# Записки дорана. Записка четвёртая: Долина курганов

Николай Олегович Бершицкий

Золотая река вывела Нуаллана к заливу Абхайнн туар Сеата, в пределах которого могли пережидать дальнейшего пути беженцы из Бога Фроис. Но мысли дорана слишком омрачило обнаруженное тёмное проклятье.Что, если оно станет угрожать окружающим, его друзьям, Глинис?

Причалив в порту местного поселения, герои узнают, что правит в этих владениях принц-чародей Аодхфайонн, который скоро посетит городок, а его чары могут помочь в исцелении дорана. Однако, вместо помощи, Нуаллана арестовывают, как носителя хаоса.

Помочь выяснить, что происходит с Нуалланом, насколько опасно проклятье и как от него избавиться, вызывается пленённый орочий шаман, знающий "путь" в мистическую Долину туманов, где обитают "не ушедшие" мертвецы.

## 1

Вода шуршала под бортом, быстроходный галеон под изящным названием «Крылья заката» словно скользил по стеклянной горке, спускаясь по Золотой реке к морю, чьё дыхание уже отчётливо ощущалось в порывах ветра. Нуаллан стоял, положив руки на фальшборт и вжавшись в плечи. Живописные берега широкой реки, зеленеющие высокими деревьями, густыми зарослями трав и кустарников, должны были бы радовать его привыкший к картинам опустошения глаз, но эльф всецело поглотился мрачными мыслями о внезапно проснувшемся проклятье. Периодически поглядывая на свою левую руку в перчатке, скрывающей почерневшую, словно покрытую витыми стальными волокнами кожу, он вздрагивал и выдыхал.

Глинис, верная спутница дорана, воздушной походкой приближалась к нему трижды, и каждый раз не решалась заговорить. Сейчас она сидела на бочонке со смолой, приставленном к грот-мачте, и поглядывала на него с тоской, болтая ногами. Ей казалось, что, вырвавшись с охваченного разрухой материка, она освободилась от тяжёлого бремени, она хотела разделить радость с самым близким эльфом среди всех, её окружающих. Но вот он нёс собственный груз, куда более весомый. Кое-кто на корабле побаивался Нуаллана, наслушавшись баек ещё в порту Малахитовой гавани, дескать в него вселились демоны или наложил заклятье, сделав покорным слугой Тёмных Владык, ждущего приказа. Некоторое даже уверяли, что его убили ещё под Эльтвилланом, а позже воскресили как одержимого и внедрили в ряды эльфийского войска в качестве шпиона. Особенно пускать сплетни любили люди, составившие часть команды, поскольку эльфов на всё не хватало, но эти слухи начинали проникать и в сердца высокорожденных.

Капитан королевской гвардии Фойртехерн некоторое время смотрел на всё происходящее с интересом исследователя, затем покачал головой с длинными серебристыми волосами и пошёл к изгнаннику. Тот словно выпал из реальности, так что не заметил его приближения.

– Эй, доран, – окликнул он Нуаллана, положив руку в увесистой латной перчатке на плечо.

Нуаллан встрепенулся, по привычке обхватив рукоять кинжала Деаннтага. Признав же второго своего спутника, прикрыл лицо ладонью и принялся тщательно его растирать.

– Ты чего это своей подружкой пренебрегаешь? – осудительно сказал капитан, кивнув на Глинис, копающуюся в дорожном мешке, набитом приобретенными в Гавани травами, мазями и снадобьями. – Она с тебя вон глаз не сводит, а ты что же?

Нуаллан смазал вновь проступившую на заросшем шраме, оставленном клинком могучего повелителя демонов в битве под Эльтвилланом, капельку крови поражённой чернотой рукой и многозначительно показал Фойртехерну. Эльф-мехар цокнул языком, округлив на секунду глаза, пожал плечами, помялся и заговорил-таки:

– Тут дело ясное… В речных городах живёт много травников и чародеев, как пристанем в ближайшем порту, сразу пойдём искать. Ещё до выхода в море тебя подлатают, обещаю. А пока это даже удобно, ты ведь любую царапину так заживить можешь? Ну, почти, – глянув на разрезанную щёку, добавил он.

– Полагаю, – неуверенно ответил доран, сжав замаранные кровью пальцы в кулак. – Ты прав, капитан, спасибо, – добавил он, кивнув три раза. – Пойду поговорю с ней, это несправедливо в её отношении.

Фойртехерн несколько вымучено улыбнулся, поскольку давалось ему это искусство с трудом, особенно после войны с демонами, и направился на корму, покрикивая на матросов из людского племени, рассевшихся на мотках каната и раскуривающих трубки. Глинис молниеносно заметила, что Нуаллан оторвался от борта и повернулся в её сторону, будто только того и ждала, чувствуя каждое колебание воздуха. Не успел он сделать и шага, как девушка резво соскочила с бочки и зашагала к нему сама. Взяв дорана за локоть, она вернула его назад и тоже уставилась на проплывающие мимо заросли приблизившегося берега с блаженной улыбкой.

– Всё в порядке, – шепнула она. – Не слушай их. Я понимаю, как это тяжело, на твоём месте я бы, наверное, уже околела со страха, – она усмехнулась, и Нуаллан тоже чуть повеселел. – Мы с Фойртехерном видим, что ты в норме, ты сам это знаешь, этого достаточно.

– Как я могу знать? – вновь помрачнел доран.

– Ну, рукой ведь ты управляешь, так?

Он кивнул, повертев конечностью.

– А не наоборот, – резюмировала девушка. – Значит – в порядке. Не морочь себе голову, нам в кои-то веки выдалась возможность перевести дух. Никаких демонов, оживших мертвецов, орков или обезумевших драконов. Только спокойная река и прекрасные леса Аллин-Лирра.

Нуаллан приобнял подругу, и они замерли так, вслушиваясь в шёпот воды и пересвист птиц, не видевших войны, прячущихся в прибрежных кустах. Команда тоже перестала коситься на «одержимого», люди запели матросские песни, а эльфы с добродушными улыбками поглядывали на них. Различия рас стёрлись общим трудом, корабль торопко бежал по волнам.

– Приближаемся к заливу Абхайнн туар Сеата! – крикнул вперёдсмотрящий.

Капитан корабля распорядился править туда, гулкий вой рога дал сигнал готовиться к причаливанию, на борту началась суета, по палубе туда-сюда застучали ноги, рулевой крутанул колесо вправо. Линия берега начала постепенно уходить вглубь, образуя угол, за растительностью уже отсюда стали заметны столбы белого дыма, тянущиеся из печных труб, в отдалении загудели, как пчёлы в улье, голоса речного городка.

К судовому говорящему с животными вернулся отправленный чуть ранее сокол, должный сообщить о прибытии судна, и, сев на плечо, пропищал ему на ухо, что в городе всё готово, причал свободен и команде отведено место для отдыха. Галеон сбавил ход и вывернул к поселению под названием Скадан де Аиргеад. Красиво украшенный резными узорами и магическими фонарями мраморный причал выступал далеко вперёд, почти что разделяя надвое всю круглую бухту. По бокам от главного причала находились ещё два поменьше, также часть домов высыпала на водную гладь, стоя на высоких сваях. Дальше спрятавшийся в густых кустах и кронах растущих близко к земле деревьев город уходил в открытую долину, становясь шире.

Нуаллан спустился на пристань первым, не считая пары матросов, крепящих канаты вместе с портовыми рабочими. Не глядя по сторонам, он направился к городу по главной дороге, так что Глинис пришлось нагонять его. Прибрежная часть Скадан де Аиргеад напоминала покинутую дораном Малахитовую гавань, только значительно уступала размерами, чего нельзя было сказать о равнине. Дома пестрели там, словно весенний луг, невысокая стена выдавалась башенками с пирамидальными крышами. Издалека слышались крики или просто громкие голоса, но даже с холмика, которым заканчивался порт, рассмотреть, что происходит, не получалось.

– Ты куда удрал? – окликнул Нуаллана Фойртехерн, ведущий под локоть целительницу. – Ты же хотел искать помощи, верно? А мы тут долго стоять не будем.

– Сейчас поищу, – смущённо отозвался тот.

– Где? – капитан стражи наигранно хохотнул. – Сомневаюсь, что ты тут был раньше. А вот сокол доложил, что этот город находится во владениях принца-чародей Аодхфайонна, которого королева поставила незадолго до войны в эту провинцию. И сейчас – тебе повезло, – принца по какому-то делу вызвали сюда!

– По делу, какому? – удивился доран. – По-моему, все дела лежат в другой стороне. Сюда война не дошла.

– Не привередничай, – шутливо пожурила его Глинис. – Тебе удача в руки лезет, а ты ещё и недоволен. Пойдём!

Подхватив эльфа под руку, она побежала с холмика к шумному городу. Он был небольшим, но каким-то плотно сбитым, самодостаточным и важным, несмотря на размеры. Дворец местного сеннарда, напоминающий цветок лотоса с высоко поднятыми лепестками, виднелся по левую руку от портовой дороги. На круглой площади перед ним сгрудилась толпа, чего-то ожидающая, а со стороны главных ворот двигалась, судя по всему сюда же, процессия. Уже на подходах Нуаллан заметил, что состоит она преимущественно из воинов. Десяток рядовых сайгдеаров и четыре сара шли впереди, дальше двигалось несколько рабочих, волокущих нечто, напоминающее клетку на колёсах.