# Машаах. Часть 1 – Рождество, Часть 2 – Восхождение

Алекс Прудников

Фантастический роман повествует о величественном космическом событии – рождении божественного существа во вселенной. В центре повествования – Вечная Мать, древнейшее существо, способное создавать жизнь, и её миссия по зарождению новой божественной сущности на планете Айкон.

Сюжет разворачивается в масштабной космической обстановке, где переплетаются судьбы различных рас и цивилизаций. После долгих эпох покоя Мать вновь ощущает в себе зарождение новой жизни. Совет Хранителей и представители планеты Айкон готовятся к великому событию – прибытию Матери для рождения божественного существа.

Часть первая: Рождество

Глава 1: Вечная Мать

В безбрежном чёрном зале, чьи стены хранили память о зарождении вселенной, царила атмосфера первозданной тишины. Тусклый свет плазменных фонарей, словно застывшие звёзды, рассеивал тьму, создавая причудливые тени на стенах, покрытых древними письменами. Колонны из чёрного оникса, вознёсшиеся к невидимому потолку, казались живыми свидетелями первых мгновений бытия. Каждая грань этих исполинских столпов хранила в себе отголоски зарождения миров, а в их глубинах пульсировала сама сущность жизни.

Этот зал был сердцем всего сущего – колыбелью жизни для бесчисленных планет и множества галактик. Его стены, впитавшие мудрость первых дней творения, хранили тайны зарождения и развития жизни. Здесь, в этом священном пространстве, формировались первые клетки, чтобы затем распространиться по бескрайним просторам вселенной.

На троне, украшенном всеми драгоценными камнями мироздания, восседала Мать. Её облик напоминал древние изображения праматери всего живого – величественная, исполненная покоя и силы. Белоснежный шёлковый покров, окутывавший её голову, ниспадал мягкими складками, подчёркивая благородство черт лица. Её глаза, глубокие и тёмные, словно бездонные космические океаны, излучали мудрость бесчисленных эпох.

Лицо Матери было исполнено той же кротости и величия, что и у древних образов праматери человечества. Её руки, сложенные в молитвенном жесте, излучали древнюю силу, способную создавать и поддерживать жизнь. В её чертах читалась бесконечная нежность ко всему живому и глубокая печаль от неизбежности перемен.

Она чувствовала, как пробуждаются в её организме давно забытые чувства зарождающейся жизни. Эти ощущения были знакомы ей с первых мгновений существования вселенной, но каждая новая жизнь несла в себе что-то особенное, неповторимое. После бесчисленных попыток создать жизнь клетки наконец сложились в правильном и чётком формате.

В её чреве зарождалось нечто большее, чем просто жизнь – формировалось новое божество, новая искра вселенского разума. Одновременно огромная радость и глубокое умиротворение переполняли Мать. Она знала свою ответственность и уже видела предначертанную судьбу своего будущего чада. Это повторялось снова и снова на протяжении бесчисленных эпох. Мать была бессмертна. Мать была вечна. Но порождённая ею жизнь, к сожалению, была смертной, а время её правления скоротечным.

Её фигура, блистающая, как самый яркий бриллиант во вселенной, в свете плазменных светильников, казалась воплощением самой идеи материнства. На стол из дерева тхе – материала, рождённого в недрах давно погибших звёзд – упала одинокая слеза. Этот стол, способный отражать всю известную матери вселенную, хранил в своей структуре память о каждом созданном мире.

Ответственность требовала соблюдения определённого порядка. О происходящем необходимо было сообщить в совет. Мать понимала, что произойдёт дальше, но не находила способа отсрочить это сообщение.

Внезапно дверь в рабочий зал, украшенная письменами, возраст которых восходил к первым дням творения, открылась, и на пороге появился первый посетитель в белоснежной мантии – Верховный Хранитель. Его присутствие наполнило зал особой энергией, а от его фигуры исходило сияние древней мудрости.

– О, Великая, – произнёс он низким, резонирующим голосом, способным проникать в самые глубины души. – Мы чувствуем изменения в Порядке. Что привело к такому повороту событий?

Мать подняла взгляд, в котором читалась смесь решимости и материнской заботы.

– Жизнь пробуждается вновь, – тихо произнесла она. – После стольких попыток и веков одиночества…

Хранитель склонил голову в почтительном поклоне.

– Мы готовы служить, – ответил он. – Но помните, Великая, история повторяется. Каждая жизнь, порождённая вами, несёт в себе семена своего конца.

Мать кивнула, принимая неизбежность грядущего. В её сердце теплилась надежда, что на этот раз всё будет иначе.

– Пусть будет так, – сказала она. – Но я верю, что этот цикл будет иным.

Хранитель молча кивнул и растворился в тени, оставив Мать наедине с её мыслями и грядущими переменами. В зале снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь мягким светом плазменных фонарей и биением новой жизни в сердце Вечной Матери.

В её облике, исполненном благородства и силы, читалась вся история вселенной – от первых мгновений творения до бесконечного будущего. Она была началом и продолжением, матерью и хранительницей всего живого, воплощением самой идеи вечности.

## Глава 2: Зарождение бытия

В безмолвии чёрного зала, где каждый камень хранил память о рождении миров, Мать погрузилась в глубокие раздумья. Её мысли текли плавно, словно звёздная река, уносящая в бесконечность. Она вспоминала бесчисленные эпохи, каждая из которых была наполнена уникальными историями и судьбами. Но сейчас в её сердце пробуждалось особое чувство – чувство давно забытого предназначения.

«Как и в тот далёкий день, когда во мне впервые зародилась новая жизнь, я вновь чувствую эти удивительные перемены, – думала она, прислушиваясь к едва заметным процессам внутри себя. – После стольких веков покоя, после бесчисленных эпох бездействия первые робкие деления клеток, словно первые звёзды в молодой вселенной, начинают свой путь к становлению».

Перед её внутренним взором проносились картины бесчисленных миров: рождение звёзд, появление первых форм жизни, развитие цивилизаций. Она помнила каждую деталь, каждый миг существования бесчисленных вселенных, которые она породила. Но сейчас всё было иначе – словно сама вечность затаила дыхание в ожидании нового творения.

«Я чувствую, как зарождается новая искра, – размышляла она. – После столь долгого периода тишины, когда я лишь наблюдала за развитием созданного, вновь приходит время созидания. Как в те далёкие времена, когда жизнь только начинала свой путь, так и теперь – это удивительное ощущение возвращения к своему истинному предназначению».

В её сознании переплетались воспоминания о бесчисленных мирах и осознание того, как долго она не исполняла свою главную роль. Тысячи циклов прошли с тех пор, как она в последний раз дарила жизнь. И вот теперь древняя сила пробуждалась вновь.

Она помнила каждую секунду своего существования: как дарила жизнь первым клеткам, как наблюдала за их развитием, как радовалась их успехам и печалилась об их утратах. В её памяти хранились истории миллиардов миров, каждая из которых была уникальна и значима. Но сейчас пришло время создать что-то новое, после столь длительного перерыва.

«Каждая новая жизнь начинается с малого, – думала она. – С едва заметного движения, с первого биения ещё не сформированного сердца. И в этом малом – великая сила творения, которая спала во мне столько веков».

Она вспоминала бесчисленные циклы рождения и смерти, развития и трансформации. Помнила миры, где жизнь приняла удивительные формы, цивилизации, достигшие невероятных высот, и вселенные, где законы бытия работали совершенно иначе. Но сейчас всё это казалось прелюдией к чему-то новому, более значимому.

«Быть источником жизни после столь долгого молчания – особое испытание, – размышляла она. – Видеть, как из ничего формируется нечто, как из хаоса рождается порядок, после стольких веков бездействия».

В её памяти оживали картины бесчисленных эпох: рождение и смерть звёзд, появление и исчезновение цивилизаций, развитие и упадок миров. Все эти воспоминания наполняли её сердце особой силой и уверенностью, словно весь космос ждал этого момента.

Её мысли плавно перетекали одна в другую, словно галактики в космосе, сплетаясь в единую ткань бытия. И в этом бесконечном танце жизни и смерти, творения и преображения, она чувствовала себя частью чего-то большего – вечного цикла, где каждая жизнь имеет свой смысл и значение, даже если между актами творения проходят целые эпохи.

В зале царила тишина, нарушаемая лишь едва уловимыми изменениями внутри Матери, которая после долгого перерыва вновь продолжала свой бесконечный путь дарования бытия. Её сердце, как и прежде, было полно любви и готовности к новым испытаниям, хотя она и отвыкла от этой роли за время своего долгого молчания. Каждая клеточка её существа пульсировала от осознания великой ответственности и безграничной радости возвращения к своему истинному предназначению.

## Глава 3: Совет

Коммутационное кольцо возвышалось над планетой подобно гигантскому обручу божественного происхождения. Это колоссальное сооружение, простиравшееся на десятки тысяч километров, состояло из взаимосвязанных платформ, переходов и причалов, способных одновременно принять миллионы космических кораблей. Его металлические конструкции, покрытые светящимися энергетическими контурами, переливались всеми оттенками от глубокого синего до ослепительного белого.

Основание кольца опиралось на мощные энергетические столбы, уходящие вглубь планеты. По внешней стороне тянулись бесконечные ряды причалов, каждый из которых был оснащён уникальными системами стыковки, адаптированными под различные типы космических судов. Между платформами скользили транспортные капсулы, переносящие пассажиров и грузы между кораблями и внутренними помещениями кольца.

Вдоль всего периметра простирались огромные обзорные галереи, откуда открывался захватывающий вид на планету и звёздное небо. Внутренние пространства кольца были заполнены техническими узлами, жилыми секторами для персонала и огромными залами ожидания.

Космические корабли всех мыслимых форм заполняли пространство вокруг кольца. Изящные серебристые фрегаты с характерными треугольными крыльями скользили по орбите, их обтекаемые формы свидетельствовали о превосходстве аэродинамики. Массивные цилиндрические крейсеры, чьи корпуса были покрыты защитными силовыми полями, медленно причаливали к специальным платформам.

Некоторые корабли напоминали гигантских металлических птиц с расправленными крыльями, другие походили на сплюснутые сферы с многочисленными антеннами и сенсорами. Были среди них и корабли, чьи формы напоминали древние храмы с колоннами и куполами, и суда, похожие на гигантские кристаллы с гранями, излучающими мягкое сияние.

Гуманоидные расы, прибывшие на совет, представляли удивительное разнообразие форм и адаптаций. Высокие и стройные существа с перепончатыми крыльями, приспособившиеся к низкой гравитации своих миров. Коренастые гуманоиды с плотной кожей, защищающей от радиации их родных планет. Существа с дополнительными конечностями, развившимися для работы в условиях повышенной гравитации.

В главном зале собраний, способном вместить миллионы существ, царило напряжённое ожидание. Голоса сливались в единый гул, подобный шуму прибоя, а световые проекции создавали причудливую мозаику из тысяч языков и культур. Потолки зала терялись в вышине, а стены были украшены фресками, изображающими историю развития цивилизаций.

В материнском зале, расположенном в самом сердце планеты, проходила конференция Хранителей Жизни. Древние существа, облечённые властью и мудростью веков, строго следовали протоколу.

– Уважаемые коллеги, – начал старейшина Совета, чей голос эхом разносился по залу. – Мы собрались здесь, чтобы определить место следующего акта творения.

– Позвольте напомнить критерии отбора, – вмешался Хранитель Знаний. – Планета должна быть терраформирована, обладать достаточным количеством чистой воды и поддерживать белково-растительную жизнь.

– Также необходимо учесть климатические условия, – добавил Хранитель Природы. – Атмосфера должна быть пригодной для зарождения жизни, а орбитальные параметры стабильными.

– Не забудем про геомагнитное поле, – вставила Хранительница Наук. – Оно должно защищать от космической радиации и способствовать эволюции.

– Есть ещё один важный аспект, – произнёс Хранитель Порядка. – Представители выбранной планеты должны лично присутствовать в зале собраний и выразить своё согласие на участие в этом великом событии.

– Совершенно верно, – поддержал его старейшина. – Они должны быть готовы обеспечить надлежащую охрану и безопасность всего процесса.

– Более того, – добавила Хранительница Культуры, – представители планеты должны осознать всю глубину оказанной им чести и быть готовыми к изменениям, которые принесёт это событие.

Мать, сохраняя безмятежное спокойствие, наблюдала за обсуждением. Её присутствие наполняло зал особой энергией, словно сама сущность творения внимала происходящему.

После долгих часов анализа данных и обсуждений комиссия наконец пришла к выводу. Хранители Жизни, склонив головы в почтительном жесте, направились к выходу из материнского зала. Мать последовала за ними.

Огромный главный зал затих в ожидании. Миллионы существ повернули свои взоры к возвышению, где появились Хранители и Мать. Светильники приглушили свой блеск, создавая атмосферу торжественности момента.

– Братья и сёстры, – раздался голос старейшины Совета, – мы нашли планету, достойную дара жизни…

Зал затаил дыхание, предвкушая величайшее объявление.

…планету, где будут соблюдены все необходимые условия для зарождения новой цивилизации. Представители этой планеты уже прибыли и выразили своё полное согласие на участие в этом священном процессе.

Хранители склонили головы перед Матерью, признавая её верховную власть над актом творения. Впереди их ждал новый этап существования – этап, который изменит судьбу целой планеты.

– Пусть представители планеты выйдут вперёд, – провозгласил старейшина. – Им предстоит подтвердить свою готовность принять великую честь! Божественное начало почтит своим присутствием планету Айкон!

## Глава 4: Принесение священной клятвы

Верховный хранитель медленно воздел руки к сводам величественного зала, и в тот же миг миллионная толпа взорвалась аплодисментами. Волна оваций, подобно цунами, накатила со всех сторон, отражаясь от исполинских сводов, создавая симфонию восторга и благоговения. Световые потоки, словно живые существа, затанцевали в воздухе, подчёркивая торжественность момента.

В это время из верхних галерей, озаряемых мягким золотистым светом, на главную платформу величественно спускалась ложа планеты Айкон. Её поверхность, украшенная драгоценными минералами и древними символами, переливалась всеми оттенками радуги. Внутри находились четверо избранных представителей: прекрасная Азалия, чья красота излучала внутреннюю силу, и трое мужчин – Феликс, Назим и Итол, чьи лица выражали смесь священного трепета и глубокого волнения.

Когда ложа остановилась около главной платформы, делегаты вышли вперёд. Их движения были полны достоинства и осознанности момента. Верховный хранитель, облачённый в мантию, сотканную из звёздного света, шагнул к ним, держа в руках древний свиток, от которого исходило мягкое сияние.

– Перед лицом вселенной и в присутствии Великой Матери, – начал он величественным голосом, который эхом разносился по всему залу, – примите священный текст клятвы Хранителей жизни, что скрепляет судьбы миров и определяет путь развития целых цивилизаций.

Азалия первой взяла свиток. Её пальцы, несмотря на внутреннее волнение, уверенно обхватили древнюю реликвию. Один за другим, все четверо склонились над текстом, готовясь произнести слова, которые свяжут их планету с вечностью.

Голоса, слились в едином порыве, разнеслись по залу, отражаясь от стен и уносясь ввысь:

«Мы, представители планеты Айкон,


пред ликом вселенной и Великой Матерью,


клянемся хранить и оберегать


священный дар жизни, что будет нам вручён.

Клянемся защищать его


от посягательств тьмы и зла,


оберегать чистоту


и святость этого дара,


как зеницу ока.

Клянемся с честью нести


бремя оказанного доверия,


передавать мудрость


из поколения в поколение,


как священный огонь.

Да будет наш мир достоин


великого дара жизни,


да будет наша планета


сияющим оазисом света


в бесконечных просторах вселенной.

В свидетели призываем


звёзды и планеты,


ветры и воды,


землю и небо,


все стихии и силы мироздания.


Да будет так!

Клянемся хранить мир и гармонию,


клянемся защищать слабых,


клянемся следовать пути света,


клянемся быть достойными


великой чести,


оказанной нам вселенной.

Да будет наша планета


примером мудрости и гармонии,


да будет она хранительницей


священных знаний,


да будет она источником


света и добра


для всех миров!»

Пока звучали последние слова клятвы, Мать стояла рядом со смиренной улыбкой на лице. В её глазах читалась глубокая печаль, ибо она знала то, что было скрыто от других. Знала, какие испытания ждут впереди планету Айкон, и это знание тяжким грузом лежало на её сердце. Она видела грядущие бури, испытания и страдания, но также знала, что из этих испытаний родится великая сила.

Зал вновь взорвался аплодисментами, но Мать оставалась неподвижной, погружённой в свои мысли о будущем. Её взгляд был устремлён вдаль, сквозь время и пространство, где уже разворачивалась история планеты Айкон – история, полная как великих достижений, так и горьких потерь.

В этот момент все присутствующие ощутили особую энергию, витающую в воздухе. Казалось, сама вселенная затаила дыхание, ожидая начала новой главы в истории мироздания. И хотя никто, кроме Матери, не знал, какие испытания ждут впереди, все были полны надежд и ожиданий великих перемен.

## Глава 5: Великое отбытие

Хранитель жизни, словно древний жрец, воздел руки к сводам Материнского зала. Его голос, усиленный тысячелетними кристаллами, эхом разносился по священному пространству. Представители Айкона, затаив дыхание, следовали за ним через врата, которые, казалось, вели в саму вечность.

В центре зала парила древняя консоль – пульсирующий кристалл, впитавший в себя мудрость бесчисленных эпох. Её поверхность, словно живое существо, откликалась на каждое прикосновение, рождая причудливые узоры света.

Хранитель начал говорить, и каждое его слово падало в сердца присутствующих, как капли священной росы на иссушенную землю:

– Вы стоите на пороге великого испытания. Когда Мать ступит на землю Айкона:

Планета станет священным алтарём вселенной, неприкасаемым для любых чужеродных сил до тех пор, пока Избранный не достигнет зрелости. Все нити связи с Советом будут сплетены в единый узел молчания, запечатанный древней магией.

Один из вас, избранный судьбой, поднимется в небеса и тридцать долгих лет будет хранить бдение над развитием Божественного присутствия, подобно одинокой звезде, что светит в пустоте. Даже если сама смерть протянет свои костлявые пальцы к Божественному присутствию – нельзя вмешиваться, ибо таков закон высших сфер.

Избранный сам прочертит линию своего пути и назовёт имена своих последователей. Время ухода Матери будет сокрыто в глубинах её сердца – вопрошать о нём запрещено под страхом вечного забвения.

На планете воздвигнется защитный купол, непроницаемый для любого вмешательства извне. Дарованные технологии станут реликвиями, использование которых будет строго регламентировано древними законами.

Тайна, что ляжет на ваши плечи, станет частью вашей сущности, перейдёт в кровь и плоть, будет передана детям вашим и детям детей ваших.

Пока представители Айкона скрепляли документ своими подписями, их руки, несмотря на внутреннее волнение, двигались с удивительной уверенностью. Каждая линия, каждый завиток подписи становились частью космического договора.

В этот момент пространство перед ними начало мерцать. Древние кристаллы в стенах зала запульсировали ярче, создавая портал, который постепенно обретал форму величественного причала. Из космической бездны, словно отвечая на древний зов, начал проявляться исполинский крейсер.

Его появление сопровождалось симфонией энергетических потоков. Корабль, будто сотканный из звёздного света, медленно материализовался перед изумлёнными взглядами присутствующих. Миллионы огней на его поверхности создавали впечатление живого существа, готового к великому путешествию. Корпус крейсера пульсировал в такт невидимому сердцу, а энергетические потоки, словно вены, пронизывали его структуру.

Представители Айкона застыли в благоговейном молчании. Их глаза расширились от изумления при виде технологий, о которых они могли только мечтать.

– Перед вами корабль, что станет хранителем священного дара, – голос Матери звучал как мелодия древних сфер. – В его чреве заключена сила творения и мудрость веков. Он жив, как сама вселенная, и дышит в унисон с космическими ритмами.

Азалия, первой обретя дар речи, склонилась в глубоком поклоне:


– О Великая Мать! Видимое нами превосходит все наши мечты и фантазии!

Феликс, чей голос дрожал от переполнявших его чувств, прошептал:


– Мы недостойны такой великой чести!

Назим и Итол, не в силах произнести ни слова, выражали своё восхищение священными жестами своего народа.

Мать, окутанная ореолом божественного света, защищающего ее от любого физического вмешательства, начала свой путь к кораблю. Её шаги, словно удары древнего сердца, отдавались в каждом уголке вселенной. Провожающие склонялись в почтительных поклонах, а Хранители Жизни возносили молитвы, чьи слова эхом разносились по космосу.

Когда она ступила на трап корабля, время, казалось, остановило свой бег перед величием момента. Вселенная затаила дыхание.

– Да пребудет с Айконом благословение всех миров! – голос Матери, усиленный космическими силами, разнёсся по всей галактике. – Пусть станет он хранителем священного света!

И почти шёпотом, так, что услышали лишь ближайшие спутники:


– Лишь бы не стал он ещё одной печалью в моей бесконечной истории…

## Глава 6: Путешествие к Айкону

Живой исполинский корабль пульсировал в космическом пространстве, словно гигантское космическое сердце. Его органическое тело изгибало пространство вокруг себя, создавая невидимые волны, которые мягко укачивали путешественников. Каждая клеточная структура этого чуда творения работала в совершенной гармонии, позволяя кораблю двигаться с невероятной скоростью, не нарушая законов вселенной.

Делегатам были предоставлены каюты – настоящие органы живого организма корабля, чутко реагирующие на каждое их желание. Стены, состоящие из биолюминесцентных тканей, меняли свою структуру, создавая идеальную среду для отдыха и восстановления.

Но главное чудо заключалось в их исцеляющей способности. Пока представители Айкона спали, каюты, словно древние целители, работали над их телами на клеточном уровне. Каждое болезненное воспоминание, каждая рана – физические и душевные – растворялись в нежном сиянии, исходящем от живых стен.

На следующий день Азалия, сияющая здоровьем, собрала остальных делегатов в просторном зале, где стены переливались мягким голубым светом.

– Друзья мои, – начала она, её голос дрожал от переполнявших эмоций, – я должна поделиться с вами чем-то невероятным! Пока я спала в этой удивительной каюте, мне казалось, что сама природа исцеляет меня. Я видела сны о цветущих садах Айкона, о матери, которая улыбалась мне с небес…

Феликс, задумчиво поглаживая свой подбородок, ответил:


– Мои сны были другими. Я видел бесконечные торговые пути, новые миры, ждущие нашего товара, процветающие города… Словно корабль показал мне моё истинное предназначение.

Назим, обычно сдержанный, не смог скрыть волнения:


– А я… я видел цифры. Но не просто цифры – они танцевали, создавали узоры, показывали баланс вселенной. Это было невероятно!

Итол, чей взгляд всегда был устремлён в будущее, добавил:


– Наши сны – это только начало. Корабль пробуждает в нас что-то глубинное, то, о чём мы даже не подозревали.

Вскоре Мать призвала делегатов на беседу в зал, стены которого пульсировали в такт с сердцем корабля. Здесь, в священном молчании, каждый рассказал свою историю.

Азалия начала первой, и её голос наполнился теплотой воспоминаний:


– Я родилась в золотой клетке дворца верховного правителя Айкона. Но моя мать… она была свободной душой. Она учила меня видеть красоту в каждом лепестке, понимать язык растений. Когда она ушла, я пообещала продолжить её дело. Дни и ночи я проводила в садах, изучая, как одно растение влияет на другое, как можно создать что-то новое, более совершенное.

Феликс, его глаза горели энтузиазмом, продолжил:


– Мой путь был другим. Я вырос среди шумных рынков Айкона, где каждый день был битвой за выживание. Но я научился видеть возможности там, где другие видели лишь препятствия. Я создал империю торговли не ради богатства – хотя оно пришло – а ради того, чтобы соединить разные миры, сделать их лучше.

Назим, его голос был тихим, но уверенным, поведал свою историю:


– В моей семье финансы всегда были не просто цифрами. Это была симфония, где каждый кредит, каждый платёж – нота в великой мелодии процветания. Я посвятил себя тому, чтобы эта мелодия звучала гармонично для всех жителей Айкона.

Итол, его глаза светились от восторга, поделился своим путём:


– Я всегда чувствовал, что мы ограничены в общении. Наши приборы, наши технологии – они сковывают нас. Я мечтал о времени, когда мы сможем общаться напрямую, без посредников. И теперь, здесь, я вижу, что мои мечты могут стать реальностью.

Мать слушала их истории, и в её глазах отражалась вся глубина их переживаний. Её улыбка была тёплой, как солнечный свет.

Когда все закончили свои рассказы, она произнесла слова, от которых у делегатов перехватило дыхание:


– За вашу преданность и верность я дарую вам великий дар. Вы будете жить столько, сколько будет жив мой сын. А мой сын – бессмертен, пока все этого жилают.

Представители Айкона пали ниц, их голоса слились в едином гимне благодарности:


– Слава тебе, Великая Мать! Твоё милосердие не знает границ! Мы будем служить тебе и твоему сыну до последнего вздоха!

Живой корабль продолжал свой путь к Айкону, его органическое тело пульсировало в космическом ритме, неся в себе не только делегатов, но и их обновлённые души, готовые к новым испытаниям и свершениям во имя великой миссии. Каждая клетка этого чудесного создания работала в унисон с космическими силами, направляя путешественников к их судьбе.

## Глава 7: Прибытие исполинского судна

Третий день путешествия подошёл к своему грандиозному завершению. Исполинский живой корабль, подобный древнему космическому киту, величественно замер на высокой орбите вокруг Айкона. Его органическое тело, сотканное из мириад светящихся нитей, напоминало огромное морское создание, застывшее в космической бездне.

Массивные биолюминесцентные пластины, покрывающие корпус, переливались всеми оттенками синего и фиолетового, создавая вокруг корабля ауру древней мудрости. Органические структуры судна, подобные плавникам гигантского кита, мягко изгибались в космическом потоке, а центральные спинные гребни пульсировали в такт с сердцебиением корабля.

В главном зале управления, где прозрачные участки стен по команде раскрывали панораму космоса, царило напряжённое ожидание. Делегаты стояли перед активированными секциями, наблюдая за величественным танцем звёзд вокруг неподвижно застывшего судна.

– Внимание! – прогремел глубокий голос корабельного интеллекта, резонируя в каждой клеточке живого исполина. – Начинается финальная фаза стабилизации на орбите. Все системы функционируют в оптимальном режиме.

Азалия, затаив дыхание, наблюдала через прозрачный участок стены за завораживающим зрелищем. Планета внизу казалась драгоценным камнем, окружённым ореолом космической пыли, в то время как корабль парил над ней подобно древнему стражу.

Феликс, восхищённо изучая структуру корабля через специальные диагностические панели, не мог скрыть своего изумления:


– Посмотрите на это чудо! Органические структуры двигаются словно мышцы живого существа, а биолюминесцентные пластины создают неповторимую симфонию света!

Корабль, подобно древнему киту в океане звёзд, демонстрировал своё величие. Его тело, состоящее из миллиардов взаимосвязанных клеток, излучало мягкое сияние, а энергетические потоки, текущие по его венам, создавали причудливые узоры в космическом пространстве.

Тем временем корабельный интеллект продолжал свой доклад:


– Обнаружены следы присутствия Темного Властелина. Его присутствие на планете соответствует протокольным пророчествам. Угрозы в высадке нет.

В тот же момент корабль начал формировать энергетический коридор для спуска делегации. Миллионы микроскопических частиц, словно рой светлячков, образовали безопасный путь к поверхности планеты, оставаясь при этом полностью незаметными для местных жителей.

Делегаты поспешили на аудиенцию к Матери. В её тронном зале, где стены пульсировали в такт с биением сердца корабля, царила особая атмосфера. Стены зала, полностью прозрачные, создавали эффект полного погружения в космическое пространство, позволяя наблюдать за танцем звёзд.

– Великая Мать, – начал Феликс, – мы получили тревожные вести. На Айконе обнаружен Темный Властелин!

Мать, окутанная аурой спокойствия и силы, ответила:


– Да, это извечный антагонист, враг всего сущего. Он – часть великого баланса вселенной. Где есть свет, там есть и тень. Его присутствие предначертано судьбой. Рождение моего Сына невозможно без его присутствия. Выберете дозорного и готовьтесь ступить на Айкон вместе со мной.

После долгих обсуждений было принято окончательное решение. Итол, как специалист по коммуникациям, остался на борту – ему предстояло нести вахту в течение тридцати лет, поддерживая связь между планетой и вселенной.

В этот момент пространство вокруг планеты начало преображаться. На расстоянии одного парсека от поверхности Айкона возникла энергетическая стена. Она была невидима для обычного взгляда, но создавала непреодолимый барьер для любых космических путешественников.

Делегация и Мать отправились к поверхности планеты через невидимый энергетический туннель. Сам же корабль, подобно древнему космическому киту, охраняющему свои воды, остался на высокой орбите, его органическое тело продолжало излучать защитное поле, оберегая планету от внешних угроз, оставаясь при этом полностью скрытым от глаз местных жителей.

Айкон, окутанный невидимой защитой, стал ареной противостояния сил света и тьмы. Тёмный Властелин и Великая Мать – две противоположности, существующие в вечном танце равновесия. Делегатам предстояло сыграть свою роль в этой великой космической драме, балансируя между силами созидания и разрушения.

Органические структуры корабля продолжали свою работу, трансформируя прозрачные участки стен по мере необходимости. Живое судно, невидимое для обитателей планеты, неусыпно следило за происходящим внизу, готовое в любой момент прийти на помощь своим избранным. Его тело, подобное телу древнего космического кита, служило надёжным оплотом в этой великой битве сил.

## Глава 8: Смута на Айконе

Корабль опустил их в предрассветной дымке, словно перышко, на окраине Банту. Защитный купол растаял в воздухе, открывая картину, от которой у Азалии перехватило дыхание.

Банту лежал в руинах былого величия. Город, когда-то сверкавший безупречными гранями небоскрёбов, теперь напоминал поле битвы. В воздухе висела пелена дыма, смешанная с запахом гари и палёной резины.

Азалия застыла, не в силах отвести взгляд от творящегося внизу кошмара:


– Это… это же не наш мир…

Феликс, сжимая в руке анализатор, прошептал:


– Словно сама тьма вырвалась на улицы…

Назим, единственный сохранявший хладнокровие, тихо произнёс:


– Мы должны действовать быстро. Мать в опасности.

Внизу бушевала стихия. Толпа, словно разбушевавшееся море, накатывала на витрины магазинов. Протестующие – мужчины и женщины, молодые и старые – крушили всё на своём пути. Их лица были искажены яростью, глаза горели нездоровым огнём.

Где-то вдалеке слышались сирены, но они тонули в какофонии звуков: треск разбитого стекла, грохот переворачиваемых машин, крики и плач…

Азалия первой пришла в себя:


– Нужно найти террафлайер. Быстрее!

Они бежали по пустынным улицам, пока не наткнулись на брошенный парящий автомобиль. На удачу парковочная система не была активирована, и машиной можно было пользоваться. Азалия, не теряя времени, заняла место пилота:


– Приготовьтесь к резкому старту!

Террафлайер взмыл в воздух, словно стрела, выпущенная из лука. Азалия мастерски лавировала между огнями пожаров и бегущими людьми.

Внизу разворачивалась настоящая драма: группы протестующих строили баррикады из всего, что попадалось под руку, полицейские, сбившись в небольшие отряды, пытались сдержать натиск, в воздухе витали обрывки транспарантов с непонятными символами, время от времени раздавались взрывы – протестующие использовали самодельные бомбы

На центральной площади творилось нечто невообразимое. Огромная толпа собралась вокруг человека в тёмной одежде. Его голос, усиленный громкоговорителями, разносился над головами:


– Довольно! Довольно лжи и предательства! Время пришло!

Люди в ответ скандировали что-то неразборчивое, их голоса сливались в единый рёв.

Азалия вела террафлайер сквозь этот хаос, словно корабль через бурю. Ветер свистел в ушах, а город внизу казался адом, вырвавшимся из древних легенд.

Наконец, они достигли пригорода. Старый дом друга Азалии встретил их тишиной и спокойствием. Мать разместили в дальней комнате, где даже звуки беспорядков казались далёким эхом.

Феликс, настраивая свой коммуникатор, пробормотал:


– Здесь творится что-то большее, чем просто бунт…

Назим, изучая данные на планшете, добавил:


– Экономика в свободном падении, но это лишь симптом…

Азалия, глядя на город, который теперь казался кровавым закатом на горизонте, прошептала:


– Это только начало…

В воздухе витало предчувствие чего-то неотвратимого. Город, когда-то бывший символом прогресса и надежды, теперь напоминал раненое животное, корчащееся в агонии.

И только трое пришельцев знали – за этим хаосом скрывается нечто куда более зловещее, чем просто социальный протест. Тёмная сила, древняя и могущественная, уже протянула свои щупальца к сердцу Айкона.

А в городе продолжали бушевать пожары, и крики толпы становились всё громче, словно сама планета кричала от боли.

## Глава 9: В поисках укрытия

Феликс и Азалия хлопотали в старом доме, превращая его во временное убежище. Сквозь плотные шторы пробивались отблески городских пожаров, а воздух был наполнен запахом гари, проникающим даже через фильтры.

Азалия, словно дирижёр, руководила обустройством комнаты для Матери. Она бережно расставляла приборы, настраивала климат-контроль и проверяла работу защитных систем. Каждый её жест был наполнен заботой и тревогой.

Феликс колдовал над техникой, его пальцы летали по панелям управления. Он создавал невидимый щит вокруг дома, настраивал датчики и защитные поля, превращая обычное жилище в крепость.

Комната Матери получилась уютной, но строгой. Мягкие подушки из особого материала словно парили в воздухе, а стены излучали приглушённый свет. Система климат-контроля тихо шептала, поддерживая идеальную температуру.

Внезапно тишину нарушил голос из телепанели. Азалия вздрогнула, когда на экране появилось лицо человека, от которого невозможно было отвести взгляд. Его красота была почти неестественной – словно высеченной из мрамора. Широкие скулы, волевой подбородок, идеально уложенные волосы. Но больше всего поражали его глаза – они горели жаждой власти.

«Граждане Айкона! – прогремел его голос, наполняя комнату высокомерием и превосходством. – Довольно терпеть ложь и предательство! Пришло время перемен! Я вижу, как страдает наш прекрасный мир. Вижу, как старое правительство разрушает всё, что мы строили годами!»

Толпа внизу восторженно ревела, принимая его слова как истину.

«Я – Спаситель Мира! – продолжал он, и в его голосе звучала сталь. – Я пришёл, чтобы восстановить справедливость. Чтобы вернуть вам то, что принадлежит вам по праву! Больше никаких тайн, никаких секретов! Только правда и порядок!»

Мать, до этого молча наблюдавшая за происходящим, тихо произнесла:


– Узнаете его по делам… Нам нужно быть как можно дальше от него.

Его речь становилась всё более пламенной: «Вы спросите меня, как мы достигнем этого? Я отвечу: через единство! Через веру в светлое будущее! Через отказ от старого порядка, который лишь сдерживал нас!»

В этот момент вернулся Назим. Его лицо было серьёзным, а взгляд – тревожным. Он принёс не только продукты, но и новости с улиц.

Азалия бросилась к нему:


– Ты видел это? Слышишь, что он говорит?

Назим кивнул, выкладывая пакеты с провизией:


– Да. В городе шепчутся о нём как о новом правителе. Но что-то здесь не так…

Пока они обсуждали план действий, хаос за окнами нарастал. Звуки беспорядков становились всё громче, а речь «спасителя» – всё увереннее.

«Слушайте меня внимательно! – гремел его голос с экрана. – Отныне всё изменится. Мы создадим новый мир, где не будет места лжи и предательству. Где каждый будет знать своё место и выполнять свой долг!»

Феликс, глядя на карту на своём планшете, произнёс:


– Есть город Санти. Двести километров отсюда. Там пока спокойно.

Мать, словно прочитав их мысли, подтвердила:


– Это наш путь. Нужно уходить немедленно.

Азалия приняла решение:


– Собираемся. Назим, проверь припасы. Феликс, подготовь террафлайер. Мы отправляемся в Санти.

Пока они собирали вещи, на экране «спаситель» продолжал свою речь. Его слова, словно яд, растекались по городу, заражая умы людей. Толпа внизу становилась всё более агрессивной, а беспорядки – организованными.

«Вместе мы построим новый мир! – провозглашал он. – Мир без страха и сомнений! Мир, где каждый будет знать: за ним стоит сила, способная защитить его права!»

Когда всё было готово к отъезду, Азалия последний раз оглядела комнату. Город за окнами погружался во тьму, а голос «спасителя» эхом разносился по улицам.

«Мы ещё вернёмся», – прошептала она, активируя двигатели террафлайера. – «Но сначала нужно выжить».

И они взмыли в воздух, оставляя позади надвигающуюся тьму и обещания лже-спасителя.

## Глава 10: Темный Властелин

Полумрак тронного зала окутывал фигуру Темного Властелина, словно плащ из теней. Его трон возвышался над городом, который пылал внизу – Банту превратился в огненный ад. Мерцающие кристаллы в стенах отбрасывали причудливые блики на его мрачное лицо.

Историус, младший демон, распростёрся у подножия трона, касаясь лбом холодного камня. Его голос дрожал от благоговейного страха:

– О, великий и всемогущий Властелин! Позвольте смиренно вопросить: сколько времени даровано нам для исполнения вашей воли?

Темный Властелин медленно повернулся к своему слуге. Его глаза пылали ледяным огнём, а голос звучал как раскаты громовых ударов:

– Мать уже ступила на землю Айкона. Восемь месяцев и пятнадцать дней – вот срок, отмеренный нам судьбой. В эти дни ты должен уничтожить каждого младенца, рождённого в указанные даты на всей планете!

Он возвысил голос, и стены тронного зала содрогнулись:

– До истечения срока мы должны захватить власть и сократить население на десять процентов! И помни: перед уничтожением у людей следует переписывать память до момента их смерти!

Властелин указал на небо, где корабль Матери чертил огненный след:

– Этот корабль собирает слепки всех живых существ на планете. В случае нашей победы они заберут всех, нам же не останется ничего!

Историус, не поднимая головы, прошептал:

– Я выполню ваш высочайший приказ с рвением преданнейшего слуги. Позвольте узнать, есть ли ещё повеления?

Темный Властелин прищурил глаза, его голос стал тише, но от этого не менее угрожающим:

– Необходимо найти и изолировать пророка. Иолай – так его зовут. Он принимал сообщение от совета о выборе Айкона как планеты для рождения Божественной сущности. Он знает слишком много, хотя и скован клятвой хранителя информации. Но его молчание не помешает ему сеять смуту!

Историус задрожал всем телом:

– Я брошу все силы на его поиски, о великий! Ни одна песчинка не упадёт без вашего ведома!

– Ступай и исполняй! – прогремел Темный Властелин, отворачиваясь к окну. Его голос эхом отразился от стен.

За окном разворачивалась картина полного хаоса. Банту горел, улицы превратились в поле битвы. Инфраструктура рушилась, электричество погасло в большинстве районов мегаполиса.