанием ручья.

Внезапно ее переполнили эмоции, и она решила выплеснуть все, что накопилось в сердце за последние дни.

«Завтра она будет у нее в подчинении?!» Эта мысль пронзила Линду, словно разряд молнии!

«Какое право имеет эта Юй Чэнь командовать мной? Лицо ее исказилось от злости, словно она проглотила неспелый лимон. Ведь он обещал мне нормальную жизнь, если я пролью кровь ради спасения кого-то! А теперь эта Юй Чэнь будет мною помыкать!?! Да все его обещания оказались лживыми, пустыми словами!

«Неужели эти трое думают, что я хочу соблазнить чужого жениха и помешать свадьбе?! Да это же совершенно не в моем характере! И, наверное, именно поэтому они так настроены против меня… Ну уж нет! Я обязательно выберусь из этой нелепой ловушки, чего бы мне это ни стоило!»

Она и представить себе не могла, что простое желание сбежать от унылой, серой повседневности забросит ее в этот диковинный, чужой мир, из которого, казалось, нет ни единого шанса выбраться.

Невыносимое, липкое отчаяние сдавило Линде горло, словно невидимая удушающая петля. Не в силах больше сдерживать бушующий внутри ураган чувств, она с яростью обрушила кулаки на шершавую, грубую кору дерева, устремив взгляд в безразличную, холодную даль.

– Верни меня домой, Господи! На Землю! Умоляю! Я больше никогда не буду роптать на судьбу, тем более из-за таких ничтожных мерзавцев, как Алекс! Пожалуйста, верни меня домой! – голос ее дрожал, как осенний лист на ветру, но слезы предательски застыли в глазах, отказываясь пролиться.

В исступлении она продолжала молотить дерево, пока костяшки пальцев не заныли от нестерпимой, пульсирующей боли. Внезапно властный, словно раскат грома, голос прорезал тишину:

– Хватит! – Линда вздрогнула, как от удара током, и испуганно обернулась, но вокруг никого не было. «Показалось?» Когда она снова занесла руку, чтобы выместить злость на несчастном дереве, она услышала:

– Э-э-э, полегче, говорю тебе! Больно же! – Линда отпрянула, словно обожглась. Дерево говорило! Не может быть!

– Я… я… простите, я не знала, что вы живое, – пролепетала она, пытаясь хоть как-то собраться с расползающимися мыслями. Она таращилась на говорящее дерево, чувствуя, как рассудок ускользает, как песок сквозь пальцы.

Беспорядочно кланяясь, она продолжала извиняться, словно это могло хоть как-то исправить нелепую ситуацию. Мозг, казалось, вот-вот взорвется от абсурда происходящего.

Она почти смирилась с тем, что угодила в мир магии и волшебства, но к беседе с деревом оказалась совершенно не готова. Это было не просто дерево – его ствол изрезали глубокие морщины, а ветви, словно древние руки, нежно колыхались на ветру, рождая мелодичный, умиротворяющий шепот.

– Так ты с другой планеты, дитя? – спросило дерево приятным, мудрым голосом, успокаивая ее. Линда замерла, не зная, что сказать. Она хотела признаться, что пришла с планеты, где деревья молчат, но понимала, что этот мир становится ее домом.

– Я… я не знаю, как это объяснить, – начала она. Дерево наклонило крону:

– Не торопись. Рассказывай по порядку.

В поисках поддержки Линда поделилась своей историей с древним дубом Шу Хуэем, рассказав о своем неожиданном появлении в этом мире, о «тиране-господине» и преследующей ее троице.

Шу Хуэй, пораженный тем, что смертная оказалась в мире Бессмертных, предложил ей дружбу и пообещал хранить ее секрет.

Гнев и забота

Дворец Цветочного Королевства, наполненный благоуханием садов, затаил дыхание в ожидании хороших новостей. К королю Юй Цзюэ Ди прибыл Дин Хао, и обычно строгий правитель встретил его с явной надеждой. Дин Хао принес долгожданную весть: он нашел Камень Души, который спасет Юй Лань от смертоносного яда.

– Небеса услышали меня! – воскликнул король, полный радости. – Когда начнется исцеление моей драгоценной дочери?

– Сегодня, с заходом солнца, – ответил Дин Хао, и тень предосторожности скользнула по его лицу. Предвидя опасности, таящиеся в Камне Души, он поспешил добавить: – Но я прошу о строжайшей тайне. Ни единая душа не должна проведать о начале лечения Юй Лань и о секрете Камня Души.

– Да будет так! Да будет так! – торопливо согласился король. Для него существовало лишь одно – здоровье его дочери, его драгоценной Юй Лань. – Я вверяю тебе ее жизнь, как хрупкий цветок в твои надежные руки. Действуй, как велит тебе сердце, лишь бы ничто более не омрачило ее свет. Ты знаешь, она – единственная дочь, что есть у нас с королевой. Мы готовы отдать все, лишь бы вновь увидеть ее улыбку, услышать ее звонкий смех.

В его голосе звучала безмерная, всепоглощающая отцовская любовь, словно нежная мелодия, способная растопить даже самое ледяное сердце. В этот момент король Юй Цзюэ Ди был не владыкой могущественного королевства, а простым отцом, молящим о спасении своего дитя.

После короткой беседы Дин Хао покинул дворец, исполненный решимости, но с тревогой за будущее этой смертной девушки.

Вернувшись, он бросился искать Линду во флигеле для слуг, предполагая найти ее там, но ее там не оказалось. Не было ее и во дворе. Вскоре слуга доложил, что она покинула поместье.

У ворот Дин заметил открытый засов. Он давно не пользовался ими, предпочитая магию и ловкость, поэтому не обратил внимания на распахнутые створки.

Когда Линда вошла в ворота поместья, Дин Хао уже ждал ее, словно изваяние гнева, выточенное из темного камня. Руки, скрещенные на груди, угрожающая стойка и взгляд – два раскаленных угля, готовые испепелить все вокруг.

– Где ты была? – прошипел он сквозь зубы, и в его глазах плясали отблески невидимой бури.

Линда почувствовала, как внутри нее нарастает страх. Слова застряли в горле.

– Я… я просто вышла подышать, – пробормотала она, избегая его взгляда. – Ты же сказал… – начала она, но не успела закончить, как он резко схватил ее за руку и потащил за собой.

Слуги провожали их взглядами, полными нескрываемого любопытства. Его гнев, непривычный и пугающий, словно темная туча на ясном небе, омрачал его облик.

Наконец, в тенистом закутке он отпустил ее руку лишь для того, чтобы тут же, с яростной стремительностью, прижать ее ладонь к шершавой стене высокого забора. Пригвоздив ее взглядом, полным невысказанной угрозы, он словно выжигал в ней след. Линда не смела поднять глаза, ощущая, как этот пронизывающий взгляд вторгается в ее сознание.

Полуденный свет, мягкий и двуличный, окутывал его фигуру зловещим ореолом тайны. Он наклонился, и его слова, тихие и резкие, опалили ее слух:

– Ты понимаешь, что могло случиться?

Ее волосы впитали жар его дыхания, смешивая аромат жасмина с запахом ее страха. Его близость вызвала непроизвольную дрожь, почти болезненную. В ушах звенело, заглушая все, кроме его низкого, угрожающего шепота:

– Никогда больше! Не смей так делать. Иначе…

Линда попыталась оттолкнуть его, но он мгновенно перехватил ее руки, крепко сжав запястья и прижав к холодной стене. В его глазах вспыхнул гнев, пронзивший ее насквозь. В ее расширенных от ужаса глазах застыл страх. Время замерло, оставив их вдвоем в напряженной тишине.

– Боишься? – прорычал он, и этот хриплый шепот прозвучал как угроза. – Но это меня ты заставляешь волноваться. За тебя, Линда.

Он отпустил ее, но на коже остались красные следы от его пальцев, словно клеймо, напоминающее о его власти. Он стоял перед ней, одновременно внушая страх и необъяснимое притяжение.

Линда чувствовала, как ее сердце бешено колотится, а разум отчаянно боролся с безумной мыслью о том, что влюбиться в него – это верный путь к гибели.

Голос Дин Хао, резкий и властный, вернул ее в реальность:

– Тебе невероятно повезло, что ты вернулась целой. Ты хоть понимаешь, насколько там опасно? Тебе категорически запрещено выходить одной. Слышишь меня, Линда? Никуда и никогда.

Его тон был властным, словно он отдавал приказ, но Линда набралась смелости возразить.

– Но те трое, что преследуют тебя, проникают сюда, и им ничего не делается.

– Именно потому, что их трое! Они выросли здесь, в самом сердце Цветочного королевства, знают каждый его закоулок. А ты? – он устремил на Линду испытывающий взгляд.

– Ты хоть что-нибудь знаешь об этих землях? Ты даже искрой магии не владеешь. Думаешь, сможешь спастись, если случится беда?

– Но что может со мной случиться?

– Тсс-с-с… – Дин Хао грубо оборвал ее, зажав рот ладонью. – Хватит болтать. Просто запомни: за ворота – ни ногой!

– Ты… переживаешь за меня? – на лице Линды расцвела довольная улыбка.

– Еще чего! Зачем мне беспокоиться о пустой голове? – Он легонько ткнул ее пальцем в лоб.

– Упряма, как ослица, и импульсивна, как ветер. Зачем мне тратить на тебя свои нервы? – повторил он, скептически качая головой.

Смягчившись, он, повинуясь внезапному порыву, взял Линду за руку, намереваясь отвести ее к флигелю для прислуги. Она шла рядом, словно не замечая его прикосновения. Однако Дин Хао неожиданно изменил направление, увлекая ее в другой двор, принадлежавший ему.

Там, у входа в здание с вывеской «Павильон Слушания Дождя», он остановился. Войдя внутрь, он объявил:

– Теперь ты будешь жить здесь.

Линда взглянула на их сцепленные пальцы, и он, проследив за ее взглядом, мгновенно отдернул руку, словно обжегся. В наступившей тишине Дин Хао откашлялся и произнес:

– С этого дня и до твоего отъезда это твои покои.

Линда попыталась возразить, но он прервал ее:

– Не волнуйся. Это мои дела, и я сам разберусь. Услуга за услугу, как обещал, но тебе все же, придется прислуживать в поместье из-за особых обстоятельств.

– Я боюсь, что не смогу сдержаться, увидев эту нахалку Юй Чэнь, – с досадой проговорила Линда, закатив глаза и тяжело вздохнув.

– Не переусердствуй. Она владеет магией и может отправить тебя на другой конец королевства в одно мгновение, – добавил он с усмешкой, намекая на последствия.

– Это смешно?! – Линда обиженно надула губы. – Я хо-чу до-мой.

– Не волнуйся, мы найдем способ вернуть тебе память и отправить домой, – успокоил он ее, похлопав по плечу.

– Все будет хорошо.

Его уверенность немного успокоила Линду, и она лишь моргнула в знак согласия.

– Устраивайся здесь, но сначала поешь; уверен, ты, как всегда, до последнего морила себя голодом.

– У вас за пределами поместья такие щедрые фруктовые сады, – Линда коснулась кончиками пальцев живота, почти извиняясь за свою сытость.

– Разве это еда? Скоро от тебя одна тень останется.

– Не переживай, я привыкла… Бывало и хуже, – она осеклась, чуть не выдав свой секрет.

Дин Хао уловил ее запинку; он давно подозревал, что в ее памяти зарыт ключ к разгадке, но она упорно молчит. Он решил подыграть ей, выждать. Время придет, и она сама все расскажет, а пока ему выгодна эта «потеря памяти».

– Я прикажу, чтобы тебе принесли еды.

– Нет, не нужно, – ответила она.

Дин Хао вопросительно вскинул бровь.

– Я сама схожу, не хочу привлекать лишнее внимание. Ты и так приютил меня, косых взглядов не избежать. Он кивнул с понимающим видом, словно взвешивая каждое слово:

– Вечером жди меня, отправимся в путь.

– Хм.

– Объяснять сейчас бессмысленно, потом сама все увидишь.

Когда сумерки окутали землю, Дин Хао пришел за Линдой, нашел ее спящей на кровати. В который раз он заставал ее дремлющей, такой безмятежной, что ему стало жаль ее будить. Он никогда не видел, чтобы кто-то спал так красиво.

Ее волосы непокорными серебряными волнами выбивались из небрежного хвоста на макушке. Он наклонился, и рука сама потянулась к ее лицу, убирая шелковую прядь, словно тронутую случайным порывом ветра.

В этот миг Линда открыла глаза, и его рука замерла в воздухе. В ее взгляде читалось невысказанное… Он поспешно отдернул руку.

– Пойдем. Нам пора, – в его голосе прозвучало едва уловимое смятение, словно он пытался скрыть бурю, бушующую внутри.

– Куда? – сонно потягиваясь, спросила она.

– Это важно.

Линда встала, на секунду погрузившись в раздумья, словно взвешивая что-то важное. Кивнув, она попыталась привести в порядок одежду и непослушные волосы, но те никак не хотели укладываться. Дин Хао, с тихим вздохом, провел рукой по ее локонам, и они мгновенно приняли идеальную форму.

– Я готова, пойдем. Ты вечно говоришь загадками, и я никогда не знаю, чего ждать, – упрекнула она его, глядя в глаза.

Дин Хао лишь загадочно улыбнулся.

Исцеление Юй Лань под покровом ночи

Они вышли на улицу, где их встретила вечерняя тишина и лунная дорожка. Дин Хао обнял Линду за талию, резко ускорился, и они взмыли в небо. Мир под ними исчез, уступив место ощущению невесомости и свободы.

Легкость полета, подкрепленная магией, и близость Дин Хао, которого она считала самым загадочным мужчиной, заставили ее понять истинный смысл фразы «парить в облаках».

Вдали, словно мираж, показался величественный дворец. У Линды сердце забилось быстрее от тревоги.

«Что он задумал? Куда мы летим? Зачем ему понадобилось везти меня во дворец посреди ночи?»

– Мы на месте, – произнес Дин Хао, и они начали плавно снижаться над дворцовыми постройками. Его следующий приказ прозвучал почти угрожающе: – Ни звука.

Линда удивленно вскинула брови. «Зачем такая секретность? Что здесь происходит?»

Его серьезный и, казалось, даже холодный взгляд отбил всякую охоту задавать вопросы. Она понимала, что сейчас не время для расспросов, и лучше просто подчиниться.

Они пробирались запутанными, словно лабиринт, коридорами, пока не достигли большой, уютной комнаты. В воздухе витал густой аромат лекарственных трав, смешанный со сладким запахом цветущей сливы и лотоса. Линду накрыла внезапная слабость, она еле держалась на ногах. «Только бы не свалиться здесь без сознания! Этого еще не хватало».

В центре комнаты на резном ложе лежала Юй Лань, бледная и изможденная, словно увядший цветок. Линда невольно вспомнила ее совсем недавно цветущей и полной жизни, когда та навещала поместье вместе с друзьями.

«Она выглядит ужасно. Так вот для кого все эти тайны, предосторожности и ночные полеты! Его больная невеста…» Внутри что-то кольнуло, но Линда тут же отмахнулась от этого чувства. «Придется потерпеть ради своей цели. Этот мир в любом случае чужой, и помощи ждать неоткуда. Нужно использовать любую возможность вернуться домой».

Увидев Дин Хао, Юй Лань слабо улыбнулась. «Ну конечно, он же ее герой», – с сарказмом подумала Линда, рассматривая эту сцену.

Когда Дин Хао нежно коснулся плеча Юй Лань, Линду словно пронзило острой ревностью.

«Почему он так нежен с ней, а со мной только команды отдает? Где хотя бы сочувствие ко мне?» – горько подумала она, пытаясь заглушить неприятное чувство, поднимающееся изнутри.

Взгляд Дин Хао на Линду был холоден и требователен, словно она была лишь инструментом в его руках:

– Подойди. Делай что велят и не задавай лишних вопросов.

Линда почувствовала укол обиды. «Только что был таким заботливым с ней, а сейчас снова ледышка. Как он меняется!»

– Что встала как вкопанная? – его голос прозвучал грубо и с нетерпением. – Иди сюда. – Он жестом указал на кровать, где лежала Юй Лань, в чьих глазах промелькнула лукавая искорка. – Делай то, что я велю, – властно добавил он, словно подчеркивая свое превосходство.

– Юй Лань, вот она, – небрежно кивнул Дин Хао в сторону Линды. – Будет мне помогать.

Линда чуть не фыркнула от возмущения. «Помогать? Да я для него просто безмолвная кукла, которую он использует, когда ему вздумается. Он даже не удосужился спросить, хочу ли я вообще помогать этой его невесте».

Он взял Юй Лань за ладонь, и та тут же ухватилась за возможность, сплетая их пальцы воедино. Юй Лань явно получала удовольствие, показывая ей свое превосходство. «Она уже торжествует, считает себя победительницей».

Линда возмутилась: «Не собираюсь я тебе завидовать, принцесса! Дом – вот моя цель. Вернуться к своей прежней жизни!»

Дин Хао, заметив направленный на них взгляд Линды, резко отпрянул, словно коснулся чего-то обжигающе горячего.

Юй Лань проворковала:

– Спасибо, Хао, я доверяю тебе, – голос ее был сладок, как мед, но Линда чувствовала в нем фальшь.

Она не доверяла тихим людям, подозревая, что за их скромностью скрывается коварство. В Юй Лань она видела эту двойственность: ангельская красота, скрывающая острые шипы.

«Как же, доверяет она ему! – злобно подумала Линда. – Скорее всего, использует его в своих целях».

Ей казалось несправедливым, что Юй Лань запросто называет Дин Хао по имени, в то время как она должна унижаться, называя его «мой господин». Ярость клокотала в ней, грозя все разрушить, но она знала: одно неверное движение, и Дин Хао отправит ее в магическую ссылку на край света.

После всего пережитого дом оставался ее единственной надеждой, единственным, что придавало ей сил бороться. Обещание Дин Хао помочь вернуться на Землю лишь усиливало ее внутреннюю борьбу: между отчаянным желанием сбежать из этого кошмара и необходимостью терпеть его жестокость. Она отчаянно хотела домой, к друзьям, к своей галерее, к той нормальной жизни, что казалась сейчас таким далеким и недостижимым раем.

– Все еще стоишь? – грубо оборвал ее поток мыслей Дин Хао. Его слова ранили, словно пощечина, напоминая о ее зависимом положении.

Юй Лань, словно хорошо выдрессированная кукла, послушно лежала с закрытыми глазами, ожидая действий Дин Хао. Он плавно поднял руки, собирая лунный свет, и направил его в сторону Юй Лань, окутывая ее мягким сиянием.

– Отпусти тревоги, прогони печали и усни, – прошептал он с нежностью.

Юй Лань, казалось, почувствовала, как тепло лунного света разливается по телу, и постепенно погрузилась в безмятежный сон.

Затем Дин Хао достал из изящного флакона крохотную черную пилюлю, похожую на крошечный уголек.

– Держи, глотай, – сказал он, протягивая пилюлю.

– Глотать? – глаза Линды расширились от ужаса. Она с трудом проглатывала таблетки даже с водой, чувствуя, как они застревают в горле, а тут… на сухую…

– Не буду, – поморщившись, она отшатнулась от протянутой руки, словно от змеи.

– Глотай, говорю, – его голос стал стальным, но Линда упрямо молчала, зажмурившись, как маленький ребенок.

– Ты что, хочешь, чтобы я умерла? Как это можно проглотить без глотка воды? – воскликнула она, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.

В воздухе повисла напряженная тишина, словно в преддверии бури. Линда чувствовала, как нарастает борьба между его непреклонностью и ее отчаянным сопротивлением, в котором чувствовалась удивительная сила воли.

Поняв, что силой ничего не добиться, Дин Хао решил прибегнуть к обману, маскируя его под заботу.

– Просто попробуй. Если не получится, клянусь, я не буду настаивать.

Линда бросила на него испепеляющий взгляд, но после минутного колебания решила довериться, словно ступая по тонкому льду. Она взяла пилюлю, но та застряла в горле, вызывая тошноту. Едва она собралась выплюнуть эту гадость, как он, не церемонясь, сжал ей щеки, запрокинул голову, и против ее воли горькая таблетка проскользнула вниз, вызывая жгучую боль.

«Ненавижу! – взревела про себя Линда. – Он не считается с моими чувствами! Ему плевать на меня!»

Она ждала хотя бы намека на сожаление, но он лишь пожал плечами, словно отмахиваясь от назойливой мухи, и пробормотал:

– Так было нужно, – избегая ее взгляда, словно чувствовал вину за свой поступок.

Внутри нее бушевали обида и возмущение. Внезапно он схватил ее за руку и быстрым движением сделал надрез на ладони.

Острая, жгучая боль пронзила Линду, и слезы брызнули из глаз.

– Дин Хао! Ты – чудовище! – вскрикнула она, отдергивая обожженную болью руку. – Да я лучше умру, чем останусь здесь с тобой! Найди себе другую рабыню, которая будет безмолвно исполнять все твои приказы!

Дин Хао был ошеломлен. «Откуда столько ярости? Но у меня не было выбора!» – оправдывался он про себя. Он осознал свою резкость, но понимал, что ее острый ум и любопытство не оставили бы ему времени на долгие объяснения.

Опасаясь, что их раскроют, Дин Хао заткнул Линде рот. Она яростно вырывалась, но он был сильнее. Вырвавшись, она наступила ему на ногу. Дин Хао чуть не закричал от боли.

– Постой! Выслушай! – взмолился он, потирая ногу.

– У тебя будет два часа в день полной свободы, – произнес он ровным голосом. Линда, насторожившись, подняла брови. Встретив ее вопросительный взгляд, он уточнил:

– Ты можешь покидать поместье на два часа, но не отходить дальше тысячи шагов, — в этот момент Линда поняла, что появился шанс хоть не надолго иногда сбегать из ненавистного поместья.

– Ты сам предложил это, и никто тебя не заставлял, – отрезала Линда твердо, не допуская возражений. Дин Хао лишь кивнул, понимая, что сейчас не время испытывать ее терпение.

– Хорошо, – сдался Дин Хао. Он знал, что сейчас лучше не спорить.

Дин Хао выдавил несколько капель крови из раны Линды в чашу, а затем добавил туда свою кровь и велел Линде нанести смесь на рану Юй Лань.

Линда подчинилась. Рана была ужасной.

«Теперь понятно, почему он так ее оберегает. Невеста все-таки. Но это не оправдывает его жестокость», – с грустью подумала она.

Когда кровь коснулась раны Юй Лань, Линда увидела, как из нее сочится голубая жидкость. Это было последнее, что она запомнила. Острая, как лед, боль пронзила ее, погружая в беспамятство.

Глухой удар, звук падения, заставил Дин Хао обернуться. Линда лежала на полу безжизненная. В его сознании всплыло предостережение Водяного Лун Цзина: каждое исцеление с использованием ее крови принесет ей муки и потерю сознания. Разжав кулак, Дин Хао совершил жест пробуждения для Юй Лань. Веки девушки дрогнули, и она открыла глаза.

– Мы закончили выводить яд из твоего организма. Процесс нужно будет повторить, а пока береги себя, мы уходим, – сказал он, бережно поднимая Линду с холодного пола. Юй Лань, ошеломленная, смотрела на него.

– Тебя ведь предупредили? Ни единая душа не должна узнать об увиденном здесь, – бросил Дин Хао через плечо. Смущенная Юй Лань кивнула. В тот же миг Дин Хао с Линдой на руках исчез.

Служанка поневоле: Тайна отца Дин Хао

Линда очнулась от резкого толчка. Две служанки настойчиво будили ее, требуя приступить к работе.

– Который час? – сонно прошептала она, пытаясь понять, почему ее будят так рано. Вскоре она осознала: это не ее дом, и ей предстоит «СЛУЖИТЬ ГОСПОДИНУ» в его огромном поместье.

Последние две недели для Линды были кошмаром: она чувствовала себя не служанкой, а рабыней. Ровно в восемь утра появлялась Юй Чэнь, а в десять к ней присоединялись Юй Лань и Вэнь Мин, который казался единственным светлым пятном в этом мрачном трио. Линда не понимала, что связывало его с этими двумя. Хозяина поместья она так и не видела. Гнев захлестнул ее: как он мог оставить ее на растерзание этим мучителям?

После первого этапа лечения Юй Лань заметно окрепла, на ее щеках появился румянец, а в глазах заискрилась жизнь. Она расцветала. Отстранившись от Юй Чэнь, Юй Лань решила лично обучать

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Бичжао – легендарный зверь-разрушитель. Обладая телом ящера, покрытым змеиной чешуей, крыльями ястреба и смертоносными ядовитыми когтями, он считается одной из самых опасных угроз миру. Его рык вселяет первобытный ужас, а одного взмаха когтей достаточно, чтобы обречь жертву на мучительную смерть.

Вернуться

2

Камень Души – артефакт невероятной целительной силы, разделенный на две половины: черную и белую. Он способен исцелять любые раны и болезни, нейтрализовать яды. Единственное исключение – демонические удары высочайшего уровня. Обладатель Камня Души отмечен багровой аурой, исходящей от его крови во время ранения. Эта аура свидетельствует о великой силе, заключенной в артефакте.

Вернуться

3

Защитный Барьер – это небесное оборонительное сооружение, созданное с помощью магии для защиты от внешних угроз и поддержания стабильности, даруя мир и процветание всем, кто находится под его защитой.

Вернуться

4

Долина Гуайшань – уникальное место, где переплетаются разные миры и энергии. Здесь обитают как светлые, так и темные существа, а границы между добром и злом размыты.

Вернуться

5

Зловещий Фантом – злой дух из Междумирья, существующий за счет поглощения жизненной энергии смертных. Наиболее опасные из них стремятся вернуться в мир живых, вселяясь в тела, чтобы продолжить свои нечестивые деяния.

Вернуться

6

Междумирье – это место, которое находится между разными мирами, измерениями или временами. Оно как бы «промежуточная станция», где обычные правила не действуют, поэтому там может происходить магия, и живут существа с особыми силами. Междумирье связано с другими, параллельными мирами.

Вернуться

7

Цзинсян – вымышленный мир, являющийся двойником Земли. Здесь, на двойнике, избранные земляне обретают второй шанс, возможность переписать судьбу или постичь глубинный смысл прожитой жизни. Состоит из трех уровней: Мира Смертных, Мира Бессмертных и Божественного мира, два последних недоступны для обычных людей.

Вернуться