Сергей Анисимов
Рождённый Хаосом

Пролог

Свет в кабинете был приглушён.

У окна стоял человек. Его задумчивый взгляд скользил по привычному пейзажу, словно он пытался уловить нечто, что прежде ускользало от него. Перед ним раскрывалась панорама ночного города. Внизу, словно лабиринт, простирались извилистые улицы. Яркие, полупрозрачные голографические щиты вспыхивали то здесь, то там, сменяя друг друга объёмными образами. Гигантские логотипы корпораций венчали многочисленные фасады небоскрёбов, а их сияние мягко озаряло город.

Он привык замечать тонкие детали, будто рассматривал изысканные произведения искусства, и каждый раз находил в них что-то своё. Особенно дорого ему было одно полотно из личной коллекции – оригинал величественного «Триумфа победителя» кисти Питера Пауля Рубенса. Эта картина, украшая просторную стену его кабинета, не раз становилась отправной точкой для глубоких размышлений.

Тишину нарушил голос – ровный, с едва уловимой иронией в интонации.

– Почему тебе так нравится сидеть в темноте? – спросил он, обращаясь к фигуре у окна.

– В темноте мысли становятся чище, ничто не мешает, – прозвучал ответ, спокойный и уверенный.

– Тогда я перейду к сути, – сказал первый, чуть понизив голос, словно невидимая тяжесть легла на его плечи.

Дождавшись заметного кивка, он продолжил:

– Мы проанализировали свыше пяти миллионов вариантов. В девяноста девяти процентах – шанс на успех едва достигал долей процента. В конце концов, из множества претендентов мы остановились лишь на двух сотнях, отвечающих основным критериям: адаптивности, быстроте реакции, уровню осознанности, когнитивной гибкости, – он ненадолго замолчал, – и ещё целому ряду других параметров. Позволь, я не стану перечислять остальные – их ещё сто тридцать семь.

Он замолчал, позволяя словам раствориться в тишине.

Мужчина медленно повернулся, задумчиво провёл пальцами по подбородку. На мгновение свет скользнул по его очкам, и в этом отблеске промелькнула тень сомнения. Он тихо заговорил, опускаясь в кресло:

– Я надеялся, что вариантов будет больше.

Кресло едва слышно скрипнуло в наступившей паузе.

– Пожалуй, стоит задуматься о прекращении финансирования этого направления, – добавил он.

– Прежде чем ты примешь окончательное решение, хочу ещё кое-что добавить… – осторожно возразил первый.

– Слушаю.

– Один из кандидатов проявил себя необычно. Сначала мы решили, что это просто ошибка. Исключили его из выборки, отправили на повторную проверку, надеясь, что всё прояснится. Но когда провели анализ ещё раз, результаты остались такими же.

– В чём заключается необычность? – спросил он, чуть наклонившись вперёд.

– Айдэ Сергеевич Акимов, семнадцати лет. Живёт на самой окраине Звёздного Городка. Родителей у него давно нет – они погибли тогда, во время того самого восстания против отчуждения. Теперь Айдэ живёт с бабушкой. За это время он уже успел получить несколько…

Договорить он не успел:

– Оставь детали. Ближе к сути.

– Показатели кандидата, – сказал он, не отрывая взгляда от планшета и нервно постукивая по экрану пальцем, – заметно выше всего, с чем мы сталкивались за последние годы. – Взгляни, – кивнул он, и на столе перед собеседником загорелся экран. – Метрики держатся стабильно, – добавил он, не сводя взгляда, словно надеясь уловить хоть малейшее изменение в выражении лица. – Признаться, весь потенциал нам так и не удалось измерить до конца.

Собеседник хмыкнул:

– Почему не удалось?

– Уперлись в технические ограничения.

В этот момент раздались несколько коротких сигналов. За ними последовал женский голос:

– Игорь Анатольевич, к вам Вэй Громов.

Игорь тяжело выдохнул.

– Пусти, – коротко бросил он. Затем, словно подводя итог, добавил:

– Хорошо, я согласен. Запускай цепочку событий.

– Подготовить отчёт по ресурсам? – уточнил первый, не отрывая взгляда от экрана.

– Да.

Дверь распахнулась настежь, и в кабинет, словно порыв ветра, влетел мужчина – на вид ему было около сорока. Его лёгкая, почти танцующая походка и открытая улыбка сразу наполнили комнату особой, живой энергией.

Вэй был невысок, с аккуратно уложенными тёмными волосами и глазами, в которых отражались восточная страсть и энергия большого города. На нём была тёмная рубашка с необычным узором, джинсы и кожаные браслеты, поблёскивающие на запястье. Пиджак он держал небрежно, перекинув его через правую руку.

– Игорь! – воскликнул Вэй, бросая пиджак на кресло и широко улыбаясь. – Ты всё в бумагах, а не на пляже! Я уж думал, ты сбежал на Мальдивы, а тут всё тот же офис, всё те же лица… Ты хоть помнишь, что такое отпуск? Хотя, наверное, хорошо, что ты здесь.

Игорь, не изменившись в лице, пожал руку Вэю, но уголки его губ едва заметно дрогнули.

– С ума сошёл? Отдыхать будем, но не сейчас, – спокойно ответил он.

– Вэй, ты опять налегке? Почему кофе не прихватил?

– Кто здесь?! – Вэй театрально вздрогнул, изобразив испуг.

– Антоха, ну ты бы хоть раз надел что-нибудь поярче, – заметил он, оглядывая собеседников.

– Любители корпоративного дресс-кода… В следующий раз просто скажи, что хочешь кофе, ладно? Я ведь не телепат, в отличие от некоторых.

Антон, не отрываясь от экрана, бросил:

– Ага, зато когда я пиццу приношу – ты тут как тут, на запах слетаешься.

– Что поделать, так выходит, – пожал плечами Вэй, невинно улыбаясь.

Они обменялись своим особым приветствием – чем-то средним между рукопожатием и дружеской попыткой сломать друг другу пальцы.

Антон взглянул на Игоря:

– Я пошёл. К утру всё будет готово.

– Отлично, жду. Завтра не опаздывай к двенадцати – обсудим план по расширению офицерского состава.

– Помню-помню. Видел напоминание в ин-ленте, – кивнул Антон, имея в виду ту самую систему уведомлений, что давно вытеснила старые календари.

Он пожал Игорю руку, а Вэя для верности хлопнул по плечу на прощание.

– В следующий раз американо за тобой! – бросил он с улыбкой и, не оглядываясь, быстро исчез за дверью, будто нарочно избегая продолжения разговора.

– С каких это пор я тебе что-то должен? – усмехнулся Вэй, опускаясь на стул. В ответ дверь кабинета только глухо хлопнула.

– Хитрый лис, – добавил он, обернувшись к Игорю. – В общем, тут такое дело… – Он понизил голос и сделал заговорщический жест.

Игорь закатил глаза и перебил его:

– Опять пришёл просить денег? Ты и так уже все лимиты исчерпал, сам ведь знаешь, сейчас у нас совсем другие приоритеты.

Вэй усмехнулся, не теряя самообладания:

– Да-да, помню, готовлюсь. Но ты же сам говорил: «Вэй, если что – звони». Вот я и звоню, строго по инструкции.

– Инструкцию ты, похоже, где-то по дороге потерял, – буркнул Игорь.

– Да брось, не за деньгами я.

Игорь чуть приподнял бровь.

– Нужно одного человека аккуратно… ну, ты понял, – Вэй понизил голос почти до шёпота.

– Это уже третий такой «аккуратный» за месяц.

– Всё ради общего блага, – развёл руками Вэй. – Вспомни, как ты просил меня разрулить тот баг на чемпионате.

– И сколько ещё раз ты собираешься напоминать мне об этом? – перебил его Игорь. – Давай к сути.

Вэй на секунду замялся, но тут же собрался:

– Есть один человек в «Эй-тэк-ин». Взял у меня в долг и уже год не отдаёт, – сказал он, проводя рукой по волосам.

– И из-за такой ерунды собираешься его убрать? Я начинаю сомневаться в твоей адекватности. Кто он?

– Зайцев Игорь Артёмович, обычный штатник…

Вэй не успел договорить:

– Сколько он тебе должен?

– Любишь ты перебивать, – с лукавой усмешкой заметил Вэй. – Дело не в сумме, а в принципе.

– Как всегда, раздуваешь из мухи слона. Ладно, дело твоё, только хвостов не оставляй, как в прошлый раз. Потом мне пришлось выгуливать адвокатов, а они кусаются.

Вэй вскинул руки:

– Просто не повезло. С кем не бывает?

– И никаких больше устранений до конца года, понял меня? – с лёгким раздражением бросил Игорь.

Игорь отложил в сторону тонкий стилус, который до этого рассеянно крутил в пальцах.

– Что нового о главе Адвентов? – спросил он.

На лице Вэя на миг мелькнула тень тревоги.

– А что с ним? Всё нормально, жив-здоров.

– Уговорить удалось?

– Нет, ни в какую.

– Жаль, – коротко бросил Игорь.

– Зато главу Асгарда удалось склонить…

– Да что с них толку? Их время уходит.

В этот момент на столе снова раздался женский голос:

– Игорь Анатольевич, через тридцать минут встреча с Ян Лин. И ещё: поступил запрос от Джеймса Брауна.

Вэй, не удержавшись, кивнул на голограмму:

– Где ты такую раздобыл? Моя Мико, конечно, хороша, но тут… и голос, и внешка – просто огонь!

На столе мерцала миниатюрная голограмма: девушка в строгой блузке и короткой чёрной юбке. Она казалась почти живой, словно персонаж мультсериала вдруг шагнул в реальный мир. Большие глаза, светлые волосы, лёгкое внутреннее сияние – всё это придавало ей хрупкую, почти сказочную притягательность.

– Радуйся, что она не читает твои сообщения вслух, – поддразнил Игорь.

– Игорь Анатольевич, если хотите изменить настройки приватности или ограничить круг доверенных лиц, просто скажите, – вмешалась девушка, в её голосе скользнула ирония.

Вэй рассмеялся:

– Мне бы такую… Хотя, зная себя, она бы уже ругалась отборным матом.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся Игорь, мельком взглянув на уведомление, внезапно появившееся на экране планшета.

– Что, сделка намечается?

– Пока только разговоры, – отмахнулся Игорь, словно желая отвести лишние вопросы. – Пара редких ресурсов, несколько артефактов… Там суммы с шестью нулями, – он понизил голос, – речь о редких минералах.

Вэй тихо присвистнул:

– Те самые? – с сомнением покачал он головой.

Игорь взял в руки планшет, пальцы привычно забегали по экрану. Вэй сразу понял: подробностей сегодня не будет. Лицо Игоря приобрело то самое выражение, когда он с головой уходит в работу, и любые попытки разговорить его обречены на провал.

В этот момент взгляд Вэя зацепился за отблеск на столе. В лунном свете овальная эмблема переливалась золотом, а алые вставки, похожие на капли крови, играли на гранях. Гравировка причудливо переплеталась с этими вставками, а в самом центре витиевато было выведено: «Imperium League».

– Новую заказал? – спросил Вэй.

– Нравится? – не отрываясь от планшета, ответил Игорь. – Пока только пробник.

– Круто выглядит, – одобрительно кивнул Вэй. – Жду свою, – подмигнул он. Бросив взгляд на задумчивое лицо Игоря, с лёгким вздохом, добавил: – Ладно, не буду мешать твоим великим делам. И не забудь про мою просьбу.

– Как будто я когда-то забывал, – протянул Игорь, не глядя пожал Вэю руку.

Вэй, привычным жестом поправив волосы, накинул пиджак и вышел. Дверь за ним захлопнулась, и Игорь вновь остался один.

Он дописал сообщение – короткий сигнал подтвердил отправку – и отложил планшет в сторону. Оперся на спинку стула, задумчиво перебирая пальцами по столешнице.

– М-да, – пробормотал он, встал и подошёл к окну, где за стеклом раскинулся ночной город, уходящий вдаль, будто в бесконечность.

– Мия, как успехи? – спросил он.

– Семьдесят два процента. Локация “торговый пост Фирштайн” почти полностью зачищена, – тут же отозвалась помощница.

– Проблемы есть?

– Никакого сопротивления, – ответила она мягко.

– Отлично. Доложи, когда закончишь, и переходи к следующей задаче.

– Принято.

Игорь всегда считал себя хозяином своих мыслей, привык держать всё под контролем. Казалось, сейчас ничто не нарушает привычного порядка: всё идёт своим чередом, даже неудачи в экспериментах его не тревожат. Ничего страшного – нет нерешаемых задач, найдём другой путь, убеждал себя он.

И всё же, где-то в глубине души, словно неуловимая тень, скользило ощущение: что-то уходит, ускользает, не даётся привычной уверенности. Это чувство не было отчётливым, но оно упорно давало о себе знать – как лёгкий сквозняк в комнате, где, казалось бы, всё давно закрыто и спокойно.

Лишь когда ассистент напомнил о предстоящей встрече, Игорь, словно вынырнув из вязкой паутины мыслей, вновь вернулся к своим делам.

Глава 1. Заглушки в системе.

– Кирилл, вы опять не оплатили взнос за мать, – встретил меня электронный голос, когда я вошёл в комнату.

Ассистент подвис, как обычно – он вообще часто глючит.

– В курсе, – отмахнулся я. – И не забыл. Деньги не печатаю.

– Простите, я не могу решить этот вопрос. Но могу предложить свежие вакансии. Хотите посмотреть?

– Нет, – буркнул я, и ассистент тут же стих, словно растворился в тишине.

Голографический силуэт Алисы – моего ассистента – лениво мерцал на столе. Самый дешёвый вариант: бесполый, безликий, даже имя нельзя сменить. Но и это лучше, чем ничего.

На диване, скрестив ноги, сидела сестра. Она пыталась разобраться в очередной задаче по нейростатике.

Я мельком взглянул на её электронную тетрадь и сразу понял: снова запуталась.

– Ань, погоди, – сказал я, присаживаясь рядом. – Ты немного не так поняла принцип.

– Ну и зачем мне эта нейростатика? – буркнула она, уткнувшись в экран.

– Не разберёшься в базе – будет тяжело. Ты же хотела поучаствовать в моём проекте? Или передумала?

– Конечно хочу! – быстро ответила она, чуть улыбнувшись.

– Тогда слушай внимательно, – сказал я, пристально глядя ей в глаза.

Она коротко кивнула.

– Представь, что существуют разные уровни, и каждый из них осваивает что-то своё. Например, один слой учится различать тонкие линии, другой – распознаёт простые формы, а третий уже способен видеть целые предметы. – Я замолчал, чтобы убедиться, что она меня понимает.

Она кивнула, не перебивая.

– Чтобы всё было по-честному, чтобы никто не мог подделать данные, придумали особую распределённую систему. Она тщательно проверяет, всё ли на своих местах. Стоит кому-то попытаться изменить хоть что-то – система тут же это заметит и не позволит обмануть себя. Есть ещё одна любопытная деталь – принцип интеллектуального ядра, который тесно связан с квантовым…

– Кирилл, только не про квантовую, пожалуйста! – перебила она. – Я и так еле-еле первую часть поняла, а дальше вообще мозги плавятся. Квантовая механика – это вообще магия какая-то!

Она раздражённо выдохнула, прикусила губу, но в её глазах всё равно плясали искорки интереса.

– Дай я сначала с этой задачей разберусь, – сказала она, нахмурившись.

Аня нахмурилась, уставилась на свои записи, потом вдруг широко раскрыла глаза – будто в голове что-то щёлкнуло.

Она зачеркнула половину написанного, хотя могла бы просто нажать кнопку «стереть всё». Быстро прикинув в уме, она вновь начала писать – на этот раз уже с заметной уверенностью.

Через мгновение я услышал:

– О, получилось! – радостно выдохнула она.

Отметив её невероятно быстрый прогресс, я подошёл к окну. Двое рабочих в ярких жилетах красили бордюры, хотя те и так выглядели вполне прилично. Зачем работать в такую погоду?

Я устало выдохнул.

Отец как-то вернулся домой в такой же жилетке. С двумя вышками мог реактор разобрать и собрать, а теперь красит заборы. Как так вышло?

– Зачем ты этим занимаешься? – как-то спросил я его.

Отец устало пожал плечами, не поднимая глаз.

– А что поделаешь, Кирилл? Не работаешь – тут же штрафы да пени капают на счёт, а у меня, сам понимаешь, лишних денег нет, – он развёл руками, и в голосе его не прозвучало ни злости, ни надежды.

А всему виной, конечно, они… Теперь эти аватары повсюду: медицина, энергетика, транспорт, экономика – куда ни глянь, всюду их руки приложены. Впечатляет, спору нет, если бы не одно «но»: сколько людей остались без дела.

Толпы протестующих, разгорячённые и отчаявшиеся, не щадили ни себя, ни других. Всё это быстро переросло в нечто большее, чем просто недовольство – улицы обернулись настоящим полем битвы.

– Что? Вакансия «Мойщик асфальта для поддержания визуальной чистоты дорожного покрытия»? – я невольно вскинул бровь, перечитывая это нелепое объявление.

– Можно попробовать себя в наборе научных текстов или, на худой конец, заняться живописью, – задумчиво произнёс Юра, глядя в мутное окно.

Я покачал головой:

– Ага, времени уйдёт куча, а платят сущие копейки.

Я пролистал дальше:

– Вот ещё: «Специалист по мониторингу эффективности работы»…

Мы переглянулись – тут и обсуждать было нечего.

Всё сводилось к бессмысленной деятельности и каким-то странным ограничениям.

– Ты, кстати, не замечаешь, что все эти объявления пишет один и тот же болван? – я ткнул пальцем в тусклый экран. – Формулировки словно под копирку, даже запятые в одних и тех же местах.

– Ой, да ладно тебе, может, у них там один бедный айтишник всё пишет, – Юра потянулся, зевнув. – Я бы тоже так делал, если бы мне за каждую вакансию по копейке кидали.

– Экономят? Смотри! «Цель проекта – повысить вовлечённость граждан в созидательный труд во благо общества». Это уже не описание работы, это манифест. Чистой воды машинный текст, прогоняют через ядро, чтобы люди крутили педали и поменьше бузили.

Юра задумчиво почесал затылок, но спорить не стал – он и сам давно что-то подозревал.

Вакансии появлялись тысячами, но денег на них едва хватало, чтобы не умереть с голода.

– Нам это только на пользу! – говорили одни с какой-то странной, почти фанатичной убеждённостью.

Стоило попытаться возразить или объяснить свою точку зрения, как тебя тут же записывали во враги.

Я до сих пор хорошо помню, как на экране внезапно возникла лысая голова очередного вдохновителя народа – началась унылая, затянувшаяся трансляция.

– Дорогие сограждане! – сипло протянул он. – В эти непростые времена нам нужно быть сплочёнными и ответственными!

Дальше посыпались до боли знакомые лозунги: «Каждый винтик в великом механизме», «Созидательный труд – залог процветания». Лично мне уже давно безразлично, чем они морочат людям головы.

К счастью, трансляцию я мог в любой момент прервать – что с удовольствием и сделал. Однако в голове у меня крепко засела одна фраза:

«Украсил двор – спас страну!»

Из размышлений меня вывел негромкий звон, донёсшийся с кухни.

– Закипел чайник, – оповестил ассистент. – Передать ему инструкции для заварки вашего любимого напитка?

– Нет, – бросил я.

Заварку чая я никому не доверял. Это тонкий процесс: стоит лишь немного отступить от привычной формулы – и вкус сразу меняется: либо теряется, либо становится чрезмерно насыщенным. Важно сохранять хрупкий баланс и следовать рецепту.

Я заварил ароматный чай, прошёл в комнату, сел за стол и включил рабочее место.

Сначала открыл свой государственный профиль. В углу экрана вспыхнула яркая красная плашка: «Неоплаченный взнос». На иконке «налоги» – минус.

К счастью, с моим рейтингом всё в порядке: пока я студент, ко мне относятся лояльно – пени не начисляют.

Я зевнул и уже собирался закрыть окно, когда сверху появилась новая подсказка… Великолепно. Толстый кошелёк – и можешь не выходить из дома: платишь за себя и ещё за троих «близких». Остальным – штраф за тунеядство. Из крайности в крайность.

Соседи сверху вовсе не работают – у жены солидное наследство, платят взнос и не переживают.

Закрыв портал, я запустил среду разработки. Перед глазами тут же всплыла полупрозрачная панель.

– Да чтоб их… – проворчал я.

Каждый раз я будто впервые захожу. Раньше это была удобная и понятная среда для работы. Теперь же программирование больше напоминает сборку конструктора, где детали сами подсказывают, как их лучше соединить.

Мой проект – прототип гибкой и современной виртуальной среды. Хотя сама концепция не нова, у меня есть несколько свежих и интересных идей.

Друзья с энтузиазмом согласились помочь, а сам проект я выполняю в рамках учебной программы. Я заметил, что специалистов по виртуальным средам сейчас немного, поэтому для меня главное – успешно защитить проект и получить ценную рекомендацию.

– У вас есть только два пути: либо вы достигаете высшей ступени и приносите интеллектуальную пользу, либо красите заборы, – как-то сказал обучающий аватар.

Он говорил: чем больше человек размышляет, тем проще ему становится жить. Эти слова, однажды услышанные, крепко засели у меня в памяти, хотя прежде я, признаться, не придавал им особого значения. Теперь, оглядываясь назад, я всё яснее вижу: человек оказался пленником прогресса, который сам же и породил.

Передо мной на экране вспыхнуло яркое приветственное окно, а затем появились модули и схемы связей.

Я окинул внимательным взглядом свой проект – это уже почти завершённая версия моей первой серьёзной работы, к которой я подошёл с полной отдачей. Примут ли работу, оценят ли по достоинству? Но важнее другое: я завершу её только тогда, когда почувствую, что это именно тот результат, которого хотел добиться.

В этот миг за спиной послышались тихие шаги, и, прежде чем я обернулся, Аня уже склонилась надо мной, с живым любопытством вглядываясь в экран.

– Опять всё усложнил, – она легонько коснулась схемы своим тонким пальцем. – Тут ведь можно проще.

– Почему ты так думаешь?

Аня чуть приподняла подбородок, и на губах её мелькнула лукавая улыбка – будто только что она выиграла в какой-то своей тайной игре.

– Я хоть и младше, но не глупая! Ты же обещал показать, как писать агентов для тестов, а я всё вручную делаю…

– Зато поймёшь, какие им команды раздавать, – усмехнулся я.

Вот за это я её и люблю – за упрямство и за то, как она всегда стремится докопаться до самой сути.

– Ты ведь помнишь, да? Через пару часов тебе в бассейн, а ты ещё не обедала. Давай собирайся, пойдём к маме – она уже ждёт нас.

– А давай сосиски сварим? – предложила она, хитро улыбаясь.

– Даже не смотри на меня так, – отмахнулся я. – Ты же знаешь, что эту резину есть невозможно. Пойдём, там мама приготовила нормальную еду – борщ со сметаной, как ты любишь.

Аня кивнула и пошла собираться, а я опять погрузился в экран.

Алиса не только умело управляет домом, но и даёт ценные подсказки. Она регулярно обращает моё внимание на ошибки, которые я сам не всегда замечаю, делится полезными советами и иногда даже поднимает настроение добрым словом. Безусловно, у неё есть одна слабость – иногда она чересчур ищет ошибки там, где их нет, и выдаёт какие-то странные замечания. Тем не менее вреда от этого мало, а пользы от неё гораздо больше.

Взгляд случайно скользнул на часы – и, словно по мановению волшебства, десять минут исчезли без следа.

Мысли путались и не давали сосредоточиться: то взгляд зацепится за детали проекта, то в голову закрадётся тревога о деньгах, то вдруг мелькнёт мысль – а не стоит ли ещё раз просмотреть вакансии?

И тут, конечно же, появилось уведомление – будто нарочно. Ну что там ещё?

– Встреча с Юрой через час двадцать две минуты. Место: «Старый парк». Подтвердить участие?

Не задумываясь, я нажал «да», хотя сам до конца не понимал, хочу ли сегодня с кем-то встречаться. Проект всё больше затягивал меня, и вместе с этим росла какая-то внутренняя неуверенность. Но Юра – это Юра. Он всегда появляется в нужный момент, словно чувствует, когда я начинаю закисать.

– Кирилл, ты где там? – крикнула Аня из коридора, торопливо застёгивая куртку. – Если опоздаем, мама будет ругаться, и потом у неё снова нога заболит!

– Бегу! – крикнул я в ответ.

Я указывал ассистенту на ряд задач, которые нужно закончить к моему возвращению. На ходу закинул в рюкзак планшет и пару нейростиков – пусть лежат, вдруг пригодятся; после тридцати часов без сна они не раз спасали меня от полной остановки мыслей. Тяжёлая дверь автоматически закрылась за нами, и мы вышли на улицу.

Дождь всё ещё тихо моросил, асфальт мерцал, ловя отблески неоновых вывесок и редких проезжавших машин. На ближайшем голографическом билборде переливался цветами назойливый слоган: «Украсил двор – спас страну!»

Мы шагали в тишине.

Я украдкой наблюдал за Аней – она взрослеет так стремительно, что порой мне кажется: я уже не поспеваю за её переменами.

Дорога до мамы занимала минут двадцать.

– Ну и зачем ты переехал? – вдруг спросила она, не глядя на меня.

– Да пора уже, сколько можно? – пожал я плечами. – Вдруг у меня девушка появится? А тебе что не нравится – теперь у тебя своя комната.

Аня резко остановилась, сжала кулаки.

– Девушка, да? – передразнила она, скривившись. – Ну конечно, теперь у тебя будет девушка, а я останусь одна.

Я удивлённо посмотрел на неё.

– Ты что, Ань? Ты же моя сестрёнка.

– Ага, сестрёнка, – пробурчала она. – Всё, теперь у тебя кто-то важнее меня появится.

Я улыбнулся, похлопал её по плечу.

– Не выдумывай. Ты для меня всегда самая главная.

Она фыркнула, но я заметил, как уголки её губ дрогнули.

– Всё равно, если она мне не понравится, я её сразу выгоню! – заявила Аня.

Я рассмеялся. Родители почти всё время пропадали на работе, и заботиться о сестре приходилось мне.

Мы прошли мимо стройки: роботы-манипуляторы возились с очередным модулем здания, а рядом стояли люди в ярких жилетах – кто-то курил, кто-то просто смотрел в пустоту. Их дело было простое: следить за работой машин да вовремя поднести нужные материалы.

Я увидел знакомое лицо – отца моего бывшего одноклассника. Когда-то он учил нас физике, а теперь таскал мешки с цементом. Он заметил меня, коротко кивнул, но в его потухшем взгляде читалась лишь усталость.

Дождь усилился. Аня спокойно раскрыла зонт, будто так и было задумано. Я невольно залюбовался её находчивостью и с досадой подумал, что сам не догадался.

Мы свернули во двор, где когда-то с Юрой и Сашей гоняли мяч. Теперь здесь аккуратные клумбы, а там, где раньше скрипели качели, выросла зарядная станция для электромобилей. Всё вокруг стало каким-то отвратительно стерильным, будто кто-то нарочно выскреб из города всё живое, оставив только натёртые до блеска фасады и ровные, холодные линии.

Даже граффити теперь цифровые – их проецируют на стены строго по расписанию, чтобы не выбиваться из общего стиля района. Какому идиоту пришла в голову такая идея?

А ещё через несколько шагов у входа нам встретилась мама. Похоже, она вышла прогуляться.

– Голодные? – первым делом спросила она, обнимая нас по очереди. – Как учёба? – тут же обратилась ко мне, не дождавшись ответа на первый вопрос.

– Нормально, – ответил я. – Аня сегодня сама разобралась с нейростатикой.

– Почти… – уточнила она, бросив посмотрев на меня.

Мы переобулись и привычно бросили рюкзаки в угол. Мама кивнула в сторону накрытого стола.

По пути она рассказывала об очередных «инициативах» начальства: теперь им предстоит участвовать в конкурсе на лучший дизайн клумбы. Победителю – грамота и кружка с бодрым лозунгом.

Мне не показалось – она вновь начала прихрамывать.

– Садитесь, – сказала мама, разливая борщ по тарелкам.

– Мам, у вас на работе тоже проверки начались? – спросил я, лениво помешивая ложкой в тарелке. – Юра говорит, у них отца уже вторую неделю мучают.

– Сегодня приходили, всё фотографировали, пересчитывали кусты и цветы, – тяжело вздохнула она. – Говорят, скоро введут какой-то новый стандарт оформления.

В этот момент на кухонной панели раздался знакомый баритон:

– Украсил двор – спас страну!

За стеной кто-то даже хлопнул в ладоши.

– Аня, возьми свежий хлеб, – сказала она, протягивая тёплый кусочек.

– …В связи с введением новых штрафов за некорректно окрашенные заборы, – начал диктор, но я убавил громкость.

Мы ещё немного побеседовали о том, как было бы хорошо выбраться семьёй куда-нибудь на выходных – ведь так давно не собирались вместе.

Когда разговор стих, я собрал посуду и поблагодарил маму за вкусный ужин. Пока мама с Аней обсуждали, в каком платье лучше пойти на день рождения подруги, я взял холодную банку газировки и вышел на балкон. Ветер усилился, и я, не раздумывая, прикрыл окно.

Постоял несколько минут, вдыхая прохладный, сырой воздух, и смотрел на город: ровные ряды домов, яркие объёмные рекламы, будто небрежно выведенные акварелью, и размытые логотипы небоскрёбов, теряющихся где-то в высоте.

Меня вывел из задумчивости завибрировавший планшет.

16:08, Юра:

– Ты где? Только тебя ждём.

Я быстро сориентировался, выскользнул в коридор, окликнул маму:

– Мам, я к ребятам, – сказал я, схватив рюкзак. – Аня, ты со мной или остаёшься?

– Я с мамой останусь, – не отрываясь от планшета, ответила она. – Мне ещё задачу по квантовой логике решать, а потом бассейн.

– Точно, – кивнул я. – Тогда до завтра.

– Пока! – крикнула она вслед.

Я вышел на пустую лестничную площадку. Лифт снова не работал – как обычно, из-за затяжного дождя. На улице пахло мокрым асфальтом и чем-то сладким – кажется, кто-то неподалёку жарил хрустящие вафли. Накинув капюшон тёплой толстовки, я быстро дошёл до парка, который был совсем рядом с домом.

– Наконец-то! – воскликнул Юра. – Выбираться иногда нужно из своей берлоги, – добавил он с улыбкой.

Я нашёл сухой уголок на скамейке и устроился рядом.

– Много ещё работы? – спросила Фидана.

– Да так… Ошибки ещё встречаются, надо избавиться от лишнего, что-то оптимизировать… Вроде бы рутина, но без неё никуда, – устало произнёс я.

– Кирюх, не парься, всё у тебя получится! – Юра хлопнул меня по плечу.

– Легко тебе говорить, ты уже всё сдал, – буркнул я.

– Сам захотел быть умным, вот и мучайся, – Юра подмигнул. – Я бы тоже так, но мне лень.

И ведь не поспоришь. Но здесь главное – мне это интересно. Много ли найдётся людей, которые могут сказать, что занимаются тем, что им по душе?

Я решил не зацикливаться и сменил тему:

– Кстати, я уже могу устраиваться на работу. Портфолио готово.

– Даже без сданного проекта? – удивился Саша, вскинув брови.

– Ага. Правда, пока только на полставки. Алиса, конечно, иногда тупит, но в законах разбирается – подсказала мне одну лазейку.

– Слушай, давай я тебе нормального ассистента подгоню, – оживился Андрей. – Объёмная, цветная, с пышными…

Он не успел закончить.

– Ой, Андрюх, ну ты как всегда, – Фида закатила глаза и легонько толкнула его в плечо. – Может, хоть раз без своих фантазий?

– Да нормально всё там! – возмутился он, отмахиваясь.

Фидана повернулась ко мне, улыбнулась:

– Ну, давай, колись, куда метишь? – Фида прищурилась, с интересом глядя на Кирилла.

Я замялся, не сразу решаясь заговорить. Но ребята смотрели на меня в ожидании.

– В «Эй-тек-ин», – наконец произнёс я. – Сейчас там набирают стажёров.

Саша оторвал взгляд от планшета, его глаза за стёклами очков блеснули интересом.

– Серьёзно? Это круто. У них, говорят, обучение на уровне, да и команда сильная.

– Да пока только думаю. Не факт, что возьмут, – пожал я плечами.

Не успел я закончить мысль, как почувствовал на себе пристальный взгляд Фиды.

– Что не так? – тихо спросил я.

– Там мой отец работает, – быстро бросила Фида, чуть тише обычного. – Могу узнать, может ли помочь.

Я кивнул.

– Отлично, давай.

– Кстати, вы слышали? Снова налог на вывод подкрутили. Плюс пять процентов, как с куста, – Саша покачал головой, но в голосе больше иронии, чем возмущения.

– Ого, опять налог? – Юра округлил глаза. – Им всё мало, блин.

– Ага, а ты что хотел? – Фида хмыкнула. – Халява кончилась, смирись.

Повисла пауза.

– Инсты ещё не зачистили, – нарушил тишину Юра. – Говорят, новый открылся. Лут там – огонь. Рискнём?

– Что, серьёзно? До ночи сидеть? – простонал Андрей.

– А что делать-то? – Юра развёл руками. – Днём там вообще не влезешь, а ночью хоть шанс есть. Заодно и бабла поднимем!

– Юра дело говорит. Я смотрел пару стримов – там реально сложно. Инстанс в Валдегарде, возле Гриммельда, – уточнил Саша, чуть улыбнувшись.

– Уверен, что мы потянем? – с тенью сомнения в голосе спросил Андрей. – Говорят, даже мажоры с топовыми шмотками ложатся.

– Не путай нас с этими кнопкодавами, – Саша усмехнулся. – Мы давно вместе играем, каждый знает своё дело. Фида всегда вовремя хилит, мы с тобой держим прокаст, Кирилл – стена, Юра – вообще не убиваемый. С чужим танком попробуй – сразу поймёшь разницу.

– С чужим танком? Да ну нафиг, – Фида скривилась. – Вчера помогла каким-то рандомам – итог: я одна живая, остальные лежат. Танк вообще в афк ушёл посреди замеса! А потом ещё и на меня гнать начали – мол, хилить не умею. Ну я их и послала.

– Идём брать Левран? – Саша улыбнулся, будто это обычная прогулка.

Тучи ещё не ушли, но сквозь них уже проглядывал тёплый, оранжевый свет заката. Когда дождь окончательно утих, мы разошлись и, как обычно, договорились продолжить разговор в игре.

Я вернулся домой, скинул одежду и плюхнулся за стол. Прозрачный экран вспыхнул – я сразу начал шерстить новости о новом инстансе. Пара видео с прохождениями быстро показали – Саня, как ни крути, оказался прав. Соваться туда без подготовки – пустая трата времени и нервов.

Если ты не понимаешь, зачем таскать с собой запасной сет брони, не отличаешь танка от саппорта и вообще каким-то чудом оказался здесь – можно даже не пытаться. Разве что ты – топовый донатер, вливающий в игру столько бабла, что можешь позволить себе умирать хоть каждые пять минут. Но даже у таких избалованных игроков редко хватает терпения дотянуть до финала: они привыкли получать всё и сразу.

Едва новый инстанс открылся, толпа рванула внутрь – каждый хотел стать первым. Таблица рекордов мелькала, имена сменялись каждую минуту. Форумы кипели, стримеры не спали сутками, а на тотализаторах сгорали такие суммы, что можно было купить не одну квартиру или дом.

Аншарз давно вышел за рамки обычной игры – люди здесь заходят не только скоротать время вдали от унылой реальности, но и заработать. Причём доход может быть вполне ощутимым.

Я взглянул на часы – пора. Нажал «Войти» – мгновенно по экрану пронеслась полоса загрузки, и я тут же оказался на нашем канале – общем месте, где мы собирались для общения, в нашей виртуальной комнате.

Погружение в виртуальный мир произошло моментально: система опознала меня, и на экране вспыхнул мой персонаж – Кристо, рыцарь-воин, 87-го уровня, человек. Среднего роста, крепкий, с короткими тёмными волосами и резкими скулами. На плечах – изящные сверкающие латные доспехи.

Один за другим материализовались аватары друзей. Когда проявился последний – Саша, я сказал:

– Ну что, все в сборе? Тогда погнали.

Глава 2. Жизнь налаживается.

– Чекайте бафы, свитки, – бросил Саша.

После этих слов персонажи вошли в мерцающий портал. На мгновение всё вокруг потускнело, пространство исказилось и дрогнуло. В мягком фиолетовом сиянии и лёгкой призрачной дымке едва различались неясные контуры.

Спустя миг мы уже стояли в самом центре зала. Я огляделся – в густом полумраке проступали тёмные проёмы, уводящие взгляд вглубь. Массивные серые стены вздымались и терялись где-то вверху вместе с величественными колоннами, а под ногами простирался древний пол, украшенный полукруглыми узорами, будто стёртыми временем.

Донёсся глухой, неразборчивый рёв. Из тёмных проходов один за другим стали вырываться демоны – и вот уже на нас обрушился целый поток чудовищ.

Саша взмахнул посохом, и кристалл на его вершине вдруг вспыхнул густым алым светом, разлившимся по всему залу. Отблески играли на лицах и доспехах, делая их почти нереальными. Казалось, даже воздух у пола дрогнул, пошёл волной, искривляя пространство.

– У нас всего три минуты, – бросил он.

Когда монстры подошли совсем близко, с оглушительным треском вспыхнуло яркое пламя. Опыт хлынул, и шкала прогресса сдвинулась с места.

Юра издал мощный рык. Демоны замерли, и в их глазах вспыхнул дикий огонь. Спотыкаясь о груды обугленных тел, они с яростью бросились на него. Но ему это было нипочём – он стоял, словно непоколебимая скала. С восторгом произнёс:

– Пошла жара!

Стрелы свистели над головой, оставляя в воздухе тонкие золотые следы. Одна с хрустом пробила череп монстра и, не сбавляя хода, вонзилась в массивное тело демона, стоявшего за ним.

В месте удара с хрустом разлетелся иней, и вокруг стрелы плоть демона мгновенно покрылась ледяной коркой. Он застыл, вцепившись в древко, кожа пошла трещинами и потемнела – и демон свалился на землю, рассыпаясь в груду тёмных осколков.

Пол под ногами окрасился багровым оттенком – кровь, попадая на доспехи, шипела. Щит поглощал урон, и я не получил ни царапины. А вот Андрея и Сашу Фиде время от времени приходилось подлечивать.

Грумир – демон-воин 92-го уровня, о чём сообщала оранжевая надпись над его телом, – померк и окрасился серым в тот миг, когда мой меч с хрустом рассёк шею последнего из толпы. Капли крови, слетевшие с лезвия моего меча, разлетелись по воздуху, оставляя алые дуги на потемневших плитах. Голова павшего демона с тяжёлым стуком покатилась по полу, оставляя за собой тёмный след.

Кровь демонов тонкими ручейками стекала по узким трещинам пола, собираясь в центре. Мы подошли к массивным вратам. Вдруг стена глухо заскрипела и медленно отодвинулась в сторону, осыпаясь тяжёлыми камнями и вздымая густые клубы пыли.

– Сейчас будет первый босс, – предупредил Саша. – Юра, ты идёшь первым.

Во мраке вдруг вспыхнули два ярко-зелёных глаза. В самом сердце зала, недвижимо, будто статуя, восседал демон – его кожа была серой, как высохшая глина, а из-под длинных рогов медленно тянулся ядовитый туман.

Демон застыл в задумчивой, почти величественной позе. Увидев нас, он медленно повернул голову – кости его хрустнули так мерзко, что мороз пробежал по коже. В этом движении было нечто пугающе неестественное: всё его тело оставалось неподвижным, словно только одна голова принадлежала живому существу, а остальное – бездушной статуе.

Мурму, 95-й уровень, демон – мастер иллюзий, – над его головой на мгновение вспыхнула алая надпись, которая тут же исчезла, уносясь вместе с ним в пустоту.

– Готовьтесь, сейчас! – бросил Саша и включил барьер.

Бледно-зелёный туман медленно выполз из темноты под нарастающий, зловещий вой. Демон, вырвавшись из крепких оков с дикой, почти неестественной силой, отбросил нас в разные стороны.

В зале повисла лёгкая дымка, постепенно сгущаясь и превращаясь в плотный туман. Я огляделся – ничего не видно.

Раздался голос:

– Я – Андрей! – произнёс он, обозначая себя.

Время от времени воздух озарялся оранжевыми отблесками, словно кто-то невидимый махал фонарём где-то вдали.

– Ну ты, конечно, щедрый… Маны не жалко, да? Ещё и крит выдал, красавчик!

– Сорян, я короткий каст не научился нормально контролировать.

Он швырял крошечные огненные шары – урона от них было немного, но иногда проскакивал крит. Так мы заранее и договорились: если кто-то из нас окажется впереди – подаёт сигнал. А если в ответ тишина – значит, перед Сашей копия.

Наши двойники оказались на удивление сильны и владели теми же умениями, что и мы. В густом тумане всё смешалось: удары, крики, вспышки заклинаний. Уже не разобрать, кто друг, кто враг – только мелькают силуэты, и каждый может оказаться твоей копией.

Сначала убрали копии Саши и Андрея, потом Фиды, а в конце оставили копию Юры.

– Юр, ты чего такой жирный стал? – с усмешкой спросил Андрей, натягивая тетиву самой мощной стрелы.

– Да это я просто запасаюсь на зиму, вдруг опять карантин! – сказал Юра, едва сдерживая смех.

Сам босс оказался на удивление слабым – рухнул почти сразу. На земле осталась лишь пригоршня флоринов и эпическое Ожерелье Веры девяносто второго уровня.

– Вы убили Демона, Мастера иллюзий, Мурму, 95-й уровень. Получен опыт.

– Во, вот это ожерелье – топ. За такое не только с руками оторвут, ещё и спасибо скажут.

В конце логова первого босса открылся новый проход, и мы перешли в следующий зал. Хотя он отличался от предыдущего, в нём всё же было что-то знакомое: те же холодные стены и тускло мерцающие факелы – кто их, интересно, меняет?

Если раньше стоило лишь немного замешкаться, как пространство тут же наполнялось густой, кипящей смолой, не оставляя ни малейшего шанса на ошибку, то теперь у нас было больше времени. Мы без труда справились с очередной партией монстров. Когда последний пал, мы разом окликнули Юру:

– Стой, Юр, куда?! Остановись!

Этот эпизод был мне хорошо знаком – я видел его на записи и хочу поблагодарить тех, кто отправился на перерождение, снова проходя этот путь с самого начала. Это ловушка, в которую попадали многие, и, если верить форуму, до сих пор продолжают попадать. Если сразу подойти к тем красным воротам напротив, вы преждевременно встретитесь с Левран – и она окажется куда сильнее, чем обычно, ведь её поддержит Саллу, значительно увеличив её силу.

Я уловил странное движение: отсечённая лапа чудовища, налившаяся багровой кровью, вздрогнула. Не прошло и секунды, как изувеченные останки медленно поползли к центру зала.

– Вот же гадость… Кто вообще до такого додумался? – с отвращением протянула Фида.

По полу расползались мерзкие звуки – влажное хлюпанье, хруст ломаемых костей. Куски плоти и обугленные кости слипались в отвратительную, жуткую груду. Из этого кровавого месива постепенно вырисовывался новый босс, и над его головой вспыхнула ярко-алая надпись: Саллу, 97-й уровень, демон поглощения. Тело его было собрано из чужих, неестественно изогнутых конечностей, перекрученных черепов и спутанных внутренностей. Густая, словно смола, кровь медленно растекалась по полу.

– Жмём по максимуму! Фида, держи сытость и бодрость наготове, сейчас пригодится.

Я не успел договорить, как она перебила меня:

– Да помню я! – фыркнула она. – Дайте хоть глаза прикрыть, а?

Мы дрались до изнеможения, выцарапывая у босса последние два процента жизни, пока он не выжал из нас всё, что мог. Даже Фида и Юра перешли в наступление – их удары были слабее, но сейчас важен был каждый урон, каждое очко. Запасы почти иссякли. Саша валялся на земле – полжизни ещё оставалось, но без бодрости и сытости он был бесполезен, как и Андрей. Бафы уже не спасали. В строю держались только я, Юра и Фида. Наконец Юра с размаху влепил боссу крит – и тот рухнул, сотрясая под нами и собой пол.

– Вы убили Демона Поглощения, Саллу, 97-й уровень.

– Ну это прям фиаско, ещё чуть-чуть – и нас бы реально вынесли на втором этапе. Может, реально пора еду с собой носить? – усмехнулся Саша.

Обновив усиления, нельзя сказать, что мы были морально готовы к последнему этапу, но всё же собрались с духом. Права на ошибку нет, а проходить заново, учитывая, что прохождение занимает несколько часов, совсем не хочется.

Из темноты постепенно возникал её силуэт – высокая, изящная женщина с длинными, сияющими волосами. Она казалась воплощённой мечтой: в каждом плавном изгибе было что-то безупречное, что притягивало взгляд и невольно пробуждало самые смелые фантазии.

Андрей с Юрой невольно присвистнули, поражённые этим завораживающим зрелищем, и я их прекрасно понимал.

Туман под её ногами медленно рассеивался, словно открывая дорогу. Она замерла в десяти шагах от нас. Её имя, выведенное алыми буквами, величественно проступило над силуэтом – Левран – демон высшего ранга, 99-го уровня.

В тот же миг под индикаторами здоровья и маны появилась тёмно-синяя иконка с неразборчивым символом, наведя на которую, я увидел следующую подсказку:

```

[Величие Левран 1 ур.], срок действия: 10 мин.

– Величие Левран подавляет вас и лишает воли.

Скорость реакции: +17%; На применение навыков уходит больше времени

Скорость передвижения: -33%; Скорость передвижения снижена

Интеллект: -12%; Подавление воли

```

– Ну что, налюбовались? Может, уже начнём, а? – Фида хмыкнула, возвращая всех с небес на землю. – Юр, давай, твой выход!

– Как осмелились вы, смертные, ступить на священную землю, которая с незапамятных времён принадлежит богам? – Её голос прозвучал властно, словно гром, разорвавший мёртвую тишину. – Покайтесь, пока не поздно, и встретите свою смерть с достоинством.

– Хана тебе! – крикнул Юра.

Пыль закрутилась вихрем – прямо перед глазами вырос торнадо. Из его ядра медленно выползла гигантская змея с перепончатыми крыльями. Вот она, истинная Левран.

– И почему нельзя было остаться в прежнем виде? – с явным разочарованием в голосе протянул Андрей.

Чешуя отливала металлическим светом, а вокруг неё волнами расходились тёмные сгустки энергии – они ранили и сбивали с ног.

– Сейчас будет удар по площади, – предупредил Саша.

Я вдавил спасительную иконку.

– Активирован навык «Стремительный рывок», уровень 47. Затрачено 250 очков маны. Перезарядка – 45 секунд.

– Скорость передвижения увеличена на 182,5%, реакция ускорена на 36,5%. Текущая скорость передвижения: 16,06 м/с.

Рывок занял лишь пару секунд, но этого времени хватило, чтобы спрятаться за колонной. Я едва успел укрыться от ударной волны, накатившейся следом. Оглушительный грохот. Тяжёлые осколки камней. Хвост с такой силой рухнул на пол, что тот пошёл глубокими трещинами. Попади кто-нибудь под этот удар – сразу бы улетел на перерождение.

– Не тормозим! – воскликнул Саша.

Голова змеи была усеяна стрелами, а языки пламени жадно ползли по телу. Я наносил удар за ударом: чешуя трещала под клинком, металл с трудом прорывался сквозь плоть, оставляя глубокие порезы на хвосте.

Взметнув крылья, Левран наполнила логово пронзительным воем.

– В укрытие, быстро! – последовала следующая команда.

Я отскочил и уже собирался активировать рывок. Мне бы вполне хватило времени, если бы не тяжёлый обломок камня, который внезапно врезался в спину моего персонажа и пригвоздил его к колонне.

– Вы получили критический урон: 19 320. Текущий показатель здоровья: 30 491 из 56 580.

```

[Оглушение 1 ур.], срок действия: 6 сек.

– Вы оглушены.

```

Колонна треснула. Тело сорвалось и полетело вниз.

Экран вспыхнул алым, затем потемнел. Всё стало блеклым, будто кто-то заглушил все краски: нарастал только глухой стук сердца – он заглушал любые другие звуки. Я бросил взгляд в угол: полоска здоровья таяла на глазах. Там оставались последние проценты.

С трудом повинуясь моим командам, персонаж перевернулся на бок, поднялся и неторопливо пошёл прочь.

– Ну давай, давай! – мысленно проговаривал я, упорно прожимая иконку.

В этот момент Левран метнула в меня ядовитый сгусток, клубившийся в воздухе.

– Умри! – пронзительно выкрикнула она, и в этом крике слышался ледяной скрежет.

Всё случилось в одно мгновение.

Рефлексы сработали – рука метнулась к быстрому слоту: хотел махнуть зелье, подлечиться. Фиг там, пусто. Ладно, можно вытащить зелье из инвентаря, но это вечность. Стоп, рывок уже доступен!

Рефлексы сработали – рука сама потянулась к быстрому слоту, чтобы использовать зелье лечения. Чёрт – пусто. Зелья есть в инвентаре, но это слишком долго! Не успею. Точно – рывок откатился! Я рванул вбок, но удар всё равно достал меня – и вот я уже лечу, даже не успев сообразить, что произошло. Тело с лязгом прокатилось по шершавому полу, и тут же его окутало мягкое золотистое сияние.

– Сейчас все отъедем, сто процентов. Блин, неужели вайп? Вообще не укладываемся.

Когда у всех на исходе оставалось меньше десяти процентов здоровья, да ещё и висел целый букет дебаффов, Левран всё же сдалась.

– Не думайте, что всё кончено, смертные! – сказала она напоследок. Её обугленное тело с грохотом рухнуло на холодную землю, и зеленоватая кровь медленно потекла по тёмным камням. Ядовитая слизь растекалась, шипя и оставляя на камнях обжигающие следы.

– Вы убили Демона Высшего ранга, Леврана, 99 уровень.

– Получен опыт: 4 499. Текущий уровень – 87.

До следующего уровня осталось очков опыта: 44 443. Полученный опыт увеличен на 14%.

– Вот это да, ребят, неужели реально завалили её? Я уж думал, будем до утра возиться.

– Фида, ты лучший прист, без вариантов, – сказал Саша, не удержавшись.

Мы все разом поддержали его, хором соглашаясь.

– Ну а как иначе, – ухмыльнулась Фида. – Кстати, вы там вообще считали, сколько сладкого мне уже должны?

– Досталось тебе знатно, – с усмешкой сказал Юра, оглядывая меня с головы до ног.

– Ага, ремонт влетит в копеечку. Хорошо хоть запасные не понадобились, – выдохнул я.

– Поздравляю, господа! С первого раза затащили, хотя я уже морально готовился ко второму заходу. Теперь можно и выдохнуть.

– Смотрите, выпал редкий Клинок Багрового Рассвета восемьдесят девятого уровня и ресурс – Сердце ящера, – перечислил я.

– Клинок на продажу, класс убийцы у нас всё равно никто не собирается качать. Ожерелье тоже – оно нужнее ремесленникам. Я знаю, кому оно пригодится. Андрюха, держи Сердце, лук твой апнуть надо.

Никто не возразил против такого распределения.

В нашей команде с самого начала действовало простое правило: мы усиливаем друг друга, а не устраиваем гонку за лутом. Если выпадала действительно ценная вещь, способная заметно прокачать кого-то из нас, мы не спешили выставлять её на аукцион, а отдавали тому, кому она нужнее. Всё остальное, что не подходило или было просто барахлом, шло на продажу, а выручку делили поровну – без лишней суеты и лишних разговоров.

Мне всегда нравилась эта спокойная, почти домашняя атмосфера, которая сложилась у нас с первых дней. Стоило попасть в другую пати – сразу бросалось в глаза, как кто-то обязательно пытается урвать себе всё самое ценное, даже если это откровенный мусор, лишь бы другим не досталось. В таких делёжках участвовать не хотелось вовсе – только время зря тратить.

По этой причине мы и стараемся держаться особняком, а если и помогаем кому-то, то только по знакомству или за честный бартер: ты мне – я тебе, а также для близких друзей.

Покинув инстанс, мы переместились через сеть порталов и отправились в Гриммельд. Там быстро справились с мелочью, выполнили поручения, и вот теперь стоим посреди городской площади, переводя дух.

– Всё, ребят, поздно уже, квесты сегодня не сдадим, – зевнула Фида. – Я утром загляну, всё закрою. А вы пока подумайте, какой тортик мне закажете.

Вечерний Ротенфельд – маленькая живописная деревушка на юге королевства Вальдегард, словно сошедшая со страниц старинной летописи. Узкие улочки, где старые деревянные дома теснятся друг к другу, уютные таверны с тёплым светом и оживлённые рыночные площади, наполненные разноголосым гулом, складываются в живую картину, в которой прошлое и настоящее переплетаются самым естественным образом.

В этот час город утопал в мягком оранжевом сиянии – закатное солнце бросало на мостовые длинные ленивые тени. Казалось, будто даже сквозь ясную, почти живую картинку на экране проступали ароматы свежего хлеба, тёплого дерева и терпких пряностей. Лёгкий ветерок играл вывесками над дверями лавок, а в окнах домов таяли последние отблески уходящего дня.

– Стоять! – воскликнула Фида.

– Ну что опять? – мы среагировали на её тон быстрее, чем на каст Леврана в инстансе.

– Подождите, не дёргайтесь, фотку хочу сделать…

– Ну ты бы хоть предупреждала, – проворчал Юра. – Я чуть инфаркт не словил.

Так вот кто периодически щёлкает затвором – пронеслось у меня в голове.

– Момент, лук достану, – отозвался Андрей, мгновенно переходя в режим «героя в засаде» и принимая соответствующую позу.

На потемневшей от времени вывеске у входа едва угадывались витиеватые буквы: «Ведьмина кружка». Название, признаться, звучит довольно безобидно, но не спешите обольщаться – хозяйка здесь хоть и молода, но с твёрдым характером: сама готовит, убирает, следит за порядком. Дел у неё хватает, даже если всё это происходит в виртуальном мире.

Вика – сестра Саши и его ровесница, владелица этого уютного заведения. Рыжая, симпатичная, всегда в ярких платьях – по-другому её и не встретишь. Учёбу она не продолжила, довольствуется базовым образованием, а потом решила зарабатывать в Аншарзе.

Помню, как однажды мы сидели здесь, и Вика, задумчиво улыбаясь, начала рассказывать историю из бюро образования и труда. Она вспоминала, как оформляла специальное государственное разрешение – лицензию на доход в Аншарзе. Этот документ дал ей возможность официально работать или заниматься своим делом в виртуальной среде.

– Знаете, уж лучше вести хозяйство в Анше, чем смотреть, как кто-то моет асфальт, – ответила она, когда её спросили, правда ли, что бессмысленная виртуальная работа приятнее настоящей пользы для общества.

И на этот раз мы вошли в таверну как обычно – в то самое место, где наши персонажи коротали время, пока мы были вне игры. Здесь не работали заклинания, не появлялись монстры, и даже самые отчаянные ПК-игроки не могли никому навредить.

Помахав Вике рукой, мы устроились за уютным столиком в тихом углу.

Нам нравилось неспешно проводить здесь время под приятную музыку, заказывая различные напитки и закуски к ним, даже если на самом деле попробовать всё это мы не могли.

Копчёная форель из серебряной реки (фиолетовый-редкий)

– Нежная рыба с дымком под острым сливочным соусом. Тает во рту.

Тип: Еда

Уровень: 79

Вес: 315г

Бонусы(5):

– Здоровье: +50%; в течении двух часов

– Бодрость: +40%; в течении 30 минут

– Сытость: +70%; по мере поглощения блюда

– Бонус крит. урона: +12%; в течении 45 минут

– Скорость передвижения: +12%; в течении 45 минут

Требования(1):

– Сытость: 95% или менее

Стоимость: 16 серебряных, 80 медяков

Я лишь покачал головой – Андрей, как всегда, живёт на широкую ногу.

Взгляд Фиды говорил сам за себя: всё её внимание было сосредоточено на тарелке, где, словно драгоценность, лежала рыба – румяная, покрытая золотистой корочкой, источающая едва уловимый дымок, будто только что снятая с огня. Сверху её обволакивал густой сливочный соус, неторопливо стекавший по бокам и придававший всему блюду особую, почти невыносимую притягательность.

– Ну, дело, конечно, твоё, – заметила она, глядя на Андрея, – но зачем ты каждый раз выбираешь такие дорогие блюда?

Однако Андрей не признавал никаких отказов.

Вскоре на столе выстроился целый парад угощений – блюда одно другого краше, каждое, видно, приготовлено поваром класса не ниже опытного.

У нас с Юрой и Саней перед собой кружки с пенной шапкой – пиво «Орочья брага». А у Андрея и Фиды в руках тонкие бокалы, наполненные вином рубинового цвета, в котором едва заметно сияние – «Кровь феникса».

– Даже думать не хочу, сколько это вино стоило… Надеюсь, оно хотя бы баф нормальный даёт, – сказала Фида.

– А Вика сегодня неплохо подзаработала, – усмехнулся Юра, поглядывая на девушку.

Саша, заметив это, прищурился и спросил:

– Ну и что там такого интересного?

Юра только пожал плечами, не спешил отвечать, а Вика тем временем протирала стол рядом, будто не замечая ни их разговоров, ни взглядов.

– Вик, ну не будь чужой, подходи к нам, – позвал я её.

– Сейчас, только тут закончу, – отозвалась она, даже не обернувшись.

Сколько бы ни играл, всё равно не могу привыкнуть. Каждый раз поражаюсь возможностям и техническому совершенству игры. Особенно впечатляет точность, с которой персонаж откликается естественной мимикой на малейшие изменения в голосе или настроении: стоит лишь изменить интонацию, удивиться – и на его лице, в движениях тут же появляется нужное выражение. Я наблюдал за другими, ловил эти мгновения и невольно восхищался.

Вдруг Юра сказал:

– Не знаю, как вы, а я бы здесь остался жить.

С этими словами его персонаж крепко сжал кружку и осушил её до дна.

– В Анше? – скептически переспросила Фида. – Здесь даже нормальных технологий нет!

– Чепуха какая. Переживу как-нибудь без этих умных унитазов и тостеров, – Юра махнул рукой и улыбнулся. – Я и без них отлично справляюсь.

– И чем бы ты тут занялся? Лес валил? – с лёгкой усмешкой поинтересовался Саша.

– Я, пожалуй, пас, – спокойно сказал Андрей. – Игра крутая, не спорю, но, если честно, в жизни интереснее – там возможностей куда больше.

– Ну да, ты летаешь по миру, своя резиденция… Я бы тоже не отказался, – подхватил Юра.

Позже к нам присоединилась Вика – и, как это обычно бывает, разговор тут же свернул на извечную тему. Стоит ей появиться, и Юра вдруг становится подозрительно воодушевлённым.

Я всё ещё размышлял, не в силах отделаться от мысли о том, как стремительно изменилась наша жизнь за такой короткий срок. И вдруг, сам того не осознавая, спросил:

– Вот смотрю на вас и вспоминаю, знаете что?..

– Что? – отозвался Саша, и будто бы вся таверна на миг притихла.

– Как вы морщились, когда читали описание игры, – усмехнулся я.

– Там такая чушь написана, что желания пробовать не возникает до сих пор, – с усмешкой отозвалась Фида.

– Но сама игра в итоге кайфовая оказалась, – добавил Андрей.

Я наслаждался этим коротким моментом.

Казалось бы, простая игра, но именно благодаря ей у меня появился стабильный дополнительный доход, а у всех нас – небольшая финансовая подушка. Ну, кроме Андрея – у него и так всё было хорошо: родители богатые. А если мне ещё удастся устроиться на хорошую работу, тогда уж точно заживу. Уже представляю, как всё будет: днём решаю интересные задачи, вечером возвращаюсь – вместе проходим подземелья, захватываем территории, а сколько ещё удивительного впереди.

Я выдохнул – таверна была забита до отказа. В шумной толпе лишь немногие могли по-настоящему попробовать этот удивительный мир на вкус – не у всех хватало средств для полного погружения. И всё равно всё казалось таким привычным, родным, словно мы были здесь всегда.

А как всё начиналось? В памяти всплыли первые деньки – тревожная неуверенность, осторожный скепсис, робкие шаги, наши нелепые провалы и полное отчаяние, желание бросить игру, которое особенно остро ощущалось на первых уровнях. Ребята подхватили тему, смеялись, вспоминали, как мы пугались даже от крыс. Мысли невольно унесли меня в то далёкое время, когда всё только начиналось…

Глава 4. Добро пожаловать в Аншарз.

Поначалу «Аншарз» казалась самой обычной ММО – разве что без рекламы, громких коллабораций и привычного шума. Вместо этого появлялись странные, почти фанатичные посты, будто из ниоткуда. Никто толком не понимал, в чём секрет этого феномена, но со временем в игру стали заходить все – от детей до официальных лиц и звёзд.

Сначала, как и многие, я не верил: «Нет, отзывы точно куплены», – думал я. Но стоило мне оказаться в какой-нибудь компании, как обязательно находился человек, который между делом спрашивал:

– Слушай, а как тебя в «Аншарзе» найти? – спрашивал он, будто я там уже давно обосновался и найти меня – дело обыденное.

А когда признаёшься, что и понятия не имеешь, о чём идёт речь, тут же слышишь в ответ:

– Ты должен хотя бы попробовать! – настаивали другие, делая особый упор на слове «должен».

У меня давно выработался рефлекс: если толпа что-то слишком настойчиво советует, значит, это либо обман, финал которого ещё впереди, либо шедевр, способный взорвать мозг.

Каждый раз, когда захожу в медиаленту, сразу замечаю арты, геймплейные нарезки, шутки и обсуждения.

Да не может игра быть такой реалистичной. Ох уж эти маркетологи, нагенерируют красивые кадры. На кого это рассчитано? – подумал я, просматривая очередную запись в ленте.

Я нажал на кнопку, и тут же всплыло окно:

«Вы действительно хотите пожаловаться на эту публикацию как на рекламу?

Да / Нет».

Складывалось ощущение, будто передо мной типичная онлайн-RPG: успех здесь зависит не от умения, а от толщины кошелька, антураж – всё то же привычное средневековье с мечами, магией и бесконечными однообразными заданиями. Всё по старой схеме: заходи, фарми, донать, страдай.

Даже сам сайт выглядел так, будто его слепили на скорую руку – обычная копипаста. На фоне была яркая, сочная картинка в стиле фэнтези. Описание встречало краткой фразой:

«Аншарз – это мир, где не существует границ, а пути смертных сплетаются под незримым покровом судьбы. Здесь каждый может вкусить настоящую свободу, открыть в себе неисчерпаемые силы и вплести своё имя в бесконечную летопись Аншарза».

Эти слова, выведенные золотым рукописным шрифтом, встречали посетителя на главной странице с особой торжественностью, но за всей этой нарочитой важностью не скрывалось ничего, кроме пустого пафоса.

А раздел «Об игре» содержал какую-то сомнительную, нечитабельную простыню:

«Иммерсивная платформа с непрерывным функционированием альтернативной вселенной на основе квантово-механических моделей вероятности. Внутри платформы действует самоорганизующаяся мультиагентная система, которая постоянно обучается и развивается. Интеллектуальное ядро самостоятельно выстраивает иерархии управляющих аватаров для гибкого взаимодействия и поддержания баланса в сложной, вложенной структуре».

Если честно, даже у меня после такого словесного комбо начал дёргаться глаз. Перевести это на человеческий язык – задача не из простых. После подобного потока терминов хочется только пожать плечами и закрыть вкладку. Не удивлюсь, если через минуту не вспомню ни строчки из прочитанного.

Как-то мы с ребятами стояли, ожидая преподавателя, и изучали этот сайт:

– Иммерсивная… ч-что? – Фида нахмурилась, пытаясь уловить смысл.

– А мы вообще уверены, что хотим в это играть? – спросил я, удивлённо подняв бровь.

– Похоже на какую-то дичь. Что там делать-то надо… – буркнул Юра.

– Погодите, – произнёс Саша. – Взгляните-ка вот сюда, – добавил он, указывая пальцем на строку правил мелким шрифтом:

– Вот что пишут: «Заработанные флорины можно обменять на реальные денежные средства». Правда, внизу приписка: медяки и серебро вывести нельзя, только целый флорин. Один флорин – это сто серебряных, а одна серебряная – сто медяков.

– И что с того? – скептически отреагировал Юра.

– А ты на курс посмотри. За один флорин дают почти два евро. Представьте себе: выбиваешь Кирасу Огненного Дракона – и вот уже у тебя двести флоринов.

Мы обменялись взглядами: в одних читалось недоверие, в других – азарт. Лишь Андрей, похоже, остался равнодушен ко всему происходящему.

В ближайшие минуты мы бродили по форуму, выискивая хоть какие-то доказательства. Вдруг мы наткнулись на онлайн-аукцион: лоты – на любой вкус, только вот ни купить, ни продать ничего нельзя. То и дело попадалась информация о ставках, сроках, а иногда просто указывалась фиксированная цена.

– Вот же, всё ясно написано: если хотите что-то купить или продать, обратитесь к управляющему аукционом или в ближайший филиал, – прочитал я вслух.

Даже самые простые предметы стоили от одного до десяти флоринов. Эпические вещи стоили уже по пятьсот, тысяче и даже больше. А легендарные артефакты – вообще отдельная история: их было мало, а если и появлялись, то только на аукционе, и цены на них доходили до десятков, а иногда и сотен тысяч флоринов.

По одному только моему взгляду, уверен, было понятно, чего мне захотелось – зарегистрироваться и забрать миллионы.

Мы случайно нашли фильтр «показать только проданные» – и удивились. Суммы за проданные вещи доходили до десятков миллионов: за это платили игрокам, а не наоборот! Мы молча уставились на экран, поражённые увиденным. Возможность зарабатывать, а не заниматься рутинной работой стала для нас решающим фактором.

– Записываем тему, – прозвучал голос преподавателя: «Историческое развитие технологий передачи данных».

Алексей Сергеевич был назначен нашим временным учителем, пока обучающий аватар всё ещё не был доведён до ума. Не то чтобы мне была неинтересна сама тема – напротив, можно было узнать множество любопытных тонкостей, – однако я терпеть не мог эти бесконечно скучные лекции и только ждал их окончания.

На очередном затянувшемся занятии по истории я откровенно скучал и время от времени поглядывал на свой планшет, с азартом перелистывая пёстрые форумы по игре. Если раньше я намеренно избегал любых упоминаний об Аншарзе, то теперь жадно изучал мельчайшие детали.

Учитель, заметив, что я его не слушаю, вдруг осёкся. Я не заметил, как он склонился к своему планшету, что-то быстро набрал – и мой экран тут же погас. Ребята прыснули со своих мест, не сдержав весёлого смеха.

– Прекрасно… – подумал я, бросив взгляд на часы. Оставалось ещё целых двадцать минут этого спектакля.

– Кирилл! Пять штрафных баллов, – прозвучал голос учителя, в котором сквозила усталость и раздражение.

– Вот счастье привалило, – пробормотал я себе под нос. – Ещё немного – и десятка наберётся, а там и система подкинет мне домашки сверх меры.

Учитель устало покачал головой, снова уткнулся в тусклый экран и продолжил убаюкивать меня своей спокойной, монотонной речью.

– Долгие годы человечество находилось в эпохе так называемого замкнутого интернета, когда каждое государство тщательно оберегало свои цифровые границы, идеи и ценности, стараясь удержать как людей, так и информацию внутри собственного периметра.

Он провёл пальцем по экрану, перелистывая страницу.

– 19 января 2038 года произошёл массовый сбой в компьютерных системах, о котором специалисты предупреждали задолго до этого события. Но, как это часто бывает, предупреждения были проигнорированы. В тот день вычислительные системы, работавшие на давно устаревшем программном обеспечении, начали одна за другой выходить из строя. Особенно сильно пострадали банковский и государственный секторы, где для основных задач всё ещё использовались технологии, поддержка которых прекратилась десятки лет назад.

Алексей Сергеевич медленно оглядел аудиторию, задержался взглядом на моём скучающем лице и, не дрогнув, продолжил:

– С тех пор отношение к поддержке информационных систем изменилось кардинально. Ключевую роль сыграло внедрение глобальных квантовых коммуникационных сетей. Они обеспечили беспрецедентный уровень защищённости передачи данных благодаря использованию принципов квантовой криптографии…

Я зевнул и, как бы невзначай, прикрыл рот ладонью.

– …Хотя ограничения скорости света по-прежнему определяют минимальные задержки при передаче информации на большие расстояния, современные квантовые ретрансляторы и оптимизированная инфраструктура значительно сократили время отклика и повысили надёжность соединений. Особое значение приобрели интегрированные системы искусственного интеллекта, которые в реальном времени анализируют, корректируют и восстанавливают передаваемые данные. Благодаря этому удалось повысить эффективность передачи информации, минимизировать потери и искажения данных, а также обеспечить высокую точность и целостность данных даже при сильных сетевых перегрузках или помехах.

Всё, о чём он рассказывал, я уже давно знал и сам мог бы выступать на его месте. Деваться было некуда, и я слушал-слушал, пока, наконец, не прозвучал долгожданный звонок, объявивший о завершении урока.

Преподаватель, отложив планшет в сторону, сообщил, что практическое задание уже отправлено в наш государственный профиль и, не спеша, разблокировал дверь класса.

Остаток дня прошёл словно в полусне: навязчивые мысли раз за разом возвращались к «Аншарз». Не помню, как оказался дома, будто шёл на автопилоте. Рюкзак соскользнул с плеч в прихожей, и я оказался в своей комнате. Лёгкое мерцание знакомого интерфейса – и я снова в своей стихии. Из кухни, как по расписанию, раздался мамин голос:

– Может, хоть поешь сначала, а потом уже свои дела будешь делать?

– Много задали, мам. С проектом пока не определился, а сроки уже поджимают. Я поем позже, спасибо, – ответил я, не отрывая взгляда от экрана.

Я с увлечением начал изучать всё, что мог найти об этой игре.

– Да ладно, вы серьёзно? Миллиарды онлайна? – комментирует некий OldSchooler.

В сети то и дело вспыхивали споры – никто не мог пройти мимо такого инфоповода.

– Если бы столько людей действительно сидело в игре, серверы бы уже сгорели к чертям собачьим, – вмешался Realist_21. – Или это не серверы, а какой-то магический улей. Слабый рекламный ход, не иначе, рассчитанный на хомяков.

Одни уверяли, что это очередной маркетинговый ход, другие пытались докопаться до технических подробностей. Третьи убеждали, что за проектом стоят крупные корпорации, собирающие данные.

Некоторые говорили, что это всего лишь эксперимент с квантовыми технологиями, а сама Аншарз – не больше чем испытательный полигон. Были и те, кто и вовсе настаивал, что за всем этим стоит интеллектуальное ядро: якобы оно намеренно усыпляет бдительность людей, позволяя им играть и даже выводить деньги в реальный мир, чтобы никто не мешал ему тайно управлять реальностью.

Где здесь правда, понять было невозможно.

Зато я узнал, что у игры всего один сервер – точнее, объединённый кластер квантовых дата-центров. Это действительно впечатлило меня. Квантовые вычисления позволяют решать невероятно сложные задачи за считанные секунды и создавать миры, где возможно буквально всё, не нарушая законы физики. Благодаря этому игровой мир существует и моделируется в реальном времени.

А ещё оказалось, что к игре каждый получал доступ по-своему. Одни довольствовались простыми планшетами или рабочими станциями – как, например, я. Другие предпочитали AR/VR-очки и линзы. Но были и такие, кто уходил в виртуальность с головой – в роскошные, почти фантастические капсулы полного погружения, о цене которых, пожалуй, лучше было бы не знать.

Пока происходила настройка игрового клиента, я знакомился с тем, что меня ждёт.

Для новичков всё шло по знакомому сценарию: регистрация проходила автоматически и сразу привязывалась к государственному профилю. Для интереса попытался завести ещё один аккаунт, но, как ни старался, система каждый раз безошибочно меня узнавала.

Как только я запустил Аншарз, меня сразу встретила завораживающая заставка с атмосферной музыкой и яркими картинками. Интересно, что заставка никогда не повторялась: буквально у каждого она была своя.

Помню, как впервые открыл меню выбора персонажа. На выбор выдали четыре расы: эльф, орк, зооморф и человек. А вот у Фиды и у Сани почему-то было по десять вариантов – среди них встречались даже сатиры и наги.

Я не стал рассматривать другие варианты и сразу выбрал человека – играть за кошко-мальчика мне совсем не хотелось.

На экране появился персонаж, удивительно похожий на меня, и рядом – подробная таблица характеристик: сила – шесть, интеллект – четыре, удача – один. Все они оказались недоступны для редактирования, даже класс – мечник – был установлен по умолчанию и не поддавался изменению.

– Тут всё иначе, – отозвался некто на форуме. – Забудь про привычные системы, где сам всё выбираешь и настраиваешь. Здесь, если хочешь – хоть с крыши сигани, может, система и подкинет тебе класс с реальной способностью летать.

Прыгать с крыши я, разумеется, не планировал, но намёк понял.

Тем не менее некоторые параметры всё же можно было изменить – например, слегка скорректировать длину густых волос, рост или телосложение. А вот светлый оттенок кожи, русые волосы и тёмно-карие глаза изменить было нельзя. Не видя особого смысла долго возиться с этими настройками, я сразу нажал кнопку «Далее».

На экране всплыла форма для выбора имени. Я лениво перебирал в голове варианты, пробовал разные – система, к удивлению, никак не препятствовала: хочешь быть Дартом Вейдером или даже Пельменем – пожалуйста, это твой выбор. Но что-то внутри не давало покоя: брать чужое не хотелось. В итоге я просто вписал своё старое, проверенное временем прозвище. Под ним меня знали почти везде – Кристо.

После обучения меня встретила странная, почти сказочная анимация перехода – ни знакомой полоски загрузки, ни привычных подсказок, всё иначе, всё по-новому.

Всё вокруг поплыло. Мягкий свет и тени закружились, а пространство на краях зрения сжималось и вытягивалось. В воздухе вспыхивали и тут же исчезали мириады искр.

Переход был ослепительно ярким, но длился всего лишь мгновение. Белое марево быстро рассеялось, и я увидел себя, стоящим посреди загадочного средневекового городка.

Я огляделся вокруг. На просторной, залитой светом площади с журчащими фонтанами стояли массивные каменные и деревянные дома. Высокие фасады украшали изящные балконы с тонкой резьбой и цветные витражные окна. В этих окнах солнечные лучи играли всеми оттенками радуги. Крыши были покрыты ярко-красной черепицей, а по стенам местами вились густые, пышные, зелёные плети растений.

Игроков здесь было так много, что пробраться сквозь шумную толпу казалось почти невозможным, не говоря уже о том, чтобы найти друг друга в этом хаосе.

Порой на балконах встречались плетёные стулья и глиняные цветочные горшки. На некоторых балконах кто-то сидел с книгой в руках.

Всё казалось таким сочным и живым: движения были настолько естественными, что игра будто дышала собственной жизнью. Детализированная графика и реалистичная физика были настолько убедительны, что граница между реальностью и виртуальным миром словно стиралась на глазах. В этот момент мне одновременно захотелось пробежаться по крышам и задержаться, присесть с чашкой чая, как двое на одном из уютных балконов, наблюдавшие за жизнью города.

Открылось приветственное окно с приложением – стартовый набор: целый флорин, карта местности, простое зелье здоровья и стандартный комплект одежды – серые штаны, ботинки да рубаха. Открыв карту, я увидел ограниченную разведанную область: я находился в центральном регионе королевства Валдегард, в древнем городе Вилиос.

Я медленно двигался сквозь поток игроков. Слева раскинулся рынок: здесь теснились лавки с ресурсами и расходниками, продавались зелья здоровья и опыта, какие-то доспехи, цена которых не превышала пары десятков серебряных монет, оружие для ближнего и дальнего боя. А рядом – всевозможные инструменты: лопаты, кирки, вилы и прочее.

Местные торговцы кричали, как стая голодных чаек на помойке:

– Эпические предметы почти за бесценок! – выкрикивал один, размахивая руками.

– Не упустите шанс, только сегодня скидки! – подхватывал другой, стараясь перекричать соседа.

Здесь впаривали всё, что только могло заинтересовать наивного новичка – от бесполезных безделушек до якобы редких артефактов. Мой опыт в подобных играх шептал: держи кошелёк подальше, иначе уйдёшь отсюда с мешком мусора.

Кто-то задел меня мечом, даже не извинившись, а просто бросил на ходу:

– С дороги!

Судя по всему, я был не единственной жертвой его обаяния, потому что вслед ему тут же полетело возмущённое:

– Куда прёшь, а?!

– Ты что, ослеп? – тут же прилетел раздражённый окрик.

– А хамить зачем? Ну-ка, подойди!

– Эй, ребят, где тут лавка, чтобы зелья купить? И вообще, как тут здания строить? – неуверенно спросил кто-то из новичков.

– Ха-ха, нубас даже не знает, где зелики брать! Здания? Ты игру попутал! – раздался ехидный смешок.

Толпа жила своей абсолютно хаотичной жизнью. Я только зашёл, но уже казалось, будто меня выбросили из лодки посреди океана.

– Так, как слышно, Фида, Кирилл…

– Это настоящий ад! Я куда вообще вляпалась? – Фида скривилась, поражённая происходящим.

– Здесь, – ответил я почти сразу после неё.

– Видите тот радужный фонтан в центре? – спросил он. – Давайте туда.

– Вот это движ! Как мы вообще мимо такого прошли? – радостно воскликнул Юра. – Ну всё, теперь точно надо влетать в этот замес!

Я первым добрался до фонтана.

Вдруг из толпы, словно луч света, появилась она – стройная, изящная, со светлыми шелковистыми волосами, мягко падающими на плечи. В её ясных глазах отражалась голубизна весеннего неба, а походка была так легка, что казалось, будто она едва касается земли. Фида – эльфийка, выбрала класс Жреца, что соответствовало её привычному стилю игры: поддержка, лечение и усиление команды.

– Ты только вдумайся, – возмутилась она, – они даже механику лапания не постеснялись добавить!

Андрей с Юрой не выдержали и рассмеялись в голосовом чате.

– Чего ржёте? Лучше скажите, где вы там застряли.

– Да тут мы, почти пришли, пытаемся протиснуться, – отозвался Юра. – Персонаж еле пролезает, вообще неудобно.

– Ага, и куда они вообще все прут? Хуже только в токийском метро в час-пик. У меня персонаж вообще как вкопанный – жесть, – буркнул Андрей.

Вскоре подошли и остальные. Саша – седовласый астральный маг. Следом за ним пришёл Юра, массивный рыжий дворф – зачарованный танк. Не заставил себя ждать и Андрей – эльф с огненно-красными волосами и крепким телосложением, тёмный лучник.

– Ну что, нубы, чем займёмся? – с усмешкой бросил Саша, лениво оглядывая компанию.

Я кивнул в сторону противоположного края площади:

– Гляди.

На той стороне возвышались величественные дома с изящной лепниной и барельефами. Витражные окна играли всеми цветами в лучах дневного света. На фасадах выделялись суровые маскароны – молчаливые стражи, словно следящие за каждым прохожим. Над входами висели вывески и гербы, а пёстрые флаги трепетали на ветру.

– «Гильдия Асгард», – пробормотал Саша. – А ниже написано: «Бонус – плюс 50 % к опыту на первую неделю после вступления».

– «Помощь в прокачке для новобранцев Империума!» – тут же подхватил Юра, разглядывая соседнее здание. – Вот туда нам и надо, – мечтательно протянул он.

– Предлагаю сразу куда-нибудь влиться, – произнёс Андрей.

– Согласен, – поддержал Саша. – Пойдём спросим, пусть нас хорошенько пропаровозят по злачным местам.

Самое роскошное здание в округе принадлежало гильдии «Адвент» – на фоне остальных оно выглядело словно дворец, случайно забредший в этот квартал. Увы, хозяева не предлагали никаких заманчивых преимуществ, которые могли бы быть нам полезны.

– Да уж, могли бы и что-нибудь интересное предложить, – хмыкнула Фида. – Похоже, весь бюджет ушёл на эти хоромы.

– А я говорил, надо было сразу в «Империум» идти, – Юра потянул нас в сторону здания гильдии.

– Отказ. Приём только с десятого уровня, – отрезал представитель «Эйл» – персонаж сто девятого уровня с лицом, будто он уже видел таких, как мы, не одну тысячу раз.

– Нет, – сухо, как автомат, произнёс представитель «Асгарда», не моргая. – Приём только с двадцать первого! Следующий!

– Предоставьте полный доступ к вашим уровням, характеристикам, навыкам, инвентарю. Согласны ли вы на передачу всех ваших данных третьим лицам? – без единой искры интереса бубнил очередной рекрутер – уже десятой по счёту гильдии, которая в итоге тоже отказала нам.

Всё оказалось куда веселее, чем мы рассчитывали. Мы перебрали почти все варианты: в каждом – холлы, набитые до отказа игроками, рекрутеры то и дело сновали, кого-то выглядывая из толпы. Другие сидели за столами, будто на кастинге на конкурс красоты, только вместо улыбок – кислые мины.

Несколько раз нас даже просили пройти небольшие тесты – «покажи, что умеешь», – и при этом смотрели так, будто мы им что-то должны, причём с процентами.

Гильдии не торопились встречать пятёрку нулевых новичков с распростёртыми объятиями. Мы уже который час бродили по этому гильдейскому кварталу, чувствуя себя кем угодно – бродягами, статистами, массовкой города, только не героями.

– Может, без гильдии обойдёмся? Сами как-нибудь справимся? – нарушил тишину я.

– Да вон, – Юра указал на какой-то дырявый сарай в тёмном переулке. – Пойдём попробуем хотя бы туда, – устало бросил он.

Так мы и нашли приют в гильдии «Чёрный Легион». Не было ни громких лозунгов, да и вступили мы почти автоматически, без каких-либо проверок. Зато была и хорошая новость: нам полагался щедрый бонус к опыту.

– Короче, никто не будет на нас тратить время, – резюмировал Саша. – Начнём с окрестностей города, а там посмотрим, как пойдёт.

Несколько дней мы разбирались в механиках, брали мелкие квесты, экспериментировали – но скромная награда за них едва ли оправдывала потраченное время, а для прохождения серьёзных инстансов нам всё ещё не хватало мощи.

Как выяснилось, параметр «мощь» – это не просто цифра в характеристиках, а реальная оценка возможностей персонажа.

Чтобы успешно пройти наш первый инстанс – Логово Свирепого Вожака – нужно было иметь минимум десять тысяч очков мощи, то есть хотя бы по две тысячи на каждого. Мы же с трудом набирали чуть больше пяти тысяч на всех.

Но все эти трудности и неудачи не смогли нас остановить – хотя порой, в усталых разговорах, у каждого из нас проскальзывало желание всё бросить.

Мы снова и снова испытывали себя, безуспешно пытаясь пройти самый простой инстанс, где нужно было всего лишь перебить стаю полудохлых волков и одолеть одного элитного. Первая же свирепая стая разрывала нас в клочья за считанные мгновения. От мрачной картины разорванных тел Фида даже переживала первое время.

– Да это всего лишь картинка, – успокаивал её Андрей.

– Я знаю, но это выглядит ужасно… – в её голосе слышалась дрожь.

Однако со временем она перестала реагировать на эти жуткие сцены.

– Мы слишком слабы, – подвёл итог Саша. – Вместо заработка мы потратили кучу времени впустую. Он на мгновение замолчал, а потом устало предложил:

– Возможно, стоит разделиться и попробовать поодиночке зацепиться в более прокачанных группах – так у нас будет больше шансов.

В голосовом чате воцарилась неловкая тишина, которую первой нарушила Фида:

– Не знаю, как вы, а я не собираюсь терпеть эту игру без вас.

– Давайте посмотрим, на чём здесь зарабатывают, – предложил я.

– Да на всём подряд, – ответил Саша. – Можно заняться ремеслом или в продажники пойти – всякое барахло перепродают с чудовищной наценкой. Или искать какие-то скрытые таланты у себя – тут умения и опыт, как местная валюта: если что-то умеешь, без дела не останешься.

– Давайте зелья варить? – нерешительно предложила Фида. – Я бегло глянула: их хорошо берут.

– Я что, на травника похож? – в голосе Юры прозвучало такое возмущение, словно она предложила ему выйти на площадь в вечернем платье.

Похоже, эта неопределённость уже начинала всех утомлять.

Я раздражённо вздохнул:

– Если у кого-то есть план получше, выкладывайте.

– А что если нам податься в наёмники? – нерешительно бросил Андрей.

– Для этого нужен тридцатый уровень, – возразил Саша.

Вдруг со стороны входа раздался голос:

– Энтро, видел крит? Это мой рекорд, – с самодовольной ухмылкой кинул один из игроков, выходя из инстанса вместе с остальными, явно после удачного захода.

Мы стояли в стороне, словно чужие в этом мире, наблюдая, как другие игроки выставляли напоказ свою добычу и хвастались, сколько им удалось заработать флоринов за один заход. Нам оставалось только тихо завидовать.

Некоторое время мы слонялись по окрестностям Вилиоса, разглядывая местные пейзажи и пытаясь не выглядеть совсем уж потерянными.

– Эй, народ, вы тут впервые? – бодро подвалил местный житель, похожий на результат бурной ночи между гиеной и бодибилдером. Шерсть у него была пятнистая, уши торчали, как у радара, а улыбка – во все клыки, но не пугала, а скорее располагала. – Давайте к нам, огород вскопать надо!

Голос у него был хрипловатый, но с таким заразительным энтузиазмом, будто копать грядки – дело всей его жизни.

– Платим достойно: двадцать пять медяков за два часа! – с гордостью и почти религиозным воодушевлением объявил он.

Два часа за двадцать пять медяков? Да это же чистой воды ограбление.

Мы синхронно скривились, переглянувшись.

– Нет, спасибо. А где тут мобов найти? – поинтересовался я.

– Мобы? Да на кой вам эти мобы… Пустое занятие, – философски отмахнулся он. – Молодёжь, если передумаете – работа всегда найдётся, – добавил он и, не дождавшись ответа, бодро потопал к полям, явно не теряя надежды заманить парочку наивных в бесплатные пахари.

Мы забрались ещё дальше от города, всматриваясь в туманную даль – всё надеялись встретить хоть какую-нибудь живность для прокачки. Но вместо зверья попадались лишь такие же искатели приключений: кто-то возился в кустах, выковыривал грибы, другой собирал ягоды, а третий и вовсе рвал траву.

Наконец-то мы увидели это белоснежное чудо – пушистый комочек счастья с длинными ушами. Он весело прыгал по мягкой траве, словно маленькая пружинка, и с удивительной серьёзностью щипал сочные зелёные стебли. Его огромные, сияющие глаза были настолько выразительны, что даже самый опытный игрок, встретившись с этим взглядом, невольно задумывался о смысле жизни.

– Ну что, приступим? – холодно спросил Саша.

Мы синхронно начали доставать своё снаряжение.

– Только не кроликов, ну пожалуйста… – Фида старалась держаться, но голос всё равно предательски дрогнул, выдавая тревогу.

Разумеется, трогать кроликов мы не собирались и сразу признались, что это была всего лишь шутка.

– Вот честно, вы когда-нибудь доиграетесь, – фыркнула Фида, скрестив руки на груди.

Зато неподалёку мы заметили небольшую облезлую серую крысу с противно лысым хвостом и злыми красными глазками. Фида и этому варианту была не рада – скорее из-за отвращения, но выбирать не приходилось.

Моб за мобом, опыт за опытом – и наша мощь медленно, но верно росла.

Вот только снаряжение всё ещё оставляло желать лучшего: на нас были одни так называемые «белые вещи» без бонусов, проще говоря, стартовый ширпотреб.

– О, сломанная кираса стражника второго уровня! – Юра изобразил восторг, будто нашёл сокровище. – Пять медяков, не меньше!

В инстансах поначалу попадался такой мусор, что, казалось, даже крысы смеялись.

– Всё лучше, чем пару часов огороды копать, – заметил Саша. – Радуйся опыту, мы сейчас сюда не за лутом ходим.

Пару недель мы уныло долбили мобов, пока, наконец, не расправились с первым инстансом, который успел стать для нас персональным адом и поводом для коллективных проклятий. Разумеется, это событие мы отпраздновали во дворе за домом с размахом, достойным настоящих победителей.

После этого события прогресс заметно ускорился, и играть стало гораздо интереснее. Хотя гор золота мы пока не увидели, зато выбрались в живописные локации, где опыт лился рекой.

Наконец пришло заветное уведомление:

– Получен опыт: 12. Достигнут 21 уровень персонажа.

До следующего уровня осталось очков опыта: 254. Доступно очков характеристик персонажа: 1.

– Поздравляем! Вы достигли 21 уровня и доказали, что способны на большее, чем просто размахивать мечом. Текущий класс: мечник, уровень 5. Вам доступен новый путь развития: рыцарь, паладин или берсерк. Выберите один из этих классов или нажмите «Отмена», чтобы оставить текущий и получить дополнительные очки характеристик персонажа.

Но что выбрать? Оставлять всё как есть ради пары очков – для этого надо быть совсем отчаянным оптимистом.

К счастью, система позволяла подробно изучить каждый класс: узнать, как распределяются основные характеристики на каждом уровне, какие существуют пути развития и уникальные умения, а также ознакомиться с подробными гайдами.

Для удобства были доступны форумы по классам и наглядные видео с демонстрацией способностей прямо в окне выбора. Кроме того, всегда можно было обратиться к опытному мастеру класса и получить дельный совет. Вот это я понимаю – отличный сервис!

Я потратил несколько часов на тщательное изучение всех вариантов. Выделив ключевое для каждого класса, я записал свои мысли и перечитал их раз вслух.

Рыцарь – универсальный боец ближнего боя. Основная роль этого класса – наносить стабильный урон и при необходимости усиливать защиту союзников. Рыцарь обладает большим запасом здоровья и пассивным бонусом к уклонению от атак. Кроме того, рыцарь может совершать стремительный рывок, чтобы быстро менять свою позицию, вступать в бой и приходить на помощь товарищам.

Паладин – класс поддержки и ближнего боя, сочетающий в себе элементы исцеления, снятия негативных эффектов и нанесения урона. Обладает уникальным умением, дарующим временную неуязвимость одному из членов группы или себе, однако время восстановления этого навыка значительно выше среднего – используйте его стратегически в самые критические моменты боя.

Берсерк – класс ближнего боя, воплощающий разрушительную силу и агрессию. Специализируется на нанесении колоссального урона. Берсерк жертвует собственным здоровьем, превращая раны и боль в усиление своих атак. Его мощь и выживаемость напрямую зависят от постоянной регенерации здоровья.

– Выбирай рыцаря, – подтвердил мой выбор Саша.

Когда за прохождение сложных инстансов, выполнение разнообразных заданий, уничтожение опасных монстров на открытых территориях и участие в событиях между игроками стали давать более ценные награды, мы решили откладывать все заработанные деньги в центральный банк, который находится в самом сердце Аровилля – одного из самых богатых городов королевства Валдегард и всего мира Аншарз.

Там нам ежедневно начисляли по четыре процента. Если посчитать по сложным процентам, сразу станет ясно, насколько выгоднее было хранить средства здесь, чем выводить их в реальный мир.

Дни шли, а мы взрослели – и в игре, и за её пределами. Аншарз всё больше становился частью нашей жизни: мы радовались победам, спорили, огорчались поражениям. Мы участвовали в гильдейских сражениях, конкурсах, а некоторые наши знакомые находили здесь свою любовь или дело всей жизни.

То, что раньше казалось просто игрой, постепенно превращалось во что-то большее – в особое место, где каждый мог оставаться собой, а иногда – становиться кем-то значимым. Тогда мы ещё не знали, как далеко сможем продвинуться. Не представляли, что ежедневный рост станет для нас естественным, что игра перерастёт во что-то важное, а для кого-то – в стабильный доход. Но всё это было впереди. Пока мы просто играли, развивались и верили, что нам не придётся заниматься скучной работой.

Глава 5. Что-то пошло не так.

Тихая, нежная музыка сначала зазвучала где-то в глубине моего сознания, а затем постепенно наполнила комнату, рассеивая остатки сна. Я открыл глаза. Семь двадцать – пора вставать.

За окном уже было ясное, солнечное утро понедельника. Лучи осторожно пробирались сквозь плотные шторы. Я потянулся, ощущая приятную тяжесть в теле после сна, и на мгновение задержался в тёплой постели.

Ещё вчера вечером я попросил Алису заказать завтрак из ресторана, и теперь завтрак уже ждал меня у двери – маленькое исполненное обещание.

Я умылся и оделся. В этих простых, почти неосознанных движениях было что-то умиротворяющее, возвращающее меня к ясности. Затем сел за стол, чтобы спокойно позавтракать.

Я бегло просмотрел планшет, не найдя ничего интересного, и перевёл взгляд в окно. За стеклом прохожие двигались каждый своей дорогой: один в строгом деловом костюме держал картонный стакан горячего кофе, другой вёл на поводке пушистую собаку, а кто-то просто шёл, уткнувшись в яркий экран телефона. «Ежедневные квесты сами себя не закроют», – подумал я. Хорошо, что мы закрываем их по вечерам.

По влажному асфальту, всё ещё тёмному после ночного дождя, бесшумно скользили электрокары, отражая в гладких корпусах силуэты города. Листья молодых лип вдоль тротуара блестели от росы, а свежий воздух лёгкими порывами проникал в комнату через приоткрытую форточку, принося с собой ощущение начала лета – моего самого любимого времени года.

В это время Алиса ровным, спокойным голосом делилась свежими новостями.

– Мировые биржи открылись ростом после запуска квантового хаба «Шэньчжэнь-Q»: задержки передачи финансовых данных между континентами сократились до 18 наносекунд.

Словно почувствовав моё безразличие, она мягко перешла к следующей новости, не отрывая от меня взгляда чутких сенсоров, словно пытаясь уловить малейшее изменение в выражении моего лица.

– «Любовь по подписке»: по данным Всемирного социологического института, 41% людей в возрасте от 19 до 32 лет предпочитают романтические отношения со своими персональными интеллектуальными аватарами. Среди подростков ситуация вызывает ещё большее беспокойство: более половины подростков от 13 до 18 лет также делают выбор в пользу виртуальных отношений. За последние пять лет число таких отношений утроилось, а термин холодейтинг уже официально внесён в Оксфордский словарь.

Я усмехнулся, вспомнив одного знакомого. Он всерьёз встречается с неигровым персонажем в «Аншарз» – причём этим персонажем управляет его собственный аватар-ассистент. Боюсь представить, сколько денег он потратил на это.

Алиса уже начала было озвучивать следующую новость, как вдруг раздался голос:

– Включи девятый.

В одно мгновение над столом вспыхнул объёмный логотип «Люмкаст», и почти сразу передо мной появилось динамичное изображение утренних новостей.

Это современное устройство позволяет проецировать чёткие голографические изображения где угодно и в любом количестве. С помощью той же технологии создаются трёхмерные фигуры ассистентов.

Как заметил один французский писатель Жак Пеше, всё новое – хорошо забытое старое. Прошли годы, и те самые телевизионные каналы, которые, казалось, исчезли навсегда, вернулись, но уже в ином обличье: теперь это живые, многослойные потоки, которые «люмкаст» превращает в насыщенное, объёмное изображение – именно там, где тебе удобно.

– …так общий труд принёс обществу мир и согласие, – подытожил мужчина в строгом деловом костюме.

– Михаил, благодарю вас за выступление.

Кадр сменился.

– А теперь к не менее важным новостям, – сказал ведущий. На экране появились знакомые пейзажи. – Мир «Аншарз» официально признан самым посещаемым виртуальным пространством планеты.

Лёгким жестом руки я увеличил громкость.

– В пиковые часы здесь одновременно находятся более пяти миллиардов активных жителей – это абсолютный рекорд! – продолжал он.

– А сейчас мы подключаемся к нашему специальному корреспонденту Аркадию Лемеру, который находится в самом сердце Протектората Вириджи – в Санта-Миральде, городе-курорте на лазурном побережье, где обычно отдыхают только самые влиятельные фигуры мира Аншарз, – объявил ведущий.

На экране появился Аркадий Лемер.

– Спасибо, Алексей, – произнёс Аркадий, – но и это ещё не всё!

Он сделал подзывающий жест и продолжил:

– Прямо сейчас перед нами игрок, не нуждающийся в представлении – первый, кто достиг ЧЕТЫРЁХСОТОГО уровня. Поздравляем!

Аркадий с улыбкой пожал руку герою в доспехах легендарного, а то и божественного качества, отливающих ярким красным светом.

– Рейдан, как вам удалось так быстро обойти Руденштейна? – спросил он, переводя взгляд на высокого человекоподобного с короткими рогами, густой гривой тёмных волос и татуировками древних рун, покрывающими мускулистое тело.

Громкость плавно затихла – на экране планшета всплыло важное напоминание: пора выходить, хотя за опоздания на работе уже давно никто не спрашивает. Всё равно это, скорее, устойчивая привычка или тихий голос совести.

Выключив трансляцию, я поставил посуду в мойку, быстро надел одежду, закинул рюкзак на плечо и вышел на улицу.

Дорога до офиса занимала всего пятнадцать минут.

Чистое, безмятежное небо простиралось над головой, а лёгкий тёплый ветерок играл с шелестящей над головой листвой. Ни единого облачка, казалось, сама природа благословляет этот день. Впереди – интересные рабочие задачи и не менее заманчивые планы на уютный вечер.

Пропуск, короткие приветствия коллег – и вот мы уже в сборе: команда привычно расселась в переговорке. Разговоры о прошедших выходных постепенно стихли, и наш тимлид начал с новостей:

– Коллеги, у меня для вас две новости: хорошая и очень хорошая! – произнёс он, растянув губы в улыбке. – Проект приняли и расширили финансирование. Скоро станем отдельным департаментом!

На мгновение воцарилась тишина.

– Ну что же вы, никто не рад? – с улыбкой спросил он, обводя нас взглядом.

– Классные новости! – с энтузиазмом откликнулась Нина, наш менеджер проекта, стараясь приободрить коллег.

Все, словно по негласному сигналу, попытались изобразить радость.

«Новый департамент – значит, хлопот прибавится. Зарплату, интересно, поднимут?» – мелькнуло у меня в голове. Вслух, конечно, я этого не спросил. Думаю, не я один тогда промолчал, хотя вопрос явно витал в воздухе.

– Ладно, любители помолчать, – улыбнулся тимлид. – Итак, готовимся к запуску. Антон, займись конфигурацией. Как только отдел безопасности даст добро, стартуем. Мы опережаем сроки!

После этих слов кто-то кивнул с одобрением, кто-то – из вежливости, но все, словно по команде, зааплодировали. Я тоже невольно присоединился к аплодисментам и вдруг заметил: на Оле была та же белая блузка, я уловил тот же тонкий аромат духов, что и тогда. Я тоже сидел напротив – и вот сейчас всё повторяется. Алексей Конюхов стоял точно так же! Да все в этой переговорке были одеты точно так же, как в тот самый день, когда я впервые вошёл в этот офис, не зная никого и дико волнуясь.

– Решение, скажу прямо, неординарное, но отличное, – произнёс он, кивнув, словно подводя итог. – Вы нам подходите, – добавил мой будущий руководитель Алексей.

Помню, как вышел из кабинета – соглашение уже было подписано. Меня встретила Нина.

– Я Нина, приятно познакомиться, – сказала она, пожимая мне руку. – Не переживай, все через это проходят, – улыбнулась и кивком пригласила меня следовать за ней.

Мы прошли по коридору, где пахло кофе и книгами, и остановились у моего будущего рабочего места. Нина быстро объяснила, что к чему, и тут же познакомила меня с Олей.

– Ну всё, Оль, теперь он твой, – подмигнула она, будто передавая эстафету.

Оля встретила меня лёгкой, едва уловимой улыбкой. Её рукопожатие было удивительно мягким, почти невесомым. В тот миг я уловил тот самый свежий аромат – он промелькнул и тут же исчез, оставив после себя чувство уюта и свободы.

– Давай расскажу, что из себя представляет наш проект, – улыбнулась она, и я вдруг заметил, с какой лёгкостью она говорит: будто речь идёт не о сложных технологиях, а о чём-то простом, почти домашнем.

– У нас сеть виртуальных помощников. Они умеют решать самые разные задачи. Стоит только дать команду – и они тут же находят проблему, а иной раз и сами причину вычисляют, не дожидаясь подсказки, и сразу принимаются за дело.

Я заметил, как она на секунду задержала взгляд, произнося: «находят проблему».

– А чем это отличается от обычных интеллектуальных ассистентов? – уточнил я, не скрывая любопытства.

– Отличный вопрос! – воскликнула она. – У нас работает динамическая команда на выделенных мощностях, напрямую от единого интеллектуального ядра. Они действуют сообща, в реальном времени, мгновенно реагируют и имеют доступ к самым свежим знаниям человечества, – добавила она с какой-то явной гордостью.

Спустя пару часов приятной беседы я многое узнал и примерно представлял, чем мне предстоит заняться.

– Спасибо! – поблагодарил я её наконец.

– Не за что, обращайся, – с улыбкой ответила она.

Я устроился поудобнее на своём новом рабочем месте, включил полупрозрачный экран, открыл папку с документацией и полностью растворился в изучении сложной архитектуры проекта.

Первый рабочий день пролетел так же незаметно, как и сегодняшний утренний созвон.

Я встряхнул головой, отгоняя навязчивые воспоминания.

Передо мной всё та же знакомая картина, только теперь я смотрю не на документацию, а на очередную закрытую задачу. Проект подходил к завершению.

Пришло уведомление – вопрос был не из тех, которые обычно мелькают в рабочем чате, но я всё же не стал медлить с ответом.

13:19.32 – Кирилл, ты не видел никого постороннего в офисе? – тегнул меня наш руководитель.

13:19:48 – Нет, а что? – написал я.

13:47:15 – Контур остановил! – написал сетевой администратор.

13:47:40 – Через полчаса важное собрание, всем быть! – добавил Алексей.

Всем ходом шла подготовка к запуску.

В голове, словно вихрь, проносились задачи – кажется, всё выполнил, ничего не упустил. Да и если бы что-то вдруг ускользнуло, тестировщики бы это вытащили на свет божий с таким энтузиазмом, что забыть не получилось бы даже при желании.

В чате началось оживление – сообщения посыпались одно за другим, но вскоре всё так же неожиданно стихло. Я наклонился к рюкзаку за наушниками и заметил Нину. Она выглядела растерянной и куда-то спешила, крепко прижимая к себе планшет. Она пронеслась мимо меня, будто за ней гнались.

Я окликнул её:

– Нин, куда так бежишь?

– Не до тебя сейчас, Кирилл! – бросила она через плечо, словно вся на взводе, и тут же юркнула в переговорную, захлопнув за собой дверь.

Впрочем, неважно – сама всё расскажет.

Я поднялся из-за стола. Стоило мне сделать первый шаг, как мир вокруг вдруг ускорился.

Я быстро огляделся. Один лихорадочно тыкал в планшет, другой бросал короткие, обрывистые реплики. Коллеги, с которыми я только что говорил, будто испарились – исчезли без следа. Вроде всё на своих местах, но будто даже воздух стал другим. Что-то изменилось – я чувствовал это всей кожей, но не мог уловить, что именно. Наверное, просто нервы, подумал я, волнение из-за предстоящего релиза.

За стеклом переговорной мелькали лица: кто-то кивал, кто-то размахивал руками. Но стены держали оборону: ни звука, ни слова не просачивалось наружу.

Пахнуло гарью.

– Кто забыл обед в микроволновке?

В голове вертелись мысли: не пропустил ли я чей-нибудь праздник, чей-нибудь день рождения? Вот почему все суетятся. Наверное, забыли купить торт или шампанское. Помню, как пару месяцев назад весь офис был на ушах из-за такой же ситуации.

Внезапный шум – что-то упало: опрокинулся ящик с инструментами. Дверь в серверную была распахнута настежь.

– Антон, давай быстрее! – поторапливал один из администраторов.

– Подожди немного!

Я заметил, как один из администраторов в спешке выдёргивал провода. Что там у них вообще происходит? – подумал я, но вслух ничего не сказал.

Ещё час назад в офисе всё шло своим чередом: размеренный стук клавиш, тихие бормотания – обычная жизнь разработчиков. В углу кто-то нехотя тянулся за очередной кружкой кофе, а где-то на фоне лениво урчал принтер. Теперь всё перевернулось. Офис захлестнул хаос. Работа встала. Люди вскочили с мест, кто-то чуть не опрокинул стул.

Я на всякий случай закинул вопрос в чат.

14:19 – Что-то случилось?

В ответ – тишина.

Раздался резкий звук уведомления. На экране тут же появилось письмо – пометка ASAP, как обычно, сигнализировала о срочности, а тег "P0" ясно указывал на серьёзный инцидент, требующий немедленного внимания. При инцидентах уровня "P0" работа всей компании останавливается.

Теперь понятно, откуда у этой внезапной суеты ноги растут.

По спине пробежали мурашки. Письмо требовало безотлагательно явиться к начальнику службы безопасности, Анатолию Георгиевичу.

Я перебирал в памяти недавние события, пытаясь понять, не случилось ли чего-то важного, что могло бы стать причиной вызова, но мысли ускользали, не давая ответа.

Паниковать не стоило: в подобных ситуациях меня уже не раз приглашали для подробной консультации или уточнения деталей. Хотелось как можно скорее разобраться, поэтому я сразу отправился к сотрудникам службы безопасности.

Глава 6. След в системе.

В кабинете начальника службы безопасности Анатолия Георгиевича царила напряжённость.

На столе беспорядочно разбросаны бумаги. Вместо стены – один большой экран, на котором мелькали строки логов, предупреждения, графики и прочая информация.

Анатолий посмотрел на меня внимательно и, не медля ни мгновения, задал вопрос, который сразу ввёл меня в замешательство.

– Объяснишь, как так вышло? – спросил он, взглянув поверх очков.

– Не тяни, отвечай сразу.

Я стоял посреди кабинета, засунув руку в карман. Чего он добивается? Почему не перейти сразу к делу?

– Что именно?

Анатолий скрестил руки на груди и откинулся в кресле. Он словно был готов к моему невозмутимому виду, но напряжённые мышцы под тонкой тканью рубашки выдавали внутреннее волнение.

– Спрошу иначе: чем ты был занят всё это время?

– Задачи выполнял, – начал я, пожав плечами. – В прошлую пятницу, к примеру, схему конфигуратора для автоматического перезапуска агентов доделал. Всё зафиксировано, если хотите – посмотрите сами, – сказал я, стараясь говорить спокойно.

Он глубоко выдохнул, снял очки и медленно провёл пальцами по переносицы.

– Кирилл… – произнёс он, понижая голос. – У нас критическая ситуация. Это не просто какой-то баг. Прошу тебя, отнесись к этому с должной серьёзностью.

– Я и так серьёзен, – ответил я, всё ещё не до конца понимая, чего он от меня добивается.

Он нервно барабанил пальцами по столу, и его взгляд задержался на мне чуть дольше обычного – будто он хотел удостовериться, что я понимаю всю важность происходящего. Не отрывая от меня глаз, он заговорил дальше:

– Ты совсем не догадываешься, зачем я тебя позвал?

– Нет, – слегка раздражённо ответил я. – Помощь нужна? Давайте к делу.

Он криво усмехнулся.

– Код ядра, наработки, базы данных: теперь это в открытом доступе. И знаешь, что самое интересное? Слив произошёл с твоего рабочего места.

Слова прозвучали, но смысл дошёл до меня не сразу.

А это точно про меня? Нет, это явно розыгрыш. А если не розыгрыш, то как такое вообще возможно?

Не дождавшись моего ответа, он добавил:

– В логах сети обнаружен след. Очень интересно, что ты делал с ядром пятнадцатого мая в 19:32?

– Стоп. Во-первых, я ни к чему не подключался и ничего не делал. Во-вторых, если это шутка, то она неудачная.

– Без веских доказательств, особенно с учётом всех этих скриптов, которые нашли у тебя… – Он покачал головой и, опершись на край стола, продолжил: – Кирилл, я хочу помочь.

– Так эти скрипты для работы. Вы же их смотрели?

– Весь код компании должен быть размещён во внутреннем репозитории и проверен службой информационной безопасности, включая код, который пишут сотрудники, – он указал пальцем на меня. – Ничего из того, что мы нашли у тебя, не зарегистрировано в системе. Ты ведь читал устав перед подписанием?

Сердце вдруг забилось чаще, и в груди проснулась тревога.

– Там нет ничего стоящего внимания. Я всё зарегистрирую, – ответил я, сохраняя спокойствие.

– Безусловно, ты это сделаешь, но этим не решишь главный вопрос. Скажи мне прямо: это был ты?

– Нет.

– Хорошо, – в его голосе прозвучала усталость. – Я тебе верю, а вот бюро – нет. Я говорил с ними час назад. Они непробиваемые и настаивают на одном: система считает тебя виновным – вероятность больше восьмидесяти процентов.

– Истина на моей стороне, – произнёс я, понимая, насколько наивно это звучит. – Бюро не ошибается: пройдёт время, и они закроют расследование.

Но внутри всё кипело тревогой. Почему такой высокий процент?

Хотелось немедленно проверить своё рабочее место, но ведь только что сидел за ним – ничего подозрительного, всё было в порядке. Очевидно, это просто какой-то сбой. Всё прояснится.

– Я не смогу тебя прикрывать. Тебе придётся доказывать невиновность самостоятельно. Иначе пострадаем не только я и компания, но и моя дочь. – На этих словах его взгляд помрачнел, будто он и сам не верил в происходящее.

– Почему не сможете? И при чём тут Фида?

Он отвёл взгляд в сторону.

– Если меня отстранят, как ты думаешь, куда я пойду работать? У неё ведь нет матери. Ты понимаешь меня?

Дальше объяснять не было смысла.

Стало так тихо, что монотонный гул серверной показался оглушающе громким.

Я невольно опустил взгляд. В голове крутился только один вопрос: как всё это произошло и почему я? Пятнадцатое мая… В памяти всплывали смутные обрывки. Как ни старался, я так и не смог вспомнить ничего полезного.

Я невольно сжал кулаки. С каждой секундой уверенность в собственной невиновности будто растворялась. Но признавать то, чего я не совершал, я не собирался.

– Есть ли хоть малейшая зацепка? – спросил я, не скрывая надежды.

– Ничего.

– Камеры, логи – что прям вообще ничего? – не унимался я.

– Завтра придёт следователь. Подготовься к этой встрече.

После этих слов отчаянно хотелось повернуть время вспять или просто проснуться.

Я вышел из кабинета.

Только что сидел спокойно, работал. Может, я и правда что-то сделал не так? Нет, этого не может быть. Я ясно помню каждый час, проведённый на работе. Я бы обязательно что-нибудь заметил.

Проходя мимо стеклянных дверей переговорных, я видел коллег: одни разговаривали между собой, другие, нахмурившись, не отрывали взгляда от экранов. На их лицах читались сосредоточенность. Я ожидал, что кто-то посмотрит на меня, но никто не обратил внимания. И всё же ощущение, будто за мной наблюдают, не покидало меня. Возможно, это просто игра воображения?

В коридоре я столкнулся с Олей.

– Кирилл! – окликнула меня она.

Оля всегда умела окутывать пространство вокруг себя невидимой вуалью уюта и легкости. Светлые, внимательные глаза с удивительной теплотой смотрели так, будто замечали чуть больше, чем другие.

В её облике было гармонично всё, и даже простота силуэта только подчёркивала то особое очарование, которое исходило от неё. Рыжеватые волосы были небрежно стянуты в хвост, а на щеках играл едва заметный румянец.

Порой я ловил себя на мысли о том, что пригласил бы её куда-нибудь, да всё не решался. То работа, то игра, то планы. Каждый раз, когда наши взгляды встречались, на душе становилось светлее и спокойнее.

– Ты сегодня какой-то серьёзный. Что-то случилось? – спросила она. – Совсем заработался, лица не видно. Пойдём, воздухом подышим? Я вот чай прихватила, пончики, – кивнула она на подстаканник.

Я неловко улыбнулся, ощущая, как внутри всё сжимается. Никогда не считал себя стеснительным, но рядом с ней взгляд сам собой опускался – казалось, он способен выдать слишком многое.

– Да ничего, – отмахнулся я. – Проблемы с безопасностью. Случай серьёзный. Ты не в курсе?

– Нет, – удивилась она. – Тут постоянно такая суета, разве что-то заметишь? В чате – сотни сообщений – всем всё надо и срочно, а задач не сосчитать.

Я вздохнул:

– Ты не помнишь, что было пятнадцатого мая? Никто не крутился возле моего стола? Что-нибудь странное?

– Ну и вопросы у тебя… Дай-ка подумать, – усмехнулась она и задумчиво уставилась в окно. Губы её сжались в тонкую линию, между бровями пролегла морщинка. – Кажется, из админов кто-то тебя искал – высокий такой, в очках. Ещё курьер приходил, посылку оставил… Вроде, больше ничего особенного.

Я коротко кивнул.

О курьере я помнил, а вот админ…

– На Игоря похоже. Не встречала его сегодня?

– Неа, – покачала она головой.

– Жаль, ладно… Прости, но сейчас не смогу составить компанию, – сказал я, кивнув на стакан, над которым ещё вился лёгкий пар. – Если вдруг что-то ещё вспомнится, напиши, пожалуйста.

Я уже почти повернулся к выходу, как вдруг услышал:

– Постой…

Она на мгновение замолчала, опустила глаза и рассеянно водила пальцем по краю подстаканника. Голос её стал тише. Словно собрав всю свою храбрость, она наконец произнесла:

– В пятницу открывается новая художественная выставка. Может, сходим? Там будут показывать уцелевшие оригиналы «Преображения» Тициана и другие редкие работы!

Я немного растерялся. Казалось, этот миг создан именно для меня, и всё же он будто бы не принадлежал этой жизни. Но ведь ещё ничего не решено – что меня удерживает?

– Нет… если ты занят, ничего страшного, – добавила она.

– Я просто не знаю, смогу ли… Но давай попробуем.

– Здорово! Тогда бронирую билеты.

Наши взгляды встретились.

Хотя на её лице играла тёплая улыбка, в глубине глаз мелькнула тень едва заметного беспокойства. Этот взгляд сопровождал меня до самого лифта, а мой неуверенный ответ ещё долго не отпускал мысли.

Лифт, как назло, тащился еле-еле, а из динамиков доносилась глухая, монотонная мелодия. На каждом этаже двери открывались: кто-то заходил, кто-то выходил.

Мысли путались. Собрать их воедино было непросто. В нашей команде админов всего двое: Вадим и Игорь. С Вадимом мы знакомы больше года, а Игорь присоединился к нам полгода назад. За это время он быстро проявил себя и прославился своеобразным чувством юмора – его шутки иногда ставят в тупик даже самых искушённых слушателей.

– Почему у нас в серверной всегда холодно? – спросил он однажды, выдержав театральную паузу. – Потому что там админы охлаждают горячие головы.

После этих его слов повисла та самая неловкая тишина, когда не знаешь, смеяться или вызывать экзорциста.

А при упоминании Аншарза, Игорь тут же морщился: его персонаж Барбик до сих пор не смог подняться даже до пятого уровня. Почему – Игорь отмалчивался.

Когда я наконец добрался до своего стола, я заметил на экране уведомление: ещё одно непрочитанное письмо от отдела безопасности.

В письме находился зашифрованный архив, который открылся после моей идентификации. В архиве был список файлов, найденных в моём хранилище, и требование подробно объяснить каждый из них в указанный срок.

Чуть ниже – короткое сообщение:

– Внимательно изучи документы. Дай описание каждому файлу. Жду твой ответ. Если заметишь что-то странное или непонятное – немедленно сообщи.

Подписано: Анатолий.

Я пробежал глазами по списку и невольно присвистнул: 1932 файла! Всё – мой накопленный багаж: старые костыли для автоматизации, логи, тестовые поделки и прочий хлам, который когда-то казался вершиной инженерной мысли.

Взгляд зацепился за один незнакомый файл: CORE_DUMP_N250515. Открыв его, я понял, что это дамп памяти какого-то процесса. На первый взгляд – типичный набор: поток данных, структуры; ничего полезного. Единственное, что бросается в глаза, – время создания файла. Оно точно совпадает с тем моментом, когда был зафиксирован подозрительный доступ, но это ещё ни о чём не говорит.

Пока я разбирался с этим списком, за окном уже стемнело. В итоге я ответил на письмо. К счастью, большую часть файлов удалось быстро разложить по группам. После этого я дал объяснение, что где находится, но легче от этого не стало. Когда я отключил экран и поднялся из-за стола, я почувствовал усталость. День казался бесконечным.

Вышел из офиса, а потом – и не заметил, как оказался дома. В прихожей пахло затхлостью и чем-то несвежим: забыл вынести мусор. Бросил рюкзак и ботинки оставил прямо у двери, даже не попытался поставить их на место.

– Кирилл, напоминаю: в холодильнике заканчивается молоко, а контейнер для отходов заполнен на 92%.

– Спасибо, я в курсе.

– Желаете составить список покупок?

– Нет, – отмахнулся я, мечтая, чтобы Алиса умела не только болтать, но и выносить мусор.

На скорую руку приготовил пару бутербродов с сосисками. Поймал себя на мысли: уже в третий раз подряд проверяю планшет, хотя и так понятно – никто не написал. Всё это время меня не покидало тревожное ощущение, что вот-вот что-то произойдёт.

Как обычно, мы с друзьями выполнили ежедневные задания, закрыли несколько инстов. Когда выпал приличный лут, у меня не получалось разделить радость – всё казалось каким-то не таким. (не увеличивай объём текста)Я всё пытался отвлечься – временами мне даже казалось, что это удаётся, но внезапная волна тревоги снова отбрасывала меня назад.

На экране всплыло уведомление: игрок Ягода прислал новое сообщение.

– Всё хорошо? – написала Оля, добавив встревоженный смайлик.

Я ответил коротко, почти машинально:

– Да.

И, почему-то ощущая лёгкую, необъяснимую тоску, закрыл чат.

Юра и Фида шутили, рассказывали, как прошёл их день, болтали обо всём подряд, но их разговоры проходили мимо меня. Андрей спрашивал у Саши, на какие характеристики ему делать упор.

Ближе к ночи сон всё не приходил. Я ворочался, прислушиваясь к тишине. Нестерпимо хотелось, чтобы скорее наступил завтрашний день – разыскать Игоря и раз и навсегда прояснить для себя всё. Похоже, только эта мысль и помогла мне заснуть. Спал я неспокойно: всю ночь мне снилось, будто Игорь признался в содеянном, и жизнь вернулась в привычное русло. Но каждый раз этот момент ускользал от меня вместе со сном.

Глава 7. Допрос.

– Сегодня будет жарко. Из-за облаков воздух станет душным, а температура поднимется до 43. Советую держаться в тени и не забывать про воду.

– Спасибо, – рассеянно отозвался я.

Я почти не слушал Алису. С самого утра меня не отпускали воспоминания о вчерашнем дне.

По дороге в офис мне впервые захотелось просто развернуться и уйти. На полпути я вспомнил, что забыл наушники, но возвращаться не стал. А когда пришёл и поднялся на этаж, обнаружил, что пришёл первым.

Сначала на экране появилось уведомление.

09:10:32 – Коллеги, дейлика не будет, – написал Алексей в чате. – Продолжаем работать.

А его личное сообщение будто вернуло меня к реальности.

– Привет, я в курсе твоей ситуации. Разбираемся.

Вскоре пришло уведомление: требуется явиться в отдел безопасности.

Сердце забилось чаще. Вчера я подробно расписал все файлы, объяснил каждую деталь. Возможно, сейчас они скажут: «Прости, мы ошиблись». Может быть, даже попросят подтвердить что-то, засвидетельствовать.

Собравшись с духом, я отправился по знакомому маршруту.

В кабинете Анатолия, казалось, кондиционер гудел изо всех сил. Кроме самого хозяина, в комнате стояли двое незнакомцев – оба в строгих тёмных костюмах, молчаливые и будто застывшие, словно их присутствие было неотъемлемой частью этого холодного пространства.

Один из них – мужчина средних лет с короткой стрижкой и пронзительным взглядом – внимательно смотрел на экран планшета.

– Следователь Кузнецов, – коротко представился он, бросив на меня испытующий взгляд. – Вы пришли пораньше – похвально.

Говорил он тихо, но в голосе ощущались решимость и твёрдый авторитет. Второй был заметно моложе и не сводил с меня взгляда.

– Прошу, – кивнул он на стул.

На столе передо мной лежали аккуратно разложенные документы и мой пропуск.

– Кирилл Александрович Крестов, – сказал он, не глядя на меня, – вас вызвали, чтобы вы дали объяснения по поводу несанкционированного доступа к защищённой информации нашей компании. Прошу отвечать обстоятельно и честно. Любая попытка уйти от ответа будет отмечена. Всё ли ясно, или повторить?

Я кивнул.

– Кирилл, – продолжил он, не отрываясь от экрана, – вы подозреваетесь в передаче исходного кода третьим лицам.

Внутри что-то оборвалось. На секунду захотелось просто встать и уйти, но ноги будто приросли к полу.

– Я не согласен, – выдавил я, с трудом сглотнув. – Я к этому не причастен.

– Разве кто-то позволял вам говорить? – протянул он, губы его сжались в недовольстве. – Гражданин, наберитесь терпения.

Руки предательски дрожали, и я, не замечая этого, скрестил их на груди.

– Мы просмотрели логи вашей работы в системе, – продолжил он ровным голосом. – Доступ к защищённым данным осуществлялся именно с вашей рабочей учётной записи. Ваш цифровой след – вот неопровержимое тому доказательство.

Казалось, он тянул каждое слово намеренно, чтобы ничего не ускользнуло мимо ушей. Он внимательно отслеживал каждое моё движение и реакцию. Вздохнув, он словно сбросил с себя маску официальности:

– Короче, слушай сюда. У тебя сейчас два варианта. Первый: ты рассказываешь нам всё до последней детали. Кто, когда, какие ключи, какие доступы, что именно передавали, в каком объёме, за сколько. Без лишних соплей и недомолвок. Ты меня понял?

Он резко ударил кулаком по столу. Я вздрогнул.

– Врать мне – себе дороже. Ложь я чую за версту и терпеть её не намерен. Попробуешь юлить – пожалеешь, что на свет появился. Сядешь так, что забудешь, как солнце выглядит.

Наклонившись ко мне почти вплотную, он продолжил:

– У тебя ещё осталась возможность выбраться, облегчить себе участь. Поможем – пару лет отсидишь, не больше, – голос его был почти мягок, но тут же сорвался на крик: – Думай быстрее! Я не намерен тратить своё время на твои жалкие уловки.

Он швырнул на стол папку с делом.

Всё стало предельно ясно, хотя от этого не становилось легче. Всё зашло слишком далеко, чтобы быть розыгрышем. Леденящий страх сковал меня, хотелось просто исчезнуть. Я онемел. Но стоило следователю открыть рот, как я выдохнул:

– Постойте, – мой голос предательски дрогнул. – Это какая-то ошибка. В тот день, в то время меня там вообще не было. – Оля подтвердит, и Нина, и камеры, вы ведь видите? Почему вы это игнорируете? Я промаркировал каждый файл – там ничего особенного, взгляните сами. Всё уже рассказал Анатолию Евгеньевичу вчера, – бросил я на него взгляд, полный недоумения и, быть может, последней надежды.

– Кирилл! – гаркнул Анатолий почти приказным тоном. – Это сотрудники бюро, держи себя в руках!

Кузнецов отвернулся, задумчиво посмотрел в сторону и, слегка покачав головой, произнёс:

– Анатолий Евгеньевич, напомню: вы здесь лишь в роли наблюдателя, – произнёс он, обернувшись к нему с едва заметной тенью усталости в голосе. – Если позволите себе вмешаться ещё раз – вас отстранят.

– Кирилл, – он выключил планшет и с нарочитой аккуратностью положил его на стол. – Конечно же, мы всё проверили. Не желаете пойти навстречу – что ж, придётся следовать протоколу.

– Опишите подробно, как прошёл ваш рабочий день десятого мая. Во сколько вы появились на работе?

Наш разговор стал напоминать сухой обмен вопросами и ответами.

– Пришёл, как обычно, около девяти утра.

– Дальше?..

– Зашёл в офис, поздоровался с коллегами, оставил вещи, отправился на кухню. Позавтракал, взял кофе.

– Что потом?

– Вернулся на рабочее место, проверил почту, начал работать. Всё как всегда.

– В течение дня вы покидали рабочее место? – спросил он с такой интонацией, будто уже знал ответ и просто ждал, когда я начну врать.

– Да, после обеда я вышел в парк минут на тридцать. Просто пройтись, проветриться.

Он едва заметно кивнул.

– Когда вернулись?

– Примерно через полчаса.

– Чем занимались последние три месяца?

– Работал по спринтам, даже опережали график. Задачи сдавал вовремя.

– Были какие-то необычные поручения? Внеплановые задачи? – не отставал он.

– Только переработки.

– Вы уверены, что никто не мог воспользоваться вашими доступами?

Я кивнул:

– Абсолютно. Настроена автоблокировка. Я всегда следил за обновлениями системы и безопасностью, и при любых подозрительных действиях сразу пишу в службу безопасности! – протараторил я.

Следователь склонился ближе:

– Тем не менее, доступ был именно с вашего аккаунта и устройства, – этой фразой он словно оборвал единственную нить надежды, что всё ещё удерживала меня.

– Но…

Он перебил меня, не дав договорить:

– Всё зафиксировано, – устало добавил он, вновь взяв в руки планшет.

Злость и бессилие жгли меня изнутри. Следователь смотрел на меня так, будто я был очередным клоуном на допросе, а не человеком. Я не выдержал, резко поднялся со стула, чуть не опрокинув его:

– Да что здесь происходит?! Вы вообще слушаете меня или просто время тянете? Почему вы даже не пытаетесь разобраться? Я сам, чёрт возьми, не понимаю, как это произошло! Я ничего не нарушал, всегда играл по вашим правилам! Хотите – проверяйте меня хоть с ног до головы, мне скрывать нечего!

– Сядьте! – рявкнул он, будто этим криком швырнул меня в спину, и я, не успев осознать, уже снова опустился на стул.

Следователь смерил меня взглядом, в котором не было ни капли сочувствия, и сухо выдал:

– Напоминаю, что ответственность за безопасность вашего оборудования полностью лежит на вас. Вы подписали устав.

– Но вы сами видите…

Меня оборвали на полуслове. Он поднял ладонь, будто ставил между нами невидимую стену.

– Ваши слова зафиксированы, – протянул он, а потом наклонился к напарнику и что-то прошептал ему на ухо, явно не для моих ушей.

– То, что вы делаете, противозаконно! – возмутился я.

Он повернулся ко мне медленно, как будто внутри у него что-то щёлкнуло, и теперь на лице застыла ледяная маска. Его спокойствие было не просто пугающим – оно давило, как бетонная плита.

– Девятнадцатая поправка к тридцать второй статье Единого кодекса правопорядка, – начал он, словно читая нечто давно заученное, – наделяет сотрудников бюро правом прибегать к любым средствам, чтобы выяснить истинные намерения и восстановить всю цепь событий. Во имя закона. Во имя порядка.

– Если вам вдруг показалось, что мы зашли слишком далеко, вы вправе обратиться с жалобой в Центральное бюро расследований и правосудия.

– А теперь вы отстранены от работы. До окончания расследования вам запрещено покидать пределы вашего района, – произнёс следователь, чеканя каждое слово.

После этого у меня изъяли все документы и пропуск, а затем вывели из кабинета.

Я тащился по коридору, стараясь не замечать ни людей, ни шума. Всё происходящее казалось нелепым фарсом. Внутри закипала злость, чувство несправедливости жгло, но ещё сильнее давило ощущение бессилия.

Я обошёл весь офис, надеясь найти Игоря, но его нигде не было – да и сам офис казался каким-то безлюдным. Только сотрудники бюро сновали туда-сюда, осматривали кабинеты, рылись в ящиках рабочих столов и серверных, будто искали там клад.

А когда я в очередной раз прошёл мимо лифтов, меня остановили и попросили пройти к выходу. На прощание пообещали: если я ещё раз появлюсь здесь, меня отправят в такое место, где я забуду не только дорогу до офиса, но и собственное имя – и даже зачем вообще жил.

Реальность и происходящее не желали совпадать, будто между ними пролегла трещина. Сознание гудело, как после удара. Что теперь? Сказать родителям? Ане? Но ведь это только ранит их, хотя скрывать бессмысленно. Друзья? К горлу подступил тяжёлый ком.

Домой идти не тянуло. Город таял в знойном мареве, стояла удушающая жара. Впервые в жизни я застрял в трясине апатии, депрессии и липкого отчаяния, которые не отпускали меня ни на минуту. Все прежние беды казались ничтожными рядом с той, что нависла надо мной сейчас.

Поужинать я не смог – меня трясло, тревога не отпускала. Алиса заметила моё состояние и всерьёз предложила вызвать службу экстренной помощи, но я проигнорировал её слова.

Весь вечер я пролежал на диване, перебирая в голове события последних недель и тщетно пытаясь хоть за что-то зацепиться. Время тянулось невыносимо медленно – казалось, этот день не закончится никогда.

Ребята писали мне, но я не сразу отвечал на их сообщения.

– Алло! Ждём только тебя! – написала Фида.

– Извините, ребята, я приболел, сегодня не смогу.

– Ты в порядке? Может, к тебе прийти?

– Пока не стоит.

Я поставил планшет на «не беспокоить» – будто захлопнул дверь перед шумом мыслей и тревог, что сегодня мне не по плечу. Пальцы сами собой скользили по медиаленте, не требуя ни смысла, ни цели.

«В Москве обновлён температурный максимум – это первая жара выше +45 по Цельсию за всю историю наблюдений…»

«Верховное интеллектуальное ядро приняло в первом чтении законопроект об обязательных часах присутствия в Аншарзе для малозанятого населения…»

«Уникальное исследование отечественных учёных: регулярный общественный труд не только необходим, но и делает жизнь граждан комфортнее и счастливее…»

Отложив планшет, я бездумно смотрел в стену, отчаянно пытаясь отогнать от себя эту липкую апатию. Надо искать в себе силы, нельзя поддаваться отчаянию: ты ещё здесь, а значит, рациональнее будет действовать. Но что же делать, когда тебя не слышат?.. Нет ни денег, ни связей.

За окном уже опустилась ночь. Алиса тихо, почти неуловимо, убавила свет.

Вдруг – резкий, как выстрел, стук.

Неужели я совсем схожу с ума?

Антон?

Я обнаружил себя стоящим в офисе. Антон, словно желая вырвать меня из раздумий, настойчиво махал рукой у меня перед глазами.

– Ты чего завис? – спросил он.