# Власть Печатей

Ада Николаева

Я поверила не тому. Моя доверчивость обернулась катастрофой для Верхнего мира. Больше я никому не открою своё израненное предательством сердце, стану жёстче и сильнее. Только бы поскорее вернуться в Академию и со всем разобраться. Если, конечно, получится, ведь по какой-то причине телепортационное зелье не сработало… Третья книга цикла.

## Пролог


Это был пасмурный день. Солнце скрылось за облаками, в воздухе уже пахло дождём, но тучи ещё не успели обронить свои слёзы. Никто в тот день не плакал, даже Гвиннет, любившая мать больше всех. Принцессе только исполнилось восемнадцать, когда она была вынуждена хоронить королеву, сохраняя при этом видимую невозмутимость. При дворе короля Тарнута каждый играл свою роль, даже он сам. Эмоции недопустимы, они ослабляют нас в глазах врагов, твердил он дочери на протяжении всей её жизни. Никто не должен знать, что потеря жены и матери ударила по династии Рамадон.

Королеву Минаю похоронили по всем традициям Нижнего мира: ещё не остывшее тело вынесли во двор и сожгли вместе с постелью. Трогать умершего – дурной знак, даже среди знатных особ. Покойника выносят вместе с мебелью, на которой он испустил дух. Если человек скончался на полу, то следовало вырезать вместе с ним доски. Если не выходило – сжечь вместе с домом. Печати при этом использовать запрещалось: духовные частицы должны отойти от тела чистыми, не тронутыми чужой магией, чтобы стать частью природы и однажды переродиться во что-то иное.

Ветер должен был по миру разнести пепел, наполненный духовными частицами, оставшимися после сожжения. Но погода в этот день ополчилась на королевский двор, не послав ни единого дуновения и взамен угрожая дождём, способным потушить погребальный костёр.

Слугам вручную пришлой разгонять ветра – ещё один дурной знак, сулящий семье покойницы неприятности, а когда дело касается королевского рода – то и всей державе.


* * *


– Ты принц, а не конюх! Как ты посмел опозорить мой род незаконнорожденным ребёнком от служанки?! – распалялся король Вескон.

– При дворе полно бастардов, – принц Рейдон вёл себя сдержаннее отца, но ничуть не уступал тому в упрямстве.

– Мне плевать на отродья остальных! Скоро пойдут слухи…

– И пускай.

– Я глубоко разочарован в тебе, сын, – Вескон начал успокаиваться. Кричать, когда твой оппонент спокоен, недостойно короля. – Я ведь учил тебя, как важно наследие, сильный род. Могучий, великий и чистый!

Принц не сдержался и прыснул, чем вызвал на лице отца звериный оскал. Причину такой реакции знали оба.

– Вон! – прорычал король. – Прочь!

Рейдон ушёл, а чуть успокоившись, и король вышел на свет к обитателям замка. Ничто в его виде не выдавало недавнюю ссору с сыном. Он всегда умел держать лицо и сдержано улыбаться даже когда внутри бушевала ярость. Вескон III уже и не помнил, когда в последний раз разговор с принцем не заканчивался криками и угрозами. Он не находил общего языка с сыном с его одиннадцатых именин. Именно в том возрасте у мальчика появилось собственное мнение, сильно отличавшееся от отцовского.

Правитель часто спрашивал себя: как от такой бесхребетной женщины, как королева Рамэль, мог родиться столь несносный ребёнок? Вескон не хотел ни этого брака, ни этого наследника, но, в отличие от принца, королева хотя бы была покорна и хороша собой. Не то чтобы красавицей, но миловидной и ещё достаточно молодой. Если бы не советники, он предпочёл бы кого-нибудь другого, но этот брак много лет назад укрепил его позиции. Род Астер давно занял трон Верхнего мира, но глупые ошибки и браки по любви в его роду ослабили власть короны и разорили казну. Король выбрал иной путь, заключив выгодный союз, и ни за что не позволит своему сумасбродному отпрыску поддаться семейному пороку и выбирать сердцем, а не разумом.

Пройдя мимо толпы лизоблюдов, – навязанных супругой родственничков, получивших при дворе почётные должности, болтливых придворных дам и стражи, каждого из которых он подозревал в шпионаже для Нижнего мира, – Вескон наконец очутился в своих покоях, где больше не был обязан носить маску. Его глупая и безропотная жена Рамэль, как всегда, дожидалась в спальне. Сколько раз он говорил ей не соваться сюда, находиться у себя. Когда она понадобится, он сам её позовёт. Возможно, она не так и глупа, раз понимает: поступи, как велит муж, и он никогда не вызовет её к себе. Да и зачем? Наследника она ему уже подарила, как и армию, и богатства своего отца, лорда богатейшей из провинций Верхнего мира. А большего королю от надоедливой супруги и не требовалось.

– Что ты здесь делаешь, Рамэль? – вздохнув, королю вновь пришлось натянуть на лицо маску, на сей раз скрывавшую неприязнь к жене. С какой радостью он и сам сейчас провёл бы ночь с молоденькой служанкой, разве что, в отличие от сына, не был так беспечен и не заделал бы той ребёнка.

– Я соскучилась, – пропела молодая женщина. – Вы так редко меня навещаете!..

– У меня много дел.

Король прошёлся вдоль помещения. Слуги уже зажгли повсюду свечи. В эту пору года рано начинает смеркаться, а в последние дни за окном особенно пасмурно. Вескон опустился на софу, решая, прогнать ли ему жену. Однако её необременённое интеллектом лицо, выражавшее радость и беззаботность, каким-то образом расслабляло его, поэтому он сказал:

– Присядь рядом.

Женщина без промедлений повиновалась.

– Потаскуха Рейдона родила сына. Они скрывали от меня беременность, но всё открылось. – Королева промолчала, и Вескон продолжил: – Мне следовало выпороть её, а Рейдона лишить наследства. Ему наплевать на чистоту крови нашего рода!

– Рейдон ещё молод, – вступилась за сына Рамэль.

– Я тоже был молод, но выбрал тебя! – возразил король. Его откровение стёрло с лица супруги былую радость от встречи.

Вескон никогда не скрывал, что не любит жену, а как ей к этому относиться его не заботило.

– Возможно, Рейдон любит эту девушку… как я люблю вас, – словно не замечая слов мужа, заговорила королева. Вескон не всегда знал, когда она не понимает, а когда только делает вид.

– Что за вздор! – Он вскочил с софы, отстраняясь от Рамэль, чтобы ненароком не пришибить эту глупую женщину. Ему всё ещё нужна поддержка её отца, лорда Якса. – Я не позволю им быть вместе!

– Настоящая любовь найдёт путь для воссоединения, – осмелилась заявить королева. – Вам стоит быть снисходительнее к сыну.

Короля не удивили её слова. Чувствительная дура никогда не понимала, как устроен этот мир. Ей невдомёк, что великие династии строятся не на любви, а на выгодных союзах.

Какой же союз может дать связь со служанкой? Или с целительницей, на которой женился его отец? Вескон всю жизнь стыдился происхождения своей матери, и единственное, что считал в ней полезного – это умение создавать яды и противоядия, которому она обучила сына, прежде чем скоропостижно скончаться от неизвестной хвори. С тех пор будущему королю стало проще дышать: весь двор позабыл о его матери и что она вообще когда-то существовала, а спустя пару лет не стало и его отца. Вескон III правил совсем не так, как его предшественник: искоренил из замка пирушки и бесполезных приживал, окружив себя новыми лизоблюдами, но хотя бы полезными.

– Убирайся, – приказал он жене. – Ты мне наскучила.

– Дорогой супруг…

– Я хочу побыть один.

Не став дальше спорить, королева Рамэль удалилась.


* * *


Подданные волновались за короля. Тарнут не выходил из своих покоев со дня похорон жены. По замку уже расползлись слухи, будто бы правитель Нижнего мира не отлипает от кубка с вином. Мальчишка-слуга только и успевает, что наполнять новые кувшины, раз за разом спускаясь в погреб. Принцессе Гвиннет было не под силу исправить ситуацию и пресечь перешёптывания, ей плохо давались иные роли, кроме скорбящей дочери. Как бы она ни натягивала на лицо улыбку, сквозь неё всегда проступала боль.

Их семью словно прокляли, а ведь всё так хорошо начиналось!.. Тарнут Рамадон женился по любви, что редко позволено королям. Миная привнесла в его жизнь как счастье, так и могущество своего рода. Но он чересчур открыто радовался своему везению, всем своим видом показывая двору, насколько благосклонна к нему оказалась судьба.

Уже через год его правление накрыла череда несчастий. Сначала его первенец захворал и умер во младенчестве, затем королева долгое время не могла забеременеть, а после ещё и правитель Верхнего мира начал наращивать силы, подталкивая миры к войне. Когда же заболела супруга, Тарнут окончательно уверовал в проклятье, запретив всему семейству прилюдно проявлять эмоции, однако это не уберегло его от потери жены. Вот уже несколько дней он не покидает свои покои: слишком трудно изображать невозмутимость, к которой привыкли его подданные, когда тебя захлестнуло горе.

– Отец… – Гвиннет прошмыгнула к королю, сидевшему в полной темноте. – Ты снова пьян…

– Говори громче, а то так твой голос слишком сильно похож на её.

– Придворные уже начали шептаться, будто бы ты подхватил ту же болезнь, что была у матушки, – принцесса заговорила громче и как можно менее похоже на мать. Тарнут не ответил. – Отец?..

Тогда девушка тихонько приблизилась к королю. Как оказалось, он уснул прямо в кресле. Тяжело вздохнув, Гвиннет забрала из рук отца пустой кубок, накрыла его колени меховым пледом и ушла.


* * *


– Этому не бывать! – отмахнулся Вескон. На этот раз король не кричал, но голос его звучал более, чем раздражённо. – Признать ребёнка от этой… этой…

– Она служанка, отец, – напомнил принц Рейдон. – Я не наивный глупец и не собираюсь брать Алиссию в жёны, но это мой сын. Неважно, кто его мать, в нём течёт моя и ваша кровь. Кровь рода Астер.

– В нашем роду и без того много грязной крови! – нехотя Вескон вспомнил собственную мать, которую старался забыть все эти годы. – Повторению истории не бывать, так и знай!

– Это не вам решать, отец, – холодно и бескомпромиссно заявил Рейдон. – Я признáю сына, и вы ничего не сможете с этим сделать.

– Что ж… Я догадывался, что ты не прислушаешься ко мне, а потому ещё вчера отослал из замка твоё отродье вместе с матерью.

– Где вы их спрятали?! – маска невозмутимости на лице Рейдона дала трещину, чем вызвала на губах правителя Верхнего мира самодовольную ухмылку.

– В такой глуши, где ты их никогда не найдёшь.

Желваки на скулах принца заходили ходуном, кожу побило багряными пятнами, а пальцы стиснулись в кулаки с такой силой, что побелели костяшки.

– Я их разыщу, вот увидите. И верну ко дворцу обоих! – Рейдон выдвинул ультиматум и собирался уйти, оставив последнее слово за собой.

Королю не пришлось по душе столь дерзкое поведение наследника, он бросил тому в спину собственный ультиматум:

– Если ты сейчас уйдёшь ради поисков своей безродной потаскухи вместо того, чтобы поразмыслить вместе со мной, как воспользоваться слабостью Тарнута после похорон жены – ты мне больше не сын! Я лишу тебя наследства. И трона. Вот увидишь!

На мгновение принц остановился, обдумывая слова отца. Однако вместо повиновения только быстрее зашагал к выходу.


* * *


Каждый раз во время прогулок в садах Нижнего мира принцесса Гвиннет вспоминала рассказы своих фрейлин о Верхнем мире: «И цветы там другие, и воздух пахнет иначе, и магия отличается от нашей…». Она часто представляла себе другой мир, но сама там никогда не бывала. Хотела бы однажды его увидеть, но отец всегда запрещал. Говорил, что принцессе рода Рамадон негоже покидать родной дом, да и это слишком опасно – из прихоти блуждать на территории потенциального врага. Верхний и Нижний миры давно не воевали по-настоящему, но как будто всегда к этому готовились. Уже никто не помнил, как и когда зародилась эта вражда, – может, с самого сотворения миров.

Принцесса замерла за пышным кустом с алыми розами, услышав, как кто-то перешёптывается. Она не знала этих женщин, они прибыли на похороны её матери. Сначала Гвиннет решила, что речь снова пойдёт о затворничестве её отца, но сплетня оказалась иной:

– Принц Рейдон заделал бастарда от служанки! – сказала одна дама другой. – Говорят, он собирается на ней жениться… или уже женился. Могли и сыграть свадьбу. Новости из Верхнего мира доходят медленно.

– Род Астер любители путаться с чернью, – хмыкнула вторая. – Хотя я слышала, что ребёнок вовсе не от него. Якобы принц Рейдон покрывает отца.

– Так это ребёнок Вескона III?!

– Почему бы и нет?.. Он сам почти бастард от простолюдинки без Печати. Дурная кровь прорывается – вот и потянуло к себе подобным!

– Гнилой род! Как же повезло, что наш король чистой крови!

Гвиннет тяжело вздохнула, зашагав дальше по саду. Она с радостью послушала бы о красоте садов Верхнего мира, но никак не сплетни о его правителях. Здесь их презирали, хотя почти не знали, а потому в словах этих дам вряд ли имелась даже толика правды о роде Астер. Саму принцессу мало интересовала политика и межмировая вражда. Все свои восемнадцать лет она мечтала, что мать подарит ей брата, на чьи плечи со временем и свалится груз ответственности. Себя она королевой никогда не видела.


* * *


– Ваше Величество, слухи о незаконнорожденном ребёнке принца расползлись по замку, – советник сообщил и без того известный факт, но целью его оказалась отнюдь не вчерашняя новость: – Полагаю, пришло время подыскать принцу Рейдону подходящую партию, пока он занят недостойными поисками любовницы и бастарда. Брак с благородной девушкой отвлечёт подданных от его… проступка.

Король призадумался, а после сказал:

– Рейдон их не найдёт. Я хорошо спрятал его отродье и запугал мать. Но ты прав: подходящая партия действительно нужна, только не для принца, а для меня. – Советник обомлел, не решившись возразить или о чём-то спросить короля. Тогда Вескон выложил всё сам: – Рейдон больше не мой наследник. Скоро я объявлю всему двору, что лишаю его прав на престол.

– Ваше Величество… при всём уважении… у вас нет других детей с королевой Рамэль, – осторожно проговорил рыжебородый.

– Именно. Нет с королевой Рамэль, но будут от другой королевы. Я вновь женюсь, и не на ком-то, а на принцессе Гвиннет Рамадон.

– Наследнице трона Нижнего мира?!..

– А ты знаешь другую принцессу Гвиннет?

– Ваше Величество, как же королева Рамэль? Лорд Якс не простит вам развод с его дочерью. Нельзя терять его поддержку!

– Что есть один лорд против целого мира?.. – высокомерным тоном протянул Вескон. – Как только принцессу доставят ко мне, я объявлю о лишении Рейдона прав на престол. А пока помалкивай.

– Разумно, Ваше Величество. Лучше перестраховаться. Но… – советник запнулся, решая, стоит ли перечить королю. – Тарнут ни за что не согласится на этот брак.

– Никто его и спрашивать не станет! Тарнут сейчас слаб, разбит горем и, как докладывают наши лазутчики, не просыхает. Он опомниться не успеет, как всё уже случится. Мои шпионы наводнили дворец Нижнего мира ещё с похорон королевы Минаи, прибыв под видом скорбящих подданных. Скоро мой приказ достигнет их ушей и будет исполнен.

– Какой приказ?..

– Я же уже сказал: доставить принцессу Гвиннет сюда. – Вескон с шумом втянул в себя воздух. – Скоро моя мечта осуществится. Великая династия, какой ещё не видывал ни Верхний, ни Нижний мир. Астер станет первой династией, покорившей оба мира!


* * *


Гвиннет проснулась от резкого дискомфорта: чья-то ледяная ладонь зажала ей губы, не давая закричать. В темноте она не видела лица того, кто вторгся в её покои, но когда на свободной руке ночного гостя зажглась голубая Печать, она признала в нём недруга из Верхнего мира. Принцесса принялась брыкаться, попыталась зажечь собственную Печать, но очень скоро чары похитителя усыпили её.

Очнулась Гвиннет уже в незнакомом месте со стальным ошейником на шее и в окружении неизвестных ей людей. Все они были знатно одеты, под стать обстановке вокруг.

– Перед вами Вескон III Галеот Астер, правитель Верхнего мира! – объявил рыжебородый мужчина. Принцесса перевела взор на короля и, не успев его толком рассмотреть, вновь потеряла сознание.


* * *


– Я не дам своё согласие на развод! – заявила королева Рамэль. – Вы и так уже лишили нашего сына трона!

– Поэтому мне и нужен развод, – цинично процедил Вескон, – чтобы сделать нового сына.

У королевы больше не находилось слов. Лишь блестящие от слёз глаза отражали безмолвное отчаяние и боль предательства. Одно – знать, что муж тебя не любит. И совсем другое – вот так оказаться выброшенной вместе с сыном.

– Так ты согласна? – бесстрастно переспросил король.

– Нет! – на эмоциях выпалила Рамэль, наотрез отказываясь верить в происходящее. – Никогда!

– Жаль. Я надеялся решить всё по-хорошему. – Вескон помолчал секунду, а затем объявил: – Смерть нас разведёт! Схватить королеву Рамэль. Она обвиняется… Советник Гаро, придумайте, в чём она там обвиняется. – Он снова перевёл взгляд на жену: – Не переживай, дорогая, ты умрешь достойно, без чужой магии в теле.

– Достойно?.. – обомлела королева, всё ещё до конца не осознавая происходящее.

– Твой прах отдадут земле, а сверху посадят роскошное розовое дерево, как полагается, – как ни в чём не бывало продолжал Вескон. – Найти принца Рейдона и привести ко мне! Он должен узнать о своей матери от меня.


* * *


Опальный принц Рейдон уехал из замка сразу после казни матери, которой не смог помешать. Он не хотел оставаться ни на похороны королевы Рамэль, ни на свадьбу ненавистного отца и его молодой невесты, ни задерживаться в этом прóклятом замке даже на лишнюю секунду. Благо его не стали удерживать силой. Он не желал никого видеть, а навредить королевской чете больше не имел возможности. Король Вескон лишил принца прав на престол, как и отрезал от всего остального. Рейдон мог бы попытаться самолично убить отца, но слишком сильно любил жизнь, чтобы так рисковать. А потому спешно сбежал во владения лорда Якса – своего деда по материнской линии, так же ополчившегося против короны.


* * *


– Вескон отказался вернуть принцессу Гвиннет, – сообщил коренастый человек.

– На это я и не надеялся, – протянул Тарнут. Его золотые волосы стали практически пепельными и заметно поредели. В кротчайший срок он лишился жены и дочери. Потери сильно подкосили некогда могучего правителя. – Что слышно по нашим магам?

– Сожалею, Ваше Королевское Высочество, они все были перехвачены.

– Значит, надежды нет… – король склонил голову, растеряв остатки былого величия.

– Это ещё не всё…

– Что ещё? Не томи. – После гибели жены Тарнут был готов услышать что угодно, даже о смерти дочери. Он практически приготовился к этому.

– Вескон против воли взял принцессу Гвиннет в жёны. Свадьба состоялась три дня назад. Мы только сейчас узнали.

– Уйди, – пресёк гонца король. – Оставь меня.

Поклонившись, мужчина ушёл, оставив правителя Нижнего мира наедине с безрадостными думами. Тарнуту была противна сама мысль о женитьбе Вескона с его ненаглядной Гвиннет, но ещё больнее становилось от осознания, что дочь уже не вернётся домой. Даже если он развяжет войну, она теперь Гвиннет Астер – супруга врага. В Нижнем мире строгие порядки, особенно те, что касаются связи с Верхним миром. Вместе с Весконом он должен или покончить и с дочерью, или же склониться перед обоими.

Советники станут склонять его к войне, дабы показать обоим мирам гнев и могущество короны, но разве кровопролитие лучше шаткого мира? Разве смерть Гвиннет лучше замужества с Весконом? Его возлюбленная жена Миная была бы против войны, какими бы ни оказались причины. «Если есть способ избежать кровопролития – им следует воспользоваться», – так бы она и сказала мужу, будь сейчас жива. Память о жене – всё, что осталось у Тарнута, и он не запятнает её войной.


* * *


Гвиннет Кларис Астер-Рамадон – так теперь её звали. Только избавившись от прошлой жены, Вескон без промедлений заключил новый брак. Разумеется, против воли невесты. Многое с тех пор произошло против её воли, но что хуже всего – она забеременела в первую брачную ночь.

Изо дня в день прохаживаясь по окрестностям замка в сопровождении стражи, новая королева всё сильнее ненавидела это место. Его сады. Его запах. Когда-то она мечтала увидеть Верхний мир, но теперь сожгла бы его дотла, будь на то её воля. И неважно, чем это обернулось бы в итоге для неё самой. Однако Вескон хорошо знал темперамент уроженцев Нижнего мира, потому так и не снял с супруги ошейник, блокировавший Печать.

До Гвиннет доходили слухи, что отец отправлял людей с заданием вернуть её домой, но все они были пойманы. Вескон держал ухо востро, а глаза на затылке. Когда же стало известно о её беременности, попытки вызволить принцессу прекратились. Отец поставил на ней крест, а муж пугал своей импульсивной жестокостью. У неё перед глазами всё ещё стояла казнь прошлой королевы Рамэль, а всё, что он твердил нынешней жене, сводилось к честолюбивым мечтам о наследнике двух миров.

«Мой сын завладеет обоими мирами! – твердил Вескон, оставаясь наедине с Гвиннет. – Могущественнее рода ещё не было в истории! Астеры объединят в себе мощь обеих Печатей!».

Королева молчала и терпела мужа. Его общество, его слова. А в душе страшно переживала, куда могут завести стремления этого безумца, посягнувшего на чужой мир. Её мир. Ещё недавно она хоронила мать, а теперь волновалась за отца, оставшегося совсем одного. Как он там?.. Скучает? Сама она сильно тосковала по дому. Как она была глупа, мечтая побывать в этом месте! Теперь же боялась, чтобы оно не стало последним, что она увидит…


* * *


Вескон ждал дня, когда на свет появится наследник двух миров из рода Астер. И вот он наконец настал. Короля переполняли смешанные чувства волнения и предвкушения, но сильнее всего ощущалась гордость не из-за рождения сына, но от собственной находчивости.

– Я бы хотела назвать его Тарнутом в честь моего отца, – предложила королева Гвиннет, держа на руках новорождённого сына.

– Ещё чего! – не зло, но надменно хмыкнул Вескон. – Его будут звать Зорахом, как первого правителя в роду Астер.

Король бегло посмотрел на ребёнка, после чего выскочил за дверь, раздать указания ожидавшим его снаружи подданным:

– Объявите о рождении наследника престолов двух миров Зораха! И донесите как можно быстрее весть до его деда Тарнута Рамадона. Передайте: Его Величество Вескон III желает примириться. Скоро Верхний и Нижний миры станут едины, ведь мой сын – единственный наследник на оба трона. Тарнут стар и слаб, у него нет других наследников, он примет мои условия.

Советники опасливо переглянулись между собой, но спорить не стали. Поклонились и собирались молча удалиться с поручением, когда король окликнул их:

– Что слышно о Рейдоне?

– Принца давно не видели, Ваше Величество, – сообщил рыжебородый Гаро.

– Ступайте, – велел Вескон.

Ещё раз поклонившись, мужчины ушли.


* * *


– При всём уважении: Вескон унизил вас! Неужели вы примете его предложение?!

– Я не развязал войну, но это не значит, что теперь назову его сына моим наследником, даже если это мой внук.

Королю Тарнуту тяжело дались эти слова. Он так и не оправился после похищения дочери, а известие о рождении внука и предложение Вескона объединить миры только расковыряло покрывшуюся коркой рану. Возможно, старик даже задумался бы над его предложением, но понимал: народ Нижнего мира не потерпит наследника на престол, рождённого под принуждением от украденной принцессы. Оставить всё как есть – единственный способ сохранить жизнь Гвиннет и не начать гражданскую войну в родных землях. Покой подданных всегда казался Тарнуту важнее собственной гордости.

Порой проявить слабость сложнее всего. Для этого нужна настоящая храбрость.

– Неужели мы никак на это не ответим?! – возмутился другой человек за столом. – Вы отказались от войны, когда Вескон, будь он проклят, похитил принцессу Гвиннет. Может, пора начать действовать? Он держит нас за дураков!

Другие лорды поддержали высказавшегося кивками и протяжными возгласами.

– Войны не будет! – отрезал Тарнут. – Я поступлю иначе. – Король встал из-за стола, следом поднялись все остальные, и объявил: – Я отказываюсь от своей дочери и её новорождённого сына. Гвиннет Кларис Рамадон больше не моя наследница и отныне не имеет права претендовать на трон Нижнего мира.

– У вас нет других наследников! – напомнил один из лордов.

– Вы должны снова жениться! – подсказал другой.

Король слушал их слова, медленно опускаясь обратно за стол. Все они выкрикивали то, что он и так уже знал. Прокручивал в голове сотню раз. Пока его наследниками являются жена и ребёнок Вескона – держава будет расколота. Войны он не желал, а перемирия не хотели его подданые. Отказаться от дочери и внука – единственный способ сохранить всё, как есть. Советники уже начали склонять Тарнута к новой женитьбе – это он тоже предвидел. Однако ему претила сама мысль о предательстве королевы Минаи. Все эти месяцы он искал выход, и теперь, отпив из кубка крепкого вина, был готов объявить своё решение.

– Вот мой новый наследник, – внезапно король указал на молодого слугу подле себя с кувшином в руках. Все разом замолчали. – Каин Ван дер Хеллгравт – представитель старинного чистокровного рода. Истинный красноглазый уроженец Нижнего мира.

Тарнут устал и хотел на покой. Именно в короне он видел проклятье и горести, свалившиеся на его семью. Так пусть теперь правят другие. Он мог бы назвать кого-то из лордов, но не стал. Он долго размышлял, кто бы мог стать его преемником, и ни один из них не подходил своей воинственностью и жаждой развязать войну с Верхним миром, что несло угрозу его дочери и внуку. Каин, в свою очередь, представлялся ему идеальным кандидатом. Король доверял пареньку, а тот, находясь всё время рядом, перенял взгляды правителя и мог пронести мир дальше.

– Этот мальчишка – потомок обедневших графов! От них теперь только имя и осталось! – возмутился лорд с другого конца стола.

– Ван дер Хеллгравты утратили всё! Все земли и титулы!

– Значит, сегодня счастливый день для их рода, – вымолвил король. – Мой у меня отняли.

– Вы всё ещё можете жениться!

Тарнут и в мыслях не мог представить себе другую женщину рядом. Его передёрнуло дрожью. Он стар, подавлен и устал, но всё ещё предан своей ненаглядной Минае.

– Решение окончательное, – объявил он, поднимаясь из-за стола. Пусть лорды продолжают кричать и спорить, но уже без него. Король своё слово сказал.

Как только Тарнут покинул зал, присутствующие заговорили о нём:

– Его Королевское Высочество пьян. Он ещё передумает.

– А пока подыщем Его Величеству подходящую невесту!


* * *


– Старый болван! – кричал Вескон, узнав об отказе Тарнута и назначении новым наследником трона Нижнего мира мальчишки-слуги. – Недальновидный идиот!

Поломав в гневе дорогую резную мебель и искусно расписанную декоративную утварь, король бросился прочь из кабинета прямиком в покои супруги. Он не знал точно, что хочет сказать или сделать, Вескона вела ярость на весь род Рамадон, разрушивший его грандиозные планы.

Ещё в пути он понял, чего именно хочет от Гвиннет. Пусть эта девка напишет Тарнуту слезливое письмо, в котором умолит отца принять условия Верхнего мира. Перемирие не только приведёт к объединению миров, праву потомка рода Астер на оба трона, но и предоставит сентиментальному старику возможность повидаться с дочерью и внуком. Уже на пороге покоев королевы Вескон осознал, что ещё не всё потеряно. Он сможет добиться своего, если изменит тактику. Он не с того начал, показав гордецам из Нижнего мира своё превосходство после того, как похитил их принцессу. Они проглотили оскорбление и не дали отпора. Довольно с них унижений, пришло время продемонстрировать этим слабакам равенство миров. Разумеется, временное.

С такими мыслями Вескон ворвался в покои жены, как тотчас позабыл, зачем вообще сюда шёл. Гвиннет нависла над люлькой Зораха с подсвечником в руке и уже поднесла огонь к свисающей простынке, когда король подбежал к ней и одним дуновением затушил все свечи.

– Что ты творишь?.. – Вескон не кричал, пребывая в полном смятении. Гвиннет никогда не казалась ему жестокой или умалишённой даже по отношению к нему, хотя он похитил и насильно женил её на себе.

Королева не сразу ответила, будто бы находясь в некоем трансе, а чуть позже рухнула на колени и заревела. В тот день Вескон напрочь забыл, зачем приходил к супруге, и больше не оставлял её наедине с сыном.


* * *


Гвиннет написала отцу, как и велел муж, но ответа не последовало. Тарнут Рамадон не склонился даже перед мольбами от руки любимой дочери. Все решения Вескона оказались ошибкой. Он проклинал свою опрометчивость, срываясь то на жене, то на советниках, вовремя не вразумивших его, хотя в душе понимал, что никакие слова не подействовали бы. Ничто не способно защитить правителя Верхнего мира от него самого. Теперь ему не была нужна ни эта королева, ни этот наследник. Супруга раздражала одним своим присутствием, а потому он не виделся с ней уже много месяцев. Благо, в отличие от королевы Рамэль, Гвиннет не рвалась встретиться с мужем, коротая дни взаперти, пока Вескон обдумывал дальнейшие действия.

Он мечтал стать величайшим из правителей в истории, первым из рода Астер, подчинившим оба мира, но лишь ослабил свои позиции. Теперь ему только и оставалось пытаться откатить всё назад, к первоначальной точке.

Вескон сожалел, что потерял поддержу лорда Якса. Напрасно отпустил принца Рейдона в угодья деда. И зря ввязался в авантюру с похищением принцессы Гвиннет. Король попытался откусить слишком большой кусок пирога, но Нижний мир оказался ему не по зубам, во всяком случае мирным путём. А для возвращения былого могущества ему требовалось примириться с отцом казнённой Рамэль. Сделать это можно лишь одним способом – вновь назначить своим преемником принца Рейдона и надеяться, что после этого лорд Якс забудет о случившемся с дочерью и поддержит внука.

Обдумывая дальнейшие действия, Вескон добрался до покоев Зораха. Король редко навещал младшего сына. Не только из-за того, что тот стал ему бесполезен, равно как и Гвиннет, не возымевшая влияния на отца, но и потому, что ребёнок его пугал. Порой Вескон чувствовал к нему ту же ненависть, что и его мать в тот самый день, когда пыталась поджечь кроватку младенца. Но случались дни, когда он любил сына больше жизни. Больше себя самого, чего никогда не случалось прежде. Он никого и никогда не любил сильнее себя. Няньки, присматривавшие за Зорахом, пугали короля едва ли меньше. Он пару раз менял их, удивляясь, как таких полоумных тёток вообще подпустили к принцу. Лично выбирал новых, убеждаясь собственными глазами в компетентности прислуги, но спустя время этих женщин словно подменяли. Они переставали бояться даже своего короля, когда тот приближался к сыну. Не позволяли взять Зораха на руки, даже если это сулило им провести остаток жизни в тюремных застенках. В какой-то момент Вескон открестился от заботы о младенце, переложив все обязанности на придворных и Гвиннет.

Вот и сейчас он лишь на мгновение остановился у покоев Зораха, но войти не решился. Развернулся и направился в тронный зал, продолжая думать о несбывшемся.

Ещё неделю назад он отправил людей найти Рейдона, которого уже давно не видели ни в столице, ни в землях лорда Якса. Вескон догадался, что принц мог разыскать Алиссию и своего бастарда, а потому сразу послал гонцов в глушь, в которой их спрятал.

Король не знал, как сложится разговор с опальным принцем, когда того вернут домой. Сын стал ключом к исправлению ошибок отца, – тем, кто склонит лорда Якса обратно на сторону короны. Королеву Рамэль не вернуть из мёртвых, но его внук опять будет наследником трона. Вескон понял, что кровосмешение с Нижним миром стало его главной ошибкой.


* * *


– Вы поражаете меня, отец, – надменно произнёс Рейдон. Вескон сдержался и молча проглотил тон сына. – Лорд Якс не простит вас.

– Мне и не нужно его прощение! Главное, чтобы он был на твоей стороне. И на моей, раз уж ты – снова мой наследник.

– Я ещё не дал своего согласия, – ухмыльнулся принц. – Знаете, мне было хорошо вдали от двора, от политики, от вас…

– Чего ты хочешь?! – не выдержав, рявкнул Вескон.

Рейдон вмиг посерьёзнел. Немного помедлив, он ответил:

– Вы убили мою мать. Если я вернусь, то не потерплю здесь другую королеву.

– Хорошо, – отмахнулся король. – Я отошлю Гвиннет.

– Вы любите отсылать женщин, но этого мало. Королева за королеву. – На лице принца не было и намёка на шутку. Вескон понял, что он говорит серьёзно. Взвесив решение, король утвердительно кивнул.


* * *


Каин Ван дер Хеллгравт решил лично сообщить королю новость. Он уважал и, наверное, даже любил старика. Он считал своим долгом быть рядом в такой тяжёлый момент. Теперь он не просто приближённый слуга, а наследник престола и обязан разделить горе с правителем Нижнего мира.

Каин изменился до неузнаваемости, другой стала даже его походка. За считанные месяцы он разучился кланяться, а спина ещё никогда не выглядела настолько прямой. Советники не любили паренька и не подпускали к делам, всё ещё веря, что Тарнут передумает и вновь женится. Но время шло, и этого не случалось. Правитель Нижнего мира оказался непреклонен.

Каин прошёл к королю и, не желая тянуть, выложил всё как есть. Красиво подавать дурные вести он ещё не научился.

– Вескон казнил вашу дочь.

Король помолчал с полминуты, а после из темноты вырвался шёпот:

– Созвать войска.

Единственное, ради чего Тарнут терпел этого безумца, была его малышка Гвиннет, но её не стало. Его подданные хотят войны? Теперь и он хочет. Да простит его дух Минаи, не желавшей кровопролития, он больше не станет отсрочивать неизбежное!..


* * *


Принц Рейдон быстро вернул влияние при дворе. Он вёл себя так, словно и не было изгнания. Будто другие и не отворачивались от него, а отец никогда не казнил его мать. Заново обзавёлся связями и поддержкой, не держа ни на кого видимой обиды. Что же творилось внутри у Рейдона – знал лишь сам Рейдон.

Вескон доверял сыну, как прежде, а принц с новым рвением включился в дела державы. На дворе стоял поздний вечер, но он всё равно пригласил к себе отца, чтобы обсудить наступление Нижнего мира. Это было неизбежно. И даже странно, что Тарнут объявил войну только сейчас.

Король прошёл в кабинет принца. Внутри, кроме Рейдона, больше никого не было. Советники шарахались от Вескона после казни второй по счёту супруги. Мерещилось, будто все в замке боятся и ненавидят его, отчего он даже рад поговорить с сыном наедине.

Рейдон сидел за письменным столом в окружении свечей. Атмосфера казалась чересчур уютной для деловой встречи. Графин и два бокала на отполированной столешнице подсказывали, что обсуждение Нижнего мира было лишь предлогом для разговора отца и сына по душам. Им и правда многое требовалось обсудить.

Вескон сел напротив Рейдона.

– Спасибо, что пришли, отец! – Принц наполнил бокалы.

– Ты хотел поговорить, но в следующий раз сам приходи ко мне. Не забывай: первый человек в королевстве – я, а не ты.

– Знаю, я второй.

– Ты хотел обсудить наступление Тарнута, – напомнил Вескон, пригубив вина. На его вкус оно оказалось чересчур пряным.

– И да, и нет. – Рейдон отпил из своего бокала. – Мы так толком и не поговорили о моём положении после возвращения.

– Оно в точности то же самое, что было и до твоего изгнания. Ты мой сын, мой наследник.

– А как же Зорах?..

– Он твой младший брат, второй в очереди на престол. – Король прокашлялся. В вине оказалось слишком много перца. Он любил пряности: корицу и гвоздику, но терпеть не мог, когда перебарщивают с чёрным перцем.

– Совсем недавно он был первым. Как много пройдёт времени прежде, чем всё опять изменится?

– Ты – мой первенец! – строго заявил Вескон, отодвинув от себя бокал. В горле всё ещё першило.

Рейдон замолчал. Откинулся на спинку кресла и принялся медленно потирать пальцами подбородок, словно о чём-то задумался.

– Помните, как вы передали мне знания бабушки?.. – внезапно спросил он у отца. – А помните, как воспользовались ими, чтобы отравить её, вашу родную мать, в её же покоях, где никто бы не догадался, что это было убийство? Ведь в жилых покоях замка магия Печатей не действует, а правильный яд не оставляет следов. – Принц вскочил на ноги и манерно втянул ноздрями аромат содержимого своего бокала. – На этот раз следы останутся. Я хочу, чтобы все решили, будто это был Тарнут. Благо он наконец соизволил объявить войну. Думал – он даст мне возможность сделать это раньше, но старик долго тянул. Даже – для пущей мотивации – пришлось казнить его дочь. Вы правда поверили, что так я отомстил за маму?.. – Рейдон пристально посмотрел на отца, краснеющего и задыхающегося в кашле. – Я мщу за неё сейчас.

Вескон хотел что-то сказать, но только и смог, что столкнуть со стола графин, а после и сам упал на пол.

– Я исполню вашу мечту, отец, и войду в историю. Но не как безумец, казнящий жён и насилующий иномирных принцесс, а как завоеватель.

– Тебе не победить… – злость придала Вескону сил.

– Вас я уже победил.

Король начал синеть.

– Все узнают, что это был ты…

– Кто?.. – принц рассмеялся. – Мой дед лорд Якс? Это была его идея! Как вы вообще могли поверить, что он смирился с убийством дочери?..

Вескон не ответил. Рейдон толкнул его тело ногой. Удостоверившись, что король мёртв, принц вышел из покоев, где за дверями его уже ожидал лорд Якс со свитой.

– Мой брат у вас? – сходу спросил он деда.

– Люди, которых я послал за принцем Зорахом, пропали вместе с ним. Полагаю – они сбежали.

– Зачем им это?..

– Понятия не имею.

– Послать в погоню вдвое больше людей!

– Да, мой принц… то есть Ваше Величество!


* * *


Коронация состоялась в тронном зале на глазах сотен подданных со всех уголков Верхнего мира. Рейдон не просто так собрал всю знать, им хотелось услышать подробности смерти прошлого правителя, а новому королю не терпелось сделать объявление:

– Нижний мир объявил войну, созвал войска и отравил моего отца, желая ослабить корону и посеять в наших рядах смуту. Так встретимся с ними на поле боя и покажем, как велик наш гнев! Скоро Тарнут Рамадон узнает, чего стоит ярость сына, потерявшего отца!

– И каким будет поле боя? – спросил кто-то из толпы. – Где вы хотите схлестнуться с Тарнутом, Ваше Величество?

– Средний мир вполне подойдёт, – сообщил король и тут же перевёл взгляд на ближайшего советника, лорда Якса: – Что слышно о моём братце?

– Принца Зораха ещё не нашли.

Сколько бы Рейдон ни посылал за ним людей – никто из них не возвратился. Младенец стал необъяснимым образом неуловим и призрачной угрозой навсегда навис тенью над новым правителем Верхнего мира.


Разгорелась война, официально из-за власти над духовными частицами, но скорее из-за обоюдоострой мести. Молодой король ненавидел Нижний мир за то, что тот чуть не лишил его престола, но ещё больше он презирал своего сводного брата Зораха, родившегося от принцессы Гвиннет и являвшегося потомком сразу двух королевских династий с претензиями на оба трона. Принца так и не нашли, а Рейдон тем временем победил Тарнута и женился на знатной девушке с безупречной родословной, навсегда позабыв о любовнице Алиссии и сыне-бастарде.

Спустя века он вошёл в историю как герой, известный в учебниках Верхнего мира под прозвищем Рейдон Победоносный.

## Глава 1


Это было самое долгое лето в моей жизни. Слишком многое тревожило мысли и каждую ночь мешало уснуть. Порой я засыпала в слезах, с ними же и просыпалась. Приходилось постоянно прятать от родителей глаза. Но вот время шло, и рана понемногу затягивалась, оставляя после себя лишь горький осадок. Всё лето я не слышала новостей из Верхнего мира, часами гадая о войне, начавшейся по моей вине. Воображение рисовало страшные картины с бомбардировщиками и ядерными ракетами. Когда удавалось умерить чувство вины, вспоминала о Кае и его предательстве. Здесь воображение ничего не дорисовывало, хватало собственных воспоминаний и слов.

Три месяца я вращалась в коктейле из боли, вины и стыда, практически не отдыхая от этих чувств. Обычно они приходили по очереди, но иногда все разом. В конце концов восприятие притупилось, а сердце нарастило толстую броню, выработав к страданиям иммунитет.

Я ощутила нечто наподобие покоя, – нет, не счастье, но смирение. Как раз в этот момент жизни ко мне приехала погостить Кристина. Мы решили вдвоём провести остаток лета, и вместе вернуться в Академию по окончании каникул. В итоге подругу я видела постоянно, но общалась реже, чем в переписке на расстоянии. Крис всё время проводила с Лёшей, мама быстро начала подозревать, что между ними двумя что-то происходит. Хотя она так и не догадалась, что это и есть та загадочная девушка моего брата из другого города.

Кристина поселилась в моей комнате, но то и дело каждую ночь сбегала к Лёше, а я их покрывала. У брата в университете тоже каникулы, поэтому он сейчас жил дома, но уже подумывал насовсем съехать от родителей. Наверняка надеется начать совместную жизнь с Кристиной, не подозревая, что уже завтра мы окажемся в другом мире, и голубкам придётся лишь изредка видеться по выходным. Вряд ли у их отношений есть светлое будущее, но подруге я об этом не скажу. Зачем портить ей настроение, раз уж мы решили повеселиться напоследок?..

Как и каждое лето, брат проводил ночи на домашних вечеринках, где собирались его школьные друзья и выпускники помладше. Нередко там бывали и мои одноклассники. Прежде меня туда никогда не приглашали, хотя я и сама не рвалась в это змеиное логово, но теперь Лёша не мог не позвать меня с собой и Кристиной, а я оказалась не против. Привела в порядок волосы, нанесла макияж и была готова выдвигаться. Пришлось подождать, пока влюблённая парочка закончит со сборами, но, в целом, мы прибыли на место достаточно рано.

На пороге просторной квартиры-студии нас встретили бывшая одноклассница брата и её жених, а в гостиной мы познакомились со всеми остальными. Некоторых из присутствующих я уже знала. Моя школьная любовь Костя сидел у умной колонки, голосом подбирая музыку на вечер. А чуть поодаль, в кухонной зоне студии, на барных стульях сидели мои «любимые» одноклассницы Вика и Лера. Они не сразу заметили меня, продолжая манерно крутить в руках коктейльные бокалы и болтать о своём.

Мы так же вклинились в чужой разговор ребят, обсуждавший новый семестр в универе, выпуск и последующую отработку. Лёша между делом рассказал всем о своей девушке Кристине, обучающейся в Оксфорде. Обо мне, как оказалось, все и так уже знали. В прошлом брат не забыл прихвастнуть сестрой-заучкой.

– В Англии – как в кино, – плела подруга. – Типа старинная школа-пансионат, форма с галстуком и эмблемой.

Я переживала, что она перегнёт палку, описывая Оксфордский университет по сериалам и частично смешивая образ с реальной Академией Печатей, а потому поспешила сменить тему:

– Чем займёмся? Может, поиграем или посмотрим что-нибудь?

Костя собирался открыть рот и что-то предложить, но его опередила Вика, вскочившая с барного стула с пачкой тонких сигарет в руках.

– Мультики посмотришь дома, Бронина. А мы тут общаемся и развлекаемся по-взрослому, – её голос звучал враждебно и не трезво. Я посмотрела на неё оценивающим взглядом. Увиденное мне не понравилось. Вика поистрепалась за прошедший год: лицо посерело, кожа потеряла упругость, а в стиле всё больше прослеживалась девушка лёгкого поведения. Джинсы выглядели настолько узкими, будто вот-вот лопнут.

Одноклассница вихляющей походкой двинулась к выходу.

– Схожу покурю, – пробубнила она, вставляя ноги в туфли на высоком каблуке.

Стоило Вике наклониться, как джинсы на её заде таки разошлись по шву, обнажая красные кружевные трусы. Одноклассница не сразу поняла, что произошло, но когда спохватилась, то чуть не свалилась со шпилек. Ради её же безопасности я решила ещё раз воззвать к Печати и сломать оба каблука разом. Так она и поковыляла к выходу на лодочках, прикрывая ягодицы руками. Что-то мне подсказывало: на вечеринку сегодня Вика уже не вернётся.

Вокруг стоял незатихающий хохот разгорячённых голосов, а я впервые не ощутила стыда за совершённую пакость. Напротив, вошла во вкус, переведя взор на вторую мою давнюю обидчицу. Лера осталась сидеть за барной стойкой в одиночестве, влюблённо пялясь на Костю. Раньше я не замечала, что бывшая одноклассница положила на него глаз.

Костя тем временем снова попытался заговорить со мной:

– А где тот твой парень?.. Кай, кажется. Вы расстались?

– Вряд ли мы были вместе.

– Так ты свободна?! – воодушевился он.

Первой мыслью было проигнорировать Костю, но следом родилась другая идея, когда я периферическим зрением поймала на себе испепеляющий взгляд Леры. Слова сами слетели с языка:

– Вполне свободна.

– А… э-э… здорово! – засмущался парень. – Прости, я, если честно, думал, что ты сразу меня отошьёшь и не придумал заранее, что сказать.

– Почему ты так решил? – спросила, прислонившись к нему вплотную. Тем временем Лера принялась что-то спешно печатать на дисплее своего смартфона. Наверняка переписывается с подружкой, которая в срочном порядке убежала домой переодеться.

– Ты игнорировала меня целый год. Не отвечала.

– Я отвечу сейчас… – Мои пальцы нежно коснулись его жилистых рук, а губы находились всего в паре сантиметров друг от друга. – Дерзай!

– Э-э… прямо здесь? При всех?

– Или так, или никак.

Похоже, я вогнала Костю в краску. Ему понадобилось несколько мгновений, прежде чем он решился и поцеловал меня. Он старался быть нежным и романтичным. Коснулся одной ладонью моего лица, а другой обхватил талию. Его глаза сомкнулись, а дыхание участилось. Мои веки не дрогнули, а пульс остался прежним. Что ж… Я ничего не почувствовала.

Зато почувствовала Лера. При виде нашего с Костей поцелуя, его сияющей улыбки и влюблённых глаз – цвет её лица в одночасье переменился. Не помог даже толстый стой тонального крема. Пока парень смотрел на меня, я следила за одноклассницей, проходящей все стадии принятия. Уже на «гневе» она не выдержала и убежала, ни с кем не попрощавшись. Внутри разгорелось ликование. Смакуя это чувство, я только со второго раза услышала, что Костя задал мне вопрос:

– Так ты согласна?..

– На что согласна? – переспросила, наконец отведя взгляд от захлопнувшейся двери.

– Сходить завтра в кино… со мной.

– Нет, – ответила резко, желая закончить разговор, как вдруг парень перехватил моё запястье, мешая уйти.

– Почему?.. – его лицо отражало недоумение.

– Не хочется. – Я довольно грубо оттолкнула от себя руку Кости.

Как раз в этот момент Кристина и Лёша собрались уходить, спасая меня от продолжения бессмысленного разговора и щенячьих глаз, проводивших до самого выхода.

– Оставь хотя бы свой номер! – бросил мне в спину Костя.

– У меня его нет, – ответила не оборачиваясь.

Стоило нам выйти за порог, как Кристина тут же заговорила о случившемся:

– Это тот самый Костя?! – Я кивнула. – Он всё ещё тебе нравится?

– Нет.

– Тогда зачем?.. Сурово ты с ним и с этой Лерой. Она на него явно запала.

– Подружки ещё легко отделались.

– Подружки?.. – переспросила Крис так и не поняв, что Вике я тоже помогла уйти домой пораньше.

Ожесточило ли меня предательство Кая или я просто повзрослела, увидев мир и людей в их истинном обличии, – не знаю. Но я чувствую себя лучше и увереннее, чем когда бы то ни было прежде.


* * *


Настало долгожданное утро. Сегодня мы наконец вернёмся в Академию Печатей, и все мои страхи и опасения либо подтвердятся, либо развеются. В любом случае это лучше трёх месяцев неведения, сгрызенных в нервах кутикул и крутящегося от тревожных мыслей желудка.

Я ежедневно волновалась из-за происходящего в Верхнем мире. Задавалась одними и теми же вопросами: увижу ли Академию? цела ли она? будет ли всё, как прежде?.. И если Кай поселил в моей душе холод, то история с распечатыванием Нижнего мира всё ещё горела на сердце жарким пламенем.

Забавно, но до сегодняшнего утра я думала лишь об участи Верхнего мира и школы, совсем позабыв о самой себе… А что если там узнали, кто во всём виноват? Что если по прибытии меня ожидает арест? Или что похуже?..

Тревожные мысли привели меня на кухню – промочить пересохшее горло. Страшно представить, что может ждать меня по возвращении, но и не вернуться в Академию я не могу. Хотя узнай там о моей причастности к взлому Печатей, разве стали бы дожидаться начала учебного года и не связались со мной раньше? Кай нашёл меня в прошлом году – значит, и для администрации школы не составило бы труда отыскать меня в Среднем мире.

Немного успокоив нервы и попив воды, перевела взгляд на влюблённую парочку. Судя по сонным глазам, встали они недавно. Лёша заваривал кофе, а Кристина сладко зевала, сидя за столом.

– Собрала вещи? – шёпотом спросила подругу. Она кивнула.

Мы решили сбежать, ни с кем не попрощавшись. Якобы уйдём вдвоём погулять и не вернёмся. Да, потом многое придётся объяснять и извиняться, но что делать? Что я скажу родителям? И как Крис объяснит Лёше, почему он не может её проводить? Проще выслушать нотацию по бижету, чем врать им прямо в глаза.

В кухню прошла мама и обвела взглядом всех троих. Остановившись на Кристине, она улыбнулась. Затем перевела взор на брата и выпалила:

– Смотри, какая девушка! Зачем тебе та твоя, которая отвлекает от учёбы? – Лёша не ответил, и вскоре мама ушла, попутно захватив из ящика то, за чем приходила.

Мы втроём прыснули.

– Как она ещё не догадалась? – прошептала Кристина, обхватив обеими руками чашку с кофе.

Я пожала плечами. Похоже, не видеть правды у себя под носом – наша семейная черта.


Мы зашли в кафе, расположенное неподалёку от моего дома. Сундуки с вещами парили рядом, скрытые чарами рассеивания. Мы и сами их не видели, что уже говорить об остальных посетителях. Нужно скоротать ещё немного времени перед отправкой, но для пешей прогулки сердце не на месте. Крис уже вовсю тосковала по своему Лёсику, а я пребывала в страхе перед грядущим. Сколько бы ни говорила себе, что всё будет хорошо, но чем ближе подходило время телепортации, тем тревожнее становилось на душе.

– Это не твоя вина, – напомнила подруга. Похоже, она и вправду в это верила. Я же считала себя в полной мере виноватой.

– Моя… – тоскливо протянула. – Может, мне стоит вернуться в храм и попробовать всё исправить? Вдруг там уже нет охраны.

– Сомневаюсь. И ты даже не знаешь, что делать. Но вот что я знаю точно: тебя могут поймать! Что тогда с тобой сделают?.. – Я промолчала, а Крис продолжила: – Лучше не проверять. Пусть большие дяденьки сами разбираются в случившемся, а мы – просто студентки. Это не наше дело. Забудь!

Красные настенные часы сообщили, что нам пора. Я с трудом встала из-за столика: ноги тряслись, а коленки подгибались. Будь что будет! Я всё равно отправлюсь в Академию. Рискну всем, но не упущу шанс оказаться в том мире, что предназначен мне судьбой. Мой дом там, не здесь. Так было всегда, даже когда я ещё не подозревала о его существовании.

Мы прошли в переулок и двинулись к гаражам. Сундуки, хоть мы их и не видели, парили позади, изредка сталкиваясь друг с другом. Для перемещения мы выбрали не самое красивое место, но тихое и безлюдное. Бутылки с водой и бумагу подготовили заранее. Всё было готово для перемещения, кроме меня самой.

– Давай здесь, – Кристина остановилась в закутке между ржавыми гаражами.

Бело-золотая субстанция зашипела в ёмкостях. Чокнувшись на удачу пластиком, мы одновременно пригубили зелье. Я зажмурилась в ожидании прохладного душа, но его не последовало, а когда открыла глаза, Крис уже испарилась. Я осталась стоять одна с полупустой бутылкой в руках и в полном недоумении. Что теперь делать? Неужели меня исключили? Так меня наказали? Но если в Академии всё узнали, почему поступили столь мягко?..

В голове крутилось слишком много вопросов. Я даже забыла о страхе, сосредоточившись на одном лишь желании вернуться в Верхний мир. Но как? Как мне это сделать? Словно потерявшийся в гипермаркете ребёнок, принялась вращаться на месте в поисках несуществующего решения. Бросилась в одну сторону, затем в другую. Не знаю, что я искала… наверное, Кристину, ведь вдвоём не так страшно. Однако подруги и след простыл. Это означало, что нет никакой ошибки или очередной проверки, зелье не переместило меня одну…

На глаза навернулись слёзы. Я всё лето корила себя, но всерьёз никогда не желала понести наказание за содеянное. Мне хотелось, чтобы всё стало как прежде, – до того, как доверилась одному подлецу и сорвала Печати. Мечтала обратить время вспять и всё исправить, но никак не быть пойманной. Руки опустились. Я рухнула на траву, а рядом упал мой сундук, став видимым. Прислонилась к нему спиной, склонив голову к коленям, и разрыдалась от бессилия.

Внутри я точно плакала, но вот снаружи еле набралось пару слезинок, ведь все их я давно уже выплакала и теперь приходилось лишь жалостливо всхлипывать. За собственными стенаниями не сразу заметила, как поблизости раздались шаги.

– Быстро сдалась!.. – послышался знакомый ненавистный голос.

– Чего тебе надо? – прошипела, не поднимая глаз. Как ни странно, его появление возродило во мне надежду.

– Они усилили охрану. – Кай медленно зашагал ко мне, остановившись у носков учебных туфель. Из-подо лба я видела лишь его обувь рядом со своей, но затылком ощущала тяжёлый взгляд лживых вишнёвых глаз. По телу побежала дрожь. – Раньше считалось, что никто с Печатью Нижнего мира не появится в Академии. Однако после падения завесы им пришлось изменить правила.

– Значит, Академия цела? – я подняла на парня глаза.

– Да, но я бы рекомендовал тебе остаться дома.

– Мне плевать на твои рекомендации!

Я резко вскочила на ноги, оказавшись всего в паре сантиметров от Кая. Мне следовало отступить подальше, но позади стоял большой сундук, так что вместо этого посмотрела предателю прямо в глаза. Он не обратил никакого внимания на мой испепеляющий взгляд, как ни в чём не бывало продолжив:

– Знаю, как важна для тебя учёба в этой вшивой Академии, – Кай полез в карман, – это меньшее, чем я могу тебе отплатить, – и достал оттуда академический пропуск. – Раньше была только водная проверка, чтобы студенты-полукровки не привезли с собой технологии Среднего мира, но теперь введена дополнительная проверка крови. Выбрось свой пропуск и возьми этот.

– Чей он?.. – Я нерешительно забрала из рук парня покровное стекло.

– Одной выпускницы. Обещаю – он сработает.

– Зачем тебе помогать мне?..

– Я уже говорил – это всего лишь благодарность за содействие.

По обыкновению Кай развернулся, собираясь уйти. Не знаю, на что я рассчитывала, окликая его, но слова сами вырвались наружу прежде, чем я успела их обдумать:

– Ты мог бы остановить войну!

Парень замер на месте, но не обернулся.

– Она началась бы со мной или без меня.

– Тогда я могла бы обратно запечатать Нижний мир!

Его спина дёрнулась в усмешке, после чего маг медленно повернулся ко мне лицом.

– Неужели?.. И как бы ты это сделала? Сорвать Печати одно, но возвести заново – совсем другое. Для этого был построен целый новый храм из духовных частиц. Думаешь, какие-то две Печати отрезали мой мир? Весь храм Души – это одна большая ловушка, а те две межмировые Печати – всего лишь сердце сложнейшего заклинания. Когда ждать начала строительства твоего храма? – сыронизировал парень. Я промолчала. – Даже тому, кто в прошлом наложил на Нижний мир двойную Печать, понадобилась бы уйма сил и времени, чтобы заново возвести стену между мирами.

– А если я всё-таки попытаюсь?

– Тогда желаю удачи не попасться. Теперь это место под пристальным надзором следователей и самой короны, – хмыкнул он. – Ах да, чуть не забыл. – Кай протянул мне шёлковую перчатку – такую же, как носил сам. Когда она садилась ему на руку, то становилась неотличимой от кожи и полностью скрывала алую Печать. – Она обезопасит тебя в Академии от лишних подозрений.

Я осторожно взяла артефакт, и Кай тут же щёлкнул пальцами и растворился в воздухе, даже не попрощавшись. Надеюсь, больше я его никогда не увижу! То, что он помог мне сейчас – ничего не значит. Он испортил мою жизнь, а это – не более чем возмещение ущерба. Пластырь на открытой ране.

Выбросив в траву свой пропуск и вставив в чехол на поясе чужое стеклышко с кровью, я на собственный страх и риск пригубила оставшееся в бутылке телепортационное зелье.

## Глава 2


Холодный душ остудил злость, появившуюся после встречи с Каем. Я всем сердцем ненавидела его, а он мне помог. От чего неприязнь только усилилась. Его подачка оказалась мне жизненно необходима, но от этого ещё хуже. Ужасно зависеть от того, кого презираешь.

– Что-то ты долго! – ко мне подбежала Кристина. – Почему задержалась? Мы вроде вместе зелье выпили.

Я сказала бы ей правду, ведь подруга в курсе случившегося со мной в прошлом учебном году. Однако рядом находилось слишком много посторонних ушей, а потому была вынуждена солгать:

– Я собиралась выпить зелье, но рядом кто-то проходил. Пришлось подождать, пока уйдёт, – позже я обязательно скажу ей правду.

– И почему ты без перчатки?! – испугалась Кристина, прикрыв мою руку своей.

– Всё нормально. Вот, посмотри, – я продемонстрировала ей абсолютно чистую левую ладонь.

– Как?..

– Потом расскажу.

В холле на этот раз царила совсем другая атмосфера. Мадам Акрот находилась здесь, но вместо типичной приветственной речи громко болтала по душам с моими сокурсницами.

– В каком мире придётся расти моему ребёнку!.. – расслышала я её слова. Куратор показательно погладила свой живот ладонью.

Меня изнутри укололо длинной иглой, но не успело чувство вины разлиться по телу, как к уху склонилась Кристина:

– Мадам Акрот беременна?! Она же старая…

– Тебе все, кто старше тридцати, кажутся старыми, – напомнила я.

Крис хмыкнула, когда со стороны коридоров ассистентов к нам подбежала Оксана.

– Видели уже? Наши комнаты теперь намного ближе по коридору! – воодушевлённо сообщила однокурсница.

– Привет! – Крис обняла девушку, а следом и я. – Как твоё лето?

– Ну-у… – протянула Окси, а уже спустя мгновение к ней подошёл Генри и взял за руку.

– Вы теперь пара?! – воскликнула подруга. Я удивилась не меньше.

Пока Кристина умилялась новообразовавшемуся союзу, я лишь сдержанно улыбнулась. У этой пары едва ли больше шансов на успех, чем у Кристины с Лёшей. Оксана слишком слабая, а на Генри ещё со вступительного экзамена положила глаз Рейка, которую кроме как «хватким цербером» по-другому и назвать-то нельзя. Его друг Итан до сих пор не может отделаться от Каталины, хотя язва далеко не так опасна, как дочь королевского дознавателя.

– Генри на каникулах приезжал ко мне в Беларусь, – рассказывала историю их любви сокурсница, а я тем временем обвела глазами холл и заметила, что не только эти двое сблизились за лето.

За время каникул образовалось немало новых союзов, в основном среди ассистентов, но также наблюдались пары между однокурсниками и местными магами. Как та же Каталина, вышедшая встретить Итана, хотя на его лице и не наблюдалось радости от встречи. Однако меня больше интересовала мадам Акрот: ведь из всех присутствующих только у неё я могла узнать, как обстоят дела в Верхнем мире. Собиралась сделать шаг на встречу куратору, но Кристина отвлекла меня своим вопросом:

– Расписание занятий уже вывесили?

– Не знаю, – пожала плечами Окси. – Давайте посмотрим.

Мы вчетвером приблизились к стенду и с удивлением обнаружили, что первое занятие состоится уже сегодня перед ужином! Прежде так поздно уроки не ставили и уж тем более не в день прибытия.

– Ого, спецзанятие! – буркнул Генри, явно не настроенный на учёбу.

– «Изменение академических правил в связи с военным положением», – прочитала я. Что ж, зато теперь можно не беседовать с мадам Акрот наедине и не вызывать лишних подозрений, ведь вечером и так всё станет известно.

– Похоже, нужно идти разбирать вещи, – вздохнула Кристина. – Иначе не успеем.

Оксана попрощалась с Генри скромным поцелуем в губы и вместе с нами двинулась в коридор девочек.

– Вы… – запнулась сокурсница, – прикроете меня, если что?

– О чём это ты?.. – уточнила, шагая перед своим парящим сундуком. В тесном коридоре три багажа то и дело постоянно сталкивались друг с другом.

– Если Генри будет оставаться у меня на ночь. Я ведь живу одна, так почему бы не пригласить его к себе…

– Не боишься, что куратор узнает? – поинтересовалась я.

– Его сосед Итан и в том году частенько ночевал у девчонок.

– Мы никому не скажем, – ответила за нас двоих Кристина. Я утвердительно кивнула.

Разбежавшись по своим новым комнатам, мы сразу принялись разбирать вещи. Не хотелось делать это перед сном или в другой день, да и не терпелось поскорее украсить комнату, как мы это сделали в прошлом году.


На занятие шли звонкой толпой, не успев наговориться после каникул. У ребят произошло много интересного за лето, уж точно лучше трёх месяцев душевных терзаний, как у меня. Нахождение в Академии и то, что здесь всё осталось по-старому, успокаивало. Но будь всё действительно как прежде, мы бы сейчас шли во двор слушать неумелую игру Итана на гитаре, а не лекцию о военном положении.

– Реально война началась? – спросил кто-то из группы.

– Ага, – ответил Итан, тесно общающийся с магами.

Мы прошли в аудиторию, где нас уже дожидалась мадам Акрот. После наступления беременности женщина изменилась в лице: черты стали мягче, круглее, а взгляд – глубже.

– Садитесь, – куратор пригласила студентов за длинные столы.

Расселись кто куда. Я оказалась между Кристиной и Итаном, сдавленная с двух сторон. Половина парт в аудитории осталась пустой, зато вторая часть набита битком. Итан неодобрительно цокнул языком, глядя на рядом сидящую парочку Окси и Генри.

– Не одобряешь? – спросила я его шёпотом.

– Генри – мой лучший друг.

– А она – его девушка, – отрезала, понимая, что сокурсник сильно ревнует. И это он ещё не знает, что Генри планирует оставаться у Окси на ночь. – Но если тебе не нравится, ты всегда можешь помочь им побыстрее расстаться.

Парня удивили мои слова. Видимо, не ожидал услышать нечто подобное от тихони-старосты. А что? Я бы отпустила Кристину, но раз уж он такой ревнивец, то пускай воспользуется своей привлекательностью и отобьёт Оксану, а после избавится. Я больше не верю в любовь, но вот дружба существует. Генри и Окси всё равно расстанутся, так хотя бы Итан не потеряет друга. Однако у однокурсника на этот счёт имелось иное мнение:

– Я не стану портить их отношения. Генри счастлив с ней, просто…

– …ты несчастлив без него, – закончила за него фразу.

– Он мог бы проводить с Окси не всё время. Раньше мы часто тусовались вместе, а теперь…

– Тишина в аудитории! – мадам Акрот повысила голос, заставив Итана замолчать недоговорив. – Как вы уже знаете, Нижний мир вторгся на территорию Верхнего. В королевстве введено военное положение, из-за чего по указу Его Величества ныне правящего короля Беллиана I были изменены некоторые правила, в том числе и в стенах Академии. Комендантский час увеличен на два часа, а после полуночи строго-настрого возбраняется покидать жилые коридоры. По периметру теперь действует магическая система распознавания, оповещающая стражей о нарушителях. Охрана не подчиняется администрации школы – попадётесь им, и уже не мы будем решать вашу дальнейшую судьбу. Также была введена дополнительная проверка прибывающих студентов и появилась система поощрения бдительности учащихся. Если увидите на территории Академии кого-то опасного или подозреваете кого-то из учеников или преподавателей в связях с Нижним миром – вы обязаны незамедлительно доложить об этом в администрацию школы.

Мне не понравились слова куратора. Так толком и не узнала, как обстоят дела с войной, но наткнулась на ужесточение школьных правил. Теперь следует быть ещё в сто раз осмотрительнее и не отсвечивать.

– Но это не самое главное, – продолжила мадам Акрот. – По последнему указу Его Величества каждый служащий, каждый житель и каждый студент-полукровка из Среднего мира должны в обязательном порядке пройти собеседование со специальным государственным представителем из отобранных самим королём.

У меня ёкнуло сердце. Кажется, я пропала…

– Когда состоится это собеседование? – не поднимая руки, выкрикнул Генри.

– Сейчас, – отрезала куратор.


Нас по одному заводили в кабинет, где за столом сидел незнакомый человек, а у выхода стоял ещё один с пугающе-воинственным видом. Если бы не плечо Кристины, я бы даже не дошла. Страх сковал всё тело, когда мои кошмары начали становиться явью. Сейчас они всё узнают и что тогда? Меня исключат? Посадят? Убьют?..

Раз сто я хотела сорваться на бег и нестись куда глаза глядят, но понятия не имела, как сбежать. А самостоятельно переместиться в Средний мир не могла. Сердце стучало не только у меня, но и у подруги, знавшей правду. Путь через двор до северного крыла длился целую вечность. Мучительную, неопределённую вечность. Мы плелись позади всех, а строй замыкало двое присланных стражей. Всю дорогу мы гадали о моей участи.

В глазах потемнело, когда я оказалась на пороге, а ещё сильнее подурнело, когда человек за столом спросил:

– Почему вы так взволнованны?

«Он знает! Всё знает! Бежать! Нужно срочно бежать от сюда! Поздно… слишком поздно. Я развернуться не успею, как тот второй в дверях схватит меня и тогда всё, пиши пропало».

– Необычная ситуация, – наперекор своим мыслям ответила я. – Ещё эти слухи о войне, которые оказались вовсе не слухами.

Я криво улыбнулась.

– Покажите руки, – затребовал человек в очках.

Мне стоило неимоверных усилий оторвать ноги от скрипучего пола и подойти к столу. Внутри я уже ревела, и лишь крошечный лучик надежды твердил: перчатка Кая спасёт, защитит от четырёх пристальных глаз.

Мужчина внимательно осмотрел мои ладони, после чего спокойно сказал:

– Хорошо, садитесь.

Я неуклюже плюхнулась на стул напротив. Ноги меня совсем не держали. Нас разделяла широкая столешница, на которой стоял большой стеклянный шар мутно-серого цвета.

– Положите руки на сферу, – скомандовал он.

Я нехотя повиновалась, как шар тут же запульсировал всеми оттенками серого.

– Вы очень сильно волнуетесь. – Я промолчала. В конце концов, на этот вопрос я уже ответила. – Назовитесь.

– Полина Сергеевна Бронина. Студентка второго курса факультета ассистентов, – только успела договорить, как шар засветился зелёным. Испугавшись, я поспешила убрать от него руки.

– Ладони не отрывать, – бесстрастно остановил меня государственный представитель. – Что вы думаете о Его Величестве короле Беллиане?

– Я мало о нём слышала. – Шар остался неизменно зелёным. Я и в самом деле не желала королю зла или вреда, не была против него, да и почти ничего о нём не знала. Просто однажды ошиблась и сильно сожалею об этом, ведь один неверный вопрос – и я погорела.

– Вы довольны, что Его Величество король Беллиан восседает на троне Верхнего мира?

– Если честно, мне всё равно. – Шар не дрогнул, а я мало-помалу начала успокаиваться.

– Что вы думаете о Нижнем мире?..

И вот тут мой пульс вновь участился. Я подумала о Кае, вспомнила его ядовитую ухмылку и колючие красные глаза. Лицо исказилось в гримасе неприязни, а изо рта вырвалось всего одно слово:

– Ненавижу!

Шар остался зелёным.

– Вы можете быть свободны, – вдруг выпалил мужчина в очках, а второй открыл мне дверь. – Пригласите следующего.


Холл северного крыла был наполнен ассистентами со всех трёх факультетов. Многие волновались, но скорее от непонимания, чего именно ждать дальше. Группы сопровождали их кураторы, тоже заметно нервничающие. Нас продержали здесь до самого ужина, на одних студентов уходило совсем немного времени, как на меня, на других – гораздо больше. Лишь когда опросили всех, мужчины вышли из кабинета вместе с последним допрошенным учеником.

Сердце замерло от одного вида человека в маленьких очках и его мускулистого помощника. Крис вцепилась мне в руку, её пальцы показались горячее огня, а может, это моя кожа похолодела от ужаса. На мгновение мы обе забыли, как дышать, а затем прогремел вердикт:

– Всё чисто, – объявил очкарик.

С сердца словно камень упал, а на глазах выступили слёзы облегчения. Каким-то чудом я сумела избежать разоблачения.

## Глава 3


Приставленные к Академии стражи сопровождали нас на каждое занятие. Они всегда молчали. Хотела бы я сказать, что мы их даже не замечали, но это было не так. Мужчины в тёмных мантиях преследовали нас повсюду, с каждым днём напрягая всё сильнее. Сокурсники начали общаться реже и в основном шёпотом. Никто не желал, чтобы их разговоры подслушивали, даже если они не важнее тишины. Генри и Итан боялись у меня списывать, хотя я и уверяла друзей, что стражам нет до этого никакого дела. Они здесь не ради неучей и лентяев, а из-за меня, хоть сами того ещё не знают. Официально они прибыли для нашей безопасности и выявления сторонников Нижнего мира, но я-то понимала, что сейчас по всему миру разыскивается обладатель двух Печатей. Тот, – или, точнее, та, – кто сумел разрушить барьер и запустить цепочку событий, приведших к войне.

До нас ежедневно доносились слухи о военных действиях, но в самой Академии было на удивление тихо, отчего услышанное казалось сродни сюжета книги, нежели реальностью. Ассистентам, кроме студентов-магов, никто ничего не рассказывал, да и те делились информацией только с приближёнными, а дальше слова расползались по общежитию в виде сплетен. От чего любопытство лишь усиливалось, ведь приходилось по крупицам собирать пазл незримого конфликта.

С каждым днём ненависть к Нижнему миру возрастала. Словно снежный ком, мои сокурсники всё больше впитывали в себя это чувство и начинали страшиться того, чего даже не видели. Взбудораженное воображение делало за них всю работу.

Вдруг мне стало любопытно: если забить левую ладонь татуировкой, то Печати не будет видно? Или если выжечь её на раскалённой плитке? А если вовсе отрезать руку?.. Тогда я потеряю возможность пользоваться алой Печатью или просто скрою её от остальных? Либо же она проявится на оставшемся обрубке?..

Непонятно. Но и проверять я не планировала. Просто близость ищеек рождала в голове странные мысли. Я изо дня в день чувствовала себя напряжённо, будто бы ступая по минному полю или ветхому подвесному мосту: одно неверное движение – и всё, я пропала.

Вот и сейчас, шагая на занятие к сэру Герду, я испытывала лёгкое беспокойство под конвоем стражей, хотя те даже не смотрели в нашу сторону. Однако это чувство стало моим неизменным спутником в последние две недели, проведённые под крышей Академии Печатей.

Хорошо хоть сэр Герд остался прежним: всё так же резок, раздражителен и бескомпромиссен. Его уроки странным образом успокаивали меня, напоминая о светлых деньках в школе, когда Нижний мир был ещё запечатан, а Кай казался мне загадочным, но хорошим парнем.

«Разве?..» – в голове тут же возник вопрос. Разве я когда-то считала Кая хорошим? Он был добр ко мне, только и всего. Хотя в глубине души я всегда знала, что это неспроста, и ему что-то от меня нужно. Я отбросила инстинкты в сторону и доверилась тому, кого едва знала. Тому, кто воспользовался нашей ссорой с Кристиной и смертью Камалы, чтобы привязать к моим запястьям нити, и управлял словно марионеткой. А я с радостью подыграла, поверив, что он мой самый близкий человек в этом мире.

От злости я крепко стиснула зубы и до хруста сдавила в руках учебник, когда сэр Герд повелел открыть пятнадцатую страницу.

– Сегодня начнём новую тему: «Бытовые заклинания». На первый взгляд может показа… – учитель прервался. Его отвлекла внезапно ворвавшаяся в класс мадам Акрот. Куратор спешно приблизилась к сэру Герду, шепнула что-то тому на ухо, после чего преподаватель объявил: – Урок отменяется! Все следуйте за Журой… то есть за мадам Акрот.

Коленки снова затряслись. Что на этот раз?.. Нас опять будут проверять? Меня раскрыли?! На Академию напали?!


Нас вызывали по списку, а затем по одному уводили в кабинет куратора. В том году я нередко здесь бывала, так что перед знакомой дверью ощутила нечто подобное дежавю. Правда, ненадолго. За столом мадам Акрот сидел всё тот же человек в очках, его нахождение здесь не сулило ничего хорошего. Пульс вновь ускорился, и пришлось начать дышать ртом, чтобы немного успокоиться.

– Его Величество король Беллиан издал новый указ, – заговорила мадам Акрот, приближаясь к столу. Мужчина, занявший её место, молчал. – Все студенты Академии Печатей, в том числе ассистенты начиная со второго курса, обязаны немедленно отбыть на практику в связи с военным положением.

– Никто из студентов не будет знать, куда отправился другой, – подхватил человек в очках. – В вашем же случае даже вы сами не узнаете этого до самого прибытия.

«В моём?.. Что происходит?.. Меня отправят в тюрьму?!».

– Перемещение – завтра утром, – отвлекла меня от панических мыслей куратор. – Сегодня ваша последняя ночь в Академии. Все занятия отменены, соберите вещи и будьте готовы к отправке. И не нужно так волноваться: распределение прошло согласно вашим навыкам и способностям. К тому же от вас не ждут бóльшего, чем от ученицы второго курса.

Должно быть, мадам Акрот заметила, как сильно я нервничаю, и решила успокоить. Вот только она понятия не имела, что послужило истинной причиной волнения. Собравшись с духом, я кивнула в знак согласия. Будь что будет!..

– Кто отправится вместе со мной? – разумеется, я сразу подумала о Кристине.

– Этого мы тоже не можем сказать, – ответил очкарик. – Встретитесь с остальными уже на месте. А теперь ступайте и пригласите следующего.


Всё лето я ждала момента, когда вновь окажусь в Академии Печатей, но уже спустя две недели вынуждена её покинуть, даже не зная, куда направляюсь. Мы с Кристиной собирали вещи обратно в сундуки, думая о том, что нам осталась всего одна ночь в стенах общежития.

Где мы будем спать теперь?.. Надолго ли покидаем школу? И что это за таинственная практика? С каждым днём вопросов становилось всё больше, но сегодняшнее известие заставило понять, что нет смысла искать ответы. Прожив в Верхнем мире всего год, мы решили, будто знаем это место. Как бы не так. Мы – всё ещё чужеземки, толком не выбиравшиеся за пределы Академии.

– Как думаешь, куда нас отправят? – спросила подруга, тяжело вздохнув. Крис всегда ненавидела перемены и незнакомые места. Хотя правильнее будет сказать: она не любит незнакомых людей, а потому всегда спешит поскорее со всеми подружиться. Куда бы её ни отправили, она обязательно станет там своей. В этом я не сомневалась. – Вернее, куда меня – я знаю. Надеюсь, что тебя туда же.

– Хорошо бы, – подыграла соседке. «Вряд ли, – заключила про себя. – Иначе мне бы тоже сказали, куда я направляюсь. Однако моё назначение осталось тайной даже для меня самой».

Я собрала в сундук одежду, а комнатные украшения решила оставить. Не знаю, пригодятся ли они мне где-то там, да и вдруг скоро вернусь обратно. Пусть себе висят и дожидаются моего прибытия.

– Надеюсь, мы скоро увидимся… – подруга подумала о том же, о чём и я.

– И я надеюсь.

Сначала настроение было тревожным, но стоило сложить вещи из шкафа в сундук, как пустота на полках распространилась и на сердце. Я ощутила сильную тоску, будто меня отсылают в мою старую школу, где нет магии и моей лучшей подруги. Где я не староста, а всего лишь серая мышь. Как давно это было, словно в другой жизни. Благо этому больше никогда не бывать. Со мной мои Печати и опыт, приобретённый ценой множества ошибок. Может, я и не стану всем другом, как Кристина, но точно сумею за себя постоять.

Когда пришло время отходить ко сну, я ещё долго ворочалась в постели не в силах уснуть. За окном уже светало, когда то ли наконец провалилась в мир грёз, то ли ещё бодрствовала под сопение соседки. Дверь в нашу комнату тихонько отворилась, и внутрь прошёл Кай. Он ступал тихо, как кошка, медленно приближаясь к моей постели, словно мираж или видение. Неудивительно: ведь у его отца есть ассистентка, умеющая насылать сны, вспомнила я. Однако всё равно подумала: «Как он умудрился пробраться мимо стражи в общежитие?».

– Ты возвращаешься в Академию? – спросила вслух.

– Думал, уже никогда не вернусь. Но вот я здесь, чтобы предупредить, – заявил парень.

– Я больше не поверю ни единому твоему слову! – прорычала шёпотом. Крис всё так же сладко сопела.

– Откажись от практики. Останься в Академии, – как ни в чём не бывало продолжил он.

– Не могу.

– Можешь! Ступай с самого утра к куратору и откажись. Это слишком опасно для тебя.

– Почему?

– Ты знаешь.

– Из-за Печатей? Из-за того, что сделала? Из-за войны, которую начала?.. Может, это мой шанс всё исправить! Внести свою лепту!

– Всё сложнее, чем ты думаешь, Поли…

– Убирайся! – Я смахнула образ Кая рукой, не желая и дальше слушать его ложь. С меня хватит. Больше я никогда ему не поверю!


* * *


После завтрака всех ассистентов вторых и третьих курсов собрали в холле общежития. Их выстроили в несколько рядов и раздали каждому по бело-золотой бумаге с заранее заготовленными стаканами с водой. Меня же забрала мадам Акрот и отвела в свой кабинет. На этот раз за столом не оказалось человека в очках, зато стоял высокий бокал с жидкостью чистого золотого цвета.

– Я одна?.. – огляделась по сторонам.

– Нет, – ответила куратор. – Но вашу группу велено отправлять по одному.

Понятнее не стало, но теперь я точно знала: Крис со мной не будет. Её ещё в холле поставили в один из рядов. Если бы я знала, что меня уведут, то попыталась бы запомнить, кого из сокурсников недоставало в очередях.

– Вы готовы? – спросила женщина.

– Что мне делать?

– Выпей, – удивилась она.

– Я не об этом… Что мне делать, когда я перемещусь?

– Тебя встретят.

Поняв, что мадам Акрот не намерена давать развёрнутые ответы, я оставила попытки расспросить её и приблизилась к бокалу. Позади меня парил большой сундук с багажом, а в рот медленно потекла вязкая золотая жидкость.

– Удачи! – пожелала напоследок куратор.

Я зажмурилась, но прохладного душа не последовало. Открыла глаза уже в совершенно другом, незнакомом месте. Здесь поместился бы целый пассажирский самолёт, причём не только в длину, но и в высоту, если поставить воздушное судно на нос хвостом вверх. Я ощутила себя такой крошечной и незначительной в этом громадном помещении с высоченным потолком и вытянутыми заострёнными окнами. Позади находилась дверь, масштабом превышающая всю мою комнату в общежитии, а на полу лежал белёсый мрамор, отражавший не только свет из окон, но и блеск хрустальной люстры под потолком. Даже издали она казалась невероятно огромной, ну а если упадёт на голову, то меня из-под неё и видно не будет.

На поясе пульсировал чужой пропуск, под ногами мерцала голубая Печать, с каждым всплеском становясь всё тусклее. Засмотревшись на неё, я подпрыгнула на месте и взвизгнула, когда позади распахнулась двустворчатая дверь и в помещение вошёл светловолосый парень в белоснежных перчатках.

– Я вас напугал? – улыбнулся он. – Добро пожаловать!

– Где я?..

– Как где? В самом сердце столицы, в королевском дворце Его Величества Беллиана I. Идёмте же, я представлю вас королю. – Молодой мужчина жестом пригласил меня за собой в ту дверь, из-за которой появился мгновение назад.

– К-королю?.. – Я с места не сдвинулась. – Здесь какая-то ошибка!

– Никакой ошибки, – ещё более обворожительно улыбнулся слуга. – Вы мисс Полина Бронина, студентка второго курса факультета ассистентов Академии Печатей, за свои способности и заслуги отобранная на королевскую службу лично Его Величеством.

У меня перехватило дыхание. Я понятия не имела, как вести себя с королями! Такому нас в Академии не учили. Во всяком случае за то время, что я успела проучиться.

– Идёмте же, – меня легонько подтолкнули вперёд, и мы вместе прошли в длинный витражный коридор, а вот багаж остался позади, не последовав за мной. Увидев, как я озираюсь на сундук, парень сообщил:

– Не волнуйтесь, его заберут и доставят куда надо.

Мы медленно шагали вдоль цветных витражных окон, окрашивавших белый мрамор под ногами в причудливые узоры. Блондин рядом тоже светился всеми цветами радуги.

– Когда будете представляться Его Величеству Беллиану, – заговорил он, – не смотрите на него в упор или слишком долго. Король не любит, когда рассматривают его уродство.

Я промолчала, и мы прошли дальше, очутившись во дворе с пенящимся фонтаном и россыпью резных беседок.

– Его Величество стыдится своего лица: глаза смотрят в разные стороны, а нос повёрнут набок. В детстве он частенько падал с лестниц замка.

– Как так?! – обомлела я.

– По глупости. Его Величеству Беллиану тяжело давались знания. Знаете, как говорится: невозможно разучиться ездить на велосипеде. Так вот это не про нашего короля. Он, поспав ночью, наутро напрочь забывал, как ходить.

У меня аж рот приоткрылся от услышанного, однако я благоразумно промолчала, придержав своё мнение при себе.

Мы прошли в ещё одно громадное помещение, наполненное утренним светом, где даже шёпот эхом отражался от стен. Мне было не по себе от того, как смело слуга обсуждает самого могущественного человека в Верхнем мире.

– Его Величество застенчив и легко раним. Вы уж его не обижайте. – Я с недоумением посмотрела на высокого красавца рядом с собой, как он тут же заявил: – Иначе король может испугаться и убежать в слезах. Нам сюда.

Мы прошли в тронный зал. Внутри по мимо солнечного света горело множество свечей вдоль колонн, украшенных резьбой и цветочным плетением, а в самом конце стоял обшитый красным бархатом позолоченный трон. Однако он пустовал. В уме промелькнула неуместная мысль: «Неужели король снова забыл, как ходить?..».

Я остановилась у подножья возвышенности, на которой покоился престол, желая рассмотреть его поближе, когда дверь в конце зала с грохотом отворилась. Я резко обернулась, склоняясь в неуклюжем реверансе перед вошедшим человеком, как вдруг позади послышался наигранный кашель. Повернувшись обратно к трону, я увидела, как на нём вальяжно расселся, скрестив вытянутые ноги, тот самый светловолосый слуга. Глядя на меня сверху-вниз и ехидно ухмыляясь, парень произнёс:

– Представься своему королю.

## Глава 4


У меня не нашлось слов. Я замерла на месте и молча таращилась на короля, нервно прокручивая в памяти, не ляпнула ли чего лишнего, пока принимала его за слугу. Ну и подстава, Ваше Величество!

Повнимательнее рассмотрев человека на троне, мне на мгновение показалось, что я прежде уже его видела. Но где?.. «Нигде», – подсказал здравый смысл. Я физически не могла встречаться с правителем Верхнего мира.

– Его Величество любит розыгрыши, – раздался позади голос мужчины, про которого успела забыть.

Резко обернулась, оказавшись вполоборота к обоим, но смотрела теперь на стоящего в распахнутых дверях тронного зала. Он выглядел старше и куда менее привлекательнее короля.

– А вы кто?.. – поинтересовалась растерянно.

– Советник Его Величества Беллиана. Обращайся ко мне как подобает. С почтением.

Спешно поклонившись, поймала себя на мысли, что, в отличие от короля, этот на шутника совсем не похож.

– Гаррет, – обратился к лысоватому мужчине король, – помоги девушке обосноваться в замке.

– Ваше Величество, я советник, а не…

– Ты будешь тем, кем я прикажу, – Беллиан лениво подпёр ладонью подбородок, явно показывая, что не намерен продолжать этот разговор.

– Прошу прощения, Ваше Величество, – советник поклонился королю, после чего жестом пригласил меня последовать за ним.

– А с вами, Полина, мы позже ещё побеседуем, – бросил напоследок парень на троне. Я нервно сглотнула ком в горле и, тоже поклонившись, поспешила покинуть помещение.

Гаррет двигался быстро, не оставляя по пути возможности рассмотреть замок. Его белоснежные стены, оплетённые лианами колонны и резные арки. Вновь пройдя витражный коридор, поняла, что меня вернули в фойе, где я появилась. Однако мы там не задержались, вскоре оказавшись у широкой лестницы, ведущей в восточное крыло. Здесь оказалось людно, многие были в униформе горничных и дружно склонялись в реверансах при виде советника. Похоже, этот дядька и вправду важный человек.

Мы поднялись на второй этаж, не произнеся за всё время ни слова, и очутились в коридоре с одинаковыми каштановыми дверями. Кажется, общежитие Академии повторяется…

– Будешь жить здесь, – отрезал Гаррет, распахивая передо мной створку. – По всем вопросам – к прислуге.

Советник намеревался тотчас уйти, да и я хотела поскорее от него избавиться, однако пришлось остановить его и спросить:

– Простите, но что мне делать дальше?..

– Для начала обоснуйся. Дресс-кода для практикантов нет, но ношение отличительного знака – обязательное.

– А кем я буду?

– Я похож на твоего куратора в Академии?! – раздражённо поинтересовался вновь задержавшийся в дверях мужчина.

– Нет… простите.

Недовольно хмыкнув носом, Гаррет всё-таки соизволил ответить:

– Насколько мне известно, ты распределена в помощницы королевского дознавателя. В нынешних реалиях у него прибавилось работы. – Не дожидаясь моего следующего вопроса, советник развернулся и поспешил удалиться. Однако снова остановился, но теперь уже по собственной инициативе. – Ах да: в жилых частях замка Печати не работают. Древняя система безопасности королевского рода, так что не пугайся.

Сказав это, Гаррет наконец ушёл, оставив меня наедине с собственными мыслями. Как так? Неужели такой будет моя жизнь в Верхнем мире? Помощница королевского дознавателя – что может быть хуже?.. А ведь я когда-то переживала из-за второй половины моего дара… Вот глупая! Кай рассказывал, что должность королевского дознавателя занимает отец Рейки, и хладнокровием дочь вся в родителя… М-да, чудесная меня ждёт работёнка, ничего не скажешь.

Так… Стоп! Не время жалеть себя! И пусть моя работа не из приятных, но я попала в королевский дворец. Стала помощницей уважаемого человека. Меня многие возненавидят, и пускай. Меня не должно волновать ничьё мнение. Я больше не боюсь ранить души людей. Проверим, распространяется ли это и на их тела. Лучше быть палачом, нежели приговорённым, а я и так слишком долго жила в позиции жертвы.

В первую очередь я должна думать о себе. Это мой шанс закрепиться в Верхнем мире и стать не кем попало, как мама Окси – волшебным садовником, а важным человеком. К тому же, если повезёт, у меня появится возможность всё исправить. Внести свой вклад в окончание войны.

«Жестокими методами, но я понесу праведное дело», – успокаивала себя, но выходило слабо, а потому решила вовсе отвлечься от мыслей о предстоящей работе и изучить свою новую комнату. Мне выделили неплохие покои с будуаром в сиреневых тонах. У окна стояло два кресла и круглый журнальный столик с ажурной лампой. В углу у шторы прятался мой сундук с вещами, а за широкой аркой начиналась просторная спальня в более глубоких фиолетовых оттенках. Над изголовьем кровати имелось ещё одно большое полукруглое окно, напротив располагался четырёхстворчатый платяной шкаф, а у стены красовались резное трюмо с тремя фигурными зеркалами и мягкий пуф.

Протестировав постель и заключив, что она вполне удобная, решила сразу разобрать вещи. Магией подозвала к себе сундук, но быстро спохватилась, вспомнив, что в жилых частях замка Печати не действуют. Каково было моё удивление, когда багаж влетел через арку в спальную зону. Мои Печати работали!

На мгновение я впала в ступор, решив, что Гаррет подшутил, но быстро вспомнила, что он напрочь лишён чувства юмора, и пришла к более логичному выводу: дело в двойной Печати. А значит, никто не должен знать, что я могу здесь колдовать.

Опустив сундук на пол, решила переодеться. И хотя я ещё не успела устать от учебной формы, посчитала неуместным ходить в ней по замку, тем более что и дресс-кода здесь нет. Сначала подумала о чём-то удобном, но, желая произвести благоприятное первое впечатление, потянулась за платьем, купленном в конце лета вместе с Кристиной. Я ещё ни разу его не надевала, считая слишком облегающим, но оно было фиолетовым, – под стать моей новой комнате, – и как-то само собой привлекло внимание. Поначалу ощутила сильный дискомфорт с открытыми руками и ключицами, но вскоре взяла себя в руки и расправила плечи. Разглядывая себя в зеркалах трюмо, пришла к выводу, что весьма красива в нём, и мне нечего стесняться.

Улыбнувшись на удачу своему отражению, двинулась к выходу, когда по пути на журнальном столике мне на глаза попалась странная деталь, заставившая остановиться. Присмотревшись, я признала в ней круглую брошь в форме проткнутого кинжалом сердца. Должно быть, это и есть тот отличительный знак, о котором говорил советник Гаррет.

Наспех прицепив булавку на грудь, я-таки покинула свои покои, очутившись в просторном коридоре. На мгновение зависла в дверях, не зная, куда податься. Всюду неспешно шныряли молчаливые женщины в униформе, но помимо прислуги имелась парочка обитателей крыла с брошками на груди. За одним из таких я и увязалась следом.

Незнакомец довёл меня до сада с фонтанами и подстриженными кустами. Здесь мы и расстались. Парень двинулся дальше своей дорогой, а я осталась на улице, желая осмотреться. Вокруг было достаточно людно, но на меня никто не обращал внимания, зато я заметила, что подстриженные кусты – это не что иное, как вход в лабиринт. Немного поразмыслив, прошла за зелёную ограду. В конце концов, Печати не должны срабатывать только в жилых частях замка, а значит, если заплутаю, то смогу без подозрений отправить в воздух сигнал, чтобы меня нашли, а то и вовсе сама выберусь при помощи магии.

– К тому же проверю свою память, – пробубнила, предвкушая увлекательную прогулку.

Но не успела завернуть за первый поворот, как тут же врезалась в кого-то носом. Он тотчас онемел, а в глазах засияли цветные звёзды на фоне ночного неба.

– Полина?.. – раздалось ошарашенное. Я тут же подняла вверх глаза.

– Лорус?! – выпалила не менее удивлённо.

Маг распустил хвост, теперь его длинные русые волосы водопадом ниспадали с плеч, доставая до самых лопаток. На подбородке появилась двухдневная щетина, придавшая мужество его лицу, а одежда вместо учебной формы стала тёмной и строгой, создавая образ взрослого профессионала. Но я-то знала, каков Лорус на самом деле, меня не провести его новым обликом. Однако я рада, что не одна здесь, пусть и повстречала наипротивнейшего из всех знакомых.

– Тебя распределили к лорду Фёрстрайду? – с ходу спросил он.

– Да, я стану помощницей отца Рейки. Стоп! – опешила я. – Откуда ты это знаешь?

Парень усмехнулся, после чего попытался кончиками пальцев коснуться моей груди. Я резко отскочила в сторону от извращенца, а он продолжил:

– Понял по твоему значку. А ты что подумала?..

Стало немного неудобно из-за чрезмерно бурной реакции. Теперь и я заметила на груди Лоруса отличительный знак в виде круга Печати, охваченного пламенем.

– Тебя тоже сюда распределили?

– Студентов-магов ещё два дня назад призвали на службу. Сейчас я помогаю отцу. Вернее, представляю его во дворце и передаю его послания с поля боя. Он командует дивизионом.

– Твой отец – военный? – В памяти сразу всплыл вид комнаты Лоруса в общежитии Академии. Не зря я тогда решила, что она по-военному скромная.

– Отставной генерал, но в связи с военным положением его снова призвали на службу. Прогуляемся? Сегодня прекрасный солнечный день, и я могу всё тебе тут показать, – парень предложил мне согнутую в локте руку.

Лорус, конечно, мерзкий, но я ему нравлюсь. Хотя вернее будет сказать: он хочет использовать меня в своих грязных интересах, так почему бы мне не воспользоваться им в своих?..

– Отличная мысль! – не без усилий я изобразила дружелюбную улыбку, принимая его предложение.

Мы медленно двинулись вглубь лабиринта, как выход тотчас скрылся из виду. Вокруг оказались лишь идеально подстриженные зелёные стены высотой под три метра.

– Ты знаешь, как отсюда выбраться? – спросила своего спутника.

– Достаточно пожелать, и лабиринт сам тебя отпустит. Это одна из любимых игр Его Величества. Самому найти выход никак нельзя, зато сдаться можно в любой момент.

– Ух ты!.. – искренне восхитилась я. – Увлекательная игра!

– Его Величество любит развлечения.

– И розыгрыши, – добавила, с чем Лорус охотно согласился.

Мы завернули за очередной поворот. Лабиринт выглядел одинаково ухоженно на всех отрезках пути, но где зелень всё же казалась чуть менее опрятной, там над ней уже вовсю корпели молчаливые слуги с Печатями на шеях, прям как в прачечной Академии.

– Тебя поселили в восточном крыле? – поинтересовался парень. Я кивнула. – Отлично! Значит, будем соседями. Можешь обращаться ко мне днём и ночью по любым вопросам, – он сделал ударение на слове «ночью», как меня тут же передёрнуло.

Я поспешила перевести тему:

– В замке я видела слуг без Печатей. Почему?

– При дворе много личных горничных и лакеев из местного населения. Это достаточно почётная работа для тех, кто не слишком одарён в магии или так и не сумел проявить Печать.

И как я сразу не догадалась, что найдётся множество тех, кто захочет жить и работать в королевском дворце даже в качестве прислуги. Это в Академии Печатей никто, кроме зомбированных женщин из Среднего мира, не стал бы горбатиться на студентов.

Размеренной походкой мы прошли дальше, и я с удивлением обнаружила, что впервые в паре с Лорусом не спотыкаюсь на каждом шагу и не оттаптываю ему ноги. Неужели наше «проклятье несовместимости» потеряло свою силу в новом месте?

Нам навстречу вышли две девушки в пышных платьях и со смешными причёсками. Они громко смеялись, но при виде нас на время притихли, пока вновь не отдалились и не продолжили сплетничать наедине. Я же заметила, как много в их волосах украшений, перьев и косичек, переливающихся всеми цветами радуги на солнце. Должно быть, такая мода. Надо будет и мне заплести, чтобы не отличаться от местных.

Дальше нам по пути попался немолодой мужчина, за которым хвостом вилась девушка с бумагами в руках и что-то спешно докладывала. На груди обоих красовались такие же броши, как у Лоруса. Мой спутник кивком головы поздоровался с этим человеком, проигнорировав его ассистентку.

– Это твой начальник? – уточнила я.

– Нет. Но, возможно, однажды я стану его боссом, – хмыкнул парень. – А, может, и твоим…

У меня машинально закатились глаза и захотелось закончить прогулку. Стоило об этом подумать, как впереди образовался проход, ведущий из лабиринта к тому же фонтану, у которого я и входила внутрь.


Не успела выйти, как из сада меня окликнул высокий плотно сбитый мужчина средних лет:

– Мисс Бронина! Я везде вас разыскиваю, а вы прохлаждаетесь в лабиринте!

Только когда мужчина обратился ко мне, я заметила рядом с ним Рейку, как две капли воды похожую на отца, разве что пониже ростом.

– Мне не дали никаких указаний, вот я и решила прогуляться, изучить замок и его окрестности… – оправдания сами полезли изо рта под пристальным взором этих серых мёртвых глаз.

– Сегодня в восемь вечера жду вас в подземелье. Не опаздывайте! – рявкнул лорд Фёрстрайд и, не попрощавшись, тут же ушёл, даже не объяснив, где находится это самое подземелье. Я спросила бы о нём Рейку, хоть она меня и недолюбливает, вот только девушка убежала вслед за отцом. Засада!

– Что мне делать?.. – жалостливо простонала себе под нос. – Я без понятия, куда мне идти!

– Не переживай, я тебя отведу, – вдруг отозвался Лорус, о существовании которого я успела забыть после столкновения с королевским дознавателем.

– Спасибо тебе огромное! – выдохнула с облегчением. Это была искренняя благодарность. Лорус и правда мне здесь пригодится, но пусть не рассчитывает на слишком многое…

## Глава 5


Я перекинула волосы на один бок, а на открытом виске заплела тонкие косички, похожие на те, что видела в причёсках местных девушек и, удовлетворившись своим отражением, была готова выдвигаться. Меня всё ещё пугала перспектива работы помощницей королевского дознавателя, но ведь это не навсегда, а только на время практики. Когда война закончится, нас обязательно вернут в Академию, а уже после её окончания я смогу сама выбирать, где и с кем мне работать. Успокоив себя этой мыслью, покинула покои.

В коридоре меня уже дожидался Лорус. При виде моего появления губы парня растянулись в широкой улыбке, затем он подмигнул. Я дружелюбно усмехнулась в ответ, даже не закатив глаза, а то ещё сорвётся с крючка и не станет помогать. Всё-таки он мой единственный знакомый маг в замке, и при этом неравнодушен ко мне. От последней мысли меня всё же передёрнуло и это не осталось незамеченным.

– Ты чего? – спросил Лорус, шагая навстречу.

– Волнуюсь, – соврала я.

– Да-а… – протянул парень. – Работёнка тебе предстоит не из приятных.

– А разве могло быть иначе? – фыркнула я. Мы спустились вниз по лестнице.

– Почему ты так говоришь?

– Или так, или вторая половина моего дара…

– Она поприятнее, – хихикнул Лорус. – Хотя для военного положения не подходит.

Мы двинулись по длинному плохо освещённому коридору, в конце которого нас ожидала неприметная дверь, а за ней – ещё одна лестница, ведущая под землю.

– Если таков мой выбор, то пусть будут пытки, – заявила уверенно, поскольку ублажать кого-то я точно не собиралась!

– Когда война закончится, тебе лучше сделать другой выбор.

– Это ещё почему? – Мы ступили на тёмную крутую лестницу. Вокруг пахло погребом и резко похолодало.

– Умение причинять боль не поможет закрепиться в высшем обществе.

– С чего ты взял, что я хочу в нём закрепиться?

– Все хотят.

Я промолчала, задумавшись над его словами. Не знаю, сколько мы провели в тишине, но в какой-то момент Лорус объявил:

– Пришли.

Путь до подземелья оказался несложным и легко запоминающимся. В следующий раз и сама найду дорогу. Уверенно спрыгнув с последней ступени, я надеялась увидеть перед собой дверь, но упёрлась в толстую каменную стену.

– Здесь нет прохода, – проговорила очевидное. – Ты точно привёл меня в правильное место?

– А ты думала, туда так легко попасть? – сыронизировал парень. – Туда вообще не попасть!

«Он что, издевается?!».

– Зачем ты привёл меня сюда?! – Я скрестила на груди руки. В голове прокручивались недостойные мысли под стать репутации Лоруса в моих глазах.

– Тише-тише… – Его задело моё недоверие. – Я же шучу…

– Мне не нравятся такие шутки.

Вздохнув, маг заговорил серьёзно:

– Приложи к стене Печать и назовись. Тебе должны были оформить допуск. Если бы сюда мог войти любой желающий, то оно бы не звалось тайным подземельем королевского замка.

– Откуда ты всё это знаешь? – смягчилась я, в очередной раз не так восприняв его намерения.

– Королевский замок – достояние Верхнего мира. Все местные знают истории о его загадочных свойствах.

– Но разве это не делает его тайны бессмысленными?

– Знания не помогут мне проникнуть внутрь, а вот страх внушат. Примерно так всё здесь и работает.

Кратко кивнув вместо заслуженного «спасибо», я повернулась лицом к стене и прикоснулась голубой Печатью к холодному камню. Алую крепко сжала в кулак под маскировочной перчаткой.

– Полина Бронина, – проговорила громко. – То есть помощница королевского дознавателя мисс Бронина.

Стоило договорить, как на камне начал вырисовываться узор, сплетавшийся в резкий угловатый орнамент. А спустя всего несколько мгновений передо мной образовалась железная дверь без ручки.

– Иди. Не бойся, – напутствовал Лорус. – И… удачи!

Я неуверенно ступила прямо в закрытую дверь.

Вопреки ожиданиям и зажмуренным векам, удара не последовало. Распахнув глаза, обнаружила себя всё в таком же каменном подземелье с куполообразным потолком и сильным запахом погреба, но, в отличие от лестницы, помещение хорошо освещалось.

– Вы опоздали на минуту! – В мгновение ока рядом со мной возник королевский дознаватель собственной персоной. – Род Фёрстрайдов всегда был верен короне и никогда не позволял себе подобные вольности!

– Какие?.. – опешила я. – Опоздание на минуту?..

– Вам это кажется смешным?

– Конечно, нет, просто я впервые здесь. Не рассчитала время и всё такое. – Я нервно усмехнулась. – Прошу прощения!

– А теперь хотите тратить моё время на усмешки и притворные извинения? Вы несерьёзны! Может, вам здесь вовсе не место? Моя дочь рассказывала о вас… – мужчина еле заметно скривил губы, в остальном его лицо осталось непроницаемо каменным, прямо как стены вокруг. – Я предупреждал Его Величество, что он допускает ошибку с этим назначением. Моя семья много поколений верна роду Астер, и я не подведу короля из-за одной невежественной ассистентки!

Я разозлилась из-за незаслуженного выговора. Сжала руки в кулаки и, глядя начальнику прямо в глаза, заявила:

– Говорите, вы верны Его Величеству, но оспариваете его решение?.. – проговорила холодно, в духе самого лорда Фёрстрайда, и это сработало. Мужчина тут же осёкся, прикусив язык.

Так-то!..

Помолчав пару мгновений, он вновь заговорил, но на этот раз намного спокойнее:

– Идёмте. У нас много работы. – Дознаватель быстро зашагал вдоль круглого помещения. Я двинулась следом. – Работать будете в основном по вечерам, но в экстренных случаях – как придётся. Будьте готовы подняться среди ночи и без промедлений приступить к своим обязанностям.

Я кивнула.

Мы пересекли помещение, изрешечённое по всему периметру множеством тёмных проходов. В один из таких мы и свернули, оказавшись в тускло освещённой комнатушке с прикованным к стулу человеком. В голове промелькнула неуместная мысль о фильмах про Джеймса Бонда. Как правило, в них сопереживаешь пленнику, а не истязателю… «Ненавижу свой дар, – подумалось следом. – Почему именно мне выпало пытать людей?..».

Скованный человек смотрел себе на колени, пока я разглядывала его макушку с сальными лохмами. Судя по виду и запаху, исходящему от него, пленный давненько не принимал душ.

Я сглотнула ком, образовавшийся в горле, но против трясущихся коленок средства не нашлось. Пришлось облокотиться о сырую стену, чтобы не потерять равновесие.

– Я буду обращаться к тебе на «ты», раз уж ты моя ассистентка. А он, – лорд Фёрстрайд указал на сидящего в цепях человека, – твоя работа на сегодня. Выбьешь из предателя правду – и свободна до следующего раза.

Я понимала, что могу применить дар к любому в этом замке, к представителям Нижнего мира в том числе и даже в жилых помещениях, где магия, как правило, бессильна, но знать об этом никому не следовало. Поэтому на всякий случай уточнила:

– Как я выбью информацию? У магов Нижнего мира сильная защита от вмешательств способностей ассистентов.

– Этот гад из Верхних, – отрезал мужчина. – Уроженец девятого округа и довольно посредственный маг. Сжёг дотла две деревни вместе с жителями, прежде чем его поймали. Нужно выяснить: он анархист, воспользовавшийся отвлечённостью властей на войну или же часть некого омерзительного плана Нижнего мира?

Услышав, что он сделал, мне вдруг стало совсем не жаль этого человека. Он настоящий убийца и заслуживает вкусить мой дар. На душе сразу полегчало.

«Это мой шанс внести вклад в окончание войны и наказать опасного преступника», – напомнила себе прежде, чем приступить.


Когда я выбралась из подземелья, на дворе уже стемнело. По ощущениям, я пробыла под землёй не меньше трёх часов, большую часть времени потратив на заполнение бумаг по переводу заключённого в местную тюрьму строгого режима. Раскололся он быстро, оказавшись самым настоящим маньяком и психопатом, никак не связанным с Нижним миром и сжёгшим заживо множество людей шутки ради. Допрашивать его было проще простого, хотя не сказала бы, что процесс прошёл гладко. Пленник несколько раз пытался меня укусить, а боль доставляла ему удовольствие, потому-то обычная пытка на нём и не сработала. Пришлось перейти на такой уровень боли, который даже извращенцу не приносил радости.

После встречи с подобным человеком я не чувствовала раскаяния, но осталась разбитой и напуганной по окончанию. Никогда не думала, что однажды моя работа будет связана с отпетыми преступниками, я буду с ними контактировать и даже прикасаться к ним. Всё это казалось сном или триллером на большом экране, но никак не реальностью.

Поднимаясь вверх по винтовой лестнице, только и думала, как бы поскорее вернуться обратно в Академию. Но до возвращения туда ещё далеко. Хорошо хоть до моей новой спальни близко, ведь она находится в том же самом крыле, что и спуск в подземелье, только на несколько этажей выше. Теперь понятно, почему меня поселили именно здесь.

Не успела покинуть первый на пути коридор, как меня окликнули. От неожиданности я ойкнула и подпрыгнула на месте. Обернувшись, в полумраке увидела Лоруса.

– Только не говори, что всё это время ждал меня снаружи! – обомлела я.

– Конечно, нет, – усмехнулся парень, зашагав навстречу. – Хотя жду уже минут сорок. Думал, ты быстрее управишься.

– Зачем?..

– Хотел встретить и пригласить на ужин, – он предложил мне свой локоть. – Ты ведь голодная?

Пока Лорус не спросил, я совсем не чувствовала голода. Но теперь, обратив внимание на свой организм, ощутила острую потребность в пище. Сегодня я только завтракала, ещё в Академии, а дальше была слишком взволнована и занята другими мыслями, чтобы вспоминать о еде.

– Немного, – вежливо ответила, принимая его предложение.

– Как всё прошло? – спросил маг, когда мы под руку зашагали в противоположном от жилого этажа направлении.

– Не хочу об этом. – Прозвучало довольно резко, так что я сразу захотела объясниться: – Мне запрещено разглашать что-либо связанное с военными тайнами, но… здесь не тот случай. Пленник оказался обычным серийным маньяком. Не хочу говорить о нём.

– Понял, извини. У меня как раз есть идея, как поднять тебе настроение!

– Не думаю, что хочу сейчас… чего бы то ни было. Мне бы просто поужинать и лечь спать.

– Брось, идём! Обещаю, тебе понравится.

Лорус привёл меня в сад. Утром здесь было оживлённо, но к ночи это место опустело, что придавало ему уюта и некоей загадочности. С приходом темноты звёзды на небе стали заметнее, а по всему саду горела подсветка. Даже из фонтана теперь била и пенилась цветная вода, словно напитанная люминофорами.

– Сюда! – парень пригласил меня в одну из резных беседок. Она была освещена тусклым светом свечей на столике и радужными фонариками на кромке крыши.

Мы сели друг напротив друга. Ранней осенью в Верхнем мире ещё достаточно тепло, но без верхней одежды к ночи всё же становится прохладно. Я воспользовалась вязанным пледом, лежавшим на сидении, укрыв им плечи.

– Здесь очень мило, – начала я, – но я правда устала и хотела бы…

– Я настаиваю, – перебил меня Лорус, но не грубо, а скорее игриво.

Не успела я вновь возразить, как к нам приблизилась служанка с подносом в руках, и сразу перехотелось уходить. От горячего слишком вкусно пахло, а, по заверениям женщины, после ещё подадут десерт. Что ж, лягу спать попозже.

Я моментально приступила к трапезе, позабыв о всяком приличии. Все знания этикета, вложенные мадам Теосой на занятиях по «Введению в специальность ассистента мага» в одночасье выветрились из головы. Я пользовалась всего одной вилкой и глотала, почти не пережёвывая. Мясо само таяло во рту.

– Ого! – воскликнул Лорус, заставляя меня отвлечься от тарелки. – Ты и правда сильно проголодалась. Видишь, как хорошо, что я не отпустил тебя спать.

Я смущённо усмехнулась, вытерев салфеткой края губ.

– И всё же зачем ты меня позвал? – смяла и отложила её в сторону.

– Разве нужен повод, чтобы поддержать подругу в незнакомом месте на новой работе?

– Так мы теперь друзья? – не скрывая удивления, поинтересовалась я.

– Могли бы ими стать, – улыбнулся маг. – А может, и чем-то большим…

Нам подали десерт, отвлекая от последних слов Лоруса. Честно говоря, я была уже сыта и собиралась поблагодарить парня за вечер, а после уйти, как вдруг он словно почувствовал это и бросил на опережение:

– Это ещё не всё! Подожди, уже скоро.

Отказаться было бы грубо, так что я утвердительно кивнула, расковыряв вилкой воздушный десерт и держа в голове мысль о том, что Лорус зря старается. Чтобы он ни задумал, моё к нему отношение не изменится.

– Замёрзла? – вдруг спросил он.

– Немного, – сказала и тут же одумалась: – Нет! – А то ещё предложит свой фрак, будто мы на свидании. Не бывать этому!

– Так почему не используешь заклинание регулировки температуры?.. – полюбопытствовал удивлённо.

Вот же ж! Опять! Когда я уже запомню, что у меня в арсенале есть такое полезное заклинание?! Испытав лёгкий стыд, я сбросила с плеч покрывало и заговорила начистоту:

– У нас ничего не… – не успела изложить свою мысль, как из травы поднялись тысячи светлячков и устремились в ночное небо. – Ва-ау! – только и сумела выдавить из себя, глазами отчерчивая их путь от земли до звёзд. За зрелищем напрочь позабыла, что вообще собиралась сказать.

– Знал, что тебе понравится… – парень своей тёплой ладонью незаметно накрыл мою руку. – Романтично, не правда ли?

– Да-а… – Заворожённая, я не сразу заметила его прикосновение. Дело в лунном свете, в светлячках или в его манерах, но Лорус выглядел иначе, пошатнув мои прежние устои. Возможно, я даже могла бы… Нет! О чём я только думаю?! Больше я не поверю ни единому мужчине, тем более такому, как он! Пусть оставит свои романтические вечера для другой, я на это не куплюсь! Одёрнув руку, я резко вскочила из-за стола, заявив: – Знаешь, нет. Не романтично. И мне пора.

– Куда ты?..

– Я устала, – отрезала не оборачиваясь.

– Постой, я тебя провожу!

– Не стоит! Сама дойду, – ускорилась, не давая магу и шанса нагнать меня.

«Сначала Кай, теперь Лорус? Ну уж нет! Я пока ещё не сошла с ума».

Быстрым шагом неслась вдоль сада, злясь на саму себя. Дыхание участилось, а руки сжались в кулаки. Как я могла даже на долю секунды позволить себе подобные мысли? Неужели не усвоила прошлый урок? Я настолько безнадёжна?..

– Неисправимая идиотка! – отругала себя вслух, как вдруг мне ответили: – Кто? – прозвучал взволнованный женский голос. – Кто здесь?!

Я также испугалась.

– А вы кто?.. – и попятилась назад.

Впереди зашуршал куст, а спустя мгновение из-за него выглянула Оксана.

– Окси?! – воскликнула я.

– Полина?! – девушка бросилась мне в объятия.

Не передать словами, какую радость принесла мне встреча с сокурсницей. Мы обнимались так, словно были лучшими подругами. Я кожей ощущала точно такое же одиночество, исходящее от неё, что испытывала сама, находясь в этом месте совершенно одна, без друзей и поддержки. Лорус не в счёт!

Мы отлипнули друг от друга, и я наконец смогла рассмотреть Оксану. Сокурсница с ног до головы извозилась в земле и траве.

– Думала, уже никого из наших не встречу! – не обращая внимания на её растрёпанность, заулыбалась я.

– Я тоже! – пропищала девушка. – Как жаль, что Генри здесь нет…

– Может, ещё кто-то из наших в замке? Кристину не видела? – понадеялась я.

– Не-а.

– Жаль. – Хоть я и знала ответ заранее, но всё равно расстроилась. – Куда тебя распределили?

– Меня назначили особым садовником, – с гордостью сообщила Окси. – Можно сказать, пошла по стопам мамы. А тебя?

– Помощницей королевского дознавателя, – вздохнула я.

– Ох, сочувствую… Я-то буду заботиться о чудесном королевском саде. Мне повезло! А тебе придётся пытать людей, фу! Уж точно тебе досталась худшая работа.

И хотя я не питала иллюзий относительно своих обязанностей, меня всё равно задели слова той, кто стояла вся в грязи: с ветками в волосах, запылившимся лицом и почерневшими от земли пальцами. Ох не ей меня судить!

– Я хотя бы не похожа на чумазого домовёнка…

Оксану удивили мои слова. Помолчав пару мгновений, она всё же выпалила: