# По заслугам

Татьяна Цыкова

Оливия – лучшая выпускница Гарварда – отправляется на стажировку в Независимый Суд на остров Фазанов, где ей придется столкнуться с ужасной стороной справедливого суда.

Фотограф Татьяна Цыкова


© Татьяна Цыкова, 2025

© Татьяна Цыкова, фотографии, 2025


ISBN 978-5-0068-0086-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

– Независимый суд Ируна и Андая выносит свой приговор, что подсудимый Жуль Ларент виновен. Вам назначено наказание в виде содеянного преступления. Вы довели миссис Франсис до хронического невроза и нервного срыва тем, что вы игнорировали ее просьбы на протяжение трех месяцев ежедневно пренебрегая быть потише, заводили шумные будильники с режимом вибрации специально на голом полу рядом со смежной стеной, что разделяли вашу квартиру с квартирой миссис Франсис. Вы игнорировали государственные службы жандармов и гварию урбана. Суд присуждает вам наказание в виде ежедневного внезапного пробуждения от постороннего громкого звука, присуждает вам – пробыть в специальном учреждение, где вы будете погружены в жизнь миссис Франсис целых три месяца. Приговор вынесен. Суд закончен.

О подобных судебных сказках мне рассказывали, когда я училась на третьем курсе юридического, что в мире существует независимый справедливый суд, где вместо типичного наказания в виде лишения свободы, теплой постели и трехразового питания, виновным выносили наказание ровно такое же, что они и совершили. Выполняя строгое наказание они должны были полностью прожить жизнь невиновного, начиная с того момента, где началось преступление. Эти байки рассказывали все старшекурсники юным и зеленым, чтобы внушить ценность выбранной профессии. Но после окончания университета с summa cum laude*, профессор Гилберт открыл мне все же эту завесу и рассказал, что меня ждут на острове Фазанов.

– Простите, остров Фазанов?

– Да. Вижу по вам, Оливия, что вы ничего не слышали о нем? Хотя вам знакома байка о независимом суде?

– Ту, что мне рассказали на третьем курсе? О, независимый суд со справедливым наказанием, – сказала я с полной отдачей сарказма, представляя себя с бокалом сухого мартини, как Великий Гэтсби.

– Да. Что если я скажу вам, мисс Оливия, что это не выдумка, не сказка, что Независимый Суд городов Ируна и Андая существует с 1659. С того самого момента, когда был подписан Пиренейский договор между Испанией и Францией. Остров Фазанов был тем клочком земли, что был не нужен странам, но гранд и министр приняли решение, что земля площадью в четыре тысячи километров будет принадлежать каждой стране поочередно. Полгода Фазанами владеет Испания, полгода Франция. Да, суд, что расположен на острове стал независимым почти сразу, как только они поняли, что дела не успевают уложиться в срок в полгода. Представляете, 1660 год, английские торговцы, что проплывали через Испанию, подвергли жестокому насилию местных детей, что привело к летальному исходу пяти маленьких судеб. Суд и местные жители Ируна вели дело на протяжение шести месяцев, но после, остров перешел во власть Франции и дело автоматически аннулировалось. Просто повисло в воздухе, стерлось, перестало существовать. Тогда обеими странами было принято решение, что не смотря на официальную передачу территории, суд остается независимым и дела навсегда оставляют за собой статус КВО.

– И вы хотите сказать, что Независимый Суд ждет меня? Но почему я?

– Вы были лучшей. И не только на своем курсе. Гарвард верит в вас, Оливия. Ваша стажировка один год, постарайтесь провести время с толком.

> * summa cum laude (с наивысшим отличием) – это высшая академическая награда, присуждаемая студентам

## Часть 1

На вокзале Paris Gare Montparnasse сквозил легкий дождь, до моего отправления в сторону Андай был еще час, я присела в местном кафе, чтобы согреться и немного выдохнуть после пересадки в Париже. Слишком долгий путь оказался до Независимого Суда от Бостона.

– Мэм, ваш кофе.

– У вас здесь можно курить?

– Это Париж.

Что скорее всего значило, что можно, раз моя официантка указала на пепельницу на моем столике. Закурив сигарету на уличной террасе, я взяла газету с соседнего стула. Конечно же, все было написано на французском. Как я буду вести дела, если французский не то чтобы знакомый мне язык, а не мой конек от слова: совсем не мой конек. Ладно, разберемся.

– « II n’y a plus de plase sur l’ile du Faisan. Ou emmener les prisonniers?*

– Нет мест. Фазан. Скорее всего тут говорится, что нет мест на острове Фазанов. Отлично, тогда где остановлюсь я?

Поезд шел четыре с половиной часа. Такси от железнодорожной станции Андай заняло около получаса до лодочной станции, где шел не большой паром уже на остров. В целом, мой путь из Соединенных Штатов до Фазана вышел около 20 часов, а это значило, что я не сплю уже больше суток.

– Добрый день. Меня должен ожидать Артур Фийон.

– Добрый. Я вас провожу.

Я шла по длинному коридору того самого главного здания Независимого Суда, представляя сколько же было вынесено справедливых наказаний, задумываясь с какой же точностью необходимо было принимать решение о виновности человека. Если в Верховном суде штата Нью-Йорк были совершены нарушения с обвиняющей стороны и невиновные отбывали не свои сроки, то эти ошибки хотя бы можно было исправить, освободив человека. То в справедливом суде, если преступление было тяжким, то вернуть уже ничего было нельзя.

– Как вы считаете? Если суд вынес не правильный приговор? Является ли это преступлением?

– В зависимости насколько не правильным был приговор

– Бросьте! Да или нет? Невиновному дали пожизненный срок за преступление, в котором он не виновен!!! Суд является виновным в преступлении? Да или нет?

– Да! Черт возьми, да!

– Матео, слышишь, что новый юрист из Гарварда сказала. Они виновны! Мы разберемся с ними. КВО перейдет к нам через месяц. Протяни, как можно дольше. Да, да, собери пока справки. Да от куда я знаю? Матео, Ола!

Высокий, статный брюнет нервно курил сигарету в кабинете, на котором висела табличка «кабинет Артура Фийона». От такого давления я немного покраснела, я не привыкла так дерзко принимать решение.

– Добрый день, мистер Артур Фийон. Рада знакомству

– Пойдемте со мной!

Он был нахальным, наглым, слишком деловым и кажется заносчивым. Мы вышли из здания суда, повернули направо от него, прошли пару домов, небольшой сквер и пришли к краю острова, можно так было сказать. Небольшой пляж и два маленьких дома. Один из них был серым и с белыми тонкими бортами на крыше. Второй был синим, так же с белыми бортами на крыше. Их разделяли плодовые кусты и не высокий деревянный забор.

– Держите, это ваши ключи от серого дома. Вы будете здесь жить на время стажировки

– А кто живет во втором доме, мистер Фийон?

– Увидимся завтра в девять утра в главном здании.

Он ушел толком ничего не объяснив. Ладно разберемся.

– Ни всего доброго, ни добрый день, Оливия. Рад вас видеть

Разбирая свои вещи, я вслух наговаривала претензии для мистера Фийона. Хоть он и был красавчиком, это не позволяло ему не соблюдать хотя бы первые правила приличия. Дом был маленьким, но уютным. В нем была совсем крошечная кухня, такая же крошечная душевая и общая одна комната одновременно и спальня, и гостиная. Я и не заметила, как наступил вечер. Не смотря на то, что перелет был долгим, сна не была ни в одном глазу. Одевшись потеплее, я решила осмотреть территорию, тем более, судя по карте осматривать особо было нечего, но найти продуктовый магазин не помешало бы.

Выйдя из дома, я увидела, что в синем доме горит свет. Тихонько к нему почти на цыпочках приблизившись, я посмотрела в окно.

– Мистер Фийон!

От удивления мои ноги соскользнули с небольшого выступа, покрытого влажным мхом.

– Оливия, вы живы? Что вы тут делаете?

Он дал мне руку, чтобы подняться.

– Мне было интересно, кто живет рядом со мной.

– Взлом на чужую территорию является преступлением, Оливия

– У нас с вами одна территория, а интерес не является преступлением, мистер Фийон

– Скажите это Джозефу Деанджело*

– Может быть подскажите, где я могу купить продукты?

– На острове Фазанов все закрывается после восьми вечера.

– Кто бы мог знать, да?

– Но вы можете присоединиться. Я как раз приготовил тюрбо.

Я зашла к нему в дом, ароматы от пряностей на рыбе вперемешку со свежем хлебом свели сразу же с ума.

– Хлеб вы тоже печете сами?