# Дочь Дьявола. Книга 2. Прочувствуй Пульс Предательства

Катерина Форс

Вторая часть трилогии.

Одно событие способно выбить из колеи ни один десяток людей. Готовясь к похоронам, друзья поймут, что за одной плохой новостью всегда приходит другая. Каким бы могущественным ты себя ни чувствовал, смерть и её последствия способны разрушить любую жизнь. И одну ли?

Каким бы эмоционально стабильным ни считал себя Леон, похищение младшей сестры лишит его хладнокровия и здравого смысла. Кому предстоит это прочувствовать?

Как бы Кэтрин ни любила своё идеальное настоящее, один человек из прошлого заставит её бороться за ближайшее будущее. Какой ценой она победит? И победит ли?

Какими бы крепкими ни были дружеские узы, предательство одного обернёт Кэтрин против всех, и заставит Алекса взглянуть в глаза судьбе. Справятся ли они с тем, что уготовил им Бог? И не только он.

После семи лет спокойной жизни…

АННОТАЦИЯ

Одно событие способно выбить из колеи ни один десяток людей. Готовясь к похоронам, друзья поймут, что за одной плохой новостью всегда приходит другая. Каким бы могущественным ты себя ни чувствовал, смерть и её последствия способны разрушить любую жизнь. И одну ли?

Каким бы эмоционально стабильным ни считал себя Леон, похищение младшей сестры лишит его хладнокровия и здравого смысла. Кому предстоит это прочувствовать?

Как бы Кэтрин ни любила своё идеальное настоящее, один человек из прошлого заставит её бороться за ближайшее будущее. Какой ценой она победит? И победит ли?

Какими бы крепкими ни были дружеские узы, предательство одного обернёт Кэтрин против всех, и заставит Алекса взглянуть в глаза судьбе. Справятся ли они с тем, что уготовил им Бог? И не только он.

После семи лет спокойной жизни…

________________


***

У всех людей любых сортов одно объединение,

Одно желание на всех для умиротворения:

Урвать от жизни один шанс и быть несокрушимым,

А заплатить Ему ничем за почесть быть счастливым.


А сокрушить тебя хотят не люди и не время.

Не Боги, не судьба, не совесть, что затлела.

Не самобичевание, не мысль о суициде.

Это возможность чувствовать ревёт о геноциде.


Терпение покинуло тебя, глаза погасли.

Надежда умерла. Не лечит время. Ты не счастлив.

Душа твоя на «доверять» трясётся лихорадкой.

Ты Бога чтишь? Ему плевать. Он пьёт вино в антрактах.


Незримость счастья, боль утрат и шрамы от предательств

Удавкой на твоих плечах лишают добрых качеств.

Эмоции волной немой уносят здравый смысл,

Оставив голого тебя, даже сомнения выслав.


На что готов пойти любой, чтобы достигнуть дзэна?

На что пойдёт один из ста, чтоб выбраться из плена?

На что отважится лишь тот, кто знает всё о жизни?

Что сотворит лишь Дочь Богов, почти всего лишившись?


Никто не смеет осуждать убитого желанием.

Преследовать бездумно цель – его маяк к изгнанию.

Пусть он устал считать тела, тот самый шанс теряя.

Устал идти по головам, себе же изменяя.


Всегда есть тот, кто всех спасёт. Пожертвовав собою.

Она одна во всех мирах играется с судьбою.

Она одна посеет прах, что вихрем понесётся.

Ведь знает, что за почесть ту ей заплатить придётся.


__________


Все события и герои вымышлены.

Любые совпадения с реальными личностями случайны.


_______________


ПРОЛОГ


Вы когда-нибудь задумывались над тем, почему со временем люди теряют человечность? Становятся безразличными к окружающим, перестают помогать ближнему или просто доверять, даже самым родным? Почему отказываются от системы, почему считают, что имеют право сами вершить правосудие? Почему отказываются принимать горькую правду и радуются, когда им проповедуют ложь? Почему выбирают оставаться в неведении и прячутся от суровой реальности? Почему плюют на опасности, почему не видят светлого для себя будущего, почему страх быть преданным сильнее желания верить?

Ответ на все вопросы весьма прост. Каждый человек хоть раз в этой прекрасной жизни переживал боль, несправедливость, ложь или предательство. Каждым пользовались и каждого унижали. Все мы пережили нечто, что изменило нас, сделало такими бессердечными и равнодушными. Всё можно объяснить, найти причины любому поступку, найти крайнего в любой ситуации.

Истории, через которые мы проходим, в той или иной степени похожи друг на друга, в отличие от нашего поведения после пережитого. Одни прощают все обиды и продолжают жить дальше. Но воспоминания снова и снова заставляют переживать отрицательные эмоции. Истории повторяются, заставляя человека всё больше замыкаться в себе, жалеть себя, не понимая, что такова жизнь. И чтобы что-то изменить, нужно стать другим человеком. Человеком, который не прощает. Который, однажды переступив через себя, отказывается переживать эту боль снова. Человеком, который ничего не забывает. Помни, почему ты стал таким, и эта мысль поможет тебе выжить.

Не бойся отвечать за свои поступки. Никогда не жалей о содеянном. И по возможности делай всё, что хочешь, и на что хватит сил. Но в случае неудачи будь готов к последствиям. Ты можешь оказаться не тем человеком, которому всё сойдёт с рук. И тогда ничто тебе не поможет, никто тебя не спасёт, и никто не примет твоей правды, даже если на твоей стороне сам Дьявол.

__________


Лондон, Великобритания


– Кейди, детка, передай Анне, что вчера, пока она развлекалась, звонил её босс. Пусть, как проснётся, сразу ему перезвонит.

– Хорошо, миссис Гиббз, – девушка завтракала в домашней одежде: тканевые шорты и футболка. Тёмно-рыжие, к концам светлеющие, дреды были собраны назад в тугой рогалик.

– А я не достоин такого задания? – поднял брови Дерек.

– Не хочу весь день думать, подведёт ли тебя память, милый, – улыбнулась Рейчел. – Я опаздываю на работу. Всем до вечера, – она махнула детям рукой и скрылась за дверью.

– Одиннадцать часов, а моя сестрёнка ещё спит, – пробормотал Дерек, поглядывая на часы, – не порядок.

Он поскакал в её комнату, нашёл пульт от стереосистемы и включил специально выбранный для пробуждения трек.

Limp Bizkit[1] – Ready To Go.

– Подъём, любимая сестрица! – крикнул он, и Анна подскочила, как громом поражённая.

– Дерек, чёрт тебя подери, а ну, пошёл вон отсюда, – сквозь сон пробормотала девушка, снова опускаясь на подушку.

– Нет уж, просыпайся, – не отступал парень, раздвигая шторы на окнах. – Надеюсь, ты не забыла, что мы сегодня едем на автомобильную выставку?

– Я помню, и у меня есть ещё грёбаных два часа, чтобы поспать! – возразила Анна, укрываясь одеялом.

– Ты же знаешь, что я не позволю тебе такой роскоши, – улыбнулся Дерек.

– Братец, ты не стареешь, но ты не бессмертен, поэтому закрой дверь с той стороны, пока в тебя не полетело что-нибудь тяжёлое.

– Дерек, пойдём. – Кейди взяла его руку и повела к двери. – Прости, Анна, не уследила.

– Ты испортила мне всё веселье, – обиженно надул губы Дерек, но повиновался и вышел.

– А что, если я хочу предложить тебе нечто поинтереснее, – шёпотом проговорила Кейди, поднялась на носочки и поцеловала парня.

– Кажется, я зря разбудил Анну, – улыбнулся Дерек, поднял Кейди на руки и понёс в свою спальню.

Уже вторую неделю они гостили у родителей Дерека. Но отпуск не вечен, и через пару дней они вынуждены были лететь обратно в Детройт.

– Так не хочется возвращаться, – пробормотала Кейди, лёжа на груди Дерека. – Мне тут так нравится.

– Лондон умеет влюбить в себя, – засмеялся парень. – Как ты смотришь на то, чтобы перебраться сюда? Всё равно нам пора переезжать из Штатов.

– Мы не можем просто так всё бросить. Почему тебя вдруг посетила эта мысль?

– Я замечаю, как они стареют, Кейди, – Дерек смотрел в потолок. – Мне страшно представить, что когда-нибудь я буду хоронить маму или отца. Потом Анну и её детей. И так до бесконечности. Это ненормально.

– Нам нужно было подумать об этом пять лет назад, – Кейди поднялась и посмотрела на парня. Если кто и не изменился за эти годы даже внешне, так это Дерек. – Мы сделали свой выбор и теперь будем расплачиваться за него именно таким образом.

– Именно поэтому я хотел бы как можно больше проводить времени с ними. И переехать сюда – самый оптимальный вариант. Точнее, единственный.

– Я обещаю, что мы ещё обсудим это, а теперь собирайся, а то не попадём мы на твою выставку.

__________


Лондон, Великобритания


– Остин, почему мы приземлились?

– Ты задаёшь слишком много вопросов, Майкл.

– Мы снова в Лондоне?

– И снова вопрос, – недовольно поджала губы девушка.

– А ты попробуй отвечать, и увидишь, как их становится меньше.

– Меня попросили посадить самолёт, я посадила. Больше мне нечего тебе сказать.

– И куда он ушёл? – снова спросил парень.

– На встречу с заказчицей, – не смотря на собеседника, отвечала Остин, продолжая листать журнал.

– Надеюсь, он принесёт хорошие новости.

– Что бы ты хотел услышать, Майкл?

– Например, когда мы перестанем работать няньками, а начнём делать то, для чего нас наняли.

– Никто не знает, когда тебе придётся показать свои навыки, малыш. Так что угомонись и наслаждайся беззаботностью.

– Беззаботностью? Эти дети, особенно новенькие, выжали из меня все соки!

– Никто не обещал, что будет легко, – протянула Остин. – Иди лучше прогуляйся.

– Пожалуй, я воспользуюсь твоим предложением.

__________


Лондон, Великобритания


К двум часам дня в Гайд-Парке собралось достаточное количество народу, чтобы заставить полицейских вылезти из своих участков, а охрану парка работать внимательнее. Было душновато для апрельского дня, но истинные ценители автомобилей уже гуляли между рядами дорогущих марок.

– Посмотрите, Chevrolet Camaro 2020 года, – Дерек указал на серую машину. – Пожалуй, лучшая из коллекции Chevrolet.

– Похоже, кто-то, как Кэтрин, любит коллекционировать красивейшие тачки, – заметила Кейди, рассматривая Camaro.

– Кэтрин стоило пригнать парочку экземпляров, – сказал парень, подходя к Ariel Atom 4. – Этого красавца привезли сюда из Сомерсета. Почти пятьсот лошадиных сил. Такого нет даже у Кэтрин.

– За все эти годы вы так и не познакомили меня с этой девушкой, – недовольно произнесла Анна.

– Они с Алексом не вылезают из Австралии, – засмеялась Кейди. – Да и вряд ли вы бы с ней поладили.

– Судя по вашим рассказам, она относится к тому типу людей, которых я на дух не переношу. Но мне интересно познакомиться с человеком, который так изменил мировоззрение Дерека и Джейд.

– Анна, не начинай, – закатил глаза Дерек.

– Я не узнаю́ вас с тех пор, как вы уехали в Лос-Анджелес учиться, – гнула своё Анна.

– Ты не узнаёшь нас с десяти лет, – поправил Дерек, глядя ей в глаза. – Именно из-за этого нас и отправили в Америку, помнишь? И когда мы с Джейд приехали спустя пять лет учёбы на другом континенте, вместо скучающей и повзрослевшей старшей сестры мы столкнулись всё с тем же обиженным ребёнком тринадцати лет. Неудивительно, что ты не понимаешь нас, Анна. Потому что за все эти годы не поменялось твоё мировоззрение.

– Вы приехали с младенцем на руках и заявили, что не стареете! Как я должна была отреагировать на этот факт? Уж извини, что мне обидно, что вам с Джейд достаётся всё, о чём можно только мечтать, а мне лишь скучная работа и уход за престарелыми родителями! – Анна старалась говорить как можно тише, но злость переполняла её.

– Это не повод отказываться от нас, – закончил разговор Дерек и пошёл дальше по рядам. Анна разругалась с Джейд больше пяти лет назад, и с тех пор они не общались. Дерек в силу того, что часто навещал родителей, нашёл с сестрой общий язык, но временами и у них случались ссоры из-за прошлого.

«Радуйся, сестрица, что у тебя скучная жизнь. Это лучше, чем изо дня в день бороться за неё, наблюдая, как гибнут невинные люди и страдают твои друзья. Быть свидетелем того, как чуть не погибла Джейд. Знай ты об этом, может, хоть немного начала бы ценить её».

– Но это повод требовать ответы, – настаивала Анна.

– Может, когда придёт время, они расскажут тебе, что нам пришлось пережить, – пыталась успокоить обоих Кейди, – а пока просто верь, что это было не самое сладкое время в нашей студенческой молодости, и хотелось бы как можно реже о нём вспоминать.

«Хорошо, что ты не знаешь, что когда-то и я была обычным человеком. Но как жаль, что ты не можешь узнать, как отлично я тебя понимаю».

– Мы не виноваты в том, кем стали, – проговорил Дерек. – Лично я, Анна, творил ужасные вещи, которыми не горжусь, но которые были необходимы для того, чтобы стоять сейчас здесь. Этого тебе должно быть достаточно, чтобы поддерживать нас, а не упрекать в существовании.

– Но Джейд даже не пытается наладить отношения. У неё теперь своя семья, и ей плевать на разногласия между нами!

– Она назвала дочь в твою честь, – вздохнул Дерек, – тебе должно это о чём-то говорить. И после того, что ты ей наговорила, многие поступили бы так же, как и она.

– Ребят, давайте вы перестанете ругаться, – встала между ними Кейди. – Дерек, пожалуйста, – она взяла его за руку.

– Мне нужно выпить, – решила Анна и направилась к холодильникам с пивом.

– Она не меняется, – Дерек закрыл лицо руками. – Столько лет я терплю её вечные истерики о том, что она не ходячий магнит для опасности.

– С этим невозможно смириться, – сказала Кейди. – Я тебе это как бывший обычный человек говорю. Но я согласна, что она не готова узнать о демонах, чокнутых избранных, а тем более о Кэтрин.

– И никогда не будет готова, – Дерек поцеловал девушку, и они пошли дальше, мимо красного Cadillac CTS-V IV поколения.

– Я бы хотела такой, – улыбнулась Кейди.

Они подходили к архитектурному памятнику, когда услышали выстрелы и крики.

– Молодой человек, опустите оружие! – раздался властный голос охранника одного из автомобилей, но в ответ послышался лишь очередной выстрел.

– Что там происходит? – спросил Дерек, и они подошли ближе к развивающемуся конфликту.

– А вы заставьте меня, – ответил нарушитель и выстрелил в фару одной из стоявших неподалёку машин.

К нему ближе подошли двое полицейских.

– Немедленно положите оружие на землю, иначе мы вынуждены будем открыть огонь! – кричал офицер.

Вокруг собиралось всё больше народу, что, казалось бы, нелогично. Но любопытство приводит и к большей опасности. Ведь уже двоим раненным людям вызывали скорую помощь.

– Вы можете попытаться навредить мне, – ответил парень офицеру, – но кто даст гарантию, что кто-нибудь не пострадает вдвойне?

– Эй, не горячись, – Гиббз сделал шаг вперёд и поднял руки. – Видишь, я без оружия. Давай просто поговорим.

– Дерек! – громким шёпотом позвала Кейди, но парень и ухом не повёл.

– Ну наконец-то! – воскликнул нарушитель. – Я-то думал, когда тут появится местный герой, который всех спасёт. Готов поиграть?

– Ты изрядно выпил и пришёл в общественное место размахивать оружием. Ты же прямо-таки кричишь о подобном внимании. Но знаешь, злодеи всегда проигрывают, – ответил Дерек.

– Я готов рискнуть. Хоть здесь продемонстрировать свою власть. Ведь мне не дают играть, понимаешь? Не дают заниматься тем, что я умею. Мне скучно!

– Люди вокруг тебя в этом не виноваты. Почему бы тебе не поговорить с тем, кто так несправедливо с тобой поступает?

– О нет, нет, – засмеялся парень. – Исключено. Всё, что я могу, это выгулять своё чувство накопленного гнева и вернуться к неблагодарной работе, – криво улыбнулся он.

– Через несколько минут здесь будут ОБСС. И демонстрировать свою власть ты будешь уже в другом месте. Как тебя зовут?

– Надеешься заговорить мне зубы?

– Нет, я лишь пытаюсь уберечь тебя от участи просидеть в тюрьме до конца твоих незаурядных дней. Всё это того не сто́ит.

Через несколько минут подошла Анна и увидела брата напротив невысокого парня с чёрными волосами, поднятыми в ирокез. На его руках чётко виднелись вены, а на левой ладони татуировка. Одет он был в серую футболку, светлые джинсы и такую же безрукавку. Карие глаза были полны решительности и иронии.

– Что он делает? – только и смогла выдавить Анна, подходя к Кейди. Но та не сводила глаз с пистолета.

– Ты уже ранил двоих человек, достаточно, – также спокойно продолжал Дерек.

– Ты забыл разбитую фару, – улыбнулся парень Дереку.

– Да, и, надеюсь, Lotus Exige достаточно тебя позабавил.

– Задний привод, четыреста тридцать лошадиных сил, – парень разглядывал чёрный автомобиль. – Может, отстрелить ему вторую фару? Для симметрии, так сказать.

Раздался новый выстрел.

– Так-то лучше.

– Ну всё, – Дерек поднял руку, пистолет вылетел из рук хулигана и оказался в руке Гиббза. – Без обид, чувак, но хватит стрельбы на сегодня, – Гиббз передал оружие офицеру.

– Избранный, значит, – протянул парень. – Что ещё ты умеешь?

– Поговорим о моих способностях? – поднял брови Дерек.

– Можем поговорить о моих.

Парень подошёл к Exige.

– Потому что, узнав, что умею я, ты пожалеешь, что забрал у меня такую безобидную игрушку, как этот пистолет.

Он провёл пальцем по капоту, и металл автомобиля на́чало разъедать.

– Ты опасен, но меня ты не впечатлил, – пожал плечами Дерек. – Я не собираюсь осуждать тебя или драться с тобой. Просто уходи.

– Только в сказках бывает счастливый конец.

Развернувшись, парень выбросил руку, и шар жгучей массы приземлился у ног Дерека.

– Осторожно! – крикнула Кейди, приблизившись к Дереку.

– Назад! – приказали ему полицейские, выходя вперёд.

Парень направил на них такие же шары, и оба офицера закричали от дикой боли. Кислота попала им на руки.

– Прекрати, – сквозь зубы проговорил Дерек, над его рукой появился раскалённый полумесяц. – Он режет не хуже твоей кислоты.

– Становится всё интереснее и интереснее!

Парень снова направил в него кислотный шар. Дерек сделал из двух полумесяцев щит, и ядовитая жидкость никому не причинила вреда.

– Дерек, – шёпотом позвала Кейди.

– Не расстраивай подружку, Дерек, – парень подходил к нему.

– Кейди, отойди, – проговорил Гиббз. Он взмахнул рукой, и парень отлетел в сторону, снося ограждения экспонатов. Но не успел Дерек и моргнуть, как он снова стоял напротив него. – Так ты дем…

Но Дерек не договорил. Парень взял его за горло.

– Отпусти его! – закричала Кейди и бросилась к Гиббзу, но перед ней выросла желтоватая полупрозрачная стена. Врезавшись в неё руками, девушка взвыла от боли. Её ладони жгло необычным химическим составом.

– Одна жизнь за все ваши. Это же не так много, – голос убийцы звучал растянуто, и, казалось, отдался эхом в головах каждого. Дерек пытался освободить свою шею, но парень был стойкий как скала. Гиббз попытался использовать магию, вокруг неуверенно закружили раскалённые полумесяцы, разрезая кожу неприятеля до самых костей. Но чем сильнее Дерек чувствовал боль, тем слабее становились его атаки.

– Нет! – кричала Кейди. – Пожалуйста, не трогай его! Мы сделаем всё, что ты захочешь! Только оставь его, прошу тебя!

– Ты чувствуешь, Дерек, как сжигаются твои органы? – не обращая внимания на вопли девушки, рычал ему на ухо парень. Он, казалось, не чувствовал боли, истекая кровью. – Чувствуешь, как растворяется твоё тело?

Дерек не мог даже закричать. Он ощутил острую боль сначала в горле, потом в груди и животе.

– Чувствуешь смерть?

Люди стояли неподвижно с одинаковым выражением ужаса на лицах. Никто не мог понять, что происходит и как можно помочь в этой неравной борьбе между избранными.

– Нет! Дерек! – рыдала Кейди. – Пожалуйста, не трогай его! Умоляю!

– Как скажешь, красавица, – искрил бордовыми глазами парень, опуская Гиббза на землю. Он нагнулся над корчившимся от боли Дереком. – В реальном мире герои долго не живут, – шепнул он ему. – И кстати, меня зовут Майкл.

Анна выронила банку пива и стояла, широко распахнув глаза. Парень в мгновение ока исчез.

«Нет. Братец, нет».

Она не могла сдвинуться с места, хотя видела, как Кейди бросилась к телу Дерека, видела, как столпилась возле него куча народа.

– Дерек, пожалуйста, – от слёз Кейди не видела его лица. Она сидела на коленях и боялась дотронуться до его тела, которое таяло на глазах. – Сделайте что-нибудь! – снова закричала девушка.

На асфальте растекалось пятно из шипучей крови, кожи и растворяющихся в кислоте костей. Анна почувствовала, как защипало глаза. Она схватилась за голову и не могла оторвать взгляд от того, что осталось от её брата.

Кейди сидела и не могла вспомнить, где находится. По её щекам текли слёзы, она задыхалась. Вокруг неё бегали и кричали люди. Медики, приехавшие несколько минут назад, чувствовали себя беспомощными, наблюдая за ужасной смертью.

«Этого не может быть. Этого не может быть», – мысленно повторяла Кейди.

Территорию оцепили, не подпуская никого к телу. Подъезжали машины полиции, спасателей и репортёров.

«Его больше нет. Вы ему не поможете. Ему больше никто не поможет».

– Кэтрин, – одними губами произнесла она.

__________


Сидней, Австралия


– Приятно было, наконец, увидеть вас, миссис Кинг, – с широкой улыбкой проговорил какой-то мужчина, чьего имени Кэтрин даже не запомнила. Здесь её знали как жену Алекса Кинга.

– Взаимно, – улыбнулась она в ответ.

– Пока, Алекс, – попрощался он с коллегой.

– Доброй ночи, – ответил Кинг и, взяв Кэтрин за руку, повёл её к машине.

На парковке стоял Леон, докуривая сигарету. Его выцветшие на солнце волосы сегодня были короче обычного, всё та же отличная форма, но лёгкая серьёзность за эти годы появилась в его глазах.

– Поздравляю с удачной презентацией, дружище! – обратился он к Алексу. – Поверь, никто из гостей не остался равнодушным к нашей новой разработке.

– Я надеюсь, – усмехнулся парень. – Слишком много средств и сил ушло, чтобы состоялся этот вечер.

Они стояли возле прибрежного ресторана, сделанного полностью из стекла. Стоянку лениво освещали несколько фонарей, так как на улице стояла глубокая ночь.

– Не было возможности сказать, что ты потрясающе выглядишь, – обратился Леон к Кэтрин.

– Спасибо, Леон. Сейчас я мечтаю о возможности оказаться дома.

– Потерпи ещё пару минут, – Алекс поцеловал её в волосы.

– А где Николь? – спросила Кэтрин.

– Скоро должна подойти, – ответил Леон. – Поезжайте. Вам нет смысла её ждать. Мы все устали за сегодня.

– Тогда до встречи, – Кэтрин поцеловала его в щёку. – Извинись за нас перед Николь.

– Не переживай, – улыбнулся Леон. – До завтра, – обратился он к Алексу, и они пожали друг другу руки.

Пара села в Koenigsegg Agera, и чёрный суперкар понёсся по пустынным улицам Сиднея.

– Вы с Леоном хорошо поработали, – улыбнулась Кэтрин. – «Синтезис» процветает.

– Да, наши рейтинги взлетели. Хотя трудно было представить, что ещё можно сделать для головокружительного успеха.

– Я рада, что ты нашёл своё призвание.

– Призвание, скажешь тоже, – улыбка застыла на его лице, и он взял Грейс за руку. Выступающие на его руке вены заставили девушку в красках представить их сегодняшнюю ночь. Синеглазый брюнет оставался таким же желанным мужчиной, как семь лет назад. Свежие пятимиллиметровые чёрные тоннели придавали ему сексуальности.

Скоро они подъехали к дому. Алекс загнал машину в гараж.

– Спущусь к родителям, проведаю Ксандера, – проговорила Кэтрин.

– Поцелуй его за меня, – ответил Алекс. – Я пока приму душ.

Грейс перенеслась в подземелье и оказалась в спальне сына. Мальчик уже крепко спал. Она присела на его кровать и поправила одеяло. С каждым годом он становился всё больше похожим на Алекса. Черноволосый, голубоглазый парнишка с бесстрашным, как у матери, сердцем и уверенным, сильным характером отца.

–Я люблю тебя, милый, – прошептала она.

Кэтрин поцеловала его в лоб и скрылась за каменной дверью. Оказавшись в холодном коридоре, она вернулась в дом.

Стоя у зеркала, она долго смотрела на своё отражение, пытаясь понять, как сильно её изменила первая за семь веков семейная жизнь. Новый статус, новая ступень, которая очаровывала и с каждым днём всё больше затягивала. Кэтрин начала верить, что способна прожить так не один десяток лет. Вышедший из душа Алекс отвлёк её от размышлений и обнял сзади.

– Спасибо, что терпела весь вечер выпивших агентов и косые взгляды, – проговорил он, целуя девушку в шею.

– Раз в год я могу вытерпеть такое мероприятие, – засмеялась она, вынимая из ушей длинные серьги и снимая с рук браслеты.

– Ксандер спит? – спросил Алекс.

– Сном младенца.

– Пусть высыпается, пока может, – Алекс надел белую футболку.

– Кажется, его не пугает то, кем он должен стать, – Кэтрин расстегнула и сняла чёрные туфли на высоком каблуке.

– Он ждёт не дождётся этого дня, – засмеялся Алекс.

– И когда-нибудь нам придётся рассказать, кем является его дедушка.

Она стянула чёрное коктейльное платье и осталась в нижнем белье.

– Я думаю, что это создание мало удивится.

– Через четыре года у нас появятся другие поводы для беспокойства, – Кэтрин надела шорты и чёрную футболку.

– Он быстро научится быть избранным, у него это в крови, – улыбнулся Алекс, устроившись на кровати и включив телевизор.

– В этом году нужно отдать его в школу, – вздохнула Грейс, расчёсывая длинные до поясницы волосы цвета спелой вишни.

– Мы поищем что-нибудь для суперодарённых детей.

Её внимание привлекло красное свечение под ногами. А сердце забилось быстрее.

– Адаптация Ксандера в школе вызывает у тебя такой панический ужас? – засмеялся Кинг.

– Папа зовёт, – она обернулась к Алексу. – Кто-то умер.

– Милая, это Ад, туда каждую минуту поступают умершие.

– Нет, – она смотрела на любимого мужчину, перестав дышать. – Умер кто-то, кого мы хорошо знаем.

Алекс задумчиво выдохнул и поднялся с кровати.

– Давай без паники, – он надел джинсы и подошёл к Кэтрин. – Спустимся и узнаем, в чём дело.

Не успел Алекс договорить, как они стояли в кабинете Дьявола.

– Папа, – взгляд Кэтрин тут же остановился на огромном экране, в углу которого светилась фотография её друга. – Дерек? Что? Как?

– Мне жаль, ребята, – проговорил Люцифер.

Алекс смотрел на фото друга и не мог понять, что происходит. На экране транслировалось настоящее время в Лондоне. Люди вокруг оцепленной территории пребывали в шоке. Почти каждому третьему врачи оказывали помощь. Кейди оттащили от странной лужи на земле, посадили в машину скорой помощи и забинтовали руки. По её щекам текли немые слёзы, казалось, что она не принадлежит больше этому миру. Вторую женщину лет тридцати двоим санитарам пришлось сначала приводить в чувства, а после вкалывать успокоительное.

– Что произошло? – Алекс смотрел на стоя́щую рядом с отцом Кэтрин, которая была бледнее листа бумаги.

«Но этого не может быть».

– Последствия случившегося дают понять, что зрелище не для слабонервных, – ответил Дьявол.

– Вы хотите сказать, что это мокрое место на асфальте и есть Дерек? – в ужасе округлил глаза Кинг.

– Но как? – еле слышным шёпотом спросила Грейс.

Люцифер со вздохом отмотал время назад, на момент, когда Дерек использовал телекинез, чтобы забрать пистолет у некого парня лет двадцати шести.

«Дерек, но зачем?» – проносилось в голове Кэтрин. Хотя понимала, что каждый из них поступил бы так же.

– Какого чёрта он полез туда?! – в ярости прокричал Алекс, хватаясь за голову и не зная, куда себя деть.

Кэтрин присела на кресло, не в силах стоять.

– Бедная Кейди, – прошептала она, наблюдая, как та бьётся в истерике над умирающим Дереком.

– Она произнесла твоё имя, – тихо оповестил Люцифер.

– Она тешит себя надеждой, что Кэтрин сможет всё исправить, – догадался Алекс.

– Но я не могу, – еле слышно пробормотала Грейс. Из глаз Алекса от отчаяния потекли слёзы. – Даже если бы у меня были жизни, посмотри, что стало с его телом. – Кэтрин внезапно поняла, что будет чувствовать Кейди, когда узнает, что это конец. Конец для Дерека.

«Нет. Она знает, что ничего нельзя исправить. Она прекрасно понимает, что его больше нет. О, Кейди…»

Алекс подошёл и положил руку на плечо Кэтрин.

– Что же нам теперь делать?

– Тебе нужно в Лондон, – сказала Грейс, вставая. – Кейди сейчас нужен хоть кто-то рядом. Ей нужен ты.

– Нужно сказать остальным. А Джейд? Боже, да она с ума сойдёт! – Алекс метался из стороны в сторону, у него внутри творилось нечто, что не описать словами.

«Дружище, ты не можешь вот так уйти из жизни. Из нашей жизни».

– Я скажу Алисии и Грею, позвоню Леону. А тебя папа отправит в Лондон, и оттуда ты позвонишь Джейд. Сейчас ты должен быть там, – Кэтрин смахнула подступающие слёзы.

«И снова здравствуй, душевная боль».

– Могу я обнаглеть и попросить два перемещения? Джейд заслуживает большего, чем телефонного звонка.

Люцифер кивнул. Нечасто Алекс, в принципе, появлялся в подземелье, и одну его просьбу он вполне способен исполнить.

– Будь осторожен, умоляю, – Кэтрин смотрела в любимые синие глаза и понимала, что эта смерть – начало чего-то ужасного.

Алекс поцеловал её и исчез.

– Кэтти, мне очень жаль, – повторил Люцифер.

– Почему именно этим людям уготовлена такая судьба? – Грейс смотрела на экран. – Кто это, чёрт возьми, такой?!

– Его зовут Майкл. Я установил за ним слежку, скоро нам будет известно, кто он и где остановился.

– Пап, – начала Кэтрин, – ты хоть представляешь, что сейчас начнётся? Все будут умолять вернуть его. А я не могу. Я, правда, не могу. – Впервые за долгое время она чувствовала себя беспомощной.

– Их молитвы – бесполезная трата времени, и если за все эти годы они этого не поняли, это не твоя проблема. Ты превозносишь их над другими людьми, дорогая. А ведь для них смерть – такая же смерть. Необратимая и приносящая боль. Впрочем, как и для тебя.

– Единственное, что я могу ему предложить – это реинкарнация. Но что-то мне подсказывает, что это тоже будет бесполезная трата времени.

– Возможно, тебе стоит поговорить сначала с ним.

– Да, – в трансе продолжала смотреть на экран Грейс.

Кэтрин вышла из кабинета отца и побрела на десятый круг, в камеру под номером один. Именно туда попадали все её умершие друзья. По дороге она встретила Меган.

– Кэтрин? – удивилась она. – Что ты здесь делаешь?

– И я рада видеть тебя, Меган.

– Кто? – просто спросила девушка, осознав, в чём дело.

– Дерек, – ответила Грейс, до сих пор не веря в этот факт.

– Ты шутишь? – Меган, казалось, перестала дышать.

– Хотела бы я…

– Как это произошло?

– Его убили. Такой смерти и врагу не пожелаешь, а пострадал чуть ли не лучший человек на свете. Человек, который любил жизнь больше всех нас, человек, который больше всех её заслуживал, – Кэтрин снова едва сдерживала слёзы.

– Ты хочешь его вернуть?

– Я не могу вернуть его, Меган, – ответила Грейс.

– Бедная Кейди. А Джейд? Она уже знает?

– Никто ещё не знает. Нам бы самим переварить эту новость, – вздохнула Грейс.

– Все умирают, Кэтрин. Ты не можешь спасти всех, кто тебе дорог, – с сожалением смотрела на неё Меган.

– Если бы я знала, что его нужно спасать, я бы сделала всё возможное.

Они подошли к пещере, находившейся в отдалённости от пламени и других клеток. На полу сидел Дерек и разглядывал каменные стены.

– Как тебе новый дом? – без эмоций проговорила Грейс.

– Привет, Кэтрин. Непривычно, но я думал, будет хуже.

– Как же тебя угораздило, дружище? – спросила Меган, подойдя ближе к прутьям камеры.

– Рад видеть тебя, Меган, – он попытался выдавить улыбку, но понял, что зарыдал бы, если бы мог. – Выглядишь потрясающе для призрака. – Он замолчал. – А угораздило меня оказаться не в том месте, не в то время. Вот и всё.

– Ты мог не вмешиваться, – проговорила Кэтрин.

– Мы оба знаем, что не мог. Кто знает, сколько ещё людей он убил бы.

– Он убил тебя, – Грейс не скрывала боли в голосе.

– И это было невыносимо больно, – смотрел на неё Гиббз.

– От твоего тела ничего не осталось, Дерек.

– А даже если бы осталось, что с того? – отвёл он взгляд. – Я не дурак, Кэтрин. Я прекрасно осознаю́, что у меня нет шансов на воскрешение, и готов мириться с этим.

– Кейди и Джейд, твои родители и Анна не смогут смириться с этим, – громче, чем хотела возразила Кэтрин.

– Я представляю, что сейчас творится наверху. И знаю, чего все захотят от тебя. Но я надеюсь, они, так же как и я, понимают, что это невозможно. А от реинкарнации я отказываюсь.

– Дерек, не сто́ит принимать поспешных решений. Я могу попытаться дать тебе возможность попасть в Рай, где ты сможешь использовать шанс на воскрешение.

– Нет, Кэтрин. Я ценю то, что ты хочешь сделать, правда. Но я хочу помнить. Хоть изредка, но видеть тебя. Я хочу знать о жизни друзей, пусть и не участвовать в ней. Быть в курсе последних новостей. Ты не можешь лишить меня такой возможности. Пусть моя жизнь на земле закончена, но загробная только начинается, и я уверен, что справлюсь. Меган же справляется, – он посмотрел ей в глаза.

– Это Ад, Дерек, а не отель. Чем бы тебе ни пришлось занять свою вечность, это не будет похоже на жизнь, какой ты её знал.

– Я всё понимаю, – Дерек смотрел на девушку, с которой познакомился чуть больше семи лет назад. Сейчас она выглядела такой чужой, совершенно сбитой с толку и смотрящей на него полными боли глазами. – И я готов.

– Что я могу сделать для тебя? – Голос подвёл Кэтрин, но она продолжала смотреть на Дерека.

– Я уверен, что ты сделаешь всё, что в твоих силах, чтобы облегчить мои страдания. Но…

– Говори, – услышав паузу, попросила Грейс.

– Наверное, я прошу слишком много, но, Кэтрин, умоляю, устрой мне последнюю встречу с Кейди. Я хочу попрощаться.

– Дерек… – выдохнула девушка, подняв глаза к потолку.

– Пять минут, о большем не прошу. Пожалуйста. Возможно, услышав лично от меня о моём желании остаться здесь, они все отстанут от тебя.

– Узнав, что я позволю Кейди встретиться с тобой, остальные будут просить о том же.

– Только Кейди, Кэтрин. Я хочу видеть только Кейди. Я знаю, каково будет Джейд, и Анне, и всем остальным, но им достаточно знать, что я их никогда не забуду и вечно буду любить.

– Сделай ещё одну, казалось бы, невозможную вещь, – подбодрила её Меган.

– В этом нет ничего невозможного, Меган. Это против правил, которые я нарушаю ради них. Вот что должно быть невозможно. Но я выбираю последствия сделанного, а не несделанного. И, чёрт подери, мне нужен человек, который смог бы меня остановить.

– Ты справишься со всеобщими эмоциями, – сказал Гиббз. – Я верю в тебя. Включи «бездушную Кэтрин» и делай то, что считаешь нужным. Что бы ты ни выбрала.

– Именно так и собираюсь поступить, – ответила Кэтрин. – Меган, освободи ему камеру ближе к этому выходу. Установи в ней экран и попроси кого-нибудь охладить пещеру. – Она посмотрела на Дерека. – Ты сможешь наблюдать за жизнью на земле. За кем захочешь, Меган покажет как. Если что-то понадобится, можешь обращаться к ней. Я зайду, как только смогу.

– Спасибо, Кэтрин.

– Иди, я обо всём позабочусь. Ты и так здесь слишком долго находишься, – приказала Меган, видя, как по лицу девушки стекает пот. – Иди, – повторила она.

Кэтрин бросила прощальный взгляд на Дерека и скрылась за каменной дверью. Она шла по прохладному коридору.

«Почти два часа ночи. Ну что, Алисия, надеюсь, ты успела поспать».

Кэтрин перенеслась в Сидней, переоделась и набрала номер Грея.

– Привет, – почти сразу ответил парень. Но Грейс не могла выговорить ни слова. – Кэтрин, ты меня слышишь?

– Да, Грей, извини, – прошептала она. – Алисия спит?

– Нет. К нам прикатили Николь с Леоном, отмечаем удачную презентацию нового проекта. Что-то случилось? Почему ты звонишь так поздно?

– Я могу приехать к вам? Скажем, минут через пятнадцать?

– Конечно. Алекс с тобой приедет? – спросил Грей.

– Скоро буду, – ответила она и повесила трубку.

Она могла оказаться у них в ту же секунду, но решила ехать на машине, чтобы потянуть время. Девушка спустилась в гараж и завела Lamborghini Huracan. Из динамиков доносились Deftones[2] – Tempest, и Кэтрин понеслась в центр города.

Меньше чем через семь минут она уже парковалась возле дома Грея и Алисии. Ещё несколько секунд она не выходила на улицу. Она увидела, как из окна на первом этаже ей машет Николь. Последние несколько месяцев девушка была иссиня-чёрной брюнеткой, немного отстригла волосы, примерно до лопаток, слегка отрастила чёлку, что укладывала каждый день. Сделала татуировку оленя на боку. Нарисованные сегодня стрелки на глазах и коктейльное платье напомнили Грейс, что пару часов назад у них был повод для празднования, а теперь будет повод для слёз. Кэтрин хлопнула дверью и пошла навстречу новой реальности.

– Привет, – расплылась в улыбке Алисия, обнимая девушку. Лёгкое мелирование покрывало её длиннющие шоколадные волосы, свеженаращенные ресницы подчёркивали искреннюю радость от приезда подруги. – Чего такая невесёлая? Где Алекс?

– Привет, Алисия, – ответила Кэтрин. – У вас не будет чего-нибудь выпить? – игнорируя вопросы подруги и присаживаясь на ближайшее кресло, спросила девушка.

– Кэтрин, – позвал Леон, – что случилось?

Он сразу понял, что что-то не так. Грейс бросила взгляд на него, потом на Грея и Алисию.

– Где Алекс? – снова спросил Грей, подав ей бокал с джином. Парень не особо изменился за эти годы.

– Алекс в Лондоне, – ответила наконец Кэтрин.

– Что он там делает? – спросил Леон.

– Там сейчас гостят Дерек и Кейди, – подняла бровь Николь.

– Дерек мёртв, – проговорила Грейс. – Он ввязался в драку на автомобильной выставке, на которую пошёл с Кейди и сестрой. Какой-то парень по имени Майкл стрелял в прохожих, а позже выяснилось, что он избранный демон с силой какой-то едкой кислоты. Понятия не имею, что это за хрень, – выдохнула Кэтрин и закрыла лицо руками. – Он не оставил ему шансов, буквально растворив тело Дерека в своей магии, – закончила она хриплым шёпотом.

– Нет, – выдавила Алисия, – Кэтрин, что ты такое говоришь? – Девушка не могла больше подавлять слёзы. Но смотрела на убитую горем подругу и верила в каждое её слово. – Этого не может быть! – в сердцах бросила Алисия и зарыдала.

– Когда это произошло? – еле слышно спросил Грей.

– Вскоре после того, как мы с Алексом вернулись домой. Я отправила его в Лондон к Кейди…

– О, господи, Кейди! – воскликнула Алисия, вскакивая с дивана. – Я должна быть там, я должна быть с ней!

Но Грей поймал её за руку и крепко обнял.

– Я должна быть с ней, – плакала она.

– Джейд знает? – спросила Николь без эмоций.

– Узнаёт прямо сейчас от Алекса, – ответила Кэтрин.

– И конечно же, этот ублюдок сбежал, – сквозь зубы уверенно сказал Леон.

– От Дерека ему немало досталось, но да, никто и моргнуть не успел, так быстро он исчез, – ответила Грейс. – Отец пытается выследить его, ещё не знаю, насколько успешно.

– Так понимаю, ты ничего сделать не можешь? – обречённо, но с надеждой спросила Николь.

– Хотела бы я, но нет. Не могу. Мне жаль.

«Последний раз я отвечаю на этот вопрос».

– Всё это похоже на какой-то кошмар, – вздохнул Леон.

– Я не верю, – пробормотала Николь, присев на диван.

– Что нам теперь делать? – спросил Грей.

– Нам всем сейчас нужно быть в Лондоне, – сиплым голосом ответила Грейс. – Заберите Джейд и остальных из Детройта и перенеситесь к Алексу и Кейди.

– Ты с нами не пойдёшь? – спросила Николь.

«Чтобы наблюдать за всеобщим страданием? Нет».

– Я приду позже, – ответила Кэтрин. – Я хочу знать всё, что связано с убийцей Дерека.

__________


Детройт, штат Мичиган, США


В штате шёл лишь первый час дня, а Рассел выпивал уже третий бокал виски. Несколько лет назад парень под машинку состриг свои волосы, сделал несколько татуировок на руках, и только последние месяцы заставил себя ходить в спортзал, правильно питаться и отказаться от алкоголя. Но сегодня он будет пить, пока не перестанет чувствовать душевную боль. Однако смотря на разбитый стеклянный книжный шкаф, который он разнёс, Рассел понимал, что случится это довольно нескоро.

Джейд еле успокоила напуганных поведением отца дочерей. Шестилетняя Анна уснула после нескольких часов рыданий по любимому дяде, а двухлетняя Феррен играла в манеже. Сама Джейд стояла у окна с красными от слёз глазами. Она просто смотрела вдаль и пыталась принять новость о том, что её брата больше нет. После рокового прихода Алекса, казалось, прошла целая вечность.

Посреди гостиной медленно начали проявляться четыре фигуры. Джейд обернулась, и, увидев друзей, бросилась к Алисии. Девушка обняла безутешную подругу, и по щекам обеих снова потекли слёзы. Николь поддерживающе сжала плечо Джейд. Рассел молча встал и принёс ещё несколько бокалов.

– Алисия, скажи мне, что я сплю. Умоляю, скажи мне, что это неправда, – рыдала Джейд, прижимаясь к подруге. – Где Кэтрин? Она всё исправит. Она должна!

– Она делает всё возможное, – соврала Алисия.

«Как сказать ей, что надежды нет? Ох, Кэтрин, вот почему ты осталась дома».

Рассел, услышав новые страдания Джейд, схватился за голову и швырнул стакан в стену.

– Рассел, пожалуйста, прекрати крушить всё вокруг, – закрыв глаза, попросила Джейд.

– Эвива с Биллом знают? – спросил Грей.

Рассел лишь кивнул.

– Папа, – позвала сонная Анна, медленно шагая из своей комнаты.

– Милая, – подошла в ней Николь и, присев, обняла.

– Здравствуй, Николь, – пробормотала девочка и бросила взгляд на маму. – Мой дядя Дерек умер, поэтому она плачет, – словно в трансе оповестила Анна.

– Я знаю, малышка. Нам всем сейчас очень тяжело.

– За Дерека, – провозгласил Леон и залпом выпил стакан виски.

– Я убью эту мразь, – ядовито произнёс Рассел.

– Его зовут Майкл, – рассказал Грей. – Кэтрин сказала, что у Дерека не было шансов против него. От его тела абсолютно ничего не осталось.

«Прости, Джейд. Чем раньше ты осознаешь этот факт, тем лучше».

Но девушка не слышала ничего вокруг себя, лёжа на коленях у Алисии.

– Чем раньше мы окажемся в Лондоне, тем быстрее узнаем всё точнее.

– Мы уже всё знаем, Рассел. Кэтрин с Алексом своими глазами видели, что произошло, – как можно мягче сказал Грей.

– Мне плевать, что они видели! – крикнул Рассел, вскакивая с дивана. – Всё не может закончиться вот так! Должен быть какой-то выход! Мы не те люди, которые мирятся со смертью. Сколько всего мы пережили? Сколько раз мы были на волоске от гибели, но всё равно назло всему миру остались живы?! Ты, Грей, обманул смерть. Алекс сейчас где-то там, так же как и мы, сгорает изнутри от потери. Хотя сам должен был стать трупом ещё с десяток лет назад! Кэтрин вернулась из мёртвых, и её друг сейчас на каком-нибудь пляже наслаждается жизнью, вместо того чтобы гнить в Аду! Поэтому я отказываюсь верить в то, что это конец. Я отказываюсь верить в то, что ничего нельзя исправить и вернуть нам лучшего друга!

«Как же ты внушил себе счастливый конец, дружище. Как же ты не понимаешь, что это не тот случай, когда мы останемся в выигрыше. И это мы ещё не видели Кейди. Кэтрин не сможет убедить их, что она бессильна. Никто не сможет».

– И связь всех этих чудес одна, дружище, – это дочь Дьявола, у которой осталась только одна жизнь. А это на одну меньше, чем нужно, чтобы вернуть нам Дерека, даже будь у него куда возвращаться. Как бы ни было больно, имей смелость смотреть правде в глаза, а не строить иллюзии, опираясь на прошлое, – Грей снова налил себе выпивки.

– Значит, она должна придумать что-то другое.

Во дворе затормозила машина. Через несколько минут раздался звонок. Леон открыл дверь.

– Вы уже здесь, – тихим голосом произнесла Эвива, обнимая парня. Девушка сильно изменилась. Её длинные светлые волосы превратились в короткие, длиной чуть ниже плеч, вьющиеся и переливающими разными оттенками русого и рыжего цвета.

– Прибыли, как только узнали, – ответил Леон. – Привет, малыш. – Он потрепал Джереми по голове.

Когда Эвива с сыном скрылись в гостиной, Билл молча обнял Леона. Хантер немного исхудал и начал носить очки для зрения. Эвива поздоровалась с Николь, которую не видела несколько месяцев. Увидев убитую горем подругу, девушка снова чуть не поддалась эмоциям.

– Привет, Джереми, – пропела Анна.

– Привет, Анна.

– Неужели мы возьмём их с собой в Лондон? – обречённо пробормотала Николь. – Они ещё совсем дети, они не готовы пережить такое. А Феррен? Малышка не готова к перемещениям.

– У нас нет выбора, – ответила Алисия. – Кэтрин и Ксандера не сможет оставить дома.

– Что? Кэтрин ещё не в Лондоне? – удивилась Эвива.

– Нет. Там только Алекс, – ответил Грей.

– Я не хочу в Лондон, – в трансе прошептала Джейд. – Меня там все ненавидят. Я не хочу никого видеть.

– Тебе придётся потерпеть пару дней, любимая. – Рассел поцеловал её в руку. – Нам нужно знать, что произошло, и что мы будем делать.

– Мы знаем, что делать. Мы направляемся туда, чтобы похоронить моего брата.

__________


Лондон, Великобритания


– Сколько можно, Анна? – спросил Коннор. – Твой брат погиб, а ты смеешь винить в этом Кейди? Ты посмотри на неё! Бедная девочка себя не помнит от горя.

– Она ничего не сделала, чтобы спасти его! Ничего не сделала! Она могла хотя бы попытаться!

– Хватит, Анна, – отрезал Алекс. – Кейди ничего не могла сделать против того парня. Мало кто из нас смог бы. Тем более, он не был обычным человеком.

– Алекс, не надо, – прошептала Кейди.

– Надо, Кейди, – вне себя от злости выдавил парень. – Я не позволю обвинять тебя в том, в чём нет твоей вины. Думаешь, избранные – это единственные сверхъестественные существа на этой планете? – обратился он к Анне. – Думаешь, сегодняшняя смерть – это самое ужасное, что ты видела в жизни? Ты ничего не знаешь об этом мире. Но поздравляю, сегодня ты видела демона. Это самое быстрое, бессмертное и совершенное создание на свете, которого обычному избранному не победить. Дерек практически на куски раскромсал этого парня, а он, насколько ты помнишь, ушёл на своих двоих. Давай, Анна, вспоминай детали и перестань винить Кейди.

– Алекс, что вы такое говорите? – пробормотала Рейчел. – Демоны?

– Вы имеете право знать правду, миссис Гиббз. Ваш сын боролся до конца и спас кучу жизней, – одинокая слеза сползла по его щеке, которую он быстро вытер.

– Не смей так со мной разговаривать! – закричала Анна. – Мне плевать, что знаешь об этом мире ты, я лишь хочу понять, почему из всех людей, находившихся в парке, погиб именно Дерек? Почему, чёрт возьми, ты не появился раньше, чтобы спасти друга? Вы же все такие невероятные, так почему никто из вас не предотвратил это безумие?!

– Теперь ты будешь обвинять меня? – усмехнулся Алекс. – Прости, но я был на другом континенте, когда всё это произошло.

– Мы все сейчас на эмоциях, дорогая, – обратилась к ней мать. – Вас весь вечер держали в полиции, ты устала, иди отдохни.

– Я никуда не пойду, – зло ответила Анна.

– Я достаточно услышал за сегодня, чтобы понять, как сильно ты ненавидишь избранных, – снова обратился к ней Алекс. – Так что будь готова к тому, что скоро в этом доме их станет слишком много.

Алекс невероятно устал от истерик сестры Дерека. За целый день он не выпил ни капли крови и сходил с ума в окружении четы Гиббзов. Их запахи, их страдающая аура так и давила на него. Он мечтал оказаться дома, где спокойно и можно удовлетворить свою потребность. Он хотел обнять Кэтрин, зная, как ей сейчас тяжело, хотел вдохнуть её запах, что заставило бы его расслабиться. Хотел оказаться рядом с сыном и уберечь его от этого кошмара.

«Кэтрин, надеюсь, ты придумаешь, как оставить его дома».

Но он был вынужден сидеть в душной комнате в ожидании друзей и впитывать в себя напряжённую атмосферу.

– Кейди, поспи, – погладил её по голове Алекс. – Уже поздно. Вот, – он протянул ей таблетки, – выпей обезболивающее.

У него не было возможности дать ей своей крови, чтобы вылечить её обожжённые руки.

– Я не могу уснуть, Алекс, – жалобно проскулила девушка. – Всё жду, когда он, как ни в чём не бывало, зайдёт в эти двери, обнимет и спросит, кто мне разрешил быть такой грустной. Он всегда так делал. Ты можешь поверить в то, что его больше нет?

– Нет, не могу. Когда Кэтрин сказала, что кто-то умер, я ни за что не мог подумать на Дерека. Я вообще в тот момент не мог думать.

– Она придумает, как нам быть? Она придумает, как вытащить его оттуда? Алекс, умоляю, скажи, что она знает, что делать, – слёзы снова покатились по её щекам.

– Прости, Кейди, но всё, что мы можем, это проводить Дерека в новый для него мир, как когда-то Меган, – прошептал парень. – Ты сама видела, что стало с его телом. И что бы сейчас ни делала Кэтрин, она делает всё возможное, чтобы узнать, кто это сделал с нами.

– Откуда вытащить? Что может сделать Кэтрин? Вы о чём? – задавала бесконечные вопросы Анна.

Алекс тяжело вздохнул и задержал дыхание. Ещё немного, и он выйдет из себя.

– Ты голодный, – в ужасе пробормотала Кейди, чувствуя, как напряглось его тело.

– Ох, Алекс, простите меня, пожалуйста, – засуетилась Рейчел. – Я сейчас что-нибудь приготовлю.

– Нет, нет, миссис Гиббз, не нужно, – ответила Кейди. – Ему бы на свежий воздух.

– Ты сама сказала, что он голодный, – подняла брови Анна.

– У него свой рацион. Миссис Гиббз, если можно, чашку кофе, пожалуйста, – ответила Кейди. – А ты, – она посмотрела на Анну, – перестань задавать вопросы.

– Он вегетарианец?

«Как далека ты от истины».

– Да, можно сказать и так, – сдержанно ответила девушка.

– Кто он такой? Он появляется из ниоткуда сразу после смерти Дерека. Он даёт ОБСС имя того парня, хоть его там не было. Вы вдвоём несёте бред о спасении умершего человека, а теперь, оказывается, он не ест, как все нормальные люди.

– Если ты считаешь странным его, то тебе стоит морально подготовиться к встрече с остальными, – почти грубо ответила Кейди. – Пойдём, погуляем, – обратилась она к другу.

– Ты не в состоянии гулять, – парень одарил её тёплым взглядом, встал с дивана и подошёл к окну.

Напротив дома появились десять человек. Озираясь по сторонам, они пошли к двери.

– Наши прибыли, – оповестил Алекс.

Дверь открыла Джейд. Нехотя, она вошла в гостиную и тут же встретила взгляд убитой горем матери.

– Дорогая! – в слезах бросилась к дочери Рейчел.

Джейд молча обняла мать и бросила короткий взгляд на сестру. Алекс кивнул Грею и Расселу.

– Здравствуй, приятель, – потрепал он по голове Джереми. Алисия тут же бросилась к Кейди. Бледная девушка с красными глазами и опухшим лицом едва походила на её подругу. Рейчел отвела Анну, Феррен и Джереми на кухню, чтобы отвлечь их от мрачных разговоров взрослых и накормить обессиливших после перемещения детей.

– Я думал, Кэтрин придёт с вами, – потирая глаза, пробормотал Алекс. Он, Эвива, Билл, Рассел и Грей стояли в углу комнаты у окна.

– Она решила узнать побольше о том, что случилось, – ответил Грей.

– Ты выглядишь ужасно, – положив руку ему на плечо, проговорил Рассел.

– Побудь в обществе выпытывающих копов, назойливых репортёров, сестры Дерека и безутешной Кейди весь день, и я посмотрю на тебя, – ответил Алекс.

– Какие новости? – спросил Грей.

– Тело Дерека нам отдадут послезавтра днём. Дело передали в ОБСС, но нас больше не должны беспокоить. Четверо пострадавших и куча свидетелей, которые, кажется, всю жизнь мечтали попасть в новости.

– Бедные мистер и миссис Гиббз, ещё сегодня утром всё было хорошо, а вечером они уже хоронят сына.

– О, держитесь подальше от Анны. Она всем сердцем ненавидит избранных. Эта чокнутая обвинила во всём Кейди.

– Что?! – громким шёпотом переспросила Эвива.

– Если бы вы не появились в ближайшее время, я б свернул ей шею, честное слово, – сетовал Алекс.

– Почему Кэтрин до сих пор не здесь? – спросил Билл.

– Может быть, она придумала, как вытащить Дерека? – предположил Рассел.

– Или она не знает, как сказать нам, что бессильна, – снова опроверг мысль Грей.

– Тело Дерека почти полностью растворилось в кислоте, Рассел. То, что нам отдадут, и телом-то назвать нельзя. Надежды, что к нам вернётся (если вернётся) человек, которого мы давно знали, нет. Как бы ни было тяжело, мы должны принять этот факт, – ответил Алекс.

– И ты туда же, – Рассел нервно обернулся. – Ты веришь, что мы сможем жить как прежде, если ничего не сделаем?

– Так сделай, – Алекс был зол и не скрывал этого. Рассел растерялся. – В чём дело? Пришло осознание, что ты не умеешь оживлять мёртвых? Что никто не умеет? Или ты ждёшь Кэтрин, чтобы требовать невозможное от неё? – У Рассела затряслись руки. – Ты можешь тешить себя надеждами и ждать Кэтрин, чтобы она их опровергла. А можешь уже сейчас начать мириться с новой жизнью. Это твой выбор. Но не смей обнадёживать Джейд и Кейди. Не смей никого обнадёживать!

__________


Залив Дабл, Сидней, Австралия


– Мам, я готов, – проговорил Ксандер.

– Хорошо, малыш, – пропела Кэтрин, собирая его рюкзак. – Там сейчас всем очень плохо из-за дяди Дерека, – осторожно напомнила Кэтрин. – Ты уверен, что выдержишь это?

– Джереми и Анна же там, – Ксандер наклонил голову набок. – Им тоже нужна поддержка, и я уверен, папа будет рад меня видеть.

– Вот уж нет, – засмеялась Грейс. – Папа мечтает уберечь тебя от этого.

– Но всё равно он будет рад меня видеть, – не отступал мальчик.

– Ну ладно. Пообещай вести себя хорошо, и, если вдруг захочешь домой, – она внимательно смотрела на сына, – ты знаешь, что делать.

– Знаю, – Ксандер и Кэтрин дали друг другу победное «пять».

«Вот оно, золотое время, когда не особо чувствуешь утрату и не осознаёшь, что больше никогда кого-то не увидишь».

– Рюкзак отдашь папе. И скажи ему, что я присоединюсь к вам завтра вечером.

– Я понял, мам.

– Готов?

Ксандер спрыгнул с кровати и встал напротив матери. Она поцеловала его в щёку.

– Поцелуй папу за меня, – попросила она сына, её глаза сверкнули чёрным, и мальчик исчез.

Кэтрин нашла в себе силы позвонить Кирону и сообщить о произошедшем. Они проговорили больше часа, и парень пообещал быть на похоронах.

__________


Подземелье Ада


– Какие новости? – спросила Кэтрин, оказавшись в кабинете отца.

– Скажем так, не слишком хорошие, – ответил Дьявол. – После убийства Майкл ещё около двух часов шатался по городу. Потом вызвал такси, которое отвезло его на окраину города. Частная территория, шикарный дом и, внимание, взлётно-посадочная полоса. Этот парень сел в самолёт, если его можно так назвать, и скрылся, – Люцифер показал изображение огромного тёмно-серого воздушного корабля. Раза в четыре больше обычного пассажирского самолёта, плоский корпус, самовыдвигающиеся крылья. – Последнее слово авиации.

– Ещё кого-нибудь ты видел?

– Лишь двоих. Они его встречали.

На экране появились две фотографии.

– Девушку зовут Остин Трейд, двадцать семь лет, избранная. Мужчина – Александр. Тридцать шесть лет. Обычный человек. Специалист по оружию, боевым искусствам, бывший военный. Все трое сели в самолёт и взлетели. После чего исчезли со всех радаров и в принципе из поля зрения, – Люцифер нажал кнопку, перематывая время вперёд, где судно сделалось невидимым.

– Что означает, что выследить их мы не можем, – вздохнула Кэтрин и села в кресло.

В кабинете появилась Грейсидея.

– Кэтти, как быстро ты вернулась. Где Ксандер?

– Отправила его к Алексу в Лондон, – ответила Кэтрин.

– Там они в безопасности, – уверила её мать.

– Теперь уже точно.

– Что вы узнали? – спросила Грейсидея.

– Можно сказать, что ничего. Мы имеем дело с людьми, живущими в воздухе. Даже если бы они не маскировались, нельзя точно определить, где именно они находятся. Это тупик.

– Не говори так, – посмотрела Грейси на дочь. – Не опускай руки, не успев начать. Подумай хорошо. Они прилетают сюда лишь на некоторое время и останавливаются в частном доме подальше от чужих глаз. Они прячут даже самолёт, на котором передвигаются. Значит, они замешаны в чём-то более серьёзном, чем убийство случайного человека.

– Майкл сказал, что кто-то ограничивает его в действиях, поэтому он убивает. Сказал, что ему скучно, – вспомнил Дьявол.

– Как приятно осознавать, что Дерек погиб, потому что кому-то стало скучно, – сморщилась Кэтрин.

– В этом доме может находиться тот самый человек, – подвела итог Грейсидея.

– Мы можем узнать, кому он принадлежит? – спросила Кэтрин.

– Через несколько часов после взлёта из дома вышла вот эта женщина, – показал фото Люцифер.

– Кто это? – спросила Грейсидея.

– Пока не знаю. Я смогу выяснить её имя, но пока мы можем лишь ждать, когда они снова вернутся.

– Если вернутся, – поправила Кэтрин.

– Значит, будем ждать, – твёрдо сказала Грейсидея. – Майкл и не подозревает, какую беду накликал на себя и человека, на которого он работает. Думаю, узнав об их настоящих делах, мы будем крайне удивлены.

__________


Лондон, Великобритания


– Мам, ты как? – спросила Джейд.

– У меня отняли единственного сына, – тихим, но злым голосом ответила Рейчел. – Как так получилось? За что нашей семье такие муки? – Женщина смотрела на совсем не изменившуюся с последней встречи дочь. Всё такие же рыжие, но выпрямленные кератином волосы длиной чуть ниже плеч были собраны в хвост, а неидеальную после родов фигуру скрывала свободная длинная рубашка. Всё такой же миролюбивый, но в данный момент совсем пустой взгляд. – Чем вы занимались в Америке? За что его убили? – снова рыдая, спросила Рейчел.

– О, мама, прошу тебя, не начинай! То, что произошло сегодня, никак не связано с нашей жизнью в Америке!

– Почему твои сильные друзья ничего не делают? Почему не ищут убийцу, если уверены, что этого не сможет сделать полиция? – спросила вошедшая на кухню Анна.

– Один мой друг ищет его убийцу, ты можешь быть спокойна. А всё, что можем сейчас мы – это организовать Дереку достойные похороны. Поиски справедливости – дело не одного дня, и никто из нас в данный момент на это не способен. Мы имеем полное право оплакать его, так же, как и вы.

– Я хочу, чтобы этого ублюдка наказали, – пробормотала мама. – Чтобы он всю жизнь страдал также, как мой мальчик перед смертью.

– Для этого его надо хотя бы найти, – сверлила сестру глазами Анна.

– И сколько, по-вашему, он просидит в тюрьме, умея растворять металл? – задала вопрос Джейд.

– Уверена, в ОБСС найдётся место для него, – ответила Анна. – Их тюрьма славится тем, что способна сдерживать таких, как ты. И создан, кстати, этот отдел по борьбе со сверхъестественными силами примерно через год после того, как вы вернулись домой.

– Дай угадаю: и в этом, по-твоему, виновата тоже я.

– Просто странно. Вот и всё. Всё то, что случилось в Лос-Анджелесе за те два месяца, что показывали по новостям, заставило правительство принять меры, чтобы избранные тоже могли нести наказание.

– Может, оно и к лучшему. Но, поверь, Майклу не уготовлена судьба пожизненного заключения.

– И что же ему уготовлено? – спросила Анна.

– Вы прекрасно осознаёте, что мы собираемся с ним сделать, когда найдём, – ответила Джейд.

– Так вот чем вы с Дереком занимались? Убивали?

– А ты представляешь для этого Майкла другую участь?

– Джейд, вы что, правда, убивали людей? – в ужасе прошептала Рейчел.

– Мама, хватит спрашивать о том, о чём не хочешь знать.

Рейчел смотрела на дочь полными слёз и отчаяния глазами.

– Чем вы лучше отброса, который убил Дерека? – с отвращением в голосе спросила Анна.

– Действительно… – Джейд потеряла дар речи от подобного заявления. – Пойду сожгу какого-нибудь прохожего.

Она встала, намереваясь уйти.

– Я так подозреваю, сейчас у нас полный дом избранных убийц, – саркастически заметила Анна.

– Правильно подозреваешь, – холодно ответила Джейд. – Теперь у вас есть ещё один повод ненавидеть меня.

Девушка ушла в гостиную, где устроились остальные, чтобы пережить эту ночь. Она легла на колени Рассела. Младшая Анна и Джереми спали наверху вместе с Кейди и Алисией. Джейд вылечила руки подруги, облегчив ей хотя бы физическую боль. Феррен засыпа́ла на руках у Николь. Алекс и Грей смотрели телевизор, пытаясь отвлечься, но по каждому каналу показывали потрясшее всех убийство их друга.

Напротив дивана, где лежали парни, на полу образовался чёрный круг, из которого выплыл человек.

– Ксандер? – удивился Алекс.

– Папа! – Мальчик бросился ему на шею. – Не злись, – попросил он. – Я захотел сюда к тебе, и мама отпустила меня.

– Ничего, малыш, – обнял Алекс сына.

Ксандер поцеловал его в щёку.

– Мама просила поцеловать за неё, – улыбнулся он.

– Ох уж эта мама, – потрепал отец его по голове.

– Привет, – помахал Ксандер Расселу, Джейд, Эвиве и Биллу.

– Твоя мама не сказала, когда придёт к нам? – спросил Рассел.

– Завтра вечером, – ответил Ксандер. – О, и ещё, – он снял рюкзак и протянул Алексу.

Тот открыл его и не смог сдержать улыбку. Он вытащил несколько ещё холодных бутылок крови. И дал одну Грею.

– Кэтрин хочет, чтобы мы ещё сутки сходили с ума от неизвестности, – высказал вслух Билл.

– Надеюсь, она вознаградит наше ожидание хорошими новостями, – пробормотала Эвива.

Оставшаяся ночь длилась невыносимо медленно. Тем, кому удалось уснуть, посчастливилось пережить её в беспамятстве. Кейди, проснувшись утром, не сразу осознала, где находится и что так кардинально поменялось в её жизни.

«Дерек».

Вспомнив, почему его нет рядом, она снова закрыла глаза, борясь с невыносимой болью.

Алисия проснулась на несколько часов раньше подруги и, увидев Ксандера, преждевременно обрадовалась прибытию Кэтрин и была озадачена, узнав о своём заблуждении.

Джейд с Расселом вместе с Рейчел и Коннором Гиббз с утра отправились по делам. Родители Дерека отказались от помощи посторонних. Заявили, что организуют похороны сына сами.

Мистер Гиббз ни с кем не разговаривал. Никто понятия не имел, что творится на душе у пожилого мужчины.

Алекс и Грей поехали в город, чтобы взять несколько машин в прокат. Они были счастливы выбраться из душного дома и зашли в бар выпить, зная, что завтра им хоронить друга.

– Надеюсь, Кэтрин появится хотя бы за пару часов до… – Грей не смог договорить.

– Что-то мне подсказывает, что ничего утешающего она не скажет, – ответил Алекс. – Ничего уже не будет как прежде.

– Не имею представления, чего они ждут от неё. Дай бог, она узнала, кто в этом виноват, – Грей сделал глоток виски.

– Вечером мы всё узнаем, – выдохнул Кинг.

Леон и Николь присматривали за детьми. Малыши, казалось, не замечали общего напряжения. Возможно, именно они заставляли взрослых держать себя в руках.

– А ведь этот ублюдок сейчас где-то гуляет, – покачиваясь на кресле, бормотал Леон. – Ходит с мерзкой улыбкой и радуется жизни, чёртов…

– Тише, тут дети, – оборвала его Николь.

У Леона зазвонил мобильный телефон.

– Привет, мам, – ответил он на звонок, выдохнув.

– Милый, ты где?

– Сейчас я в Лондоне. Что случилось?

– Что ты там делаешь? – Её голос в отчаянии задрожал.

– Поверь, очень трагичные события привели меня сюда. Через пару дней вернусь в Сидней, и недели через две мы с Николь навестим вас.

– Леон, – голос Элизабетт дрогнул, – Линн пропала.

– Ты о чём? – часто заморгал Леон. – Как это пропала?

– Позавчера они с классом ездили в парк аттракционов. Вернулись все, кроме неё, – Элизабетт заплакала. – Никто не видел, куда она ушла, она просто потерялась, и уже вторые сутки её не могут найти!

– Что говорят в школе? – нервно спросил Леон.

– Всех опросили, но ничего полезного узнать не удалось. Я не знаю, что делать, Леон. Полиция бессильна, а у меня предчувствие, что с ней случилось что-то плохое! – плакала в трубку женщина.

– Тише, мама. Пусть продолжают поиски, я прилечу, как только смогу, – он отключился, изо всех сил сжимая в руках телефон. Николь села рядом с ним, взяв его руки в свои.

– С ней всё будет хорошо, любимый. После похорон мы попросим Алисию перенести нас в Швецию.

– Николь, если с ней что-то случилось, я просто не вынесу.

– Эй, – она посмотрела ему в глаза. – Она жива. Это всё, что нам надо знать сейчас. Иначе Кэтрин бы сообщила нам о её смерти.

– Думаешь, она следит за всеми нашими родственниками? Вот уж в чём я сомневаюсь. Вы все слишком многого от неё ждёте.

– Леон, с твоей сестрой всё будет хорошо, – повторила Николь. – Мы найдём её.

Вернулись Алекс и Грей. Узнав о новой напасти, оба не нашли подходящих слов, чтобы утешить друга.

Джейд с Расселом вернулись лишь под вечер. Похороны были назначены на завтрашнее утро, что означало ещё одну мучительную для всех ночь.

__________


Лондон, Великобритания.


Грейс стояла напротив дома Гиббзов на другой стороне улицы. Она собиралась с духом уже несколько минут, не решаясь появиться там.

«Скажи им всё как есть. Если они ещё верят, что что-то можно изменить, скажи, что в этот раз они переживут всё в равной степени с остальным человечеством, и ничто не облегчит им страдания».

Кэтрин дождалась, пока детей уложат спать, глубоко вздохнула, и её глаза наполнились чернотой.

Девушка выплыла в углу комнаты, у окна. На подоконнике сидела женщина тридцати одного года. Рыжие кудрявые волосы длинной чуть ниже лопаток. Упитанное тело скрывала совершенно простая домашняя одежда. Большие красные глаза сегодня не походили на достоинство её круглого лица.

– Здравствуй, Анна, – поздоровалась Кэтрин.

Все обернулись на знакомый голос. Грейс сделала несколько шагов к друзьям, но в ту же секунду оказалась в объятиях Алекса.

– Я так понимаю, это и есть та самая Кэтрин, которую все ждали, – Анна выпытывающе смотрела на ещё одну избранную. Красивая девушка, одетая в чёрные джинсы, чёрный топ и длинную рубашку оверсайз. Выпрямленные волосы, длинные ресницы.

«Я ещё ничего не сказала, а меня уже ненавидят».

– Кэтрин, почему ты пришла только сейчас? – спросила Эвива.

– Здесь я была бы мало полезна, – ответила девушка. – Нужно было закончить кое-какие дела.

– Что может быть важнее смерти, как вы все говорите, лучшего друга? – спросила Анна.

– Анна, прекрати, – зарычал на неё Алекс.

– Всё нормально, – уверила Кэтрин. – Мы с Алексом и так бросили всё, когда узнали о смерти Дерека. Ты сейчас не поймёшь ни слова из того, что я буду говорить, и я пожалею, что начала́ этот разговор при твоей семье, так что попрошу максимально долго ничего хотя бы не комментировать.

По лестнице вниз летели Кейди и Джейд.

– Кэтрин, слава богу! – бросилась к подруге Кейди. Грейс обняла её так крепко, как только могла. – Пожалуйста, скажи, что ты знаешь, что делать! Умоляю, вытащи его оттуда! Верни его мне!

Анна, Рейчел и Коннор с удивлением наблюдали за ними. Глаза Джейд снова наполнились слезами. Она всё поняла, смотря на лицо подруги.

«Я знала. Чёрт возьми, я ведь знала».

– Кейди, – тяжело дыша, начала Кэтрин, – милая, ты знаешь, что ничего сделать нельзя. Дерек погиб. И мне безумно жаль.

– Ты серьёзно? – усмехнулся Рассел.

– Не знаю, чего вы ждали. Но если вам нужно услышать от меня, что это конец, то я вам это говорю. И в ваших силах это принять.

Кейди отстранилась, смотря на неё как на чужую.

– Конец? – переспросила она. Алекс схватился руками за голову. – Принять? – повторила Кейди, снова пуская слёзы.

– Послушайте, от тела Дерека не осталось ничего, что было бы пригодно к жизни. Там просто нечего воскрешать, даже будь у него шанс. Вы все прекрасно осознавали это, и сейчас я просто ставлю точку в ваших сомнениях.

– Зачем ты заставила нас столько ждать, чтобы сказать это? – зло спросил Рассел. – Зачем дала надежду и время на сомнения?

Рейчел схватилась за сердце.

– Надежду, которая у тебя была, ты придумал себе сам, Рассел. Не нужно меня ждать, чтобы понять, что смерть, чья бы она ни была – бесповоротна, – сдержанно ответила Грейс, глядя на миссис Гиббз.

– Я отказываюсь верить, что ты просто оставишь его гореть в Аду!

– Не могу поверить, что я вообще оправдываюсь перед тобой, но не к тому сверхъестественному существу у тебя претензия, дорого́й, – зло ответила девушка. – Я предлагала ему единственный возможный выход. Я предлагала ему реинкарнацию. Я бы добилась, чтобы ангельский совет его выслушал, у него был бы призрачный шанс вернуться в мир живых. Только, прежде чем я объявлю итог нашего разговора, я спрошу вас. Вам бы стало легче от жизни, в которой он даже не подозревает о вашем существовании?

– Тебе стало легче, когда ты вернула Конрада, – ответил Билл.

– Мы сейчас говорим не обо мне, – подняла брови Кэтрин. – И мы не будем говорить о Конраде. Это два разных человека. Один знал лишь боль и страдание, потерял слишком много и был отвергнут всеми. Он не вынес бы и месяца, так скоро сошёл бы с ума. Второй же любим, его жизнь была полна позитива и радостных воспоминаний. Он был окружён лишь верными друзьями и не творил ничего такого, о чём жалел бы всю загробную жизнь. Его существование в Аду более реально, чем Конрада, тем более имея положение близкого мне человека.

– Ему, может, будет и не так невыносимо сидеть в четырёх стенах, как нам жить с мыслью, что он страдает, а мы не сделали ничего, чтобы помочь ему! – кричала Джейд.

– Мы ничего сделать и не можем, – ответила Грейс. – Он отказался от реинкарнации. Он хочет помнить нас и быть частью нашей жизни как Дерек Гиббз, а не как неизвестный даже самому себе.

Воцарилось молчание.

«Именно так я себе это и представляла».

– И мы должны тебе верить? – задал наконец вопрос Рассел.

– Прости, что? – переспросила Кэтрин.

– Может, ты так говоришь только потому, что не хочешь умирать. Не хочешь ничего делать, – напряжённо проговорил парень.

– Рассел, ты несёшь бред! – вышел из себя Алекс.

«Но ожидала ли я такого?»

– Сейчас, что бы я ни говорила, у вас останется своя правда, – Кэтрин смиренно смотрела в глаза Рассела. – Но да. Я не хочу и не буду умирать ради Дерека. Справедливости ради, я никогда не умирала ради кого-то. В этом ты не можешь меня упрекнуть. Не хочу ничего делать? Мне несложно попросить Эль-Эльйона об одолжении и дать Дереку шанс выпросить себе новую жизнь. Хоть пото́м мне и только мне отдавать этот долг, чёртов ты эгоист.

– Если это вообще целесообразно, – сказал Алекс. – Бог отчасти замешан в его смерти. Он не стал оберегать его, не сделал ничего, чтобы Дерек не попал на эту выставку. Ни Илай, никто либо другой не стал вмешиваться. Так что они просто посмеялись бы над нашей попыткой.

– Я согласен с Кэтрин в одном, – начал Грей, – это конец. И помощи ждать неоткуда. Мы можем или пережить это вместе, или переругаться.

– Помнишь, Кэтрин, – прохрипела Джейд, – перед тем, как убить Вирцетти, ты сказала, что всегда есть шанс на спасение, но он слишком дорого стоит.

Воцарилась тишина, наполненная воспоминаниями.

– Я готова эту цену заплатить, только скажи, что нужно сделать, – смотрела она на подругу.

«Однако такого я не ждала точно».

– Прости, Джейд, но нет, – Кэтрин отвела взгляд, не зная, куда себя деть.

– Но почему?! – прокричала девушка.

– Потому что ты лишишься всего! – Кэтрин тоже перешла на крик. – Детей, прошлого, будущего. Эльйон тебе этого не простит, и долгой, счастливой жизни тебя после такого не ждёт. Он заберёт всё, чем ты пожертвовала, чего не оценила. Посмотри мне в глаза, Джейд, и скажи, что готова лишиться семьи, – Грейс была настойчива, как могла. – Ты пойдёшь против природы, Богов, Вселенной, в конце концов. Жизнь одного человека этого просто не сто́ит, кем бы он ни был!

– Но ты не собираешься даже попробовать, – в трансе ответила Кейди. – Не хочешь рассказать нам даже детали!

– Позволь мне кое-что прояснить, дорогая, – почти холодно начала́ Грейс. – Если вы так хорошо помните тот разговор, то определённо должны помнить свой ответ. Ты, Кейди, не захотела терять магию, все держались за свои отношения, информацию. Тогда, оказавшись в ужасной ситуации, вы смогли принять правильное решение и выбрали настоящее. Так выберите его сейчас. Потому как иначе не будет ничего.

– Нет, Кэтрин, – смотря в никуда, прошептала Кейди, опустившись по стене на пол. – Если бы умер Алекс, ты сделала бы сверх даже невозможного. – Грейс закрыла глаза.

– Ты права. Но я бы не стала жертвовать сыном. И не позволю этого вам. Этот разговор окончен, – Кэтрин присела на кресло.

– Какого хрена происходит?! – истерически прокричала Анна. – О чём вы здесь, чёрт подери, разговариваете? Кто ты, чёрт возьми, такая?

Кэтрин молчала.

– Что ты узнала про Майкла? – спросил Грей, пропустив вопросы Анны мимо ушей.

– Ты же не думаешь, что я позволю вам игнорировать меня? – Анна со злостью посмотрела на парня. – Речь идёт о моём брате!

– Всё, что касается твоего брата, ты уже узнала. И мы, кстати говоря, ещё не закончили, – Грей перевёл взгляд на подругу.

– После разговора с Дереком…

– Разговора? – переспросила Рейчел. – Ребята, вы же шутите? Мой сын умер!

– Миссис Гиббз, я умею разговаривать с призраками, – соврала Кэтрин, чтобы внести хоть какую-то ясность. – Это моя сверхсила, понимаете?

– Это значит, он где-то здесь? Среди нас?

– Не совсем, но ничто не заставит его забыть вас. Не теряйте любовь к нему, ведь его будет жить вечно.

– Ох, Кэтрин, вы говорите невероятные вещи.

– Мне жаль, что вам приходится такое пережить. И я надеюсь, что завтра хотя бы вы сможете обрести душевный покой.

– Покой? С мыслью, что Бог не спас Дерека? И покарает вас за попытку его спасти? – спросила Анна. – Серьёзно? Вы больные на голову! Все вы! – тыкала в них пальцем девушка.

– Я не удивлена твоей вере, Анна. И не жду, что ваша семья поймёт нашу точку зрения, – вздохнула Кэтрин.

– Из ваших разговоров я поняла, что мой сын не попадёт в Рай, – проговорила Рейчел.

– К сожалению, да. Избранным туда не попасть.

– От вашей сверхсилы одни проблемы и ограничения, – тяжело вздохнул Коннор. – Такой ты всегда хотела быть, Анна? Всю жизнь страдать на земле, а потом гореть в Аду? Надеюсь, сегодня тот самый день, когда ты перестанешь ненавидеть весь мир за то, что осталась нормальной.

Анна промолчала, сверля взглядом отца.

– После разговора с Дереком я пыталась проследить за человеком, который убил его, – продолжила Кэтрин когда-то начатую мысль.

– Но?.. – Грей пытался помочь ей закончить фразу, услышав паузу.

– Но мы зашли в тупик.

– Ты издеваешься? – спросил Рассел. – Хочешь сказать, что этот ублюдок испарился в воздухе, и даже твой отец не может найти его?

– Меньше сарказма, Рассел, – устало вздохнула Грейс. – Иначе я оставлю тебя в реальности, где ты со мной не знаком, и тогда довольствуйся просто сбежавшим в никуда преступником, не зная даже его имени. Буду признательна за ноту благодарности в твоём голосе. Потому как слепая требовательность и отвращение начинают мне надоедать, – сверлила она его взглядом.

– Прости, – пробормотала Алисия, смотря на подругу.

– После убийства Майкл направился в частный дом, принадлежащий некоей женщине, личность которой ещё устанавливается. Его встретили ещё двое. Все они погрузились на самолёт, выслеживать который невозможно. Координаты над землёй и так получить непросто, а их корабль оснащён прибором невидимости. Так что да, Рассел, он в прямом смысле испарился в воздухе. Нам известно, что они работают на какого-то человека. Но всё, что нам остаётся – это ждать, когда они снова вернутся. Другого способа узнать больше у нас нет.

– Вы хотите сказать, что убийца моего сына останется безнаказанным? – спросил Коннор.

– Нет, мистер Гиббз. Я обещаю, что рано или поздно мы его найдём, и тогда он пожалеет о каждой минуте своего существования.

– Мой сын не смог справиться с этим человеком. Я не желаю, чтобы в этой вендетте погиб ещё кто-то, особенно моя дочь.

– У нас есть время подумать над этим. Мы многого не знаем, и поверьте, не станем необдуманно рисковать жизнями.

Наступила продолжительная тишина. Кэтрин, сжав руку Алекса, смотрела в окно, стараясь не встречаться ни с кем взглядами. Она прекрасно понимала, как всем сейчас непросто. И ненавидела себя за то, что не может облегчить их страдания.

– У тебя есть хоть какие-то хорошие для нас новости? – спросил Грей.

– Вообще, есть одна, – ответила Грейс. – Леон, твоя сестра жива и здорова. Да, она была похищена совсем юным парнем восемнадцати лет. Его зовут Лукас. Избранный, который завоевал её доверие, представившись дру́гом семьи. Исчез через вейеарр на одной из маленьких улиц Швеции. Мне очень жаль. Если мы можем чем-то тебе помочь, только скажи.

– Спасибо, Кэтрин. Мне, правда, было важно знать, что она невредима. Я сам займусь этим делом. Мы с Николь сразу после похорон отправимся в Швецию. Алисия, перенесёшь нас? – спросил Леон.

– Чему действительно настал конец, так это нашей уверенности в завтрашнем дне. Вам не кажется, что слишком много всего навалилось на нас за последние сутки? – спросила Эвива. – А ведь сейчас мы не можем просто так влезать в опасные истории. У нас дети и нам нужно оберегать их от подобного.

– Никто не говорит, что нужно всем всё бросить и заняться поисками Майкла и сестры Леона, – ответила Кэтрин. – Как только станет что-нибудь известно, тогда и будем решать, что делать.

– Надеюсь, вы не только на словах такие решительные и готовые на всё, – бросила Анна и поспешила в свою комнату.

– Уже поздно, – сказала миссис Гиббз. – Завтра тяжёлый день, поэтому постарайтесь все отдохнуть.

Рейчел и Коннор поднялись в себе в спальню, но не для сна, а чтобы без посторонних и в полном одиночестве оплакать сына.

Джейд, чтобы отвлечься, пела проснувшейся Феррен колыбельную. И скоро малышка погрузилась в беспокойный сон до утра.

Леон и Николь сидели на улице, не находя себе места из-за Линн.

Наступило абсолютно недоброе утро, которое все мечтали отсрочить. Мало кто разговаривал между собой. Даже дети понимали, что им предстоит сегодня, и были погружены в тоску.

Примерно в девять часов мистер и миссис Гиббз поехали в морг забрать тело сына. Чуть позже, Грей вместе с Джейд, Расселом, младшей Анной и Феррен направились в сторону местного крематория Голдерс-Грин. Анна взялась подвезти Эвиву, Билла, Кейди и Джереми. Алисия перенеслась в Лос-Анджелес, чтобы обеспечить прибытие в Англию всем пожелавшим присутствовать на похоронах друга. Кэтрин забрала Кирона из Хельсинки, и вместе с остальными перенеслась на место с помощью магии.

Дерека Гиббза было решено кремировать. Не все были в восторге от этой идеи, особенно Анна и Рассел. Но каким бы неправильным ни казалось это решение, подарить Дереку максимальный покой представлялось правильной идеей для матери, сестры-двойняшки и скорбящей дочери Дьявола.

Прибывшие из Америки Тайрон, Дикан и Ванесса, а вместе с ними и Кирон, узнавали подробности трагического дня, сидя в компании Алекса, Билла, Грея и Эвивы. Кейди с Алисией стояли и смотрели на дымовую трубу крематория, молча проливая слёзы. Чем только не пытались занять себя друзья и родные Дерека Гиббза в те долгие сорок минут ожидания…

Кэтрин сначала сидела на капоте одной из машин и слушала музыку. Невыносимая тоска, что окутала её, сводила девушку с ума, и тогда она решилась на разговор с Кейди. Подойдя к безутешной паре, Кэтрин несколько секунд смотрела на чёрный дым.

– Ты вправе ненавидеть меня, Кейди, – начала Грейс, – но позволь сказать мне то, что я не могла сказать в присутствии остальных.

– Ненавидеть тебя? – тихо переспросила Кейди. – Я знаю, что не имею на это права, Кэтрин. Ты столько дала мне, благодаря тебе моя жизнь обрела смысл. Я больше не слабая девица, ненавидящая этот несправедливый мир. Если бы не ты, я бы стала такой, как Анна. Ты оберегаешь меня от ошибок, облегчая муки выбора. Но, чёрт возьми, нужно ли мне всё это, если нет человека, который был частью меня? Человека, которого я так любила.

– У тебя есть мы, – пробормотала Алисия.

– Вы не успели попрощаться, – Кэтрин смотрела на Кейди. – И я думаю, вам есть что сказать друг другу.

Девушка перевела непонимающий взгляд на подругу.

«Этого не может быть».

– Ты серьёзно? – прошептала Кейди.

– Ещё одно невозможное для остальных желание для тебя станет реальным. Только для тебя и только один раз.

– Кэтрин, но ведь это… – Алисия не смогла закончить мысль.

– Не только ради Алекса я готова на всё.

Кейди бросилась на шею подруге. Алисия со слезами на глазах обняла обеих. Алекс со стороны наблюдал за ними и удивлялся тому, как Кэтрин вернула расположение Кейди.

Наконец процесс кремации прошёл, и родители Дерека вышли из храма с погребальной, сделанной из оникса, урной в руках. Все молча расселись по машинам и направились в сторону Хайгейтского кладбища, находившегося как раз недалеко от крематория. Кэтрин, Алекс, Кирон, Ксандер, Леон, Николь и гости из Америки перенеслись туда с помощью портала. Кладбище поражало своей красотой: готические склепы, необычного вида мавзолеи и надгробия. В глаза бросались египетские гробницы, мраморные ангелы и различные скульптуры в стиле модерн. Среди всего этого, где-то ближе к окраине, возле уже распустившихся деревьев стоял колумбарий Дерека Гиббза. Полукруглое небольшое здание из чёрного мрамора.

– Не могу поверить, что снова настал день, когда мы хороним друга, – произнёс Тайрон.

Грей поддерживающе сжал его плечо.

– Чем ты подкупила Кейди? – спросил Алекс, воспользовавшись минутой наедине с Кэтрин.

– Тем, что она может попрощаться с Дереком.

– Ты собираешься провести её в подземелье? – округлил глаза Алекс.

– Да. Это последнее желание их обоих, и раз уж я не могу воскресить его, сделаю для них нечто меньшее, но всё же сделаю.

– Кэтрин, мы не можем прыгнуть выше своей головы, выше даже твоих возможностей, – он поправил её волосы.

– Может быть, но Кейди права, Алекс. Если бы это был ты, я бы поставила на уши все миры, я сотворила бы нечто, за что поплатилось бы всё живое, обратилась бы к таким силам, о которых никто не знает, но вернула тебя, – смотрела ему в глаза девушка.

– Я знаю, – он обнял и поцеловал её в макушку. – Я знаю.

Подъехали четыре машины. Из первой вышли священник и двое его помощников. В конце церемонии урна с прахом Дерека Гиббза была навечно запечатана в столь мрачном, но поистине красивом месте. Тяжёлые двери колумбария закрылись. Николь подошла и дотронулась до холодного мрамора. Стебли с ярко-красными розами обвили здание.

– Ты был лучшим жизнерадостным засранцем, которого я знала, Дерек Гиббз. И вряд ли наступит тот день, когда я смогу смириться с тем, что тебя больше нет, – со слезами на глазах, она вернулась в объятия Леона.

Все стояли. Тишину нарушали лишь шелест деревьев и тихий плач со всех сторон. Кэтрин подошла ближе к колумбарию. В голове возникла картина его смерти. Она снова чувствовала пустоту, как в тот раз, когда стояла в кабинете отца и смотрела на экран.

– Для многих ты был самым родным человеком, – тихим хриплым голосом начала́ она, зная, что Дерек её слышит. – Любимым братом. Понимающим другом. Неповторимым дядей и отличным товарищем. Сила твоего духа и любовь к нам останется при тебе навсегда, я не сомневаюсь. Будь уверен, что мы никогда тебя не забудем, и ты не останешься неотомщённым. Я обещаю тебе, Дерек. – Она поднялась по ступенькам и присела, положив руку на порог. Над ней медленно начала вырастать ледяная фигура Дерека. Музыка, что играла у неё в наушниках, становилась всё громче и громче: Dream on Dreamer[3] (feat. Jarrad Salton) – Don't Lose Your Heart.

__________


Гётеборг, Швеция


Леон стоял на одной из пустых дорожек Парка Лизеберг. Именно здесь пропала его одиннадцатилетняя сестра. Именно здесь он стоял среди ночи и пытался уловить моменты того злополучного дня. Как жаль, что сейчас его магия ничем не может ему помочь.

– Это частная охраняемая территория. Очень сомневаюсь, что тебе можно здесь находиться, – услышал Леон позади себя мужской голос.

– Охраняемая, – повторил он. – И часто с таких территорий посреди дня исчезают дети?

– Ты родственник Линн Ларссон?

– Я её брат. Так что можешь представить, насколько мне всё равно – можно тут находиться или нет, – Леон повернулся лицом к собеседнику. Парень тридцати двух лет, одетый в джинсы и серый свитшот. – Ты не охранник, потому как тот спит у себя в конуре. Так что же ты забыл на месте преступления в столь поздний час?

– Я бывший детектив полиции Гётеборга. Расследую дело пропавших детей, в том числе твоей сестры.

– По-моему, прилагательное «бывший» освобождает тебя от обязанностей расследовать, – поднял брови Леон.

– Меня уволили из-за одержимости этим делом.

– С каких пор увольняют за желание работать?

– Это не просто желание, – сверкая глазами, ответил детектив. – Как видишь, даже потеря работы и многих привилегий не заставили меня бросить дело, начатое много лет назад.

– И что же такого в пропаже детей, что пробудило в тебе такой азарт? – спросил заинтересованный Леон.

– А то, что эти пропажи, никак не связанные на первый взгляд, на самом деле части одной большой мозаики. И когда я высказал эту теорию, меня посчитали идиотом.

– Хочешь сказать, что Линн не единственная жертва?

– К сожалению, нет. Каждый год в течение семи лет по всему миру пропадает больше десятка детей в возрасте от десяти до двенадцати лет. Твоя сестра – шестнадцатая жертва за этот год.

– По всему миру? И как же ты связал эти преступления?

– Почему я должен делиться с тобой информацией?

– Хотя бы потому что в данный момент ты мешаешь мне разбираться во всём самому, – ответил Леон, оглядываясь вокруг. – Но можешь продолжить облегчать мне задачу, потому как я намерен найти Линн, и, если, как ты говоришь, похищения связаны, есть шанс найти и остальных пропавших.

– Самому тебе не разобраться в этом дерьме, – усмехнулся детектив. – Я пытаюсь много лет, и нет даже намёка на просвет в этих непонятных исчезновениях.

– Что ж, тогда мы оба способны помочь друг другу, – Леон пытался понять, может ли он доверять этому человеку. – У меня хорошие связи и друзья, готовые прийти на помощь. У тебя данные, которые дадут представление о том, с чем я имею дело.

– Как тебя звать?

– Леон.

– Ты не найдёшь её, Леон. Ты не первый человек, который с такой уверенностью и энтузиазмом надеется достичь желаемого итога.

– Ты понятия не имеешь, на что я способен, детектив. Главное, добраться до того, кто стои́т за этими похищениями, и поверь, он ответит за содеянное, – почти прорычал Леон.

– Именно это сделать и непросто. Никто никогда его не видел, а одного имени мало, чтобы хотя бы понять, что это за человек.

– В любом случае он и парень по имени Лукас сделали большую ошибку, выбрав целью мою сестру.

– Ты знаешь имя похитителя? Лукас? Ты уверен?

Парень достал блокнот и сделал несколько пометок.

– Да. Ты что-то знаешь о нём?

– Это имя замешано ещё в нескольких похищениях, а именно в двадцати трёх, включая твою сестру.

– Так почему же полиция не ищет его?

– Полиция понятия не имеет о существовании этого человека. У них нет ни одного подозреваемого, так как нет ни одного свидетеля преступления. Дети уходили с похитителями совершенно добровольно, соответственно, никто не привлекал лишнего внимания. В общественных местах, как этот парк, сотни детей, и запомнить конкретного ребёнка, сопровождаемого конкретным взрослым, нереально. Подобный почерк во всех случаях.

– А камеры?

– Это отдельная странная история. Нигде, где произошли похищения, камеры в тот день не работали.

– Замечательно, – Леон почесал бровь. – Я на миллион процентов уверен, что он избранный, так, может, у Лукаса сила убеждения или гипноза?

– Нет. Его магия заключается в приспособлении к окружающей среде и противостояние любой атаке. Так что здесь замешаны лишь очарование и умение заговаривать зубы.

– Откуда ты так много знаешь о нём?

– В процессе расследования, лет пять назад, я встретил компанию с весьма интересными способностями. Они собрали некоторую информацию о людях, причастных к этому делу. В том числе о Лукасе. Он же по совместительству является первым похищенным мальчиком из Миннесоты.

«Зачем парню, некогда пережившему такую же ситуацию, самому становиться преступником? Я перестаю понимать что-либо».

– Неужели за столько лет работы вы не смогли подобраться к виновным вплотную? – снова задал вопрос Леон.

– Нашей силы недостаточно. Многие уже погибли в этой войне. Некоторые от рук собственных детей. Когда их наставники поняли, что мы подбираемся слишком близко, они сами нашли нас и показали, на что способны, – детектив замолчал. – Эти люди появляются и исчезают, не оставляя возможности выследить их.

– И что же всех стало невозможно выследить… – еле слышно пробормотал Леон, морально уставший от неизвестности и нескончаемых загадок.

Парень прекрасно услышал эти слова и поспешил ответить:

– Они передвигаются на самолёте, оборудованном такой техникой, что обзавидовался бы любой военный авиафлот.

– Что? На самолёте? – Леон удивился, услышав подобное.

– Ты что-то знаешь об этом?

«Кэтрин сказала, что убийца Дерека скрылся на похожем самолёте. Так, может, эти дела связаны?»

«Нет, – ответил ему внутренний голос. – Ты просто хочешь, чтобы они были связаны».

– Леон? – привлёк его внимание детектив.

– Можно сказать, что я ещё ничего не знаю.

– Ты хочешь, чтобы я был откровенен с тобой, но сам что-то не договариваешь.

– Слушай, у меня выдалась не самая лучшая неделя в моей жизни. Я потерял друга и не могу найти сестру. Так что не нужно упрекать меня во лжи, ладно?

– Последние три дня каждую ночь я прихожу сюда и ненавижу себя за то, что не смог спасти её, – парень попытался дать понять, что и ему непросто. – Они действуют неожиданно, и никогда не знаешь, где будет похищен следующий ребёнок.

– Но что между ними общего? – сменил тему Леон. – Зачем кому-то похищать детей?

– А ты ещё не догадался? – спросил детектив, но Леон одним взглядом дал понять, что слишком устал, чтобы гадать. – Все они избранные, похищенные в течение нескольких месяцев после открытия их сверхсилы.

– Но в этом нет никакого смысла, – медленно пробормотал парень.

«Линн уже почти год как избранная».

– Есть, если хочешь вырастить армию послушных лишь тебе сверхлюдей и помочь им выбрать путь не самого законопослушного гражданина.

«Не перевелись ещё психи на этой земле».

– Но для каких целей? – снова спросил Леон.

– Чего не знаем, того не знаем, – тяжело вздохнув, ответил парень. – Но готов поспорить это что-то глобальное, ибо зачем тратить столько времени и сил на такое безумие? – После небольшого молчания он продолжил: – Я видел некоторых из этих детей, Леон. Это больше не невинные создания, похищенные из своих домов. Они умеют лишь убивать и подчиняться. Они не признаю́т родителей и то, что когда-то имели нормальное детство. Таким, как Лукас, уже поздно оказывать помощь, потому как они сами не хотят, чтобы их спасали.

«Если поверить его словам и допустить, что кто-то создаёт армию избранных убийц, что Линн лишь часть безумного плана, и что те, кто пытался помочь, потерпели поражение, то вряд ли я смогу справиться сам. Чёрт».

– Меня сложно удивить, так как я повидал много дерьма в этой жизни, но ты смог, – Леон смотрел в карие глаза нового знакомого. – Что ещё мне сто́ит знать?

– Семьдесят процентов детей были похищены из совершенно обычных семей. Ведь никто по-особенному искать их не будет, а полиция любого города бессильна в делах именно этого рода. Остальные тридцать имеют избранных родственников, но они не то, что по отдельности, а даже вместе бессильны против уже воспитанных убийц и их наставников. Почти все убитые горем потерпевшие теряют надежду найти свою дочь, сына, брата или сестру. И только у Линн оказался старший избранный брат, который действительно может хоть чем-нибудь помочь.

– Хочешь сказать, они совершили ошибку?

– Вероятно, информацию о тебе просто не нашли. Причиной может быть и то, что ты, как я понимаю, здесь не живёшь, а приехал, чтобы найти сестру, – предположил детектив.

– Ты прав. Я чудовищно редко видел семью.

– Твоя татуировка даёт призрачную надежду, что ты умеешь что-то сто́ящее, – детектив внимательно всматривался в Ларссона.

«Ещё один всезнайка рисунков».

– Приятно иметь дело с профессионалом. Тем более что ты сам едва ли заурядный человек, – Леон узнавал в этом парне себя. Такой же самоуверенный, смелый для столь откровенного разговора с незнакомцем и ищущий помощи и поддержки в этот самый момент.

– Только чудо даст нам шанс понять, предотвратить или стать свидетелями того, что должны сотворить эти дети.

– О каком количестве идёт речь? – спросил Ларссон.

– На сегодняшний день похищено ровно сто десять детей.

– Ты сможешь познакомить меня с людьми, что собрали информацию о похитителях? – спросил Леон. – Мне нужно знать больше.

– Это будет не так просто, – усмехнулся детектив.

– Почему же? – нахмурился Леон.

– Я родом из этого города, проживал здесь долгое время, пока по определённым причинам, в числе которых увольнение, мне не пришлось уехать. Я ездил по странам, собирая данные по своему делу, и в один прекрасный день оказался в Австралии, где и встретил Кристиана Прайда. Он из ОБСС. Он тоже работал и работает над поисками детей. Сюда же, как и ты, я вернулся несколько дней назад, когда узнал об очередном похищении. Так что, если ты готов посетить пустынные земли, то хоть сейчас можешь получить ответы на все свои вопросы.

– Какое совпадение, что сейчас я живу в этих пустынных землях, – ответил парень, едва усмехнувшись.

– Я, правда, надеюсь, что ты сможешь помочь нам, Леон. Я приходил сюда в поисках ответов и нашёл тебя.

– Кажется, я не спросил, как твоё имя, бывший детектив полиции Гётеборга.

– Я Логан Сэндберг, – ответил парень.

– Как я уже говорил ранее, Логан, я намерен найти Линн. Так что, да, я помогу тебе.

__________


Залив Дабл, Сидней, Австралия


Кэтрин убирала дом. Её мысли были где-то далеко, она едва слышала весёлые крики Ксандера, играющего с отцом.

«И когда всё успело полететь к чертям?»

Под её ногами засиял красный круг.

– Алекс, я спущусь в подземелье. Всё готово.

– Иди, я позвоню Кейди.

Кэтрин создала вейеарр и провалилась во тьму. Она оказалась в кабинете отца.

– Здравствуй, Кэтти, – Грейсидея обняла дочь.

– Привет, мам. Как дела?

– Неплохо, несмотря на то что твой отец часами ворчал о твоём безрассудстве, – посмотрела Грейси на мужа.

– Я, между прочим, всё слышу, – Люцифер барабанил пальцами по сенсорной клавиатуре.

– Я люблю тебя, папа, – пропела Кэтрин и исчезла за туманом в коридоре.

Она дошла до десятого круга и встала напротив камеры Дерека.

– Рад тебя видеть, – пробормотал он. – Были очень трогательные похороны. Я горжусь твоей стойкостью, ты всё сделала правильно.

– Надеюсь, ты сможешь убедить в этом Кейди, чтобы хотя бы она перестала зацикливаться над тем, правильно ли поступает.

– Она же сказала, что всё в порядке.

– В порядке? – переспросила Грейс, не веря своим ушам. – У неё уже никогда ничего не будет в порядке! Сейчас она закрылась в себе и ни с кем не разговаривает. Если бы не Алисия, то она бы не ела ничего и не спала. Ты это называешь в порядке?!

В ответ лишь молчание.

– Мне страшно за её будущее, Дерек. Я знаю, что было со мной, когда я теряла людей, которых безгранично любила. А ведь не все из них ушли из жизни. Но ушли из моей.

– Кейди сильная. Ты поможешь ей пережить эту трагедию.

– Я не уверена, что гожусь на эту роль, – Кэтрин открыла камеру и жестом показала следовать за ней. – Ты встретишься с ней. Она в последний раз увидит тебя, и ты должен сделать всё, чтобы она перестала чувствовать вину, ты должен убедить её в том, что твоя смерть не конец.

Они остановились у каменной арки и вошли внутрь.

– Спальня Ксандера, – догадался Дерек.

Повсюду валялись игрушки, на одной стене висел телевизор, в две другие были встроены камины. Большая кровать, письменный стол – это была обычная детская. Только без окон. Под потолком парили белые шары чистого света.

– Ты должен запомнить два правила. Нарушишь хоть одно, и ваше свидание будет закончено. Уж прости, что так строго, но ты должен понимать, о чём попросил.

– Я готов, – кивнул Гиббз.

– Во-первых, ты ни словом не касаешься описания своей новой жизни. Всего того, что успел узнать за время, проведённое здесь. Во-вторых, ты молчишь о том, что можешь следить за событиями на земле, следить за Кейди. Она не должна знать о том, что её личная жизнь не совсем личная. Она должна верить, что на это способна только я.

– Договорились, – ответил парень. Если бы он мог чувствовать, то сердце сейчас просто выскакивало бы из его груди.

– Ты не сможешь дотронуться до неё, – предупредила Кэтрин. – У вас будет пятнадцать минут, чтобы объясниться друг с другом. Не теряйте времени зря.

– Спасибо, Кэтрин. Я никогда этого не забуду.

Кэтрин исчезла, и Дерек остался наедине с собой, лихорадочно думая, что сказать любимой в последний раз. Какие слова смогут успокоить её? Как выразить за пятнадцать минут всё то, что он не смог бы выразить за всю жизнь?

«Это будет непросто».

И он увидел её.

– Привет, – девушка улыбнулась сквозь слёзы. – Дерек, прости, мне так жаль. Я должна была что-нибудь сделать, я должна была… – Она зарыдала.

– Тише, любимая, всё хорошо, ты ни в чём не виновата, – он подошёл к ней ближе. – Кейди, умоляю, я не хочу, чтобы ты плакала.

Кейди посмотрела на него. Вроде всё тот же её Дерек. Она подняла руку, желая дотронуться до него. Парень сделал то же самое. Когда их пальцы разделяли лишь миллиметры, её рука задрожала и прошла сквозь его руку.

– Тебя нет, – немые слёзы снова потекли с её глаз.

– Да, Кейди, и ты должна научиться с этим жить, – серьёзно сказал парень. Поверь, Кэтрин сделала всё, что могла. Я действительно отказался от реинкарнации и умоляю, не расстраивай меня больше, не веря ей. Ведь она единственный человек, который поможет мне и поддержит всех вас.

– Ты не представляешь, как это больно. Будто земля из-под ног. Что мне теперь делать? – пищала Кейди сквозь слёзы.

– Ты справишься. Пусть тебя утешает мысль, что мне хуже, – он улыбнулся.

– Ты в своём уме?! – возмутилась девушка. – Как эта мысль может утешать?

– Ш-ш, я пошутил, Кейди, я пошутил. Присядь.

Кейди села на кровать Ксандера. Она даже не рассматривала помещение, в котором находилась, ей было всё равно.

– Я ведь не один здесь, милая. Меган, Брент, Ллойд, мы потеряли много друзей. Я не буду коротать вечность в одиночестве. Не отель, конечно, но я смогу к этому привыкнуть.

– Мы не готовы тебя потерять. Никто не готов!

– Я понимаю. Я тоже всех вас потерял, помнишь? Участь у нас одинаковая, и мы её примем и справимся с ней, как справлялись со всем в нашей жизни. Ты должна убедить всех, что другого варианта нет. Его, правда, нет, милая. Это был мой выбор, но вам за него расплачиваться, и, пожалуйста, прости меня за это.

– Дерек, я…

– Кейди, пожалуйста, мне нужно твоё прощение. Я не смогу просуществовать вечность, зная, как подвёл тебя, оставил одну, разрушил твои мечты и оставил гнить с любовью ко мне. Прошу, прости меня за это.

– Я люблю тебя, Дерек. Эти годы были лучшими в моей жизни, ты делал меня по-настоящему счастливой. Я тебе безумно благодарна. Ты всё делал для меня. И всегда думал о других. И в этот раз ты тоже меньше всего думал о себе. За это я тебя люблю, и за это я тебя прощаю, родной. Ты не должен чувствовать себя ни в чём виноватым. Ты был идеальным, и все это знают.

– Я рад, что тогда попал в больницу, – улыбнулся Дерек. – Рад, что ты оказалась смелее, чем я. Рад, что ты сделала всё, чтобы мы познали это счастье быть вместе. И я хочу, чтобы ты оставалась такой же смелой и жила дальше. Слышишь меня?

Кейди молча кивнула.

– Ты должна уничтожить в себе эту боль, должна перестать думать о прошлом, должна перестать корить себя. Повторяй за мной. Я ни в чём не виновата.

– Я ни в чём не виновата, – всхлипывая, повторила Кейди.

– Ещё раз, убедительнее, – смотрела на неё Дерек.

– Я ни в чём не виновата.

– Умница. У тебя всё будет хорошо. Не бойся того, что тебя ждёт. Ты со всем справишься, ты у меня сильная.

Кейди снова кивнула.

– Передать что-нибудь Джейд, или родителям, или ещё кому? – Она глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки.

– Я люблю вас всех. Надеюсь, что я приносил в жизнь каждого из вас много радости, поэтому меньше всего на свете хочу, чтобы меня вспоминали со слезами. Хочу, чтобы это была улыбка. Неповторимая улыбка каждого из вас. Обещай мне, Кейди, обещай мне больше не плакать.

– Ты сумасшедший, если считаешь, что это возможно, – она попыталась улыбнуться.

– Я хочу, чтобы ты была счастлива. За нас обоих. И чтобы мысли обо мне тебя никогда не останавливали.

– Не успел уйти, как сватаешь меня другому? – вздохнула Кейди.

– Ты всегда будешь жить в моём сердце, Кейди, я буду хранить в нём нашу любовь веками, а твоё должно быть открыто жизни, приключениям и новым ощущениям.

– Тебя послушать, всё так просто, – смотрела в никуда Кейди. – Но я не готова, мне нужно кому-то изливать душу, на кого-то злиться, о ком-то заботиться. Мне нужен ты!

– И я всегда буду рядом. Здесь. – Он указал на её сердце. – У тебя есть Алисия и Кэтрин. Ты не одна, крошка. И никогда не смей думать, что ты одна, – его рука зависла у её щеки.

– Я думаю, ребята бы напомнили, что ты действительно много для них значишь. Если будет возможность, пусть Кэтрин покажет тебе похороны. И, Дерек, мы обязательно отомстим за тебя, – она смотрела ему в глаза, перестав плакать.

– Я не стану тратить наше время на уговоры этого не делать, ибо знаю, что это бесполезно, – он не мог отвести от неё глаза. – Не могу поверить, что был достоин твоей любви.

– И всегда будешь достоин. Всегда будешь моим героем, который спас кучу народу в парке, – она смогла улыбнуться.

– Спасибо, Кейди.

Они снова поднесли руки ладонями друг к другу.

– Прощай, – прошептала Кейди и вновь зарыдала.

– Прощай, любимая.

И Дерек исчез.

__________


Сидней, Австралия


Кэтрин и Алекс сидели в зале ожидания в аэропорту. Сегодня они встречали друзей, проделавших долгий путь из Финляндии. Несмотря на траур и отвратительное предчувствие опасности, они продолжали жить дальше. Прошла неделя с тех пор, как Дерек погиб, и все пытались снова войти в привычный ритм бытия.

– Вон они, – указал Алекс на смотрящую по сторонам пару.

– Кирон! – чуть громче, чем хотела, позвала Кэтрин.

– Привет, Мышка, – проговорил тот и обнял девушку. Не считая быстрых похорон, последний раз друзья виделись несколько месяцев назад. Парень был верен длинным волосам, которые собирал в хвост, носил металлические тоннели, чуть больше счастья появилось в серых глазах.

– Алекс, – поприветствовал Кирон друга.

– Привет, Элейн, – разомкнув объятия, Грейс забрала у девушки небольшую сумку и одарила тёплым взглядом девочку в детской переноске. – Познакомишь с вашей дочкой?

– Её зовут Клер, – счастливо улыбаясь, ответила девушка. – Клер, это твоя тётя Кэтрин.

– Ей всего полгода, она вас всё равно не понимает, – засмеялся Кирон.

– Вы большие молодцы, что решили удочерить её, – Алекс потрепал парня по плечу. – И молодцы, что приехали. Путь был неблизкий.

– Они решили испытать все прелести человеческого существования и отказались использовать портал, чтобы оказаться здесь, – закатила глаза Кэтрин.

– Вам спасибо, что пригласили, – ответил Кирон. – И да, нам понравилось лететь на самолёте. Особенно Клер.

– Она же ничего не понимает, – поддела его Кэтрин, и, дружно улыбаясь, они двинулись в сторону парковки.

– Где Ксандер? Соскучился я по маленькому засранцу, – Кирон уложил чемоданы в багажник Audi TT Offroad чёрного цвета и помог Элейн разместиться на заднем сиденье.

– Дома, ждёт с нетерпением новую подружку, – улыбнулась Кэтрин.

Дорога заняла у них чуть более получаса. Друзья разговаривали, пытаясь избегать воспоминаний о Дереке, и совсем скоро распаковывали дома вещи.

– Дядя Кирон! – весело закричал Ксандер, спускаясь со второго этажа.

– Вот он, уже какой здоровый малыш! – Парень поднял мальчика над головой и закружил.

– Ты видел меня неделю назад, – засмеялся тот.

Наблюдая за ними, Грейс подумала, что счастье всё же есть. Что, несмотря ни на что, не нужно забывать о хорошем в их жизни.

«Эльйон, пожалуйста, береги этих людей. Пусть следующей умру я, только дай им возможность жить так же беззаботно, как в эту минуту».

– Мы приготовили вам комнату на втором этаже, – оповестил Алекс, возвращая Кэтрин к реальности. – Достали старую кроватку Ксандера и его манеж, так что располагайтесь. Что будет нужно, спрашивайте, не стесняйтесь.

– У вас будет чем подкрепиться? – спросила Элейн.

– Конечно, дорогая, – Кэтрин достала из холодильника несколько бутылок крови. Элейн с виду была очень хрупкой, худой девушкой. Средний рост, однотонные пепельные длиной до поясницы волосы. Зелёные глаза, прямой проколотый нос, проколотые же уши и микродермалы на животе придавали ей ещё бо́льшую красоту и изящество. Одета девушка была в бирюзовые джинсы и свободную майку.

– Не представляю, как ты справлялась с Ксандером. Эта кроха забирает у меня все силы, – устало улыбнулась Элейн.

– У меня было много помощников, – ответила Кэтрин.

– Её мать умерла при родах. Она была долгожданным ребёнком в их семье. Отец оставлял её с сестрой, а сам работал копом. Его убили на службе через месяц. А его сестра после потери брата слегла в психбольницу, – не выдержала, бедняжка. Она повесилась там. Никто не нашёл сил жить для неё, – Элейн ласково посмотрела на дочь.

– Ты героиня, Элейн. Не знаю, решилась бы я взять приёмного ребёнка. Клер будет тебе очень благодарна.

– Какие у вас планы на ближайшие дни, ребята? – спросил Кирон, отвлекая девушек от разговора.

– Мы ждём новостей от Леона. Он сейчас в Швеции, у него сестра пропала, – ответил Алекс.

– Что за беспредел круго́м творится! – поджала губы Элейн. – Иногда мне становится страшно жить.

– Да, всё произошло так быстро и в одно время, что не знаешь, за что хвататься, – вздохнул Алекс.

– Если вам нужно будет куда-нибудь отъехать, то не переживайте ни минуты, – поспешил предупредить Кирон. – Мы понимаем, что у вас могут появиться дела.

Уложив детей спать, друзья перешли на пиво, продолжая обсуждать планы.

– Что слышно о Майе? Как у неё дела? – спросила Элейн.

– Замечательно. Всё так же одинока и всё такая же путешественница. Сейчас она в Штатах в командировке. После того как создали ОБСС, она решила, что её долг работать в этом отделе, – Кэтрин подняла бровь. Ей всегда не нравилась эта идея подруги. – Не поверите, но её сила пользуется спросом, она очень ценный сотрудник, вот и катается теперь по миру, сажая за решётку таких, как мы.

– Мы должны радоваться за неё, – ответила Элейн.

– О, я рада. Она всегда мечтала вершить правосудие. И хорошо, что это не касается её друзей.

– Это точно, – засмеялся Кирон. – Тогда ты б тут точно не сидела. Да, Мышка?

– Последние годы я просто идеальный гражданин.

– Я слышал, они даже поднимают старые дела, в которых избранные не понесли должного наказания. Многие офигели, когда в их дома ворвались люди в чёрном и арестовали хозяев за все добрые дела, – Кирон недовольно покачал головой.

– Их наручники, а кое-где и камеры не пропускают магию. Что не скажи, но ребята хорошо поработали над их созданием. Ходят слухи, что это один из заключённых Вирцетти, что некогда сидел в подобной изоляции, решил воссоздать её и построить тюрьму для избранных. И весьма успешной оказалась идея. Теперь в каждой стране есть отдел по борьбе со сверхсилами, и в каждой четвёртой стране такая тюрьма.

– Да уж, теперь просто так не поразвлекаешься, – Кирон скорчил недовольную гримасу.

– С тех пор, как специально для этого отдела вернули смертную казнь, так точно, – сказала Кэтрин.

– А с демонами они что делают? – засмеялся Кирон.

– Если узнают о нас, будут сжигать, дорогой мой, сжигать на кострах, как избранных сотни лет назад, – ответила ему Элейн. – Хорошо, что про демонов мало кто знает, и ни один нам подобный не оказался идиотом и не раскрыл наше существование не тем людям.

– Это вопрос времени, – возразила Кэтрин. – Люди догадываются. Так что да, лучше не иметь проблем с нынешним законом.

Позже в гости зашли Алисия и Грей. Они остались ночевать у друзей, а утром парни поехали на работу. Девушки сделали несколько дел по дому, погуляли с детьми и собирались подкрепиться, когда вернулся Алекс, а вместе с ним и Леон, Николь и Грей.

– Смотрите, кого я вам привёл, – пропел Алекс, указывая на гостей.

– Леон, привет, – поздоровалась Кэтрин и обняла друга. – Какие новости? Узнал что-нибудь полезное?

– Да, Кэтрин, и нам нужно серьёзно поговорить.

– Он даже мне не говорит, в чём дело, – вздохнула Николь. Девушка будто постарела на несколько лет.

– Ужасно выглядишь, дорогая, – пробормотала Алисия.

– Да уж, спасибо. Несколько дней в обществе матери Леона выжали из меня все соки, – проговорила Николь.

– Всем привет, – поздоровался Кирон, и Элейн с малышкой на руках спустилась по лестнице.

– Какая красавица, – улыбнулась Николь, смотря на Клер.

– Кирон, рад видеть, – Леон пожал ему руку.

– Мы все во внимание, Леон, что за важные новости ты принёс.

Усевшись поудобнее, Ларссон рассказал всё, что узнал от Логана Сэндберга и его коллег.

– Безумие какое-то, – пробормотала Алисия.

– Кому понадобилась армия детей? – спросил в свою очередь Кирон. – Этот чувак просто… – Парень не смог закончить фразу, – у меня нет слов.

– Значит, Майкл, который убил Дерека, тоже работает вместе с похитителями? – уточнил Алекс. – Ты уверен в этом? Таких совпадений просто не бывает.

– Я миллион раз всё проверил, Алекс. Сам не поверил сначала. И это правда лишь случайность, так как обычно у детей нет родственников, которые способны их спасти. Знай они обо мне и о том, что у меня целая компания избранных знакомых, никогда не тронули бы Линн.

– Но ты говоришь, что люди, с которыми ты общался, всё же пытаются их найти, – возразила Элейн.

– Да, но это в основном журналисты и полиция, очень мало родных. Есть несколько человек, но их способности мне неизвестны. Как-то не было времени поинтересоваться.

– Это первое, что ты должен был сделать, – подала наконец голос Грейс. – Узнать хоть что-нибудь о людях, которым ты решил довериться.

– Для меня главная задача – это найти Линн, а не выяснять, кто кого сильнее, Кэтрин.

– Магия здесь ни при чём. Дело серьёзное, очень серьёзное, раз эти люди уже не один год пытаются разобраться в этом, – начала Кэтрин. – И раз ты пришёл к нам, значит, твоя стратегия разобраться самому провалилась, а, значит, нам придётся вернуться с тобой к тем людям. И теперь, Леон, подумай, чем это может закончиться.

– Всё будет в порядке, – настаивал Леон. – Вам всего-то нужно услышать всё – от и до, ты с помощью своего отца проследишь все похищения, узнаешь, кто за этим стои́т, и всё. Дело закрыто.

«И что бы вы без меня делали?»

– Вот именно, – уже сильнее давила на него Грейс. – По-твоему, им будет неинтересно, откуда у нас информация? Что за способности у нас такие, что мы за два дня раскрыли дело, над которым они корпели годами? Думаешь, сейчас они не сидят и не сгорают от любопытства, каких таких друзей ты обещал привести? Журналисты и полицейские, говоришь? Леон, ты отправляешь нас в руки самым ужасным людям, которые всё всегда хотят знать. И поверь, они не собираются делиться с нами своими секретами, они слаженная команда, которая будет их защищать.

Воцарилась тишина.

– В чём-то Кэтрин права, – высказалась Николь. – Я б никогда о таком не задумалась.

– Потому что мы не такие параноики, как Кэтрин, – улыбнулся Алекс.

– Любимый, вспомни, пожалуйста, как вы приняли меня? Одного человека. Как вас бесили мои секреты, мой отказ вам помогать, как вас пугала моя сущность. Как девушка со своими взглядами, я не особо легко влилась в ваш уже сложившийся коллектив. Припоминаешь?

– Допустим, – ответила за него Алисия.

– А теперь представь, что в том доме не один человек, подобный мне. А их чуть меньше десяти. Свою точку зрения они вынашивали семь лет. А каждое твоё слово они будут взвешивать и изучать.

– Ты ни разу не видела никого из них, а уже так ненавидишь, – недоумевал Леон.

– Мне не нужно их видеть. Это особенность их профессий. – Грейс внимательно смотрела на друга. – И не думай, что я не помогу тебе. Просто я хочу, чтобы вы понимали, на что соглашаетесь. Мы не будем героями, которые знают, как спасти этих детей. Мы будем лишь средством достижения цели. Их цели. И поскольку я знаю, чем это закончится, я спрошу тебя, Леон. И тебя, Алекс, как человека, любящего уходить в дело с головой. Можете ли вы мне обещать, что, как только мы вытащим Линн и отомстим за Дерека, на этом наша миссия закончится?

Алекс сузил глаза, пытаясь понять, в чём подвох.

– Конечно, Кэтрин, я обещаю, что, когда мы вернём Линн домой, и подонок, убивший нашего друга, будет мёртв, наш долг будет выполнен, – ответил Леон.

– А какие развития событий ты ещё себе представляешь, Грейс? – спросила Элейн подругу.

– Их много. Но я услышала всё, что хотела.

__________


Где-то над землёй


– Остин, надо поговорить, – ворвалась в её кабинет Дэстени.

– Что такое, Крайм? Я занята, – девушка прикрыла ноутбук.

– Может, я, конечно, преувеличиваю, но, кажется, у нас проблемы.

– Пусть говорит, – послышался голос из недр динамиков компьютера.

Дэстени села на стул напротив Остин.

– Как вы и просили, я постоянно слежу за нашими смелыми друзьями. Так вот, вчера в их штаб-квартиру Сэндберг привёз из Швеции какого-то парня. Из разговоров я поняла, что это брат новенькой Линн, Леон Ларссон.

– Брат? – снова заговорил мужской голос. – Остин, брат?

– Мы проверяли её, – оправдывалась Остин. – Линн не контактировала ни с кем, кроме матери и подруг из школы больше года. Было несколько телефонных разговоров, но установить личность звонившего не удавалось. Мы пришли к общему мнению, что это её отец. Да, есть информация о брате в документах, он уехал в Америку больше десяти лет назад, поступил в университет, но восемь лет назад сведения перестали обновляться. Будто он исчез. Поэтому мы не придали ему значения.

– Мы ошиблись, – признала Дэстени. – Леон избранный. Ему тридцать один год, по мне, так он неплохо сохранился. Из того, что он рассказал Сэндбергу мы знаем, что он проживает в Австралии, работает в крупной компании по производству лекарств и медицинского оборудования вместе с другом Алексом Джеймсом Кингом. Оба занимают руководящие должности, оба неприлично богаты. Ларссону известно, что Лукас похитил его сестру. Не знаю как, но ещё до встречи с Логаном он знал о нашем самолёте. Сэндберг и его дружки рассказали ему всё, что знают. Посвятили во всё, что добыли на нас за все эти годы. Особенно Леона интересовал Майкл. Похоже, наш смотритель облажался, – улыбнулась Крайм. – Он убил его друга. Я посмотрела сводки в газетах недельной давности и нашла скандальное убийство Дерека Эрла Гиббза. – Дэстени включила на планшете выпуск новостей и после того, как Остин и мужчина по ту сторону ноутбука досмотрели, продолжила: – Девушка, что упала в обморок, его сестра Анна Гиббз, обычный человек. А вот та, что бьётся над телом, – экземпляр поинтереснее. Это Кейди Эннабелл Дайерс, избранная дама, но ничего больше на неё найти не удалось, никаких приводов в полицию. Здесь дальше, в конце выпуска, появляется парень, как раз таки Алекс Кинг. Судя по тому, как он утешает подругу, они все довольно близки. Итого трое избранных, которые точат на нас зуб, и это только те, о которых нам известно на данный момент. Леон, выслушав истории о наших похищениях и о неизвестных грандиозных планах, поняв связь между сестрой и дру́гом, обещал привести друзей, с которыми он разберётся в этом деле, – закончила Дэстени. – Как-то так.

– Трейд, – мужской голос поразил тишину как гром, – ты понимаешь, что произошло?

– Понимаю.

– Я хочу услышать, какого чёрта Майкл оказался один на улице? Почему ты не рассказала мне, что он кого-то убил?

– Я не знала, – тихо ответила Остин. – В тот день он был особенно недоволен сидеть в четырёх стенах, и я отправила его подышать воздухом. Я не знала, что он решит убить кого-то ради развлечения.

– Он убил не кого-то, Остин. Он убил человека, друзья которого пойдут на всё ради мести. И похитили вы не кого-то, а сестру того, чьи друзья и так разъярены смертью друга. Вы хоть понимаете, что натворили? – Голос был злой, но ровный.

– Мы со всем разберёмся, – пообещала Остин.

– Как? Предлагаешь идти по трупам? – не услышав ответа, мужчина продолжил: – Так ты понимаешь приказ не привлекать внимания?

– К вашему приезду мы придумаем, как нам лучше поступить, обещаю, – Остин почёсывала бровь.

– Хорошо. Потому как у тебя есть сутки. Я буду в Австралии через двадцать четыре часа и хочу услышать от тебя, Майкла и Александра, как вы собираетесь сбрасывать хвост уже совсем не любительского расследования.

– Вам не обязательно срываться с места ради кучки любопытных избранных. У нас армия, не забыли? Мы припугнём их, уничтожим всё, что у них есть на нас, ещё всё поправимо.

– Вот это вы мне и докажите. А если нет, то этот провал окажется последним, что вы сделали в своей жизни. И придумай, что делать с Майклом.

– Я вас услышала, – выдохнула девушка.

– Дэстени, – обратился он ко второй слушательнице, – я хочу знать всё о Ларссоне и остальных его друзьях, которых он приведёт. Хочу знать, что им известно и как далеко они готовы зайти. Я хочу знать, на что они способны и их слабые места. Следи за ними днём и ночью, пока не будешь готова доложить мне всё. Ясно?

– Да, Мистер Демон.

– Теперь иди.

Дэстени Крайм встала со стула и вышла прочь. Она шла по узкому коридору, прошла общий зал и оказалась в своей комнате. Закрыв за собой дверь, с улыбкой посмотрела на стену, полностью завешанную рисунками. Она погладила один лист, с изображением небольшого паука.

– Ты хорошо поработал, малыш, – сказала она. – Продолжай следить за домом.

__________


Штаб-квартира, берег залива Коннеллс, Австралия


Две машины подъехали к пустому причалу. В нескольких метрах стоял старенький двухэтажный дом. Кэтрин остановилась немного на расстоянии, чтобы изучить местность. Они с Алексом вышли из автомобиля. От дома исходила мощная энергия, давая надежду, что он неплохо защищён.

– Ох, Леон, если бы не ты, меня бы здесь не было, – пробормотала Кэтрин.

– Я знаю. И знаю, что не зря притащил вас сюда.

Из дома вышел мужчина. Увидев его, Леон направился навстречу.

– Вы не стесняйтесь, проходите, – проговорил Логан, пожимая руку парню. – Здесь никто не причинит вам вреда, – добавил он, глядя на Кэтрин. – Мы не виделись ранее?

«Почему твоё лицо до боли мне знакомо?»

– Думаю, что нет, – ответила девушка. – Я бы запомнила.

– Меня зовут Логан Сэндберг, – представился молодой человек и кивнул в сторону дома, приглашая следовать за ним.

Алекс смотрел на парня как на привидение.

«Какова была вероятность, что они всё же встретятся?»

Несколько лет назад Алекс случайно увидел, как Люцифер наблюдает за парнем из Швеции, и не мог не поинтересоваться, кто это. И тогда он узнал о новом теле Конрада Данкана. И что Люцифер следит, чтобы его жизнь протекала спокойно, и чтобы он не встретился с Кэтрин даже случайно. Он знал, что она бы этого хотела. Но, видимо, последние пару месяцев Люцифер не интересовался его делами, раз сегодня они все встретились.

– Сколько ты уже занимаешься этим делом? – спросил Алекс.

– Около семи лет, – ответил Логан. – И не приблизился к разгадке ни на шаг.

«И семь лет назад погиб Конрад Данкан, – Алекс будто убеждался, что помнит человека, которого видел лишь однажды. – Твою мать. Твою чёртову мать».

Они вошли в дом. Несмотря на ветхий вид снаружи, внутри всё было обставлено вполне современно и технологично. Белые стены и зеркала визуально увеличивали помещение, окна, закрытые жалюзи, светодиодные плоские лампы на потолке. Несколько диванов, стол и небольшая кухня в углу. На одну стену был направлен проектор, недалеко стоял компьютер. На другой размещался стенд с фотографиями, статьями и стикерами с именами, куча разноцветных нитей переплетались между собой. Сразу видно, что этот дом уже давно служит безопасным убежищем для проживающих здесь.

Когда друзья вошли внутрь, девушка и парень, что сидели, встали, чтобы представиться. Ещё одна, на вид совсем молодая особа, прижалась к углу дивана.

– Добро пожаловать, – сказала невысокая девушка. Зелёные глаза, неестественно кучерявые светлые волосы длиной чуть ниже плеч. Загорелая кожа. Одета она была в чёрные облегающие брюки и клетчатую синюю рубашку. – Моё имя Эрика Колд. А это Блейк Ридер, – указала она на темноволосого, бледноватого, худощавого друга. Весёлые карие глаза, милая улыбка, совершенно беззаботный вид парня сбивали с толку. – Чувствуйте себя как дома, – улыбнулся Блейк.

– Приятно познакомиться, – ответил Алекс, пожимая руки обоим. – Я Алекс Кинг, это моя жена Кэтрин. Девушка уже знакомого вам Леона Николь Диас, а также Рассел Фримэн и Грей Эванс, – представил он друзей.

– Надеюсь, нам выпадет шанс узнать вас всех поближе, – улыбнулась Эрика.

Кэтрин всматривалась в огромный стенд с информацией, поражаясь тому, какую работу проделали эти люди. Возможно, её преждевременная враждебность неуместна? Она почувствовала на себе любопытный взгляд ещё одного мужчины, сидевшего за компьютером, и посмотрела на него в ответ.

Со второго этажа послышался стук каблуков, и к ним присоединились две девушки. Первая внешне очень напоминала Кэтрин. Бледная кожа, стройная фигура, чёрные длинные волосы, собранные в хвост, серые, ярко накрашенные глаза. Одета в атласные чёрные лосины и рубашку из джинсовой ткани. На шее рисовалась пентаграмма, что давало безошибочное представление, кем является эта избранная. И кто защитил дом. Вторая девушка немного ниже ростом, шоколадные чуть ниже лопаток волосы. Слегка вытянутое лицо, проколотая бровь и серые, как у сестры, глаза придавали её внешности красоты. Обеим на вид было до тридцати лет.

– Привет, Леон, – поздоровалась вторая девушка. – Ты таки привёл своих друзей, – она с улыбкой осмотрела гостей.

– Конечно, приятно смотреть, что ряды наши пополняются, но мы ещё не знаем, чем они смогут нам помочь. Так что думаю, не сто́ит радоваться раньше времени, – холодно заметила первая, проходя на кухню и наливая себе чай.

«А вот и первые признаки враждебности с их стороны, – подумала Кэтрин. – Не удивительно, что ты думаешь, что сильнее ведьмы быть никого не может. Но как же странно от тебя пахнет».

– Не обращайте внимания, – пыталась разрядить ситуацию вторая. – Меня зовут Евгения Картер. Не очень радушная хамка – это моя сестра Беатрис.

Кэтрин молча изучала каждого, кто находился в этой комнате.

– Присаживайтесь, – пригласил гостей Блейк и подошёл к Евгении, одарив её поцелуем. Девушка улыбнулась. – Вы привыкнете к Беатрис, – с улыбкой добавил он.

«Нет, не привыкнем».

Все расселись по диванам. Кэтрин постукивала пальцами по стеклянному журнальному столику. Алекс нежно сжал её предплечье, призывая её к спокойствию.

– Предлагаю начать, – проговорила Беатрис, выходя в центр и поставив чашку с чаем на стол перед Грейс. – Этот спектакль займёт немало времени.

– Спектакль? – переспросила Кэтрин. – Я думала, вы здесь серьёзное дело пытаетесь раскрыть. И нам не нужен профессиональный оратор, чтобы понять его суть. С этой задачей и дурачок Блейк справится.

– Кэтрин, – осуждающе посмотрел на неё Леон.

– Что? Почему я должна притворяться, что счастлива быть здесь, если люди, чьей гостьей я являюсь, не стесняются в выражениях?

– Я не дурачок, – вставил Блейк, воспользовавшись секундой паузы.

– Я тебя обидела? – спросила Беатрис Кэтрин. – Возможно, сперва мне стоило предложить вам выпить, но не вижу смысла в подобных жестах. Нам нужны трезвые умы.

– Тебе нужно стараться лучше, чтобы обидеть меня, Картер. И, увы, тебе нечего мне предложить, кроме травяного чая, которым ты пытаешься унять свои нервы.

– А я не откажусь от кофе, – поднял руку Алекс.

Евгения внимательно смотрела на сестру, пытаясь прочитать, о чём она думает.

«Не вздумай сорваться, Беатрис», – мысленно умоляла она.

– Давайте успокоимся, – подал голос мужчина, сидевший за компьютером. – Я поражён твоей внимательностью, Кэтрин. И надеюсь, ты воспользуешься ею, чтобы заполнить пробелы в нашем расследовании. Беатрис, возьми себя в руки и введи наших новых знакомых в курс дела. Ты, помнится, сама вызвалась.

– И буду признательна, если меня не будут больше перебивать, – Беатрис бросила взгляд на Кэтрин. Та примирительно подняла руки и облокотилась на спинку дивана. – Итак. Не знаю, что вам рассказал Леон, но начну я, пожалуй, с самого начала. Не хочу, чтобы вы думали, что мы больные фанатики, которые заперлись здесь и годами не выходят в люди, окунувшись с головой в сомнительное расследование. Это не так. Мы живём как большинство, ходим на работу, занимаемся своими делами, не забываем про семьи. Вот только у некоторых из нас часть семьи забрали, и нет ничего ненормального в том, что мы пытаемся вернуть родных.

Я работаю журналисткой и наткнулась на эти похищения чуть больше шести лет назад. Мало кто видел картину целиком, но я встретила людей, которые разделили со мной это видение, а подтвердилось всё в одном отеле в Лос-Анджелесе. Я была там в командировке и после очередного тяжёлого дня снимала напряжение в баре. Самое интересное началось, когда я зашла в уборную: через несколько минут вошла девушка, говорившая телефону. Она говорила о некой подготовке детей, назвала следующий город для дела и случайно упомянула имя похищенного накануне мальчика из Стамбула. Разумеется, я слышала лишь отрывки, но Остин Трейд и не подозревала, что её может слышать кто-то знающий об их преступлениях. Мы с Евгенией начали расследование на основе услышанного. Сопоставили все факты, порылись в полицейских отчётах, и теперь мы здесь.

Через год мы встретили Кристиана, – Беатрис посмотрела на мужчину, сидевшего за компьютерным столом. – На одном из мест преступлений. На тот момент было похищено уже более двадцати пяти детишек. Сначала этот засранец не хотел делиться информацией, – Кристиан улыбнулся, – но через некоторое время понял, что немногие готовы разделить с ним не самую правдоподобную точку зрения, и мы начали работать вместе. Вскоре к нам присоединился наш знакомый дурачок, – девушка, приподняв бровь, бросила взгляд на Кэтрин. – Тогда же он любезно предоставил нам этот дом. Вдали от всех. Немногие знают об этом месте, и то, что мы позволили вам сюда приехать, уже немало говорит о том, что мы готовы вам довериться.

Картер снова сделала паузу, посмотрев на Логана.

– Немногим позже дело привело нас в Швецию, где Кристиан познакомился с Логаном, на тот момент детективом Гётеборга. Он был одержим этим расследованием, было видно, что ещё одна загадка просто сломает его. Что бессилие и неизвестность поглощают его целиком, не оставляя шансов на победу. Никто не мог понять того, что мы давно расставили по полочкам. Было полезным и верным решением посвятить его в то, что узнали мы, и позволить ему помочь нам. В дальнейшем были и другие люди, пытавшиеся внести свой вклад, но за эти годы многие потеряли надежду, а кто-то и жизнь. Ведь когда похитители поняли, что мы подбираемся всё ближе и ближе, они начали не на шутку психовать. Нас засыпали угрозами, на нас нападали, нам давали понять, что мы пытаемся спасти призраков. Мне страшно представить, что с этими детьми сотворили похитители и как им промыли мозги. Ещё ужаснее осознавать то, что мы никак им не помогли. Что все годы расследования не принесли никаких результатов, – Беатрис, не моргая, смотрела в окно.

– Ещё не всё потеряно, – поддержал её Логан. – Продолжай.

– Год назад к нам присоединилась самая юная потерпевшая, – Картер бросила взгляд на девушку на диване. – Я была в полицейском участке Мельбурна, расспрашивала детективов об очередном ребёнке, когда ко мне подошла Лоис. Она была полна уверенности, что её брата можно вернуть домой, и что именно я помогу ей в этом. Столько отчаяния и боли в глазах я никогда не видела. Я была готова всё бросить, потерять последнюю надежду, сказать ей, что бессильна, но глядя на Лоис, я поняла, что не могу. Не могу оставить её одну, а дело незаконченным.

«Прямо-таки мать Тереза».

Кэтрин внимательно слушала Картер и пыталась понять, верит ли она тому, что говорит эта девушка. Но не уловила ни одного момента, в котором можно было бы усомниться.

– Я так понимаю, вы не знаете, где эти дети сейчас? – спросил Алекс.

– Нет, – ответила Евгения. – Вся наша информация поверхностна. Мы знаем, что перемещаются они на невидимом самолёте и там же держат детей. Мы уверены, что нет определённого места на земле, куда можно было бы наведаться или о котором можно было бы сообщить властям.

– Именно самолёт и несколько фигурирующих в деле имён придали нам уверенности в том, что один из похитителей убил Дерека, – сказал Леон.

– Расскажите о похитителях, – попросил Рассел.

– Как ни странно, их всего трое, – начал Кристиан. – И узнали мы о них больше, когда к нам присоединилась Лоис. А благодаря базам данных ОБСС мы знаем, что это за люди.

Кристиан с помощью проектора вывел первую фотографию на экран. Русая длинноволосая девушка с большими голубыми глазами и узкими губами. Хорошую фигуру покрывал чёрный кожаный костюм.

– Это Остин Трейд. С виду обычная барышня, но с хорошим послужным списком: ограбления, создание разнообразного оружия и его продажа, шантаж. Её сверхсила – это технический ум. Мне кажется, никто на всей планете не переплюнет её в программировании, создании инновационных технологий, порой опасных для жизни. Стратегии, планы, возможные исходы, всё в этом деле держится на ней. – Он поменял фото. – Следующий Александр. Ни фамилии, ни родных, ни какой-либо информации о его жизни вообще. Наёмный убийца, специалист по оружию – от средневековых орудий до ядерных бомб. Мы не уверены, что он избранный. Но, увидев его на улице, честно сказать, я бы обошёл его стороной.

И правда, на них смотрел матёрый мужчина с пустым взглядом. Наверняка метра два ростом, широкий лоб и плечи, налысо бритый, но с бородой.

– И, насколько я знаю, уже знакомый вам Майкл, – на стене застыла фотография парня с ирокезом. Рассел шумно выдохнул. – Чаще всего именно он выступал похитителем. Что самое интересное, пострадавших при похищении не было. И раньше он никогда никого не убивал, по крайней мере, прилюдно. – Наступила тишина, нарушенная лишь через несколько секунд. – Видимо, несколько лет заточения в четырёх стенах кого угодно сведут с ума. О его магии вы, верно, знаете. Хоть нам не до конца понятно, что делает его таким неуязвимым. И клянусь, за семь лет лишь он ни капли не изменился.

– Это потому что он демон, – оповестила Кэтрин, понимая, что эти люди вообще не знают с кем связались.

– Ты сказала «демон»? – переспросил Кристиан. – Этакий персонаж из фильмов ужасов?

– Вы не знаете о джиннах? – удивился Грей. – Бессмертных людях со сверхчувствами? Вы, должно быть, шутите.

«Работая в ОБСС невозможно не понять, что существуют люди совершеннее обычных избранных. Должно быть вы очень глупые».

– Ты сказал «джинн»? – снова задал вопрос Кристиан.

– Просвети же нас, – попросила Эрика.

– Да, собственно, уже просветил, – Грей встретился взглядом с Кэтрин. – Майкл не стареет, его нельзя убить так, как можно обычного человека, у него обострённые чувства, делающие его неуязвимым. Этакий суперчеловек.

– Добро пожаловать в новый мир, – сказал Рассел.

– А джинн он потому, что может исполнять желания? – спросила Беатрис. – Вы правда в это верите?

– Джинн имеет одно желание, и поверь, такой, как Майкл, его уже потерял. Истративший желание джинн становится просто демоном. Ты можешь не верить, мы не настаиваем, – ответила Кэтрин.

– Интересно, – вздохнул Кристиан, – очень интересно.

– Я, пожалуй, продолжу, пока нам о существовании фей не поведали, – криво улыбнулась Беатрис. – Они работали втроём несколько лет, пока не подросли первые похищенные дети, – продолжила Картер. – Потом уже они делали основную работу.

Это Лукас и Бренден. Два молодых, но особенно опасных парня. Первый ответит на любую вашу атаку, найдёт противодействие любой вашей силе, а также использует глину как оружие против вас. Второй поместит вас в силовое поле, из которого вам не выбраться, и скопирует вашу магию. И чем слабее становитесь там вы, тем сильнее становится он. Ещё никому не удавалось победить его. Он убил обоих родителей, когда те пытались поговорить с ним.

Это очаровашки Дэстени Крайм и Ариана Кассель. Две противоположности. Первая из бедной семьи, с нераскрытым талантом художника. Всё, что рисует Крайм, воплощается в реальность в натуральную величину. Но исчезает, сто́ит лишь уничтожить рисунок. Вторая девушка из богатейшей семьи Нового Орлеана. Мало того что она от природы красива, так и магией её не обидели. Её сила – гипнотическое очарование. Сто́ит ей взглянуть тебе в глаза, и ты жизнь отдашь ради неё. Эффект пропадает, сто́ит ей уйти с поля зрения.

И последние, Кейтлин и Скотт Грин. Брат и сестра. Девушка – искусный телепат, протеже Чарльза Ксавьера. Залезет к тебе в голову, и пиши пропало. Также она видит ближайшее будущее. Скажем, ваши действия секунд через тридцать. Мы видели её лишь несколько раз, и лично я пытаюсь забыть эти встречи. Скотт другое дело. Честно говоря, полезного в его силе мало. Если ему удаётся прикоснуться к вам, – и я имею в виду не секундное касание, а долгий физический контакт, а хватка у него железная, можете мне поверить, – парень вынудит вас вспомнить всё, что заставит страдать, вспомнить каждую секунду боли в вашей жизни. Некоторые просто сходили с ума под его натиском. Остальные дети не выходят в свет. Либо доверия к ним нет, либо их берегут для судного дня.

– Если бы они хотели убить вас, давно бы это сделали, – сказала Кэтрин. – Так что вы либо достойные противники, либо они не воспринимают вас всерьёз.

– Мы стараемся не вступать с ними в ближние бои. Но да, они знают, что мы – не угроза их планам. Мы не можем ничего доказать, не можем помешать им.

– Вы рассказали всё, – протянула Грейс. – Кроме одного. Кто стои́т за всем этим?

Но никто не спешил отвечать. Очевидный вопрос, которым, казалось, должен был задаться каждый, сейчас просто висел в воздухе.

– Она задала вопрос, – напомнил Грей.

– Мы не знаем, – ответил наконец Кристиан. – Мы ни разу его не видели. Более того, Майкл, Остин и Александр тоже. Он остаётся в тени. Нам известно, что они боятся его. Лоис говорила, что лишь его голос и вид сзади, иногда маска, мелькают в их воспоминаниях.

– Такого не бывает, – недоверчиво улыбнулась Кэтрин и обратилась к Лоис. – Давай вспоминать вместе. – Девочка, казалось, вздрогнула от того, что обращаются к ней. – Любые мелочи. Походка. Одежда. Акцент. Татуировки. Отдельные слова, всплывающие у них в сознании, когда они думали о нём.

– Ты думаешь, мы не расспрашивали её? – разозлилась Беатрис. – Тут, позволь напомнить, не любители собрались.

– Мы ни к чему не придём, если не доберёмся до того, кому на самом деле всё это нужно, – настаивала Кэтрин.

– Ты, наверное, думаешь, что все ходят такие разукрашенные, как ты? Или что какая-нибудь птичка на руке даст нам понятие о целом человеке?

– Не знаю, почему вы так возненавидели друг друга, но вам пора остановиться, – снова подал голос Кристиан. – Если Лоис что-то из вышеперечисленного вспомнит, уверен, она даст нам об этом знать. Также, Кэтрин, если тебе это чем-то поможет, то при упоминании о нём Остин неоднократно называла его «Мистер Демон». Так что, видимо, всё, что мы о нём знаем, а точнее, узнали только сейчас, это то, что он бессмертный.

– Вообще-то, есть кое-что, – неуверенно начала Лоис. – У него на шее. Я не уверена, но, кажется, там изображён лис. Весь в чёрном огне. И красный дым, он изредка мелькал рядом с людьми.

«Красный дым? Лис? Нет. Этого не может быть. Зачем бы он стал похищать детей? Это низко даже для Дэмиена. Дэмиен. Демон. О, нет. Эльйон, ты же шутишь».

Кэтрин больше не слушала разговоров остальных. Восклицания Картер, почему Лоис не рассказала об этом раньше. Просьбу Кристиана нарисовать татуировку. Предположения Логана о том, что она может значить и с каким маньяком они могут иметь дело. Грейс просто молча сидела, уставившись в одну точку, и размышляла.

«Я отказываюсь верить, что знаю того, кто за всем стои́т. И знаю хорошо. Слишком хорошо. Слишком хорошо, чтобы переходить ему дорогу. Это должно быть нелепым совпадением. Обязано быть. Но если это он… – Она перевела взгляд на свою татуировку на предплечье. – Он причастен к смерти Дерека. Нет. Он не знал, что творит Майкл. Он и сейчас, вероятно, не догадывается, что судьба сведёт его со мной. Девушкой, которую он пытался воспитать. Давним другом, который имеет на него влияние. Но я не хочу с тобой воевать. Никто в здравом уме не захочет… Остальным лучше пока не знать, что мне, возможно, знаком тот, кого они ищут столько лет».

– Ты его знаешь, – медленно и тихо произнесла Лоис, смотря на Кэтрин.

– Прости? – скорее машинально ответила Кэтрин, даже не взглянув на девушку.

– Знаешь этого человека, – она указала на рисунок лиса.

«Интересно. Грифон не олицетворяет чтение мыслей. Так откуда же ты узнала, что я знаю?»

– Кэтрин? – позвал её Алекс.

– Я знаю много людей, – безразлично ответила Грейс, всё так же смотря в никуда.

– Позволь кое-что прояснить, – почти хитро начала Беатрис. – Как думаешь, почему мы так много знаем о похитителях? В своих рассказах мы упоминали, что это благодаря Лоис. Так вот, чтобы ты и дальше не выглядела глупо, скрывая что-то от нас, я тебе расскажу о её магии.

– Внимательно тебя слушаю, – посмотрела на неё Кэтрин.

– Способность Лоис заключается в том, чтобы знать всё, о чём мы молчим. Все секреты. Самые сокровенные. Всё, что люди пытаются скрыть – ей известно.

– Как интересно, – протянула Кэтрин, смотря на Леона.

Кэтрин почувствовала, как рядом напрягся Алекс. И что снова воцарилась тишина.

– За свои секреты можете не волноваться, – поспешил успокоить их Кристиан. – Лоис не болтлива.

– Я знаю, что распускать язык может быть опасно для жизни, – подтвердила девушка.

– Конечно, знаешь, иначе вряд ли дожила бы до своих лет, – просто ответила Грейс и почувствовала на себе тяжёлый взгляд Беатрис. – Что?

– Прозвучало как угроза.

– И в мыслях не было. Лоис не виновата, что обладает таким даром. И я понимаю её стремление спасти брата, пусть никто не хочет говорить ей о том, что уже может быть поздно, – она посмотрела на Лоис. – Ты можешь копаться в моей голове, правда. Но тебе не понравится. И я не позволю использовать мои же знания против меня. Выставлять меня лгуньей и упрекать в сокрытии информации. Если я чего-то не договариваю, значит, так надо. Это понятно?

Кэтрин особо ни к кому не обращалась. Она смотрела Леону в глаза, надеясь, что он понимает, о чём она предупреждала. Теперь Лоис знает то, что никто не должен был узнать о способностях Кэтрин. А им по-прежнему ничего не известно о том, что могут эти люди.

– Я понимаю твоё недовольство, – подала голос Эрика Колд. – Неприятно, когда без твоего ведома изучают твои мысли. Но не будем забывать, зачем мы тут собрались. Всё, что может помочь в деле, должны знать все. У нас одна цель, так давайте поможем друг другу, а не будем мешать.

– Нет никакого недовольства. Просто я предпочитаю проверить мелькнувшее соображение, прежде чем дать ему шанс на существование, а вам – ложную надежду. Довольно полезная привычка, кстати, очень рекомендую.

– Мы не боимся случайных идей. Мы – команда, которая рассмотрит их с разных сторон и определит их важность. Тебе не сто́ит переживать за их достоверность. Вы здесь, чтобы заполнить пробелы.

– Ты психолог, – сменила тему Кэтрин, понимая, что вот ещё одна профессия, которую девушка старается избегать. – И что ты тут делаешь? Зачем ты здесь?

– Ты права, я психолог, – ответила Эрика. – Кристиан попросил меня о помощи. Мы стараемся достучаться до детей, когда появляется такая возможность. Я пытаюсь понять, как они воздействуют на их сознание, и возможно ли этот эффект обратить.

– И как успехи? – поинтересовался Леон.

– Мне не удалось выяснить, что они применяют к ним. Дети ведут себя совершенно нормально. Нет признаков побоев, нет ни малейшего сопротивления, нет и тени сомнения в том, что они поступают правильно.

– И как ты сможешь им помочь, когда поймёшь, в чём дело? – спросил Алекс.

– Что за допрос? – возмутилась Беатрис.

– Всё нормально, – ответила Эрика. – Они имеют право знать, что мы из себя представляем. Нам нужно рассказать о себе друг другу, чтобы появилась хоть капля доверия.

– Ты как хочешь, а я не собираюсь раскрывать все карты. Воспользуюсь своим правом личное оставить личным.

– Никто не говорит, что это односторонняя просьба, – пожал плечами Алекс. – Мы тоже докажем, что действительно можем помочь.

– Твоё личное слишком распространено, Беатрис, – подняла бровь Кэтрин. – Ты и Евгения ведьмы. Не первые в нашей жизни, так что, допустим, мы представляем, на что вы способны.

– Дай угадаю, ты это поняла по татуировке? – недовольно проворчала старшая Картер.

– Именно, – просто ответила Кэтрин.

– Будь по-вашему, – провозгласил Кристиан. – Эрика…

– Я пошла в психологи не просто так. У меня способность промывать людям мозги, в буквальном смысле. Я могу помочь человеку восстановиться после любой травмы и любого психологического воздействия. Человеческий мозг, он как кукольный дом, я могу расставить всё по местам, удалить ненужное и восстановить его деятельность, даже если человек безумен. Я здесь, потому что могу вытащить несчастных детей из того состояния, в котором они находятся. Нужно только добраться до них. Также я могу усыпить всё живое, регулировать их сны. Не представляете, что можно внушить человеку, когда он находится в определённой фазе сна.

– Звучит жутковато, – улыбнулась Николь. – Думаю, от клиентов у тебя отбоя нет.

– Я неплохо зарабатываю на этом. И люди благодарны за мою работу. Не хочешь следующей рассказать нам о себе?

– Что ж, – начала́ Николь, – своё призвание я нашла в моде. У меня свой магазин одежды, также занимаюсь визажем. Последние годы нам не приходилось особо использовать магию. Я останавливаю время. Так что, если ты действительно можешь вернуть детей домой, у тебя будет возможность попробовать. Также всё, что связано с землёй, подчиняется мне. Вы совсем запустили домашние растения, – Николь вернула к жизни несколько небольших деревьев в горшках.

– Неплохое начало, – кивнул Кристиан. – Я продолжу. Несколько лет я работал в полиции. Как только отдел ОБСС начал набирать людей, я понял, что могу быть полезен там. Почему-то я догадываюсь, что вы не одобряете таких людей, как я. Якобы предавших себе подобных. Но думаю, вы согласитесь, что не все имеют право находиться на свободе.

– Порой люди совершают ошибки не по своей воле, – ответила ему Грейс. – ОБСС закрывает глаза на мотивы и права, вы осуждаете избранных просто потому, что они другие.

– В твоих словах есть доля истины. Поэтому этот отдел не должен быть очеловечен. Там нужны избранные, чтобы суд был справедливым.

– Тебе приходилось убивать? – спросила его Грейс. – Кто-нибудь из вас отнимал чью-нибудь жизнь? – Она посмотрела на каждого, в том числе на юную Лоис.

– Ты решила похвастаться опытом? – иронически спросила Беатрис.

– Не знаю, как у вас обстояли дела раньше, но я вам поведаю, что вас ждёт. Нас всех ждёт, – Кэтрин не обратила внимания на то, что Алекс предупреждающе сжал её руку, и на неодобрительный взгляд Леона. Только Логан молча наблюдал за ней. Внимательно изучал новую знакомую, ему действительно было интересно, что она скажет. – Остин и Александр скоро узна́ют, что к вам прибавилось ещё как минимум шесть избранных, готовых на всё, ради того, чтобы вытащить Линн. Поверьте, довольно скоро мы узнаем, что они задумали. И когда они поймут, что все их планы под угрозой, играть они будут совсем по-другому.

– Они начнут убивать, – закончил за неё Грей.

– И я уверена, что у нас разные взгляды на проблему, и мы предпочитаем разные методы управления ситуацией, – продолжила Кэтрин. – Поэтому я хочу услышать, готовы ли вы к тому, что придётся мириться с тем, что я, например, не скорблю неделями по убитым и могу дать сдачи. Я хочу знать, будет ли это проблемой для тебя, Кристиан, как для представителя закона. Потому как я сделала слишком много непростительного, и как бы твои глаза ни горели желанием вершить справедливость, я не дам тебе бонуса в виде меня или кого-то, кто мне дорог. Не хочу, чтобы ты даже допустил мысль, чтобы посадить нас в тюрьму за то, что может случиться за время, что мы будем работать вместе.

– Ты единственная здесь говоришь о тех вещах, что остальным и в голову не приходят, – мужчина был слегка ошарашен.

– А в современном мире неплохо было бы, чтобы приходили.

– И мы хотели бы услышать ответ, – Николь снова поразилась тонкости мыслей подруги.

– Глядя на вас, я понял, что вы не из робкого десятка. Что у вас за плечами тёмное прошлое, которое напоминает о себе сейчас. Но мои глаза горят любопытством не потому, что я хочу упрятать вас за решётку. А потому что интересно, действительно ли вы такие великие, какими хотите казаться. Я даю тебе слово, Кэтрин, что тебе и твоим друзьям ничего не грозит. В данном деле цель полностью оправдывает средства.

– Думаю, теперь мы сможем спать спокойно, – с лёгким упрёком заметил Леон.

– Ты не зря носишь на шее валькирий, Кристиан, – подытожила Грейс. – Для тебя даже маленькая борьба за что-то подобна войне. И тебе важно выйти победителем, поэтому спасибо за ответ.

– Жду не дождусь, когда очередь дойдёт до тебя, Кэтрин, – улыбнулся Прайд. – Итак, моя сила заключена в костях. Поэтому, да, я убивал и могу убить человека, просто щёлкнув пальцами. Могу управлять всеми, кто наделён скелетом. Могу создавать кости и использовать их как оружие.

– Звучит круто, – поднял брови Рассел.

– Это ещё не всё, – улыбнулась Евгения.

– Я поглощаю магию. Могу вытянуть из вас всю сверхъестественную энергию. Не навсегда, конечно, – закончил Кристиан. – Силы восстанавливаются через какое-то время.

– Впечатляет, – Кэтрин вскинула бровь.

– Грей? – Кристиан предоставил слово следующему.

– Ладно, у меня всё не так интересно. Я пожарный спасатель. Нашёл своё призвание в помощи людям. Не могу не признать, что моя магия мне помогает. Я перемещаю предметы в пространстве и обладаю силой скорости.

– У нас есть свой Флэш, – улыбнулась Евгения.

– О способностях Лоис и Леона мы всё знаем, пойдём дальше, – сказал Кристиан. – Блейк.

– Ну, я ничего особенного не умею, – он будто был под кайфом. Улыбка, довольно заразительная, как заметила Николь, почти не сползала с его лица. Ощущение, что его не страшит ничего, что он рад оказаться в центре чего-то, что, казалось, он сам не понимал. – Я занимаюсь музыкой, отлично играю почти на всём. Подрабатываю на концертах, но в основном играю для себя. Я управляю эмоциями, – оповестил парень. – Могу внушить уверенность, волнение, радость и грусть. Могу забрать страх, душевную боль, сомнения. Однако сам ничего из этого не чувствую.

«О, теперь многое стало понятно. Даже не знаю, повезло тебе или нет», – подумала Николь.

– Вот в чём секрет твоего хорошего настроения, – усмехнулась она.

– Есть теория, что он просто не хочет это чувствовать и потому блокирует вышеперечисленные эмоции, – поделилась мыслью Эрика. – Ведь если можешь ограничить свои страдания, почему бы не сделать этого?

– Может, заберёшь у миссис Подозрительности немного желчи? – предложила Беатрис, смотря на Кэтрин.

– Он может попробовать, но я не советую, – абсолютно спокойно ответила Грейс, с улыбкой обращаясь к Блейку.

– Да расслабься, – ответил тот.

– Давай, дружище, ты следующий в этом кружке анонимных избранных, – ткнул Грей Рассела локтём.

– Я с дру́гом держу несколько автомастерских. Умею летать и… – Рассел посмотрел на руку и с ладони поднялся голубой лазерный луч, – вот это.

– Надеюсь, ты хорошо контролируешь свою магию, – проговорила Беатрис.

– Мы все здесь хорошо её контролируем, вам нечего бояться.

– Логан, – позвал его Кристиан.

– Я родом из Швеции. Много лет назад у меня была обычная жизнь среднестатистического человека. Но, после того как я потерял память, я потерял всё.

«Сука, – подумал Алекс. – Как такое могло произойти? Кэтрин сойдёт с ума, узнав, кто сидит перед ней. Эльйон, ты куда, мать твою, смотришь?»

Грей почувствовал, что с дру́гом что-то не так. Взглядом он спросил, в чём дело, но Алекс лишь обречённо покачал головой. Он не знал, что ему делать. Рассказать Кэтрин? Ему было даже представить страшно, какой будет её реакция. Хотя нет, он знал на сто процентов, что девушка отказалась бы вновь появляться в этом доме.

– Теперь моя работа, мой дом и смысл моего существования здесь, – продолжал Логан. – Лишь закрыв это дело, я смогу полноценно жить дальше. Моя сверхсила в том, что мои мысли, сто́ит мне захотеть, материализуются.

– Шутишь? – не поверил Грей.

– Ты такой захотел пиццу, а она раз и появилась? – округлив глаза, спросил Алекс.

– Тебе лишь бы пожрать, – засмеялась Николь.

Логан закрыл глаза и поднял руку перед собой. Через мгновение он держал в руках горячую пиццу.

– Угощайся, – улыбнулся парень.

– Офигеть, это настоящая пицца, Кэтрин, – восхищённо посмотрел Алекс на девушку. – Это просто потрясающе!

– Давай, скажи, что ты не поражена, – улыбнулся Леон.

– Этого не может быть, – пробормотала Грейс. Она смотрела на Логана и, казалось, забыла, как дышать.

«Эльйон, что ты наделал. Надеюсь, все эти годы ты с него глаз не спускал. Как такое вообще могло произойти? Как такое вообще пришло тебе в голову?!»

– Кэтрин, всё хорошо? – спросила Николь.

– Сколько, говоришь, тебе лет? – проигнорировав вопрос подруги, Грейс задала свой.

– Мне тридцать два, хоть внешне я не меняюсь. Последние годы так точно.

«Тридцать два. Что же произошло тридцать два года назад?»

– Почему ты спрашиваешь? – мягко задал вопрос Алекс.

«Неужели она догадалась? Неужели она поняла, что за человек сидит напротив неё?»

– Она спрашивает просто потому, что она Кэтрин. По-моему, задавать глупые вопросы – часть её натуры, – пожав плечами, ответила Беатрис.

– В силу того, что вы не знаете истории так, как знаю её я, вам не понять моего удивления, – ответила девушка. – Твоя сила, Логан, она уникальна. Она отличается своим происхождением от всей остальной магии. Сущность твоих возможностей выше, чем у любого из нас. Простому смертному с ней не справиться, и потому она в этаком списке исключений на распространение среди человечества. Этой магии просто не должно быть у тебя.

«Я перестаю понимать, что здесь происходит».

– В списке исключений? – переспросил Кристиан. – А такой существует?

– Это просто зависть, – ответила Беатрис. – Что бы не умела Кэтрин, она не сравнится с Логаном.

Кэтрин подавленно усмехнулась.

– С ним никто не сравнится.

– Нет во мне ничего особенного, – пожал плечами Логан.

– Ничего особенного, – пытаясь поверить в эти слова, повторила Грейс. – Знал бы ты хоть половину из того, что знаю я, был бы поражён удостоенной тебе честью.

– Кэтрин, меня пугают твои умозаключения, – слегка улыбнулся Сэндберг. – Тебя послушать, так я чуть ли не Бог.

«С этой магией ты и есть Бог, Логан Сэндберг».

Лоис раскрыла рот от удивления. Она переводила огромные глаза с Кэтрин на Логана и обратно.

– Ты чокнутая, – пробормотала девушка. – Даже если предположить, что это правда, ты просто не можешь этого знать. Этого никто не может знать.

– Я просто очень давно живу на свете, милая, – Кэтрин пыталась хоть как-то рассказать о себе девчушке, которая если ещё пару часов побудет с ней в одной комнате – добровольно ляжет в психушку. – И неплохо осведомлена о мире избранных.

– Итак, Алекс, Кэтрин, остались лишь вы, – подытожила Евгения.

Они переглянулись. Кинг смотрел в зелёные глаза и впервые видел только с виду невозмутимую растерянность. За столь короткое время в компании незнакомых и малоприятных ей людей Кэтрин осознала слишком много. И она не знает, что с этим делать.

Алексу хотелось быстрее закончить эти показательные выступления, что каждым словом давят на его жену.

– Я властен над камнем и взрывами, что научился преобразовывать в огонь. Могу превратить всё живое и не очень в твёрдую породу или, наоборот, в песок. Или в пепел, если настроение особенно хреновое. Демонстрировать не буду, не обессудьте.

– Я всё больше уверен, что мы сможем выстоять против, как сказала Кэтрин, невероятных противников, – поджал губы Кристиан.

– Просвети же нас, что делает тебя такой самоуверенной, – попросила Беатрис.

– Боюсь, тебя ждёт разочарование, – ответила ей Кэтрин. – Самоуверенной меня делает отнюдь не магия. Но раз уж мы говорим о сверхспособностях, то я управляю гравитацией и голубой молнией.

Грей не смог сдержать улыбку.

– Судя по реакции друзей, ты весьма хороша в бою, – заметил Кристиан.

– Надеюсь, никому из нас не придётся демонстрировать вышеперечисленное на практике, – Кэтрин подпёрла голову рукой, взглянув на Лоис. – Ну чего ты так на меня смотришь? – уже скорее вымотано, чем зло, спросила Грейс.

Девушка снова смотрела на Кэтрин круглыми глазами.

– Я просто рада, что ты на нашей стороне.

Леон прикусил губу, посматривая на подругу и встретившись глазами с Алексом.

– Знаете, – уже спокойнее продолжила Лоис, – обычно у людей разные секреты. Бывает, друзья молчат об одном, но, как правило, всё равно есть что-то важнее того, что они натворили вместе. Но вы… Я первый раз такое вижу. Может, то, что я скажу, вас ещё больше сплотит, а, может, и нет. – Девушка понаблюдала за любопытными глазами каждого. – Вы вшестером скрываете одно и то же. Беспокоитесь за одну и ту же вещь. Это практически аномально.

– Как мило, – Кэтрин осмотрела друзей. Она догадывалась, что именно они выбрали своей тайной. Но всё равно злилась на всё происходящее.

– Что ж, теперь, когда мы стали почти родственными душами, я хочу услышать, что такого знает Кэтрин о нашем, теперь уже общем враге, – Беатрис, казалось, приготовилась любыми средствами узнать этот факт.

– А я всё же предлагаю на сегодня закончить этот разговор. Ибо мой ответ спровоцирует лишь новые вопросы, а не даст вам ответа.

– Никаких больше вопросов, – заверила Эрика. – Даже если это окажется полным бредом сейчас и подтвердится пото́м, мы хотим знать.

– Ладно, – вздохнула Грейс. – Просто я знаю одного человека с татуировкой лиса на шее, которого вполне можно перепутать с демоном. И это не потому, что он джинн.

– Дай угадаю, снова твой бывший дружок? – спросил Рассел. – И почему я не удивлён?

– У тебя, похоже, и с друзьями отношения не особо хорошие, – заметила Беатрис.

Кэтрин криво улыбнулась.

– О, поверь, он злится на меня абсолютно по другому поводу. Но да, Рассел, Дэмиена вполне можно назвать моим бывшим дружком. И потому давайте помолимся всем Богам, чтобы это был не он.

– Если это окажется он, – начал Кристиан, – станет ли это проблемой для нас?

– Вы обещали, что больше не будет вопросов, – Кэтрин сделала паузу. – Но да, Кристиан, это будет проблема. Не потому, что мы знакомы. А потому что я не знаю никого, кто мог бы выстоять против него.

Алекс обнял голову руками. Он почему-то непроизвольно подумал о том, что все, кого знает Грейс, абсолютно неуправляемы и иметь с ними дело равносильно тому, чтобы отдать свой разум на растерзание тиграм, и он не хочет связываться с такими людьми.

«Так что да, я бы помолился Эльйону по этому поводу, если бы не был так уверен, что ему всё равно».

– Прямо-таки никого? – нахмурился Грей.

– Как я уже сказала, этот разговор окончен.

Кэтрин поднялась с дивана и направилась к выходу. Очень кстати у неё зазвонил телефон.

– После такого определённо нужно покурить, – Алекс последовал за ней.

– Согласен, – Леон поцеловал Николь в висок и также поднялся с дивана.

Уже близился вечер, шёл дождь. Кэтрин открыла дверь и сразу ощутила холодный ветер. Они вышли под крышу, и девушка ответила на звонок. Кирон решил поинтересоваться, всё ли в порядке.

– Ну, что думаешь? – спросил Леон Алекса.

– Думаю, нам лучше обсудить это дома. Но этот вопрос тебе определённо сто́ит адресовать вон той даме, – Алекс с улыбкой указал на стоя́щую неподалёку Грейс. – Она выскажет нам всё, что думает, и, поверь, мы будем не рады её речам.

– Она что-то знает, и это главное, – Леон докуривал сигарету. – Глядишь, мы тут ненадолго.

Кэтрин ощутила незнакомые запахи и замерла на полуслове, внимательно всматриваясь перед собой. Пять нечётких от дождя фигур смотрели на дом. Смотрели на них.

– Кэтрин, всё в порядке? – спросил Кирон. – Ты чего замолчала?

– Да вы издеваетесь, – пробормотала она и сбросила звонок.

– Это ведь те дети, о которых нам рассказали? – Алекс, прищурившись, всматривался в силуэты.

Кэтрин видела нарастающую песчаную бурю вокруг дома и создала едва заметный барьер.

– Похоже, перекур у нас будет долгим, – недовольно пробормотал Алекс. Он постучал в дверь. – У нас гости!

Беатрис посмотрела в окно.

– Не может быть, – прошептала Картер. – Как они нас нашли?! – слышал Алекс разъярённый голос за дверью.

Кристиан рывком распахнул дверь, вмиг оказавшись на улице.

«Только ваши новые друзья, – услышали все в голове женский голос. Это был призыв Логану, Кристиану и сёстрам Картер оставаться на местах. Пятая фигура вышла чуть вперёд. – Меня зовут Кейтлин Грин. Не знаю, что вам рассказали обо мне и моих друзьях, но всегда лучше услышать мнение второй стороны тоже. Да, я одна из сотни похищенных детей. Да, вам кажется, что люди, сделавшие это, не достойны ходить по земле, не то что находиться на свободе. Да, вы впечатлены масштабами преступления, и, на первый взгляд, ваша цель благородна. Но позвольте сэкономить ваше время. Посоветовать не убиваться над этим расследованием как люди, засевшие в этом доме. Я обращаюсь ко всем вновь прибывшим, ибо со старыми нашими знакомыми нет смысла общаться. Справедливости ради, мы не раз пытались. – Грин помолчала. – Нас не нужно спасать. Мы находимся дома. Мы занимаемся тем, что нам нравится, нас не принуждают к тому, чего мы делать не хотим. Не нужно геройствовать там, где ваш героизм не нужен. – Дождь слегка поутих, превратившись в мелкую морось. – Алекс Кинг, нам искренне жаль вашего друга, но вы ему уже ничем не можете помочь. Кроме как уберечь себя от его участи. Могу обещать тебе, что Мистер Демон позаботится о Майкле, и тот пожалеет, что решил развлечься подобным образом…»

– Уберечь себя от его участи? – переспросила Кэтрин, не в силах больше выносить этот монолог. Злость горячей лавой поднималась всё выше к горлу, транслируя её голос на метры вперёд. – Ты слишком юна и, видимо, не особо умна, раз так неумело угрожаешь людям, которых видишь впервые. – Кэтрин вышла под дождь и медленно направилась в сторону гостей. – Ты пришла сюда высказать своё мнение, но, ты думаешь, оно кому-то интересно? – Когда Грейс подошла к Кейтлин, та хотела сделать шаг назад, но и она, и её друзья поняли, что прикованы к земле. – Или ты думаешь, что сладкий голос соплячки, невинные рассказы о доме и дурацкие обещания помогут вам? – Она пошла в обратную сторону и обернулась. – Вы здесь, потому что испугались того, что теперь станет с вашими планами. Вы здесь, чтобы понять, с кем вам предстоит иметь дело. И поверь, как только вы вернётесь с докладом, и ваш Мистер Демон поймёт, кого на самом деле два ваших приятеля так разозлили, вы будете удивлены дальнейшему развитию событий. – Кэтрин ходила кругами вокруг детей и снова остановилась неподалёку. – Моё имя Кэтрин Блейк. Мистеру Демону будет интересно его услышать. Ваша попытка мирного разговора, мисс Грин, пошла крахом. Так что приступайте к плану Б или не тратьте больше моего времени.

На Кэтрин смотрела темнокожая девушка. Каштановые волнистые волосы, большие накрашенные карие глаза. Одета она была в чёрные джинсы, белую футболку и чёрную кожаную куртку.