# Лагерь без тормозов

Гарри Гон

У Саши есть всего две недели, чтобы сбежать из лагеря и успеть на прощальную встречу с девушкой. Казалось бы, что может пойти не так?

Но «Дубок» – не просто лагерь, это отдельная вселенная со своими законами, дружбой, врагами и первой любовью. Помощь придет оттуда, откуда не ждал: от бесшабашных брата и сестры Гавриков, которые знают, как превратить жизнь вожатых в ад и провернуть дело любой сложности.

Это история о самом авантюрном лете в жизни, о дружбе, которая начинается с совместной проделки, и о том, что самые важные обещания иногда приходится давать самому себе.

«Время, потерянное с удовольствием, не считается потерянным».© Джон Леннон.


Лето.


На берегу, под шум спокойного прибоя, сидели двое: он и она. Парень сосредоточенно чертил фигуры на песке, его взгляд был устремлён куда-то вдаль, в места, где витали его мысли.

– Как думаешь, оно того стоит? – нарушила тишину девушка, глядя на него.

– Что? – отвлёкся он, бросив взгляд на собеседницу.

– Как думаешь, тебе это нужно?

– А есть ли у меня выбор? Да и кого вообще волнует моё мнение?

– Меня! – её голос был твёрдым, с нотками упрямства.

Мальчик тихо усмехнулся, будто только для себя, и почти шёпотом произнёс:

– Только тебя и волнует…

Девушка нахмурилась, её глаза блеснули тревогой.

– Саня, а может, сбежим? Если не поедешь, то тебя просто не смогут увезти.

Парень криво улыбнулся и покачал головой:

– Ага. Только ты же сама знаешь: если папа поймает, сначала вичкой отделает, а потом всё равно увезёт. Только ходить будет сложнее. Всё уже оплачено, и я там ненадолго.

– Ненадолго? А меня увозят навсегда! Ты слышишь, Саня? Навсегда!

Он поднял глаза от песка. Её голос дрожал, а в глазах застыло отчаяние. Саня нахмурился, его губы на мгновение сжались в тонкую линию, прежде чем он уверенно произнёс:

– Я найду способ. Это всего лишь лагерь. И пусть говорят, что это детские замашки… я найду способ. Ты не уедешь, не попрощавшись.

Её лицо чуть смягчилось, но взгляд оставался требовательным.

– Вот такого ответа я и ждала. Значит, ты даёшь обещание? Дай его.

– Я не даю… – начал было он, но её голос прозвучал чётко и непреклонно:

– Дай обещание.

Мгновение он колебался, а затем, с какой-то особенной серьёзностью, тихо произнёс:

– Обещаю.

## Глава 1.

Утро началось с ужасного звонка школьного будильника – устройства, которое, кажется, придумали, чтобы издеваться над всеми, громкий и безотказный метод проснуться. Где-то из коридора раздался знакомый голос:

– Просыпайся, умывайся и застели кровать!

– Хорошо, встаю, встаю…

Голова была тяжёлой, будто ещё не успела окончательно покинуть подушку. Нащупав проклятый будильник, я отключил его и, неуверенно переставляя ноги, направился в ванную.

Дверь оказалась заперта.

– Эй, кто занял?

Из-за двери донёсся гулкий голос отца:

– Иди пока одевайся, потом умоешься!

– Лаадно…

Мысли постепенно начинали складываться в цельную картину. «Так, футболка должна быть на стуле, шорты там же…» На автомате оделся, снял телефон с зарядки и упаковал его вместе с зарядкой в сумку. Всё было собрано с вечера: сланцы, футболки, трусы, кофта и мыльно-рыльные принадлежности.

«Чёрт, вот зачем мне эта смена…»

На экране телефона мигнуло сообщение:

– «Как проснёшься, напиши»

– «Проснулся»

Ответ пришёл почти мгновенно:

– «Скоро выезжаешь?»

– «Минут через 30-40»

– «Ок, буду примерно в это время»

Слова вызвали на лице улыбку, которая неожиданно застала меня самого. Я усмехнулся, чувствуя, как внутри разливается тёплая волна.

Отец вышел из ванной и позвал умываться. Отложив телефон и быстро сделав все утренние дела, я направился на кухню.

– Ого, пир на весь мир! Что за праздник?

На столе лежали блины, малиновое варенье и сметана. Из-за спины раздался знакомый голос:

– Отмечаем начало двухнедельного отпуска.

– Хотя бы не улыбайся так, когда отправляешь сына подальше.

– Ничего не поделаешь, – невинно пожал плечами отец. – Тем более, поездка в Армению обещает быть незабываемой.

Он подмигнул маме, а она лишь мягко улыбнулась.

– Вообще не напоминай, – пробурчал я. – Могли бы сами ехать, зачем меня в этот лагерь отправлять?

– Ой, не начинай. Ты дом сожжёшь, оставь тебя одного.

– Это было давно! Просто проверял, как горит дневник. Да и мелкий был, я бы всё потушил! Вода рядом стояла!

Отец разразился громким смехом:

– Знаю-знаю, но забыть не дам! Ты бы видел лицо своей матери, когда из кухни повалил чёрный дым.

– Понял я, мой косяк…

– Вот именно! И за него ты ещё не понёс наказание.

– Ты хлопушкой меня тогда…

– Это было предисловие, – ухмыльнулся он. – А сейчас закидывай блины и поехали.

Не успев толком прожевать, я проглотил несколько блинов, под ворчание мамы, и вернулся в комнату за сумкой.

За окном уже ярко светило солнце. Мельком взглянув вниз, я заметил на лавочке девушку в белом сарафане. Она тихо сидела, пристально глядя в моё окно.

Чёрт, это Мила.

Схватив вещи, я поспешил к выходу. Мама позаботилась: кроссовки уже ждали у порога. Я сбежал по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек, пока не оступился на последней и, шлёпнувшись, вывалился на улицу.

Она услышала мои «шаги» и улыбнулась:

– Живой?

– Нормально. Давно ждёшь?

– Минут десять. Не хотела пропустить нашу предпоследнюю встречу.

– Всякое может… – я замялся под её тяжёлым взглядом. – Но я всё-таки…

– Знаю, – перебила она с тёплой улыбкой. – У меня для тебя небольшой подарок.

Она достала плетёный браслет и сразу начала завязывать его на мою руку.

– Смотри, с девчонками не гуляй, веселись и помни обо мне. А он, – она вдруг сжала узел так сильно, что стало больно.

– Эй!

– Хе-хе, шучу, – она ухмыльнулась и ослабила узел. – Но он будет напоминать о твоём обещании.

– Каком обещании? – послышался голос отца из-за спины.

– Да так, Виктор Вениаминович, просто обещание не забывать друг друга, – мягко ответила Мила.

– Никогда, говоришь? – отец прищурился. – А папка твой говорил, что вы…

– Говорил. Все мы знаем, что он говорил, – Мила резко оборвала его, но тут же смягчилась. – Но чего только в жизни не бывает.

– Узел уже завязан, – вставил я, пытаясь перевести разговор. – Так что можешь не так сильно держать.

– Ах, точно. Кстати, Виктор Вениаминович, дайте нам пару минут.

Отец не стал возражать, взял мою сумку и пошёл к машине.

Мила взяла меня за руку, притянула к себе и поцеловала. Это был странный поцелуй, я почувствовал солёный привкус её слёз.

Резко отстранившись, она произнесла, чётко выговаривая каждую букву:

– Ты обещал.

– О-б-е-щ-а-л, – повторил я за ней.

Сев в машину, я посмотрел на неё через окно. Она стояла на том же месте, махая мне вслед. Её силуэт становился всё меньше, пока окончательно не исчез за поворотом.

## Глава 2.

Ехали молча.


Машина покачивалась на старых кочках, пока отец, не выдержав тишины, не заговорил:

– Взбодрись, бедолага! Сейчас тебя ждут новые знакомства, пятиразовое питание, дискотеки, девчонки! Ну, не вешай нос!

– Да нормально всё, просто странно как-то, – ответил я, глядя в окно.

– И что же тут странного?

Я поднял руку, демонстрируя браслет на запястье.

– Она раньше такого не делала. Да, я ей дарил что-то, она носила, что-то убирала в шкатулку. Но чтобы сама…

– И только это тебя сейчас беспокоит? – отец хмыкнул, не отрывая взгляда от дороги.

– Не только это, но всё же.

– Короче, слушай. Это окольцевание.

– В смысле? Это же браслет.

– Не в прямом смысле, – он чуть задумался, потом кивнул своим мыслям и продолжил: – Это как знак другим девчонкам, что ты занят. Поэтому мой совет: сними его, спрячь и молчи про бывшие отношения с Милой.

– С чего бы мне раскидываться такими историями? – я фыркнул.

– Ахах, там всё по-другому, сын. Ты первый раз едешь – вот и поймёшь. Там все начинают мыслить по-новому, хотеть большего, забывать себя "городского" и могут быть кем угодно. Ты понимаешь, о чём я?

– Нет.

– Эх, бестолочь. Главное – не плачь и не ной про отношения. Там всё быстро происходит, и так же быстро тебя клеймят. До конца смены не отмоешься. Поэтому будь кем угодно.

– Мне быть собой вполне устраивает.

Отец ухмыльнулся, будто готовясь огреть меня ремнём, но, к счастью, только покачал головой:

– Будь собой, так и быть. Потом расскажешь, понял ли хоть что-то из того, что я тебе объяснял. И запомни: звонить не вздумай. Мы с матерью выезжаем сразу, как тебя сдадим. Она, наконец, должна отдохнуть. Только в крайнем случае звони, и то если в горах связь поймает.

Я кивнул серьёзно, понимая, что маме действительно нужен отдых. Засунул руку в карман, но там было пусто. Лихорадочно обшарил остальные карманы – ничего.

– Что потерял? – отец заметил моё напряжение.

– Телефон, – ответил я, нахмурившись. – Кажется, оставил на кровати. Мы можем вернуться?

– Не можем. У нас рейс, – резко отрезал отец. – Ничего, попросишь у друзей, номер знаешь.

– Да каких друзей? – вспылил я.

– Найдёшь, – ухмыльнулся он, как всегда, перед тем как сказать что-нибудь едкое. – Вот тебе и мотивация. Цель номер один: найти друзей. Цель номер два: отжать мобилу. – Он приподнял бровь, бросив на меня хитрый взгляд.

Я закатил глаза.

– Он тогда сам напросился, нечего выпендриваться, – буркнул я.

– Ахах, да расслабься. Знаю я всё, не осуждаю. Тем более уже приехали.

Городские пейзажи сменились полями и лесами. Впереди показался старый стенд с облупившейся надписью: «Добро пожаловать в Дубок». Мы свернули, и дорога, обсаженная молодыми и старыми берёзами, вывела к зелёному забору, за которым толпились родители, пытаясь сдать своих чад в новый почти самостоятельный мир.

Мы припарковались. Отец взял бумаги, закинул на моё плечо сумку и кивнул на ворота.

– Вперёд, бедолага, не теряйся! – громко бросил он, чем мгновенно вогнал меня в краску, я резко огляделся не слышал ли кто ещё, но все были заняты своими делами.

После долгих очередей в медпалатку и к столам, мы добрались до пункта регистрации. За столом сидел бородатый, полноватый парень в зелёной футболке-поло. Он быстро переписывал данные, не глядя на нас, и начал свою речь:

– Доброе утро я буду вашим воспитателем в первом отряде, зовут Виктор Вениаминович, у нас пятиразовое питание, полная занятость, поэтому звонки лучше сократить до минимума. Телефоны сдаются, и им будет выделяться время в определенные дни в вечернее время позвонить, связь ловит только на воротах, мы будем их приводить, но первые дни следует воздержать от звонков, для их лучшей адаптации, чрезвычайные вопросы решаются через меня. Участие в кружках, мероприятиях, дискотеках, спевках и другой лагерной жизни обязательно. Есть вопросы и возражения?

– Ого, тёзка! – отец усмехнулся. – Вопросов нет, телефона не имеем. Всё, теперь могу его оставить?

Воспитатель поднял глаза, последний раз сверился с документами и улыбнулся:

– Да, сейчас вожатая Ксения проводит его в отряд.

– Оставляю на ваше попечение, – отец пожал руку воспитателю.

– Не беспокойтесь, мы позаботимся о вашем "бедолаге".

Я закатил глаза. Они оба ухмыльнулись, сжимая руки ещё крепче. Буря, безумие. Эти двое явно нашли друг друга. Почему всё в моей жизни не может быть нормально? Ну, какого чёрта!

## Глава 3.

Эти двое вогнали меня в краску.


Отец и воспитатель сговорились или это случайность? Пока я размышлял, Виктор Вениаминович уже принимал других родителей, украдкой поглядывая, стою ли я на месте, где меня оставили. Видимо, не доверяет. Ну спасибо, конечно.

Из ворот вышла девушка с высоким хвостом. Та же зелёная футболка, что и у Виктора, но сидела на ней иначе – будто специально сшита по фигуре. У неё была длинная шея, слегка загорелая кожа и осанка, от которой начинало казаться, что ты сам ходишь горбато. Шла она легко, будто плавала в воздухе.

К этому моменту нас уже стояло трое, я и какие-то брат с сестрой. Они были противоположностями друг друга. Он высокий, кудрявый, толстые губы, выпуклые глаза, пепельные волосы, скорее всего крашеные, загорелый. Она не высокая, две косички, кончики синие, свой цвет рыжий, в веснушках, глаза глубоко посажены, будто все время вприщур, тонкие губы. Петя и Света.

Эти двое без остановки болтали. Их явно привезли не в первый раз: они знали воспитателя и время от времени обменивались с ним шуточками, которые я понять не мог. Но одна его реплика заставила их затихнуть, начав так же настороженно озираться, как и я.

– Гаврики, можете идти, – спокойно сказал Виктор Вениаминович, передавая нас подошедшей девушке.

Гаврики? Окей, это стоит запомнить.

– Привет, – начала девушка с мягкой улыбкой. – Меня зовут Ксюша, я буду вашей вожатой на эти три недели. Берите сумки, пойдём к остальным.

Подхватив свою сумку, я двинулся следом за процессией, возглавляемой Ксюшей.

За воротами меня первым делом поразил асфальт, исписанный цветными мелками: тут были названия, рисунки, какие-то странные узоры. Я замедлил шаг, разглядывая их, но процессия шла вперёд. Справа по дороге возвышалось двухэтажное здание.

– Справа от вас – четвёртый корпус. Там у нас живут малыши, – сообщила Ксюша. – Слева – штаб и кабинеты кружков. А рядом со штабом – актовый зал. Но пока можете его так не называть, во время смены придумаем другое имя.

Пока Ксюша вела экскурсию, я не заметил, как рядом со мной оказались Петя и Света.

– Как жизнь, меня Петром звать, – сказал Петя, перекидывая сумку на плечо и протягивая мне руку.

– Нормально, – я пожал его ладонь. – Меня Саней.

– Ого, сразу так официально, – фыркнула Света. – Тогда меня зови Светик, а то этот уже начал: «Петром звать». – Она передразнила брата и тоже протянула руку.

Петя ухмыльнулся:

– Ладно, зови Петькой.

Света нетерпеливо качнула головой:

– Руку-то жать будешь, бедолага?

От её слов меня передёрнуло. Ну, вот опять это слово! Решил не упускать шанс ответить:

– Очень приятно познакомиться с Гавриками, – бросил я, подражая отцовской ухмылке.

Секундная пауза. Петя и Света остановились, переглянулись, будто обсуждали, стоит ли меня сразу придушить, или дать время исправиться. Света слегка наклонила голову, изучая меня, а потом оба одновременно сказали:

– Это будет весело.

– Это будет весело.

Судя по их взглядам, имелось в виду не только для них, но и для меня. Интересно, с какой стороны…

## Глава 4.

Нас привели в огромную беседку.

– Это ротонда, – начала Ксюша, оглядывая нас тёплым взглядом. – Тут проходят мероприятия, дискотеки, спевки. И по утрам мы будем обсуждать план на день.

Я мельком оглядел ротонду: просторная, крытая, с колоннами, но без стен, открытая всем ветрам. Она выглядела как центр жизни, где будет всё – от веселья до разбора полётов.

– А сейчас мы познакомимся, а потом поедим, – добавила Ксюша.

– Вот это уже другой разговор! – оживился Петька, и его голос эхом отразился от крыши. – А где мы будем жить? Надеюсь, весь корпус будет только наш, а не придётся делить с кем-то ещё.

– Посмотрим при заселении, сколько нас будет, – ответила Ксюша, кивая в сторону корпуса неподалёку.

Корпус выглядел как типичная дачная постройка: облупленная краска, деревянный каркас. Это должно было стать нашим домом на ближайшие недели.

У ротонды уже кипела жизнь. Ребята играли в какую-то игру, а неподалёку неестественно смеялась девушка в такой же зелёной футболке, как у Ксюши. Её большие выпученные глаза и миниатюрный рост делали её похожей на мультяшного персонажа.

– Пост сдал. – Она бросила это с ухмылкой, уходя в сторону корпуса.

– Пост принял, – отозвалась Ксюша, занимая её место.

С нашим приходом в группе началось оживление. Петька моментально включился в игру, громко подбадривая остальных. Света быстро сориентировалась, познакомилась со всеми и тут же начала раздавать прозвища. Я же терялся уже после третьего имени. Голову заполнила каша из лиц, голосов и смеха. Так себе знакомство.

На обед нас стало больше: к группе добавились ещё двое ребят, в итоге собралось около восемнадцати человек. После еды мы отправились к корпусу.

Внутри всё выглядело довольно типично: длинный коридор, запах дерева и старой краски. Слева – двери в туалеты, вожатская, а перед нами – комнаты. Нас распределили в ту, что напротив входа.

В комнате было три одноярусные кровати и одна двухъярусная. Петька тут же влетел первым:

– Чур, моя у окна слева! Санька, твоя справа снизу. Мы первые!

Я хотел возразить, но Петька обнял меня за плечо и быстро зашептал:

– Не упрямься. Это лучшее место. Розетка рядом. Потом спасибо скажешь.

– Я не просил.

– А я и не спрашивал. Давай, вещи кидай.

Вздохнув, я подошёл к койке, где уже лежала наволочка. Аккуратно заправляя постель, я успел отметить, что мебели тут видавшая виды: шкаф, четыре тумбочки, две из которых стояли у окна.

Вместе с нами в комнате оказалось ещё трое парней.


Щуплый и тихий очкарик Ваня, крупный чернобровый Артём с немного косящими глазами, и смуглый парнишка, которого Петька тут же окрестил «Цыган» – Эльдарчик.

– Ну что, парни, кто кого из девчонок приметил? – первым начал Эльдарчик, жуя какую-то конфету.

– С синими косичками даже не смотреть! – резко выпалил Петька, сжав кулак. – Это моя сестра.

– Не больно-то и хотелось, – ответил Эльдарчик, но в его тоне проскользнуло что-то обиженное.

– Вы не о том думаете, – вклинился Артём. – Сейчас продукты изымать начнут. Нужно схроны сделать.

– За это не волнуйся, – ухмыльнулся Петька. – У нас есть тайничок. До утра успеем.

Я вспомнил про телефон:

– У кого-нибудь есть мобила? Свой я забыл, а у родителей уже не попросишь.

Петька полез в карман и кинул мне старенькую чёрную Nokia:

– Вот, держи.

Это оказался небольшой телефон Nokia черного цвета, я быстро нашёл аску, и ввел по памяти: 626436768, пароль 2A2gV4si. Но безрезультатно.

– Не фурычит.

– Ты что хотел? Тут и позвонить не выйдет. Связь только у ворот или на поле.

– Чёрт… – выдохнул я.

– Так сильно надо? – спросил Петька, прищурившись.

– Надо. Сообщить… человеку. Чтобы не волновался.

– Ладно, не ссы. Сегодня всё устрою.

– Спасибо!

– Но не всё так просто. Ты мне будешь должен.

– И что тебе нужно? – спросил я, предчувствуя что-то нехорошее.

– Узнаешь потом. Согласен?

Он протянул мне руку, глядя с такой ухмылкой, что я сразу понял: это была ошибка. Но выбора не было.

– Согласен, – вздохнул я, пожимая его ладонь.

## Глава 5.

Из коридора донеслось:


– Выходим в холл!

Вернув телефон Петьке, мы направились из комнаты. Люди, словно сонные муравьи, медленно выползали из своих новых жилищ, заполняя пространство холла. Кто-то сразу занял места на старом коричневом кожаном диване, кто-то устроился на стульях, непонятно откуда появившихся. Мы с нашей компанией прислонились к стене, наблюдая за происходящим.

Посреди холла стоял Виктор Вениаминович, наш воспитатель. В одной руке он держал кипу бумаг, а в другой – термокружку. Выглядел он спокойно и уверенно.

– Итак, – начал он, размеренно оглядев зал. – Сегодня по плану у нас РВС – разведай всё сам. Я ваш воспитатель, зовите меня только так – Виктор Вениаминович. Ваши вожатые – Ксения и Карина.

Он указал на девушек, стоявших рядом. Ксению я уже помнил, она радостно помахала рукой. Карина же сделала что-то вроде книксена.

"Запомнить их будет несложно," – подумал я.

– На ближайшие три недели мы ваши наставники.

Затем последовал перечень правил лагеря и распорядка дня. Всё звучало довольно буднично: подъём, завтрак, кружки, мероприятия, обед, тихий час, и так до отбоя. Плотное расписание, не оставляющее ни минуты для импровизации.

Я недоумённо глянул на Петьку:


– А где тут место для звонков?

– Не парься, – уверенно отмахнулся он. – Это только вначале всё строго. Найдём время. Всё будет зашибись.

Когда Виктор Вениаминович закончил, Ксюша продолжила:


– А теперь выходим на улицу, строимся и отправляемся на ротонду.

Мы натянули кроссовки и вывалились наружу шумной толпой.

– Ребята, строимся по парам! – крикнула Карина своим звонким, почти просящим голосом.

Девчонки, уже собравшиеся группками, начали выстраиваться. Среди них я заметил синие косички сестры Петьки. Мы с ним встали где-то посередине, позади оказались Артём и Цыган, обсуждавшие, кто и что привёз, и где лучше спрятать припасы.

На ротонде нам выдали листки с пунктами маршрута. Ксюша осталась с нами, а Карина отправилась на станцию.

Первая станция находилась у столовой, совсем рядом. Алла Петровна, женщина с суровым взглядом, рассказала нам про дежурства, порядок в столовой и что-то ещё, но я упустил половину её слов.

Тем временем Петька что-то усиленно шептал Артёму. Тот мельком взглянул на меня, снова на Петьку и кивнул. Затем, похлопав его по плечу, Артём подошёл ко мне:


– На футбольном поле будь готов, – сказал он и сунул мне в руки мобильник.

Я молча убрал телефон в карман.

– Какая следующая станция? – вмешался Цыган, крутя в руках путеводитель.

На карте было много стрелок разных цветов. Понять, что к чему, казалось задачей не из лёгких.

– Наш цвет синий, – подсказала Ксюша.

– Ага! – Цыган справился с расшифровкой и повернув карту стал водить по стрелкам указательным пальцем, – мы были в столовой, так дальше… Мед пункт!

Кто-то тут же ринулся туда бегом, а мы двинулись спокойным шагом, замыкая процессию.

Рядом с Ксюшей семенил Артём что-то протягивая ей. Та доброжелательно улыбнувшись приняла его подарок и положила в карман.

Света подошла к нам что-то шепнув Петьке, тот выхватив из толпы Ваню, также страстно зашептал тому на ухо, после чего тот рванул вперед и задел плечом девушку, мирно глядящую в небо. Та споткнулась и сильно ударилась коленом о землю. Ваня остановился расплёскиваясь в извинениях, в этот момент подбежала Света громко воскликнув:

– Смотри куда прёшь Лену зашибить ведь мог!

Подав травмированной руку та начала её отряхивать спрашивая где болит.

– Девочки помогите нам, Лена сильно ударилась нужна помощь.

Начали подходить ребята неодобрительно косясь на Ваню, а тот никак не мог понять куда деть руки и всё продолжал извиняться, его глаза бегали то на Лену, то на девушек смотрящих с укоризной. В этот момент уже мы подошли.

– Всё хорошо, всё будет хорошо, – вдруг вмешался Петька, хлопая Ваню по плечу своей фирменной успокаивающей улыбкой.

Девочки отвели Лену в медпункт, Света тоже направилась с ними, чтобы помочь.

– Что вы задумали? – спросил я Петьку.

– Всё по плану. Просто смотри. Вечером расскажу, если сам не поймёшь.

Следующим пунктом было футбольное поле. Путь туда пролегал через небольшой лесок. Поле раскинулось перед нами с сеткой для волейбола слева и городком справа.

Петька пожал руку молодому парню с большими бровями – видимо, знакомому. Я, не дойдя до поля, заметил, что Ксюша стояла в стороне, а Артём что-то ей активно рассказывал, передавая в руки коробочку.

Вот он, мой шанс!

Я достал телефон, спрятался за сосной и быстро ввёл логин и пароль. Уже были сообщения от Милы:

«Ты как устроился?»


«Связь есть?»


«Скучаешь?»

Я быстро настрочил ответ:


«Телефон забыл дома. Смогу писать не всегда, связь плохая. Найду способ. Телефон дал один парень, но за услугу. Не знаю, когда напишу ещё. До скорого ;)»

Убрав телефон в карман, я направился к остальным, которые уже выстраивали круг.

– Вышло? – спросил Петька, довольно ухмыляясь.

– Ага.

– Отлично. А дальше – только круче… – он улыбнулся, словно уже знал, что меня ждёт.

## Глава 6.

Беготня по станциям завершилась без происшествий. Всё шло ровно, скучно, почти механически. После выкрутасов, произошедших на первых этапах, это даже как-то удивляло. Когда, наконец, мы добрались до конца, нас "поблагодарили". Ах да, ещё и поздравили. Правда, без каких-либо наград, просто символическое "спасибо". Ну что ж, местность узнали – уже неплохо.

– Вот мы и узнали основные места в нашем лагере, – начала Ксюша своим бодрым, чуть строгим голосом. – А сейчас, пока все отправляются по корпусам, мы остаёмся на ротонде. Дождёмся остальных и начнём. Располагайтесь на скамейках.

Мы нашли себе местечко. По периметру ротонды, которая чем-то напоминала старую беседку, стояли два ряда скамеек. Справа были расставлены колонки, стол, ноутбук и какая-то аппаратура для ди-джея. Конечно же, мы устроились ближе к технике, надеясь захватить "удобные" места. Вожатые, словно прочитав наши мысли, мигом сместили нас на задние ряды.

Я успел заметить, как по тропинке к ротонде медленно направляются Света и Лена. Девушки держались за руки, их шаги были неторопливыми, а в глазах читалась усталость, но, кажется, они были довольны.

"Так вот кого мы ждали," – подумал я, слегка улыбнувшись.

Когда все расселись, Ксюша громко хлопнула в ладоши, привлекая внимание.

– Сейчас попробуем выбрать название для нашего отряда. Оно должно совпадать с тематикой смены. Нынешняя тема – «Морское приключение». Для этого сразу вводим «словарь смены».

Её голос звучал уверенно, как у учительницы, только чуть мягче.

– Итак, – продолжила она, – основные понятия: отряд – это артель, корпус – корабль, комнаты – каюты, столовая – камбуз. Остальные термины вы узнаете по ходу смены. Весь список позже вывесим на доске.

В этот момент к ротонде подошёл Виктор Вениаминович, таща небольшую белую доску. Он молча поставил её перед нами и, взяв фломастер, аккуратно вывел в верхнем левом углу слово «Артель».

– Сюда буду записывать все варианты, а после выберем лучшую подсчётом голосов, – произнёс Виктор Вениаминович, держа фломастер наготове. – Артель – это объединение людей, на корабле это команда. Выбирайте такое название, чтобы вам самим было прикольно.

Казалось, он пытался зажечь нас этой мыслью, но народ пока лишь переглядывался, не спеша предлагать что-то оригинальное.

– Чёрное и белое, – раздалось из задних рядов.

На доске тут же появились две буквы: «ЧБ». Кто-то хихикнул, видимо, разглядывая этот минимализм.

– Русалочка, – прозвучало с лёгкой издёвкой.

Под общий смех слово «Русалочка» тоже оказалось записано.

– Любое предложение, не стесняйтесь, – подбадривала Ксюша.

Названия посыпались: «Фениксы», «Фрегат», «Пираты», «Флагман», «Бикини Ботом». Я смотрел, как постепенно заполняется доска. И вдруг услышал знакомый голос.

– Давайте назовёмся «Скелетоны», – выпалил Петька.

В ротонде повисла пауза, сменившаяся хихиканьем и тихими смешками. Но Петька, как всегда, оказался на высоте.

– Я объясню! – начал он, вскидывая руки и привлекая к себе всеобщее внимание. – Смотрите, самые распространённые названия – это, конечно, «Пираты», «Весёлый Роджер» или что-то связанное с Карибами. Это очевидно. Но СКЕ-ЛЕ-ТО-НЫ…

Он выделил каждый слог, чеканя слова так, будто продавал что-то исключительно редкое и ценное.

– Во-первых, это легко запоминается. Все эти «пираты» будут банальными, а нас запомнят! Во-вторых, добавив символику черепа и костей, мы можем быть кем угодно. Это брутально!

– А девочкам что делать с вашим брутальным названием? – раздался голос Светы.

Петька будто только и ждал этого вопроса.

– Хороший вопрос! Все же знают Испанию, – он театрально расхаживал из стороны в сторону, изображая на себе воображаемое сомбреро. – Парни в сомбреро, девушки в ярких платьях с кастаньетами! Представьте: танго, движения, страсть!

Мы начали хихикать, но он резко остановился, взглянул на всех серьёзно и продолжил:

– У них есть праздник – «День всех мёртвых». Там вспоминают ушедших близких, украшают себя рисунками черепов и костей. Мы тоже можем это сделать: элегантные Скелетоны, игривые Скелетоны, брутальные Скелетоны! А наш девиз – «Костлявый рядом!»

В ротонде сначала повисла тишина, но вскоре её нарушили одобрительные кивки и смешки.

– А что, мне нравится, – вдруг заявила Света. – Я могу делать пышные причёски, а Лена, вон, классный макияж наложит!

Все тут же посмотрели на покрасневшую Лену, которая лишь смущённо улыбнулась.

Петька победоносно протянул руку Виктору Вениаминовичу, который, улыбаясь, передал ему фломастер. И вот, крупными, практически вызывающими буквами, слово «СКЕЛЕТОНЫ» заполнило доску, затмив собой остальные варианты.

Я смотрел на всё это с лёгкой улыбкой. Сказать, что он впечатлил, это ничего не сказать.

– Есть ещё предложения? – вклинилась Карина, её голос был мягким, но полный скрытой настойчивости. – Смотрите, с морской тематикой очень хорошо связаны дельфины. Это же так мило, совсем не банально, и мы тоже можем быть и пиратами, или, может, русалочками…

Она замялась, будто сама засомневалась в своей идее, но тут же добавила:

– Я даже девиз знаю: «Мы – дельфины, просто класс…!»

Петька тихо хмыкнул, но ничего не сказал, оставляя поле боя открытым для других.

– Нееет, по-моему, так себе. Уже давайте голосовать! – бесцеремонно выкрикнул Цыган, перебивая Карину с резкостью, способной сбить с толку любого.

На доске появилось слово «Дельфинчики», выведенное небрежным почерком Виктора Вениаминовича. А потом он вытащил из кармана красный фломастер, готовясь к финальной стадии.

– Итак, сейчас будем проводить подсчёт голосов. Можно голосовать за несколько названий, – объявил он, словно судья на арене.

Я оглядел комнату: кто-то лениво обсуждал варианты, кто-то уже определился, а кто-то, как Света, раздавал указания своим подругам, сверкая энтузиазмом.

Голосование прошло быстро, почти без заминок. Итог оказался предсказуем: с отрывом в четыре голоса «Скелетоны» обошли «Бикини Ботом» и заняли первое место. Всё благодаря нашей комнате, нескольким парням из соседней, и, конечно, девчонкам, которых объединила Света.

Но вот что оказалось по-настоящему неловким: «Дельфинчики» не набрали ни одного голоса.

Я мельком взглянул на Карину, и её лицо… О, это была картина, достойная галереи эмоциональных портретов. Там смешались обида, смущение и едва скрытая ярость. Но вот что было особенно странным: весь этот букет эмоций явно был направлен на… Петьку.

"Ему конец," – мелькнуло в голове, и я сделал шаг назад, пытаясь хоть немного отдалиться от эпицентра её негодования.

– Тебе не кажется, – прошептал я, наклоняясь к Петьке, – что ваша авантюра ради голосов теперь имеет… определённые последствия?

Он осклабился, словно ребёнок, который только что успешно стащил конфету с витрины, и с тихим смехом прошептал в ответ:

– Я же обещал, что дальше будет круче.

## Глава 7.

После ужина нас собрали перед столовой и повели в актовый зал, который также называли «Триколор» из-за трёх ярких полос, проходящих через всю железную стену. Войдя, я сразу заметил, что слева от нас была сцена с закрытыми кулисами, возвышающаяся примерно на метр от пола. Справа же, на всю оставшуюся часть зала, стояли скамейки, с промежутком по середине, наверное, чтобы облегчить передвижение. В конце зала стоял стол с каким-то компьютерным оборудованием – место диджея, как пояснила подошедшая Ксюша. Нас разместили на задних рядах «левых» скамеек. Подошедший диджей уже подключил музыку, и тут я задумался: у них там вообще плейлист не меняется что ли?

В это время появился Виктор Вениаминович.

– Что кричите, когда объявление идёт? – его голос прорезал зал.

И тут Ксюша спохватилась.

– Мы уже выбрали девиз, может, его озвучим?

– Напомни – заявил воспитатель приподняв одну бровь.

– Костлявый рядом, – ответила Ксюша с улыбкой.

– Серьёзно? Так и оставили? – удивился Виктор Вениаминович.

– Ну да, это дети выбрали, – добавила она с лёгким смехом.

– Ха! Ну, ладно, – улыбнулся воспитатель. – Офигенно, погнали! Давайте крикнем!

– Первый отряд! – обратилась Ксюша к нам. – Сейчас будут спрашивать, шестой здесь, пятый там, и так далее. Когда дойдёт до нас – отвечаем нашим девизом: « Костлявый рядом!»

– Зачем? – не понял Цыган, видимо, ещё не осознав, что происходит.

– Затем, что пора заявить о себе, – пояснила Ксюша, – так ведь вы говорили. А Петька?

– Конечно, – сразу отозвался он, подмигнув.

Вожатые начали двигаться по рядам, шепча, что и как нужно кричать. В это время в зал продолжали стекаться всё новые дети и их вожатые.

Внезапно музыка стихла, и в колонках послышался голос.

– Приветствую всех в лагере Дубо-о-оок! Мы рады вас видеть всех чистыми, красивыми, здоровыми! А теперь проверим, все ли на месте. Шестой отряд, здесь?

– Даааа! – ответили они слабо, нестройно.

– Пятый отряд!

– Туу-ут!

– Четвёртый отряд!

– Здее-есь!

Чем старше отряд, тем более протяжными становились их крики. Я даже подумал, что интересно, как будем кричать, когда дойдём до первого отряда.

– И, наконец, третий отряд!

– Здеее-есь!

– Второй отряд!

– Выпускайте кракена! – выкрикнул кто-то из толпы.

– Ого, а кто-то уже подготовился! – заметил кто-то из других вожатых.

– И наконец, первый отряд, здесь!

И вот тут началась настоящая суматоха: все как сумасшедшие, кто быстрее, кто громче, кто вообще не знал, когда кричать. Петька, успевший осознать всю серьёзность момента, резким жестом поднял руки и громко крикнул:

– Три, четыре!

– Костлявый рядом! – выкрикнули мы, наконец, собравшись в один голос.

– И мы начинаем… – с улыбкой добавил ведущий.

Далее нам поведали короткую историю о теме смены, разбавляя всё это музыкальными и танцевальными номерами. Оказалось, что мы – собрание объединений под названием «Артели», отправляемся в путешествие по четырём островам, чтобы найти артефакты, которые помогут остановить бесконечные штормы, насланные одним злым колдуном, топящим корабли. В пути нас ждут союзники, а в конце – финальное сражение за освобождение морей от этого чудовища.

Нам выдали словарь смены, выполненный в виде свитка. И на сцену отправился Петька, чтобы зачитать его вслух, словно правитель, объявляющий новое летоисчисление.

Не сказать, чтобы это было захватывающе, когда выступали вожатые, воспитатели других и наших Артелей. Они были довольно молодыми, постоянно хлопали, показывая пример и призывая всех присоединяться. Наш же воспитатель просто стоял, прислонившись к стене, и изредка хлопал в ответ на какие-то номера, словно давая понять, что не сильно вовлечён в происходящее. Когда всё закончилось, он вывел нас на улицу и повёл на поздний ужин – поздник. Кефир и шаньга… ну, так себе ужин, если честно. Но, видимо, таковы ужасы лагерной жизни.

– Первая Артель, – обратилась Карина к нам с немного уставшим, но деловым видом. – Сейчас, пока есть время, мы с вами идём в душ, а потом собираемся в кают-компании – холл, по-простому.

Мы устроились за столом всей комнатой, кто-то что-то болтал, кто-то молчал, но общая атмосфера была спокойной, как перед бурей. Вдруг Петька ткнул Артёма в бок и шепнул ему на ухо:

– Готовь свой «хавчик», будем прятать.

Артём, похоже, сразу понял, о чём речь, и его глаза засветились хитрым огоньком. Я даже не стал спрашивать, что они задумали.

Добравшись до корпуса, мы уверенно направились собирать свои мыльно-рыльные принадлежности.

– Ну и как собираешься прятать еду? – спросил я у Петьки. – Нас даже из корпуса не выпускают.

Тот, не сказав ни слова, опустился на колени и залез под мою кровать. Пара мгновений, и он выполз с доской, привязанной к полу.

– Мы ещё в прошлом году так делали, никто не спалил, – сказал он, и сразу же продолжил: – Так, Пухляш, показывай, что принёс.

Открыв чемодан, мы увидели огромное количество вкусностей, как будто Петька собирал их сюда целый месяц. Яблоки, сок, бананы, печенье «Тук», трубочки, конфеты, мелкие сникерсы и ещё куча крекеров.

– Итак, первое правило: всё помещаем в два пакета. Мне не нужно, чтобы из-за насекомых нас проверяли и схрон вскрыли. Второе – лазить туда только по моему сигналу, не переживай, сможешь каждый день, но носить по лагерю нельзя, спалят мгновенно. Виктор Вениаминович в курсе этого схрона, но как только спалишься, он всё вытащит. Уяснил?

– Да!

– Фрукты давай съедим сейчас, а остальное упакуем.

Мы оперативно перенесли еду под кровать, и Цыгана поставили следить. После чего устроили себе вкусный ужин из фруктов и оставшегося печенья. Этим сладким моментом лагерной жизни хотелось наслаждаться, пока не настала следующая неочевидная проблема.

Когда парни ушли чистить зубы и в душ, я, наконец, не выдержал и поинтересовался:

– Ты откуда такой взялся? Слишком хорошо подготовился, плюс эта ситуация с выбором названия… Вы с Светой изначально всё продумали?

– Ха, вот ты это заметил, а кто-то даже не понял, что они – часть нашего плана. Так прикольнее, мы не часто такое проворачиваем. Да и Светке нужна встряска после неудачных отношений. А так реально веселее, согласен?

– Ну, тут не поспоришь. А что ты Ваньке нашептал, что тот, сломя голову, выполнил твою просьбу?

– Завести отношения.

Я чуть не поперхнулся откушенным яблоком:

– И как это вообще провернуть?

– Нуу, – протянул Петька, – тут надо смотреть, с кем есть шансы, а у него они вполне есть. Плюс Света сейчас расспрашивает Лену, ту, которую он толкнул. Узнает у неё всё и потом направит мысли куда надо.

– А если…?

– Вот и проверим, нет – так ещё попробуем. Главное – следить за ними.

– Нежели она может направлять, как ты выразился?

– Ооо, тут не сомневайся, если нужно, она может многое. Только вкус на парней её подводит. И вот в таких мелких шалостях ты мне поможешь, за помощь с телефоном. И кстати, тебе завтра телефон не нужен?

– Я написал, что не всегда буду связываться, если получится – круто, нет – так после завтра, но там обязательно.

– Вот и зашибись! – воскликнул Петька, хлопнув в ладоши. – У них сейчас орг. Дамир, ну ты его видел на сцене, он ещё спрашивал: "Первый тут?" и так далее.

Это был молодой парень полного телосложения с русыми волосами и глазами, как щёлочки. Он выходил в качестве колдуна-злодея на сцену.

– Да, понял, кто это.

– Так вот, он всегда в штабе, расставляет свои сценарии по дням и мероприятиям, и всё в одной и той же папке, видимо, чтобы легче было ориентироваться. Вот нужно будет туда пробраться и «сфоткать» ответы, а потом уже придумаем, как это сделать.

– А ты откуда это знаешь? И вообще, ты как-то много знаешь о "здешних"?

– Ну, во-первых, я не в первый раз. Во-вторых, у них есть «школа вожатых». Это мой последний раз в качестве «ребёнка», на следующий год поеду вожатым.

– Ого, круто! И тебе это так нравится?

– Ну конечно, ты и сам убедишься, каково это. Ты ведь в первый раз тут?

– Вообще первый. Родители отправили, чтобы просто так дома не сидел, а сами уехали в Армению.

– Ха, классика. А кому там писал?

– Да так, есть свои проблемы.

– Ок, понимаю, твоё дело.

В этот момент зашёл Ванька, видимо, очередь дошла. Мы вышли и направились в туалетную комнату. Она представляла собой пару умывальников справа, две кабинки с унитазами слева, а дальше небольшое пространство, обложенное плиткой, и две душевые лейки. Мы спокойно почистили зубы и помылись. Вода была теплой, но быстро закончилась, и завершали уже с ледяной жидкостью.

Нас собрали в холле, предварительно разложив какие-то старые одеяла на пол. В центре стояла свеча, создавая мягкий, таинственный свет. Дождавшись, когда все утихнут, начался Огонёк. Всё началось с того, что нам рассказали основные правила этого мероприятия:

Говорит только тот, у кого игрушка.

Три замечания – и Огонёк заканчивается.

Согласие выражаем потиранием ладошек.

Смех показываем «фонариками» – тряска кистями.

Что происходит на огоньке – остаётся на огоньке.

Затем началась легенда. История о том, как был отряд невероятно дружный, и все удивлялись, почему. Оказалось, что они собирались на таких Огоньках, открыто рассказывали о своих чувствах и эмоциях. И в конце концов, они всегда побеждали, не забывая о важности этих моментов сборов.

Пришла мысль какая-то психологическая терапия. Не сказать, что Ксюша плохо рассказала, но как-то слишком слащаво получилось. Нам по очереди передавали игрушку, и каждый рассказывал, что они ждут от смены. Кто-то хотел новых друзей, кто-то – впечатлений. Виктор Вениаминович сказал, что хочет, чтобы его удивили, Карина – чтобы все стали дружными и всегда побеждали. Петька хотел, чтобы смена запомнилась надолго, Света – чтобы она подружилась с новыми подружками и продолжала общаться с ними и вне смены. Звучало не совсем натурально, но, видимо, людям понравилось – послышалось дружное шуршание ладошками.

И вот, наконец, дошла очередь до меня. Я мял игрушку, поворачивая её то так, то этак. Оказалось, что это была белка из «Ледникового периода». Собрав мысли, я начал:

– Я вообще в первый раз. Сложно что-то предсказать, мне всё в новинку. Просто, наверное, чтобы было интересно.

Под шуршание отряда я передал игрушку дальше. Завершила Ксюша, озвучив свои ожидания научиться чему-то новому. После этого мы встали в Орлятский круг (правая рука на плече, левая на талии соседа) и проговорили местную мантру, наверное. Она звучала так:

«День отшумел и ночью объятой лагерь идёт ко сну,

Спокойной вам ночи наши девчата,

Спокойной вам ночи наши девчата,

Спокойной вам ночи вожатые наши,

И воспитатели тоже.

Лагерь идет ко сну.

Мы самые лучшие всё у нас получится,

Мы самые лучшие всё у нас получится

Мы самые лучшие всё у нас получится»

Последние три строчки мы произносили, сбавляя громкость, всё ниже и ниже. Далее нас распустили по комнатам, которые местные называли «кубриками».

Ложась в кровать, под хруст парней, разгребающих остатки запасов Артёма, я провалился в сон. Первый день закончился.

## Глава 8.

На следующее утро я проснулся от шумных разговоров и звонкого смеха в коридоре. Многие уже проснулись и возвращались с утренней чистки. Петька подмигнул мне, когда мы встретились в холле. Начало дня выдалось дождливым, поэтому вожатые сами проводили нам зарядку. И почему все такие энергичные? Что за энергия в них?

В холле собрались все. Вожатая Карина держала в руках листок с распорядком дня. Сегодня нас ждал поход по кружкам, предобеденная игра, а вечером – нужно было показать визитку.

– Ну что, ты готов к сегодняшнему дню? – обратился Петька, когда мы закончили зарядку.

– Ну, как сказать… Наверное, – ответил я, пожимая плечами.

– Сойдёт. Игра – это наша цель, далеко не отходи, мы проберёмся в штаб.

После зарядки все направились в столовую. Дождь уже прекратился. Мы сели за стол и позавтракали. После того как мы вышли на улицу, обсудили, что нас ждёт в течение дня. Всё оказалось до банального просто: во время игры мы, а точнее Петька, проберёмся в штаб, а мы будем стоять на стрёме. И, кстати, во время обсуждения Света присоединилась к нам и села рядом, загадочно улыбаясь.

– Каков план? – обратилась она к нам.

– Ты с нами? – удивился я, но под одобрительный кивок её брата рассказал нашу задачу.

– Ну, что скажешь? – спросил Петька.

– Ты точно знаешь, где папка, и там могут быть другие вожатые. Что будешь делать в этом случае?

– На «зелёную пятку» задействуют людей по максимуму, так что нам повезло. Да и все сосредоточатся на поимке шпионов. Главное – к Дамиру не попасться, и всё.

– Больно сумбурно. Мы же хотели сделать это где-то на 4-й или, на крайний случай, на 5-й день.