Николай Бершицкий
Записки дорана. Записка третья: Огненная река

1

Трое путников спустились по мокрому от росы склону, ведя под узду двух скакунов. Эльф-доран по имени Нуаллан в легких доспехах и плаще цвета осенней листвы устало улыбнулся при виде многолюдных улочек города у реки. После долгого пути через смерть и пепел былых твердынь он словно попал в другой мир, где нашествия демонов не было вовсе. Девушка в дорожном платье с разорванной в клочья юбкой тоже чуть не подпрыгнула от восторга, взяв Нуаллана за руку. Последний член их троицы, высокий, крепкий и хмурый эльф с пепельными волосами, казалось, не испытывал той же эйфории.

Они наконец вышли на мощеную плиткой дорогу, тянущуюся от Малахитовой гавани на северо-запад, где раздваивалась к Суг-Меаса в одну сторону и к Оленьим горам в другую. Их встретили невысокие аккуратные домики, похожие на бутоны кувшинок, шум голосов и скрип телег, нехарактерный для даже крупных эльфийских поселений. Да и навскидку народу в этом сравнительно маленьком поселении было слишком уж много.

– Это не к добру, – сразу же выдал мрачный Фойртехерн, капитан королевской гвардии Эльтвиллана.

– Что у вас, вояк, за манера такая – во всем видеть дурные знаки? – покачала головой целительница Глинис. – Это же порт, тут должно быть шумно, как мне кажется. Вот кто-то из вас двоих хоть раз бывал в порту?

Мужчины промолчали, но капитан спокойнее не стал. Еще бы, в пылу жажды мести он покинул гарнизон осажденной орками крепости без дозволения баннерета Гиллагана. Может быть, под стенами Суг-Меаса уже выстроилась ревущая и орущая армия зеленокожих дикарей? Хотя к этому часу отборная кавалерия из столицы должна была прибыть туда вперед орков, коли те надумают предпринять повторный штурм. Как бы то ни было, совесть капитана от этого чище не делалась.

– Ты глянь, – Фойртехерн остановился напротив просторной главной улицы, полной ароматами свежей воды и редких пряностей. – Да тут эльфов, поди, меньше…

Нуаллан был слишком рад видеть нетронутый войной город, что сразу и отметил: чуть ли не каждый третий пешеход, мелькающий вниз и вверх, от причала и к причалу не являлся местным жителем. Тут были и люди всех мастей, в том числе откровенные головорезы, то ли сбежавшие с поля боя, то ли решившие задержаться на каникулы; встречались редкие дварфы, неизменно держащиеся кучками – этот народец никогда не славился общительностью, зато с чувством локтя у них совсем иная ситуация. Пара воинов Небесного Чертога в золотистых, будто светящихся изнутри, латах беседовала на углу дома с эльфом-речником. И в целом, если забыть о чужаках, немало попадалось путникам на глаза жителей окрестных городов, например, все из того же Суг-Меаса. Они выделялись среди речных жителей и внешними отличиями (так у них не было загара, какой можно получить лишь стоя весь день на палубе или сидя на мачте), и одеждой.

Троица двинулась по тротуару вдоль домиков-бутонов, чередующихся с низкорослыми хатами с зелеными крышами и маленькими окошками, возле которых висели на перекладинах сети. Жители Малахитовой гавани, как и прочих прибрежных эльфийских городов, не чурались принимать в пищу рыбу, хотя дети богов обычно питались лишь растительностью, и все-таки не забывали про перенесение внутренней сущности, той искры жизненной силы. Для этого у них даже был оборудован специальный магический «цех», где опытный маг, владеющий тайнами Жизни, извлекает крупицы души. Затем они возвращаются реке (или иному водоему) с просьбой простить горожан, а уже духи воды сами возродят искры в новой плоти. Так что ловля тут велась активная, вся улица пропахла сухими водорослями и рыбой, чайки перелетали между фонарных столбов, носясь, как по большому обеденному залу. Рыбаки отгоняли их так же максимально безвредно, дуя в особые свистульки, от резкого звука которых даже эльф хотел зажать уши.

– Откуда взялись все эти люди? – прошептал доран, осматриваясь, словно чужаком был он.

– Ты меня что ли спрашиваешь? – грубовато отозвался Фойртехерн. – От людей теперь нигде не укроешься. Мало нам от них доставалось в других мирах. Вреда больше, чем пользы, половина до Эльтвиллана так и не дошла, бандюги ленивые.

– И не говори, – выдохнул Нуаллан, на секунду погрузившись в воспоминания. Затем он обратился к Глинис: – Ты устало выглядишь, надо бы зайти в трактир. Отдых и немного грибного супа – вот что нам придется в самый раз! Капитан?

– Некогда мне по кабакам зад отсиживать, – проворчал тот. – Я сразу отправлюсь в управу свидеться со здешним сеннардом. Да и вы особенно не блуждайте, ты сам предложил уговор, держи теперь слово, доран.

– Сдержу, – улыбнулся Нуаллан, взяв целительницу за плечи. – Мы будем… вон в том трактире под названием «Сонный лосось».

– А мне нужно будет посетить пару лавок, – встряла Глинис. – Почти все снадобья да порошки растратились, а нам еще долго добираться.

– С чего ты взяла? – склонился к ней доран.

– А то нет! Даже если твоих родичей еще не отправили за море, нам все равно придется возвращаться в Пралегар.

– Уже нам?

– Вам нужно было думать, прежде чем кидаться обещаниями, – лукаво прищурился капитан. – Никаких Пралегаров, поплывешь за море как мой гонец, ты сам на это подписался. Или ты снова хочешь меня надуть, так не выйдет, я предупрежу на твой счет сеннарда, а он подымет городскую стражу. Да и к Суг-Меаса тебе дороги нет.

– И верно, – вздохнул Нуаллан. – С другой стороны мне разницы нет. Если семью уже отослали, так мне туда и дорога, а нет, встречу их тут. Поговорим, убедимся, что живы и здоровы, тогда можно и попутешествовать. А ты, Глинис?..

– А я с тобой, – настойчиво сказала девушка. – Так ты говорил о грибном супе…

2

Нуаллан остановился напротив пузатого трактира, напоминающего бочку, двери его почти не закрывались, хлопая туда-сюда, даже войти удалось не сразу. С наплывом гостей дела у хозяина пошли в гору, хотя эльфы обычно предпочитали тишину и покой, иногда разбавляя их веселыми праздниками. Сложно было представить, каким образом скажется появление столь шумных и необузданных посетителей.

Фойртехерн покинул спутников еще раньше, не стесняясь расталкивать прохожих, он зашагал вниз по улице, где виднелся, если свернуть вправо, красивый особняк с куполом и четырьмя башенками по краям. В отсутствии капитана Нуаллан почувствовал себя свободнее, пусть им обоим и удалось найти некоторый общий язык. Проскользнув между двумя выходящими из кабака дварфами и входящим толстоватым мужичиной с блестящей лысиной, от которого несло потом и рыбой, эльфы оказались в задымленном тесном от посетителей зале. Глинис сразу захотелось взять дорана за руку. Как и предполагал Нуаллан большую часть гостей составляли отнюдь не коренные жители, в основном на стульях с резными спинками восседали, раскинув ноги и мечи, люди. Конечно и обитателей Асгисла выдавали в толпе длинные густые бороды да низкий рост, но этих было совсем мало: горстка из пяти стейнаров, элитных бойцов Дагмера Сребробородого, сидела у дальней стены в углу, бухтя на родном языке.

Доран первым делом направился к стойке, таща за собой целительницу, словно малую девочку. Уставший длиннолицый эльф уронил голову на ладонь, водя мутным взглядом по залу и временами растирая лоб. Увидев сородичей, он несколько оживился.

– Доран, да? – бодро спросил он, выпрямившись, как по команде. – Вашего брата в Гавань еще не заносило. Хотя кого сюда только не занесло… – добавил он менее весело.

– Да уж, вижу, – Нуаллан присел на стуле напротив хозяина и глянул через плечо. – А что же тут произошло, я не ожидал увидеть в ближайшее время столько живых, если ты понимаешь меня. По эту-то сторону моря Киуин.

Хозяин кому-то кивнул, жестом попросив собеседника подождать, затем позвал двух помощников из погреба, где те завозились. Лишь после того, как он отпустил высокого сухого мужчину с голым торсом (полосатая рубаха была повязана у него на поясе) с кружкой меда, трактирщик уделил внимание оставленной беседе.

– Я и сам уже не рад такому наплыву, да еще пришлось вводить плату за угощенье. Когда такое было видано в Аллин-Лирре? С вас, друзья мои, я конечно ничего не возьму… Кстати, чего желаете?

Переглянувшись с Глинис, доран уверенно ответил:

– Дай нам по тарелке грибного супа и по бокалу розового вина.

Заказ тут же кинулся исполнять случившийся поблизости помощник, а хозяин вновь завел речь:

– А все почему? Да потому, что эти люди не желают ничего делать без платы, даже не встанут со стула. А нам сейчас никак не обойтись без помощи хотя бы из-за количества самих людей. Теперь они оставляют золото у меня или в других заведениях, мы передаем его нашему сеннарду, господину Эханну, а тот в свою очередь платит ими же людям. Бред натуральный, сам понимаю, а куда деваться? Но вернемся к твоему вопросу. Проклятая орда сюда не дошла, мы лишь слышали гром и рев тварей у Оленьих гор, досюда долетали. Мы сидели в своей Гавани, сжавшись, как собачонки, только не суди слишком строго, доран, куда нам против чудовищ? Тут и оружия-то нет почти, воинов – самая малость. Большинство нынешних стражников прибились из других городов.

– Да, я слышал, из Суг-Меаса удалось вырваться нескольким десяткам солдат.

– Не только из него. И слава богам, что они сюда пришли. Спустя пару дней после того, как дым над Городом садов улегся, к нам поползли эти люди. Оборванные, измотанные, голодные и злые. Наверное, от разграбления Малахитовой гавани их только то и удержало, что большая их часть едва стояла на ногах, а у нас собрался какой-никакой гарнизон. Еще мне кажется, – он перешел на шепот, – эти разбойники побаиваются эльфов, наслушались, небось, сказок про наши магические силы. Ну, оно и к лучшему.

Доран одновременно со спутницей кивнули. Подошел помощник с подносом, на котором дымились две тарелки, а вино принесла девушка чуть старше Глинис в белом переднике. Она подала бокалы и с улыбкой поставила маленький графинчик. Нуаллан смущенно поднял глаза на официантку, но хозяин опередил его:

– Это за счет заведения, так сказать. Мне, честно признаться, намного спокойнее стало, когда ты появился. Так вот, о чем я говорю-то. Люди измотались, как мне кажется, удирая со всех ног от демонов. Не могу их винить, сам я тоже испугался бы, только свалилась нам на голову эта ватага «героев», хоть вой. Хорошо с ними еще отряд дварфов пришел, вы их наверняка видели и в городе, и у меня, там в углу. С ними кое-как удалось договориться. Их главный сказал, что на лесной стоянке большую армию накрыли мороки, многих убили. Оттуда же пришло и десятка три людей, остальных шальным ветром намело. Дварфы посоветовали установить плату за постой и затем нанимать этих оборванцев, они же их к порядку призвали, даже парочку зарубили. Благо среди людей тоже нашлись здравомыслящие и те, кому было просто безразлично. Видимо, у людей не положено друг за друга держаться, не знаю.

– Не волнуйся, – отхлебнув вина, сказал Нуаллан. – Скоро сюда подоспеет королевское войско, возможно, сам баннерет Гиллаган почтит визитом. А он разберется, что к чему.

Про орков он решил пока не распространяться, зачем поднимать преждевременную панику в трактире, где слухи могут принять самые невероятные формы? Пусть лучше Фойртехерн в подходящей обстановке введет сеннарда в курс дела, вместе они что-нибудь да сообразят или хотя бы подготовятся на случай экстренной ситуации, снарядят суда. Вспомнив о кораблях, доран задал следующий вопрос:

– Скажи мне, любезный, а почему же наши заморские братья не подтянулись? До них война, говорят, не дошла, зато слухи-то о ней уж точно долетели. Маги постоянно между собой сообщаются, послания шлют.

Трактирщик как-то не обнадеживающе улыбнулся, начал с усердием тереть тряпкой стойку, ворча себе под нос.

– Извините, – робко пропищала Глинис, – так где корабли? Неужели города вниз по реке тоже разорены?

– Нет, – хозяин шлепнул тряпку перед собой. – Все там цело. А братья стоят на просушке под солнышком. Вы могли не заметить их с холма, если шли от Суг-Меаса, потому что они не могут приблизиться к гавани на нужное для того расстояние.

– Чего же их останавливает? – заинтересованно спросил Нуаллан, прихлебывая суп.

– Вы сочтете меня умалишенным, но останавливает их дракон. Он поселился в реке дня три-четыре тому назад и теперь никто не может ни войти в гавань, ни выйти из нее, чтобы не повстречать эту тварь. Он уже потопил один корабль с беженцами и два наших фрегата, что привезли сюда войска из Леса-на-Реке. Солдаты отправились еще защищать Город садов, а мы приглядывали за их эскадрой. Но, честно, это лучше не со мной обсуждать. Если интересуетесь путешествием по реке, обратитесь к сеннарду, только это все равно ничего не изменит.

– И как только боевой флот не справился с одним драконом? – задумчиво покачала головой Глинис. – Я, конечно, морских драконов не видела…

– А чего они сделают, флоты ваши? – смеясь, на стойку навалился невысокий плотный мужичок с короткой рыжей бородой, но без усов.

Во рту незнакомца не хватало нескольких зубов, один глаз он постоянно щурил, хотя с ним все было в порядке на вид. Скорее всего, какой-то врожденный порок или наоборот результат травмы. Он был крепко сложен, мускулистые руки явно привыкли к тяжелому труду, а выпирающий живот говорил о пристрастии к пиву и элю. Почему-то Нуаллан почувствовал, что этот веселый малый имеет отношение к морю и судоходству, проступала в нем какая-то особая порода. Без приглашения мужичок схватил бутыль вина, принесенную для эльфов, и выпил залпом все, что в ней оставалось, а именно треть. Вслед за этим он звонко шлепнул ладонью о стойку, оставив на ней большую золотую монету.

– Мы все недавно видели, как эта тварь потопила один из этих галеонов, один удар в днище и дело сделано. Из команды до берега доплыло человек шесть, как мне кажется, почти всех сразу засосало в водоворот, когда зверь ушел на глубину. Чего уже про фрегаты говорить. Возможно, целый флот чего-нибудь да сделает, у них там неплохие баллисты стоят, да только боятся они.

– Эльфы не так трусливы, как ты думаешь, – уязвленный, Нуаллан заговорил сухим и холодным тоном.

– Ха! Экий ты обидчивый! – моряк (доран условился звать его именно так) фамильярно похлопал эльфа по спине, до Глинис у него руки не дотянулись, да и она сама старалась держаться подальше. – Я не о том говорю. Ты сам подумай – корабли до отказа забиты солдатами, сколько их утопло в тот день, уж не сочтешь, но не меньше сотни. Хоть одну посудину пустит дракон к речным чертям на прокорм, это еще сотня. Вот и не идут на такой риск, когда и без всяких ящериц каждая жизнь на счету. И получилась пикантная ситуация: ни они к нам, ни мы к ним. А еще на кораблях скоро запасы начнут исходить, придется тащиться обратно.

– Это некстати, – Нуаллан помрачнел. – Если орков больше, чем…

Он осекся, только его слова уже были услышаны. Трактирщик побледнел прямо на глазах, едва не выпустив из рук тряпку, с которой не расставался, словно с лучшим другом.

– Какие еще орки, они разве не на зов Лехри пришли? – округлил глаза трактирщик. – Треклятые дикари, фоморово отродье, как их вообще пустили, ай-ай-ай! Никогда им веры не было. Ты же говорил про войска королевской гвардии, доран.

– Гвардия в пути, вопрос, кто раньше прибудет. Ты главное шум не поднимай, с нами пришел капитан саров из Эльтвиллана, прославленный Фойртехерн, он сейчас встречается с сеннардом. Уж они чего-нибудь придумают.

Слова изгнанника немного успокоили хозяина, поскольку тот ждал хоть какого утешения, хотя Нуаллан сам понимал, насколько это слабый аргумент.

– Но кое-кто намерен уплыть отсюда, – влез не к месту рыжебородый. – На мелких лодках, их, дескать, дракон не заметит. Если пройти по одному сквозному гроту… Посмотрим.

Широко улыбнувшись, он соскочил со стула и побрел через зал к выходу, попутно махая рукой или окликая знакомых людей. Доран тоже встал со смятенными чувствами, разговор странно повлиял на него и даже огорчил, поскольку единственная ниточка, ведущая к родне, оборвалась. Впрочем, они могли все еще быть здесь. Кивнув трактирщику, он взял Глинис за запястье, и путники вышли на свежий воздух.

3

– Пойдем к сеннарду, раз такое дело, – сказал Нуаллан на ухо спутнице. – Похоже, все пути, так или иначе, ведут к нему.

– А как же мои снадобья? – запротестовала целительница.

– Хорошо, – недовольно ответил доран. – Мне неуютно в этом городе, он словно и не наш вовсе.

Поняв, что Глинис в своей поистине детской непосредственности не замечает всего того, что привлекало его внимание, Нуаллан решил тему не развивать. Однако город сам то и дело напоминал о царившей в нем атмосфере если не полного хаоса, то беспорядков так точно. У выхода из трактира им попались две группы людей, громко кричащих и едва не лезущих в драку. Стражники в числе троих смущенных таким поведением эльфов с трудом сдерживали полный беспредел, вызывая скорее сочувствие, нежели уважение.

– Надо плыть, а если у тебя яиц нет, то не мешай! – орал самый ярый спорщик с одной стороны.

– Вот и плыви сам, дурачина! – возмущался лысоватый мужик с пузцом на другой стороне баррикад. – Я для этих высокопарных баб в брюках спину гнул в порту за эту лодку! – тыча мясистым пальцем в растерявшихся воинов, горланил пузан. – И не для того, чтобы какой-то задоголовый ишак вроде тебя ее забрал и потопил в какой-то чертовой пещере!

– Да дай ты ему в рожу! – подначивал кто-то из шаек, Нуаллан не разобрал, кто и из чьей братии.

С противоположной части улицы над всем происходящим хохотали два пьяных седых вояки, которым в подпитии все было по барабану. Где-то внизу раздавались громкие голоса не то очередной свалки, не то наемных работников порта. Эльфы прошли мимо бочком, Нуаллану, конечно, захотелось вмешаться и заехать парочке крикунов, оскорбляющих не только друг друга, но и своих благодетелей, да побоялся за девушку. Только уйти далеко от этой вакханалии, охватившей, видимо, всю Малахитовую гавань далеко не удалось. Почти сразу пришлось снова переходить улицу, чтобы не оказаться в центре драки между тремя людьми самого отчаянного вида и ватагой пьяных дварфов. Гномы, правда, не растеряли чести в сем недостойном занятии и выставили также троих, но впечатление это зрелище оставило прескверное.

Нуаллан отметил, что больше половины встречающихся ему на пути чужаков были в дребезги пьяны или же находились под действием каких-нибудь травок и грибочков, взятых в поход из родных земель. Иные дымили трубками и неизменно крепко выражались, а даже в Пралегаре такое встречалось нечасто. Сами эльфы бережно блюли чистоту своих плотских оболочек, равно как и мыслей, соседние горцы тоже отличались скромностью и строгими нравами. Глинис так и вовсе постоянно морщилась и поглядывала на спутника, будто он должен был ей объяснить, почему залетные гости столь странно себя ведут.

Солнце начало припекать, отражаясь слепящими бликами от оконных стекол и днищ сваленных у рыбацких домов лодок, начищенных до стального блеска и окрашенных в белый цвет. Лавка травника, где, конечно же, встречались не одни травы, но также порошки, зелья, талисманы из панцирей крабов и золотистые шарики рыбьего жира, находилась почти у самой гавани. До плещущей о вырезанную из малахита (как гласит легенда еще древними богами) пристань воды оставалось спуститься каких-то две улицы. У входа в уютный домик, по бокам от открытой двери, завешенной бусами из ракушек, путникам повстречались два здоровенных лысых и пузатых мужчины с детскими лицами. Увальни одновременно приветливо улыбнулись эльфам и отодвинулись с дороги, что даже удивило Нуаллана в свете последних событий.

В душной, пропахшей необычной смесью рыбы и трав комнатушке магазина уже стояли три посетителя: маленькая старушенция, дотягивающаяся дорану лишь до пояса, с толстыми косами и какой-то пьянчуга, забредший не по адресу, с таким же приятелем. Хотя развлечение они себе нашли и тут, а именно вульгарно цеплялись к молодой эльфийке-травнице за прилавком. Старушка наблюдала за происходящим с блаженной улыбкой, но по ее взгляду Нуаллан понял, что мужланы действуют ей на нервы, задерживая ее тут и ведя себя по-свински в целом.

– О, глянь, – наиболее настырный приставала на секунду оглянулся на звук шагов, увидел в дверях Глинис и толкнул локтем друга. – Еще одна. А ты говорил: «чего тут ловить?». Но ты не волнуйся, – обратился он к травнице, схватив ее за ручку, – я тебя надолго не оставлю, хе-хе.

Девушка была столь смущена и напугана, что не могла ничего сделать, бросая на дорана молящие взгляды, а Нуаллану и не требовалось лишнего напоминания. Он подскочил к негодяю, не успевшему еще отпустить руку эльфийки, толкнув плечом второго дебошира, схватил его за шкирку, развернул и треснул о стену лавки. Мужчина шатнулся назад, а изгнанник поддел его носком под щиколотку, опрокинув на пол. Приятель пьяницы отвлекся на Глинис, словно не видя, что творится вокруг. Однако стоило ему приблизиться к целительнице, та отвесила ему такую звонкую пощечину, что ее слышно было на улице, а на щеке тут же отпечатался красный след. Охальник рассвирепел и прорычал что-то вроде:

– Да я тебя сейчас прямо тут трахну!

– Давай, покажу, как надо, – добродушно предложила старушка, встав на пути бандита.

Нуаллан не успел ударить и этого второго гада, как низкорослая женщина проворным движением выхватила резную трубку с мешочком у основания. Забавно округлив щеки, она дунула в трубку, в лицо пьянчуги ударило облако красного порошка. Схватившись за глаза, он с ором вывалился через занавеску, где получил крепкую оплеуху от кого-то из лысых «пупсов». Нуаллан подхватил упавшего негодяя, как мешок с мусором, и легко вышвырнул его наружу под громкий скрипучий хохот старушки. Поправив золотисто-русые волосы, изгнанник обратился к неожиданной помощнице:

– Вы не похожи на наемника, ищущего удачи на войне, как вы оказались в Аллин-Лирре?

– Конечно, я не наемник! – вновь заразительно расхохоталась старушка, вызвав улыбку на лице Глинис, скромно стоящей в углу у прилавка. – Несложно догадаться, правда. Вообще-то меня с внучатами, – она махнула рукой на выход, где в дверном проеме светились две радостные округлые рожи, – никто не приглашал, мы сами пришли. Знаете, таких искателей достаточно много.

– Искателей? – доран сощурился и глянул на Глинис, хотя она-то точно ничего про это не знала. – И чего же вы, интересно, ищите?

– Каждый что-нибудь ищет, – лукаво улыбнулась женщина, ее большой рот словно разделил голову пополам. – Вот я, например, шаманка из одного далекого мира, меня привел сюда след магии. Защита вашего королевства ослабела, теперь всякий сюда пролезает без спроса.

– Обелиски скверны, знаю, – мрачно сказал Нуаллан.

– Именно, – старуха задрала корявый пальчик. – Демонов многие недооценивают, но не я. Следуя по их следу, можно найти множество интересных вещей, а из некоторых частей их тел, органов или желез получаются сильных снадобья и вещицы. Собственно все это мы и собираем, недаром же я оказалась хотя бы в этой вот лавке. Кстати, это очень мило, что вы не берете плату, такое благоразумие редкость в наших плотных мирах.

– Кое с кого берем, теперь… – неуверенно подала голос девушка за прилавком. Судя по ее виду, она еще не отошла от испуга, потому и речь у нее была невнятной и сбивчивой.

Старушка кивнула Нуаллану, подошла к полкам с ингредиентами, долго их осматривала, даже Глинис успела попросить пару порошков и пучков трав. Но поскольку шаманка пришла раньше, эльфы все же пропустили ее вперед, когда она выложила на стойку ворох всевозможных корешков и косточек. Перед уходом она порылась в многослойных одеждах, висящих на ней, словно шерсть на яке, и вытащила наконец светящийся камушек размером с перепелиное яйцо. Он напоминал большую стеклянную икринку с зеленым огоньком внутри.

– Вот, – сказала старушка, кладя камень перед травницей. – Не могу я ничем не отплатить за такую щедрость. Это ведь не золото, совсем не оно. Такая вещь может пригодиться, держи ее при себе, милочка.

Сказав это, колдунья быстро вышла, будто в воздухе растворилась, на улице застучали тяжелые башмаки ее внуков. Эльфийка боязливо протянула руку к подарку, но побоялась его тронуть.

– А что это такое? – спросила у спутника целительница.

– Душекамень, – сразу ответил Нуаллан.

Взяв камушек, он повертел его в пальцах, вглядываясь в мерцающий под стеклянной скорлупой свет. Обычно в душекамнях не была заточена настоящая душа, как и в этом, но они содержали в себе ту же самую живительную силу, что является основой для ядра всякого живого существа.

– Такими штуками обычно расплачиваются в мирах высших существ, – пояснил изгнанник. – Среди смертных их нечасто встретишь. Шаманка не обманула, душекамень наделяет силой кратной той, какая в него заложена, своего владельца. Поэтому наиболее богатый душекамнями демон считается и самым могущественным не просто условно. Нам редко доводилось видеть их, но Аэдан, кажется, знает о них несоизмеримо больше, он мне и поведал подробности. Ходят слухи, что наш король бывал в разных мирах, и сам имеет запас душекамней. Но это сейчас не важно, ты взяла все, что собиралась?

Девушка посмотрела на спутника с недоверием, будто он нарочно утаил от нее какие-то подробности своей биографии. Возможно, так оно и было, не очень целительнице поверилось в то, что такие познания о вещах из высших миров можно почерпнуть из простого пересказа. Или Лехри Аэдан давал своим слугам такие же артефакты? И в этом, вроде, ничего зазорного не было, а вот почему доран не скажет все как есть? Она поспешно кивнула и направилась к выходу.

4

Шумный порыв ветра принес из порта грубые голоса людей-работников и перезвон рынд. Нуаллан глубоко вздохнул и поискал взглядом странную старушонку из лавки среди снующих по улице спин. Шаманка действительно растворилась бесследно, что еще чуднее, растворились и ее внуки, хотя потерять двух рослых лбов, возвышающихся над толпой на голову, занятие не из простых. Знамя с кораблем над зеленым треугольником, олицетворяющим гавань, врезавшуюся среди морской синевы, у башни ратуши дернулось. Снова дунул ветер, и оно рванулось так, словно стремилось унестись в небесный простор.

– Я схожу в порт… – Нуаллан не договорил, услышав громкое хлопанье крыльев над головой.

Пестрый сокол с протяжным криком пролетел со стороны дороги на Суг-Меаса, доран сразу признал в нем посыльного. Но зачем Гиллагану было слать сокола, если это был он? Птица совершила небольшой круг над домами, согнав пару чаек с фонарей, и направилась в сторону ратуши.

– Пожалуй, я передумал.

– В чем дело? – сказала Глинис, следя за улетающим соколом. – По-твоему это важно, в смысле важно для нас?

– Сейчас все важно, – кратко ответил Нуаллан. – Важно для всего Аллин-Лирра, а значит, для нас тоже. В любом случае, нам придется свидеться с сеннардом, да и спросить про беженцев, пожалуй, его и следует в первую очередь.

Целительница безразлично пожала плечами, они пошли по стучащей мостовой вниз. Найти дом сеннарда Эханна не составило никакого труда, поскольку, мало того, что путники видели его все время пребывания в городе, так он еще и возвышался над его крышами, как маяк на утесе над гаванью. На полдороги двоих эльфов застал громкий шум и недовольная ругань, к которой можно было и привыкнуть, но теперь она адресовалась кому-то конкретному, движущемуся тем же путем к реке. Вскоре виновники себя обнаружили: несколько (пять или шесть) всадников в плащах с капюшонами пронеслись по улице, разгоняя праздношатающихся портовых работников, как и положено, пребывающих в подпитии. Они задели бы и Нуаллана с Глинис, если бы проворный доран не обхватил спутницу обеими руками и не отпрыгнул назад, толкнув спиной ворчащего одноглазого парня, похожего на сушеную рыбину. Отряд следопытов спешил, а это могло свидетельствовать только об одном – настырные орки вернулись.

– Это не Ринан там, впереди, главный королевский следопыт? – шепнула девушка на ухо Нуаллану, прикрыв рот ладонью, словно в ее вопросе содержалось нечто крамольное.

Доран поморщился и пожал плечами.

– Честно признаться, я не знаю, как он выглядит, мы никогда не встречались.

– Да точно – он! Я его запомнила по осаде Эльтвиллана, даже прижгла ему ядовитую царапину. Кажется, его хтон укусил… или нет. Хтоны ведь очень большие.

– Пусть будет он, – прервал бормотание спутницы изгнанник. – Главное, чтобы он не списал на меня гибель своих посланников в лесу Сагерта. Мне вспоминать-то больно, как глупо они погибли, а уж отдуваться за чужие грехи будет еще обиднее.

К своему удивлению, Нуаллан застал следопытов у парадного входа в семиэтажное здание, выполненное в виде водопада со светящимся в солнечных лучах, похожим на большую жемчужину куполом сверху. На фронтоне красовались барельефы морских богов Туата де Дананн и таблички с тонкой эльфийской вязью. Бегло просмотрев их, доран понял, что там запечатлены стихи, навеянные красотами реки и ее окрестностей. Из-за светлых тонов и множества больших окон резиденция сеннарда Малахитовой гавани выглядела просвечивающей насквозь и вызывала мысли о свободе и полете. Вокруг фонтана, окруженного розовыми кустами, собралась небольшая толпа из людей и эльфов, что, возможно, и задержало прибывших. Те спрыгнули с коней и долго выбирали, где бы их оставить, пока не натолкнулись на лакея в серебристом жилете поверх белой рубашки. Похоже, здешней публике они тоже не доверяли, вполне обоснованно.

Нуаллан постарался обойти следопытов стороной, смешавшись с гудящим сборищем спорщиков (те действительно что-то бурно обсуждали), но зоркие разведчики заметили его издалека.

– Эй, доран! – окликнули его мужественным голосом, как оказалось, это был главный следопыт в отряде, в котором Глинис верно признала Ринана.

На шее эльфа висел большой медальон с изображением двух узких глаз, глядящих из густых листьев, в то время как его спутники носили лишь соответственные серебряные нашивки на груди.

– Ты издалека идешь? – поинтересовался Ринан у изгнанника, когда тот подошел.

– Мы, – Нуаллан кивнул на спутницу, – пришли из Суг-Меаса с капитаном Фойртехерном, – он решил не врать, поскольку ничего убедительного так быстро сочинить и не сумел бы, однако всю правду выдавать было бы опрометчиво. – У нас особое задание, капитан хочет послать меня гонцом за море…

– Ну тогда ему стоит поторопиться, – полушутя заявил следопыт. Его стремительный взгляд из-под темно-русых прядей, полный героизма и прозорливости, приковал Нуаллана к месту. – Если обещанные подкрепления не подойдут через два дня, мы потеряем все земли от Бога-Фроис до Гавани и до Оленьих гор на севере. Затем орки спалят южные леса или порубят их для постройки крепостей и орудий, наделают баллист и потопят суда на воде, тогда их уже мало кто сможет остановить. Мне докладывали, что по Золотой реке поднялся целый флот, а я тут вижу кучку оборванцев из других миров и больше ничего. Баннерет Гиллаган прибудет завтра утром, и он должен застать нечто большее.

– Река перекрыта, – вздохнул доран, отведя глаза на толстую чайку с рыбиной в клюве, сидящую на флагштоке.

– Да, там завелся настоящий дракон! – поторопилась вставить слово Глинис, увлеченно разглядывая лицо Ринана, похожее на картинку из книги легенд о древних героях.

– Тише вы, – шикнул кто-то из толпы болтунов, будто одно упоминание о драконе могло разозлить чудовище и навлечь беду на город.

– Дракон, – скептически повторил Ринан, хотя тревога в его соколиных глазах дала понять, что смеяться над словами девушки он не намерен. – Значит так, если к послезавтрашнему вечеру корабли не войдут в Малахитовую гавань, у нас всех будут крупные неприятности, и я сейчас говорю не про недовольство баннерета. Где капитан Фойртехерн?

– Там, куда мы направляемся, – Нуаллан протянул руку к резиденции сеннарда.

Кликнув своих ребятушек, королевский следопыт прошел через бессмысленно шумящую толпу, раздвигая ее локтями, доран и Глинис протиснулись за ним. Стражники на входе, как и городские патрульные имеющие вид полной растерянности, поклонились высокому гостю и растворили беленую дверь с переливающимся на солнце стеклом. Короткая прихожая перешла в гостевой зал, где все слепило белизной и золотом, будь то мебель вроде «подбоченившихся» диванчиков или обои на стенах. Над головами эльфов нависла многоступенчатая люстра, под которой было даже страшно проходить – такой тяжелой она казалась. Служащие сеннарда почему-то расступились и чуть не прижимались к стенам при виде отряда следопытов, возможно, они ждали (или боялись) увидеть на их месте ту самую толпу недовольных граждан.

– Напряженная тут обстановка, – подметил Ринан, обратившись к Нуаллану.

Тому даже польстило, что хоть кто-то из высокопоставленных сородичей смотрит на него не как на преступника, похоже, следопыт ему вообще симпатизировал.

– Это еще что, мне уже пришлось взгреть пару болванов в лавке, или правильнее будет сказать, нам. Нам кое-кто помогал…

Они дошли до лестницы, отливающей перламутром, и услышали голоса и шаги двоих эльфов, идущих сверху. Вскоре на фоне белизны и золотых нитей появилась темная клякса, Фойртехерн невольно взглянул на гурьбу у подножия лестницы, но сразу же возвратился к беседе с господином Эханном.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.