# Кошка, рыцарь и путник

Петр Ветров

Вова никогда не думал не гадал, что в один не совсем прекрасный момент окажется в удивительном новом мире, тихом и спокойном. Или шумном и опасном? Пока рядом ворчливая кошка, он может изучить его тайны и загадки. Но стоит поспешить! Серый рыцарь уже идет по следу…

© Петр Ветров, 2025


ISBN 978-5-0068-0171-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Петр Ветров. Кошка, рыцарь и путник


## Вторник. день, что немного лучше понедельника

Он сделал всего лишь один шаг и вместо привычного асфальта под его ногами захрустели ветки. Звуки десятков машин и сотен людей оборвались в мгновение ока. Они сменились на пение птиц и шелест листвы, а в ноздри ударили запахи необычайной свежести и чистоты, которой уже давно не встретишь в задымленном городе-миллионнике. Прежде чем он смог что-либо понять и, тем более сделать, обыденная городская суета бесшумно скрылась за его спиной, словно её никогда и не существовало.

Всего за один удар сердца он оказался в совершенно другом мире.

– Это что сейчас вообще было?! – Вова резко обернулся, но увидел лишь зеленую траву, прекрасные цветы и деревья с густой листвой. – Это галлюцинация? Что-то не похоже…

Вова с силой ударил по ближайшему дереву. Звук был настоящий, боль была настоящей, но ощущение нереальности, неправдоподобности происходящего все никак не хотело покидать парня.

– Это ненормально! – Вова медленно и глубоко вдохнул. Выдохнул. Повторив это ещё несколько раз, он смог хоть немного успокоить бешено колотящееся сердце.

Аккуратно сев под деревом, он стал судорожно оглядываться по сторонам и размышлять. Очень много размышлять.

«Это не город, сразу видно. Кусты, деревья и… это что горы?! Ну все, приплыли. Так не паниковать, не паниковать. Галлюцинации? Проверил же, не они. Я умер? Не похоже на то. Хотя… а вообще, на что похожа смерть? Может это она самая и есть? Нет! Боль есть значит жив. Попробую думать проще. Меня по неизвестной причине мгновенно перенесло в неизвестное мне место. Да, звучит и правда просто. Может это сон? Может мне чем-то прилетело по голове, а я даже не заметил? Так! Нужно еще раз осмотреться».


Вова огляделся вокруг, в этот раз медленно и тщательно высматривая малейшие детали, что могут ему помочь, но:

Во-первых: его не отпускало чувство, что он оказался в Японии. Или месте на неё очень похожем. Не то из-за нависшей над ним сакуры, не то из-за гор вокруг, не то из-за поющих цикад, но Вова, даже увидев это все только на картинке, а не в живую, с уверенностью заявил бы, что действие происходит в Стране Восходящего Солнца. «Приплыли. Я из японского знаю только аригато, сумо и банзай. И при этом, Япония может оказаться ещё неплохим вариантом – она хотя бы на Земле. Эх, надеюсь это глюки».

Во-вторых: сейчас утро.

В-третьих: все это почти ничего ему не дает.

«Ну, что сказать? Мне пи… Кхе-кхем… Ситуация оставляет желать лучшего. И что вообще делать? Если отсеять все лишнее – искать людей. И не паниковать».

Вдруг, повинуясь какому-то неясному чувству, Вова опустил взгляд и с облегчением обнаружил, что спортивки, майка, а главное – его руки и ноги – были по-прежнему на месте. Почему-то это не пришло ему в голову сразу.

Пока Вова раздумывал, он снова и снова, со всех сторон проходил через то место, где по его прикидкам попал в… сюда. Как и ожидалось, ровным счетом ничего не происходило, а на месте его предполагаемой… Телепортации не было совершенно никаких следов, кроме его собственных. И даже они говорили, что он просто внезапно возник здесь из воздуха.

Но проверить все равно не мешало.

Каждый такой обход ощутимо бил по его настроению. «Как говорит мой друг: если ничего не понимаешь, то и думать об этом не надо. Жди пока появятся пути к решению. О, и воспринимай все с юморком. Буду надеяться, что все это крайне реалистичный сон».

Твердо решив ничему не удивляться, Вова направился к ближайшему проходу между деревьями. И почти сразу же вышел на бетонную дорогу. Самая обычная ничем не примечательная дорога аккурат такой ширины чтобы на ней могли ехать в ряд две машины. «То есть все было настолько просто? Зато здесь точно обитают люди. Или разумные бетономешалки, – вот был бы номер».

Почему-то Вова не то, что не удивился бы, окажись он и вовсе не на Земле, – он даже ждал чего-то подобного, хоть и не понимал почему.

В десяти метрах впереди дорога делала резкий поворот перед обрывом, с которого наверняка открывался прекрасный вид. Вова тут же устремился туда. Всюду насколько хватало взгляда, возвышались небольшие горы, покрытые зелеными лесами, синими речками и миниатюрными озерцами. Между тремя ближайшими горками расположилась небольшая долина, в которой аккуратно устроился едва заметный городок. Не городок даже, а так, большая деревня. Вова находился на небольшой возвышенности, и прекрасно видел, что обычные, – а главное похожие на человеческие, – дома буквально утопают в зелени, почти полностью скрываясь от посторонних глаз. Весьма странно, словно островки цивилизации в царстве природы, монолитно возвышались несколько очень больших зданий. Одно из них, – по стадиону и бассейну -Вова безошибочно определил как школу. «Вот вроде и двух месяцев не прошло, как я закончил школу и вот опять двадцать пять. Не важно. Главное, что там есть люди, а значит мне вон туда. Эх, а идти придется долго».

Грустно вздохнув, Вова просто на всякий случай обернулся. Дорога шла прямо еще метров сто, резко сворачивала направо и терялась из виду. «Куда же я попал?» С этими мыслями Вова направился в город.

Но не сделав и трех шагов, остановился, будто вспомнив что-то, и посмотрел на небо. Оно совершенно не отличалось от неба в его мире. Точно такое же солнце приветливо светило через редкие облака. «Ну, хоть солнце одно. Будь их два быть бы мне яичницей. Почему-то о проверке таких очевидных вещей всегда думаешь в последнюю очередь».

Едва заметив краем глаза какое-то движение, Вова тут же отскочил, будто его током ударило. Но, приглядевшись, едва не расхохотался. По дороге медленно и величаво расхаживал ворон. Не темно-синяя ворона кои есть практически везде в огромном количестве, а именно черный как ночь ворон. Увидев, что его заметили, ворон громко каркнул, взмахнул крыльями и улетел. «Удивительно, как же приятно увидеть знакомую живность в незнакомом месте. Хотя, черный ворон… к добру это или к беде?»

– Кар! Иди в школу! – Вдруг раздалось с неба. – Кар!

– Не понял, – Вова посмотрел на небо, но птицы и след простыл. – Со мной сейчас ворон разговаривал? Надо было кепку надеть, я явно перегрелся.

Пройдя еще без малого километр, и не встретив ничего и никого живого кроме цикад и ворона, Вова слегка задумался. До городка было ещё далеко, но хотя бы машины должны же были здесь проезжать. Да и улицы городка, если подумать, со стороны казались совершенно безжизненными. «Ворон говорит и это явно не к добру. Что если здесь вообще нет людей, а только странная живность? Стоп! Почему ворон говорит по-русски? Разве не должен быть другой язык?»

Заполнив свою голову вопросами, Вова потерял даже намек на внимательность. А зря! Когда он понял, что видит, бежать или прятаться было уже поздно. По дороге, навстречу к нему, двигалась фигура, контурами напоминающая человеческую. Всего через пару минут он уже остановился в считанных метрах от Вовы. И вне всяких сомнений, перед ним стоял человек. Высокий, тощий, бледный, красивый парень с длинными светлыми волосами. В его чертах прослеживалось, что-то дворянское, что-то благородное. А вот одежда была странная. Чем-то она напоминала рыцарскую броню серебряного цвета, если бы её решили сделать в двадцать третьем веке. Что-то одновременно крайне архаичное и крайне футуристичное. И, по крайне мере, человек явно не испытывал ни малейшего дискомфорта от ношения подобных одежд в такую-то жару.

– Кто вы и как проникли на запретную территорию? – спросил беловолосый, строгим холодным тоном.

– Я сюда не по своей воле попал, – «и этот на русском шпарит. Может я все-таки в Сибири?» – И понятия не имел, что это запретная территория.

– И как же вы сюда попали?

– Не знаю, – после недолгой заминки ответил Вова. «Врать или не врать, вот в чем вопрос. Скажу правду – попаду в дурку. Совру – получу проблемы. Впрочем, я в них и так по уши». – Я заблудился.

– Вы не похожи на заблудившегося, – беловолосый неотрывно смотрел Вове прямо в глаза и от этого становилось гораздо сложнее придумывать ложь. – Скорее на человека, только что пришедшего из города.

– Нелепая случайность, произошедшая пару часов назад, – «Блин, я даже сам себе не верю». – Отошел немного в лес и похоже заплутал. Топографический кретинизм.

– Ясно, – внезапно мужчина понимающе улыбнулся. – Однако вам стоит как можно скорее покинуть эту территорию. Здесь бродит ёкай.

– Кто бродит? – Вова с непониманием посмотрел на рыцаря.

– Ёкай, – он посмотрел на Вову, как на идиота. – Монстр. Он смертельно опасен. Вы такого не встречали?

– Очевидно нет, – Вова сначала хотел отшутиться, но что-то в словах рыцаря его остановило. Было не похоже, что тот шутит.

– Да, иначе вы были бы уже мертвы, – словно из ниоткуда парень достал длинный меч с крестообразной гардой. – В любом случае, поскорее направляйтесь в деревню. Я сообщу чтобы вас встретили.

– Хорошо, спасибо – «Почему, если здесь есть монстры, прогресс не довел этого парня до огнестрела?». – Тогда я пойду?

– Удачи, – кивнул странный рыцарь и так словно это какой-то пустяк, одним прыжком оказался на самой вершине отвесного склона слева от дороги и скрылся среди деревьев.

– Неплохо, – Вова удивлено присвистнул, глядя вслед странному рыцарю. – Там ведь метров семь, не меньше… Я точно сплю. И по закону кошмаров должен встретить того монстра. Час от часу не легче…

Странная встреча только ещё больше убедила Вову дойти до города-деревни. О том, что ему может повстречаться монстр, он старался не думать. И так он снова зашагал по дороге и лишь треск цикад был его верным спутником.

И жара.

Солнце палило нещадно.

И все же, шагая все увереннее, Вова медленно приближался к своей цели. Он поравнялся с первыми домами спустя примерно час, после своей встречи с беловолосым.

«Маленький провинциальный городишко, спрятанный где-то среди гор и лесов. Даже не город, а скорее деревня. Идеальное место, если вы хотите отдохнуть от городской суеты и спокойно насладиться прекрасной природой. Шикарно. Мне осталось лишь найти номер в отеле и все, считай в отпуске. Как-то и не хочется, чтобы этот сон кончался».

Как и любой другой, этот населенный пункт состоял из домов, и местные их представители вполне вписывались в понятие уютного летнего курорта. Самые обычные одно- и двухэтажные деревянные здания преимущественно кремово-белого цвета. Создавалось ощущения, что прежде всего перед архитекторами стояла задача сделать дома максимально уютными и при этом не особо выделяющимися. Что, ж с этой задачей, насколько мог судить Вова, они справились на отлично.

Из домов состояли улицы, а улицы превращались, для незнакомого с ними Вовы в запутанный, хотя и широкий лабиринт, заблудиться в котором было легче легкого. Но его это не особо волновало, ведь практически везде куда не глянь на специальных клумбах росли десятки прекрасных цветов и могучих деревьев, большинство из которых являлись сакурами. Они-то и отвлекали на себя все его внимание. Что не удивительно. Ведь людей на улице было совсем мало. Вернее, кроме Вовы, их не было совсем. Даже животных не было. Ну, хоть птицы остались.

«Кстати, о людях». Вове вдруг пришла в голову та самая очевидная мысль, что придет когда-угодно, но не когда она будет уместна. Экран телефона, – а в кармане у него все равно кроме телефона, ключей с брелоком и пары монет мелочи ничего не оказалось, – честно показал, что ни связи, ни интернета ему здесь не светит. «Почему если попадаешь в другой мир, то обязательно со всяким хламом? А с другой стороны, с чем вообще надо попадать в другой мир? С картой обратного пути это уж точно».

Громкий шум и странный треск из-за ближайшего угла заставили Вову резко замереть. Источник звуков явно приближался. «Оно мне надо? Может просто сбежать? Нет. Разведка наше все, товарищ».

Но как только источник шума вышел из-за угла, Вова глубоко пожалел о своем решении. Сначала была вонь. Омерзительная вонь гниющей плоти, с которой Вове уже не повезло столкнуться в прошлом и с которой он не спутал бы никакой другой запах. Потом выползла тварь. Именно тварь. Очертаниями она напоминала стоящего на четвереньках человека, но только очертаниями. Красная, отвратительного вида плоть, со свисающими с неё лоскутками кожи больше подходила бы живому мертвецу. Но больше всего внимание Вовы привлекли огромные когти на её передних лапах. Существо повернуло свою полностью лысую обтянутую обрывками кожи голову к Вове и тот приложил все усилия чтобы его не стошнило. На месте глаз у твари были лишь два огромных черных провала, а из-за острых иглоподобных зубов мерзко извиваясь в воздухе, словно змея, выглядывал длинный язык.

Вова замер от страха и отвращения, ни в силах пошевелиться. Но когда тварь немного присела и вдруг кинулась на него, организм тут же решил, что ещё не готов умирать. Вова успел отпрыгнуть в самый последний момент, он буквально видел, как острые когти проносятся в считанных миллиметрах от его бренной плоти. Тварь неуклюже приземлилась, перевернулась и снова уставилась на Вову.

– Шустрый гад! – вслух воскликнул Вова. Ему жизненно хотелось хотя бы своим голосом доказать, что он все ещё жив. – И не убегу, блин.

Его взгляд упал на ближайший забор. Скорее декоративный, Вова легко мог бы его преодолеть и попытаться спрятаться во дворе или даже дома. «Она прыгнет, я увернусь и побегу».

О том что тварь тоже с легкостью преодолеет это препятствие, он старался не думать.

Тварь снова рванула, но в этот раз словно ещё быстрее чем прежде. И Вова не успел. Чудовищным ударом его отбросило на забор, за которым он надеялся найти спасение. Все тело заполнилось болью, а перед глазами заплясали красные круги. Он не мог пошевелить даже пальцем. Тварь, оскалившись в жуткой пародии на улыбку, стремительно подползла к нему. И вдруг с противным чавкающим звуком пропала!

Теперь над Вовой стояло новое существо.

Оно напоминал нечто среднее между девушкой и кошкой. С уклоном в последнюю. Светло-каштановые волосы прекрасной гривой развивались на ветру, только подчеркивая пусть и жуткую, но красоту. Вова никак не мог решить, что завладело его вниманием больше – острые кошачьи клыки в её пасти, или прекрасные зеленые глаза с вертикальным черным зрачком. Которые сейчас пристально уставились на Вову.

На этом его перегруженный разум окончательно сдался, и он погрузился в пустоту.


***


Тьма отступила.

Медленно, шаг за шагом, он побуждался от тяжелого сна.

Первые секунды после пробуждения Вова просто лежал на чем-то мягком и старался не думать о том, что случилось. Старался не думать ни о чем. Просто лежать. И выходило весьма неплохо. Мозг попросту отказывался воспринимать все случившееся. Нападение монстра, путешествие в другой мир, странный рыцарь, кошка-спасительница – он очень надеялся, что это все ему только приснилось.

Но то ли из-за непривычной мягкости кровати, то ли из-за странных звуков и запахов, ему никак не удавалось убедить себя, что он дома. А открыть глаза – означало принять эту реальность. Он боялся, что если сделает это, то все произошедшее окажется вовсе не сном…

– Я ведь вижу, что ты проснулся, – внезапно ворвался в его покой незнакомый женский голос. – Ты занимаешь койку и если с тобой все в порядке, то топай отсюда.

– Нет, явно не в порядке, – Вова с трудом разлепил глаза. Его встретила обстановка, которую можно идеально описать всего двумя словами. Больничная палата.

На мгновение мелькнула надежда, что он все же потерял сознание на улице и все произошедшее ему привиделось. Лето, жара – всякое бывает. В тот момент, он даже был согласен узнать, что его просто сбила машина.

Но явное доказательство обратного немедленно возникло перед его лицом.

Красивая девушка с завязанными на затылке в хвостик каштановыми волосами нависла над ним и теперь внимательно изучала его лицо. Но не глубокие зеленые глаза и не миловидное лицо девушки завладели вниманием Вовы, а её уши. Вернее, тот факт, что обычных человеческих ушей у неё то и не было. Там, где им полагалось быть просто продолжалась кожа, зато чуть повыше явственно проглядывались большие милые кошачьи ушки.

«Стоп. Зеленые глаза, каштановые волосы, уши»

– Это ты меня спасла?! – Вова едва не подскочил, благо девушка успела убрать свою голову, а то столкновения лоб в лоб было бы не избежать.

– И нечего так шуметь, – девушка недовольно поморщилась. – Ну я и что дальше?

– Ты выглядела… по-другому, – только и смог вымолвить Вова. «А ведь она не сильно старше меня. Если не младше»

– По-другому значит… – девушка заметно помрачнела, развернулась и отошла к столу, на котором стояли различные флакончики и склянки.

– Какой грубый у нас пациент, – раздался ещё один женский голос. – Нельзя же так сразу говорить, что девушка тебя напугала.

– Я и не говорил, – Вова с усилием потер виски, пытаясь поскорее прийти в себя. – И так, и так красивая. Просто впервые вижу человека способного менять облик.

– Ты… – девушка с ушками со смесью удивления и недоверия посмотрела на Вову. – Кажется он слишком сильно головой приложился.

– Сейчас узнаем, – обладатель второго голоса подошел к Вове. Высокая худая девушка в больничном халате посмотрела ему в глаза. Или ему так только показалось. Её очки столь странным образом сидели на её носу, что глаз было не разглядеть. Да и лицо её было каким-то… неопределенным. По возрасту, что-то между шестнадцатью и сорока.

Но куда внимательнее чем её лицо, Вова рассматривал нечто среднее между гнездом кукушки и ураганом из черных волос, что сейчас располагалось у девушки-женщины на голове. Она поняла его взгляд по-своему:

– Нет у меня кошачьих ушей, не беспокойся, – она поправила очки и снова посмотрела на Вову. – Я не иная.

– Не кто? – не понял Вова.

– Ты никогда не слышал про иных? – с явным удивлением и недоверием воскликнула кошко-девушка.

– Да как-то не приходилось, – Вова покачал головой на что та тут же отозвалась острой болью. – Ай, черт! Лучше скажите, что за тварь на меня напала?

– ёкай, – девушка с гнездом на голове пожала плечами. – Судя по описанию Конеко, это был дзикининки.

– Чьи нинки? – опять не понял Вова.

– С какого момента тебе не понятно?

– Хм… – Вова призадумался. – С самого начала. Что такое ёкай?

– Н-да, тяжелый случай, – «гнездо» покачала головой. – Конеко, ты его уже осматривала?

– Да, – кивнула кошкодевушка, которую похоже и звали Конеко. – Три большие рваные раны на животе, но неглубокие. Так, кожу надрезало. Я уже обработала и перевязала, так что заражения и осложнений быть не должно. А вот голова… Его очень сильно приложило. Ничего серьезнее большой шишки я не обнаружила, но я не могу заглянуть ему в мозг.

– И не надо, там и так пусто, – попытался отшутиться Вова.

– Ты что ничего не помнишь? – снова по-своему поняла его «гнездо».

– Да, – спустя время сказал Вова. «А это неплохая идея. Теперь любое мое безумие можно списать на травму головы. Надеюсь, её на самом деле нет…»

– Вот так-так, – задумчиво протянула девушка. – И что же с тобой делать?

– Понять и простить, – не удержался Вова. – И объяснить, что такое ёкай, дзин… Ну, понятно. И как вас зовут?

– Иша Курео, – представилась «гнездо». – Я медик при старшей школу Кунигаока. А эта милая девушка – Конеко. Она иная и мой хороший помощник.

– А я… – Вова вовремя осекся, но вскоре продолжил. – Вова, кажется. И первый вопрос, если можно. Кто такие иные?

– А можно, что попроще? – тут же стушевалась Курео. – Хм… Это общее название для всех нечеловеческих разумных рас, живущих в этом мире. Конеко, например, неко. Это кошка оборотень.

– Неко Конеко, – скороговоркой повторил Вова. – Легко запомнить. Теперь понятно, как ты меня спасла. Спасибо за это.

– Это госпожа Курео меня попросила, – отмахнулась девушка.

– И все же, – Вова снова посмотрел на Курео. – А ёкаи это кто?

– Общее название для всех нечеловеческих неразумных существ, – вдруг Курео призадумалась. – Хотя, бывают и разумные. Их отличие от иных в том, что они до сих пор едят людей.

– Что значит до сих пор? – Вова заметил, что после его вопроса Конеко вдруг стала мрачнее тучи.

– Раньше иные тоже нападали на людей, но последние лет пять у нас мирный договор.

– Хм… – Вова подумал-подумал. Посмотрел на Конеко. И сморозил глупость. – Спасибо, что не съела меня.

– Да больно надо! – вскинулась девушка.

– Правильно, я совершенно невкусный.

– Это заметно, – вдруг вклинилась Курео. – Дзикининки любят человечину, но по природе своей они трупоеды. Я пару раз слышала, что они могут напасть и на живых людей, но встречаюсь с этим впервые.

– Понятно, – «Проклятье, везет как утопленнику. А дальше то, что делать?»

– И куда нам его девать? – «В смысле куда, вы разве не врач?!»

– В смысле куда, вы же врач! – озвучила мысли Вовы Конеко.

– А да, точно, – «Ты что об этом только сейчас вспомнила?». – В настоящую больницу его не отправишь – оползни перекрыли дорогу. Значит придется оставить здесь под наблюдением, в надежде, что он поправится. Хм… Тебе сколько лет?

– Все что есть, все мои, – честно ответил Вова.

– Не помнишь? – уточнила Курео.

– Не помню, – честно соврал Вова.

– Ясно, – Курео кивнула. – Конеко, ты же на последнем году обучения? На вид вы одного возраста, так что давай его к тебе в класс закинем? Заодно и в общаге недалеко от тебя пропишем. Чтобы тебе было удобнее за ним присматривать.

– Вы сейчас хотите просто скинуть на меня свои обязанности? – холодно спросила Конеко.

– Твои, моя милая, – Курео хитро улыбнулась. – Ты ведь хочешь стать врачом, а наблюдение за пациентом – это отличная практика. А знакомая обстановка в виде школы может благотворно повлиять на его память.

– Вот кот… – Конеко устало вздохнула. – Ладно.

– Вот и чудненько, – Курео с обворожительной улыбкой посмотрела на Вову. – Как тебе план?

– Приемлемо, – только и смог сказать Вова. «Общежитие? Значит не на улице спать, уже хорошо».

– Отлично, – Курео дала ему аккуратно сложенную белую рубашку. – Твоя майка была разорвана ёкаем, так что вот тебе замена. Не знаю твой размер, но это все что есть. Сам сможешь надеть?

– Спасибо, – Вова пошевелил плечами, руками, пальцами. Не считая ноющей боли в затылке и странного ощущения от бинтов, все было в порядке.

Вова аккуратно слез с койки и послушно надел рубашку. В компании с кроссовками и спортивками видок был тот ещё, но хотя бы не голый.

– Отлично, – повторила Курео. – Конеко, отведешь его к директору? Сейчас я ему записку напишу.

– Отведу, – недовольно буркнула Конеко в ответ. Она уже сняла больничный халат и теперь возилась с волосами. Теперь перед Вовой стояла девушка ниже его на голову. Конеко зачесала волосы так, чтобы они закрывали правую половину лица. Вова в прическах разбирался примерно никак, но увиденное ему понравилось.

– Красивая, – случайно озвучил свои мысли Вова.

– Ты это видел? – девушка показала себе на голову, где красовались два кошачьих уха.

– Да, миленькие ушки, – честно ответил Вова.

– Миленькие? – Судя по лицу, она словно не поверила Вове. – Они означают, что я иная! Так понятно?

– Если честно, пока не совсем, – «Скорее совсем нет». – Если девушка красивая, то не столь важно есть кошачьи ушки или нет. Но тебе идет.

«Боги, что я несу?»

– Ты видимо слишком сильно ударился головой, – с видом знатока заключила девушка.

– Пожалуй, соглашусь, – за этим разговором они вышли из кабинета врача и пошли по самым обычным школьным коридорам. Если вы видели один, – вы видели все. Вот Вова и особо не обращал внимания. Все его мысли занимала его новая знакомая. Головная боль не давала ему рассуждать здраво, к тому же он испытывал чувство благодарности за спасенную жизнь. И все же, в самой глубине своей души Вова немного боялся Конеко. В случае чего, она могла разорвать его и глазом не моргнув.

– Ей, ты в порядке? – девушка подошла вплотную к Вове и посмотрела ему прямо в глаза. – Ты чуть в стену не влетел.

– Голова немного закружилась, – Вова потер виски.

– Может тебе нужно было ещё полежать? – с намеком на беспокойство спросила девушка.

– Нет. Надо идти, а то потихоньку свихнусь.

– Не свихнешься, – уверенно заявила Конеко. – госпожа Курео поставит тебя на ноги.

«Красивая». Мелькнуло на секунду в сердце. «И страшная». Сразу же добавил рациональный разум. «Красота страшная сила». Сам собой подвёлся итог.

Прозвенел звонок и коридоры школы встретили их обычным для таких мест возбуждением и гомоном. Ученики, – и люди, и иные, – живо обсуждали последние новости и просто болтали обо всем на свете. Их проблемы, порой такие мелкие и незначительные казались им величайшими в истории, если вообще они у них были. Первая любовь, друзья, экзамены. Десятки видов оборотней весело и беззаботно общались с людьми на любые темы, словно между ними не было никаких различий. Эта школа дышала юностью. Вова не считал себя настолько старым, но в голову почему-то пришли именно такие слова.

И все же… От его взгляда не укрылось с какой опаской их все обходят стороной. Что люди, что иные. Вся разница была лишь в том, что люди едва завидев их, убегали, а иные старались держаться подальше. Вернее, не их, а Конеко. Девушка же шла, словно не замечая никого вокруг, стоически игнорируя все взгляды, брошенные ей в спину.

«Интересно».

Но прежде, чем Вова успел озвучить свой вопрос, Конеко остановилась перед красивой черной дверью.

– Вот кабинет директора, – Вова с удивлением заметил, что Конеко выглядит крайне неуверенно, словно ей совершенно не хотелось открывать дверь. – Ладно, чем дольше оттягиваем, тем хуже.

Стук в дверь и вот они в месте назначения.

Кабинет директора представлял собой интересное зрелище, словно дизайнер-классик и заядлый гик никак не могли решить, как именно должно выглядеть подобное помещение. А победила дружба. На полках элегантных и явно не дешевых шкафов важная документация соседствовала с коллекционными фигурками из игр и фильмов. Стол же по качеству и виду достойный королей был почти полностью заставлен каким-то непонятным конструктором, в который грамотно был встроен компьютер и клавиатура. Сам хозяин кабинета представлял собой не менее интересное зрелище. Низкий полный человечек, на носу черные круглые очки, под носом маленькие усики, на голове крупная залысина, обрамленная волосами, так что они были похожи на два огромных черных рога. Эротический журнал в его руках довершал прекрасную картину абсурда этого кабинета.

Вова посмотрел на это, улыбнулся и:

– Я пошел отсюда, – он и правда хотел развернуться и уйти, но почувствовал на своем плече поразительно сильную руку Конеко.

– Я не убегаю, значит и ты не будешь, – с каким-то обреченным видом произнесла девушка. – Мы в одной тарелке, поверь.

– Какие грубые ученики, – не отрываясь от журнала, произнес директор. – У каждого должно быть право на яркое проявление его яркой личности. И так, чем обязан?

– Господин директор, – начала Конеко. – Это Вова. Он потерял память в результате нападения ёкая и доктор Курео предложила временно принять его в мой класс для наблюдения. Так же она просила заселить его в общежитие.

– Звучит как-то странно, – «Это кто бы говорил!» – Ладно, если это Курео попросила, то вот заявление на поступление. Но прежде всего ответьте на один вопрос. Как вы относитесь к иным?

– Иным? – переспросил Вова.

– Да! – директор недовольно посмотрел на него. – Эта школа – первое место в мире, где одновременно учатся иные и обычные люди. Для весьма многих такое положение вещей все еще в новинку, нередко возникают конфликты, а учителя и ученики разных рас нередко побаиваются друг друга. Так что, как лично вы относитесь к иным?

– Хм… – Вова постарался придумать наиболее подходящий ответ, но больная голова наотрез отказывалась соображать, так что он просто выпалил, что первое пришло. – Из иных я знаю только Конеко. А она спасла мне жизнь, так что, полагаю, к иным я отношусь положительно.

– Вы положительно относитесь к иным на основании общения с Конеко? – на секунду казалось директор не сможет сдержать удивления, но он быстро пришел в себя. – Ну что ж, это очень хорошо. Вова, отныне ты состоишь в классе 3E старшей школы Кунигаока, а также являешься проживающим нашего общежития. Ввиду… особых обстоятельств твои начальные расходы школа берет на себя в виде стипендии. Ключ от своей комнаты возьмешь у вахтера, а я пока предупрежу учителя, что ты сейчас придешь. Вроде все, можешь идти. А ты, Конеко, останься, пожалуйста. Нужно заполнить документы на нашего гостя.

Когда Вова развернулся к девушке чтобы поблагодарить, она тут же перебила его:

– Сегодня после уроков встречаемся у ворот, – строго сказала девушка. – Не опаздывай.

И тут же выпихнула Вову из кабинета и захлопнула за ним дверь.

«Что же за зверь такой эта Конеко?»

Подумал Вова. И вдруг до него дошло, что он понятия не имеет куда идти. Можно было просто подождать звонка или поискать класс ориентируясь по табличкам над кабинетами, но так было слишком скучно. Снова заходить к директору Вова решительно не хотел.

Если есть проблема, значит появится и решения.

Внезапно из-за поворота вылетело рыжее нечто. Вова сначала принял это за очередного иного, но нет. На вид это был вполне обычный парень его возраста с торчащими во все стороны рыжими волосами. Он остановился и тяжело дыша облокотился о стену. Было похоже, что он бежал всю дорогу сюда.

– Привет, – незамедлительно обратился Вова к, как он решил, ученику. – А ты не знаешь где в этой школе класс 3Е?

– Да! – внезапно выпалил в ответ рыжий. – Ты ведь Вова, да? Госпожа Курео попросила тебя забрать от директорского кабинета. А теперь скорее, нам нужно торопиться!

И не слушая протестов Вовы, буквально потащил его за собой. «Похоже, Курео хорошо знает свою подопечную, раз прислала этого парня её подстраховать».

– Я Иссей, кстати, – представился школьник и протянул руку.

– Вова, – ответил на рукопожатие Вова. – А куда спешим?

– Звонок был давным-давно, а я и так опаздывал, когда госпожа Курео попросила ещё и тебя забрать. Ой, что Марика-сенсей мне устроит… – Вдруг Иссей резко остановился и показал на дверь. – А вот и наш класс.

И правда, на табличке черным по белому выведено «Класс 3Е». И небольшие красные пятнышки вокруг надписи, словно следы крови. «Что-то мне жутко стало». Иссей не стучась, одним быстрым движением распахнул дверь.

– Здравствуйте! Простите за опоздание, я… – Извиняющуюся речь Иссея прервал громкий хлопок. Из стены всего лишь в паре сантиметров от его лица торчала обычная металлическая линейка. Вову уже даже не удивляло, что она вошла в стену на пару сантиметров. «Законы физики моего мира негодуют». Обладательница столь страшной силы и грозного канцелярского предмета сейчас раздраженно смотрела на опоздавшего. Иссей аккуратно подвинулся от торчащей в стене линейки, и Вова смог рассмотреть ее. Учитель, а это, похоже, была она, выглядела как роковая красотка, что может рулить сильнейшими мужчинами любого мира. Но никак не школьная учительница!

– Иссей, объясни-ка мне, почему ты вечно опаздываешь? – её голос буквально дрожал от гнева. Пальцами правой руки она игралась с ещё несколькими линейками и сейчас, похоже, примеривалась куда бы их запустить.

– Эм… Марика-сенсей, я тут… это… в общем… – взгляд Иссея панически бегал по классу, словно стараясь найти спасение, и тут его осенило. – А зря вы ругаетесь, Марика-сенсей! Я новому ученику школу показывал, вот мы и задержались.

– Это правда? – учитель и весь класс посмотрели на Вову. Иссей умоляюще вскинул руки.

– Да, – неуверенно кивнул Вова.

– Вот и отличненько! – тут же просветлела учитель. От страшного праведного гнева не осталось и следа, словно его никогда и не было. – Можете зайти в класс.

Вова и Иссей, надеясь, на удачную развязку, вошли было в класс, но Марика жестом остановила Вову и обратилась к классу.

– Дети. Это новый ученик по имени Вова. Это только, кажется, будто он сбежал из леса, а может так и есть. Так что будьте с ним вежливы и общительны. – Класс отреагировал на его появление весьма противоречиво. Если бы понадобилось одно-два слово – настороженный интерес.

Класс начал рассматривать его, а он класс. Перед классом стояло нечто помятое в рубашке и спортивках, а перед Вовой сидела кипа из исключительно интересных персонажей. В ряду слева сидит точная копия Электроника, сразу за ним парень похожий на короля обезьян, а вон у самого окна девчонка с длинными синими волосами, сплетенными в две косички, слушала музыку в больших наушниках. Были в классе и явные иные, в том числе, как показалось Вове, не только кошачьи.

«И так, обзор окончен. Логика не одобряет этот класс, но мне нравится, так что все норм. Свободные места есть рядом с девушкой-готом, – ну или она просто вампир, кто её знает, – рядом с Электроником и рядом с пустым треугольником. Серьезно? И слева, и справа, и спереди от парты пусто. Словно место проклятого. Но там меня особо не засыплют вопросами, так что…» Недолго думая, Вова занял пустой треугольник.

– Переведенный, тебе повезло. Сегодня мы весь день смотрим исторические фильмы, так что тебе прощается отсутствие школьных принадлежностей и страхолюдный внешний вид. Но завтра чтоб был как штык! – Бодро объявила Марика-сенсей и включила проектор. Спорить с ней ну никак не хотелось. Вова с чистой совестью развалился на теперь уже своей парте и вместе со всеми стал смотреть на отличного качества проекцию.

Согласно вступительным титрам, это был фильм про местную эпоху воюющих провинций. Может некоторые исторические фильмы и были скучными, но не этот. Интриги, заговоры, войны, скрытые убийства и прочие штрихи того периода здесь были раскрыты полностью. Как показалось Вове, их описали даже слишком подробно для школьного периода.

– На самом деле, она просто включила сериал по тому периоду. Игра Сегунов. – По крайней мере, так гласила брошенная Вове Иссеем записка.

Но сериал был неплохой, так что почему бы и нет.

Вот только Вова очень быстро отключился от сериала и погрузился в свои мысли. «Итак, что мне теперь делать? Это не сон, уже очевидно. Я попал в другой мир. Ну, это выяснили… А дальше то что? Как это вообще случилось?! Нет, не так важно, как это случилось. Важно то, как мне теперь вернуться. И ведь спросить некого. Откуда я знаю перемещение между мирами здесь норма или нет? Черт, никаких идей. Надо было в палате остаться. Спасибо хоть жилье есть. Что, кстати слишком подозрительно. Как-то все слишком удачно складывается. Сказал попаданец…»

Раздался звонок на перемену. И за все время урока Вова так ничего и не придумал. Слишком мало было информации и совершенно непонятно откуда её брать. Был бы на телефоне интернет можно было бы хотя бы загуглить.

«А это идея!»

Вдруг, вокруг него толпой встали новоявленные одноклассники и тут же устроили ему соцопрос. Очень быстро Вова запутался, кто что спрашивает и еле отбивался от своих одноклассников:

– Как тебе наша деревня?

– Нормально.

– Какие девушки тебе нравятся?

– Красивые.

– Продашь свое место в общаге?

– Эм, нет…

– У тебя есть ручной медведь?

– Нет. Стоп, что?

– Сыграй на балалайке, – и тому подобные странные вопросы и просьбы волной затопили Вову.

Улучив момент, Вова буквально убежал на крышу. Это было не сложно – выходишь из класса и просто бежишь по ближайшей лестнице на верх. Почему-то именно крыша, как безопасное место, пришла ему в голову первой. В его родной школе крыша, разумеется, всегда была закрыта, а здесь дверь была на распашку. Вова немедленно ощутил соблазн посмотреть на мир с высоты нескольких этажей. Да и избежать расспросов очень хотелось.

Но и здесь он не остался один. Несколько любопытных пар глаз сразу же уставились на него, а в одной зеленой кошачьей паре даже мелькнуло узнавание. Похоже, Конеко как раз открывала бэнто[1], чтобы подкрепиться под приятную музыку в наушниках, но теперь все её внимание было сосредоточено на Вове. Ни теряя ни секунды, Вова аккуратно сел в метре от неё.

– И что это ты делаешь? – последовал справедливый вопрос девушки.

– Предположительно сижу, а вы как считаете? – Вова с улыбкой посмотрел на девушку. Он старался игнорировать тот факт, что все остальные ученики немедленно покинули крышу, стоило ему подсесть к ней.

– Фактически, мешаешь мне кушать, – Конеко недовольно посмотрела на него. Вова и сам не смог бы объяснить почему подсел к ней. Просто захотелось.

– Ужель вы меня прогоняете? – Вова талантливо изобразил прискорбное удивление.

– Да хватит уже с этими вы! – Конеко пнула Вовину ногу, но это имело скорее символическое действие. Вова уже представлял себе полную силу Конеко, а это был обычный девичий пинок. – Называй меня по имени.

– Контакт налажен, – Вова ослепительно улыбнулся.

– И кто из нас пришелец? – Конеко вздохнула и продолжила есть рис. – Мне нужно приглядывать за тобой, так что сиди уж.

– Хорошо, – Вова кивнул и неподвижно застыл рядом с ней.

Конеко ела рис. Конеко съела кусочек рыбки. Конеко взяла половинку помидорки…

– Да хватит уже! – лицо Конеко почти сравнялось по оттенку с овощем у неё в палочках.

– Не любишь помидорки? – забеспокоился Вова.

– Обожаю, но проблема не в этом. Что ты здесь сидишь?

– Сама разрешила! – справедливо заметил Вова.

– Но я не думала, что ты и правда будешь просто сидеть здесь без движения! У тебя что друзей нет?

– Вообще-то нет, – Вова грустно улыбнулся. – Я ведь здесь чужой.

– Вот кот, точно! – вдруг Конеко заметно смягчилась. – Прости, это я сглупила. У тебя ведь и обеда нет. Если хочешь, можешь доесть мой бэнто.

– Правда? – с надеждой посмотрел Вова.

– Да, бери уже, – Конеко недовольно поморщилась. – Я все равно столько не съем. Для фигуры вредно.

– Но ты ведь и так тощая.

– Жуй молча.

Как водится, Вова только сейчас почувствовал, насколько он проголодался. Остатки риса, кусочек рыбки и три помидорки в мгновения ока исчезли у него во рту.

– Спасибо за угощение, – Вова поклонился и протянул девушке совершенно пустое бэнто.

– Да не за что в общем, – Конеко завернула бэнто в платок и убрала в сумку, как вдруг её кошачьи ушки встали торчком. – Подожди, ты ведь не подсел ко мне просто чтобы бесплатно поесть?

– Не-е-ет, – «Да-а-а». – Прости, я был очень голоден, а ты показалась мне очень доброй девушкой.

– Это когда это? – Конеко криво усмехнулась. Её кошачий хвост заходил из стороны в сторону, выдавая её недовольство.

– Когда спасла мне жизнь, – честно ответил Вова.

– А ты не… – Конеко заколебалась, словно не могла подобрать слова. – Нет, ничего. И не забывай о моем великодушии! Завтра же принесешь мне свой обед.

Прозвенел звонок и не успел Вова и глазом моргнуть, как Конеко убежала по лестнице вниз. Дальнейший день прошел сравнительно скучно. Лишь во время урока Иссей внезапно пересел к Вове пока учительница спала, – «Это нормально? Так и должно быть?». – и сказал:

– А ты что с Конеко знаком? – заговорщическим шепотом начал он.

– Самую малость, – Вова кивнул. – А что?

– Она ненавидит людей, – Иссей неопределенно покрутил рукой в воздухе. – Ну, не совсем ненавидит, но точно держится от них в стороне. С иными хотя бы иногда общается, но вот с людьми…

– Так я не человек, – Вова со всей серьезностью посмотрел на Иссея. – Я пришелец из иного мира, который прибыл сюда по дурацкой ошибке.

– Да, ладно тебе заливать, – Иссей по-дружески хлопнул его плечу. – Не хочешь говорить – не говори. Вот только полшколы уже думает, что вы встречаетесь.

– Проклятое порождение социальных сетей! – в шутку ругнулся Вова. – Вам что делать нечего?

– Мы на скучном уроке в деревне. Сам как думаешь?

– Твоя правда.

Урок закончился. Улучив момент, Вова сбежал от снова окружившей его толпы учеников и спрятался в ближайших кустах. «Это становится плохой привычкой».

– Я почти точно уверена, что не назначала тебе встречу в кустах, – вдруг раздался знакомый голос у него над головой. – Ворота, человек, я говорила о воротах.

– Но ведь это и есть ворота! – не оборачиваясь, горячо возразил Вова. – Ворота в прекрасный дивный мир природы.

Тык. Этот удар не был болезненным, но зато отлично передавал все чувства и мысли Конеко по этому поводу.

– Прячешься от людей? – присев рядом спросила она.

– Да, нигде от них не скроешься, – Вова посмотрел в прекрасный зеленый глаз. – Хочешь со мной?

– Ни в жизнь.

– Меня отвергли.

– По-другому и быть не могло.

Когда основная толпа прошла мимо Вова и Конеко тоже пошли следом. Теперь их окружали только парочки, так что внимания и вопросов они не привлекали. Разве что друг у друга. «Интересно. Я должен постоянно беспокоиться о том, как вернуться в свой мир, но при этом страдаю откровенной ерундой. Почему меня так тянет к этой девушке? Нет я, конечно, взрослый парень и ничто людское мне не чуждо, но не заводить же отношения в другом мире! Быть может это всего лишь защитная реакция организма, держаться ближе к максимально дружественному существу на враждебной территории. Но все равно это как-то странно».

– Меня пугает, как ты меня смотришь, – Конеко на полшага отступила от него.

– Любой человек имеет право любоваться прекрасным, – вялая попытка отшутиться.

– Теперь точно пугаешь, – подытожила девушка.

– Ты сама меня позвала, – напомнил Вова. – Кстати, зачем?

– Показать тебе дорогу до общаги и твою комнату, – медленно виляющий хвост девушки вдруг остановился, ушки встали торчком и Конеко выпалила. – Почему ты не испугался меня?

– А почему я должен был?

– Нечестно отвечать вопросом на вопрос! – девушка начала злиться. – Ты увидел, как я превратилась в монстра. Тебя это совсем не беспокоит?

– Беспокоит, – честно ответил Вова. – Вот только, ты спасла мне жизнь. И хочешь стать врачом. Я не думаю, что ты плохая девушка, а значит и смысла тебя бояться нет. И не важно человек ты или иная.

– И это все? – Конеко недоверчиво покосилась на Вову.

– Нет, ты права. Конечно, это не все, – Вова со всей серьезностью посмотрел на Конеко, в её прекрасные зеленые глаза. – Я кошатник.

– Ты дебил, – в этот раз Вова смог увернуться от оплеухи. – Похоже, ты принципиально не можешь быть серьезным.

– Буду все серьезно воспринимать, – свихнусь.

Конеко с удивлением поняла, что Вова говорит чистую правду. Быть может, в этом и была причина почему он так спокойно общается с ней – есть что-то чего он боится гораздо больше её.

Общежитие находилось примерно в трех километрах от школы. «Похоже, и школу и общагу у них строил один и тот же архитектор с ярко выраженным желанием позлить всех, кто не может здесь учиться и жить». Общежитием было большое трехэтажное белое здание, больше напоминающее пятизвездочный отель, чем студенческую общагу.

– Эй, а пропуска? – начала было возмущаться вахтерша на входе, но Конеко быстро её осадила.

– Человек со мной. Дайте ключ от 777-ой. Пожалуйста.

«Красивый номер. Наверное, надо было раньше узнать в какой комнате я живу. Хм, три этажа, а комната 777, как странно». Похоже, вахтерша тоже немного опасалась его спутницу, так что ключ Вова получил в мгновение ока. Финальный пункт назначения на сегодня. Третий этаж «777» комната. Насколько Вова знал, он делил комнату с еще тремя людьми, причем на прямой вопрос об этом Конеко странно улыбнулась. «Главное с ними поладить, а то жить мне больше негде». Вообще, насколько он понял, комнат в общежитие было не больше пары сотен, но вот откуда тогда взялись такие номера комнат, как «777» и выше, было совершенно не понятно.

Вот кстати и она – дверь в комнату «777». Номер удачный, а вот то, что это единственная черная дверь на всю общагу немного напрягало. Но не успел Вова что-либо сказать или сделать, как Конеко рывком открыла дверь. По собственному опыту Вова знал, что при таком крайне неприличном способе открытия дверей всегда велик шанс увидеть что-нибудь смешное или интересное. Так получилось и сейчас. В центре большой комнаты переодевалась высокая длинноволосая блондинка. Она удивленно уставилась на неожиданных гостей, но не успела сказать хоть что-нибудь, как Конеко тут же захлопнула дверь.

– Это Алиса, – как ни в чем ни бывало представила девушку Конеко. – Она твоя соседка. Алиса, это Вова. Теперь он твоя головная боль. А я пошла.

– Ну, спасибо, – и тут Вову осенило. – Стоп. Алиса? Не Иссеи, там или Конеки всякие, а просто Алиса?

– Человек… – Конеко весьма выразительно посмотрела на парня.

– Понял, заткнулся.

– Хороший мальчик. И… если можешь, забудь все, о чем я тебя спрашивала. – С этими словами Конеко взмахнула хвостом и была такова.

Вова молча смотрел ей вслед. Он и сам не знал, что ожидал увидеть в своей комнате, но точно не переодевающуюся девушку. «Стоп! Так вот почему все так удивлялись узнав, куда меня поселили. Неужели…» Додумать свою внезапную догадку он не успел. Шок у девушки прошел, о чем свидетельствовал сильный удар ему в спину. Вова ожидал чего-то подобного потому не стал уворачиваться. «Такс пришло время извиняться».

– Парень, я все понимаю, – обрамленное золотого цвета волосами явно лицо девушки отчего-то вообще не выглядело недовольным. Она выглядела так, словно сошла с картин про древнюю Русь. Ослепительно красивая классическая славянка. Широкая улыбка и глубокие голубые глаза с яркой искоркой только подчеркивали образ. А вот слова… – Весна, юность и все такое. Но с какого такого ты решил за мной подглядывать? Жить надоело?

– Не в этот раз, – Вова улыбнулся как можно дружелюбней, не забыв, впрочем, сделать пару шагов назад. – Мне сказали, что я теперь живу в этой комнате и я никак не ожидал встретить здесь девушку.

– Я бы сказала, что это звучит как плохая отговорка, – девушка закрыла глаза и устало вздохнула. – Но, как ты мог заметить, наш директор немного… «специфичная» личность, так что не удивлюсь, если это его проделки.

– Подселить тебя к парням?

– Э, нет, Володя, – Алиса улыбнулась ещё ослепительнее чем до этого, хотя казалось, что дальше уже некуда. – Тут уже ты сорвал джекпот. Помимо тебя и меня здесь живут ещё две девушки.

– Красивые? – в полу шутку спросил Вова.

– До меня, конечно, не дотягивают, но вполне себе, – довольная собой девушка кивнула. – И да. Велком ту Хелл.

– Оптимистично, – Вова воспользовался приглашением девушки и теперь ничего не мешало ему разглядеть все помещение.

В каком-то смысле, отныне это была и его комната. На удивление большая и просторная, да к тому же и обставлена весьма уютно, хотя и по-студенчески скромно. Недалеко от двери стоит книжный шкаф почти под завязку забитый книгами. В огромное окно, напротив входной двери, можно было наблюдать лучи закатного солнца. Перед самим окном стоял рабочий стол с включенным старым компьютером. У правой и левой стены комнаты стояло по одной двухъярусной кровати, а разделял их небольшой деревянный столик. Если здесь ему предстоит провести ближайшие дни, то это был далеко не худший вариант. Пока он разглядывал комнату Алиса преспокойно уселась на неприметную тумбочку рядом со шкафом.

Посмотрев на девушку, Вова в очередной раз отметил – она крайне красива.

– Итак, кто ты такой, извращенец? – незатейливо спросила Алиса. Пусть и явно человек, она напоминала ему кошку больше, чем любые иные.

– Ты же сама сказала, – продолжая осматривать комнату, ответил Вова. – Я извращенец.

– Ха-ха-ха! Я слышала вас за дверью и знаю, что это опять шутки Конеко.

– Она часто так делает? – Вова искренне удивился.

– У неё совершенно нет такта, и она достаточно прямолинейна, – Алиса кивнула будто бы самой себе. – Вообще… она мало с кем общается. Так что такие моменты иногда случаются. Хотя ты с ней как будто ладишь. Кстати, как это вышло?

– Она спасла мне жизнь, – честно ответил Вова и задал давно мучающий его вопрос. – А я ведь тоже не видел, чтобы она общалась с кем-то кроме доктора Курео и директора. Почему?

– Она тебе не сказала? – Вова отрицательно мотнул головой. – Ну, значит и я не буду. Прости, но это её личное дело. Я сами то её знаю только потому, что с нами живет её сестра.

– Она… – Вова с трудом подобрал слова. – Такая же?

– Нет, Конеко у нас уникальная, – вдруг Алиса снова улыбнулась. – Как и ты. Не только поладил с Конеко, но ещё и слухи о тебе всякие разные ходят.

– Это какие же? – Вова живо заинтересовался.

– Мне говорили, что ты весь страшный бородатый вышел из леса и угрожая похитить всех местных девушек заставил директора поселить тебя здесь.

– Разочарована? – «Это кто такое сочиняет?»

– Да не особо, – девушка пожала плечами. – И не советую, чтобы эти слухи подтверждались. Люди просто обидятся, но вот иные – просто сожрут. Без шуток.

– О, в это я верю. Кстати, а где тут свободное койка-место? – Вова взглядом указал на кровати.

– Вон та, будешь спать снизу. – Алиса, быстро смирившись с новым жильцом, указала на левую от двери кровать. – Увижу, что копаешься в наших вещах – убью.

– И в мыслях не было.

– Конечно.

Вещей у Вовы кроме одежды не было поэтому он просто скинул кроссовки, аккуратно положил их на обувную полку и лишь после этого улегся на указанное ему место. Кровать оказалась на удивление удобной. Словно огромный кусок желе она медленно поглощала в себя владельца. Но лежать на кровати, даже такой удобной, было скучно, поэтому Вова быстро сел и снова принялся изучать комнату. Его внимание тут же привлекла забавная надпись на столбце кровати. «Широ + Коте =»

– А где остальные жильцы? – между делом спросил Вова.

– Скоро придут. Они чем-то в школе заняты. Толи убирают, толи мероприятие готовят. Я не знаю. – Алиса переместилась с тумбочки к компьютерному столу. – И пока они не пришли тебе бы в душ сходить. Или это твой особый убийственный шарм?

– Да, в душ было бы славно, – дверь в душевую оказалась сразу справа от входной двери и, если бы Алиса не указала на неё пальцем, Вова бы её и не заметил.

– Неужели ты и правда вышел из леса, – с ехидцей спросила Алиса. – Может и похищение девушек правда?

– Не бойся, – Вова наполовину вошел в душевую. – Я похищаю только красивых. Тебе не о чем беспокоиться.

– Ах ты… – захлопнувшаяся дверь оборвала возмущения Алисы.

– Итак, я, наконец, один и в тишине.

Душевая была обычной душевой и больше Вова в ней ничего не заметил. Разделся, включил холодную воду и встал под неё, уперев голову в стену.

«Что я вообще делаю?! Мне нужно срочно возвращаться домой, а я словно решил прописаться здесь! Хорошо, если время этого и моего мира синхронизировано. Но ведь если нет, могут пройти месяцы и годы, прежде чем я вернусь. Если вообще вернусь». – Вова едва не ударил по стене со всей силы от бессилия. – «Стоп! Стоп. Стоп. 1. 2. 3. 4. Вроде успокоился. Я пока что бессилен и в этом суть. От того что побешусь и поору лучше мне не станет. Наверное. Кроме той твари, этот мир пока не проявил враждебности, значит и паниковать рано. Если буду тихо и незаметно исследовать их мир, то наверняка что-нибудь выясню. Как говорит один мой друг: Тишина друг диверсанта. Хорошо. Паника пока под запретом!»

Холодный душ хорошо прочищает голову, да и долго под ним не простоишь, от чего пытать себя дурными мыслями вышло только минут пять. Вова посмотрел на бинты на своем животе, тяжело вздохнул и выключил воду. «Наверное надо было их как-то прикрыть. Хотя все равно уже не болит»

Вдруг раздался громкий стук во входную дверь. Не видя ранее крепкую дверь своими собственными глазами, Вова мог бы подумать, что её просто выбили. Похоже, кто-то был в ярости. Сердце призывало на помощь Алисе, но разум говорил, что голый мужик, внезапно выскочивший из душа, только усугубит ситуацию.

– Косаки, что случилось? – раздался из-за двери голос Алисы.

– Эти сволочи, украли мою идею! Все над чем я работала они просто взяли и скопировали! Недоумки чертовы! Они еще пожалеют, что связались со мной! Я сделаю так, что они о пощаде молить будут! Я… Ой, все пора работать. Меня не беспокоить!!! – И вот тут Вова удивился, ведь новый хлопок дверью раздался явно внутри комнаты. «Не в шкаф же она залезла!»

Накинув одежду, Вова высунул голову в приоткрытую дверь душевой и вопросительно посмотрел на Алису, которая так же удивленно смотрела вслед Косаки. А конкретнее, на часть стены рядом со шкафом.

– Если она заметит, что я теперь с вами живу, мне конец? – Вова не был уверен, что шутит.

– Вообще-то она очень редко себя так ведет. Чтобы ее вывести даже мне нужно очень постараться. – Алиса все ещё задумчиво смотрела на стену. – Кстати, ее Косаки зовут, и она наша соседка, если ты вдруг ещё не догадался. Бывает либо тихой и спокойной, либо яростной и энергичной. Выбирай, что больше нравится. А ещё она изобретатель.

Это невзначай брошенная фраза словно молнией поразила Вову.

– А что там? – спросил Вова, указав на замаскированную в стене дверь, за которой скрылась Косаки.

– Там ее лаборатория. Никто не знает, что она там делает, – пожала плечами Алиса. – Там места-то метр на три.

«Научный прогресс моего мира достиг невиданных высот, хотя потом и опустился на глубины. В любом случае у меня нет информации о рабочих переходах между мирами на моей Земле. Может Косаки что-то знает?»

– Алиса, – Вове в голову пришла одна идея. – Можно воспользоваться вашим интернетом?

– Нам этот ваш интернет и нафиг не нужон, – ответила Алиса и грустно вздохнула. – Здесь телефонная связь еле ловит, максимум куда-то внутри деревни позвонить. А об интернетах нам только мечтать.

– Неудобно.

От нечего делать Вова начал рассматривать книжные полки. Искал он именно научную литературу, но не смотря на почти непроизносимые названия, большинство из книг оставались сугубо художественными произведениями. И так три полки. А вот по остальным Вова и вовсе прошелся лишь мельком. «Такс стихи, стихи и еще раз стихи. О, какая неожиданность! Сборник стихов. Так стоп! И как я раньше не заметил? Это ведь все не на русском? Почему я понимаю местный язык?!» Среди стихов он так и не нашел ничего научного, поэтому для виду взял один из томиков стихов.

«Школьные деньки? Ну-с, почитаем».

– А кто это у вас так стихи любит? – спросил Вова, открывая книгу.

– А, это Широнеко. Она у нас любит такую литературу. – Не оборачиваясь, ответила Алиса.

– Ясненько, – Вова полистал страницы. И понимая каждое слово на чужом языке он потихоньку начал сходить с ума. – А у вас нет никакой научной литературы?

– Только если у Косаки, но я бы не стала её сейчас беспокоить.

Вдруг отключился свет. Солнце уже зашло, так что комната погрузилась в непроглядный мрак.

– Прелестно, – Вова отложил в сторону, ставшую теперь бесполезной книгу, и собирался лечь на свою кровать, но не успел. Алиса со страшной силой вцепился ему в рубашку. Что Вову действительно удивило так это то, что она мелко дрожала словно от холода.

– Так значит, мы темноты боимся? – для ясности спросил Вова.

– Помолчи, пожалуйста! Я с детства темные места мало люблю, знаешь ли. – Буркнула сидящая рядом с Вовой тень голосом Алисы.

– Ладно, ладно, если тебе так спокойней, то можешь пока побыть рядом, – почувствовав, что Алиса все сильнее дрожит от страха, он решил поддержать ее разговором. – И часто у вас такие вот спонтанные отключения происходят?

– Только когда Косаки что-то химичит в своей лаборатории, – Алиса медленно успокаивалась. И тут произошло нечто такое, от чего даже Вова слегка испугался. Из темноты, включив под своим лицом фонарик как в дешевых фильмах ужасов выскочила девушка. И похоже она никак не ожидала увидеть здесь кого-то кроме Алисы. Эффект получился потрясающей. Алиса подпрыгнула и закричала, Вова запустил в источник света подушку, а сама девушка, пытаясь отскочить от них, споткнулась о столик и кубарем рухнула на пол. Свет включился.

– Косаки, ты совсем уже! Почему свет отключился? – Алиса как разъяренная кошка прыгнула на Косаки. – Я тебе сейчас этим фонариком знаешь, что сделаю?

– Это ты совсем уже! – девушка постоянно двигалась, борясь с Алисой, так что рассмотреть её подробно у Вовы никак не получалось. – Это что за штука рядом с тобой сидит?

– Эта не штука, а наш новый сосед!

Девушки резко застыли в позе борьбы и две пары глаз вперились в Вову.

– Вы мне не мешаете, – с самым честным лицом заявил парень. – Продолжайте, продолжайте.

Вова тут же получил подушкой в нос, а когда убрал её все уже и закончилось. Алиса с недовольным видом сидела на краю кровати, а Косаки изучающе смотрела на Вову из-под тяжелых очков. В немного маленьком для её возраста теле явно скрывался очень высокий интеллект, которым словно светом маяка, пылали её фиолетовые глаза.

– Вова, – представился парень. – Новый активный объект в этой комнате.

– Косаки, гениальный изобретатель, – как-то без эмоционально представилась девушка. – Ты теперь здесь живешь?

– Да.

– Будешь подопытным в эксперименте.

– Нет.

– Это не вопрос.

– Я знаю.

– А вы быстро спелись, – заметила Алиса.

– Я пришла! – в дверях стояла еще одна девушка. Одежда строго по школьным стандартам и выражение лица, как у учителя вовсе не уменьшали её красоту, а только подчеркивали её. Из общего с Конеко у неё были только кошачьи ушки, – два белых холма среди черных волос, – и хвост. Но так как у других его соседок не было и этого, Вова сделал вывод, что перед ним сестра Конеко.

– Коте, привет! – с улыбкой поприветствовала её Алиса.

– Не называй меня так! Как же я устала. Я в душ. – В мгновение ока скинув с себя верхнюю одежду, девушка ушла в душевую.

– Меня не заметили? – из-за Косаки спросил Вова, открывая вовремя закрытые глаза. «Конеко бы мне не простила, не будь я джентльменом хотя бы немного».

– По всей видимости, – Алиса кивнула и взяла телефон. – Невероятное везение, если подумать. И будет лучше если об этом не узнают. Особенно Конеко.

– Разумеется.

– Я вхожу, – Конеко внезапно появилась в комнате, с таким видом будто так и надо. – Как жизнь, человек?

– Подождите, – ещё внезапнее дверь в душевую раскрылась и показалась уже переодевшаяся в домашнее и крайне злая сестра Конеко. – Ты ведь был здесь, когда я переодевалась?

– О, теперь и Широнеко? – Конеко как-то странно улыбнулась. – Сначала Алиса, теперь моя сестра. За Косаки будешь вечером подглядывать?

– Что!? – теперь глаза Широнеко пылали праведным гневом. – Тебе придется умереть!

– Да вообще не вариант! – как ни старался, Вова не мог воспринимать эту ситуацию серьезно. Если бы иная захотела, он был бы уже мертв, и эта мысль была его главной надеждой.

– Сейчас все будет! – заявила Косаки. И свет пропал.

– А-а-а-а-а-а-а! – закричала Алиса.

– Алиса слезь с меня, – возмутилась Широнеко. Настал полнейший хаос. Воспользовавшись моментом, Вова запрыгнул на свою кровать и с удивлением обнаружил, что она уже занята.

– Это мое логово, – прошелестел ему в ухо голос Конеко.

– Это моя кровать, – справедливо отметил парень.

– Тогда разрешаю остаться здесь.

– Ну, спасибо.

Алиса и Широнеко все ещё боролись в темноте – их силуэты в ночном полумраке были очень хорошо видны. Заняв зрительские места в первом ряду и хорошенько его замаскировав одеялом, Вова и Конеко начали ждать, что же будет дальше. Вдруг дверь в лабораторию бесшумно открылась и оттуда вышла Косаки, держа какую-то странную коробочку в руках. Косаки поднесла её к лицу, и сразу же раздалось едва слышное «Щелк!». Фотоаппарат! Косаки прыгала вокруг девушек и старалась запечатлеть эту ситуацию во всех ракурсах, явно наслаждаясь зрелищем. Кроме Вовы и Конеко её, похоже, никто не замечал.

И тут свет включился.

Алиса лежала на Широнеко в центре комнаты, а Косаки с глупой лыбой на все лицо изумленно застыла в странной позе с фотоаппаратом в руках. Повисла неловкая пауза, и лишь Вова едва сдерживался, чтобы не засмеяться. Конеко свернулась в клубок в углу кровати и мелко подрагивала от смеха.

Алиса и Широнеко одновременно вскочили и стали грозно надвигаться на Косаки. Сама виновница торжества виновато улыбаясь, спрятала фотоаппарат за спину, а второй рукой будто бы пыталась что-то найти у себя в кармане. И похоже нашла – свет снова вырубился, но в этот раз почти мгновенно включился снова. Алиса с торжествующим видом держала в руках, какую-то странную штуковину похожую на зажигалку. Косаки попыталась было вернуть свою вещь, но посмотрев на разгневанное лицо Алисы, тут же передумала. Судя же по выражению лица самой Косаки, она явно никак не ожидала, что ее игрушку заберут. Алиса несколько раз щелкнула этой штукой, и при каждом щелчке свет то пропадал, то появлялся вновь.

– Так это была ты!? – Алиса, будто только сейчас заметив, что именно находится у неё в руках зашвырнула эту штуку себе за спину. И попала точно, не успевшему спрятаться, Вове в лоб. В ответ на это Конеко снова свернулась в клубок, едва не умирая со смеху. Вова, потирая ушибленное место, посмотрел на странную штуку, что так бесцеремонно прилетела в его голову, и решил, что нечестно, когда тебе не за что прилетает. «Щёлк!» Свет снова погас. Судя по звукам, кто-то на кого-то опять упал. Неожиданно рядом с ухом Вовы возникло ещё одно нечто и прошептало.

– Спасибо, новичок. С меня причитается. – Косаки забрала свою игрушку и спряталась в своей лаборатории.

Свет снова включили. Конеко, всем своим видом показывая, что ничего только что не случилось, стояла посреди комнаты и с ленцой игралась прядью своих волос.

– Ух и достанется за это Косаки! – Алиса погрозила лаборатории Косаки кулаком.

– Но вернемся к повседневным проблемам, – сказала Широнеко и уже более спокойно посмотрела на Вову. «А я думал, хорошо спрятался». – Выходи. Я понимаю, что сама виновата. Но ты мог бы и отвернуться!

– Я закрыл глаза. Но извини. Давай по новой? Я Вова. – Вова приветственно помахал рукой.

– Он наш новый сосед, – поделилась Алиса. – Его Конеко притащила.

– Обмену и возврату не подлежит, – со странной холодностью заявила Конеко.

– Я Широнеко. Очень приятно познакомиться. – Вове показалось, что на ее строгом лице, на мгновение промелькнула настоящая улыбка. – Сестра предупредила о тебе, но я как-то забыла.

– Это все возрастное, – с видом эксперта заявила Конеко. – Старческий маразм.

– У нас всего год разницы, – Широнеко недовольно посмотрела на сестру.

И тут из своей комнаты снова вылетела Косаки. Теперь у нее в руках была непонятная коробка, отдаленно напоминающая тостер.

– Взорвется? – оптимизм Алисы зашкаливал.

– Не уверена, – оптимизм создателя машины пугал ещё больше. – Это мое новое изобретение. В теории, оно способно читать мысли.

– Я пошла, – Конеко направилась к выходу. – Я жить хочу.

– Я с ней, – добавил Вова.

– Лучше не надо.

– Жестоко! – Косаки активировала свое устройство и поставил его на стол, но вдруг отскочила от него. – Что это?

По изобретению Косаки медленно ползло странное стальное насекомое, чем-то похожее на стрекозу. Вова, сам ещё не понимая почему, заслонил собой Конеко. И тут:

Бах!

Изобретение Косаки с оглушительным хлопком взорвалось. Вова даже не понял, что случилось. Только почувствовал сильнейший удар в плечо и адскую боль. На этом его сознание уже второй раз за день покинуло его.


***


Белая комната. Белый куб. Белый халат. Белый голос.

– Это… Клетка…

## Среда. день, что посередине, но вообще-то нет

«Я умер. Вот и прекрасно. Наконец-то отдохну. Удручает, что я так думаю. И ни тебе демонов, ни ангелов. Словно нет мне места ни на Небесах, ни в Преисподней. Обидно как-то. Хотя, так мне и надо… Ну, хватит. Как говорил Декарт: я мыслю, значит я существую. Наверное. Возможно. К утверждениям математиков с этими их циферками и формулами следует относиться настороженно».

Вова медленно открыл глаза и огляделся. Теперь сомнений не оставалась. Он жив. Вова валялся на первом этаже теперь уже своей кровати в комнате «777». По крайней мере, потолок и надпись на столбце кровати «Широ + Коте =» были те же что и вчера. «Проклятье. Значит, все-таки не приснилось, и я действительно попал в другой мир. Ну ладно будем плясать от этого».

Закончив страдать вопросом: «Жив, не жив. Сон не сон», Вова опустил взгляд на свое тело и очень удивился. На его правом плече красовался огромный синяк, но он, как ни странно, совершенно не болел. И дело было даже не в этом. Вова готов был поклясться, что вчера осколок изобретения глубоко вонзился ему в плечо и сейчас тут должна была быть огромная рваная рана, а не просто явные признаки закрытого перелома. Да и те частично скрывали белые, смазанные каким-то гелем, бинты.

Все ещё сонный, но уже внимательный глаз различил среди бинтов клочок бумажки. Аккуратно достав и развернув его левой рукой, Вова понял, что держит записку.

«Дураку», – гласила выведенная аккуратным почерком подпись. «Конеко оставила» – сразу догадался Вова.

«Дураку, если он останется в живых. Если умрет, то сожгите записку и сделайте вид, что меня здесь не было. А если ты все же выжил, то запомни раз и навсегда: можно просто оттолкнуть девушку от опасности, а не бессмысленно жертвовать собой. Но раз уж тебе хватило глупости спасти меня, я так уж и быть отвечу взаимностью. Я перебинтовала тебя и покрыла рану особым гелем, – у людей такого не достанешь так что будь благодарен. Через пару дней рука полностью восстановится или отвалится.

П. С. Береги себя, ведь ты должен мне обед. Конеко.»

«Какая прекрасная девушка», – на самом деле сарказм и благодарность поделили мысли Вовы напополам. Ведь девушка и в самом деле сильно помогла ему и уже не в первый раз. Однако само вечернее происшествие открывало глаза на новую серьезную проблему. Вова слишком слаб и уязвим по сравнению с большинством обитателей этого мира. Дважды терять сознание за день и дважды же едва не погибнуть – это было уже слишком. Но идей как исправить ситуацию не появлялось. Зато появились воспоминания.

«Хех, а ведь дед бы тоже сначала сказал, что я идиот и что думать надо прежде, чем делать. Потом сам же и похвалил бы, как тогда, когда я брата из воды вытащил. А ведь на эти выходные он звал нас к себе…»

– Любовные записочки? – Алиса бесшумно свесила свою голову со второго этажа напрочь прогоняя любые грустные мысли. – Всего сутки здесь, а уже смог покорить такую крепость! Наша Конеко абы с кем не общается.

– Я думал она вообще ни с кем не общается, – честно признался Вова.

– Ну, все не настолько плохо, – Алиса ловко спрыгнула с кровати и встала перед Вовой. – Существование некоторых людей она признает.

– Вообще-то звучит как проблема, – убедившись, что рука почти не болит, Вова тоже встал с кровати.

– Вов, – с улыбкой начала Алиса.

– Да?

– Ты в одних трусах.

– Рад, что хотя бы в них.

– А уж я как рада, – Алиса запнулась и вдруг помрачневшим голосом спросила. – А это от нападения монстра осталось?

Вова опустил свой взгляд. И в очередной раз нарушил свое обещание ничему не удивляться. Вчерашних бинтов на животе больше не было. Зато были три четкие полосы шрамов, в том месте, где ударил дзинкичтототам.

– Вот это медицина! – Вова с удивлением присвистнул.

– Вот это Конеко, – поправила его Алиса.

Вова схватил свои спортивки с тумбочки у кровати и быстро натянул их. А вот рубашки нигде не было.

– Алиса, расскажи, пожалуйста, чем там вчера все закончилось. И где моя рубашка?

– В лучшем мире, – последовал печальный ответ. – А если в целом про вечер… Изобретение Косаки взорвалось, и твоя майка трагично погибла в том взрыве. Такое с ними частенько случается, но масштаб трагедии обычно меньше. И да. Косаки очень извиняется за этот взрыв, но говорит, что это была подстава, так что не особо на неё наседай, хорошо?

– Да, – Вова кивнул. – Я даже примерно представляю, о чем идет речь.

– То, что память у тебя работает это хорошо, а то тебя вчера знатно так вырубило. Хорошо, что Конеко рядом оказалась, а то могло быть и хуже. Она у нас в медицине разбирается, так что быстро все организовала и потом ещё полночи тебя выхаживала.

– А потом?

– Там уже рассвет был. Она тебя обматерила, выпила валерьянки и ушла спать.

– Мой герой, – прокомментировал произошедшее Вова.

– Она примерно так же сказала, только матом. И… – Алиса на секунду запнулась, но вскоре продолжила. – Она использовала на тебе что-то, что есть только у иных. Широнеко сказала, что это не совсем законно, так что лучше об этом не распространяться.

– Буду нем как рыба, – «Да уж, вот это номер!»

– А это тебе, – Алиса протянула ему две майки.

– Я ещё не настолько отчаялся, – Вова даже отодвинулся.

– Они рокерские большого размера и подходят всем, так что не капризничай. И ещё вот, тебе Широнеко еды приготовила.

В руки Вовы перекочевали сначала майки, а потом и тарелка с десятком такояки[2]. Вова, не особо искушенный в японской кухне, все же смог по достоинству оценить угощение. С огромной скоростью умяв, таящие во рту шарики, он с удовольствием растянулся на кровати и решил еще немного поспать.

– Куда дрыхнуть? Мне приказали пройтись с тобой по магазинам. И я готова с честью выполнить это сложнейшее задание. Я ради этого даже школу пропустила! – Алиса встала по стойке смирно и козырнула. На ее лице не было ни тени улыбки. «Ты ведь просто воспользовалась лишним поводом прогулять школу?»

– Ну, товарищ полковник, я посплю еще немного. Вечный сон полезен для здоровья. – Вова перевернулся на другой бок, и собрался было уснуть, но Алиса уселась ему прямо на живот.

– Отставить сон, рядовой! Конеко тебя воскресила, так что вперед работать! – Спорить с человеком, который сидит на тебе, совсем не хочется. Или, наоборот, очень хочется. Вова не смог решить.

– Так точно, – извернувшись Вова скинул девушку с себя, запустил в неё подушкой и скрылся в ванной.

– Твоя щетка зеленая, – раздалось из-за двери. – Конеко тебе утром купила.

«Какая милая забота». Холодный душ, чистка зубов. Стандартный набор был выполнен автоматически. И во время всего процесса Вова старательно пытался ни о чем не думать.

– Алиса, а тебе такое вообще зачем? – Вова уже вышел и сейчас рассматривал предложенную ему одежду.

– Ну они же классные!

– Ага, – черная майка с длинными рукавами, с рисунком, какого-то неизвестного Вове персонажа ужастика с безумной улыбкой, восемью ножами в руках и обещанием всех прирезать.

– Там ещё капюшон есть, – подсказала девушка. – Как тебе?

– Спасибо, – сидела она как влитая. – В принципе вполне себе нормальная майка. Если на улицу не выходить.

– А вот тут тебе явно не свезло, – Алиса ехидно посмотрела на Вову. – Вчера тебе занесли стипендию, но так как ты был в отключке, деньги оставили нам. Тебе нужно купить уйму всего.

– От денег хоть что-то осталось?

– О! Косаки звонит. – И правда её телефон активно завибрировал. Алиса положила его на кровать и включила громкую связь. – Привет, Косаки, как дела?

– Приемлемо. Широнеко как всегда активна с утра пораньше. Учителя что-то там рассказывают. Скучно. Как наш сосед? Если очнется, передай ему, что процент моей вины в его ситуации составляет лишь 32 единицы. Но мне все равно стыдно.

– А Вова он… – Вова приложил палец к губам и улыбнулся. Алиса в точности повторила его улыбку и продолжила. – С ним все хорошо он в ванной. Я ему передам твои слова. А что в классе про него что-нибудь говорят?

– Он стал темой дня. Мальчики хотят выгнать его из нашей комнаты. – Похоже, Косаки не шутила.

– Ого, а чем это он мальчикам насолил?

– Его подселили к двум очень красивым и умным девушкам. Ну и к тебе, конечно. – Косаки замолчала. Экран телефона погас.

– Вот Мелкая! Бросила трубку.

– Тут же вроде связи нет? – уточнил Вова.

– Косаки что-то нашаманила и теперь у нас что-то вроде локальной сети, – Алиса задумчиво почесала голову. – Ай, её спроси! Я понятия не имею, что она сделала и как это работает. Ты умылся-оделся? Вот и пошли!

Алиса подхватила телефон и поспешила к двери. Вова критически осмотрел себя, обреченно вздохнул и поплелся за ней. Однако, несмотря на его ожидания, они пошли не вниз, а налево и спустя несколько минут оказались перед комнатой под номером 712.

– Зачем мы здесь? – «Номера комнат здесь наугад стоят?»

– Здесь живет Конеко, – со странной улыбочкой ответила Алиса.

– Вопросов не имею.

– Постучим или ты хочешь как вчера? – улыбка Алисы стала откровенно вредной. Вова отрицательно замотал головой. Но было поздно.

Дверь резко открылась сама, едва не ударив Алису в лоб.

– Алиса, у нас очень тонкие стенки, – Конеко явно была не в духе. Не выспавшаяся, уставшая, хвост и ушки припущены, на голове царит беспорядок, а в глазах сияет желание убить кого-нибудь. С другой стороны, Вова не мог не отметить, что такой вот искренний утренний видок, дополненный короткими шортами, легкой маечкой и огромными вакуумными наушниками, вызывает у него приступ непонятного счастья.

– Конеко, пациенту плохо, – сбила со своей персоны внимание Алисы.

– Пациенту не плохо, он просто грубиян, – Конеко недовольно уставилась на Вову. – Долго ещё пялиться будешь?

– Было бы на что? – полушепотом добавила Алиса, но свой легкий пинок от Конеко все равно получила.

«И правда, смотреть не на что. Тощая. Злая. Но милая».

– Ясно, этого мы потеряли. Подождите сейчас выйду.

Ждать пришлось на удивление недолго. Вещи остались все теми же, только теперь выглядели более подходящими для прогулки. На ногах появились кроссовки, на плечах легкая жилетка, а на голове светлого цвета берет, надетый так, чтобы из него торчало одно кошачье ухо.

– Выглядишь отлично, – честно высказался Вова, когда она вышла.

– С этого надо было начинать, – Конеко внимательно осмотрела Вову. – Вкус в одежде у тебя ужасный, но об этом не спорят. А вот с рукой вроде все в порядке.

– Да, спасибо. Ты очень помогла.

– Ну, технически ты меня защищал, так что квиты, – вдруг лицо Конеко приняло недовольный вид. – А вот за то, что я в школу не пошла ещё должен будешь!

– А я здесь причем?! – справедливо возмутился Вова.

– Я всю ночь над тобой пыхтела! – заявила Конеко. – Совершенно не выспалась и вставать на уроки было слишком лень!

– Ты обвиняешь меня в своей лени?

– Конеко, – с коварной улыбкой позвала Алиса. – Ты только что на всю общагу прокричала, что пыхтела над Вовой всю ночь.

– Их мысли – их проблемы, – на этом Конеко посчитала разговор законченным и быстро пошла вперед.

– Эх, тяжело тебе с ней будет, – с грустью заключила Алиса.

Проигнорировав Алису, Вова пошел вслед за Конеко. И вдруг он понял, что может наслаждаться этим. Простой прогулкой по этому миру. Не смотря на все нервы и опасности, это было приятно.

Всюду куда хватало взгляда росли цветы, фруктовые деревья и, разумеется, сакуры между которыми лениво порхали бабочки нереальных расцветок. Очень умиротворяющая картина. И даже не верится, что это совершенно другой, причем очень опасный мир. Вова улыбнулся своим мыслям и это тут же заметила Алиса.

– Что-то хорошее увидел? То-то так вслед Конеко смотришь. – Неожиданно Алиса перестала шутить и резко посерьёзнела, – Слушай, а ты правда ничего не помнишь? Вот совсем ничего? А какое первое воспоминание?

– Мне вот тоже интересно! – тут же подключилась Конеко. – Повторная травма головы может как ухудшить, так и улучшить положение. Но в идеале тебя бы обследовать. Как ты себя чувствуешь?

Вова крепко призадумался. Рассказать всю правду он не мог. Но и слишком долго изображать амнезию у него явно не получится. Так что он выбрал компромисс:

– Первое мое осознанное воспоминание: как я лежу в медчасти и Конеко пытается меня выгнать.

– Я тогда не знала, что ты настолько проблемный случай, – дерзко заявила девушка, но тень вины в её голосе все же послышалась. Или Вове это только показалось?

– До этого я помню только какую-то общую информацию. Кажется, я жил где-то ближе к северу. Похоже меня есть мать, отец и младший брат.

– Уже прогресс, – Конеко довольна кивнула. – Попробуй рассказать что-нибудь о своем доме. Например, как вы выживаете на таком холоде?

– Во-во! – тут же подключилась Алиса. – Мне тоже интересно. А то я зимы словно и не видела никогда.

– Здесь не бывает зимы? – «В горах то?»

– Я не помню, чтобы её видела, – то, как Алиса это сказала и как холодно и безжизненно при этом выглядело её лицо на секунду испугало Вову. Но уже через мгновение к Алисе вернулась её привычная беззаботность и Вова решил, что ему просто показалось. – У вас небось снег круглый год?

– Ну начнем с того, что зимы у нас не такие уж и суровые, – Вова с улыбкой вспомнил как ругался с младшим братом, утверждавшим, что он не будет надевать теплую, но неудобную шапку. – И уж точно не круглый год. По крайней мере, там, где я жил в январе в среднем где-то минус 15, а когда похолодает минус 30.

– Что даже медведи по улицам не ходят? – Алиса казалась разочарованной.

– А медведи – это миф, навеянный конкретными историческими событиями и фактами. Например, в 1526 году австрийский дипломат Сигизмунд Герберштейн, – надеюсь выговорил фамилию правильно, – в своем описании лютой русской зимы и царящего голода создал образ медведей, ломящихся в крестьянские избы. Такое и правда иногда было, но очень редко. А после доклада австрийца они стали восприниматься как регулярное событие. Так что со временем единичный случай превратился в стереотип. – Пока Вова рассказывал они подошли к большой рыночной площади. «Почему я вообще это помню…»

– А ты не так глуп, как кажешься, – «Если Конеко думает, что это комплимент, то ошибается». – И меня поражает избирательность твоей памяти.

«Меня тоже»

– Кстати, о странах, – Вова посмотрел на Алису, стараясь убежать от неудобной темы. – Среди прочих твое имя выглядит весьма… неуместно.

– Моя мама нездешняя, – Алиса взмахнула головой, отчего её золотые волосы ещё сильнее выделились на свету. – Она дала мне имя и много рассказывала о своей родине.

– Магазин проклятых товаров! – вдруг воскликнула Конеко. – Звучит жутко.

«Почему мне кажется, что тебя так и хочется туда зайти? Стоп. Проклятые товары – это артефакты. Артефакты – это прибавка к силе. А она мне нужна чтобы выжить. Бред какой-то… Видимо слишком сильно ударился головой. Хотя, здесь же обитают монстры и оборотни, может и артефакты есть. Вот только пугает слово проклятые».

– Это потом! Вон магазины одежды. – Алиса указала на ряд магазинчиков, за стеклянными витринами которых лежали и висели сотни различных видов одежды. Стены магазинов и киосков так и пестрили рекламами и вывесками, причем каждая утверждала, что именно в ее магазине все самое лучшее, модное и дешевое. Однако гостю этого мира, к тому же слабо разбиравшемуся в моде, эти вывески говорили чуть более чем ни о чем. Познания Вовы в одежде ограничивались тем, что он мог отличить шорты от майки. Поэтому выбор магазинов он полностью доверил девочкам, а они, не задумываясь потащили его в самый многолюдный.

На счастье Вовы, одежду покупали только ему и потому с этой половиной покупок они закончили достаточно быстро. Всего лишь через полчаса они вышли из магазина с полными сумками одежды. Алиса и Конеко сильно помогли Вове, и он позволил им купить любую вещь, которую они захотят. Конеко выбрала себе серебряную цепочку с темно-зеленым кристаллом в центре. Вову даже не сильно смутило, что она была взята из каталога «проклятого» магазина. Смущало другое. На свету кристалл переливался всеми оттенками зеленого и кажется, даже сам испускал легкое зеленоватое свечение. Вова был готов поклясться, что никогда не видел ничего подобного и что интересно сам жуликоватого вида продавец, был по-настоящему удивлен, что среди его товаров нашлось нечто такое.

– Мне идет? – с очень довольной улыбкой спросила Конеко, примеривая обновку.

– Оно волшебно сочетается с твоими глазами, – честно признал Вова.

– Молодец, – Конеко вдруг так мило улыбнулась, что сердце Вовы пропустило удар. – Может и не зря я тебя вылечила.

Алиса тем временем, не мудрствуя лукаво, купила себе… вообще Вова не увидел, что именно, так как девушка сразу же спрятала свою покупку в один из пакетов. И опять же в «проклятом» магазине, в процессе таинственно поглядывая на Вову. И когда он уже решил, что все прошло даже слишком гладко…

– Ну, примерь это, ну пожалуйста! – канючила Алиса с, как ни странно, молчаливой, но явной поддержкой Конеко. Они протягивали ему черные штаны, рубаху и плащ словно сотканные из вороньих перьев, черные перчатки с острыми совсем не декоративными когтями и жуткую черную маску. Безгубая ухмылка, демонические глаза, непонятно зачем встроенный противогаз. Эта маска, чем-то неуловимо напоминающая птичий клюв, вполне могла бы побороться за звание самого жуткого, что Вова видел в жизни. И то, что все это Алиса купила в «проклятом» магазине не добавляло костюму доверия.

– Этот наряд нужен нам на фестиваль, а тебе он очень пойдет! – просила Алиса.

– Не уверен, что это комплимент, – «Согласен на фестиваль только если потом будет пляжный эпизод». – Ладно давай сюда.

– Привет, народ, – словно из ниоткуда рядом с ними возник ещё один ученик. Иссей, если Вова правильно помнил. – Что делаете?

– А мы тут… – но не успела Алиса ему ответить, как уже надевший маску Вова развернулся.

– Мать моя картошка! – Иссей аж подпрыгнул от удивления, но, к его чести, не только не убежал, а встал между Вовой и Алисой.

– Очень в этом сомневаюсь, – ответил Вова, снимая маску. «Всего на секунду… всего на секунду я хотел… оторвать ему голову. Что за…? Переутомление, наверное. Не может же быть в этом виновата проклятая маска из проклятого магазина. Не может ведь?»

– Вова, это же наш одноклассник – Иссей, – воскликнула Алиса. – Иссей, мы тебя встретили и в благородство играть не намерены. Потащишь все мои сумки!

– А я тебя вспомнил! Ты же тот самый переведенный ученик. Вова, правильно? Только вчера ты не такой страшный был. – Иссей вопросительно посмотрел на Вову и немного подумав протянул ему руку. – Я Иссей, если помнишь.

– Помню, – избавившись, наконец, от маски, которая словно приклеилась к лицу, Вова ответил на рукопожатие. А Алиса под шумок спрятала все остальные части его костюма в один из пакетов.

– Это все, конечно, очень мило, но нам еще учебники надо забрать, – Конеко показала рукой на большое трехэтажное здание с недвусмысленной вывеской: Библиотека. – Кстати, Вова, ты же один за партой сидишь? Вот и прекрасно. Я к тебе пересяду, будем учебники по очереди носить.

– Ты согласна сесть ко мне только потому, что лень самой таскать учебники? – уточнил Вова.

– Да, – «Ты хотя бы сделай вид, что это не так!»

Но Вова особо не возражал, тем более что на горизонте замаячил один из главных его интересов – книги. Он с детства испытывал страсть к чтению. И как жаль, что сейчас они имели для него чисто практическое значение. Он хотел найти задокументированные случаи переноса в другой мир.

Небольшая дверь и не очень выразительные, по сравнению с другими, рекламные плакаты вызывали о библиотеке не очень хорошее первое впечатление. Но как говорится – не суди о книге по обложке. Хоть здание с виду и казалось маленьким, ассортимент книг здесь был просто колоссальный. Целых три этажа рукописей на любой вкус и жанр. Немного покопавшись, Вова смог найти и книги русских писателей. Оставив выбор учебников остальным, он пошел в раздел науки. Однако, по беглому осмотру не нашел ничего сверхъестественного. По крайней мере того, чего не было бы в его мире. На прямой вопрос о теме перемещений меж мирами в книгах, продавец предоставил ему выбор между Эйнштейном и комедийной литературой.

«Тогда откуда Косаки берет свои знания?»

Немного не то, но на безрыбье, как говорится. Расписавшись за книги, Вова, наконец, понял, что же его все это время терзало. Все, кого он мог бы назвать друзьями в этом мире куда-то делись и даже ещё раз обойдя всю библиотеку, он никого не нашел.

«Как обычно. Нашел себе приключений на пятую точку. Но вообще в этот раз я не виноват. Не я потерялся, а меня потеряли. Разница, конечно, большая, но главного вопроса это не отменяет. Что мне собственно теперь делать?»

Немного поразмыслив, Вова решил, что в принципе сможет самостоятельно вернуться в общагу. В теории. Но реальность штука бессердечная, как всегда, внесла свои коррективы. И первой, и главной коррективной стал урчащий живот. Только сейчас Вова отчетливо понял, что за эти два дня он почти ничего не ел.

А посему маршрут Вовы сместился на 90 градусов, и конечной точкой теперь была маленькая, но с виду уютная кофейня. Устроившись за маленьким столиком у окна, он заказал себе кофе и бутерброды. Благо часть денег на всякий случай он оставил у себя и на еду этого вполне хватило. В местных ценах он не разбирался, тем более деньги были в йенах[3], но все же надеялся, что не переборщил. Вкусный кофе, удобное место, красивый вид. Вова попытался, наконец, расслабиться, но вот вместе с весьма симпатичной официанткой подошла ещё одна корректива от жестокой реальности.

Высокий стройный белобрысый парень, не спрашивая разрешения, подсел к нему, пафосно поправил очки на носу и не мигая, уставился на Вову. Как только он подошел, Вова едва не вскочил, уж слишком его внешность напоминала вчерашнего рыцаря. Но это лишь на первый взгляд. Вместо угрожающей холодной царственности рыцаря, парень скорее создавал впечатление если не профессора или ученого, то доктора. Не доброго, а скорее стоматолога.

Гость начал разговор первым:

– Что ты такое? – холодный голос университетского лектора.

– Ай-ай, как грубо! А представиться самому, а предложить чашечку чая за знакомство? Ох, Боже, где манеры у современной молодежи? – Поняв, что перед ним просто незнакомец, первый страх Вовы перешел в легкое раздражение. Хотя от него не укрылось, что остальные люди как будто бы опасались этого парня.

– Меня зовут Киба. Можешь не представляться, я знаю, кто ты, но не знаю, что ты. – А вот эта фраза Вову уже заинтересовала.

– Это откуда же? – вместо ответа Киба достал из сумки и положил перед собой то, что Вова почему-то никак не ожидал здесь увидеть. Шахматную доску.

– Сыграем? Если победишь, я отвечу на твои вопросы, ну а если нет… – Киба выжидательно посмотрел на Вову. Продолжать ему не требовалось. И так понятно, что ничего хорошего при поражении не случится. Выбора особо не было, да и к тому же это было хоть какое-то развлечение.

Шахматы расставлены. Жребий предрек Вове играть белыми. «Так-с, как там отец учил? Мат Легаля или что-то в таком духе. Только бы здесь о таком не знали, а то я уже давно не играл».

Вова, к собственному удивлению, оказался хорошим учеником.

– Понятно. Ты заманил меня своим ферзем, а сам тем временем поставил мат конем. – Киба с интересом посмотрел на Вову.

– Просто использовал одну старую ловушку, – Вова как ни в чем ни бывало пожал плечами.

– Умно. Ну что ж. Ты честно выиграл и теперь я отвечу на любые твои вопросы. – Вове показалось, что в голосе Кибы на секунду промелькнуло уважение.

– Откуда ты знаешь кто, вернее, откуда я? Ответ желательно с подробностями. – Вова в кой-то веки стал полностью серьезен.

– Начнем издалека. Я ученый. Провожу различные исследования, наблюдения и эксперименты. Это хобби. И в последнее время я особенно увлекся теорией, что кроме нашего мира есть и другие, что они существуют параллельно нашему и ни где-то там в космосе, а прямо здесь за тонкой гранью нашей реальности. И согласно этой теории, иногда возникают разрывы мембраны измерений и проход между мирами становится возможен, что отчасти доказывает ряд слухов и наблюдений. Например, ёкаи. Разумеется, я попробовал подтвердить, либо опровергнуть эту теорию. И как раз вчера поступил сигнал. В 9 часов утра я зафиксировал мощную пространственную аномалию. Я не успел прибыть к месту ее появления вовремя и она уже исчезла. Но зато я обнаружил следы того, что в наш мир что-то проникло. И в тот же день при весьма необычных обстоятельствах в школе появился ты. Проведя небольшое расследование и сопоставив все факты, я пришел к выводу, что ты и есть гость из другого мира. И я предлагаю тебе совместное изучение этого феномена, что скажешь? – Закончив свою тираду, Киба протянул Вове руку. Тот, недолго думая пожал ее. Вова ничего не терял от этого, а иметь под рукой дружественно настроенного человека, тем более знающего о его ситуации, весьма полезно.

– Только наблюдения, – Вова посмотрел Кибе прямо в глаза. – Без экспериментов.

– Понял, вскрытие пока отложим, – Киба встал и явно собрался уйти, но перед этим положил перед Вовой старый мобильный телефон. – В него вбит мой номер, так что звони, если что случится. Сейчас у меня очень мало времени. И самое главное: я не имею ни малейшего представления как тебе вернуться в твой мир. Пока.

Киба ушел, оставив Вову в размышлениях. Раздумывая о своем новом знакомом, он чисто инстинктивно потянул руку к бутербродам. Пальцы, не встретив сопротивления, врезались о дно тарелки. Вова с удивлением обнаружил, что пока он играл, все его бутеры съели и даже кофе умудрились выпить. Недолго думая, Вова заказал себе ещё кофе, мороженное и шоколадку. Шоколадка отправились в карман штанов, а кофе и мороженка в желудок.

«Брату бы понравилось. Интересно, как там он? Наверняка же умоляет отца и мать отдать ему мой ноут, раз я пропал. А ночью сам же рвется во все группы поиска, лишь бы вернуть старшего братца…»

Относительно сытый, но не очень довольный Вова вышел из кафе и направился в сторону общаги. И вдруг он ощутил какое-то жжение в районе затылка. Протянув руку, он с удивлением обнаружил, что давешняя жуткая маска все это время пряталась в его капюшоне. От неё словно импульсами исходил жар.

«Разве я не отдал её Алисе?»

– Стоять! – раздался за спиной знакомый холодный голос. Но это был не кто-то из его друзей. В этот раз ошибки быть не могло. Вчерашний серебряный рыцарь.

– Что-то случилось? – все люди вокруг исчезли и теперь в пяти шагах от Вовы был только он. «Мы можем сразиться с ним» – внезапно раздался шепот в голове.

– У вас в руках находится то, что принадлежит мне, – рыцарь обхватил рукоятку своего меча. – И я бы настоятельно рекомендовал вернуть это.

– Это? – Вова с удивлением посмотрел на маску в собственных руках. «Не отдавай меня им! Тяни время. Я чувствую, как приближается часть меня». Голос в голове все набирал силу, заслоняя собственные мысли Вовы. Он уже чувствовал, что не может разжать сжавшиеся на маске пальцы.

– Да. Это часть украденных у нас вещей. Отдайте её мне, расскажите, где вы её взяли и я обещаю, что вам не причинят вреда.

– Ты не поверишь, но купил, – «Отлично. Она уже здесь».

– Стой! – рыцарь уже выхватил меч и в мгновение ока оказался пред Вовой, но тут случилось то, что поразило всех. С силой и ловкостью небывалыми в его теле, Вова увернулся от его удара, подпрыгнул на добрых семь метров вверх и приземлился прямо перед вышедшей из магазина Алисой. Для девушки он просто выскочил из-за угла, она даже не видела его прыжка, но все это Вова думал уже не всем разумом. Другая его часть вырвала пакет из руки Алисы – единственный пакет, что она не доверила Иссею, – и вместе с ним убежала в тупиковый переулок.

– Эй, постой! – протестующий крик Алисы потонул в шуме ветра в ушах, настолько высокую скорость Вова теперь приобрел.

Но даже на такой скорости вторая часть его разума не забывала о своей цели. Она надевала костюм и маску, купленную Алисой, ведь только воссоединившись полностью она могла бы воскреснуть. Уже не своим горлом Вова издал протяжный рев злости – не хватало одной небольшой детали.

– Рыцарь! – прорычали его доспехи. – Наверняка он.

Сам виновник торжества уже вновь стоял перед ним, приготовившись к бою. Первый удар острых когтей прошел в считанных миллиметрах от его брони, но рыцарь успел увернуться. Доспех наносил удар за ударом, но Рыцарь все равно оставался недосягаем. Он только отступал и отступал, пока они не оказались один на один посреди лесной опушки. В этот момент окончательно измотанный разум Вовы дал сбой и отключился.

***

– Ты наконец-то очнулся, – «Надеюсь я в своем мире и не в тюрьме». – Вынуждена тебя расстроить. Ты все ещё в нашем мире. А в тюрьме сижу я.

Судя по голосу, рядом с ним находилась девушка, но открывать глаза и проверять это Вова не хотел. Да и не мог. Все тело словно проткнули раскаленными иглами.

– Ты крепкий человек, – голос звучал холодно и немного надменно. – Хоть я и перегнула палку, но ты смог выкарабкаться.

– Если кратко, – Вова с трудом разлепил губы, но даже так мог лишь шептать. – Ты меня чуть не убила.

– Да, – вдруг Вова почувствовал, как боль и усталость медленно уходят, уступая место чему-то мягкому и теплому. – И, пожалуй, мне стоит даже извиниться за это. Так лучше?

– Да, – говорить все ещё было трудно, и Вова едва не закашлял.

– Пока вслух не говори, – посоветовал голос прямо у него над головой. – Ты лучше думай. Я слышу все твои мысли. А ты слышишь мои.

«Кавардак какой-то».

– Поверь, мне не легче, – голос нервно засмеялся. – Ты первый с кем я говорю за очень долгое время. Быть запертой в этом доспехе сущий ад!

«Ясно. Магазин проклятых товаров. Ты была в костюме, что купила Алиса».

– В основном в маске, да, – Вова был готов поклясться, что обладательница голоса улыбнулась. – А ты смышлёный! Люблю таких.

«Вы слишком… прокляты для меня».

– Для полутрупа, ты болтаешь слишком много, —

Вова наконец-то открыл глаза. На мгновение он испугался, решив, что перед ним чудовище, но быстро понял, что это не так. Перед ним стояла девушка в странном доспехи и жуткой маске, точь-в-точь как та, что доставила ему сегодня столько проблем. Разве что, маска девушки скрывал лишь нижнюю половину лица и над жутким оскалом были холодные, даже жестокие, но все же вполне человеческие глаза. Странные одежды чем-то напоминающие броню сплошь покрыты черными вороньими перьями. Большие, явно не декоративные когти на черных перчатках. И эта жуткая маска. Эта девушка выглядела как убийца. В обычной ситуации, Вова был бы в ужасе. Наверное, к счастью, ситуация была необычная.

– Закончил меня разглядывать? – с каким-то недовольством уточнила девушка.

– Да, – только и смог ответить Вова.

– Тогда вставай, – резко приказала девушка. – Я облегчила твою боль, и ты уже должен быть способен на это.

– Без обид, но… – Вова медленно встал и огляделся. – Ты ещё кто такая?

– Я призрак, что заперт в этом доспехе, что ты надел. При жизни я была воином по имени Кагура.

– Какая прелесть… – Вова устало вздохнул. – А я просто Вова.

Вокруг словно прошелся ураган. Судя по всему, место, где они стоят раньше было опушкой леса. Вот только теперь все деревья вокруг были изломаны в труху, а их обломки торчали из земли словно кости чудовищ. Лунный свет, только усиливал впечатления.

– То существо, – вдруг начала Кагура. – Ты называешь его Рыцарь. Он один из тех, что заковали меня в эти доспехи. Сотня лет… Едва увидев его я захотела лишь одного. Убить его. Но уничтожить все вокруг было твоим планом.

– Что? – вот это Вову действительно удивило.

– Твое тело мне непривычно. Я не могла драться с ним на равных. Но в твоей части разума нашлось решение. Мы сломали все деревья в округе и спрятались среди них. Он не нашел нас и ушел.

– Хоть что-то хорошее, – Вова хотел сматериться, но решил, что при девушке как-то не вежливо. – Слушай, если ты столь сильна, то почему не выбралась из доспеха раньше?

– Мне нужно тело, – Кагура печально покачала головой. – А без него… Ты словно заперт в гробу. Ничего не видишь и лишь немногим больше слышишь. То, что ты видишь перед собой – только мой образ. Иллюзия. Даже сейчас никто не может увидеть или почувствовать меня. Кроме тебя.

– Просто замечательно. И что нам теперь делать?

– Ты можешь делать, что хочешь, – Кагура посмотрела на него. – Но я планирую закончить то, что начала. Убить Рыцаря и всех, кто виновен в моем проклятии. После этого упокоить свою душу. Любым способом.

– Проблема, – Вова испытал странную смесь страха и жуткого веселья. – Тело все ещё мое. И без меня ты никуда не пойдешь.

– Кажется, я поторопилась с оценкой твоих мозгов, – Кагура вновь смотрела на него с леденящим душу холодом. – Ты хочешь вернуться в свой мир. И насколько могу судить, в этом деле так же замешан Рыцарь. Он нужен нам обоим.

– Но мне он нужен живым! – с нажимом сказал Вова. – Я не собираюсь никого убивать.

– Ты и не сможешь. Я сама убью.

– Моими руками!

Повисла напряженная тишина. Вова чувствовал злость, страх и раздражение и от этого злился ещё больше. Кагура смотрела на него с холодной маской вместо лица. Так продолжалось с минуту.

– К черту! – наконец воскликнул Вова. – Теперь у нас одно тело на двоих и нам придется мириться с этим. Я ведь не смогу снять доспех?

– Что ж, буду честной, – Кагура вздохнула. – Доспех проклят. И если снимешь его, то вскоре умрешь.

– Прелестно, – Вова посмотрел на небо. Хотелось кричать. Не было даже смысла искать ложь в словах призрака. Вова видел её мысли так же ясно, как и свои. – Как будто могло быть по-другому…

– Ты принял это… легче чем я думала, – отметила Кагура.

– Не стал биться в истерике? – Вова усмехнулся.

– Я боялась, что ты заплачешь. Не люблю слезы.

– Слишком много событий за последние два дня. Думаю, я ещё просто не отошел от шока.

– Я понимаю, – вдруг Кагура прильнула к нему и сделал нечто совершенно неожиданное. Обняла его. – Ты носитель моего доспеха, и я чувствую все то же, что и ты. Это делает нас ближе, чем кого-либо ещё.

– Это…

– Я… – Кагура ненадолго замолчала и продолжила с видимым трудом. – Я просто очень давно не чувствовала теплоту человеческого тела. Я побуду так ещё немного?

– Конечно, – Вова кивнул. – Кстати, тебя точно никто не может увидеть?

– Пожалуй, если я захочу, то это возможно.

– Хорошо.

Они простояли в таком положении ещё некоторое время. Как вдруг у Вовы предательски громко заурчал живот.

– Черт, – Вова покопался в карманах и нашел там только чудом уцелевшую плитку шоколада. – Будешь?

– Что? – Кагура удивленно посмотрела на Вову.

– Мне нужна разрядка, – Вова как-то стушевался. – Хотя бы сладкое. Ты ведь можешь есть?

Кагура прочитала в его памяти, что протягиваемая им штука называется шоколад. Она взяла её, одним резким движением сорвала обертку, с подозрением понюхала и одним движением отправила всю плитку разом себе в рот. И тут же засветилась от счастья. В прямом смысле. Она слабо испускала белый свет.

– Ну как, вкусно? – «Ты ведь не собираешься сейчас вознестись на небо?»

– Весьма достойно, – она со смущением и надеждой посмотрела на Вову. – Ещё.

– Прости, но нету. Если хочешь я тебе потом еще куплю. Только знать бы, где здесь магазин. – Вова задумчиво почесал голову и вдруг понял, что шоколадку съел он сам. Вернее, Кагура сделала это его ртом и руками. От этой мысли ему стало немного не по себе.

– Жаль, – Кагура вернула себе серьезность. – Раз так, давай решим, что делать дальше.

– В частности, как мне носить другую одежду? – Вова только сейчас заметил, что стоит в точно такой же броне, что и Кагура. «Как шоколадка оказалась в этом кармане?»

– Пожалуй, это не проблема.

Доспех, до сих пор сидевший на Вове, мгновенно превратился в легкие темного цвета штаны, черную же майку и черную ветровку с красными вставками и рисунками.

– Круто!

– Да, – Кагура явно дольная собой кивнула. – Захочешь вернуть броню и маску – просто потяни за верх капюшона. Или позови меня.

– Полезная штука, – Вова устало вздохнул. – Что только подводит нас к одному вопросу.

– Все же мозги у тебя есть, – сделала странный комплимент Кагура. И тут же озвучила его мысли. – Насколько нормально, что пришелец из иного мира за два дня нахождения здесь нашел проклятый доспех?

– Да, кстати, об этом, – Вова снова почувствовал, как у него побежали мурашки по спине. – По возможности, давай говорить вслух. Слышать твои мысли и то, что ты слышишь мои… Это немного сводит с ума.

– Да, с непривычки это очень неприятно, – с неожиданным пониманием кивнула Кагура и продолжила. – Так вот, подобные совпадения совершенно не нормальны. Я в такое не верю. Я бы сказала, что доспех тебе подбросили специально.

– Алиса? – светлый образ девушки никак не ассоциировался с коварным злодеем.

– Вряд ли, – Кагура покачала головой. – Я вижу твои воспоминания о ней. Скорее ей просто подкинули доспех, чтобы он достался тебе.

– И кто это сделал и зачем ты понятия не имеешь.

– Молодец.

Продолжать этот разговор было уже слишком на сегодня, так что Вова молча пошел куда глаза глядят. Ему срочно требовался отдых. Понаблюдав за тем, как он идет, Кагура только покачала головой.

– Это никуда не годится!

Вдруг Вова почувствовал, как его тело оторвалось от земли и с поразительной легкостью подлетело на добрый десяток метров вверх. Полет подарил невероятные ощущения, мгновенно прогнав и усталость, и мрачные мысли. И только поэтому Вова не закричал и не закрыл глаза.

Вопреки всем законам физики, его тело приземлилось с той же легкостью, что и взлетело.

– Ладно, это неплохо, – признал Вова. – Продолжаем. Авось привыкну.

Скорость, которую ему давала броня поражала воображение. Вова испытывал потрясающее чувство свободы. И только это помогало заглушить страх от того, что его руками и ногами двигает вовсе не он. Вова оказался всего лишь пассажиром в собственном теле. И это пугало. Меньше чем за минуту они достигли первых домов.

Внезапно слабый свет Луны очертил темную фигуру на крыше одного из домов. Кагура направилась к ней, но заметив, что ее раскрыли, фигура тут же исчезла. Кагура остановилась. Произошел внутренний диалог, но вскоре они продолжили путь. Мало ли кому вздумалось по крышам ночью побегать?

Когда они нашли общагу, время было уже совсем позднее. Так что Вова просто влетел в свою комнату под вопрошающий гомон девушек, скинул ветровку и сразу же лег на кровать.

– Алиса, огромное тебе спасибо, что возилась со мной целый день. Разбудите, как в школу пойдем. Спокойной ночи. Приятных снов. – Как всем показалось, Вова мгновенно уснул. Он и сам бы хотел, чтобы это было так. Но голоса в голове была другого мнения.

«Иная! – восклицала безмолвными мыслями Кагура. – Поразительно! И как ты можешь находиться с ней в одной комнате?»

«Она вроде хорошая девушка, – заметил Вова. – Одна из иных спасла мне жизнь»

«Раньше они пожирали людей, – каким-то странным тоном ответила Кагура. – А мы их убивали, чтобы спастись. Я их убивала»

«Но раз ты теперь призрак в доспехах, можно сказать, что ты тоже стала иной», – эта мысль пришла Вове в голову прежде, чем он понял, что именно она означала для Кагуры. Тут подумать и сказать не всегда получается, а когда собеседник сразу слышит любую твою мысль – просто кошмар.

Кагура замолчала. Но Вова все равно чувствовал отголоски ее гнева так, словно они были его собственными.

Но даже с молчанием Кагуры сон так и не пришёл. Дело было не в девушках – они еще немного поговорили, но вскоре уснули. И не в Кагуре, которая, даже в молчании по-своему пугала.

Дело было в доме.

В его доме.

Прошло уже три часа, а ситуация все никак не хотела меняться. Для Вовы бессонница была явлением привычным, но сейчас к обычным мыслям, раньше достававшим его ночами, прибавились новые. Новый мир брал свою жатву. А помноженные на общую усталость они и вовсе превратились в сущую пытку. Он чувствовал себя совершенно бессильным перед целой бездной.

Новые обстоятельства в лице Кагуры словно убивали надежду на спокойное возвращение домой. Если эта надежда ещё была.

Не в силах уснуть он, стараясь не шуметь, поднялся с кровати и вышел из комнаты. Бесцельно бродить по зданию общежития как-то не интересно, поэтому Вова поднялся на крышу, но быстро понял, что ее уже облюбовал кое-кто другой. Ворон. Вове почему-то подумалось, что это тот же самый ворон, что и вчера. И Ворон, похоже, узнал человека, громко каркнул и улетел.

Вова пожал плечами и сделал несколько шагов по крыше. Казалось бы, где не спать, на крыше или в кровати, – разница не существенная. Но ему всегда нравилось ночное небо. Оно умиротворяло. На земле света не было. Деревня спала. И лишь звезды во главе с яркой луной приветливо мигали с небес. Да деревья шумели своею листвой.

Вова сел прямо в центре крыши и уставился на лунный лик, такой знакомый, но такой чужой. Он медленно перевел взгляд на бескрайние просторы звездного неба. Возможно, где-то там среди миллиардов звезд находится и его мир. Обычно, когда Вова смотрел на звезды, его настроение улучшалось, однако сейчас это навевало только печальные мысли. Большинство звезд, что мы видим на небе давным-давно погасли, а их свет до сих пор летит к Земле. Так и он возможно вернется в свой родной мир всего лишь мертвым отсветом себя былого.

Интересно, а есть ли смысл его пребывания в этом мире или его судьба, как и всех прочих вот так же бесследно погаснуть в бескрайних просторах чужого космоса? Такие мысли веяли холодным одиночеством.

Со стороны лестницы послышался, какой-то шум, испугавший печальные мысли и разбудивший чувство опасности. И Кагуру до кучи, которая смиренно молчала все это время.

– Человек, ты дурак? – послышался у его уха голос Конеко.

– Почему сразу дурак? – не оборачиваясь спросил Вова. Теплое дыхание Конеко у его спины вызывало чувство максимально неуместное в такой ситуации. Возбуждение.

Кагура, поняв, что к ним подкралась иная, отреагировала вспышкой тревоги и гнева, но Вова быстро её подавил. Это походило на перетягивание каната и, кажется, он начал понимать, как это работает. Кагура выказала свое недовольство и, поняв, что реальной опасности нет, затихла.

– Я тебя для того лечила, чтобы ты бегал по всей деревне, а потом пытался спрыгнуть с крыши? Зачем тогда вообще было за тобой следить?

– Вот ты вредина, – внезапно Вову осенило. – Ты сегодня весь день ходила с нами только чтобы удостовериться, что я в порядке?

– Да.

– А сейчас ты здесь, потому что до сих пор меня искала?

– Да, – Конеко кивнула. – А твои соседи были так любезны, что не позвонили мне, когда ты вернулся. Даже сестрица! Знаешь, теперь я чувствую себя очень глупо.

– А я готов в тебя влюбиться, – искренне ответил Вова. – Ты прекрасна.

– Первая часть звучит жутко, – Конеко, наконец, вышла на свет перед Вовой. На её лице играла мягкая улыбка. – А вот за вторую спасибо. Я… наверное рада, что ты в порядке.

– Спасибо.

– И все же, – «Вернулась старая Конеко». – Что ты здесь забыл посреди ночи?

– Я не смог уснуть вот и вышел воздухом подышать. Ночное небо действует так умиротворяюще. А ты что здесь делаешь?

– Я просто люблю смотреть на ночное небо. Оно так прекрасно. А звезды, как будто наблюдают за тобой, и ты чувствуешь, что ты не одинок в этой бесконечной вселенной. Я почти каждую ночь выхожу смотреть на звезды.

– Это, не похоже на тебя, – перед Вовой словно стояла совсем другая Конеко.

– А кто вообще знает, что похоже на меня? – Конеко грустно усмехнулась. – Я и так не особо компанейская девушка, так ещё и иная. Меня боятся и избегают нормальные люди. С тобой мы встретились лишь вчера так что и тебе этого знать не дано. Спасибо хоть не боишься.

– Не боюсь, – «Как-то грустно получается». – Тогда позволь моей скромной персоне составить тебе компанию на эту ночь.

Вова улыбнулся и указал на место рядом с собой.

– Ну что ж, изволь, – Конеко великодушно кивнула и села почти вплотную к нему. – Смотри! Вот эти звезды похожи на тебя. Такие же странноватые и большие, – Конеко показала на небольшое скопление звезд чуть ниже луны, действительно отдалено напоминающее лицо. Вова сразу же по прибытию на крышу заметил, что звезды здесь в отличие от Луны и солнца совершенно не такие как в его мире поэтому просто кивнул.

– А вот эта похожа на тебя. Кажется вредной и заносчивой, но такая красивая. – Вова указал на самую яркую звезду на небосводе.

– Ну, спасибо. Мне еще не делали таких комплиментов. – Конеко тихо засмеялась и они продолжили любоваться звездами в тишине. Они словно впали в потусторонний транс, в котором были лишь они вдвоём и звезды вокруг них. Порой, такие моменты единения и сердца и души сближают личности больше, чем чтобы то ни было другое. И в этот момент эти двое, и Вова, и Конеко, что знали друг друга лишь два дня, могли рассказать друг о друге все. Могли доверить друг другу свою жизнь…

Но все хорошее рано или поздно заканчивается. И первым из транса вышел Вова. Опустив взгляд, он с удивлением обнаружил, что Конеко спокойно спит у него на плече, а он сам держит ее за руку. На шее у нее слабо светилось подаренное им же ожерелье. Вова с удивлением обнаружил, что хочет, чтобы этот момент продолжался как можно дольше. Но становилось все холодней, а небо постепенно затягивали грозовые тучи.

«Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но ей никак нельзя спать здесь. Простудится еще. Станет ещё вреднее. Может ее отнести?»

Но Конеко проснулась сама. Вова застыл без движения. Она, увидев, в каком они положении, отпустила его руку и встала.

– Спасибо за эту прекрасную ночь, – Конеко развернулась и пошла к себе в комнату. – Не простудись!

В принципе Вова ее вполне понимал, но все равно немного расстроился, когда она ушла. Но он, в отличие от Конеко, пока и не думал уходить. После ее ухода его снова начали терзать мысли, но уже не о судьбе или вечности. В голову полезли вещи более приземленные.

Мысли о том, что он оставил в своем мире.

Семья, друзья, приятное и не очень прошлое.

Последнего, к сожалению, было особенно много.

«А может просто взять, да и остаться здесь? Эгоистично по отношению к своим друзьям и родным… Возможно. Отец поймет, дед назовет идиотом, мать может поплачет. Печально, но расстроится в основном мелкий. Любимый младший брат… Если я не вернусь, то нужно хотя бы просто отправить весточку в свой родной мир, что со мной все в порядке. Меня все равно обматерят, но хотя бы будут спокойны. Я все равно скоро упорхнул бы из родительского гнезда и сам бы выбрал свой жизненный путь. Армия или институт. Другой мир ничем не хуже. Пока что. Я ведь здесь лишь два дня и рано делать выводы. Но нужно хотя бы сделать так, чтобы за меня не волновались! Эх, интересно чем же закончится эта история? Надеюсь, хотя бы её жанр не трагедия или ужасы».

– Знаешь, – его мысли прервал спокойный голос Кагуры. – Возможно, я погорячилась насчет иных. И тебя.

– В смысле? – Вова уже и забыл про попутчика в своей голове.

– Она кажется хорошей девушкой, – материализовавшаяся Кагура посмотрела вслед Конеко. – А ты… ты просто потерявшийся уставший человек, что хочет домой. Прямо как я.

– Это значит…

– Да, – Кагура сняла маску и показала свою добрую улыбку. – Я помогу тебе вернуться домой.

Их разговор прервала упавшая Вове на лицо холодная капля. И еще одна, и еще. Пошел дождь. Оказывается, пока он размышлял, все небо закрыли тучи, и лишь Луна слабо просвечивала между ними. Казалось, дождь смывал все переживания и усталость последних дней.

И это было прекрасно!

Дождь все усиливался, а Вова и не думал уходить. Дождь приносил какое-то спокойствие и умиротворенность. Но такими темпами он грозил скоро перерасти в ливень с громом и молниями. А стоять на крыше во время грозы крайне чревато. Вова печально вздохнул и пошел обратно в комнату «777».

***

Он видел очень странный сон. Или это был не сон.

– Раз уж мы теперь союзники, надо научить тебя сражаться, – Кагура медленно ходила перед ним, держа деревянный меч в руке.

– Может все-таки поспим? – Вова осматривал место, где они оказались. Похоже на типичное додзе[4], которое он когда-то видел в каком-то аниме или дораме.

– Мы и так спим, – Кагура дала ему ещё один деревянный меч. – Твое тело отдыхает, но твой разум запомнит рефлексы, что мы отточим во сне.

– Я думал сражаться будешь ты, – Вова с сомнением покрутил меч в своей руке.

– Твое тело слишком отличается от моего, – Кагура начала разминку. – Да и не думаю, что ты захочешь, чтобы я каждый раз брала контроль над твоим телом.

– Твоя правда, – признал Вова.

– Какие-то навыки у тебя есть, да и тело спортивное. Но сражаться вместе со мной – это нечто совсем иное.

– Эх, ладно. Приступим!

## Четверг. день, в который все ждут дождь

### День Алисы

С удовольствием потягиваясь, Алиса встала со своей кровати и, зевая пошла в ванную. Вся комната по-прежнему крепко спала. Единственное изменение со вчерашнего вечера – Вова все-таки переоделся. А вот его одежда и маска валялись перед его кроватью в совершенном беспорядке. Сделав доброе дело, – сложив все это на Вовиной полке, – Алиса с довольным видом выглянула в окно и удовлетворенно хмыкнула. Как она и думала, ночью прошел дождь, и Алиса хотела сполна насладиться этим чудесным утром. О как прекрасен мир после дождя! Но для начала, как и любая другая порядочная девушка, она должна была привести себя в порядок.

Обычно энергичная Алиса утром становилась до поразительного рассеянной. Вот и сейчас споткнулась на ровном месте и полетела носом прямо на угол кровати. В лучшем случае это грозило ей большим синяком. Приготовившись к худшему, она закрыла глаза и… уткнулась лицом, во что-то мягкое и теплое. Она открыла глаза и с удивлением обнаружила под собой ту самую Вовину одежду, которую она же всего пару минут назад положила на полку. Не поняв ничего, она списала все на то, что забыла закрыть шкаф и все выпало.

Поднявшись, Алиса прямо перед своим носом увидела мирно спящую Косаки. Вчера из-за Вовиных похождений она совсем забыла, как Косаки над ней подшутила. И сейчас желание отомстить возникло в ней с новой силой. Достав из тумбочки черный фломастер, она свершила свое темное дело и пошла, собираться в школу.

Было еще только ранее утро, но в этой комнате, раньше всех вставала именно Алиса. Ввиду того что она посещала клубные занятия, ей приходилось почти каждый день вставать ни свет ни заря. Из всех её знакомых, только Иссей вставал ещё раньше неё и то на занятия по кэндо[5]. Но она этому была только рада.

Медленно, стараясь не шуметь, Алиса стала переодеваться в школу. Разумеется, предварительно положив на глаза Вовы его же майку. Хотя он даже и не пытался подглядывать, но предосторожность не помешает.

Переодевшись, она надеялась успеть перекусить, но тут Косаки начала просыпаться. Схватив только что сделанный бутерброд с маслом, она пулей вылетела из комнаты. Как и ожидалось, почти все в деревне все еще мирно спали и что в общаге, что на улице ей не встретилось ни души. Эта картина полной тишины и спокойствия разительно отличалась от больших городов, где уже в это время почти все на ногах. Все же эта деревня достаточно тихое место.

Выйдя из общаги, Алиса вдохнула полной грудью и медленно пошла в сторону школы. Сквозь листву проглядывало робкое солнышко, играя в редких, еще не совсем высохших лужицах. Алиса обожала природу, хотя и по непонятной даже для себя причине немного стеснялась этого.

Вдруг между двумя высокими деревьями будто бы образовался цветной мост. Радуга. Алиса даже остановилась, любуясь этой игрой света. «Каждый охотник желает знать где сидит фазан», – как говорили в детстве. После дождя все цветы распустились с новой силой и наполнили воздух прекрасным свежим ароматом. Птицы, обрадовавшись долгожданной влаге и свежести, весело щебетали на ветках. А на травинках и листиках еще дрожали прозрачные капли дождя. Вся природа будто преобразилась, стала веселее. А вместе с тем улучшалось и настроение Алисы. Она со счастливой улыбкой, точно, как когда-то в детстве перепрыгивала даже небольшие лужицы, ни капли не беспокоясь, что ее кто-нибудь заметит. Но все хорошее когда-нибудь кончается. Вот и ворота школы показались, по мнению Алисы слишком быстро.

Она ходила в два клуба: клуб рисования и клуб музыки. Об этом она тоже стеснялась говорить. Как минимум, Косаки точно смеяться будет. Если и не над самим фактом так над результатами.

С музыкой у Алисы все было более-менее нормально. Скорее наоборот! Ее повесили на доску почета музыкального клуба. Вот и сегодня всего спустя час её игры на гитаре все восхищенно зааплодировали.

А вот с рисованием у нее были определенные трудности.

Кроме Алисы на музыку ходили ещё несколько учеников старших классов, а вот на рисование ходили в основном девочки из младших. Стоило только Алисе войти в класс, как ее тут же облепила толпа детей едва ли старше двенадцати лет. Алиса очень выделялась на общем фоне и благодаря простоте характера и добродушию быстро стала всеобщем идолом. Она была бы самым настоящим вторым учителем, если бы не одно но…

– Сестренка Алиса, наконец-то ты пришла!

– Сестренка Алиса, я подружилась с тем парнем, как ты советовала!

– Сестренка Алиса, ты лучшая!

– Дети, дети! Вы же ее сейчас разорвете. Садитесь на места, урок начинается. – А вот пришла и учитель рисования. Девушка лет двадцати с молочно-белой кожей и добрым, но строгим голосом. Говорили, что она иная как-то связанная с холодом, но Алиса всегда считала её одной из самых добрых учительниц.

Все мгновенно расселись по своим местам. Алиса улыбнулась и тоже заняла свое место в центре класса. Хотя, классом это помещение может и можно было назвать раньше, когда-то давно, но после того, как здесь обосновался детский клуб рисования помещение преобразилось до неузнаваемости. И нельзя сказать, что это не пошло ему на пользу. Теперь это простое школьное помещение напоминало самую настоящую студию. Стулья расположены полукругом таким образом, чтобы учитель находится в центре, а перед каждым стулом чистый холст.

– Начинаем урок. Сегодня будем рисовать акулу в стиле реализма. У кого получится лучше всех, тот получит приз. Начинайте! – Учительница махнула рукой и пошла работа. Для всех, кому нужно, на стене висела картина с изображением акулы, но Алиса хотела попробовать нарисовать ее по памяти и старалась не смотреть в сторону подсказки. Учитель, конечно, предлагала помощь всем, кто в ней нуждался, но Алиса наотрез отказалась от этого предложения.

«Так плавники вроде здесь и здесь. А здесь шея. Так стоп у акул же нет шеи. Или есть? А вот главный – спинной плавник. Так хвост вроде бы хорошо получается, только, почему он пушистый? Откуда здесь усы?» Переволновавшись, Алиса добавила несколько деталей, которых у акул отродясь не было, а что-то и вовсе не нарисовала. В результате получился дичайший гибрид акулы, кота даже цветка. Увидев результат своей работы, Алиса впала в уныние. Заметившие это дети кинулись ее утешать.

– Алиса, не расстраивайся. У тебя все очень хорошо получилось. Если бы мы рисовали не акулу, а был бы свободный урок, то твоя работа наверняка была бы лучшей. Ты просто опять переволновалась и все. А так у тебя виден заметный прогресс. – Попыталась утешить ее учительница. Что в общем-то было правдой. Единственное чего не доставало Алисе – это концентрации.

Утешения немного сработали. Алиса улыбнулась, пообещала и себе и остальным, что в следующий раз обязательно сделает лучше. Остаток времени она потратила на помощь другим детям и уборку в классе. После чего со всеми распрощалась и гораздо быстрее, чем обычно выбежала из класса. Все же ей было немного обидно. Дети ещё долго махали ей вслед.

Остановившись немного отдохнуть, Алиса посмотрела время на своем телефоне и тут же изо всех сил рванула в класс. Урок начался двадцать минут назад! Но почему? Алиса была уверена, что после рисования у нее останется еще полным-полно времени. Даже её рассеянность имела свои пределы. Да и учитель рисования никогда бы не задержала её настолько долго и не позволила бы ей помогать, будь хоть возможность, что Алиса опоздает.

Наконец Алиса с облегчением увидела табличку 3E и буквально пулей влетела в класс.

– Простите за опоздание я… – Алиса осеклась, обнаружив, что в классе никого нет. Вообще никого, даже учителя, а ведь она сидит здесь практически весь день. Вдруг дверь за Алисой громко захлопнулась. – Что происходит?

Она в замешательстве подергала ручку двери. Заперто!

«Это неправильно! Может они решили подшутить надо мной? Нет, учитель ни за что бы, ни стала в таком участвовать. Тогда что же это?» Паника ещё не началась, а вот страх уже запустил свои холодные пальцы в разум девушки. В какой-то момент Алиса даже подумала выбить окно стулом, вот только почему-то появилась четкая уверенность, что это не сработает.

– Не сработает, – внезапно раздался над её ухом булькающий как-будто неживой голос. – Заперта.

– Зачем? – и тут Алиса едва на закричала.

Из ниоткуда перед Алисой возникло полупрозрачное лицо, которое вполне можно было бы назвать человеческим. Короткие рыжие волосы, красивые черты лица, вот только рот существа заполняли острые клыки, а глаза разглядывали Алису, как пес кусок мяса.

– Демон! – Алиса подхватила стоящий рядом стул и что было силы запустила им в это ужасное лицо, но он пролетел сквозь него, врезался в окно и разлетелся так словно ударился не о стекло, а о бетонную стену.

# Примечания

1

Бэнто – японский термин для однопорционной упакованной еды.

2

Такояки – очень популярное в Японии блюдо, приготовленное из жидкого теста и кусочка осьминога

3

Йена – денежная единица Японии.

4

Додзё – изначально это место для медитаций и других духовных практик в японском буддизме и синтоизме. Позже этот термин стал употребляться и для обозначения места, где проходят тренировки, соревнования и аттестации в японских боевых искусствах.

5

Кэндо – современное боевое искусство японского фехтования на бамбуковых мечах.