Виталий Свадьбин
КиберМиха 2. Первые шаги Правителя

От автора.

К вниманию читателей фантастика в жанре «киберпанк» и «попаданцы». Для читателей представлена вторая книга серии «КиберМиха». В книге будут присутствовать некоторые отличия от реальной истории. Просьба к читателям, не забывать, что данная книга всего лишь вымысел автора. Автор взял на себя смелость максимально приблизить события в некотором параллельном мире, к истории нашего мира в Средние века. Имена и фамилии реальных исторических персонажей изменены, либо оставлены для художественного смысла, а также для правдоподобности фантастического повествования. В книге пересекаются технологии инопланетного мира с примитивными технологиями Средних веков. Желаю приятного чтения всем любителям фантастических вымыслов.

Предисловие.

Интерлюдия 1. Австралия. Опытные лаборатории титанов.

Древние римляне, ещё задолго до того, как на планету земля прибыли представители разумной расы с планеты Тита, предполагали о существовании южного континента. У древних учёных умов Рима существовала гипотеза о существовании «Terra Australis Incognita», что означало в переводе с латинского «Неведомая Южная Земля». Титаны, пришельцы с планеты Тита, определившись с континентом, где они построят базу постоянной дислокации, выбрали этот континент, решив оставить название Австралия. За несколько веков в Австралии построили несколько научных лабораторий, которые разрабатывали технологии. А вот заводы, строили в ближнем космосе. На континенте организовали режимную защиту, чтобы из землян никто не мог попасть на самый южный континент. Система защиты работала так, что со стороны случайные мореплаватели, могли видеть только туман, а не континент. Со временем Австралия претерпела преобразование. Верховным Советом правителей было принято решение считать титанов, как народ первой касты, гомуны¹ получают принадлежность ко второй касте, а аборигены выселены, либо частично стали рабами. Верховной властью обладает Совет, который разделён на верхнюю и нижнюю палату. Должность Верховного правителя выборная. Вот уже несколько веков Президентом Совета избран титан Салюс, который имеет фактически абсолютную власть. Как минимум до того момента, когда Совет единогласно решит избрать другого кандидата.

В один из дней апреля 672 года, Президент Салюс и старший научный сотрудник Марс проводили плановое посещение экспериментальных лабораторий. В план входило посетить биолабораторию, которая работала над совершенствованием биоматериалов и их применение в хирургии, и технологическую лабораторию, которая разрабатывала технологию изобретений, связанных с техническими процессами. В первую очередь, Салюс и Марс, решили осмотреть техническую лабораторию. Руководила в этой лаборатории старший научный сотрудник Палес. Она и встречала Салюса и Марса.

– Уважаемый Салюс, предлагаю начать осмотр с отдела, где разработаны новые стражи. В нашей лаборатории мы собираем скелет и внутреннюю начинку. За основу взяты боевые роботы по охране звездолётов. Далее мы передаём стражей в биологическую лабораторию, там наращивают мышечную систему и кожный покров. Внешне страж будет практически неотличим от человека. Готовится малая серия, заказ спустили от Квирина, – сделала предложение Палес, с чего начать инспекционный осмотр.

– Меня информировал Квирин, что он планирует заменить людей на охране наших границ. Какие «мозги» вы ставите, в качестве управления? – спросил Салюс.

– Искусственный интеллект первого поколения, этого достаточно, чтобы стражи выполняли свои функции, – ответила Палес.

Когда закончился демонстрационный осмотр стражей, Салюс и Марс планировали покинуть техническую лабораторию по экспериментальным разработкам, но Палес обратилась к президенту со странной просьбой.

– Салюс, вы же в курсе, что я набираю научных сотрудников с нестандартным мышлением?

– Палес, давай без интригующих пауз. Что там изобрели твои молодые сотрудники, переходи к конкретике? – не проявляя особого интереса, спросил Салюс.

Палес провела Марса и Салюса в помещения, где молодые научные сотрудники проявляли свою фантазию, занимаясь различными изобретениями. Остановились у стола, на котором лежал меч средней длины, и шлем, на вид похожий на обычный шлем воина. Палес пригласила молодых сотрудников. Подошли двое молодых мужчин, которым не исполнилось ещё и тридцати лет

– Пирс, расскажи сам, что за клинок ты придумал, – предложила Палес своему подчинённому.

– Эту работу я выполнял, в своё свободное время. Пришла мысль, что получится, если соединить обычный клинок, которыми пользуются аборигены, и микрогенератор дающий лазерный луч. Такие используются на вооружении охраны звездолётов. В результате, я получил вот такое оружие, которому дал название «меч-кладенец», – Пирс взял в руки меч и подал его в руки Салюсу.

Салюс и Марс по очереди осмотрели клинок. С виду ничего необычного, если не знать, что использована сверхпрочная сталь. В оголовье рукояти вставлен кристалл, который используется для накопления световой и солнечной энергии, в рукоять вмонтирован генератор подачи энергии при ударе клинком. Осмотрев оружие Салюс и Марс, переглянулись, потом вопросительно посмотрели на Пирса, ожидая более подробных пояснений.

– Сплав из руд, которые найдены в поясе астероидов возле планеты Плутон. Клинок из такого сплава имеет вес в полтора раза меньше, нежели клинки, которые продаются аборигенам за золото. Выполнена лучевая обработка верхнего слоя, примерно на два миллиметра. Таким клинком вполне реально колется камень, мрамор или гранит. По всей длине клинка проводник, до самого кончика острия, что позволяет направлять луч лазера в нужном направлении. В рукоять вмонтирован микрогенератор, ну а кристалл играет роль зарядки и накопления энергии микрогенератора, – начал давать свои пояснения Пирс.

– Вы проводили испытания своего изделия? – спросил Марс.

– Только на неодушевлённых предметах. Луч может срезать несколько деревьев подряд. В том числе легко разрезает доспехи, которыми пользуются аборигены. На живых людях испытаний не проводили, по понятным причинам, – ответил Пирс.

– Баловство. Не вижу смысла внедрять такое в массы аборигенов. Сдайте в архив арсенала. Ну а что за шлем, что в нём такого необычного? – потерял интерес к клинку Салюс, но спросил про шлем.

Решение президента привело в некоторое расстройство изобретателя Пирса, но возражать он не посмел. Наступила очередь дать пояснение, высокому начальству, второму изобретателю, по имени Астрей.

– Верхний слой шлема выполнен из того же сплава, что меч Пирса. Нижний слой из синтетических материалов особой прочности. Между слоями вставлены генераторы преломления световых лучей. Я использовал технологию генератора маскировки звездолёта. В таких лучах, предмет размывается для визуального взгляда. Точнее человеческое зрение не улавливает то, что скрыто преломлением световых лучей. Этот шлем вполне можно назвать «шапкой-невидимкой». Если одеть на человека и активировать микрогенераторы, то человек становится невидимым, если не использовать специальное оборудование, – пояснил Астрей.

– Очередная глупость. Не вижу применения, отправить в архив арсенала. Вы же не предлагаете вооружать такими предметами аборигенов, Астрей? Палес, чем у тебя занимается молодёжь? – рассердился Салюс.

Когда сердитый Салюс отошёл, Марс всё же решил спросить откуда такие названия изобретений.

– С какой-то мистикой связано, насколько я понимаю. Откуда такие названия меча и шлема?

– Мы проанализировали сказания и былины диких племён. Там встречаются меч-кладенец, шапка-невидимка и скатерть-самобранка, – сообщил Пирс.

– Правда со скатертью-самобранкой у нас пока ничего не получилось. Не знаем, как организовать снабжение продуктами, годными к употреблению, – добавил Астрей.

Марс покачал головой и пошёл догонять Салюса. Когда Марс и Салюс покинули территорию технических лабораторий, Салюс негодующе высказывался.

– Непонятно чем занимаются. Предлагают использовать технологии, которые не найдут применения.

– Салюс, у меня есть некоторая идея, как использовать эти два предмета, – предложил Марс.

– Только не говори, что ты придумал очередное божественное пророчество, – сморщился Салюс.

– Так и есть. Через религию распустить слух, что меч и шлем принадлежали божественному воину. Для верующих в Римских богов, пусть будет сын бога Юпитера, а именно Марс. Для верующих в Иисуса Христа, пусть будет Архангел Михаил, ну или ещё кто-то другой.

– И почему я не удивлён твоим фантазиям? – скептически произнёс Салюс.

– Не торопись отвергать мою идею. Запустим интригу и понаблюдаем, что из этого получится, а то порой скука одолевает, – продолжал настаивать Марс.

– Хорошо, вынеси этот вопрос на рассмотрение Верхней палаты Совета. Если возражений не будет, то занимайся своей интригой, – отмахнулся Салюс.

За разговорами они прибыли на территорию биологической лаборатории. Предстояло провести инспекцию работ, как, собственно, осмотреть новые изобретения. Салюс не забыл, что биолог Помона, планировала начать возрождение динозавров, останки которых были найдены два года назад.

Май 672 год. Восточная часть степей орды Пшызе.

На берегу неглубокой реки Челбасу, что в переводе с тюркского языка означает «ковш воды», сидел, в позе для медитаций, богато одетый воин. Под воином постелена белая кошма. Воин сидел без головного убора, прикрыв глаза, он о чём-то размышлял. Перед ним, на кошме лежали скрещённые клинки. На расстоянии пятидесяти шагов от воина стояла конная сотня. Джагун², личных телохранителей хана. Нукеры хана стояли полукругом, постоянно наблюдая за местностью. Рядом с воином щипал травку скакун белой масти. Человек разбирающийся в лошадях, смог бы определить, что в статях коня просматриваются арабская и ахалтекинская кровь. Время от времени жеребец поднимал голову и смотрел на хозяина, но убедившись, что человек сидит без движения, принимался вновь щипать сочную молодую траву. Если бы кто-то полюбопытствовал, кто такой сидит на берегу реки? То, возможно, ему бы могли ответить, что это молодой Михар-хан, глава орды Пшызе. Слева и справа от воина, в десяти шагах лежали пятнистые кошки. Авары называют их барсами, а римляне и греки – пардусами. Казалось, что барсы спят, пригревшись на весеннем солнышке. На самом деле, кошки только делали вид, что дремлют, они чутко прислушивались к тому, что творится в округе, таким образом кошки тоже охраняли воина. О чём в данный момент думал воин? Никто точно не смог бы сказать. Нукеры хана свято верили, что их повелитель в данный момент, разговаривает с Духом Синего неба. Но это было не так. Молодой хан размышлял о том, как ему поступить, он искал решение. Больше месяца назад подло убили его названного отца, на Курултае. И вот теперь наследник стал ханом орды. Законы и традиции рода требовали мести за подлое убийство предыдущего хана. Хоть и не был убитый хан родным отцом для Михар-хана, тем не менее наследник уважал его и почитал, принимая за близкого родственника. На предплечьях хана повязаны чёрные ленты, как и у всех воинов, что были рядом. Такие ленты на предплечьях теперь будут носить все воины орды, пока не произойдёт отмщение за подлое убийство. Один из ближних нукеров, командир сотни Булач-бек решился приблизиться к хану. Не доехав сорок шагов до хана, Булач-бек спешился и подошёл пешком, остановившись возле своего повелителя. Михар-хан не оборачивался, но похлопал ладонью по кошме, таким образом он приглашал своего нукера присесть. Булач-бек сел, скрестив ноги под собой, он был готов слушать своего хана.

– Один мудрец сказал, что «если долго сидеть на берегу реки и смотреть на воду, то мимо проплывёт труп твоего врага», – произнёс Михар-хан.

– Разве такое возможно, мой хан? Что значат слова этого мудреца, я не пойму? – удивился Булач-бек.

– Слова мудреца значат то, что не следует торопиться с решениями. То, что должно произойти, так или иначе произойдёт, но к этому надо быть готовым. Гонцы вернулись от наших родичей?

– Да, мой хан, они ждут, когда ты выслушаешь их, – ответил Булач-бек.

– Мы возвращаемся, пора принять решение, – произнёс Михар-хан, легко поднимаясь на ноги.

Интерлюдия 2. Константинополь. Дворец кардинала Маркиана.

Первый помощник кардинала, архиепископ Зенон спешил на доклад к Маркиану. Имелись две причины, чтобы побеспокоить кардинала. Зенон получил ответ от титанов³, на свой запрос, а также получил отчёты своих агентов из Аварского каганата. Кардинал Маркиан стоял на балконе, своих покоев, в руках он держал чашку кофе. Этот арабский напиток хорошо бодрил по утрам, вот Маркиан и пристрастился. Попивая кофе, Маркиан наслаждался видом на Константинополь, наблюдая за утренней суетой жителей этого большого города. Идиллию нарушил пришедший архиепископ Зенон. Маркиан вздохнул, ещё раз взглянул на город и вернулся в покои, сел в своё кресло, приготовившись слушать доклад Зенона.

– Зенон, начни со сводок. Что происходит в городе? Есть столкновения между верующими, как реагируют власти? – сразу спросил Маркиан, как только Зенон раскрыл свою папку.

– Серьёзных столкновений нет, стража своевременно пресекает попытки организации любых беспорядков. Но моё мнение, что религиозной войны не избежать, что может привести к расколу всей империи, – доложил Зенон.

– Надо быть готовыми к этому. Так или иначе религия Христианства нам нужна. Но я прервал тебя, что там далее?

– Пришло предписание из Австралии. Нам настоятельно рекомендуют создать пророчество о том, что Архангел Михаил спрятал два артефакта, меч-кладенец и шапку-невидимку.

– Я не ослышался? Что за чушь? А главное, что нам это даст? – удивился Маркиан.

– Местом захоронения артефактов предлагают выбрать гору Эльбрус, в горной цепи Кавказа.

– Мне даже интересно стало. Что за идиот полезет на вершину этой горы?

– Не сомневаюсь, что такие найдутся. Для приверженцев старой Римской религии, место выбрано на горе Олимп.

– Порой я думаю, что титаны намеренно сталкивают лбами верующих в Римских богов и христиан. А на самом деле, где спрячут артефакты? – всё же решил уточнить Маркиан.

– На горе Эльбрус, у меня есть человек среди гомунов, который по секрету мне подтвердил данную информацию. Ваше Преосвященство, я могу продолжить доклад об информации от наших агентов из Аварского каганата?

– Да, давай перейдём к более насущным вопросам, – разрешил Маркиан.

– В каганате назревает междоусобица. По выводам наших аналитиков, любому хану достанется победа, которой он не сможет воспользоваться. Семьдесят процентов на то, что каганат распадётся. Силы у противоборствующих сторон примерно одинаковы.

– А что наш подопечный, Михар-хан, что думает?

– Следует в очередной раз оказать финансовую и материальную помощь. Так считает наш митрополит Эразм. Ко всему прочему, Михар-хан единственный из ханов, кто дал разрешение на строительство церквей.

– Запросы орды Пшызе следует удовлетворить. Как думаешь, Зенон, Михар-хана не сместят его подданные, ведь он молод?

– Не думаю. Митрополит Эразм докладывает, что большая часть войска орды предана молодому хану. Большинство из них поклялись духами предков, а для них это серьёзно. Вот я и предлагаю, дать Михар-хану всё, что он попросит, чтобы у него появился шанс одержать победу в междоусобице.

– Моё разрешение ты уже получил. Что ещё, Зенон? – удивился Маркиан тому, что Зенон вновь повторяет о запросах аварского хана.

– Есть необычный запрос от Михар-хана. Он запрашивает больше операций по вживлению биологических конечностей. Боюсь мы не уложимся в квоту, что даёт Австралия.

– Сделай запрос лично на Салюса. У нас ситуация нестандартная. Не поддержим молодого хана, дикари разнесут наши церкви, а всех священников казнят. Я не против, если дикари режут друг друга, но у нас цель – религия, – распорядился Маркиан.

Зенон низко поклонился, осенив себя крёстным знамением, как это делают все христиане. А затем архиепископ покинул покои кардинала.

Глава 1.

Май 672 год. Орда Пшызе. Михар-хан.

В марте этого года, мой отчим Чорпан-хан, и его ближние союзники и родичи, Алмас-хан и Сурухай-хан, всё же выехали на Курултай. Не знаю, что они от этого сборища хотели получить. Но каган Рустам-хан отдал приказ, в результате наших бравых ханов грохнули. Убийство расстроило мои планы на ближайшее будущее. Я вообще-то собирался нормально подготовить боеспособное войско и слегка пограбить соседей, чтобы приобрести солидный боевой опыт. А сейчас что? Сиди и думай, как бы каган Рустам-хан не заявился в гости со своими войсками. Как только я вернулся из поездки, был в землях франков с купцами, узнал об убийстве. Подлое убийство требовало отмщения, так сказать кровная месть. Но торопиться я не стал. Думал, много думал. Тем временем объявил в своей орде траур. Все воины повязали на предплечья чёрные ленты, такой традиции не было в орде. Но я хан, так что могу создавать новые традиции. Ленты будут сняты, когда виновники убийства будут отмщены. Отправил переговорщиков в орду Алжан-хана, старшего сына и наследника убитого Сурхай-хана, а также в орду Алмуш-хана, старшего сына и наследника Алмас-хана. Переговорщиками поехали Сурукат-бек, троюродный брат моего отчима, вторым переговорщиком стал Акшин-бек, который поддерживал меня. Переговорщики получили задание, прощупать настроение наследников, осторожно поговорить, что Алжан и Алмуш думают. Наша орда перекочевала в район среднего течения реки Челбасу. Хотя греческий торговец Теодор, с которым мы ведём дела, называет эту реку Феофания. Я взял привычку ездить на берег реки, чтобы там спокойно размышлять, никто не мешает. А подумать мне есть о чём.

В самой орде не все беки на моей стороне. Нет, они приняли меня, как наследника. Но мысль того, что я не родной сын Чорпан-хану всё же застряла у некоторых в мозгах. А это рано или поздно, может выразиться недовольством беков к молодому хану, то есть ко мне. К тому же есть родственник, троюродный брат отчима, Сурукат-бек. Сроду не поверю, что он не мечтает о троне хана орды. Но недовольство пока не выказывает, как минимум открыто. В общем на мою голову свалились заботы, которых я не ждал так скоро. Хотел войти в силу, заработать себе авторитет у воинов, удачными набегами. Авары народ суровый, уважают удачливых ханов, это я успел понять за пару лет, пока нахожусь здесь. Часть воинов орды дали мне клятву служения. Клялись духами предков и духами неба и земли. Так-то клятва сильная, ибо все они верят именно в духов. Я лично брал клятву с тех кочевников, территории которых мы завоевали недавно, когда отчим был жив. А вот клятву с воинов, что составляют костяк нашей орды я пока не брал. Сейчас, после убийства отчима, даже не знаю, что делать. А ну как часть родов откажутся, что тогда? В общем наследником я объявлен, но юридически, в права не вступил, если выражаться языком 21-го века. То есть мне предстоит взять клятву с воинов и пастухов, чтобы окончательно утвердиться на троне хана орды. Несколько дней назад я поговорил с шаманом орды Тимуром. Вызывать его в свою юрту не стал, а пришёл в юрту шамана сам.

– Скажи мне, кам¹, что мне делать с клятвой верности? – спросил я у Тимура, когда он предложил мне присесть в его юрте.

– В твоей голове зародилось недоверие к народу орды Пшызе. Понимаю тебя, Михар-хан. Когда Чорпан-хан объявил тебя наследником, он в этом клялся Духам предков, Духу Синего неба и Духу Матери-земли. Однако, ты прав, личной клятвы роды тебе не давали, а значит могут претендовать на власть в орде. Это надо исправить, все кланы и рода должны дать клятву верности, тогда ты можешь быть спокоен, что тебя никто не предаст. Я говорил с Духом Синего неба, он считает, что именно ты должен возглавить все народы, которых называют аварами.

– Дай мне правильный совет, кам, – вновь попросил я.

– Прежде, чем я дам тебе совет, скажи мне, Михар-хан, зачем ты пустил к нам людей, которые молятся мёртвому богу? – задал вопрос, вместо ответа, Тимур, при этом вперился в меня своим изучающим взглядом.

Настроение шамана мне понятно. Священник Эразм, по сути, конкурент нашему шаману. Вот он мне вопросом на вопрос и отвечает. Хорошо, я в такие игры тоже играть умею.

– Мой отец разрешил Эразму проповедовать своего бога с условием, что люди Эразма будут лечить наших воинов. Замечу, в двух битвах они смогли сберечь жизни многим воинам. Так что я не стану прогонять Эразма и прочих с ним, если они полезны орде, – ответил я.

– Они смущают умы наших воинов, показывая, что мёртвый бог сильнее Духа Синего неба и Духа Матери-земли, – вскипел Тимур, начиная нервничать.

Я тоже разозлился. Шаман пытается втянуть меня в религиозное противостояние. Покажу свою слабость, считай я пропал.

– Старик, ты забыл с кем говоришь? Может мне вместо тебя стать шаманом, чтобы убедить воинов, что Дух Синего неба недоволен? Тогда зачем здесь ты? Оторви свою жопу от лежанки, начни говорить с воинами, объясни им, что лечение от ран – это изъявление милости Духов предков. В общем найдёшь нужные слова. А сейчас отвечай на мои вопросы, когда я прошу совета у тебя, – достаточно резко произнёс я, чем явно напугал Тимура, так как выражение его лица сменилось на покорное.

Тимур встал, достал из своих закромов несколько пучков трав, сложил их в медное блюдо и поджёг. Через несколько секунд травы задымили, наполняя юрту дымом. Я прикрыл веки, чтобы дым не щипал мне глаза. Шаман затянул заунывную песнь. Бормотал он минуты три, может пять, хотя сам Тимур считает, что он поёт песнь Духам предков. Наконец он закончил, встал, открыл завесу входа в юрту, чтобы дым выветрился, а сам присел на своё место.

– Собери малый Курултай в орде, где соберутся главы всех родов. Там и потребуешь клятву Духами предков, Духом Синего неба и Духом Матери-земли, – посоветовал Тимур.

– А если кто-то откажется дать клятву, что делать с такими? – спросил я.

– Их право, как твоё право принять решение. Можешь просто изгнать из орды такой род, а можешь убить главу рода за неподчинение. Ведь все они уже клялись твоему отцу, а ты наследник по праву. Но прежде совет тебе дам. За кровь твоего близкого родича, принято брать виру кровью. А ты тянешь с этим делом, голову свою мучаешь возле реки, – произнёс Тимур, посмотрев на меня внимательным взглядом, будто хотел разглядеть меня насквозь.

– Я понял тебя, кам. А ты поговори с шаманами больших родов. Чтобы священники не завладели умами нашего народа, вы должны проводить ритуалы чаще. Прогонять христиан я не стану, как и преследовать тех, кто решит молится их мёртвому богу. Научитесь лечить людей от болезней и ран, тогда наш народ крепче будет держаться за веру предков. Отправь своих учеников учится у христиан лекарскому искусству, я договорюсь с ними, чтобы приняли учеников, – высказал я шаману своё решение.

Мысль главного шамана орды я понял. Нет полного доверия воинов ко мне, потому что не беру плату кровью, за убийство названного отца. А это по заветам предков необходимо. Прежде чем собрать малый Курултай, я решил дождаться своих гонцов, чтобы понять настроение своих соседей и родичей. Каждый день я продолжал выезжать на берег реки, где предавался размышлениям. Мои метания в решении, зависят от деформации разума, по прошлой жизни. Хотя и там меня жизнь не баловала. Что я умею? Только воевать. Торговца из меня не получилось в прошлой жизни, сомневаюсь, что получится в этой. Не хотелось мне проливать много крови, а такое неизбежно, если сойдёмся с воинами аварского кагана. Я не склонен считать, что там сплошные неумехи, наверняка воины опытные. Однако по заветам пращуров получается, что мои действия могут воспринимать за слабость. А значит, могут клятвы не дать. Чего добьюсь, если погоню какой-то род из орды? Да хрен его знает, чего добьюсь. Но явно ничего хорошего для меня не будет. Надо думать, как наказать Рустам-хана, но при этом не развязать кровавую междоусобную войну в каганате.

В первой половине мая, в один из дней, я так же сидел у реки и думал, как мне сделать так, чтобы не потерять то, что получил в виде старта, когда попал в тело молодого хана. По поводу Курултая, я решение принял, как только дождусь гонцов от родичей, сразу соберу глав родов. Я услышал, как за моей спиной прозвучал стук копыт. Кто-то подъехал. Скорей всего это мой нукер, сотник Булач-бек. Да, я решил, что изменю все названия войсковых единиц. Всякие аварские обозначения приводят мой язык и разум в бешенство. Буду давать обозначения, к которым привык в 21-ом веке. Ну или ка минимум, как принято было в казачьих войсках, в начале 20-го века. Булач-бек подошёл ближе, я слышал его дыхание, но не поворачивался к нему. Похлопал ладонью по кошме, тем самым предлагая сесть рядом.

– Один мудрец сказал, что «если долго сидеть на берегу реки и смотреть на воду, то мимо проплывёт труп твоего врага», – произнёс я.

– Разве такое возможно, мой хан? Что значат слова этого мудреца, я не пойму? – удивился Булач-бек.

– Слова мудреца значат то, что не следует торопиться с решениями. То, что должно произойти, так или иначе произойдёт, но к этому надо быть готовым. Гонцы вернулись от наших родичей?

– Да, мой хан, они ждут, когда ты выслушаешь их, – ответил Булач-бек.

– Мы возвращаемся, пора принять решение, – решительно произнёс я, легко поднимаясь на ноги.

Я встал, мой конь, по прозвищу Буран, сразу поднял голову, фыркнул и направился ко мне. Я поднял свои парные клинки, вставил их в ножны. Тем временем Булач-бек дал команду воинам, чтобы забрали кошму. Через пять минут, я и моя сотня телохранителей, возвращались в стойбище орды.

Май 672 год. Предгорье Карпат. Рустам-хан. Эпизоды.

Каган Аварского каганата Рустам-хан по своей натуре был кочевником. Славился не только умом, но и хитростью. Основная ставка Рустам-хана находилась в городе-крепости Вистла². Крепость построена в верхнем течении реки Вислы. В крепости хранится вся основная казна Рустам-хана, сам же он предпочитает кочевать с основной частью своего войска. В начале последнего месяца весны, каган решил собрать на Курултай, всех лояльных и преданных, ему ханов. Рустам-хан хотел понять настроение ханов, а также посоветоваться о положении в каганате. В марте, когда собирался очередной Курултай, три хана, с юго-восточных земель, решили высказать недовольство тем, что поход на франков оказался провальным. Понесли большие потери, при этом не получили того богатства, за которым охотились. Объединённое войско каганата отступило. Правда своих воинов Рустам-хан старался не бросать в первые ряды сражений. Основные потери понесли войска Алмас-хана и Сурухай-хана. А вот Чорпан-хан совсем отказался принять участие в походе. Чорпан захватил земли хазар, чем вызвал сильное недовольство Рустам-хана. А кому понравится усиление твоих подчинённых? На фоне восточных побед Чорпан-хана, поражение Рустам-хана и вовсе выглядело позором. Алмас и Сурухай заявили на Курултае, что удача покинула кагана. За последние годы нет ни одного прибыльного набега, если не считать мелких походов в земли тюрингов³. Если бы Рустам-хан не поддерживал торговлю, то казана совсем бы не пополнялась. К тому же войско следовало кормить, иначе собственные воины не поймут своего кагана. Идеология кочевников проста, как серебряная монета. Совершай набеги, захватывай богатства и бери в плен рабов. Рустам-хан вспомнил тот Курултай, который произошёл в марте. Первым своё возмущение высказал Алмас-хан.

– Каган, где твоя удача? Почему ты не смог разбить войско Хельдрика? Но даже не это беспокоит меня. Мой сын потерял тумен, а это были опытные воины. Кто за это ответит? Разве не ты, каган, командовал войсками? – начал кипятиться Алмас.

– У меня тоже потери в пределах тумена. А сколько ещё умрёт от ран, только духи предков знают, – поддержал Алмас-хана Сурхай-хан.

Претензии были вполне очевидными, Рустам-хан и сам это понимал. Была у него мысль назначить кого-то другого командовать всем войском, чтобы потом свалить вину за поражение, если таковое произойдёт. Но каган надеялся победить. А победителя всегда славят. Делиться славой Рустам не хотел, сейчас жалел о том, что всё же не назначил полководцем другого. Но следовало поискать виновника несчастий.

– Если бы Чорпан дал свои тумены, мы бы обязательно разбили Хельдрика. Пока мы ходили в поход, Чорпан обогащался, захватывая земли хазар. Чорпан, ты не забыл, что с трофеев твоего набега, положено отдать в общую казну часть прибыли? А раз не отдал вовремя, то отдашь две трети. Треть пойдёт мне, как кагану, а треть разделят ханы, которые участвовали в походе на франков, – заявил Рустам-хан.

Рустам надеялся, что Сурхай и Алмас захотят получить часть прибыли от набега Чорпана. Тем самым, жадность позволит вбить клин недовольства, между этими ханами.

– С каких пор, мы должны платить за набеги тебе? Достаточно того, что я присылаю дань каждую осень. А может наш каган разленился и разжирел, что не способен больше устрашать врагов? Надо собирать Большой Курултай. Пусть ханы и беки подумают, кто должен быть каганом. Выберут достойных претендентов, которые вызовут тебя на бой, Рустам-хан, – сразу рассердился Чорпан-хан.

– Может ты, Чорпан, меня вызовешь на суд Духа Синего неба? – вскипел Рустам, вперив злобный взгляд на Чорпана.

– Может и я. Хоть ты моложе меня на два десятка лет, но моя рука по-прежнему крепко держит клинок. Пусть скажут беки и ханы на Курултае, думаю найдётся немало достойных ханов, которые смогут водить наши войска в походы, – спокойно ответил Чорпан.

Вот тогда Рустам-хан окончательно взбесился. Он приказал своим воинам убить ханов, Алмаса, Сурхая и Чорпана. Сейчас он об этом жалел. Наследники убитых ханов вправе потребовать виру с Рустам-хана. По заветам пращуров, вира берётся кровью. Но допускается откуп, если оскорблённая сторона согласится.

Сначала каган хотел напасть на орды убитых им ханов, чтобы перехватить там власть. Но успокоившись, хорошо подумал. Если наследники объединятся, то силы будут примерно равными. В каганате одиннадцать сильных ханов, пятеро из них родичи Рустам-хана, а значит будут на его стороне. Два хана хранят нейтралитет, Богда-хан и Саид-хан, но могут встать на сторону наследников. Такая война междоусобицы сильно ослабит каганат. Тогда соседи начнут отбирать территории, а это очень не нравилось Рустам-хану. Требовалась понять, кто на его стороне, из оставшихся ханов, если не считать родичей убитых. Каган послал гонцов в каждую орду, кроме трёх. К первым числам мая приехали все, даже Богда-хан и Саид-хан. Каган встречал гостей в своём походном шатре, на берегу реки. Было приготовлено обильное угощение, Рустам не пожалел запасы ромейского вина, которое считалось лучшим в это время, кроме того, что кумыс подавался без ограничения. Застолье началось доброжелательно. Ханы угощались, хвалили гостеприимство Рустам-хана. После того, как все утолили первый голод, каган поднял тему, которая его волновала.

– Хочу услышать умный совет, как разрешить вражду, между мной и наследниками Алмаса, Сурхая и Чорпана, – предложил высказаться гостям каган.

– Зря ты, каган, отдал тот приказ. За такое убийство положена вира, которая берётся кровью. Надо было вызвать их на поединок, например за оскорбление недоверием. Ты бы смог выставить сильных воинов. Алмас, Сурхай и Чорпан немолоды, тогда бы тебе никто не смог задавать вопросы, – высказал своё мнение склавин Богда-хан.

От его слов Рустам поморщился. Сейчас, по прошествии времени, он сам понимал, что можно было поступить умнее.

– Пошли послов к наследникам, только таких, которые смогут правильно преподнести все события. Пусть предложат откуп, не жалей золота и породистых скакунов. Нам сейчас не нужна междоусобица. Мои знакомые купцы говорят, что Хельдрик хочет объединить алеманнов, баваров, тюрингов и саксов. Когда он это сделает, то обязательно пойдёт войной на нас. Тогда наша междоусобица, станет для него подарком, – высказался Ченгиз-хан, который был женат на родной сестре Рустам-хана.

– Самый опасный для нас, из наследников, Михар-хан. Он заключил дружбу с римлянами. Они снабжают его оружием и золотом. Для каких целей, пока непонятно. Его можно обвинить в предательстве, попробовать сделать изгоем. Донести эти слова до ушей наследников Сурхая и Алмаса, но послов отправить обязательно, сейчас нам междоусобица не нужна, – высказался Карой-хан, который приходился зятем Рустам-хану.

– Согласен с тем, что из всех наследников, самый опасный Михар-хан. Его на востоке и на юге уже прозвали «Пардус». Те победы, что одержал Чорпан-хан против хазар, добился как раз Михар. Наши купцы говорят, что очень дерзкий и решительный, хоть и молод. Хотя, я этому не удивляюсь. Михар родной внук Кубрата Дуло. Надеюсь, сидящие не забыли, кто он такой. В своё время он отделился от каганата, создав Болгарское царство. А полководцем Кубрат-хан был достойным, именно от него своё первое обучение получил Михар, – сообщил Саид-хан.

– Каган, посылай послов ко всем. Пусть наследники скажут своё слово. А кто не согласится на откуп, то пусть на суде духа Синего неба решается вопрос. Ты как каган имеешь право выставить воина вместо себя. Если твой воин проиграет, то откуп всё же следует дать. По заветам предков такое допускается, никто не сможет оспорить. Но главное, ты выиграешь время. А позже можно будет неспеша разобраться с наследниками. Есть ещё способ. Предложи кому-то из наследников возглавить поход на баваров, ну или на войско Хельдрика. Тогда у тебя появятся возможность обвинить наследников, пройдёт время, позже мы сможем что-то придумать, чтобы разрешить этот вопрос, – предложил Исламгирей.

Предложение понравилось Рустаму. Исламгирей был родичем кагана, а значит плохого совета не даст. Пир продолжился, а Рустам-хан принял решение, для начала отправить послов к оскорблённым наследникам.

Май 672 год. Орда Пшызе. Михар-хан.

Вернувшись в орду, я в первую очередь посетил жену Наиду. Она не праздная, ждёт ребёнка. Первое время, после свадьбы, я старался предохраняться, сбрасывая семя на животик жене. Что вызвало возмущение у Наиды.

– Почему ты проливаешь семя не в меня? Разве ты не хочешь, чтобы я родила тебе сына? Может я не нравлюсь тебе в ласках, а ты хочешь наложницу? – возмущалась Наида.

Я попробовал ей объяснить, что она ещё молода для беременности, нам стоит подождать.

– Чего ждать? Тебе нужен наследник, а я сильная, моё тело крепкое, вполне смогу родить тебе наследника, – бушевала моя жена.

В общем убедить её не получалось. Тогда я решил схитрить. Делал вид, что сбрасываю семя, сам же отстранялся от жены. Правда неудовлетворённость вызывала раздражение, но для этого есть наложницы. Однако я не учёл хитрость и ум моей молодой супруги. Наида общается с наложницами, со своими служанками, а также с жёнами беков. Эти опытные тётки научили её, как придержать меня, чтобы я не соскочил своевременно. Короче перехитрила Наида меня. Произошло это в январе, ну а потом, уже не имело смысла предохраняться, так как в феврале обнаружилось, что Наида непраздная. Моя жена летала от счастья на крыльях. Ну как же? Она понесла от мужа, осенью сможет родить ребёнка. А ведь ей всего пятнадцать лет. Хотя здесь и сейчас, в этом времени, четырнадцать лет считается взрослением. Мальчик становится воином, а девочку легко отдают замуж. К маю месяцу, животик у моей жены нарисовался. Когда одевает халат, такие здесь все носят, даже мужчины, то беременность скрывается. Но сняв халат, чётко видно, что фройляйн, аварского пошиба, ждёт ребёнка. Меня к себе Наида не подпускает, явно боится повредить ребёнку близостью с мужчиной. Хотя я пытался убеждать её, что на ранних сроках вполне возможно грешить. Но здесь воспитание другое. Для мужчин есть наложницы, а у некоторых две-три жены. Многожёнство у аваров приветствуется, как, собственно, у всех кочевников. Имеются исключения, даже в моей орде у некоторых беков по одной жене. Любовь она такая, соперничества не терпит. Тем не менее я заскочил в нашу юрту, проверить, как моя благоверная страдает, может получится её чуть-чуть успокоить. Скорей всего у Наиды что-то вроде токсикоза. Она сейчас на дух не может переносить баранину. Из мяса ест птицу и зайчатину, ну и фрукты, благо купцы нам привозят фрукты и овощи в больших количествах, а жена хана может себе позволить, покупать дорогие продукты. Войдя в юрту, сейчас я живу в бывшей юрте отчима, я обнаружил Наиду, сидящей на ковре. Рядом с ней лежала самка леопарда, по прозвищу Нуф. Ещё в прошлом году подарил леопарда жене. Кошка приподняла голову, посмотрела на меня, вильнула хвостом и вновь развалилась на ковре, зажмурив глаза. В одной руке жена держала яблоко, а в другой пучок зелёного лука. Откусывала попеременно. На мой взгляд, странное предпочтение к совмещению еды. Но судя по тому, как жёнушка довольно закатывала глаза, ей это нравилось. М-да, понять женщину трудно, может невозможно, а вот беременную женщину не могут понять даже сами женщины.

– Вкусно, душа моя? – спросил я, присаживаясь рядом.

– Очень. Хочешь попробовать, свет очей моих? – Наида протянула мне пучок лука, но я отказался.

Я погладил её по голове, спросил о здоровье и самочувствии, потом спросил о пожеланиях.

– Я уже велела слугам приготовить к вечеру солёную рыбу и сладости. Михар-ага, сегодня не ходи к наложницам, хочу ночью побыть с тобой, просто прижмёшь меня в своих объятиях, обещаешь? – Наида заглянула мне в глаза.

– Обещаю, радость моя. А сейчас пойду, пожалуй, приехали гонцы, надо послушать, что говорят наши соседи, – я встал, склонился и поцеловал жену в лоб, затем покинул юрту.

Я вышел из юрты и осмотрелся. У входа стоят два воина. Жену постоянно охраняют. Я ей выделил сотню из моих нукеров. Рядом стоят сотник Булач и три десятника из его сотни. Я вздохнул, пора послушать гонцов. Направился к своей старой юрте, той, в которой жил сам, пока был жив Чорпан. Теперь эта юрта играет роль помещения для совещаний. Булач и трое десятников, как тени последовали за мной. Котов-леопардов закрыли в клетке. Им не позволяли бродить по стойбищу свободно.

Через пять минут я сидел на коврах, опираясь на подушки. Слева и справа от меня сотники, Булач и Нуцал, а передо мной сидят темники Сурукат-бек и Акшин-бек. Оба молчат, ждут, когда я дам разрешение говорить. Субординация соблюдается, а это хорошо.

– Слушаю тебя, Сурукат-бек, – произнёс я.

Решил начать с родича. Сурукат мне приходится троюродным дядей, так как он брат покойного Чорпан-хана. Но «дядей» я его не называю, и память мне бывшего владельца не подсказывает, что такое вообще когда-то было. Хотя в семьях авар всё просто. Усыновлённый ребёнок становится в один ряд с родными детьми. А Чорпан и вовсе объявил меня своим наследником, так что все воспринимают меня ханом, а если по-русски, то князем. Кстати, умная мысль мелькнула про Русь, князей и прочие прелести. Но я решил, что додумаю позже, так как Сурукат начал говорить, он ездил в орду, где родилась моя жена.

– Алжан-хан жаждет мести за отца. От нас ждёт поддержки, он посылал гонца к Алмуш-хану. О чём они сговорятся, мне не сказали. Ждут ответа от тебя, мой хан, – дядя почтительно обратился ко мне, значит признаёт мою власть, как минимум пока.

Как я уже успел заметить, за время моего нахождения здесь, с азиатами нельзя наверняка быть уверенным в чём-то, если они не дают клятвы. Зато, когда клянутся, то клятву соблюдают свято.

– Его не пугает междоусобица? Воюя между собой, мы ослабнем настолько, что найдётся много желающих обложить нас данью. Особенно для нашей орды. На востоке Тюркский каганат, от них всегда можно ожидать что-то подобного, – рассудительно произнёс я.

– Ашина Джучжи хан занят внутренними проблемами, он пока что не каган. Ему точно не до нас, лет пять у нас в запасе есть, – сообщил Акшин-бек то, что я уже знал.

– Алжан скорей всего не думает об междоусобице, он ослеплён местью. Сейчас он сможет набрать три полных тумена, треть из них будут пастухи. Да и в последнем походе Алжан не проявил каких-либо талантов. Я говорил с тысячниками, можно было отвести своевременно воинов, но Алжан этого не сделал. Рустам-хан раздавит Алжана, как улитку. Более разумен Гитин, не поддаётся гневу, хотя тоже хочет мести за смерть отца. Алжан сделал Гитина темником, с туменом отослал к границам, с князем Само, чтобы тот не вмешивался в решения, которые примет Алжан, – продолжил доклад Сурукат-бек.

Честно сказать мне Алжан, старший брат Наиды, понравился, когда я общался с ним на своей свадьбе. Кем же он мне приходится? А, вспомнил. Шурином. В общем близкий родич.

– Теперь тебя послушаю, Акшин-бек, – предложил я высказаться второму темнику.

– Алмуш-хан тоже жаждет мести, но гнев не затмевает его разум. Под его рукой четыре полных тумена. Если добавит ополчение, то наберёт ещё тумен. Однако он не спешит объявлять войну кагану. Так же как ты считает, что междоусобица будет только на руку нашим врагам, – коротко доложил Акшин.

Послушав бывалых воинов из командиров нашего войска, я пришёл к выводу, что наши отцы поторопились с объявлением Большого Курултая. По законам степи, мы могли объединиться в Союз племён, выйти из каганата. Было бы намного проще. Ведь наши три орды самые сильные в каганате. Но то, что произошло, уже не поправишь. Придётся плясать от той черты, которая образовалась.

– Хочу послушать ваши мысли о том, что будет делать Рустам-хан, – предложил я высказать мнение обоим темникам.

– По законам пращуров, наше право взять виру кровью. Рустам-хан наверняка это знает и понимает. Но он хитёр, как лис. Междоусобица ему не нужна. Опять же законы пращуров допускают откуп и поединок. Думаю, что каган пришлёт послов, которые попробуют с нами договориться. Рустам-хан повинится, предложит золото и табуны лошадей. Объявит о готовности войти в круг поединка. По законам мы не можем отказаться. Кто-то из наследников должен выйти на поединок. Не будет трёх поединков, только один. Вина одна, значит ответ один. Но в последний момент, Рустам-хан скажется больным, что-нибудь придумает, выставит вместо себя воина, – начал рассуждать Акшин-бек.

Мне понравились предположения Акшина, девяносто восемь процентов на то, что именно так и произойдёт. При таком раскладе будет неважно, кто победит. Точнее, если победит наследник, то что? Я задал уточняющий вопрос Акшин-беку. Мне импонировало, как рассуждает этот темник.

– Воин будет опытный, чтобы не принижать честь наследника и хана, в круг должен войти бек из знатного рода. Если победит наследник, то каган повинится, потом увеличит откуп в два раза. Если наследник проиграет бой, то победитель может претендовать на власть в орде в случае, если нет наследника орды. Тогда соберут Курултай, будут обсуждать кандидатуры. Обсуждение может закончится, опять же поединком. Но это в случае, если у наследника нет приемника. У Алжан-хана и у Алмуш-хана есть младшие братья. Есть кому стать ханом орды. У тебя, мой хан, наследника нет. Готов заложить своего коня, что Рустам-хан захочет поединка именно с тобой. В случае победы, каган может получить большую орду и пастбища, в том числе вассалов, что есть у тебя, – подробно пояснил Акшин.

Интересные у них законы. Рустам-хан вроде, как виноват, но может выкрутиться, даже получит прибыток. Боюсь ли я поединка с каким-то там беком? Да ничуть. После всех инъекций, что сотворили со мной римляне, я быстрее и сильнее любого воина в каганате.

– Как проходит поединок в данном случае, пешими или конными? – задал я следующий вопрос.

– Выбирает тот, кого вызвали. Каган сам постарается свести разговор к поединку. Вроде, как решение Духа Синего неба, а значит оставит выбор за наследниками, – добавил Сурукат.

– Допустим, Рустам-хан будет настаивать, чтобы в поединке участвовал я. Я могу выставить дополнительные требования, при замене бойца? – заинтересовался я, так как не очень хорошо знал аварские законы.

– Можешь, мой хан. Ты даже можешь выставить бойца вместо себя, никто не станет возражать. А можешь потребовать с кагана что-то, что не противоречит законам пращуров, – ответил Акшин-бек.

– Разошлите гонцов во все рода нашей орды. Я жду глав родов, всех родов без исключения. Пусть с собой прихватят родовых шаманов. Под руководством кама Тимура будет проведён ритуал, где все главы родов поклянутся в верности мне. Я объявил траур по своему отцу, повязаны чёрные ленты. Когда произойдёт поединок, ленты не снимать. Все воины снимут ленты, когда Рустам-хан сдохнет, – медленно произнёс я.

– Ты не можешь повторно вызывать на поединок кагана, за убийство Чорпан-хана. Но можешь вызвать его на поединок, как кагана всех авар. Тогда он не сможет отказаться или выставить замену, я понял твою хитрость, мой Повелитель. Всё будет исполнено по твоей воле, даже не сомневайся, – улыбнувшись Акшин-бек посмотрел на Суруката, они кивнули головами, встали на колени и преклонили свои лбы к земле, перед моими ногами.

Похоже я смог удивить своих темников. Вот и ладненько. Будут посланы гонцы в все роды нашей орды, а через пару недель я соберу Курултай. Не сомневаюсь, что мои слова разнесутся среди воинов. Все будут знать, что я не собираюсь прощать кагана, мне нужно просто время, чтобы стать сильнее. Если предположения Акшин-бека верны, то вскоре появятся послы от кагана Рустам-хана. Ну что же, встретим их, как положено.

Май 672 год. Среднее течение реки Уде. Хозяйственные хлопоты.

Итак, время у меня имелось. Допускаю, что каган вышлет к нам своих послов. Та версия, что предложили мои темники, наиболее близка к реальности. И мне, ой, как выгодна. Для кагана Рустам-хана наиболее лучший вариант разобраться с помощью поединка с наследниками, нежели затевать междоусобицу. Внутренняя война в каганате большой кровью обойдётся, а это невыгодно никому, в том числе и нам, наследникам. Так что ждём послов, слушаем какие они речи «сладкие» молвить станут, потом делаем выводы. Что касается Курултая в орде, то гонцов разослали. Тоже не меньше десяти дней пройдёт, пока главы родов соберутся. А мне стоит прокатиться на строительство городов. В Астрахань я отправлю афинянина Дениса. Он правда занят обучением пехотных полков, но думаю, что его смогут заменить персы, которые у меня в качестве боевых холопов, я ведь от рабства их не освобождал. Тот же Бастан аль Фаруг был в персидской армии тысячником, так что кое-что соображает в тактике. Афинянин тем временем Астрахань осмотрит, он немало видал городов в Римской империи, какие-то выводы сможет сделать. Кстати, городу Астрахань, я название дал. На том месте хазары начали строить город Атиль, ну а мы закончим. Кроме этого, задумал я строить ещё два города. Один на реке Уды, в моём прошлом мире река Дон, а греческие купцы называют реку Танаис. Но мы не греки, так что будем пользоваться местными названиями. Я даже название не стал придумывать. В моей прошлой истории существовал на этом месте хазарский город Саркел, что переводится, как «Белая крепость». Вот и оставим такое название. А городок будем строить из какого-то белого материала, чтобы соответствовало названию. Второй город на реке Идел, в моём будущем река Волга. Город хочу поставить там, где Волгоград стоит, только в другом мире, из которого меня сюда забросили. Обе реки в одном месте имеют самое маленькое расстояние, между ними. Там в дальнейшем можно будет построить качественную дорогу, чтобы было сообщение между городами. Идея неплоха, смогу увязать в один узел, две воднотранспортные артерии. Городу я решил дать название Новгород. А почему бы нет? Великий Новгород появится только через два века. Так что со спокойной совестью столбим название нового города, то есть Новгорода. В каком-то из этих городов я и сделаю свою основную ставку. Одну сотню нукеров я отправил с Денисом, а вторую сотню личных воинов взял с собой и выехал к новостройкам.

Я ввёл порядок передвижения по степи отрядов. Впереди, примерно за километр, двигается десяток в авангарде, по десятку в боковом охранении, остальные едут чуть позади меня. Рядом со мной сотник Булач, командир джагуна, ну и мой ординарец Донат. Донату всего одиннадцать лет, молод для воина, но я его взял себе, он из семьи пастухов. Сейчас Донат имеет статус воина, точнее ординарца. Моё нововведение. В орде никто не понимает, что за статус такой, но и не оспаривают. Мальчишка победил в соревнованиях, на проводах зимы. Чорпан подарил ему боевого коня. Не раз я подмечал, как Донат гордо прохаживается среди своих сверстников, когда мы в орде. Подозреваю, что большая часть пацанов орды, в возрасте до двенадцати лет, мечтают стать неизвестным ординарцем. Вон какой Донат красивый, коня боевого имеет, броня, хоть и кожаная, но всё же. Забавно за ними наблюдать со стороны. В походах, когда я беру с собой котов-леопардов Нафа и Нифа, Донат присматривает за ними. Подросли мои котики, через несколько месяцев им исполнится по два года. Своих статей леопарды уже достигли, но пока не заматерели. Всем трём кошкам я дал клички, как поросятам из сказки, что рассказывала мне бабушка, в моей, другой жизни. Сейчас они выглядят, как крупная собака, весят килограмм пятьдесят примерно, хотя их никто не взвешивал. Моего ординарца коты восприняли спокойно. В орде, коты сидят в клетках, чтобы случайно не напали на кого-нибудь. Клетки чистит тоже Донат. Чтобы брать зверей с собой в дальние переезды, пришлось подобрать трёх коней, которые позволяли бы кошкам, сидеть на спине. Сшили специальные попоны, в виде сёдел для котов. За несколько месяцев, леопарды научились ловко держаться на крупе лошадей, когда устают от длительного расстояния. По ходу движения мы делали остановки, чтобы дать роздых лошадям. Но ближе к вечеру, решили остановиться возле одного из станов пастухов и землепашцев. Это даже не стан, а скорей селение, которое раскинулось на реке Сал, приток реки Уды. Чёрт всё никак не привыкну, что Дон здесь называют Уды. Как стану большим каганом, обязательно переименую. Дам названия рекам, к каким привык, в своей первой жизни.

– Донат, забери котов, пусть поохотятся на зайцев или оленей, – приказал я своему ординарцу.

– Для воинов оленей привезти, мой хан? – спросил Донат.

– Нет, зарежут барашка. Ты долго по степи не гоняй, возвращайся затемно, – велел я парнишке.

А то мой юный ординарец иногда увлекается, нравится парню охотится вместе с леопардами. Селение называется хутор Дальний. Почему так назвали не знаю. Живут здесь пастухи, точнее их семьи, ну и крестьяне, которые выращивают зерновые. Есть мельница. Главу поселения, я обозначил, как старосту. Глава селения из племени аланов, по имени Перош. Ещё в прошлом году я разрешил селиться пастухам и крестьянам, кто готов к оседлой жизни. Чтобы занимались скотоводством и полеводством. Набеги на соседей – это хорошо, но постоянно с этого сыт не будешь. Есть племена, которые платят дань. А теперь будут крестьяне, которые, со временем, получат подданство моей орды. Я даже рабам разрешаю селиться на своих землях, при условии, что они будут заниматься сельским хозяйством и промыслами. В каждом селении построен длинный дом, по примеру скандинавских народов. Нужен этот сарай для размещения воинов в мирное время. Кто-то, я сам или мой человек, постоянно посещает селения. Хотя в летнее время, я предпочитаю ночевать у костра или в шатре, как в военном походе. Но в этот раз мы шатёр с собой не брали. В каждом селении, кроме длинного дома, ставят бани. Это уже моё нововведение. Ну не могу я без бани. А так как мне повезло с попаданием в тело молодого хана, то могу перестраивать быт по-своему. Баня простая, топят по-чёрному. Тем не менее, вполне можно погреться в пару, помыться горячей водой. Мои ближние нукеры уже полюбили этот процесс.

– Мой хан, приказать, чтобы приготовили баню? – спросил меня сотник Булач, а у самого рожа довольная, в предвкушении процедуры.

– Пусть староста готовит. Ночевать будем в длинном доме, отдохнём до утра. Передай старосте, что хмельного не надо. Если только кумыс, ни мёда, ни вина не подавать, – велел я своему сотнику.

– Будет сделано, государь, – ответил Булач и начал распоряжаться.

Ещё одно новшество. Я стал вводить обращение ко мне, как «государь». Пусть привыкают. Странно, что Булач не спросил по баб. Хотя я ничуть не сомневаюсь, что сельских девок мои нукеры помнут этой ночью. Порой крестьяне сами подсовывают своих дочерей, а иногда и жён. Родить от воина – удача в дом. Такие здесь нравы. Хотя ревнивцев тоже хватает, не хотят делить свою жену с воином. Не знаю, как было до меня. Думаю, что воины особо не церемонились. А вот уже при мне, имеется запрет, что никакого насилия. Ну, за исключением боевых походов, когда я разрешаю «спустить пар» воям, после сражения. Как говорится «горе побеждённым». Почему-то не сомневаюсь, что мне подсунут на ночь девицу, сам староста расстарается. Что меня первое время удивляло. Внебрачных детей воины могут признавать, а могут просто отсыпать серебряных монет, а потом забыть, что какая-то крестьянка родила ребёнка. Если ребёнка признают, то забирают в семью. Могут даже крестьянку забрать наложницей. Для такой девицы начинается совсем другая жизнь, более сытая.

Пока готовили баню, свежевали баранину и готовились накормить мою дружину, я вышел на берег реки, присел на кошму, дружинники постелили, чтобы подумать в тишине. Пару дней назад пришла мне в голову интересная мысль, а именно о становлении Киевской Руси. В связи с этим, возникает вопрос. Зачем мне стараться, чтобы развивать Аварский каганат, который постепенно приходит в упадок? Лично я не вижу в этом смысла. В прошлой моей жизни, когда я воевал на Донбассе добровольцем, был у нас в ополчении один студент, с исторического факультета. Звали того студента Тарас Головко. Здорово он историю любил, в минуты, когда мы отдыхали от боевых действий, Тарас постоянно рассказывал о том, как образовалось русское государство. В том числе о князе Рюриковиче, о возникновении Великого Новгорода. В общем много чего рассказывал, при чём делал это, вызывая у нас, простых вояк, неподдельный интерес. Со слов моего сослуживца, Рюрик объявится в 9-ом веке. Северные племена пригласят его на княжение. Примерно в это же время образуется Великий Новгород. Селище, из которого вырастет в будущем торговый город, который будет играть немало роль в политическом раскладе будущей Руси, образуется примерно в 7-ом веке. То есть, имеется вероятность, что такое селище уже появилось в пределах Ладоги. Выходит, что у меня, вроде как есть время, для раскачки. Но, с другой стороны, тянуть не следует, если действительно хочу стать основателем Руси. Задача непростая. Чтобы строить какие-то стратегические планы, мне необходимо получить максимальное количество информации. А для этого, нужно уже сейчас отправлять разведку в земли славян. Опять же из рассказов своего сослуживца, я помню, что на месте Киева уже существуют какие-то селения, если не города. У них вроде даже свой князь имеется. Точной информации у меня нет, а значит нужны разведданные. Каково моё положение в данном отрезке времени? С юга проблем можно пока не ждать. Римляне сунули мне в голову какую-то хрень, думают, что взяли меня под контроль. Более того, из намёков Эразма, я знаю, что они ожидают того, что я возьму Аварский каганат под контроль, потому активно меня снабжают всем необходимым. Ладно, пусть так пока и будет. С восточной стороны имеется Западно-Тюркский каганат, но там идут внутренние проблемы, а значит им не до меня. Запад. А что Запад? На западе ближайший сосед – племя вендов, под руководством князя Само, который тоже под контролем римлян. Вывод такой, что я могу вполне спокойно разрешить проблему с Рустам-ханом, а потом заняться сбором информации. При чём решать с каганом надо так, чтобы не вызвать большой междоусобной войны. Пусть Рустам-хан думает, что перехитрил всех. Я же буду собирать разведданные. А между делом, схожу в два-три набега. Обкатаю воинов в реальных боях, денег подзаработаю. Да, именно так и следует действовать. Из моих размышлений меня вырвал мой нукер Булач.

– Государь, баня готова, – сообщил приблизившийся ко мне сотник.

– Хорошо, смоем дорожную пыль. Во время ужина посади рядом с нами Дугуна, хочу поговорить с ним, велел я сотнику, вставая с кошмы.

Дугун лучший следопыт в орде, хитрый разведчик, умеющий перевоплощаться в кого угодно, хоть в купца, хоть в крестьянина. Сейчас он входит в состав моей ближней дружины. Под его началом обучается два десятка будущих разведчиков. Вот ему я и хочу поручить сбор информации о славянах. А ещё мне надо понять, как живут викинги и прочие варяги в этом времени. Нельзя ли, из тех племён набрать наёмников, которых смогу привязать к себе, посредством выдачи им земельных угодий. Насколько я понимаю, на побережье Балтики с землёй всё плохо. Так что воины должны заинтересоваться. Мне потребны пехотные полки, которые будут брать города штурмом. Для таких целей очень даже подходят безбашенные северные племена. После банных процедур, во время ужина я поставил задачу перед Дугуном.

– Подбери себе людей, оправишься в земли славян, а потом к северному морю. Примешь личину торговца, который проверяет торговые пути, для последующей торговли. А ещё лучше, если с какими-нибудь торговцами сговоришься, что в те края ходят. Кстати, данные о товарах тоже следует собирать тщательно, – инструктировал я Дугуна.

– Такая поездка может затянуться до осени, если не дольше, – задумчиво произнёс Дугун.

– Я и не жду быстрых результатов. С собой возьми серебра, каких-то наших товаров, на месте что-то прикупишь. Также в твою задачу входит то, что ты должен склонить местных купцов к тому, чтобы в будущем они снабжали нас нужной, а главное правдивой, информацией.

– Я понял тебя, мой хан. Когда мне начинать готовиться к поездке?

– Можешь возвращаться в орду, подбери людей, продумай список товаров, к моему возвращению, ты должен быть готов, чтобы отправиться без промедления в путь, – ответил я.

Дугун поклонился из сидячего положения, коснувшись лбом земли. Встал и отошёл. А утром следопыт Дугун отправился в обратный путь, забрав с собой двоих учеников, из охотников, которых обучал искусству следопыта и разведчика. Я со своей дружиной на рассвете оправился дальше. Следующим нашим пунктом отдыха будет крупное селение аланов и сарматов, которое называется Вежа Уды. Расположено селение в том месте, где в будущем будет построен город Волгодонск. В переводе с языка кочевников, Вежа Уды имеет значение «юрта на реке». Вроде как-то так. Сейчас Вежа Уды достаточно крупное селение. Здесь селятся мои рабы, которые готовы заниматься сельским хозяйством. Кроме моих невольников есть рабы, которые принадлежат свободным аланам или сарматам. Ставят дома из брёвен. В общем обосновываются капитально. Дворов триста не меньше, подозреваю, что селение постепенно превратится в город. Ещё при живом отчиме, митрополит Эразм получил разрешение поставить рядом с селением церковь, чтобы вести проповеди. У меня был разговор с митрополитом Эразмом, что я разрешу ему поставить церкви, в строящихся городах, с условием, что христианская религия не будет насаждаться агрессивно. Как человек из будущего, я понимаю, что христианство вытеснит постепенно религию старых богов. Правда есть один нюанс, меня посещает в снах или в видениях, Дух Синего неба. Приходит в образе леопарда. Не сомневаюсь, что не просто так, придётся за это платить какую-то цену. Скорей всего цена – не дать возможности забвения древней религии. Вот и приходится мне лавировать по краю, чтобы использовать все возможности своего утверждения в этом мире.

Глава 2.

Май 672 год. Новгород и Саркел. Земли орды Пшызе.

С Южной стороны, в направлении селения Вежа Уды, протекает небольшая река, с названием Солоная. Кто дал название это речке, я без понятия. В районе левобережья возвышенности. Наш отряд поднялся на самый высокий холм, откуда открывается прекрасный вид села. Я натянул поводья у Бурана, останавливая своего скакуна. Конь недовольно фыркнул, я похлопал его по шее, успокаивая. Ко мне сразу приблизился Донат.

– Повелитель, разреши поохотиться с барсами¹ в окрестностях? – спросил мой ординарец.

Я кивнул головой, а сам достал подзорную трубу, имеется у меня такая, чтобы внимательней рассмотреть местность и селение. Донат радостно улыбнулся, пришпорил коня, поскакав в сторону леса, свистом приманивая моих котов. Рядом со мной стоял Булач.

– Булач, отправь в село десятника Тарраза, пусть там старосту пошевелит, готовят нам отдых и ужин, никаких праздников не устраивать. Ночь отдохнём, утром двинемся дальше. А я заскочу к священнику, поговорю с ним, – приказал я сотнику.

– Слушаю и повинуюсь, государь, – ответил Булач и отъехал от меня.

Я же перевёл взор на церковь, которая стояла в стороне от села. Рядом с церковью поставлен огромный крест, на постаменте. В этот момент, солнышко выглянуло из-за облака, лучи светила попали на крест. Я совершенно ясно разглядел, как что-то отражает солнечные лучи, будто на кресте есть зеркальные поверхности. И что это такое? Мне стало чрезвычайно любопытно. Я пятками ткнул Бурана в бока, давая команду двигаться вперёд. Через пять минут я подъехал к большому кресту, на нём не было распятия. Просто крест, как у католиков в моей прошлой жизни. Крест возвышался метра на четыре в высоту.

– Найдите мне лестницу, хочу подняться наверх, – приказал я и спешился.

Несколько рядовых нукеров бросились выполнять мой приказ, не сомневаюсь, что лестницу найдут. Скорей всего такая есть в церкви. Я же тем временем обошёл постамент креста вокруг, внимательно всматриваясь в детали. Что я хочу увидеть? Не знаю, но любопытство всё больше наполняло меня. Минут через десять пятеро воинов притащили лестницу, вслед за ними бежали двое послушников, в серых балахонах, пытались возмущаться, но мои вои не обращали на них никого внимания. Приставили лестницу, она доставала до верхнего перекрестья. Я поднялся по лестнице, под возмущение послушников. Что же я вижу? Верхняя грань креста имеет гладкую поверхность, схожую со стеклом, при чём в клеточку. Стекло в этом мире не новость. Я даже погладил ладонью поверхность. Такое я видел в прошлой жизни, один в один солнечные батареи. Ещё одно доказательство, что в этом мире рядом со Средневековой отсталостью фигурируют фантастические технологии. Я провёл рукой по граням, надеясь обнаружить какие-нибудь провода, но ничего такого нет. Как всё это странно, в то же время предсказуемо. Глянув вниз, увидел, что к нам двигается сам митрополит. А у меня к нему возникло несколько конфиденциальных вопросов. Я спустился с лестницы, кивнул воям, чтобы они вернули предмет на место. Митрополит Эразм с тревогой смотрел на меня. Я подошёл к нему.

– Приветствую тебя, Михар-хан, – поздоровался священник, склонив голову.

Нет он не кланялся до земли, только головой обозначил поклон.

– И тебе здравствовать, Эразм. Думаю, нам есть о чём поговорить, как считаешь?

– Пройдём в мою келью, там нам никто не помешает, – согласно кивнул митрополит и направился на двор церкви, я последовал за ним.

Шагая за митрополитом, я осматривался вокруг. Территория церкви огорожена частоколом. Все строения из дерева. На заднем дворе просматриваются какие-то сараи, насколько я знаю, у митрополита здесь организован госпиталь. Лечит местных селян, ну и тех, кто приходит за помощью. Где-то здесь пришивают биопротезы. И вот что интересно. Как их доставляют? Не буду пока голову ломать, сомневаюсь, что Эразм скажет правду, но рано или поздно я и об этом узнаю.

– Все твои заявки будут удовлетворены, не сразу, в течении трёх месяцев. Скажи, Михар-хан, зачем тебе столько оружия? – спросил Эразм, когда мы расположились в его келье.

– Оружия много не бывает, просто унести не можешь, сколько тебе надо, – ответил я, чем вызвал неподдельное удивление митрополита.

Я раздумывал, стоит ли мне говорить о том, что я обнаружил на кресте солнечные батареи? Ну или как они здесь их называют. По-хорошему, кочевник не должен понимать что-то в технологиях. Негде было получить такие знания Михару, пока я не попал в его тело. Пожалуй, говорить не следует. Кто знает, как отреагируют священники на мои догадки или непонятные знания.

– Михар-хан, ты обещал, что будет позволено построить церкви в строящихся городах?

– Я не забыл о своих обещаниях. Между нами была договорённость, вы мне помогаете, со своей стороны, снабжением, я не мешаю вам строить церкви и вести проповеди. Но ваша вера не должна быть агрессивной. Никаких отрицаний Духов Передков, особенно в отношении воинов. Я хочу увеличить количество учеников, которые обучаются искусству лекарей. В этом вопросе у нас нет разногласий, не так ли? – я посмотрел внимательно в глаза митрополиту.

– Нет, как я обещал, твоих людей не станут склонять к вере в Христа, просто обучат искусству лекарей, – подтвердил Эразм.

Вот и хорошо. Дело в том, что в прошлых двух походах лечением ран воинов, занимались послушники Эразма. Меня такой расклад не устраивал. Требовались только свои обученные специалисты. Так ли иначе послушники ведут разговоры о божьем промысле Христа, а мне не хотелось бы, чтобы смущали разум воинов в битвах. Итак, некоторое равновесие в наших отношениях сохраняется. Сейчас я не готов серьёзно заниматься вопросами религии. Я встал, показывая, что разговор окончен, Эразм не возражал. Наверняка они считают, что со мной вопрос решён. Тому есть несколько причин, какая-то хрень в моей голове, священники хорошо снабжают мою орду. Но прежде, чем я ушёл от митрополита, он всё же обратился ко мне.

– Хельдрик объявил себя королём. Но суть не в этом. Он начал выходить из-под контроля. Кардинал Маркиан считает, что ты должен совершить несколько набегов, чтобы Хельдрик понял, что без нашего посредничества он не обойдётся.

– Я услышал тебя, митрополит, – ответил я, направляясь к выходу.

Вот и ладненько, наши планы на некоторое время совпадают. Святоши желают, чтобы я пощипал Хельдрика, а я как раз собирался чуток его пограбить. Как я и думал, с меня начнут требовать отрабатывать всё, то снабжение, что сейчас предоставляют.

Из селения Вежа Уды мы уехали на рассвете. Во время вчерашнего ужина удалось поговорить со старостой Сусагом. Он похвастался, что в этом году они засеют ещё два десятка полей пшеницей. За зиму им удалось провести примитивную селекцию, отделили мелкие зёрна от крупных. Так что сеять станут семенное зерно, что меня радует. Урожай обещает быть неплохим, при условии погодных условий. Я пока получаю зерно от римлян. Имеет смысл, начать продавать излишки в Персию, но об этом подумаю осенью, когда пойму, насколько хорош урожай. Надо хорошенько подумать, кто у меня в орде будет заведовать торговлей. Нужен человек, который имеет торговую жилку. До места строительства, будущего города Саркел, мы добирались два дня. Название «Саркел» я позаимствовал у хазар, что означает «Белая крепость», но мне лично слово понравилось. Вот пусть так и называется город. В данный момент мною затеяны три стройки. Если Астрахань в стадии завершения, то Саркел и Новгород в самом начале строительства. Планирую начать ещё несколько строек городов. Нас заметили издалека. На каждом участке строительства дежурит полусотня воинов. Так на всякий случай, мало ли кто вздумает заглянуть сюда и пограбить строителей и крестьян. Я присмотрелся, кто-то скачет нас встречать. Ага, это ата-джагун², но имени его не помню. Видимо нечасто воин мелькал перед моими глазами.

– Младший брат Самилава, молодой Кробат, – высказался Булач, когда разглядел всадников.

Самилава я знаю, он десятник в моей личной дружине. Странно, что младший брат обогнал старшего по должности. О чём я сказал Булачу.

– Самилав не хочет уходить из твоей личной охраны, государь, – пояснил мой сотник.

Я не удивлён, по престижу в орде, малая дружина, ну или моя личная охрана, находятся выше, чем рядовые воины, в общем войске. Подскакав к нам, Кробат спрыгнул с коня, упал на колени и коснулся лбом земли. Здесь так приветствую своего хана. Я велел Кробату встать, он поднялся, вновь запрыгнул в седло, не касаясь стремян. Ловкий малый. Хотя какой малый? Он мой ровесник. Я тронул коня вперёд, Кробат пристроился рядом, но, с другой стороны, нежели Булач.

– Докладывай, – велел я.

– Работы ведутся по планам мастеров, которых привезли купцы. Поставили печь, в которой обжигают кирпичи. На самом строительстве порядок, рабы, что из пленников особо не бузят. Нам пришлось одного хазарина на кол посадить, он напал на одного из мастеров, – начал свой доклад Кробат.

Я давненько не посещал строительную площадку, хотя работы здесь начали ещё осенью. Всё никак не мог выбрать время. Надо назначать ответственных людей, кто будет контролировать хозяйство. Старостой здесь глава аланского рода Берд. С которым я обязательно встречусь, но позже. Спросить я решил о другом. Зимой, в верхнем течении реки Уды, валили строевой лес для строительства домов и прочих построек, но для посада, а не для города. В городе я планировал строить дома из кирпича. Для этого еврейские купцы Ираклий и Авнер, сейчас они сотрудничают со мной, завербовали мастеров, имеющих опыт строительства крепостей. Привезли из Персии, соблазнив хорошей платой. Что касается кирпичей, то это с моей подачи делается. Персидские мастера знакомы с производством кирпича. А так как нужных камней поблизости нет, то решено ставить стену крепости из кирпича. Вот с Новгородом совсем другая ситуация, там недалеко Уральские горы, оттуда возят плитняк³, хотя сюда, для фундамента, тоже завозили природный камень. Что касается делового леса, то брёвна должны были вязать в плоты и сплавлять по реке, сразу, как только сошёл лёд, и спала большая вода половодья.

– Плоты сплавляют по реке? – спросил я у Кробата.

– Сплавляют, мой хан. Но есть там некоторые трудности. Вятичи нападают на наших лесорубов. Мне пришлось два десятка воев отправить, чтобы отбивались от местных, – ответил мой командир полусотни.

Земли, где мы рубили лес, действительно под племенами вятичей. Время от времени туда делают набеги мои соседи. Видимо и мне следует кого-то послать, чтобы погоняли местные племена, усмирили, а заодно и трофеев с рабами привезли.

– Воев бы туда послать, чтобы прошлись по территориям, а то совсем страх потеряли, – тут же опередил мои мысли Кробат.

– Я напишу письмо, отправишь гонца в орду. А тебе пора становится сотником, вижу, что справляешься с поставленными задачами, – принял решение я.

Казалось бы, что лес я мог рубить и на своих землях. Но у нас в лесостепной зоне его не так много, нежели в землях выше по течению. Именно там и живут племена вятичей и радимичей.

Через полчаса я встретился со старостой поселения Бердом. Он возглавляет достаточно сильный род аланов. С ним я и проехался по селению, посмотрел, как устроились мастера, что делают и так далее. Как ведутся дела мне понравилось. Сейчас строится малая крепость, которая со временем станет внутренней. На территории это крепости поставят палаты для меня, казармы для воинов, арсенал и склады, где будет хранится урожай и прочие ценности. По моим планам, я буду держать в крепости не больше тысячи воинов, они же станут поддерживать порядок в окрестностях. Городом будет управлять воевода. Сейчас в аварском каганате такой должности нет, но я её придумаю, точнее назначу. Вертикаль власти в каганате такова. Каган назначает тудуна, тот же наместник. По сути, ханы любой орды и являлись тудунами. В каждой орде есть шаман, который считается жрецом-югуром. Дань собирают тарханы, а уже потом идут все вожди племён и родов. Но я-то нацелился создавать Русь, так что буду давать свои должности, которые помню с уроков истории, по прошлой жизни.

– Повелитель, мы освоили не только обжиг кирпича, но и обжиг черепицы, которой будут покрывать крыши. В этом году, в два раза больше полей засевают крестьяне, урожай будет хорошим, так шаманы говорят. Порядок соблюдается. Тут на днях Кубрат одного хазарина на кол посадил, так что все рабы, из пленников, присмирели. Гончары у нас появились, купцы привезли две семьи. Мастера селятся отдельными слободками, крестьяне отдельными. Думаю, что за год стены крепости закончим, – докладывал Берд, пока мы обходили все объекты строительства.

Шли пешком. Я отправил Доната, чтобы он вымыл моего коня в реке. Буран любит, когда его купают и смывают пот со шкуры. Обычно я это делаю сам, но с появлением у меня ординарца, многие обязанности он взял на себя. Котов выгуливает на охоту, коня моет. Буран только его и подпускает к себе. Есть что-то такое в мальчишке, животные его слушаются. В Аварском каганате очень много различных народов, а значит и наречий разговорного языка хватает. Что интересно, у меня прекрасно получается быстро учить языки. Может та штуковина, что сидит в моей башке влияет? Может да, а может нет. Многие воины разговаривают на различных наречиях. Но в основном в нашей орде применяется язык оногуров. Мой отчим был из этого народа, да и я сам тоже по рождению оногур. Вот создам государство под названием Русь, всех назову русскими. Да, такая у меня блажь. Хан я или чай зашёл попить?

Осмотрели печи для обжига кирпича. Ничего нового я для себя не почерпнул, в прошлой жизни был на кирпичном заводе, всё вроде то же самое. К нам подошёл главный мастер по строительству, перс Гейдар. Я его знал, забрал трофеями рабов у Шадхана в прошлом году, когда разбил его войско. Среди них был Гейдар. Мастерам я пообещал, что после окончания строительства городов, дам свободу и землю. Гейдар уже женился на рабыне хазарке, завёл семью, а значит останется на моей земле. Что касается работы, то я их обеспечу по самое «горло». Мне понадобится много крепостей. Гейдара остановили мои телохранители, но я им кивнул, воины пропустили строителя. Гейдар подошёл, встав на колени, ткнулся лбом в землю, я велел подняться ему.

– Говори, – разрешил я, понимая, что строитель что-то хочет сказать.

Заговорил я с персом на его родном языке, этот язык я выучил, ещё будучи в Византийской провинции.

– Повелитель, нужен огненный камень, с ним работа куда быстрей пойдёт. Да и кузнецам он пригодится, жару больше даёт, – склонив голову произнёс Гейдар, намекая на каменный уголь.

Я повернулся к Берду, перевёл ему то, что сказал перс.

– Привозим немного из Персии огненного камня, но дороговат он, мы с верховьев Уды лес тянем, обжигаем его в уголь, так дешевле получается, – объяснил Берд.

– В Византии огненным камнем называют каменный уголь. Пока будем обходиться тем, что есть, – отмахнулся я, задав сразу вопрос, – Какой толщины стена у крепости?

– Шесть шагов, Повелитель. Но это будет внутренняя крепость. Когда определимся с посадами и постройками для жителей, начнём ставить наружную стену. Вот её надо будет делать из камня, чтобы была прочнее, – ответил на мой вопрос Гейдар.

Осмотрев обжиг черепицы, двинулись дальше. Гейдару я велел ждать нас на строительной площадке. Дошли до пилорамы. Как оказалось, распил брёвен на доски и брусья знаком римлянам. Нам привезли две таких пилорамы, точнее механизмы, с рабами, которые обслуживают пилорамы. На строительстве Астрахани, я тоже видел такую. Хотя удивился, что в 7-ом веке работает такая технология по распилу пиломатериала.

– Берд, организуй саженцы хвойных деревьев. Будете сажать лесополосы, для защиты от ветров ваших полей. У тебя трёхполье или четырёхполье?

– Четырёхполье. Дети собирают семена трав, после сбора урожая, мы высеваем травы, чтобы на следующий год на этих полях пасти скот, – ответил Берд.

Смотри-ка, грамотно распределяют. Похоже Берд хорошо управляется с хозяйством. Далее прошли к гончарам, потом к кожевникам, а после посетили кузнецов. Я остался доволен тем, как ведутся дела. Напоследок, мы посетили строительную площадку. Здесь я никаких советов и распоряжений не давал. Незачем лезть в работу профессионалов.

– Отстроишь город, назначу тебя мэром города, вижу порядок ты поддерживаешь тот, что нужен, – пообещал я Берду.

По глазам вижу, что Берд не понял, кто такой мэр, но переспрашивать не стал. Гонца я всё же отправил в орду, с приказом прислать пару тысяч воинов, чтобы сходили в набег на вятичей. Переночевали в строящемся городе, а на рассвете выдвинулись к Новгороду.

До нового города, который строится на реке Идел, мы добрались за шесть часов, ни разу нигде не останавливаясь. В месте, где Идел и Уды, протекают на максимально близком расстоянии примерно сто километров. За два года нахождения в этом времени, в теле Михара, я понял, что тренированная лошадь может осилить двадцатичасовую скачку. Правда при переменном аллюре, то есть, шаг, рысь, галоп. На подъезде к месту строительства, нас встретил патруль, десяток воинов из булгар. Охрану строительства я поручил темнику Азат-беку. В прошлом году, он дал клятву мне и моему отчиму служить. Азат-бек из многочисленного рода. Тысяча воинов, и это только его родичи. В общем меня он в прошлом году впечатлил. Хотя ранее служил Шадхану. Но теперь о Шадхане остались только воспоминания, да на одном из холмов голова, где закопали убитых хазар, которая за год точно превратилась в мумию. Правда я не проверял, но сомневаюсь, что кто-то снимет башку убитого хазарина с шеста. К нам приблизился десятник, когда прошло опознание, спрыгнул с лошади и приветствовал меня на коленях, поклонившись до земли.

– Повелитель, разреши сопровождать тебя? – спросил разрешения командир патруля.

Мне понравилось то, что у Азат-бека службу тянут исправно. Заметили нас издалека, наверняка уже сообщили кому следует, что приближается сотня воинов. Десятник из булгар, его имя мне неизвестно.

– Воин, как твоё имя? – решил я узнать имя воина.

– Алыптай, мой хан, – ответил десятник, вновь поклонившись до земли.

– Отправь гонца к Азат-беку, сообщи о моём приезде. А сейчас я хочу осмотреть селение и строительство города, – дал я распоряжение.

Город начали строить рядом с поселением племени сарматов⁴. В округе много таких хуторов. Часть родов сарматов служат орде «Бёри», так называют орду Алмас-хана, а часть служат мне. Хотя теперь можно считать ханом орды «Бёри», Алмуш-хана, как наследника убитого Алмас-хана. Название орды переводится, как «волки» с булгарского языка. Сарматы в основном кочевники, но по побережью реки, многие начали вести оседлый образ жизни. Сам я ещё не посещал этого места строительства, но мне докладывал Азат-бек, что старостой назначен глава крупного рода сарматов Зенафр. Со слов Азат-бека, Зенафр степенный и хозяйственный человек, что интересно, обучен грамоте. Алыптай отправил гонца к Азат-беку, а также отправил одного воина, чтобы сообщил старосте поселения о моём приезде.

Староста Зенафр мне понравился. Действительно, в нём просматривалась некоторая степенность и надёжность. Внешностью, на кочевника, он не особо походил. Седая борода и усы, волосы до плеч. Рост примерно мой, широкоплеч. Одет в халат из дорогой ткани, на ногах мягкие сапоги без каблука. В вырезе халата просматривается рубаха с вышивкой. На голове войлочный колпак. Приветствуя меня, Зенфар встал на колени, склонив голову до земли, при этом снял свой головной убор. Я велел ему подняться, спрыгивая со своего коня.

– Зенфар, мы пройдёмся пешком, хочу посмотреть, как здесь устроились пришлые мастера, потом осмотрю строительство. По пути, ты мне расскажешь, как идут дела у рыбаков и земледельцев, – распорядился я.

– Слушаю и повинуюсь, Повелитель, – ответил Зенфар, в этот раз он ограничился только поклоном.

Прежде чем сопровождать меня, Зенфар распорядился, чтобы готовились покормить меня и мою дружину. Ну а дальше мы начали обход всего поселения. Что сказать? Картина примерно такая же, как в Саркеле. Селение вокруг строительства уже насчитывает почти две тысячи человек. Мастера все приезжие, хотя кожевники и ткачи местные. А ещё есть родичи Зенфара, которые строят лодки и ладьи. Оказывается сарматы, которые осели на земле, занимаются торговлей. Ходят в верховья реки Идел.

– Пару раз в год, ходим по реке Чулман, что является большим притоком Идел. В тех местах проживают разные племена, булгары, удмурты, мордва. В основном у них берём соль, есть у них хорошие меха, которые охотно покупают торговцы для Персии, – пояснил Зенфар.

– Чулман? – переспросил я, так как мне такое название реки было незнакомо.

– Камень река, хотя я слышал, что персы называют эту реку «Джаик», – ответил староста.

Теперь я понял о какой реке идёт речь. Через несколько веков реку назовут Кама. Как только утвержусь во власти, обязательно переименую в название реки, как Кама. Хотя Чулман мне тоже нравится. Значит сарматы ведут торговлю – это очень хорошо. Торговцы приносят отличные разведданные. Следующие минут пятнадцать я объяснял Зенфару, что торговлю надо бы увеличить, чтобы разведать земли северных племён.

– В том месте, где Чулман впадает в Идел, есть крупные поселения или остроги? – спросил я у старосты.

– Нет, ничего крупного наши люди не видели. Точнее есть крупные селения, но глубже в тайгу. А вот там, где мы обмениваем товары на соль, живут воинственные племена, – ответил Зенфар.

В результате обхода, я познакомился с многими ремесленниками, особенно меня порадовало, что здесь хорошо развито мастерство ткачей. Печи для обжига кирпича имеются. Но крепость строят из камня, который возят с верховьев Идел, а кирпич идет на строительство домов. Торговец Ираклий завербовал строителя Георгия, он афинянин. Прибыл вместе с семьёй. А это может значить только одно, человек перебрался к нам на постоянное место жительства. Что лично меня радует. Строительство города начали, сразу с наружной стены, так предложил афинянин. С Георгием я тоже повстречался, когда пришёл на строительную площадку. Не поверите, но я чуток обалдел от размеров крепости, на которые замахнулся строитель.

– Разве не следует начинать с малой крепости, а потом ставить наружную стену, когда можно будет определиться с количеством жителей в городе? – спросил я у афинянина.

– Я разметил место, где будет стоять малая крепость, за лето подготовим фундамент. Кирпича маловато, чтобы начинать стены малой крепости, лучше пустить их на дома. А камня у нас в достатке, так что не вижу смысла тянуть с наружной стеной. Город с годами будет расти, так что потребуется третья линия стены, – ответил Георгий.

Чувствовалось, что афинянин знает своё дело, имеется у него опыт. Правда с его личных слов, проверить-то я не могу. Я вздохнул, для меня востребована серьёзная служба разведки. Вся трудность будет в кадрах. Где взять таких людей? Придётся торговцев активно использовать, постепенно привлекая их к себе на службу. Надеюсь, что из Дугуна получится нужный мне специалист в разведке.

Темник Азат-бек появился только вечером, когда мы уже успели поужинать. Мои нукеры занимались уходом за лошадьми, готовились к ночлегу. Мне и самому требовалось поговорить со своим темником. Появились несколько мыслей, решением этих задач я планировал озадачить Азат-бека. Темник приехал не с пустыми руками, он привёз походный шатёр, для моего ночлега. Наверняка догадывался, что на строительной площадке и в селениях нет достойного места для хана. В уме я поставил плюсик булгарину. А вообще-то надо бы озаботиться шатрами, на случай такого моего посещения строящихся городов. Как оказалось привезли не только шатёр, но и молодых рабынь, чтобы грели постель хана, во время его ночёвки.

– Повелитель, я могу надеяться, что ты изволишь посетить моё стойбище, чтобы я оказал тебе достойный приём? – спросил Азат-бек.

Претензий к темнику у меня не было, он отлично справлялся с контролем территорий, на основании моего поручения. Фактически Азат-бек осуществлял роль наместника на левобережных землях реки Идел. Оставалось официально назначить его на должность тудуна, но раньше, чем все беки принесут мне клятву, я не собирался этого делать. Поэтому я решил, просто поговорить с Азатом, за чашечкой кумыса. Мы сидели в шатре. Я на некотором возвышении, хан всегда должен восседать выше своих подданных. Азат-бек сидел напротив, прислуживал нам мой ординарец Донат. Он уже дал мне клятву перед Духом Синего Неба и Духами Предков. Ритуал проводил наш шаман орды Тимур. Я не сомневался, что мальчишка будет хранить секреты, даже перед страхом смерти. Всех остальных из шатра удалили.

– Азат, ты получил от гонца моё повеление на сбор всех беков? – спросил я.

– Да, Мой хан. Во время ритуала перед Духом Синего Неба, Духом Матери-Земли и Духами предков, мы должны дать клятву верности тебе и твоему потомству, – ответил Азат-бек.

– Я планирую провести ритуал, сразу после возвращения. Должны присутствовать все главы родов и шаманы ваших родов. Потом я объявлю свою волю. Заранее могу сказать, что нам предстоит много походов. Воины застоялись, пора показать свою ярость соседям. Как только ты дашь клятву, я объявлю тебя тудуном земель левобережья Идел. Новгород тоже станет твоей вотчиной, когда его построят, – начал говорить я, а мои слова явно удивили Азата.

– Мой хан, тудунов назначает каган, разве нет? – чуть раскосые глаза Азата даже расширились, настолько было велико его удивление.

– Мне нет дела до Рустам-хана, но подробности ты узнаешь позже, после клятвы. К тому же я знаю, как будет решаться вопрос кровной мести. Каган попробует откупиться, думает, что так выплатит виру. А я не собираюсь прощать ему трусливое убийство отца. Рано или поздно Рустам-хан сдохнет, в том я дал клятву Духу Синего Неба. Но сейчас у меня для тебя есть поручения. Проведи разведку верхнего течения Идел, а также по реке Чулман. За лето выполни моё поручение.

– Мы пойдём в набег? А как же Алмуш-хан, частично там его земли?

Я понимал, что Азат задаёт верный вопрос. В районе, куда я планирую походы, могут быть данники орды «Бёри».

– Заодно и выяснят твои люди, кто является данником Алмуш-хана. Договорись с Зенфаром, он даст торговцев на ладьях. Под видом купцов легче всего проводить разведку. В устье реки Чулман, я хочу поставить сторожевой пост. Следует подобрать место, чтобы контролировать обе реки. По рекам проходят торговые пути, мы должны взять их под контроль, все купцы, которые идут с северных земель, будут платить дань. Тебе придётся обучить своих воинов воевать с лодок, если потребуется захват особо упёртого купца.

– У меня такие есть, мой хан. Некоторые воины из рыбацких семей, мы же живём на большой реке, – уточнил Азат.

– Хорошо, пусть проводят учебные бои, чтобы не оплошать в реальном бою. Далее. Кроме того, что ты должен следить за поведением Ашина Дучжи хана, ты пройдёшься по северным землям. Для начала пограбишь их, возьмёшь полон. Нам нужны рабочие. Будем не только продавать рабов, но и сажать на землю, чтобы они обрабатывали поля, учились ремеслу. Убивать без необходимости не надо, в будущем, они все станут нашими данниками, – я добавил в свой взгляд жёсткости.

Азат-бек умный, он сразу сообразил, какие перспективы для его семьи и рода появляются в ближайшее время.

– Я всё сделаю, мой Повелитель, как прикажешь, не сомневайся, – произнёс Азат-бек.

В этот вечер мы разговаривали до глубокой ночи. Я обрисовал круг задач, которые будут первостепенными, а которые тугун станет выполнять чуть позже. Как только я создам государство Русь, все тугуны станут удельными князьями, а это, как не крути, совсем другой статус, нежели бек.

Май 672 год. Орда Пшызе. Следопыт Дугун. Эпизоды.

Не прошло и трёх суток, как следопыт Дугун, из личных нукеров хана, вернулся в орду. Он сразу же напросился на приём к хатун⁵ Наиде, передав жене хана свиток, с письмом от своего Повелителя. Жена хана без промедления приняла Дугуна.

– Что тебе требуется, воин? – спросила Наида, когда Дугун склонился лбом к ковру, в юрте хана.

– Я возьму с собой десяток воинов, нужна одежда, в которую могут одеваться купцы. Из товаров возьму специи, они занимают мало места, шёлк и пяток ковров. Мы пойдём без повозок, возьму с собой по два заводных коня, на каждого воина. Если что, мы сможем увезти все товары на лошадях. Так будет проще передвигаться по местам, где нет дорог, – объяснил Дугун.

– Хорошо, ты всё получишь в течении двух дней, ступай, готовься к поездке. Ещё я напишу письмо брату, чтобы он не чинил тебе препятствий, когда ты будешь проезжать через их земли. Ступай, Дугун, – отпустила Наида следопыта.

Дугун понимал, насколько важную задачу поставил перед ним хан. Также он понимал, что поездка займёт не один месяц. Будет хорошо, если он сможет вернуться к зиме. Приготовление к походу заняло три дня. Пришлось сменить оружие, качественные клинки оставили дома, вместо них взяли обычные. Из товаров взяли несколько тюков шёлка, пять ковров, которые очень ценились у торговцев, сто небольших мешочков специй. Взяли три мешка соли. Запас охотничьих и боевых стрел. Сменили одежду. Из защитной экипировки одели только кольчуги, под халаты. На четвёртый день, караван из тридцати трёх лошадей, навьюченных товарами и запасами фуража, выехали в северном направлении. Как и говорил, Дугун взял с собой десять человек. Из них два профессиональных охотника, его личные ученики, и восемь воинов.

Май 672 год. Орда Пшызе. Хатун Наида. Эпизоды.

Наида очень радовалась тому, что понесла ребёнка. Но какие она при этом испытывала мучения порой, трудно представить. Опытные служанки и жёны беков, с которыми она сдружилась в орде, заявляли, что изменение вкусов, тошнота, повышенная чувствительность к запахам и прочие неприятности вскоре пройдут. Тем не менее Наида стала раздражительной. Через неделю после того, как уехал муж, появился гонец от Михара. Он передал Наиде письмо, в котором муж давал распоряжения. По законам кочевников, жена в отсутствие мужа, становится главной в решении каких-либо вопросов, касаемых государственности. В орде знали о состоянии Наиды, потому старались лишний раз её не беспокоить. Однако сама девушка понимала, что распоряжение мужа следует выполнить, отдав необходимые приказы. Из всех темников орды, в доступной близости, находились Сурукат-бек и Акшин-бек. Балмир-бек со своим туменом дислоцировался на юго-востоке земель орды. Требовалось держать под контролем Дербентский проход, так как оттуда могли в любой момент напасть персы или арабы. Наида велела пригласить в ханскую юрту Сурукат-бека и Акшин-бека. Шаман подбирал травы, которые развешивали в юрте. От запаха этих трав Наиду не тошнило, как от варёной баранины. Девушка сама удивлялась такому неприятию организма, ведь до беременности, она очень любила варёную баранину. В связи с этим, поблизости юрты хана, никто не смел варить мясо баранов. Некоторые степняки орды, даже отъезжали от стойбища, чтобы насладиться бараньим мясом, как говорится от греха подальше.

Сурукат и Акшин в этот день решили побаловать свои желудки шашлыками. Сам рецепт приготовления шашлыков кочевникам известен давно, но применение специй, да ещё замачивание шашлыка в соусе на некоторое время, пришло от Михар-хана. Вкуснотища такая, что язык проглотить можно. Однако, в связи с беременностью жены хана, в орде появился негласный запрет на приготовление баранины, а ведь это пища, которую кочевники орды употребляют ежедневно. Вот и отъехали темники на три километра от стойбища. Чтобы встать с подветренной стороны, да как следует насладиться блюдом, от запаха которого слюни текут. Тем более ветер в эти дни, дует с южной стороны.

– Как думаешь, Сурукат, долго продлится такое состояние хатун? – спросил Акшин-бек, сидя на кошме, недалеко от костра, где на углях слуги готовили шашлык.

– Моя старшая жена говорит, что на последних месяцах беременности это пройдёт. Так что нам осталось потерпеть месяца два, может три, – ответил Сурукат, принюхиваясь к запаху почти готового мяса.

Использование специй в приготовлении шашлыка, не было каким-то секретом. Но вот цена самих специй, что говорится «кусалась». Дорогое удовольствие использовать специи, но беки себе могли такое позволить. Вскоре оба бека наслаждались сочной бараниной на рёбрышках, постоянно причмокивая от удовольствия. Не зря говорят, что запретный плод сладок. За этим занятием их и застал один из воинов, который состоял в сотне телохранителей хатун. Воин спрыгнул с коня, не доехав до темников двадцать метров. Уважительно поклонился. Воин был из рода Акшина.

– Баба⁶, хатун призывает вас к себе, пришло сообщение от Повелителя, – произнёс воин, принюхиваясь к запаху жаренного мяса и глотая слюни.

Сурукат и Акшин с разочарованием посмотрели на приготовленный шашлык, они не съели ещё и половину. Оба вытерли руки о тряпицы, встали и направились к своим скакунам. Не помешает, до посещения хатун, сменить халат, который наверняка впитал в себя все запахи жаренного мяса. Через четверть часа, оба темника вошли в юрту, предварительно оставив оружие у входа, преклонили колени, приветствуя хатун Наиду. Молодая жена кивнула на ковёр, который был расстелен напротив неё, тем самым приглашая темников присесть. Сурукат и Акшин, не чинясь присели, скрестив ноги под собой.

– Мой Светлейший муж прислал гонца со свитком. Наш хан приказывает вам приготовиться к походу, как только он вернётся проведут ритуал клятвы. После этого, сразу же, воины должны выдвинуться в набег, – сообщила Наида волю своего мужа, удерживая свиток в руках.

Оба темника радостно переглянулись, нет такого воина в орде, который бы не рвался в набег.

– Позволено ли, хатун, нам узнать кто именно и куда, будет готовить своих воинов? – спросил Сурукат-бек.

Наида взглянула на свиток, ещё раз прочитала текст, там не было указано, кому конкретно возглавить набег, а кому быть в готовности. Но показать своей растерянности Наида не могла. Потому решила назвать имя наугад.

– Сурукат-бек, ты вполне можешь взять это на себя, а заодно возглавить набег. Мой муж, да продлятся его годы долголетия, пишет, что готовить нужно не больше одного кюгана. Все остальные воины, останутся на охране наших северных границ. Набег пройдёт вдоль русла реки Уды, до самых истоков. Требуется наказать вятичей, они посмели нападать на наших рабов, которые заготавливали лес вдоль русла реки. Особо не проявлять жестокость, пограбить и набрать полон. В набег, Сурукат-бек, отправишься после возвращения мужа. Но заранее следует отправить рядовых следопытов, чтобы провести разведку местности, – сообщила Наида.

Сурукат расплылся в довольной улыбке, даже не пытаясь скрывать своё лицо от Акшина. Наида махнула рукой, показывая жестом, что она закончила говорить то, что хотела сказать. Оба темника вновь поклонились, склонив головы к ковру, а затем покинули юрту хана.

– Наш хан умён. Никто из родовых беков не сможет его предать после такой клятвы, если не захотят кары Духов Предков, Духа Синего Неба и Духа Матери-Земли, – произнёс Акшин-бек, как только темники отошли от юрты хана.

– В нём течёт кровь предков рода Дуло. Михар превзойдёт своего деда Кубрат-хана. А я, пожалуй, отправлю два арбана⁷, чтобы разведали дороги по левому и правому берегам Уды. Определят дорогу и расположение поселений, при набеге будет легче планировать свои действия, – произнёс Сурукат-бек.

Каждый из беков направился к своим нукерам. Сурукат точно знал, что он будет делать. А вот Акшин-бек гадал, какую задачу перед ним поставит хан, когда вернётся в стойбище.

Интерлюдия 3. Патрульный экипаж. Атмосферный полёт на Кавказ.

Пилот второго класса Небул Эвр, только что вернулся на службу, после двухдневных выходных. Он летал на восточное побережье Австралии, где раскинулись немало шикарных курортов. Так что настроение у Небула держалось на соответствующей высоте. Проходя контрольный пункт аэродрома, Небул был остановлен дежурным по КП.

– Господин Небул, командир эскадрильи атмосферных ботов⁸ просил вас зайти в канцелярию, настойчиво просил, как только вы появитесь на службе, – уважительно произнёс дежурный по контрольно-пропускному пункту.

– Что-то случилось, капрал? – удивился Небул, задавая вопрос дежурному, на что тот только пожал плечами.

Спустившись с крыльца пропускного пункта, уже на внутренней территории, Небул направился не к ангарам, где парковались атмосферные боты, а к административному зданию. По пути к канцелярии, Небул размышлял, что понадобилось командиру эскадрильи с самого утра. За десять минут Небул дошёл до административного здания и вошёл внутрь. Канцелярия пилотов располагалась на втором этаже, обычно здесь получали лётные задания. Должность комэска занимал пилот второго класса Грифон. Войдя в помещение канцелярии Небул поприветствовал своего командира по форме, вытянувшись во фрунт.

– Да не тянись ты, Небул, мы не на параде. Проходи и присаживайся. У тебя сегодня по плану должен быть технический день, но в обед полетишь к горной цепи, которая называется Кавказ.

– Я даже не знаю в каком техническом состоянии мой бот. Что за спешные вылеты, Грифон? К тому же я не знаю, вернулась или нет с выходных моя помощница Лара, – попробовал найти причину отказа от полёта Небул.

Грифон поморщился от хитрости Небула, налил в стакан сока, неспеша выпил, утоляя жажду.

– Не хитри, Небул. Осмотреть свой бот успеешь до обеда. А твой помощница Лара, уже, как полчаса, пересекла контрольно-пропускной пункт, наверняка возится с вашим ботом.

– Объясни хотя бы причину такой торопливости.

– Честное слово не знаю. Полётное задание получишь за полчаса до вылета. Знаю только, что с тобой полетят пять человек из отдела 3-го блока управления технологиями, – вновь поморщился командир эскадрильи.

– У меня же не десантный бот, – сделал ещё одну попытку отказа Небул.

– Но пять человек с грузом поместится. Не нарывайся, Небул, однозначно полетишь ты, тем более тебе знаком маршрут в те края. Ты уже не раз возил туда врачей-трансплантологов. Кому, как не тебе лететь? – засмеялся Грифон.

Небул более спорить не стал, если Грифон упёрся, то точно другого пилота не пошлёт на задание. С такими мыслями Небул покинул канцелярию.

Общество титанов и гомунов, на континенте Австралия, за семь с половиной веков разделилось на касты. К первой касте относились учёные, изобретатели, а также все те, кто руководил фабриками по производству технологических процессов. Ко второй касте относились служащие, работающие в космическом направлении, в том числе пилоты и механики атмосферных аппаратов. К третьей касте относились военные. Ну а к четвёртой касте относили всех гомунов. Родовая семья Небула принадлежала ко второй касте, как и семья его помощницы Лары Лярон. В пятнадцать лет Небул поступил в лётное училище, через пять лет, закончив училище, сдал на третий класс пилота. Чтобы сдать на второй класс, Небулу пришлось налетать пятьдесят лет стажа. Следующий класс предусматривал сдачу, только через сто лет. Родился Небул в семье родовых титанов. Именно его прапрадедушка Эвр, был командиром легендарного линкора «Метеор», на котором пришельцы прилетели на планету Земля. Предки Лары тоже пилоты, но из тех, кто управлял десантными ботами. Комэск Грифон прав, Небулу не раз приходилось возить трансплантологов в Римскую империю, где ставили аборигенам биопротезы. Маршрут принципиально знаком, хотя в горной цепи Кавказ, Небул ни разу не совершал посадок. Добравшись до ангара, где парковался их рабочий бот, Небул увидел, что Лара суетится вокруг летательного аппарата.

– Привет, Лара. Вижу, ты уже знаешь, что нам предстоит полёт, раз занялась проверкой аппарата? – поздоровался Небул.

– Знаю, мне на контрольно-пропускном пункте сказали, чтобы я занялась осмотром. Не знаешь куда летим, что сказал комэск? – полюбопытствовала помощница.

– За полчаса до вылета получим лётное задание. С нами полетят сотрудники из 3-го блока управления технологиями. Что они будут делать, говорю заранее, не знаю, – ответил Небул.

До обеда оба пилота занимались подготовкой к полёту своего аппарата. Привлекли механиков, чтобы провести короткую диагностику двигателей. Ровно в одиннадцать часов утра пришёл курьер из штаба и вручил Небулу пакет. Пилот вскрыл пакет и стал вчитываться в лётное задание.

– Ну что там, Небул? – не справилась с любопытством помощница.

– Указаны координаты какой-то горы. Вроде самая высокая в горной цепи Кавказа, называется Эльбрус. Туда повезём груз, тоннаж смешной, даже ста килограмм не наберётся. Сотрудников сопровождения пять человек. Остальное возможно узнаем от самих сотрудников, если посчитают нужным нам рассказать. Держи карту, посмотришь координаты, – ответил Небул, передавая лётную карту своей помощнице.

Через полчаса атмосферный бот принял на борт пассажиров с грузом. После взлёта был взят курс в сторону горной цепи Кавказа. Руководитель группы сотрудников, техник Гарпон Гигиен, надел наушники с микрофоном внутренней связи. Лора первая не сдержала любопытство, тем более она была знакома с Гарпоном.

– «Гарпон, раскроешь нам секрет, что такое мы везём, на самую высокую гору Кавказа?» – спросила Лара, по внутренней связи.

– «Какой у вас допуск по секретности?» – поинтересовался Гарпон.

– «Второй», – за обоих ответил Небул, которому было тоже интересно узнать, что такое они везут.

– «Допустимо вам рассказать. Наши изобретатели создали клинок меч-кладенец, который может наносить урон групповому личному составу. Головной убор, который имеет странное название предмета «шапка-невидимка», способен скрывать визуальное обнаружение объекта. Подробностей работы не знаю. Могу сказать, что там какие-то лучи преломляют световой спектр. В общем одеваешь этот головной убор и становишься невидимкой. То есть простым вооружённым взглядом увидеть невозможно, только прибором, например, тепловизором», – ответил Гарпон.

– «А на гору прятать зачем?» – спросила Лара.

– Там что-то с религией связано, для аборигенов. Придумают пророчество, что какой-то божественный кадр спрятал эти вещи на Эльбрусе. В общем запустят интригу, думаю, что наши таким образом развлекаются, разгоняя скуку», – добавил подробностей Гарпон.

Через несколько часов атмосферный бот совершил посадку возле небольшой пещеры, но не на самой вершине горы, а чуть ниже. Там был спрятан груз, в том числе создали видимость, что груз имеет божественное происхождение. Выполнив свою работу, экипаж бота взял обратный курс, на Австралию.

Глава 3.

Май 672 год. Район среднего течения реки Бейсуг. Послы Рустам-хана.

Наша орда, к моему возвращению, перекочевала к реке Бейсуг. Название реки переводится, как «главная» или «княжья». Стойбище поставили в том месте, где в Бейсуг впадает приток Бузина. Домой я вернулся в третьей декаде мая. Как бы не торопился, но получилось так, как получилось. Обратно ехали в компании Азат-бека и его подчинённых, то есть все беки и главы родов прибывали, в соответствии с моим указом. В том числе шаманы. Дома меня обрадовали двумя сюрпризами. Во-первых, приехали послы от Рустам-хана, ожидают меня уже три дня, но не возмущаются. Во-вторых, прибыли почти все главы родов, в том числе шаманы, со всех уголков подведомственных, нашей орде, земель. Главный шаман орды Тимур, подбирает место силы, где проведут большой ритуал. Он даже высказал мне, в смысле Тимур, что такого ритуала, на его памяти, никто не проводил. Что поделать? Всё бывает в первый раз. Я ещё и не такими выходками, удивлю свой народ. А ведь я действительно начал воспринимать, авар своим народом. Вот такая трансформация сознания попаданца. После того, как обнял жену, наговорил ей много ласковых слов, немного успокоил её по поводу изменения фигуры. А то Наида переживает, что располнела, грудь увеличивается. Заверил свою жёнушку, что она мне очень даже нравится такой. Когда страсти немного утихли, я решил встретиться с послами кагана Рустам-хана. Прибыли двое беков, Заур и Расул. Главы родов в возрасте пятидесяти лет, хотя я не спрашивал, когда они там родились. Оба бека вассалы самого кагана. Я их принял в своей бывшей юрте, которую мысленно называл рабочим офисом. Кроме послов, в юрту я пригласил Суруката и Акшина, так же здесь находились двое моих нукеров. Как и положено перед гостями выставили кумыс, овощи и фрукты. Из мяса была зайчатина и птица, баранину готовить не стали, так как моя жена до сих пор не переносит запаха этого мяса. А юрты стоят рядом. Так что обошлись, во избежание беспокойства моей жёнушки. Посланцы кагана поели, попили кумыс, когда утолили первый голод перешли к делу.

– Готов вас выслушать, уважаемые, – начал я диалог.

– Наш каган Рустам-хан не желает, чтобы развязалась междоусобица. Это будет только на руку нашим врагам, незачем нам убивать друг друга на потеху другим, – начал говорить Расул-бек.

– Согласен, проливать кровь своих собратьев и мне не нравится, – покивал я головой, соглашаясь с Расулом.

– Каган Рустам-хан предлагает виру золотом. Сейчас он понимает, что немного погорячился. Можно было вопрос решить мирным путём, но вспылил каган. Предлагаем пятьсот монет золотом, это хороший откуп, сделал предложение Заур-бек.

Я не стал брать время на размышление. Наоборот, прищурил глаза, показывая своё полное недовольство. Вот же хитрые жуки, подлое, при чём запланированное убийство, называют вспыльчивостью кагана.

– Я не думаю, что вы желаете мне нанести обиду, предлагая столь малый откуп. Надеюсь, что вы просто заблуждаетесь. По закону наших пращуров, за убийство близкого родича следует брать виру, но брать кровью. Или вы перестали почитать Духов Предков?

– Что ты, Михар-хан? Духов Предков мы почитаем. Мы готовы предложить тысячу монет золотом и табун отборных лошадей, в пятьсот голов, – начал торги Заур-бек.

– Три тысячи монет золотом, пятьсот породистых скакунов. А главное поединок. Если не прольётся кровь виновника, Дух Синего Неба может отвернуться, – сделал я своё предложение.

Заур и Расул переглянулись между собой.

Подозреваю, что я примерно угадал то, что они готовы были дать. Я бы мог назвать большее количество коней и золота, но не стоит наглеть. Я-то знаю, что скоро всё будет моим, лично я так настроен. Мне бы только выиграть время, хотя бы год, а лучше два.

– Две тысячи монет золотом и табун в пятьсот голов, там будут породистые кони. Рустам-хан готов принять вызов, но только от одного из наследников. Два раза не берут виру за одно и то же. Остальные наследники получат то, о чём договорятся с посланниками кагана, – подвёл итог Расул-бек.

– Кто определит, кому из наследников брать виру кровью? – спросил я.

Лично я надеялся, что каган выберет меня. Так предполагал Акшин. А я точно знаю, что у меня нет равных в бое на клинках. Ничуть не сомневаюсь, что убью ставленника кагана. Так как не верю, что Рустам-хан сам выйдет на бой. Но по законам предков, после победы я могу увеличить объём выкупа, буду в своём праве. Как и то, что при проигрыше, откуп могут вовсе не давать.

– Выбор сделают Духи Предков. Вы проведёте жеребьёвку, на кого укажут духи, тот и войдёт в круг поединка, – ответил Расул-бек.

– Предлагаем приехать в орду кагана через три недели. Не стоит тянуть по времени. Впереди лето, время набегов за трофеями и рабами, – добавил Заур-бек.

– Вам предоставят молодых рабынь, чтобы они согрели вашу постель, – предложил я остаться с ночёвкой посланникам кагана.

Однако беки отказались, заявив, что они потеряли много времени, когда ожидали моего приезда. На нет и суда нет. Я попрощался с вассалами кагана, они уехали со своими воинами до заката солнца. После того, как гости покинули мою юрту, Акшин и Сурукат уставились на меня, ожидая, что я скажу.

– Не думаю, что каган решится на вторую подлость. Ему не нужна война внутри каганата, без этого проблем хватает. Завтра проводим ритуал клятвы. Через два дня, ты Сурукат-бек, отправишься вверх по течению Уды. Сильно не свирепствуй, позже мы обложим данью вятичей. Чуть попугаешь, возьмёшь откуп, да рабов в придачу. Нам на землю крестьяне нужны, берите рабов семьями, желательно молодыми. Ты, Акшин-бек, готовь войско, пойдём в поход, как только я вернусь от Рустам-хана, – раздал я поручения своим темникам.

– Мой хан, а если у меня сразу получится взять славян в вассалы? – спросил Сурукат, прежде чем покинуть юрту.

– Бери клятву от глав родов, но кляться они должны своими богами, – согласился я.

Май 672 год. Исток реки Попасная. Клятва глав родов.

Не знаю, что там мудрил наш шаман Тимур, но он определил место, где духи лучше всего услышат нас. У реки Бейсуг есть левый приток, называется река Попасанка. Название пошло от выражения «пасти скот». Пусть так, я особо, свою голову, этими знаниями стараюсь не забивать. Недалеко от истока, этой небольшой речки, есть холм. Вот на этом холме, шаман и решил провести большой ритуал. Всего собралось пятьдесят пять глав родов, плюс шаманы. В итоге у меня, получилась приличная толпа. Не приехали главы городов Семендер и Беленджер, но этого я не требовал. Они мои вассалы. А чуть позже я поставлю там своих воевод с гарнизоном воинов. Думаю, что решу этот вопрос, после возвращения из похода. Шаман Тимур нарисовал на холме какую-то сложную фигуру, типа пентаграммы, отсыпая линии золой. Меня посадили в центре, выложив передо мной знаки Духа Синего Неба, позади меня знаки Духа Матери-Земли, а по бокам знаки Духов Предков. То же самое сделали с каждым главой рода. Всех глав родов посадили по кругу, центром этого круга стал я. После этого, нам дали выпить пойло. Я уже пил эту гадость примерно год назад. Тогда шаман Тимур проводил со мной древний ритуал. Перед каждым из нас, поставили чашу, в которой тлела трава. Я уже знал, что нас всех опоили, буквально через несколько минут, мы все войдём в некоторое опьянение. Шаман Тимур и остальные шаманы, одновременно начали свою песнь. Я ушёл в нирвану примерно через минуту. А ещё через несколько минут начались видения. Или галлюцинации? Хотя сейчас это не важно. Подумаю об этом в другой раз.

– «Умное решение взять клятву с подданных, теперь они будут тебе верны», – произнёс появившийся леопард.

Дух Синего Неба вновь пришёл в том же образе, что и в прошлые разы.

– «Я бы хотел спросить совета у тебя», – произнёс я, как бы спрашивая разрешения на вопрос.

– «Двигайся своей дорогой. Дороги судьбы прописаны, но людям даётся право выбрать путь, когда он стоит на перекрёстке решений», – задумчиво произнёс леопард.

– «Я запустил на наши земли христиан, надеюсь от них не будет вреда», – высказался я.

– «Постепенно вера в Христа, затмит веру в старых богов. Христиане пришли бы на эти земли, и без твоего участия. Но попробовать создать условия, для сосуществования веры разных конфессий, ты вполне можешь. Не буду долго задерживать тебя, с тобой желает поговорить Мать всего сущего. Помни, что ты взял ответственность на себя за судьбы людей», – закончил диалог леопард и растворился в воздухе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.