Александра Лисина
Гибрид. Книга 5. Новые горизонты

Часть первая
Арена

Пролог

В Таэрин мы прибыли через шесть с небольшим рэйнов[1] после вылета из крепости Ровная, так что примерно в половине десятого утра наш ардэ приземлился перед воротами столичной резиденции рода Хатхэ.

К счастью, машина оказалась скоростной, с супермощным движком, плюс мастер Даэ распорядился выделить для нас семейную трассу, так что путешествие заняло в два раза меньше времени, чем если бы я отправился в столицу на медлительном аэробусе.

Пилот тоже приятно порадовал – немолодой, молчаливый, вооруженный до зубов мужчина, который не только классно водил, но и благоразумно дал мне выспаться по дороге, да еще и съестным заранее озаботился, так что к моменту приземления я был относительно бодр, более-менее сыт и, благодаря Эмме, практически здоров.

Как только машина приземлилась, я не стал дожидаться, когда водитель заглушит мотор и выйдет, чтобы открыть мне дверь, а вместо этого сам дернул за ручку и выбрался из салона, незамедлительно двинувшись к дому. Ворота при моем приближении плавно распахнулись – видимо, о нашем появлении охрану предупредили заранее, так что я почти бегом пересек роскошный сад, а уже у дверей меня встретили.

Правда, когда вместо слуги на пороге резиденции Хатхэ возник лэн Ноэм Даорн, я на мгновение опешил – Эмма не успела меня предупредить, что он тоже здесь, а сам я глянуть на дом вторым зрением не догадался, так что встреча получилась по-настоящему неожиданной.

Наверное, именно поэтому еще один бесконечно долгий миг я непростительно колебался, гадая, что подумает наставник о моих недавних художествах и о том, в какие развалины я превратил дорогую его сердцу крепость. Но потом увидел его лицо, заглянул в его глаза и, выкинув все сомнения из головы, впервые позволил себе просто подойти и крепко обнять человека, которого ценил и уважал, как родного отца.

– Проклятие, Адрэа! – выдохнул наставник, так же крепко обняв меня в ответ. – Как… ну как ты это делаешь?! Куда ни пойдешь, всюду во что-нибудь влипнешь! Даже на практике умудрился приключения себе найти!

Я с улыбкой отстранился.

Кажется, нечто подобное мне уже говорили?

– Я не специально, лэн. Оно само.

– Все так говорят, а потом, понимаешь ли, полигоны на пустом месте рушатся, – пробормотал тот, отступив на шаг, а потом резко посерьезнел. – Идем. Арли в детской. Надеюсь, у тебя получится сделать то, что не вышло у нас.

– Что с ней? – тревожно спросил я, быстрым шагом последовав за наставником в гостиную и запоздало сообразив подключить второе зрение.

На первый взгляд, все было в порядке – дом как дом, магии, как и раньше, в нем виделось в избытке. Защита тоже была на месте, ну разве что стала еще более мощной, чем раньше. Что же касается аур… да, их я тоже видел. На первом этаже, на втором и даже на третьем. Но если в целом и общем они оказались рассредоточены по дому и вокруг него более или менее равномерно, то на втором этаже явно было что-то не так.

А вот и Арли… уж ее-то ауру я узнаю из тысячи, да и не проживали другие дети в доме мастера Даэ Хатхэ. Малявка была жива, что успокаивало, однако ее аура стала больше раза, наверное, в два, и настолько яркой… я бы даже сказал, агрессивно яркой, что это бросалось в глаза.

Все остальное выглядело как обычно. Куча комнат по обе стороны длинного коридора, какие-то артефакты, стандартные маготехнические устройства, магическая защита на окнах… Правда, неподалеку от Арли виднелось несколько посторонних аур. Судя по тому, что я увидел, это мастер Даэ, мама Арли и еще двое людей, которых я не знал.

Но почему они не рядом с ней? Почему малявка стоит одна-одинешенька посреди детской, а они всем скопом толкутся снаружи? Что за фигня? Ей что, помощь не нужна? Или я чего-то не понял?

– Лэн? – переспросил я, когда лэн Даорн так и не ответил на мой вопрос. – Так что с Арли?

– Точно не знаю, – бросил тот, бегом поднимаясь по лестнице. – Но этой ночью она устроила страшный переполох. Мастер Даэ сказал, что она кричала, буянила. Затем впала в транс. А перед этим несколько раз повторила твое имя, поэтому ее мама первым же делом позвонила мне. Потом мастер Даэ связался с лэном Нардэ. А когда выяснилось, что этой ночью в крепости Ровная открылся разлом и тебя угораздило в нем едва не погибнуть, он велел доставить тебя сюда. Ну а я уже сам приехал.

Я нахмурился.

Странно. Что могло быть общего между разломом, моей мнимой смертью и правнучкой великого мастера? Почему это так повлияло на маленькую лэнну из рода Хатхэ? И почему она звала на помощь именно меня, а не маму или многочисленных, горячо ее любящих и очень влиятельных дедушек?

Наконец мы поднялись на второй этаж, и я буквально с ходу наткнулся на тяжелый изучающий взгляд своего второго учителя.

– Явился? – сухо осведомился мастер Даэ, буравя меня сузившимися глазами.

Я от такого приема нахмурился еще больше, а потом обвел глазами собравшихся: чем-то очень недовольный мастер Даэ Хатхэ, заплаканная лэнна Оми, которая при виде меня слегка посветлела лицом, стоящий в стороне хмурого вида мужик средних лет… возможно, кто-то из охраны. И совсем еще молоденькая, коренастая, крепко сбитая девица лет двадцати с серыми глазами, коротко стриженной русой шевелюрой и цепким взглядом профессионального киллера.

Вероятно, это и есть лэнна Лусина, новая охранница Арли.

– Что ты можешь сказать по этому поводу? – грозно осведомился мастер Даэ, кивнув на дверь, за которой отчетливо просматривалась изменившаяся аура девчонки.

– Ур-р! – угрожающе заворчал из нагрудного кармана Ши, после чего выбрался, мгновенно приковав к себе все взгляды, и настороженно принюхался.

Я машинально накрыл его ладонью.

– Ничего, мастер. Я узнал, что с Арли что-то не так, всего шесть с небольшим рэйнов назад. И прибыл в ваш дом сразу же, как только смог.

– Дедушка… – с укором коснулась плеча мастера Даэ лэнна Оми. – Ну что ты так сразу? Лэн Гурто ни в чем не виноват. Его даже не было здесь, когда это случилось!

– А что конкретно случилось, лэнна? – перевел я на нее взгляд, по-прежнему придерживая недовольного йорка. Тот чувствовал царящее в коридоре напряжение, понимал, что что-то не так, поэтому упрямо высунулся наружу, ощерил клычки и, как и раньше, был готов защищать меня до последнего вздоха. – Мастер Рао толком ничего не рассказал. Лэн Даорн сообщил лишь, что Арли впала в транс. Это правда?

Лэнна Оми с трудом отвела взгляд от Ши и прерывисто вздохнула.

– Она вчера весь день была сама не своя, металась из комнаты в комнату, отказалась завтракать, а когда настало время отправляться в школу, устроила грандиозный скандал. Сказала, что ей нехорошо, что ее тошнит и что она никуда не поедет, поэтому мы оставили ее дома. К обеду она вроде успокоилась и уснула, но вскоре проснулась с криком, что вы, лэн Гурто, в беде и что вам срочно нужна помощь.

– Я в беде?! – совершенно искренне опешил я.

– Ш-ш! – раздраженно распушил хвост йорк, но лэнна Оми не обратила на него внимания.

– Да. Арлиза сказала именно так, а потом помчалась в кабинет прадеда и потребовала, чтобы тот срочно отправил кого-нибудь в крепость Ровная тебе на помощь.

– Куда?! – вздрогнул я.

– В крепость Ровная, – так же сухо отозвался вместо внучки мастер Даэ, когда я ошеломленно замер. – Арли сказала, что скоро там произойдет что-то нехорошее, что ты попадешь в беду, и вот тогда мы обеспокоились.

У меня в голове лихорадочно забегали мысли.

Вообще-то один раз малявка уже предупредила меня об опасности, причем тогда, когда я сам об этом даже не подозревал. И она совершенно точно не знала, куда я отправлюсь: я не говорил с ней после того, как у нас изменилось место практики. При этом лэн Нардэ Хатхэ, комендант крепости Ровная, когда-то сказал, что узнал мое имя именно от внучки. Так что если лэн Даорн и мастер Даэ не делились с ней этой информацией… а им вряд ли пришло бы в голову извещать об этом девочку, с которой мы виделись, по их мнению, всего пару раз…

Кстати, вчера в обед я еще только гонялся по лесу за придурком Дэмом. В обед на меня еще даже дарнам не напал. Но девчонка каким-то образом почувствовала неладное и попыталась предупредить родных. А через них, наверное, и меня. Как тогда, в промзоне, перед самым взрывом.

То есть получается, что она – не просто высокородная малявка, а еще и маленькая провидица?!

– У Арли и раньше случались озарения, – подтвердил мои предположения мастер Даэ. – Кратковременные, на уровне смутных ощущений. Но они ничем ее не тревожили. Она про них и не помнила-то толком. Сказала и тут же забыла, как все дети, которым внезапно пришел в голову какой-то пустяк. К тому же для полноценного предвидения ей еще рано, в ее даре даже не наметилось соответствующих изменений, поэтому мы не ждали подвоха. Напротив, я посчитал, что правнучка что-то от меня скрыла. И что, несмотря на отсутствие браслета, между ней и тобой появилась некая… скажем так… нежелательная для нее связь.

– Деду показалось, что Арли неспроста заговорила именно о вас, лэн Гурто, – поспешила пояснить слова старика лэнна Оми, пока я тихо офигевал от услышанного. – Первые предвидения обычно непостоянны, мимолетны и, как правило, связаны с конкретным человеком. С кем-то, кто очень важен для провидца. С близким членом семьи. Например, с матерью или отцом. Но Арли…

– В крепости Ровная служат немало ее родственников, включая ее родного деда, однако она упомянула только тебя, – недобро посмотрел на меня мастер Даэ. – Просила спасти не их, а именно тебя. И это показалось мне неправильным.

У меня неприятно засосало под ложечкой.

– Что вы сделали?

– Я пытался найти связь между моей Арли и тобой… а нашел вот это, – в руке учителя появилась золотая подвеска с маленьким йорком, которую не так давно я собственноручно надел малявке на шею. – Это ведь твой подарок?

– Э-э… да.

– А ты знал, что не имеешь права дарить чужим детям что-либо без разрешения родителей? Особенно одаренным детям? И особенно провидцам?

Вот уж когда я едва не растерялся.

– У Арли был день рождения. Как я мог прийти без подарка? Да и кто бы мне сказал, что у вас в доме подрастает маленькая провидица?

– Это общепринятые правила. Во всем Норлаэне. Во всех родах.

– У меня нет рода, – мгновенно подобрался я, вообще не понимая, с чего вдруг такие претензии. – Я – сирота, так что некому было рассказать мне про подобные ограничения.

У мастера Даэ опасно сверкнули глаза.

– А в школе этикету тебя не учили? Даорн разве не говорил, что можно и что нельзя?

– Когда мы познакомились с Арли, ему было несколько не до этикета, лэн Хатхэ, – холодно отчеканил я, тогда как йорк грозно оскалился. Ему, как и мне, категорически не нравился тон разговора. – А потом мы к вам в гости не приходили. Нас, если помните, не приглашали. Вплоть до дня рождения Арли.

– Дедушка… – снова сжала плечо мастера Даэ лэнна Оми, когда тот раздраженно дернул щекой и явно собрался сказать что-то резкое и не совсем для меня приятное. – Ну, пожалуйста, перестань. Ты ведь проверил кулон, на нем не было магической привязки. А значит, Адрэа не мог повлиять на Арли.

– Зачем мне на нее влиять? – вопросительно посмотрел я на лэнну Оми. – Это простая подвеска. В ней и магии-то никакой нет, хотя сделал ее маг, это верно. Но ни ему, ни мне даже в голову не могло прийти навредить вашей дочери. Лэнна, готов вам поклясться в этом на определителе ауры. Арли – славная девочка, и я бы ни за что в жизни ее не обидел.

Мастер Даэ в ответ мрачно зыркнул на меня из-под густых бровей, а лэнна Оми горестно всплеснула руками.

– Вот видишь! Ты зря расстроил Арли! А теперь она…

Женщина вдруг запнулась, а потом быстро отвернулась, пряча заблестевшие глаза. И вот тогда до меня наконец начало доходить.

Судя по всему, в воспитании маленьких провидцев есть некоторые особенности, в том числе и поэтому маленькой Арли никто и никогда не дарил ценных подарков. Ценный подарок – это почти всегда означает привязанность ребенка к дарящему. Поэтому подарки – это прерогатива исключительно близких родственников.

Однако никто не знал, что между мной и Арли образовалась тесная связь и без всяких там подарков. После того, как я вытащил ее из плена, она просто не могла ко мне не привязаться. Вероятно, именно поэтому, когда ее дар по-настоящему проснулся, первое же ее предвидение оказалось связано именно со мной!

– Так что с ней произошло? – внутренне похолодев, спросил я у мастера Даэ.

Тот поджал губы.

– Я забрал у Арли твой подарок, и она на меня страшно обиделась. Даже выкрикнула бранное слово, за что была немедленно наказана. После этого на ужин она уже не спустилась и до вечера заперлась в детской, отказавшись с кем-либо разговаривать.

– Она долго плакала, – прерывисто вздохнула лэнна Оми. – Ругалась на дедушку, несколько раз упоминала ваше имя, лэн Гурто, но мне о причинах так ничего и не сказала. Я не смогла из нее вытянуть ни единого слова, и для Арли это совсем не характерно. Обычно она все мне рассказывает. И только в последнее время…

Лэнна вдруг осеклась, словно спохватившись, что наговорила лишнего, а потом собралась с мыслями и продолжила:

– Когда она уснула, я немного успокоилась – дети поутру обычно забывают неприятности, которые случились с ними вечером. Но посреди ночи Арли проснулась со страшным криком, после чего почти сразу впала в транс и с тех пор не приходит в себя. Мы не можем до нее докричаться. Она даже приблизиться к себе не позволяет. Поэтому я подумала… быть может, если она случайно сумела к вам привязаться, а ее видение оказалось связано именно с вами, то вдруг у вас получится ее разбудить, лэн Гурто? Вдруг вы сумеете ей помочь?

Она с надеждой на меня посмотрела, заломив руки и уже не скрывая слез, тогда как я вместо ответа быстро подошел к двери детской и рывком ее распахнул.

– Ш-ш-ш! – тут же вскинулся йорк, моментально выбравшись из моей руки, сиганул мне на плечо, где пребольно вцепился когтями и снова яростно зашипел.

Мать моя женщина…

Когда я заглянул внутрь, мне показалось, что меня двинули в грудь ледяным тараном, насколько мощным был полученный мною удар. От него в глазах моментально помутилось, все тело занемело, а в ушах зашумело, словно меня дубиной по темечку огрели. Причем хорошо так огрели, от души. Более того, я почувствовал себя почти так же, как возле разлома, когда там появился пожиратель. За тем исключением, что пожиратель пытался заставить меня подойти ближе, а из детской меня в прямом смысле стремились вытолкнуть. Не дать войти. Причем с такой силой, что даже просто устоять на ногах оказалось ой как непросто.

«Внимание! – прошелестела в моей голове Эмма. – Зафиксирована попытка ментального воздействия высокого уровня. Источник воздействия определен как субъект «Арли». Активирована найниитовая защита. Субъект контакту недоступен. Уровень сознания определяется как низкий, состояние – глубокий неконтролируемый транс. Уровень воздействия имеет тенденцию к нарастанию. Вероятно, субъект бессознательно реагирует на появление посторонних, поэтому настоятельно рекомендую удалиться от источника на расстояние не менее майна»[2].

Я пошатнулся, вцепившись в дверь и наличник обеими руками, и, заметив краем глаза, как отступили в сторону мастер Даэ, лэнна Оми и даже лэн Даорн, упрямо мотнул головой.

Нет уж. Хрена с два я теперь отсюда уйду!

– Сиди здесь, – коротко велел я йорку. – За мной не ходить. Сторожить дверь, никого сюда не впускать.

«Выставь защиту на максимум, – уже мысленно обратился я к подруге. – Попробуй снизить уровень воздействия. Если не получится, бери управление на себя, как у разлома. Надо добраться до Арли и попробовать ее разбудить».

«Принято», – отозвалась Эмма, приступив к выполнению приказа. Йорк, недовольно засопев, спрыгнул с моего плеча и занял оборонительную позицию у двери. Тогда как я, накренившись, будто в сильную бурю, сцепил зубы и, сделав неимоверно трудный шаг, все-таки переступил порог детской.

Сила ментального удара у Арли оказалась такой, что меня едва не расплющило. Девчонка оказалась сильна… очень мощная из нее вырастет магичка. Думаю, мастер Даэ не один раз пробовал сюда войти, но, судя по всему, потерпел поражение.

«Найниитовая защита выставлена на максимум, – почти сразу отрапортовала Эмма. И буквально через мгновение, за которое легче мне ничуть не стало, добавила: – Беру управление на себя».

Только после этого меня перестало выталкивать из комнаты, а чудовищное давление на разум ослабло. Я снова начал нормально соображать, в глазах прояснилось, мои мозги перестали пытаться вылезти из ушей. При этом контроль над телом я полностью утратил и мог только следить за тем, как мое туловище спокойно распрямляется, как рука без видимых усилий тянется к дверной ручке, а потом захлопывает дверь, отсекая родственников от детской, ну и заодно не давая им смотреть на то, что будет дальше.

Арли я тоже увидел – когда зрение ко мне вернулось, я обнаружил, что малявка стоит возле разворошенной постели. Босая, растрепанная, в одной только белой пижаме. Стоит, раскинув в стороны руки и запрокинув голову. Неподвижная, как статуя. Бледная, как смерть. Стоит, открыв рот, и беззвучно кричит, причем с такой силой, что хоть из ее рта не вырывалось ни единого звука, мощь этого молчаливого вопля оказалась такой, что нам с Эммой даже вдвоем было непросто его выдерживать.

Я прямо чувствовал, с каким усилием подруге приходится делать каждый шаг и преодолевать выставленную соплячкой защиту. Я словно в густом киселе оказался. На дне океана. Под невидимым, но воистину чудовищным давлением, сквозь которое приходилось прямо-таки продираться, чтобы продвинуться хотя бы на волосок.

Арли, судя по всему, настолько разозлилась, испугалась и одновременно расстроилась… настолько обиделась на деда с матерью и больше не захотела никого видеть, что даже меня пыталась вышвырнуть из комнаты. Уверен, если бы не Эмма, фига с два я вообще смог бы к ней подойти.

Наконец, спустя несколько мэнов[3] отчаянной борьбы, подруга смогла подвести меня к девчонке на расстояние вытянутой руки. И уже там я попросил Эмму вернуть мне контроль над телом, после чего тут же оказался под безумно тяжелым прессом и, не выдержав давления, буквально рухнул перед находящейся в трансе девочкой на колени.

– Арли! – просипел я, с трудом подняв неимоверно тяжелые руки и приложив их к детским щечкам. – Арли, очнись!

Дайн! Ее кожа была холодна как лед! Гладкая, словно фарфоровая, с крохотными капельками застывших слезинок… Сколько она уже так стоит? Рэйнов шесть? Семь? Больше?

Я покосился по сторонам и только сейчас заметил, что в комнате не просто холодно, а по ней прямо-таки гуляют сквозняки. Но не потому, что кто-то забыл закрыть окно, а оттого, что все стекла в детской попросту повышибало, так что температура в комнате ничем не отличалась от той, что царила на улице.

А малявка, между прочим, в одной пижаме из постели выбралась. Озябшая вся, застывшая, как сосулька на морозе… так ведь и воспаление легких подхватить недолго. А то и еще чего похуже, потому что в середине весны в Норлаэне было, прямо скажем, не жарко.

– Арли, – повторил я, аккуратно погладив ледяное личико. – Арли, солнце мое… это я, Адрэа. Слышишь?!

Девчонка неожиданно опустила голову и уставилась на меня жутковатыми белками глаз.

– Адрэа-а?

Она была похожа на куклу, у которой от резкого движения закатились глазные яблоки. Все такая же холодная, неподвижная, неживая. Голос тоже был какой-то механический. Да и слова девчонка тянула так, словно забыла, как говорить, и лишь сейчас начинала вспоминать, как это делается.

Одно хорошо – как только она заговорила, ментальное давление резко ослабло, словно Арли действительно начала приходить в себя. Она больше не пыталась меня оттолкнуть, не стремилась отбросить подальше как ненужную или опасную вещь. Напротив, с каждым мгновением исходящая от нее жутковатая сила теряла напор и стремительно пряталась куда-то в глубину ее пугающих белых глаз, тогда как Эмма с облегчением подтвердила, что уровень ментальной угрозы наконец-то пошел на спад.

– Адрэа… – снова прошептала девчонка, словно в забытьи.

– Это я, я, – поспешил успокоить ее я. – Привет, малявка. Ты обещала мне, что не будешь делать глупости, помнишь? А сама вместо этого чего вытворяешь?

У нее медленно-медленно, с явным усилием закрылись, а потом снова открылись глаза, из-под которых показались уже не жутковатые белки, а самые обычные, ну разве что еще подернутые пеленой карие радужки.

– Живой… – прошептала она, уставившись на меня все тем же жутковатым неподвижным взором. После чего вдруг слабо улыбнулась, опустила руки, положила озябшие ладошки на мои щеки, обхватив лицо так же, как я держал ее.

А потом из нее словно стержень выдернули.

Девчонка пошатнулась, закатила глаза и резко осела, словно у нее внезапно закончились силы. Я едва успел ее подхватить, чтобы она не грохнулась на пол и не расшиблась ненароком. Подумал даже, что потеряла сознание. Всполошился, конечно: я ж все-таки не целитель, ничем, кроме регенератора, помочь не смогу. После чего подскочил на ноги, сдернул с постели одеяло, закутал замерзшую до полусмерти малявку до бровей. Прижал к себе, не зная, что еще для нее сделать. А потом с тревогой всмотрелся в ее бледное личико и через мгновение шумно выдохнул: она улыбалась.

– Живой, – едва слышно повторила Арли, когда наши взгляды встретились. – Адрэа, ты правда вернулся?

– Конечно. Я ведь обещал, – с облегчением отозвался я, присаживаясь на край постели. – Ну и напугала же ты меня. Весь дом на уши поставила. Маму до слез довела, дедушек до заикания… Ну вот скажи, неужели было из-за чего паниковать? Неужто оно того стоило, а?

– Да, – из последних сил прошелестела мелкая, после чего закрыла глаза и тихо-тихо добавила: – Прости.

Глава 1

К тому моменту, как я добрался до выхода и, неся Арли на руках, пинком распахнул дверь детской, девчонка окончательно успокоилась, ее аура пришла в порядок, ощущение витавшей в комнате угрозы бесследно исчезло, и только ветер гулял в разбитых окнах да хрустели осколки у меня под сапогами.

– Арли! – воскликнула лэнна Оми, увидев мою ношу, а потом кинулась навстречу, едва не раздавив юркнувшего в сторону йорка. – Доченька!

– С ней все хорошо, – поспешил успокоить я встревоженную мать и аккуратно передал закутанную в одеяло малявку в требовательно протянутые руки. – Она жива, здорова. Замерзла только, так что надо ее согреть.

Ши тем временем добрался до меня и, вскарабкавшись на мое плечо, с любопытством взглянул на похожую на куль Арли.

– Ур-рш?

– Своя, – улыбнулся я, освободив руки и отступив в сторону. – Когда-нибудь я вас познакомлю.

– Спасибо, лэн Гурто, – прошептала лэнна Оми, прижав дочку к груди. – Спасибо большое! Вы не представляете, что для нас сделали!

Она коротко мне поклонилась и развернулась, чтобы перенести дочь в другую комнату, но тут Арли буквально взбунтовалась.

– Нет! Не хочу! Не надо! Адрэа, не уходи-и-и!

Ее мама охнула, пошатнулась, когда девчонка начала яростно брыкаться. Мастер Даэ тоже подскочил и попытался перехватить отчаянно пытающуюся выпутаться из одеяла правнучку. Потом уже и лэн Даорн подключился. Лэнна Лусина на помощь бросилась. Однако Арли издала неожиданно громкий вопль, подкрепленный приличным по силе ментальным ударом. А когда родственники и опешившая от такого поворота дел охранница непроизвольно отшатнулись, малявка ловко спрыгнула на пол. Припала на одно колено, наверняка больно стукнувшись об пол, но не обратила на это никакого внимания. После чего кинулась обратно и клещом вцепилась в мою ногу.

– Адрэа, не уходи! Мне без тебя страшно-о-о!

Ох ты ж е-мое…

В полнейшей растерянности я замер, не понимая, что вообще происходит, но рыдающий ребенок требовал произведения каких-то действий. Я, конечно, не бог весть какой нянь, но все же наклониться и подхватить всхлипывающую соплячку на руки ума у меня хватило.

– Арли, ну ты что? – проговорил я, погладив уткнувшуюся в меня девчонку по растрепанной макушке. – Чего ты испугалась?

– Там – монстры, – пробормотала Арли, крепко обняв меня за шею.

Я посмотрел на изумленно взирающего на меня наставника с беззвучным воплем: «А-а, спасите-помогите, что мне делать?!» Но поняв, что от него в этом деле мало толку, с досадой отвернулся и снова спросил у перепуганного ребенка:

– Что еще за монстры?

Арли неожиданно отстранилась. Хотела было что-то сказать, но внезапно увидела изумленно взирающего на нее с моей макушки йорка и замерла, разинув рот.

– Адрэа, это кто?!

Я обреченно вздохнул.

– Знакомься, это Ши, мой йорк. Ши, это Арли, прошу любить и жаловать.

– Йо-орк?! – запинаясь, пролепетала девчонка.

– Ур-ш-ш? – недоуменно проурчал йорк, не будучи уверенным, что правильно меня понял.

Впрочем, почти сразу он сполз с моей головы на спину, осторожно выглянув из-за плеча, обнюхал замершую малявку, после чего удовлетворенно фыркнул и уже совершенно спокойно перебрался ей на плечо, вызвав прилив настоящего восторга, да еще такого, что все прежние ужасы моментально выветрились из девчоночьей головы.

– А-а-а! – заверещала она, протянув свои загребущие ручонки и схватив Ши за тощее тельце. – Мама, хочу себе йорка! Ты посмотри, какой он хорошенький! И мягонький! И еще он урчит! А-а-а!

Я обреченно заозирался по сторонам, не зная, куда девать это истошно вопящее чудо. Передать матери не рискнул – на фиг, обойдемся без второй истерики. Прадеду всучить? После тех претензий, что он мне недавно выдвинул? Нет уж, хрен ему, а не Арли. Но тогда кому? Мастеру Даорну? Лэнне Лусине? Незнакомому мужику, взирающему на меня с плохо скрываемым подозрением?

– Пойдемте со мной, – неожиданно шепнула лэнна Оми. – Пойдемте, лэн Гурто, я вас провожу.

Ну слава богу! Хоть один умный человек нашелся!

Арли, хоть и малявка, но в свои шесть лет весила уже немало, поэтому держать ее на руках было не очень комфортно. Так что я признательно взглянул на ее маму, и, перехватив мелкую поудобнее, потопал вслед за лэнной по коридору, надеясь, что в скором времени смогу передать девчонку на попечение родственников и мне больше не придется таскать ее на своем горбу.

Одно хорошо – Арли обращалась с несколько обалдевшим от такого напора йорком достаточно аккуратно. То есть тискать его, конечно, тискала, пищала, но шерсть не выдергивала и за хвост не тянула. А когда поняла, что больше всего малышу нравится, когда ему чешут мягкое брюшко, то со всем возможным энтузиазмом взялась за дело, так что вскоре йорк смирился со своей незавидной участью и даже, по-моему, начал получать от процесса удовольствие.

В итоге на третий этаж мы поднялись без эксцессов, и я следом за мамой Арли благополучно добрался до нужной комнаты. Дверь лэнна Оми открыла сама, так что когда я вошел, то уже не удивился, обнаружив внутри небольшую, но со вкусом обставленную гостиную, приметил дорогую мебель, мелькнувшие тут и там не менее дорогие безделушки. Наконец следом за хозяйкой вошел в уютную, обставленную в нежных розовых тонах спальню и запоздало сообразил, что это покои самой лэнны Оми. После чего без промедления сгрузил мелкую захребетницу на большую кровать, благо та уже была разобрана.

– Спасибо, лэн Гурто, – с чувством поблагодарила меня женщина. – Дальше я сама.

Я бесшумно отступил в сторону. И в самом деле – неприлично лицу мужского пола находиться в дамской спальне, тем более у незамужней лэнны. Но стоило мне только отойти к двери и взяться за ручку, как, казалось бы, увлеченная игрой с йорком Арли мгновенно встрепенулась. Правда, на этот раз она не стала закатывать истерику. Вместо этого малявка сначала замерла, потом резко выпрямилась, села на кровати. А затем непривычно-серьезным взглядом посмотрела на мое раздосадованное лицо и тихо попросила:

– Адрэа, не уходи.

Ну вот что с ней делать, а?

– Милая, тебе надо отдохнуть, а Адрэа уже пора, он не может тут долго оставаться, – ласково проговорила ее мама, сев на краешек кровати. Подальше от насторожившегося йорка, который, умничка, тут же забрался к девчонке на колени и принялся усиленно ее отвлекать.

Не знаю, сообразила она, что к чему, или нет, но на этот раз уловка не сработала – Арли, словно не заметив активно ластящегося грызуна, все так же сидела и с отчаянием смотрела на меня.

– Не уходи… пожалуйста…

Блин!

Я с тяжелым вздохом отпустил ручку и вернулся, присев рядом с малявкой на корточки. Мелкая тут же слезла с постели, крепко-накрепко обхватила ручонкам мою шею и тихо прошептала:

– Я боюсь засыпать.

– Из-за монстров?

– Да. Они страшные. Можно, я больше не буду спать?

Я озадаченно поскреб макушку, но все же решил не пытаться убедить ребенка, что ему почудилось, а вместо этого поднялся, осторожно присел рядом с ее мамой, устроил мелкую у себя на коленях и терпеливо поинтересовался:

– Где ты видела монстров? Под кроватью? За дверью? Может, в шкафу?

Арли вздрогнула и поспешно спрятала лицо у меня на плече.

– Во сне.

Вот уж когда мы с ее мамой беспокойно переглянулись.

Сны – это плохо. Пространство сна – очень интимная, личная, неприкосновенная зона, в которую тем не менее тоже можно было проникнуть. Если бы я услышал такое от обычного ребенка, то, скорее всего, просто отмахнулся бы. Но когда о снах начинает говорить юная провидица, к этому следовало отнестись серьезно.

– Что ты видела, милая? – стараясь держать голос ровным, спросила у дочери лэнна Оми.

Арли лишь крепче вцепилась в мою шею.

– Адрэа… а вокруг него – много монстров.

– А что Адрэа там делал?

– Он упал. Ему было больно. Он был весь в крови. А вокруг него стоял лес. И еще монстры… разные… они хотели его убить. Я увидела это и испугалась.

Мы с лэнной снова переглянулись.

Выходит, именно этот сон привел девчонку в неуравновешенное состояние? Она испугалась и из-за него впала в транс, впервые в жизни столкнувшись с полноценным видением?

– Рядом со мной были другие люди? – осторожно спросил я, погладив мелкую по спине, чтобы Арли снова не разрыдалась. – Может, ты видела кого-то еще?

Девчонка помотала головой, а потом отстранилась, заглянула в мое лицо и тихо призналась:

– Я видела крепость. Дедушку Нардэ. Портал, из которого лезли чудища. Видела взрыв, и то, как ты чуть не погиб. Я видела, как тебя отбросило назад, а сверху обрушились камни. И как ты лежал среди веток и листьев, а из кустов подбирались голодные твари. Я все видела, Адрэа. Мне было очень страшно, но я никак не могла проснуться. Сон все время повторялся и повторялся без остановок, ты все падал и падал, вокруг тебя все взрывалось снова и снова, и мне было так страшно, как никогда в жизни.

– Со мной все хорошо, солнышко. Да и тех монстров больше нет: Ши их всех убил.

– А вдруг они снова ко мне придут? – вздрогнула малявка. – Что если я опять их увижу и не смогу проснуться?

– Твой сон – твоя территория. Если ты не захочешь, монстры не придут. Для этого их нужно пригласить.

– Я их и не приглашала, – тут же насупилась малявка. – А они все равно явились!

– Просто потому, что это был твой первый осознанный сон, – успокоил ее я. – Ты испугалась, растерялась, вот и не смогла его контролировать. А теперь, если кто-то захочет тебе присниться, ты всегда можешь его не пустить.

– Почему ты думаешь, что монстры не смогут туда прорваться?

– Твой прадедушка ведь не смог, – усмехнулся я. – А он временами может быть гораздо страшнее, чем всякие там монстры. Так что засыпай и ничего не бойся. Теперь в твой сон никто без разрешения не войдет.

– Обещаешь? – подозрительно серьезно уставилась на меня Арли.

– Обещаю, – улыбнулся, взъерошив ее спутанные волосы. – Плохие сны бывают у всех, и этого не нужно бояться. От таких снов мы обычно просыпаемся сами. Ну а такие, как сегодня… думаю, они больше не повторятся. А если вдруг повторятся, то просто позови меня, и я тебя спасу.

Арли несмело улыбнулась.

– И правда… А я в твой сон могу прийти?

– Можешь, конечно.

– Тогда ладно, – успокоенно вздохнула она и наконец-то отпустила мою шею. – С тобой монстры не страшны. Если что, ты придешь и всех убьешь.

А потом потянулась вперед и деликатно чмокнула меня в щеку.

– Спасибо, Адрэа. Ты мне очень помог.

Я неловко кашлянул.

– Пожалуйста. Теперь я могу идти?

– Только не уходи далеко, – попросила она, снова перебираясь на постель и залезая под одеяло. – И подожди, пока я не усну, ладно?

Я быстро взглянул на лэнну Оми, но та лишь быстро кивнула.

– Ладно, егоза, подожду. Спи. А Ши попробует тебя убаюкать.

Маленький йорк, словно юркая змейка, просочился в руки девочки. Арли со вздохом его обняла, но глаза закрывать не торопилась – похоже, все еще боялась. Но тут Ши действительно начал урчать, словно маленький трактор. Ну или же большой кот. А потом тихонько запел для маленькой лэнны. Причем запел нежно, ласково, на такой необычной ноте, что вскоре у девчонки и впрямь начали слипаться глаза.

Убаюканная йорком, она растерянно моргнула раз, другой, третий. Затем постепенно расслабилась и разжала пальцы, которыми держала малыша у самой груди. А еще через мэн девочка действительно уснула, после чего я встал, коротко поклонился измученной последними тревогами матери и вышел, напоследок бросив вопросительно обернувшемуся Ши:

– Присмотри.

⁂

Когда я вышел из спальни, то сразу же наткнулся на незнакомого подтянутого мужчину, который при виде меня коротко поклонился.

– Вас ожидают в гостиной, лэн Гурто. Я провожу.

«Ну провожай, раз велели, – рассеянно подумал я, мельком оценив моторику и ауру незнакомца. – Интересно, сколько в этом доме проживает мастеров кханто? И сколько из них владеют при этом еще и магией?»

Незнакомец, конечно, на эту тему ничего мне не сказал бы, поэтому пришлось идти молча и ограничиться наблюдением. Но за то недолгое время, пока мы спускались на первый этаж, я заметил поблизости как минимум шестерых разумных с весьма специфическими аурами, однако при этом ни один из них так и не попался нам на глаза.

– Прошу, – подчеркнуто вежливо отворил дверь гостиной мой провожатый.

Я благодарно кивнул и переступил порог.

Внутри, как обещали, меня уже ждали. При этом мастер Даэ Хатхэ занял то самое кресло, в котором меньше месяца назад сидел и разговаривал со мной его старый друг мастер Рао. Мастер Ноэм Даорн сидел чуть ближе ко мне и немного в стороне от нашего общего учителя. Еще там обнаружился тот самый мужик, которого я видел у комнаты Арли, но до сих пор не знал его имени. Ну и наконец миниатюрная, весьма своеобразная лэнна преклонных лет в просторных белых одеяниях, которая восседала по левую руку от мастера Даэ.

Даму я раньше не видел, однако по поводу того, что имею дело именно с одаренной, не усомнился ни на миг – у лэнны оказалась весьма яркая аура прирожденной магички. Правда, красивой я бы даму не назвал. Скорее, даже наоборот – для привычной в моем понимании красоты у лэнны были слишком мелкие черты лица, слишком тонкие губы, слишком бледная кожа и слишком глубоко посаженные глаза. Но то, как она сидела и с каким достоинством взирала на меня снизу вверх, говорило о многом. К тому же тщательно уложенные седые волосы, вопреки ожиданиям, не превращали ее совсем уж в старуху, а наоборот, придавали ей совершенно невообразимый шарм и свидетельствовали о твердом характере, если не сказать что об упрямстве своей хозяйки, которая, вопреки принятым в Норлаэне устоям, столь дерзко демонстрировала свой почтенный возраст, тем самым словно бросая вызов всем, кто посмел бы усомниться в ее стойкости или силе духа.

Ну или же она могла себе позволить нарушать общепринятые правила. И с учетом того, где именно она сидела, я почти не усомнился, с кем мне довелось повстречаться.

– Заходи, – сухо бросил мастер Даэ, когда я, на мгновение замерев на пороге, коротко поклонился присутствующим.

Дверь за мной бесшумно закрылась, а я быстро оценил обстановку и заодно чужие ауры.

Мастер Даэ, судя по всему, все еще был не в духе, его аура пылала раздражением и изобиловала тревожными алыми пятнами. Незнакомый тип… наверное, все же начальник охраны или еще какой-нибудь военный чин, причем или не обладающий даром, или же имеющий очень слабый магический дар… смотрел на меня все с тем же подозрением, что и раньше. Лэн Даорн, хоть и не показывал виду, явно за меня беспокоился. И только незнакомая лэнна взирала на меня с едва уловимой улыбкой.

– Садись, – так же сухо указал мастер Даэ на оставшееся свободным кресло.

Я мысленно усмехнулся.

Ну вот зачем было превращать серьезный разговор в какой-то фарс? И зачем понадобилось ставить это несчастное кресло так, чтобы я ощутил себя не гостем, а подсудимым? При этом, когда я сел, на ногах остался стоять лишь тот безымянный тип, которому я сильно не нравился. Но он, скорее, походил на обвинителя, чем на адвоката, и это еще больше усиливало впечатление того, что сейчас здесь начнется полноценное судебное заседание.

– Не дави на него, дорогой, – вдруг снова улыбнулась пожилая лэнна и приняла более свободную позу. – Думаю, он сам нам обо всем расскажет. Не так ли, лэн Гурто?

Я встретился с ней взглядом. Мимоходом отметил, что у дамы почти такие же гипнотические глаза, как у мастера Рао, на редкость светлая, прямо-таки белая, как у фарфоровой куклы, кожа, да и вообще они оказались удивительно похожими. Успел подумать, а не в этом ли заключается причина давней дружбы двух мастеров, как тут в моей голове ожила умница Эмма.

«Внимание! Зафиксирована неудачная попытка ментального воздействия. Найниитовая защита поддерживается на минимальном уровне».

Хм. Неужто я угадал?

– Конечно, – подчеркнуто спокойно ответил я, попутно попросив подругу приглушить эмоции. – Что вы хотели узнать?

– А он интересный, – задумчиво протянула дама, окидывая меня изучающим взглядом. – Дорогой, ты позволишь?

Мастер Даэ метнул на нее быстрый взгляд и неохотно кивнул.

– Мое имя Иэ Хатхэ, – степенно произнесла женщина и, взмахнув широкими белыми рукавами, неспешно поднялась с кресла. Такая же невысокая, как мастер Даэ, удивительно стройная, хрупкая, как статуэтка, но при этом исполненная такой внутренней силы, что перед ней внезапно захотелось склонить голову. – Как вы, вероятно, догадались, я имею честь быть супругой вот этого старого ворчуна и до недавнего времени являлась единственной провидицей рода Хатхэ.

«Внимание! Зафиксирована повторная попытка ментального воздействия, – снова прошептала Эмма. – Найниитовая защита активирована на одну десятую от максимальных значений».

Я молча встал и еще раз коротко поклонился благородной лэнне.

– Мое почтение, лэнна. Рад знакомству.

– Как вы понимаете, в связи с сегодняшними событиями я чрезвычайно обеспокоена судьбой своей правнучки и хотела бы уточнить несколько важных моментов, – словно не услышала лэнна Иэ.

Я вопросительно на нее посмотрел, всем видом выражая готовность к сотрудничеству.

– В силу обстоятельств меня не было дома, когда Арли впала в транс, – столь же размеренно продолжила провидица. – Но первые предвидения для нас – самые опасные, самый яркие и самые, разумеется, значимые. Нередко они приводят к катастрофическим последствиям. Просто по той причине, что мы к ним обычно не готовы. К сожалению, у Арли данная ветвь магического дара открылась спонтанно. Ее дар при последней проверке не показывал отклонений, и меня не оказалось рядом, когда он наконец-то раскрылся. Мне понадобилось время, чтобы уладить дела и вернуться. К несчастью, в состоянии глубокого транса маги нашего профиля крайне редко поддаются влиянию извне, и обычно это влияние имеют лишь люди, чью значимость для нас трудно переоценить. Вы понимаете меня, лэн Гурто?

– Полагаю, что да, – ответил я, решив больше не садиться, поскольку разговаривать с дамой сидя, когда она стоит, противоречило правилам хорошего тона. – Вы хотите выяснить, когда я успел стать для вашей правнучки настолько значимым?

Она тонко улыбнулась.

– Нет. Я хочу выяснить, понимаете ли вы, что это означает?

Я слегка озадачился. Вопрос, как мне показалось, был с подвохом, поэтому я ответил на него максимально честно:

– Мне кажется, что да, лэнна. Но, возможно, мое знание предмета недостаточно для правильной оценки ситуации. С провидцами мне раньше дел иметь не приходилось.

– Хорошо, – кивнула она, медленно пройдясь по комнате. – Тогда я попробую вам объяснить. Когда у провидца открывается дар, то первые его видения обычно неконтролируемые и оттого самые яркие, живые, чаще всего даже болезненные. Причем обычно это бывают неприятные видения. Просто потому, что отрицательные эмоции наиболее сильны и именно они первыми пробиваются на поверхность. А поскольку эти видения касаются самых близких нам людей, то предвидения становятся тяжелыми вдвойне. При этом поначалу мы не всегда можем отделить реальность от сна, поэтому видим то, что еще только произойдет, так, как будто сами присутствовали при этом событии. Так, будто оно уже случилось. И наши переживания в этот момент такие же реальные, как если бы все происходило на самом деле.

Я вздрогнул.

Это что же, Арли не просто увидела, что я в беде, а испытала эффект присутствия?! Там, возле озера. И внутри разрушенной крепости. Рядом с разломом, дайнами и пожирателем, к которому я чуть было по доброй воле в пасть не шагнул?!

Е-мое!

Неудивительно, что малявку аж трясло!

– Вижу, вы начинаете улавливать суть, лэн Гурто, – с удовлетворением протянула лэнна Иэ Хатхэ, неспешно обходя меня по кругу. – Мое самое первое видение было связано со смертью близкого человека. И должна сказать, оно потрясло меня до глубины души, несмотря на то, что в тот момент мы с тем человеком даже не были знакомы. Наша встреча произошла намного… намного позже, но в тот день я испытала все те чувства, которые должны были нас связать в будущем, и пережила горе, которое еще даже не случилось. Это был трудный опыт. Для некоторых он и вовсе может оказаться невыносимым. Именно поэтому среди провидцев так много безумцев и психически неуравновешенных людей. Наш дар опасен, причем в первую очередь для нас самих, лэн Гурто. Что же касается Арли…

Она остановилась напротив меня и сделала многозначительную паузу.

– Ей еще только предстоит научиться контролировать свои видения. Но всех нас тревожит вопрос, почему первое видение нашей девочки было связано именно с вами.

– Этого я не могу знать, лэнна.

– Я, как ни странно, тоже, – чуть сузила глаза женщина. – Мы, провидцы, имеем природную защиту от магии своих коллег, поэтому будущее Арли от меня скрыто. Но, вероятно, вы с ней каким-то образом все-таки связаны. Причем связь эта будет достаточно сильна, чтобы наша девочка смогла ощутить ее уже сейчас. Проблема в том, что мы не знаем характер этой связи, нам неясны ее причины и особенно последствия, поэтому я прошу вас, лэн Гурто, отнеситесь к этому серьезно. И воздержитесь, пожалуйста, от необдуманных действий в отношении моей правнучки.

Скрыто будущее? Так лэнна Иэ поэтому не смогла предвидеть, что Арли похитят? Поэтому не знала, где ее искать? И, наверное, поэтому же род Хатхэ своевременно не предпринял по этому поводу соответствующие меры?

Я спокойно встретил испытующий взгляд провидицы.

– Как мне следует это понимать?

– Пока я предлагаю всего лишь не торопить события, – без тени улыбки обронила она. – По крайней мере до тех пор, пока мы не будем уверены, что эта связь действительно существует и что она будет полезна для Арли.

Я мысленно хмыкнул.

Иными словами, мне предлагают держаться от малявки подальше? А то мало ли, вдруг мое присутствие ей как-нибудь навредит? Ну конечно, я же намного старше, я не из рода Хатхэ и уже поэтому не заслуживаю доверия. А раз доверия нет, то и к чужому ребенку мне лучше не приближаться. Это она имела в виду?

– Надеюсь, мы понимаем друг друга, лэн Гурто? – внимательно посмотрела на меня лэнна Хатхэ, тогда как Эмма в очередной раз сообщила о попытке вмешательства в мой драгоценный разум.

Я кивнул.

– Безусловно.

– Благодарю. А теперь я вас покину, лэны, за Арли нужно присмотреть, – вежливо улыбнулась провидица и, обведя глазами дружно поднявшихся со своих мест мужчин, величественно и абсолютно бесшумно удалилась, больше не удостоив меня ни единым взглядом.

Глава 2

Когда она скрылась за дверью, мастер Даэ снова знаком велел мне вернуться в кресло, затем сел сам, но вместо того, чтобы продолжить начатый его супругой разговор, какое-то время просто молча буравил меня тяжелым взглядом, словно не знал, с чего начать.

– Мне не нравится происходящее, – наконец обронил он в оглушительной тишине. – И особенно не нравится твое участие в событиях, которые непосредственно касаются нашего рода.

– Прошу прощения, лэн Хатхэ, – ровно ответил я. – Я не собирался становиться причиной вашего недовольства. И надеюсь, что по поводу вашей правнучки все уже доступно объяснил.

Старейшина рода Хатхэ немного помолчал.

– К Арли мы еще вернемся. Ситуация требует контроля, несмотря на то, что ты и впрямь не имел физической возможности на нее повлиять. А что касается остального… я вовсе не имел в виду, что ты сделал это умышленно. Но и на совпадение это совсем не походит.

– Совпадений не бывает, – машинально выдал я и осекся, перехватив чрезвычайно острый взгляд от стоящего поодаль молчаливого типа, который так и не соизволил представиться.

Мастер Даэ хмуро кивнул.

– Вот именно. Поэтому я хочу понять, по какой причине произошло то, что произошло. И кто или что влияет на тебя таким образом, что ты уже в который раз умудряешься оказаться в самом эпицентре чрезвычайно значимых для нас событий.

Я внимательно посмотрел на учителя, но раздражение в его ауре так же неожиданно улеглось. Его злость бесследно испарилась. Напряжение из его взгляда тоже почти ушло, из чего я заключил, что его гнев все-таки был направлен не на меня. А если и на меня, то достаточно косвенно.

Это что же получается, учитель считает, что я не сам во что-то такое вляпался, а кто-то меня к этому подтолкнул? Что я не по своей воле оказался в крепости Ровная, а кто-то этому поспособствовал, и поэтому я совсем не случайно появился именно в то время, как там собрался открыться внеочередной разлом?

Интересно, а насчет нашей с Арли связи он тоже так считает? Если да, то тогда завуалированная просьба лэнны Иэ держаться от малявки подальше обретает совсем иное звучание, чем мне казалось буквально мэн назад.

– У вас есть какие-то подозрения? – прямо спросил я, глядя мастеру Даэ в глаза.

Тот качнул головой.

– У меня на столе лежат сразу два рапорта из крепости Ровная: от ее коменданта и от твоего нового учителя. А также несколько других бумаг, включая информацию о твоей практике и о тех причинах, по которым она проводилась совсем не там, где должна была пройти.

– Полагаю, вас в них что-то не устраивает? – осторожно поинтересовался я.

– Да. Если смотреть на события поверхностно, то с виду все выглядит, как цепочка случайностей. Арнийская крепость, куда ты должен был отправиться изначально, действительно отрапортовала об изменениях в магическом фоне внутри наблюдаемой ими аномалии, предоставила убедительные данные с мониторов и своевременно приняла обоснованные меры предосторожности. Однако разлом там так и не открылся, а появившиеся изменения в аномальной зоне исчезли так же внезапно, как и начались. После отказа Арнийской крепости принять вашу группу запросы от имени Первой военно-магической академии на проведение практики в другом месте были разосланы в несколько других крепостей. Однако в одной этот запрос до коменданта так и не дошел – секретарь прохлопал ушами и забыл показать начальнику важную бумагу. Во второй был просто проигнорирован и тоже из-за ошибки кого-то из подчиненных. В трех других крепостях комендантам не понравилось, что группа студентов будет сдвоенной. Где-то очень несвоевременно случились проблемы со связью, поэтому письмо из академии до адресата вообще не дошло. Где-то твоему куратору отказали из-за несущественных, порой даже пустячных, но формально законных причин вроде внезапно начавшегося ремонта, нехватки времени или отсутствия инструкторов. И только в крепости Ровная нашлось и время, и место для группы одаренных из военно-магической академии. И там же по нелепому стечению обстоятельств вдруг открылся нестандартный разлом, в котором ты, мой ученик, умудрился едва не погибнуть, хотя тебя по всем законам и на выстрел нельзя было к нему подпускать.

Старик так же хмуро пожевал губами и продолжил:

– Если бы это случилось впервые, то все еще можно было бы списать на нелепое стечение обстоятельств. Но после всего, что ты пережил полтора года назад, и после таких же, с виду случайно произошедших событий, мне очень сложно поверить, что все это было не намеренно. Слишком уж много совпадений. Слишком много простых, но невероятным образом сложившихся событий, которые привели тебя именно в провинцию Хатхэ. В прошлый раз, если помнишь, ты чудом остался цел, да и твой наставник едва не погиб. В тот раз с тобой тоже происходили вещи, которые сложно объяснить банальной случайностью. Я уже говорил, что, вероятнее всего, конечной целью этих самых событий являлись не вы с Даорном. А теперь все повторяется. И мне очень не нравится, что вокруг тебя снова что-то происходит, поэтому я хочу выяснить все до конца, чтобы исключить малейшие неточности и самые невероятные версии. Надеюсь, ты понимаешь мое беспокойство.

Я озадаченно промолчал.

С этой точки зрения недавние события я, признаться, не рассматривал. Но если мастер Даэ прав и эти события коснулись меня лишь в свете того, что я имею некоторое отношение к роду Хатхэ, то дело принимает совершенно неожиданный оборот.

– Тай, работай, – устало откинулся на спинку кресла учитель, сказав, по-видимому, все, что хотел. И вот тогда вперед вышел тот самый хмурый тип, который все это время буравил меня взглядом, но при этом старался держаться так, чтобы лишний раз не бросаться в глаза.

Когда мастер Даэ отдал приказ, он отлепился от стены и, заняв то самое кресло, где недавно сидела лэнна Иэ, вперил в меня неподвижный взгляд. Обычный такой мужик, среднего роста, с обычным лицом без особых примет. Светлая кожа, невыразительные серые глаза, русые волосы… одним словом, серая во всех смыслах личность, в которой с виду не было ничего примечательного.

– Я хочу, чтобы вы рассказали, как проходила ваша весенняя практика, лэн Гурто, – хрипловатым голосом сказал он, достав из-за пазухи компактное записывающее устройство и демонстративно положив его на стоящий рядом журнальный столик. Причем зеленый огонек, свидетельствующий о том, что ведется запись, уже горел. – С самого начала. Подробно. Шаг за шагом, не упуская ни единой детали.

Я бросил быстрый взгляд на опекуна, но лэн Даорн лишь успокаивающе кивнул и одними губами шепнул: «Кибэ». И вот тогда я понял, что несколько ошибся в оценке значимости допрашивающего меня человека. Судя по всему, он вовсе не был начальником охраны, зато имел прямое отношение к службе безопасности рода Хатхэ. Более того, несмотря на тусклую ауру, он был не только магом, но и, вероятно, одним из лучших в своем деле менталистов, так что мне придется соблюдать предельную осторожность.

– Что конкретно вы хотите узнать? – ровно спросил я у эмпата.

– Все, что происходило с вами после ухода из этого дома накануне отъезда в крепость Ровная и вплоть до того момента, как вас достали из медицинского модуля.

То есть он хочет узнать про каждый мой шаг за последние три недели?

Я на мгновение задумался, а потом кивнул и, тщательно взвешивая каждое слов, принялся говорить.

Рассказ занял довольно много времени, несмотря на то, что я честно старался опускать малозначительные детали. К примеру, упомянул, что оставил йорка у друзей, но не вдавался в подробности, о чем именно мы говорили с лаирой Нома на прощание. Честно рассказал про наши сборы с наставником, но не стал уделять внимание своим собственным мыслям по этому поводу. Само собой, я также не вдавался в описания скучного полета, не стал уделять время описанию казармы и своим первым впечатлениям о крепости. Благоразумно не упомянул про попытку отравления Босхо. Не стал подробно останавливаться на том, чему именно учил меня лаир Дорхи, пока никто не видел. А некоторые вещи и вовсе «позабыл» упомянуть, чтобы не подставляться.

Как ни странно, лэн Тай Хатхэ честно меня выслушал, ни разу при этом не перебив. Разумеется, во время продолжительного рассказа он внимательно следил за моим лицом и, полагаю, не только за ним. Ну а когда я замолчал, он сначала прикрыл глаза, о чем-то ненадолго задумавшись, после чего снова их открыл и, как и следовало ожидать, начал задавать вопросы.

При этом я довольно быстро понял, что у лэна Тая или была идеальная память, или же он читал те же самые отчеты, о которых говорил мастер Даэ. Несмотря на то, что некоторые события в крепости я умышленно опустил, менталист о них знал, совершенно точно уяснил для себя хронологию событий, а еще он запомнил все скользкие моменты, где я или схитрил, или же слукавил, поэтому теперь он начал спрашивать меня по второму кругу. Детально. Скрупулезно. Не упуская ни единой, даже самой незначительной мелочи. Причем спрашивал по порядку и так, словно весь разговор был записан у него на подкорку.

– Лэн Гурто, что вас связывает с семейством Нома и почему вы решили отдать своего питомца именно им?

– О чем вы подумали, когда узнали, где будет проходить ваша практика?

– Испытывали ли вы радость, когда узнали, что будете обучаться вместе с друзьями?

– Какие отношения связывали вас с Дэмом Хатхэ?

– Почему вы были против поединка с лэнной Босхо?

– Были ли во время практики попытки личного состава сблизиться с вами или с кем-то из ваших друзей? Поступали ли вам от кого-то из сотрудников крепости какие-либо предложения?..

Вопросы были разными. Часть из них, я так полагаю, вообще проверочными, как во время настройки детектора лжи. Некоторые частенько повторялись, просто были сформулированы немного иначе. Некоторые вопросы оказалась совсем простыми, даже примитивными, направленными на определение моего отношения к другим магам и умения работать в команде. А какие-то, наоборот, были с подвохом, причем, если бы не Эмма, я бы, может, и не понял в чем дело, но она очень вовремя подсказывала, в чем суть, так что я вроде ничего лишнего не сболтнул.

При этом подруга больше ни разу не сообщила, что кто-то пытается нагло залезть в мои мысли. Лэн Тай, как это ни удивительно, ни разу не попытался взломать мою ментальную защиту. Однако, поразмыслив, я пришел к выводу, что хорошему эмпату этого и не требовалось. Все, что было нужно, он без проблем считывал с ауры и эмоционального фона, так что я мысленно похвалил себя за то, что заранее попросил подругу пригасить чувства, а потом и вовсе их отключил, чтобы этот дотошный тип не увидел ничего лишнего.

– Скажите, лэн Гурто, – в какой-то момент задал безопасник один из тех неудобных вопросов, на которые я предпочел бы не отвечать. – Какие чувства вы испытали, когда обнаружили, что во время военных игр вам предстоит играть за чужую команду?

Я мысленно подобрался.

Само собой, представитель рода Хатхэ не мог не поинтересоваться моими лесными подвигами и устроенной охотой на старшекурсников. Скрыть эту информацию я тоже не мог, поэтому сейчас мне следовало действовать с удвоенной осторожностью и правильно расставить акценты, чтобы у присутствующих не возникло совсем уж неприятных для меня вопросов.

– Досаду.

– Почему?

– Потому что мы с ребятами готовимся к дуэльному турниру и за последние полгода успели сблизиться. Мне привычнее работать с ними, чем с кем-либо еще, поэтому мне стало досадно, когда они оказались в одной команде, а мне пришлось играть за другую и на время стать для них противником.

– Анию Босхо вы тоже считаете своим другом? – задал очередной неудобный вопрос лэн Тай.

– Для меня она такой же напарник, как и остальные, – не покривив душой отозвался я. – На турнире «Джи–1» она показала себя прекрасно. Да и в команде работает на совесть. Рисковать не боится, от работы не отлынивает, тренировки не пропускает. А также не ноет, если получит травму, и не закатывает истерик, как это нередко свойственно девушкам. Конечно, иногда с ней бывает сложно, она – далеко не идеал, но пока она ни разу нас не подвела. Поэтому другом я ее, пожалуй, не назову, однако и повода враждовать с ней у меня пока нет.

– Несмотря на разногласия с таном Босхо?

Я снова кинул выразительный взгляд на наставника.

Интересно, кто еще успел ознакомиться с моим личным делом?

Мастер Даорн в ответ нахмурился и едва заметно качнул головой, тем самым показав, что это не он просветил кибэ на столь щекотливую тему. Из чего следовало сделать вывод, что, вероятно, сдал меня эмпату мастер Даэ. Впрочем, он и не мог не сдать меня своим безопасникам. Наверняка еще до моего поступления в академию ему предоставили всю имеющуюся информацию, так что ворчать по этому поводу бессмысленно. Ну разве что понадеяться, что лэн Даорн сдержал слово, и о моей связи с ныне почившим таном Расхэ никто, кроме него и доктора Нортэна, не докопался.

Когда я перехватил изучающий взгляд кибэ, то понял, что тот все еще ждет ответа, и неохотно наклонил голову.

– Да, лэн. Несмотря на упомянутые разногласия, на данный момент Анию Босхо кровным врагом я не считаю.

– Хорошо. Как вы отнеслись к тому, что Дэм Хатхэ объявил вас предателем? – оставил в покое неудобную тему менталист и снова вернулся к проблеме военных игр.

Я позволил себе едва заметно скривиться.

– Я был неприятно удивлен и разочарован.

– Что же именно вас огорчило? То, что вы оказались в одиночестве против сплоченной команды? Или же то, что обвинение Хатхэ было надумано и не соответствовало действительности?

– Я надеялся на интересную игру, лэн. Перед нами поставили необычную задачу, и я собирался ее выполнить, несмотря на то, что попал не в ту команду, в которую мне бы хотелось.

– То есть вас огорчило, что что-то помешало вашим планам?

Я заколебался.

– Скорее, у меня были завышенные ожидания от этого мероприятия. Поэтому, когда оно перестало походить на игру, я был разочарован.

– Как бы вы охарактеризовали поступок Дэма Хатхэ? – нейтральным тоном осведомился кибэ, когда я умолк. – Зная его мотивы, вы могли бы после случившегося назвать этого человека своим врагом?

– Я считаю его поступок недостойным, лэн.

– Почему?

– Потому что он был продиктован не интересами рода, а желанием поглумиться. Потому что Дэм Хатхэ не защищал интересы крепости или своих людей, а всего лишь хотел унизить более слабого, как ему казалось, коллегу.

– То есть, если бы Дэм действовал в интересах рода, вы бы посчитали его действия оправданными? – прищурился менталист.

Я хмыкнул.

– В этом случае они имели бы более важную причину, чем личная неприязнь или желание потешить собственное тщеславие. Это я могу понять. Однако Дэм не думал об интересах семьи. Более того, во время игры он показал себя недостойным членом своего рода. Поставил на его репутации грязное пятно, которое увидел не только я.

– Почему же вы тогда решили его защитить? – внимательно посмотрел на меня кибэ. – О чем вы думали, когда загораживали дорогу дарнаму? Было бы проще, если бы зверь отвлекся на Дэма, в то время как вы смогли бы убежать. Но вы вместо этого отвлекли зверя на себя. Почему, лэн Гурто?

Я спокойно встретил его взгляд.

– В тот момент я действовал по ситуации и не думал, что кто-то из присутствующих достоин того, чтобы его прикрыли, а кто-то нет. Но если бы у меня было время подумать, то я ответил бы так: Дэм Хатхэ, к счастью, не единственный представитель своего рода. Я уважаю семью Хатхэ и многим им обязан. Поэтому мое отношение к ним не изменится лишь потому, что на моем пути встретился один тщеславный придурок.

– Тем не менее это не помешало вам всадить ему пулю в ногу…

– Семь пуль, лэн, – так же спокойно поправил его я. – И не только в ногу.

– И вы считаете, что это было обоснованно? Вам не кажется, что вы поступили слишком жестоко?

Я пожал плечами.

– Я ни разу не выстрелил ему в голову, лэн. Думаю, этого достаточно, чтобы сделать выводы.

Кибэ на мгновение заколебался, словно хотел о чем-то спросить, но почему-то передумал и вместо того, чтобы задать еще один напрашивающийся вопрос, неожиданно сменил тему.

– Скажите, лэн Гурто, в какой момент вы поняли, что способны видеть следовую магию и различать структуру аномальной зоны?

Я мысленно хмыкнул.

Неплохая попытка сбить меня с толку. Но, к сожалению, мимо кассы. Я ведь тоже слежу за вашими аурами, господа, поэтому прекрасно вижу, к чему вы ведете.

– Я еще в начальной школе убедился, что мне проще всего использовать именно зрительные образы во время выполнения упражнений на концентрацию, – пояснил я лэну Таю. Ну и обоим учителям заодно, которые тоже слушали меня очень внимательно. – И тогда же сообразил, что в таком виде мне гораздо удобнее и проще переносить магические элементы из созданного мною образа в реальность. Остальные органы чувств в моем случае срабатывали хуже, поэтому я всегда стараюсь именно представить, прежде чем воплотить тот или иной элемент в жизнь.

– С магическими фигурами вы так же работаете? – спокойно уточнил кибэ.

– Да, лэн. Эта методика очень помогает мне в освоении магии. Но с магией пространства у меня долгое время ничего не получалось, – честно добавил я. – Я ее ощущал, но не видел. И работать с ней было намного сложнее, чем с молниями, поэтому я часто совершал ошибки. Когда я рассказал об этом мастеру Рао, тот предположил, что это происходит именно потому, что я привык полагаться преимущественно на зрение. Ну а поскольку здесь я ничего не видел, то это замедляло мое обучение, мешало осваивать новые знания. Поэтому же, когда мастер Рао сказал, что мне нужно научиться использовать привычную методику для работы, в том числе и с пространством, я сделал все, чтобы его не разочаровать.

– Почему же он тогда не хотел брать вас с собой в полет? Почему он удивился, когда узнал, что вы способны видеть аномалию?

– Потому, что до того момента я ему об этом не говорил, – пожал плечами я. – Я ведь вижу ее не всегда…

Ну да. А только при использовании второго зрения.

– И далеко не всегда она видна достаточно четко…

Тоже правда. Если я закрою глаза или отвернусь, то вообще ни шиша видеть не буду.

– Поэтому сначала я хотел убедиться, что мое восприятие пространства правильное, – спокойно пояснил я свою мысль магам. – И в последние дни не только усиленно тренировался, но особенно внимательно наблюдал за аномалией, анализируя все, что видел, пытаясь понять, что это значит, запоминая детали на случай, если мое восприятие не совсем верно. Просто затем, чтобы не обнадеживать учителя раньше времени, а выдать ему уже готовый результат.

– То есть вы даже не спросили у него совета? – снова уточнил лэн Тай. – И не поинтересовались у более старшего и опытного коллеги, правильно ли поступаете?

– Нет, лэн.

– Почему?

– Потому что привык справляться с трудностями без посторонней помощи, – ответил я. – И раз уж мастер Рао сказал, что я могу это сделать, значит, я должен был этому научиться.

Кибэ окинул меня задумчивым взглядом.

– Насколько хорошо вы знаете лэна Рао Норхо-Хатхэ, лэн Гурто?

– Настолько хорошо, насколько это возможно за три с небольшим недели практики.

– Раньше вы не были знакомы?

– Нет, лэн. Впервые я увидел мастера Рао здесь, как раз накануне отъезда, и по просьбе мастера Даэ тот согласился оказать мне честь и стать на время моим учителем.

Менталист вопросительно обернулся к старейшине, и тот кивком подтвердил, что все так и было.

– У юноши отличные задатки. Около полугода назад он даже умудрился создать свой собственный портал, а до этого не постеснялся сунуть нос в записи небезызвестного вам Даруса Лимо и даже кое-что самостоятельно из этих записей освоить, так что темпы его развития нас уже давно не удивляют. В том числе и поэтому Рао, который еще лет десять назад дал слово, что больше никого индивидуально учить не будет, все-таки согласился с ним позаниматься.

– Вы правы, это необычно, – так же задумчиво обронил кибэ и снова повернулся в мою сторону. – Лэн Гурто, из рапорта лэна Норхо-Хатхэ я знаю, что вы умудрились дать оценку аномалии, причем в кое-каких вещах даже более точную, чем наши приборы. Как вам это удалось?

– Я неплохо считаю, лэн, – скупо улыбнулся я. – И у меня прилично развито пространственное мышление. Плюс, как я и говорил, я наблюдал за аномалией на протяжении достаточно длительного времени. Поэтому, когда вернулся после военных игр, то сразу заметил, что она изменилась, и предпринял все возможные меры, чтобы донести эту информацию до руководства крепости.

– Вы не считаете, что это было рискованно – напрашиваться в исследовательский полет, чтобы своими глазами взглянуть на интересующее вас явление?

– На тот момент и я, и мастер Рао полагали, что у нас есть время хотя бы до полуночи. И мы оба верили, что моя помощь может быть полезной. Поэтому о рисках для жизни речи тогда не шло. Это была исследовательская миссия, а вовсе не операция по закрытию разлома.

– А когда вы падали с высоты двадцати майнов, вы тоже об этом не думали?

– Я тогда вообще не успел о чем-либо подумать, кроме того, что мне конец, – ровно отозвался я. – Надо было действовать, и я действовал, лэн. Если бы я промедлил хотя бы мгновение, то мы бы сейчас с вами не разговаривали.

– Вы сказали, что во время падения увидели края разлома, – словно не услышал меня эмпат. – И после этого в вашу голову пришла мысль использовать его стенку для спасения… Вы понимали, что это могло не сработать?

– Нет, – не стал врать я. – Но на тот момент это показалось мне блестящей идеей, поэтому я действовал инстинктивно и предпринял все возможные меры, чтобы не стать добычей дайнов.

– Также вы сказали, что на вас в тот момент был надет драймарантовый комбинезон…

– Верно. Про его защитные свойства нам рассказывали еще в первые дни пребывания в крепости, но сразу предупредили, что от дайнов он полностью не спасает. Поэтому пришлось импровизировать.

– Вы упали с высоты более двадцати майнов, лэн Гурто, – словно невзначай напомнил лэн Тай. – Вас не удивило, что во время падения вы получили так мало серьезных повреждений?

Я позволил себе усмехнуться.

– Честно говоря, меня удивило, что я вообще живой, лэн. Но, говорят, чудеса иногда случаются, и, похоже, я – наглядное тому подтверждение.

– Зачем же вы тогда полезли в разлом снова? Для чего рисковали с бомбами, выбираясь из кокона? Дождались бы закрытия разлома. Вас бы потом достали из убежища, и вам не пришлось бы лишний раз рисковать.

Вот тут я в третий раз задумался, но все же решил не юлить.

– На то было несколько причин, лэн. Во-первых, я был уверен, что в окружении такого количества дайнов долго не протяну, так что мне все равно надо было что-то предпринимать. С другой стороны, я понимал, что просто так кокон с себя не сниму и от такого количества тварей не убегу, а если и убегу, то меня по дороге пристрелят свои же. Поэтому единственным способом выжить было закрыть разлом. Плюс у меня в руках случайно оказалось то самое средство, которое могло это сделать. О чем тут вообще думать? Да и терять мне было нечего, поэтому я решил рискнуть.

– Как же вы вскрыли защиту на взрывных устройствах? – осведомился лэн Тай. – Вряд ли мастер Рао сообщил вам правильный код.

– Я – маготехник, лэн, – пожал плечами я. – И уже неплохо понимаю в программировании, поэтому подобрать код оказалось несложно. Намного больше времени я потратил, чтобы вытолкать заряды из кокона, но и это, хвала тэрнэ, мне в конечном итоге удалось.

Про то, что бомбы в разлом доставил Ши, я решил умолчать, чтобы малыша и впрямь не надумали забрать на опыты. У кокона же были пустые концы? Были. В этом я не солгал. Ну а то, что Эмма их потом запечатала, господам магам знать не следует, так что в целом и общем у меня получился правдоподобный рассказ, который, к счастью, некому было оспорить.

– А о защитниках крепости ты в тот момент тоже не думал? – неожиданно вмешался в разговор мастер Даэ, когда мне уже начало казаться, что допрос окончен.

– Думал, – честно признался я. – Но не очень интенсивно. Тогда меня больше заботило, как не остаться в разломе самому.

– Что ты ощутил, когда оказался рядом с ним? – снова спросил мастер Даэ.

Я подумал и честно рассказал о том спектре эмоций, которые меня посетили возле пространственного разрыва. О пожирателе, разумеется, ничего говорить не стал, мне с моим уровнем обучения в академии о таких вещах знать было не положено, однако про ощущение притяжения и о посетившем меня страхе сообщил. Как и о том, что лишь чудом (а Эмма и впрямь была моим персональным чудом) не сверзился с края стены, да и вообще до сих пор плохо понимаю, как же меня там не убило.

– Магическую фигуру вы тоже создали инстинктивно? – снова поинтересовался кибэ, когда мастер Даэ утолил свое любопытство.

– Да. Мне тогда ничего умнее в голову не пришло.

– А вы знали, что магия рядом с разломом не работает?

– Нам об этом говорили. Но на деле оказалось, что магия уходит в разлом далеко не сразу. По крайней мере, не мгновенно, а какое-то время некоторая ее часть еще может быть использована. Я видел, как исчезает из окружающего мира следовая магия. Понимал, что мой дар истощается с такой же скоростью, поэтому на полноценный магический элемент, даже на банальную левитацию, моих сил, скорее всего, не хватило бы. Свои пределы я знаю. Мастер Даорн еще в начальной школе озаботился тем, чтобы я научился правильно оценивать свои возможности, поэтому я сознавал, что обычную магию использовать не смогу. Однако мастер Даэ научил меня держать готовые магические фигуры про запас. Он говорил, что на их активацию требуется минимум времени и сил. И он оказался прав. Благодаря отработанным в зале навыкам фигуру я создал практически сразу, именно она уберегла меня от взрывной волны. Энергии на ее активацию тоже хватило. Ну а там… фигура, на мое счастье, сработала как надо. Спасла меня от тяжелых травм и погасла в тот самый момент, когда я упал, а мой дар подошел к той самой границе, за которой начинается истощение. Если бы меня не поместили в медицинский модуль, я бы, скорее всего, не выжил. Если бы я промедлил и пробыл рядом с разломом чуть дольше, то потерял бы дар. Но мне повезло. Ребята из крепости отреагировали оперативно, да и целители в Ровной свое дело знают, так что я бесконечно благодарен им за помощь и мое воскрешение.

– Скажите, лэн Гурто, когда вы пришли в себя и увидели, что рядом находятся дайны, вам было страшно? – задал очень странный вопрос лэн Тай после короткой паузы.

Я добросовестно порылся в памяти.

– Нет, лэн.

– А о чем вы подумали в тот момент?

– Что живым не сдамся, – хмыкнул я. – И что было бы позором выжить в разломе и уцелеть во время взрыва лишь для того, чтобы стать добычей для потусторонних тварей, у которых даже формы-то конкретной нет.

– Как вы объясните действия своего йорка? – снова сумел удивить меня кибэ.

Я на мгновение даже подвис, не понимая подоплеки вопроса.

– Даже не знаю… полагаю, как и в случае с дарнамом, он хотел меня защитить. Поэтому поступил так, как ему казалось правильным – попытался отпугнуть тварей тем же способом, каким отгонял обычных хищников. И это, как ни странно, сработало, так что малыш, можно сказать, дважды мне шкуру спас.

– Расскажите о нем поподробнее, – потребовал эмпат, снова заставив меня мысленно хмыкнуть. Но поскольку на эту тему мы с наставником разговаривали еще до моего поступления в академию, то легенда у меня была готова давно, а лэн Даорн, если что, мог во всеуслышание ее подтвердить.

– Я нашел йорка в лесу. Одного. Он был растерян, ослаблен и полностью дезориентирован, поэтому я его подобрал и принес домой.

– Сколько вам тогда было лет?

– Четырнадцать, – спокойно ответил я. – Это случилось прошлым летом, лэн. Вскоре после того, как у меня появился официальный опекун. Лэн Даорн, к счастью, был не против завести домашнего питомца, поэтому хоть и говорят, что йорки не приручаются, но малыш остался у нас жить и оказался довольно спокойным, неагрессивным, а также достаточно сообразительным существом, чтобы я смог не только с ним поладить, но и забрать потом с собой в столицу.

– Откуда мог взяться йорк в окрестностях Нарка?

– Не могу знать, лэн, – развел руками я. – Я читал, что йорки живут стаями, ближе к горам, так что в наших лесах ему делать было нечего. Но, возможно, ему не повезло потерять родителей. Или, может, его выгнали из стаи. Допускаю, что именно поэтому он в итоге признал своей новой стаей меня и лэна Даорна. Наставник в конце прошлого года даже документы на него оформил, так что теперь йорк совершенно официально прописан в базе данных, а мы так же официально являемся его хозяевами.

Кибэ на мгновение пересекся со мной взглядом и замедленно кивнул, словно что-то для себя уяснив. Потом задал несколько совсем уж формальных вопросов, кое-что уточнил, что-то на всякий случай перепроверил и наконец забрал со стола записывающее устройство, а потом так же демонстративно его выключил и убрал обратно за пазуху.

– Вам нужно будет появиться в нашей лаборатории, лэн Гурто. Я должен записать крик вашего йорка, чтобы потом мы могли с ним поработать.

Я кивнул.

– Не проблема. Когда вы хотите нас туда забрать?

– Я предпочел бы сегодня. Лучше – прямо сейчас. С такими делами предпочтительнее не тянуть.

Я вопросительно взглянул на лэна Даорна.

– Не возражаю, – кивнул тот. – Но как опекун я настаиваю на своем присутствии.

– Езжайте, – махнул рукой мастер Даэ, когда кибэ повернулся в его сторону. – Но постарайтесь вернуться к ужину. Нам еще есть, что обсудить.

– Конечно, мастер, – поднялся с кресла менталист и, коротко поклонившись старейшине, направился к выходу. – Лэны, прошу за мной.

Глава 3

Само собой, сразу мы не уехали – перед этим мне снова пришлось подняться на третий этаж, чтобы забрать йорка из покоев лэнны Оми.

Взрослые со мной не пошли – наставник сказал, что подождет внизу, да и лэн Тай не стал настаивать на моем сопровождении, так что в итоге наверх я поднялся один. Ну а когда добрался до нужной двери, то обнаружил, что возле нее неусыпно дежурит лэнна Лусина, которая с ходу восприняла мое появление в штыки.

– У меня приказ – не подпускать вас к лэнне Хатхэ-младшей, – хмуро сообщила она, как только я приблизился и спросил разрешения увидеться с лэнной Оми. – Вернитесь вниз, лэн. Это хозяйское крыло. Вам здесь нечего делать.

Я спокойно посмотрел сперва на недовольную дамочку, потом – на закрытую дверь, не ожидав, что лэнна Иэ столь демонстративно отстранит меня от общения с правнучкой. Но мне в общем-то и не надо было видеться с Арли. Я пришел не за этим, поэтому быстро огляделся, нашел вторым зрением ауру йорка, после чего тихонько свистнул, одновременно с этим попросил Эмму связаться с модулем Ши, и всего через несколько мгновений из спальни донесся удивленный вскрик, глухой удар, словно на пол упала выроненная кем-то книжка. А затем ручка входной двери бодро дернулась, сама дверь плавно отворилась, и из покоев лэнны Оми стремглав выскочил мой пушистый зверь, поразив этим охранницу донельзя.

– Что такое? – выглянула следом за этим из комнаты встревоженная хозяйка, но потом увидела меня и тепло улыбнулась. – А, это вы, лэн Гурто. Что-то случилось?

Я вежливо ей поклонился и, подхватив прыгнувшего на руки йорка, водрузил его на плечо.

– Простите, что побеспокоил. Нет, ничего не случилось, мне был просто нужен мой зверь. Нам пора уходить.

– Тогда ладно, – успокоилась мама Арли и отступила от двери. – До свидания, лэн Гурто. Еще раз спасибо вам за помощь. Я обязательно передам Арли, что вы заходили.

Я благодарно ей кивнул, так же вежливо попрощался и только после этого ушел, к вящему облегчению лэнны Лусины.

Спустя еще несколько мэнов от ворот дома семейства Хатхэ в воздух плавно взмыл тяжелый бронированный ардэ, в котором, помимо меня, лэна Тая и лэна Даорна, находились также вооруженный водила с охранником. Водила, правда, был не тот, который с ветерком домчал меня в столицу несколько рэйнов назад, но тоже здоровый, угрюмый, плюс к этому еще одаренный и вдобавок снабженный найниитовым чипом последней модели, точную копию которого я обнаружил также и в башке у охранника.

Насчет него самого у лэна Тая выспрашивать ничего не стал. Ну есть охранник и есть, мне от этого ни холодно ни жарко. Хотя сам факт, конечно, настораживал. Похоже, после случая с Арли Хатхэ стали перестраховываться, в том числе и в отношении гостей вроде меня и мастера Даорна.

Я, правда, думал, что полет получится достаточно длительным. Смутно подозревал, что для проведения эксперимента нас отвезут на какую-нибудь военную базу, в закрытый ангар на краю Таэрина. На худой конец, доставят в укрепленный бункер в пригороде, где находится тайная военная лаборатория…

Однако вскоре Эмма просчитала траекторию движения нашего ардэ и сообщила, что с высокой долей вероятности мы летим не за город, а всего лишь в столичную клинику семейства Хатхэ, где чуть меньше двух лет назад мы с наставником не только успели побывать, но и провели достаточно много времени.

Меня эта информация самую малость позабавила, но поразмыслить на эту тему мне не дали – не успел я как следует проникнуться мыслью, для каких на самом деле целей была построена эта клиника, как в этот момент призывно тренькнул идентификационный браслет, извещая о появлении входящего сообщения.

«Гурто, привет! – прочитал я на экране короткую записку от Тэри. – Ты там как, живой?»

Я хмыкнул.

«Да. Нормально все, – отстучал ответ приятелю. – А у вас как прошло?»

«Хорошо, но ребята все равно волнуются. Дэма отдельным рейсом прямиком в столицу отправили, а нас на ночь в ближайший город отвезли, ночевать пришлось в отеле. Браслеты, правда, нам только сейчас отдали и пообещали, что к вечеру уже вернемся в академию. Дальнейшая практика, конечно, отменяется, но оценки в зачетке обещали выставить нормальные. Лэн Кайра сказал, что последнюю неделю нам подарят в качестве каникул. Как компенсацию за доставленное беспокойство. Что там сейчас в крепости, кстати? Дайны были? Ничего важного тебе не отгрызли?»

Я ненадолго задумался, но решил, что подробностей о событиях прошлой ночи ребятам знать не следует.

«Нет. Я в арсенале сначала проторчал, потом к коменданту вызвали. Когда тревогу объявили, им там стало не до меня, так что я задержался и на аэробус опоздал. А потом еще и грохнулся неудачно. Вывихнул ногу, сломал ключицу, так что большую часть ночи провалялся в медкапсуле. Когда очнулся, все уже закончилось».

«Ну ты даешь! – откликнулся Тэри, добавив к сообщению возмущенный смайлик. – Гурто, тебя одного оставлять нельзя! То дарнамы на тебя натыкаются, то сам норовишь убиться где ни попадя!»

Пришлось отправить в ответ три виноватых рожицы.

«Я уже в порядке. Целители подлатали. Если повезет, то раньше тебя до общаги доберусь».

«Тогда увидимся, – успокоился приятель. – До встречи».

Я отправил ему одобрительный смайл и, откинувшись на спинку сиденья, глянул на часы: четырнадцать двадцать одна. А еще через четверть рэйна ардэ и впрямь приземлился перед прекрасно знакомой мне клиникой, так что прогнозы Эммы оправдались на сто процентов.

Я, правда, тоже ошибся не во всем, потому что место, в которое нас отвели, действительно находилось в подвале. Причем не просто в подвале, а на минус пятом этаже, где имелась не одна, а целая сеть высокотехнологичных лабораторий, а также специально оборудованная, достаточно просторная комната с отменной звукоизоляцией, куда нас с Ши в скором времени благополучно и поместили.

Комната в целом оказалась похожа на радиостудию. По крайней мере, материал, которым она была обшита, очень напоминал звукопоглощающие панели, которые использовались в моем родном мире. Из мебели там нашлись только стул и висящий на противоположной стене плоский экран. А из средств связи – лишь набор видеокамер и динамики, из которых вскоре донесся голос лэна Тая.

– Лэн Гурто, напоминаю вашу задачу…

Зная, что где-то там, за стеной, остался наставник и персонал, который по камерам будет внимательно отслеживать каждое мое движение, я терпеливо выслушал подробные инструкции по поводу того, что нам предстояло сделать, хотя это и так было понятно. Так же терпеливо дождался, пока техники в соседнем помещении настроят аппаратуру. Громко объяснил беспокойно озирающемуся йорку, что от него требуется. Ну а когда менталист сообщил, что они готовы к работе, послушно надел на голову загодя выданные, на редкость навороченные наушники. После чего свет в комнате тут же погас, а на экране появилось изображение дайна, при виде которого Ши моментально нахохлился и недовольно заворчал.

Правда, одним изображением техники не ограничились, поэтому вскоре, о чем меня загодя предупредил кибэ, изображение из плоского стало трехмерным, а медленно подкрадывающийся к нам дайн теперь выглядел совсем как настоящий. В темноте да в тишине, в помещении с плотно закрытой дверью, которую без света найти было проблематично, это было достаточно серьезное испытание для нервов, особенно после того, как к видеоряду подключили еще и звуки. Но лэн Тай считал, что в данном случае нужна максимальная правдоподобность и аж дважды подчеркнул, что изображение будет ну очень реалистичным, однако при этом совершенно безопасным. Так, будто предполагал, что я с первого раза не пойму. Или что мой зверь будет долго тупить, прежде чем сообразит, что от него нужно.

Йорк, разумеется, прекрасно уяснил свою задачу, но раз уж от него ждали реакции, как от обычного зверя, то я попросил Эмму сбросить ему через модуль просьбу вести себя максимально близко к тому, что можно было ожидать от обычного йорка.

Благодаря этому Ши завопил не сразу, как только увидел дайна, а сначала поколебался, зашипел, заметался у меня на руках. И только после того, как виртуальная тварь приблизилась, выдал тот самый вопль, от которого в прошлый раз у меня барабанные перепонки едва не лопнули.

Надо сказать, малыш постарался на славу – от его крика аж экран заходил ходуном, а где-то наверху полопались стекла в видеообъективах. Да и мне, признаться, пришлось отключить слух, потому что даже в наушниках выносить этот визг было ну очень непросто.

Я даже решил, что малыш, будучи существом исполнительным, превзошел себя и выдал намного более пронзительную трель, чем накануне. Хотя, может, мне просто почудилось – все же тогда мы находились на открытом пространстве, а не в тщательно изолированной комнате, вот мне и показалось, что крик звучит громче, чем на самом деле.

Когда же наконец йорк умолк и тяжело задышал, восстанавливая дыхание, я вопросительно заозирался, ища не пострадавшую видеокамеру.

– Ну что, записали? Или это была репетиция?

Один из динамиков, с трудом прокашлявшись, хрипло выплюнул:

– Да, записали. Спасибо. Но, если возможно, я попросил бы вас повторить еще разок. Так сказать, для гарантии, что запись сделана верно.

Не вопрос.

Малыш, поднатужившись и раздувшись, словно меховой шарик, спустя несколько мэнов выдал на бис еще один пронзительный, пронизывающий до костей, воистину душераздирающий вопль, после которого целых видеокамер в комнате не осталось совсем, а у меня даже с отключенным слухом осталось ощущение, что я только что пережил вторую в своей жизни контузию после взрыва. Динамики после этого тоже не оживали довольно долго. Похоже, им порядком досталось от моего маленького приятеля. Но потом искаженный голос лэна Тая все же пробился сквозь жуткие помехи, и я получил разрешение покинуть комнату, тогда как сам кибэ, поколебавшись, признал-таки эксперимент успешным.

Я, правда, думал, что нас какое-то время здесь еще подержат и захотят обследовать малыша дополнительно, а то, может, и за меня до кучи возьмутся. Однако когда я зашел в соседнюю комнату и обнаружил, что два стула из трех лежат опрокинутыми, ошеломленные операторы, оказавшиеся на полу, все еще ожесточенно трясут головами и потирают ушные раковины, то понял, что дальнейшие эксперименты, скорее всего, придется отложить.

Мастер Даорн, который был там же и внимательно следил за тем, чтобы со мной ничего плохого не случилось, тоже выглядел несколько растерянным. Судя по тому, как он двигал нижней челюстью, у него, как и у остальных, заложило уши, да и в голове, наверное, отчаянно звенело. И только кибэ Тай с довольным видом изучал что-то на экране монитора, попутно стуча пальцами по виртуальной клавиатуре и, судя по всему, моделируя запись полученной от йорка звуковой волны.

– Отлично, лэн Гурто, – одобрительно кивнул он, увидев, что я стою на пороге. – Думаю, этого достаточно. Но если что, я с вами еще свяжусь.

– То есть сейчас мы можем идти? – на всякий случай уточнил я, придерживая настороженно принюхивающегося йорка.

– Безусловно. Но поскольку прошлая ночь для вас была непростой, да вы, наверное, еще и устали после долгой дороги, то я должен поинтересоваться вашим самочувствием. Быть может, вам нужна медицинская капсула?

Я мысленно хмыкнул.

Ну надо же, вспомнил, хотя подумать об этом следовало бы несколько рэйнов назад.

– Благодарю, меня неплохо подлечили в крепости, а большую часть дороги до Таэрина я благополучно проспал, поэтому в дополнительном отдыхе не нуждаюсь.

– В таком случае могу организовать доставку в любую точку столицы на ваше усмотрение.

– Для начала мне нужно забрать из резиденции Хатхэ свои вещи, – качнул головой я. – Ну а потом…

Я вопросительно обернулся к наставнику.

– Мне тоже нужно кое-что сделать, – кивнул лэн Даорн. – А потом мы с тобой отправимся обедать. Думаю, ресторан в отеле «Тэрния» для этого вполне подойдет.

⁂

Кибэ Тай и впрямь оказался настолько любезен, что лично доставил нас в резиденцию Хатхэ и даже проводил в холл, после чего попросил меня подождать внизу, тогда как сам вместе с мастером Даорном поднялся наверх.

Ну я подождал. Мне не сложно, тем более что мою сумку и впрямь очень скоро принесли. А вот наставник почему-то задержался, так что спустя четверть рэйна бесцельного времяпрепровождения я решил убедиться, что с ним все в порядке, поэтому перешел на второе зрение и понимающе хмыкнул, обнаружив, что лэн директор никуда не пропал, а спокойно стоит на третьем этаже, возле лестницы, и о чем-то беседует с лэнной, судя по ауре, Оми.

Ну ради этого можно было потолкаться в холле лишних несколько мэнов. Все же они давно не виделись, сегодняшнее утро выдалось нервным, поэтому им было не до разговоров. Да и сейчас наставник явно торопился, хотя лично я никак не мог понять, зачем он тянет резину и до сих пор не сделал предложение женщине, к которой определенно был неравнодушен.

Впрочем, вмешиваться в чужие амурные дела всегда чревато, поэтому я оставил этих двоих в покое. Заодно проверил, все ли в порядке с Арли. Убедившись, что малявка по-прежнему спит, незаметно прошерстил весь дом сверху донизу. И не на шутку заинтересовался, когда обнаружил на втором этаже кибэ Тая, да еще не одного, а рядом с лэнной Иэ и мастером Даэ.

Это что, у них там совещание намечается?

Мельком глянув по сторонам, я отошел в сторонку так, чтобы помещение, в котором находились интересующие меня люди, оказалось практически у меня над головой. После чего отыскал первую попавшуюся кушетку, присел на нее с видом а-ля «устал, отдыхаю», после чего шепотом попросил заинтересованно шевелящего усами йорка не шуметь и выкрутил слух на максимум в попытке понять, о чем разговаривают наверху.

– …Я свое мнение уже высказала, – услышал я резкий голос супруги мастера Даэ. – Пока не выясним, что к чему, мальчишку и на выстрел к Арли не подпущу!

– Ты сгущаешь краски, Иэ, – на редкость спокойно отозвался старейшина. – Мальчик для нас не угроза.

– Мое прозрение на нем не работает – связь с Арли закрывает его от меня точно так же, как от меня закрыто и ее собственное будущее. Они как одно целое, а это серьезный показатель. Но я уже сказала и готова еще раз повторить: вокруг мальчишки происходит что-то нехорошее. Ты сам это прекрасно понимаешь. И я не хочу, чтобы это коснулось нашей девочки. Менталистов такого уровня в Норлаэне не было уже двести лет. И если мы ее потеряем, то род тебе этого не простит.

– Согласен. Парня возьмем на контроль, надо понять, кто, зачем и каким именно образом пытается им манипулировать. Прямую связь с Босхо аналитики пока не усматривают. Плести такую сеть вокруг обычного самородка только ради того, чтобы навредить нам, даже Эранд с его маниакальным стремлением к мести не будет. Но кто или что за этим стоит, мы не знаем, поэтому мне понятны твои опасения, Иэ. И я соглашусь, что вполне логично на какое-то время ограничить контакты Адрэа с представителями нашего дома. С другой стороны, не забывай – чем больше мы тормозим развитие ситуации, чем дольше она будет длиться и тем менее предсказуем ее финал.

– Поддерживаю, – ровно сообщил лэн Тай, тем самым порядком удивив меня. Выходит, он не просто безопасник, но и приближенное лицо, которое имеет право голоса в таких разговорах? – В данном случае наиболее эффективным будет не тормозить, а напротив, подтолкнуть нашего противника к действиям.

– Использовать мальчишку как приманку? – откровенно задумалась лэнна Иэ. – Так вот зачем вы притащили его сюда…

И именно в этот момент у меня в голове что-то щелкнуло.

Точно! Точно, дайн вас всех побери! Вот что меня подспудно напрягало в общении с мастером Даэ!

Когда в начале учебного года я спросил у него по поводу своего недоубийцы, старик честно сказал, что угрозу для меня он постарался минимизировать, но, несмотря ни на что, она по-прежнему реальна. При этом, зная, что на меня могут напасть, он вместо того, чтобы обеспечить нормальную защиту, собственноручно выдал мне пропуск на пребывание в столице после шести вечера. Назначил достаточно позднее время для тренировок. Его усилиями чуть раньше мне достался пожизненный бесплатный проезд в столичном городском транспорте, который я был волен использовать по своему усмотрению…

Я тогда еще подумал: зачем было напрягаться? Для чего требовать с компании такую странную контрибуцию? Да еще эта бесплатная учеба в известнейшей на всю столицу школе кханто, которая для многих как бельмо на глазу…

Так вот в чем было дело!

Судя по всему, события почти двухлетней давности еще тогда заставили мастера Даэ насторожиться. Более того, он открытым текстом заявил, что с высокой долей вероятности конечная цель всех этих событий связана с его родом. Одновременно он признал, что именно я, с его точки зрения, то самое слабое звено, на которое проще всего воздействовать. Но при этом сделал все, чтобы я выиграл турнир и получил право на поступление в один из престижных столичных вузов. Настоял, чтобы я явился на награждение и чтобы моя рожа какое-то время мелькала на всех новостных каналах. Предпринял меры, чтобы мое поступление в академию состоялось как можно раньше, хотя тут я, признаюсь, максимально облегчил ему задачу, потому что сам рвался в столичный вуз в обход старшей школы. А еще мастер Даэ пообещал лэну Даорну, что присмотрит за мной, и даже сделал роскошный, как мне тогда казалось, подарок…

Но на самом деле, создав условия для моего скорейшего возвращения в Таэрин, он буквально выставил меня напоказ. Дал понять своим врагам, что вот она, приманка, только приходи и бери. Да, при этом он все-таки не оставил меня своим вниманием, втихаря запихнул в электронный пропуск программу-жучок, благодаря которой мог отслеживать мое местоположение. Он даже исполнил все, что мне наобещал. Но при этом красиво и изящно меня подставил, решив, что раз враги рода Хатхэ так мною заинтересовались, то для того, чтобы они высунулись из своих нор, нужно всего лишь преподнести им меня на блюдечке. Одинокого, оставшегося без прикрытия студента, который большую часть времени болтается по огромной столице без малейшей защиты…

Как только картинка в моей голове сложилась, я еще раз похвалил себя за то, что до сих пор не удосужился включить эмоции.

Полагаю, если бы я сейчас мог раздражаться или злиться, то ни к чему хорошему это бы не привело. А так я наконец сложил сложный пазл до конца, выяснил, что именно двигало мастером Хатхэ, принял как данность его стремление использовать меня в своих целях и в какой-то мере даже признал, что таким образом он действительно решал сразу несколько важных задач, при этом по большому счету ничем важным для себя не жертвуя.

С его точки зрения выходило, что если в результате очередной атаки меня все-таки убьют, то он сокрушенно разведет руками и честно признает, что да, не уберег, но при этом сделает все, чтобы вывести на чистую воду тех, кто так долго и упорно пытался ему нагадить. Если Хатхэ удастся это сделать, значит, учитель будет считать, что все рассчитал верно. Если же нет… что ж, он просто отступит в тень и будет ждать другого подходящего момента, чтобы ударить сразу и наверняка.

Только и всего.

– Мне это не нравится, – после долгой паузы вдруг заявила лэнна Иэ. – Идея, может, и выглядит неплохо, да и род в случае провала ничего не теряет, но ты забываешь об Арли.

– Ты же сама сказала, что мальчик…

– Я сказала вам обоим, что между ними существует тесная связь! – резко оборвала супруга лэнна. – Никто не знает, когда и по какой причине она образовалась, но это факт. И если по твоей вине с мальчиком что-то случится, то объясняться по этому поводу ты будешь не только с Ноэмом, но и с правнучкой. А играть в подобные игры с провидцем – крайне опасное занятие, дорогой мой муж. Потому что если Арли узнает, что ты прямо или косвенно стал причиной гибели близкого ей человека… знаешь, что она с тобой сделает, когда подрастет? Уверен, что она перенесет его смерть так же стойко, как я когда-то пережила твою?

– Да, – задумчиво отозвался мастер Даэ. – Изначально Арли в мои планы не вписывалась. Она и ее дар, к сожалению, порушили мне весь расклад. И теперь по этому поводу надо что-то предпринимать. Тай, что думаешь?

– Ее привязанность к юноше очень сильная и искренняя, – без промедления ответил кибэ. – А ее доверие к нему абсолютно. Даже больше, чем к вам.

– Как такое могло случиться?

– Не знаю, мастер. Но советую вам попробовать ее разговорить. Есть подозрение, что лэнна Арлиза уже довольно долгое время не все о себе рассказывает. И то, что она скрывает, возможно, связано именно с лэном Гурто.

– Я пробовала с ней разговаривать, – с нотками раздражения откликнулась лэнна Иэ. – Бесполезно. Она молчит. Сколько, по-вашему, времени они тесно знакомы?

– Два года максимум. Сначала познакомились в клинике, когда там лежал Ноэм, но это длилось всего две недели. Через год у них была еще одна встреча в школе Харрантао… помните, ваша правнучка тогда сбежала от охраны, а лэн Гурто ее вернул? Предположительно, в промежутке между этими двумя событиями они пообщались. Недолго, не более четверти рэйна, но все же. Ну и третья встреча была месяц назад, на дне рождения девочки.

– Этого слишком мало для полноценной связи.

– Мы с тобой даже знакомы не были, когда у тебя открылся дар, – напомнил супруге мастер Даэ. – И тем не менее ты пришла в наш дом и с ходу меня огорошила.

– Да, – мне показалось, что в этот момент лэнна Иэ улыбнулась. – Возможно, Арли и правда знает этого юношу намного дольше, чем он знает ее. Просто до какого-то времени сама этого не осознавала, а с открытием дара воспоминания вернулись.

– Не могу с вами согласиться, лэнна, – неожиданно возразил ей кибэ. – Сегодня я наблюдал на лэном Гурто с самого момента его появления в вашем доме. И должен сказать, что молодой человек испытывает к вашей правнучке такую же искреннюю симпатию, как и она к нему. Он был встревожен, когда ее увидел. А его желание ей помочь было продиктовано таким же искренним беспокойством.

– И что ты предлагаешь? – поинтересовался мастер Даэ. – Оставить его в покое? Дать событиям развиваться как есть?

– Честно говоря… не знаю, мастер.

– Тебя что-то смущает?

– Не «что-то»… меня очень многое смущает в этом молодом человеке, – признался менталист.

– Будь, пожалуйста, конкретнее. Как бы ты его охарактеризовал?

Кибэ Тай помолчал, словно собираясь с мыслями, а потом негромко ответил:

– Я бы сказал, что Адрэа Гурто – человек, который умеет, но по каким-то причинам не очень любит работать в команде. Он хорошо образован, упорен, целеустремлен, но при этом чрезвычайно замкнут. Даже, я бы сказал, скрытен, а также недоверчив, подозрителен и предпочитает решать свои проблемы в одиночку.

– Уж про это можешь мне не говорить, – усмехнулся мастер Даэ. – Что еще?

– Еще у этого юноши чрезвычайно развита ментальная защита.

– В самом деле?

– Да, – подтвердила слова кибэ лэнна Иэ. – Я не смогла ее продавить даже частично. Безусловно, я не так активно старалась, как могла бы, все-таки мальчик совсем молоденький, и было бы обидно случайно свести его с ума. Но тем не менее на среднем уровне воздействия он мне не поддался, так что у парня отличные задатки не только в пространственной магии.

– Я бы сказал, что они неплохие не только по этому направлению, – согласился с ней лэн Тай. – Насколько я знаю, у него в багаже есть слабая магия воздуха с упором на управление молниями (тут он показал себя очень даже достойно), плюс магия пространства, а также магия управления временем, о чем буквально этой ночью мне сообщил многоуважаемый мастер Рао. Магия сна пока не очень развита. Других элементов сопряженной магии не выявлено. Но для обычного самородка и это – весьма внушительный набор умений, который, по словам того же мастера Рао, имеет тенденцию к быстрому развитию. Второй уровень по основному магическому умению…

– Почти третий, – перебил менталиста мастер Даэ.

– Тем более. Так вот, почти третий уровень по основному магическому умению, первый – по магии пространства с тенденцией к переходу на второй, нулевка на грани первой ступени по магии времени… это слишком хорошо даже для очень успешного самородка. А теперь добавьте к этому ментальную защиту, совершенно отчетливые предпосылки к предвидению, которые он вчера открыто продемонстрировал… И все это – в неполные пятнадцать лет. О чем мы должны задуматься, сложив все эти факты вместе?

– Думаешь, у нас тут готов народиться еще один сопряженный маг? Полноценный? Как Дарус Лимо?

– Все предпосылки для этого есть, – подтвердил кибэ. – Но и это еще не самое интересное. Когда я его допрашивал, то обратил внимание на несоответствие проявленных им эмоций его внутреннему состоянию.

– Что ты имеешь в виду? – встрепенулась лэнна Иэ.

– После того, как ваш супруг изволил проявить несдержанность, Адрэа закрылся, причем мгновенно и вполне осмысленно. То есть внешне он вел себя обычно. Быть может, чуть более сдержанно, чем это положено юноше его возраста и положения, но все же достаточно естественно. Однако при этом он почти перестал демонстрировать изменения в ауре, и вот это меня насторожило.

Хм. Кибэ тоже умеют видеть ауры? Не просто чувствовать?

Надо это запомнить.

– Хочешь сказать, что он только показывал эмоции, а на самом деле…

– Их практически не испытывал, – подтвердил догадку лэнны кибэ. – И в этой связи у меня назрел вопрос. Скажите, мастер, вы случайно не передавали своему ученику техники контроля над эмоциями и в частности над болью?

– Почему ты об этом спросил? – насторожился мастер Даэ.

– Я получил распечатку повреждений, которые ваш ученик заработал прошлой ночью во время открытия разлома. Вот эти бумаги, можете ознакомиться…

В кабинете зашуршала бумага, а спустя несколько мгновений старый мастер тихо присвистнул.

– Ого.

– Да, – согласился с ним кибэ. – А вот здесь – данные по его состоянию на момент отключения медицинского модуля. Колоссальная разница, согласитесь? Однако даже с такими остаточными явлениями юноша должен был испытывать массу неудобств во время перелета и особенно при разговоре с нами. Тем не менее на боль он ни разу не пожаловался, в его ауре характерных изменений так и не проявилось.

– То есть боль он блокировать все-таки научился… – задумчиво обронил мастер Даэ. – Пожалуй, это может создать нам некоторые трудности.

– Именно, – снова согласился менталист. – Обучать его станет на порядок сложнее, а контролировать тем более. Но хочу обратить ваше внимание вот на что. Когда он рассказывал, почему начал охоту на свою команду, и о том, как именно выбивал их из игры, меня кое-что насторожило. Когда я спрашивал, что он испытывал в тот или иной момент, что он считает по тому или иному поводу, он ни разу не замедлился с ответом. Это говорит о том, что он склонен к анализу, более того, делает это достаточно давно и вполне осознанно. Для него привычно оценивать свои и чужие действия. Причем оценку он проводит так же, как говорил с нами сегодня – то есть почти без эмоций.

– К чему ты ведешь?

– У вашего ученика нетипичные способности, мастер, – охотно пояснил эмпат. – Он далеко продвинулся в изучении кханто и, как вы утверждаете, осваивает ваше искусство необычайно высокими темпами. Он также умен, силен, ловок. Быстро ориентируется в нестандартных ситуациях. Он умеет адекватно оценивать свои возможности и правильно использует имеющиеся у него преимущества. Его магический дар чересчур развит для его возраста. Направленность дара определенно носит боевой характер, но при этом для обучения в вузе юноша выбрал совсем не боевую специальность. Почему?

– Потому что он хорошо разбирается в маготехнике, – усмехнулся мастер Даэ. – У него, можно сказать, к этому талант.

– Из Первой военно-магической академии мне дали информацию, что за чуть более полугода учебы лэн Гурто полностью освоил программу первого курса по магическому конструированию и чрезвычайно далеко продвинулся в области магического программирования. Его программа обучения составлена так, чтобы охватить максимально возможное количество дисциплин, причем самой различной направленности. Математика, история, боевые и спецдисциплины… правда, в урезанном количестве, но лишь потому, что занятия в школе Харрантао с лихвой перекрывают недостаток физической активности. Причем программу обучения ваш ученик составил сам. И составил грамотно. О чем это, по-вашему, говорит?

– О том, что у него хорошая память, огромные амбиции и технический склад ума, – тихонько фыркнула лэнна Иэ. – Без умения мгновенно запоминать большие объемы информации расширенная программа обучения толку не принесет.

– Не только это, лэнна, – спокойно отозвался кибэ. – Мне почему-то кажется, что у преподавателей академии нет полной информации по этому молодому человеку. Вскрыть электронный замок на пространственной бомбе, являющейся секретной разработкой целого рода, это вам не в сарай залезть. Такие вещи не афишируют. Этому не обучают в школе. И, как вы понимаете, для этого совершенно недостаточно тех знаний, которые дают на первых курсах академии.

– То есть он занимается самоподготовкой…

– Причем, скорее всего, давно и не по одному предмету. При этом в незаконных манипуляциях он ранее замечен не был. Ничего криминального за ним не водится, кроме того случая полтора года назад, и второго, связанного с дефектным пропуском. Насчет того, что дефект был неслучайным, думаю, напоминать не нужно. Но в этой связи у меня возник еще один вопрос. Скажите, мастер, в деле лэна Гурто есть информация, что он также интересовался уголовным правом… это так?

– Верно, – замедленно отозвался мастер Даэ, о чем-то явно задумавшись. – Ноэм сказал, что книги по гражданскому, административному и уголовному праву числились в списке наиболее читаемых его воспитанником. И было это, если мне не изменяет память, еще на первом курсе начальной школы.

Кибэ удовлетворенно кивнул.

– А теперь давайте подведем итоги. Итак, перед нами – всесторонне развитый целеустремленный молодой человек с острым умом, высокой обучаемостью, склонностью к самоанализу, а также редким для юноши его возраста самоконтролем. Человек, несомненно идущий по пути сопряженного мага и с боевой направленностью основной ветви магического дара, плюс с явственно наклевывающимся даром предвидения, то есть с очень хорошей интуицией. А также изобретательный, умеющий быстро приспосабливаться одиночка, уже сейчас имеющий неплохие навыки выживания и готовность противостоять превосходящему его по силе противнику. Добавьте к этому хорошее знание техники и маготехники, способность взламывать сложные электронные коды, умение применять свои знания в боевой обстановке, несомненное хладнокровие, отличные навыки кханто и понимание уголовного права. К каким выводам вы должны прийти, увидев в личном деле кандидата на вступление в род подобные характеристики?

В комнате воцарилась зловещая тишина.

– У вашего ученика психопрофиль наемного убийцы, – неестественно ровно заключил кибэ Тай, заставив меня шумно раздуть ноздри. – Поэтому, прежде чем решать его судьбу, я посоветовал бы вам сто раз подумать и только потом что-то предпринимать.

Глава 4

К сожалению, окончание разговора мне услышать не удалось. Пока мастер Даэ и его супруга переваривали слова менталиста, где-то неподалеку от меня зашевелились слуги, затем кто-то, громко топая, прошелся из одной комнаты в другую. Еще где-то заспорили две незнакомых дамочки, потом в подвале зашуршала газета и гулко зазвенела задетая кем-то труба, шум от которой неприятно ударил по моим сверхчувствительным рецепторам. В довершение всего я заметил на лестнице быстро приближающуюся ауру наставника, поэтому самодеятельность пришлось прекратить. А затем вернуть слух к обычному уровню, подняться с кушетки и встретить наставника как полагается.

По пути в отель, куда нас доставил один из личных ардэ семейства Хатхэ, я был молчалив и задумчив. На вопросы лэна Даорна отвечал рассеянно, порой даже невпопад, в ресторане на еду посмотрел без аппетита, жевал машинально, а от задушевных разговоров умышленно отстранился. Просто потому, что сложившаяся ситуация начинала выходить за рамки стандартной, и мне нужно было подумать над ней в спокойной обстановке.

Ши, чувствуя, что мне пока не до него, тоже притих и смирно сидел в нагрудном кармане, боясь лишний раз пошевелиться, чтобы меня не потревожить.

– Адрэа, что-то не так? – совершенно правильно расценил мое состояние лэн Даорн, когда мы закончили обедать и вышли из ресторана. – Я тебе мешаю?

Я поднял на него рассеянный взгляд.

– Нет, лэн. Но за прошедшие сутки случилось так много всего, что я хотел бы побыть один. Переварить. Обдумать. Успокоиться. Если вы, конечно, не против.

– До вечера я останусь в столице, – без особого удивления кивнул наставник. – Номер тот же. Связь не отключаю даже ночью.

– Спасибо, лэн. Скорее всего, я ненадолго. Думаю, через рэйн или два вернусь.

– Тебя куда-нибудь отвезти? – поинтересовался лэн директор, когда я благодарно ему улыбнулся.

– Да. К дому лаиры Нома, если не сложно. Там есть небольшой парк. Он в это время обычно пустует. Да и к Юджи надо наведаться, сообщить, что Ши в порядке, не то они с матерью, небось, с ума сходят после того, как он оттуда сбежал.

Наставник снова кивнул.

– Хорошо. Я заберу тебя оттуда, когда скажешь.

– Да я, наверное, наемный ардэ возьму, так удобнее. Все же сложная ночь была не только у меня. Вы, наверное, тоже не отдохнули после перелета.

Лэн Даорн странно на меня посмотрел.

– Иногда мне кажется, что ты гораздо больше думаешь о других, а не о себе, Адрэа.

– Только о тех, кто мне дорог, – не стал отрицать я. После чего лэн Даорн так же неожиданно расслабился, а затем хлопнул меня по плечу и усмехнулся.

– Ладно, поехали. Не то, если ты вернешься слишком поздно, мы с тобой толком не поговорим.

Я по обыкновению промолчал, но про себя в который раз подумал, что мне невероятно повезло с опекуном. В душу ко мне не лез, свои собственные правила не навязывал, давал столько свободы, сколько мне было нужно, никогда не доставал с излишней опекой. И даже сейчас, когда его терзало беспокойство и нетерпение, он, как всегда, отступил в сторону, чтобы со временем я мог прийти к нему сам и честно обо всем рассказать.

Я, правда, не был готов с кем-либо откровенничать. Не готов открыться целиком и полностью даже опекуну. Но если два года назад это желание было обусловлено жизненной необходимостью, и я был озабочен мыслями лишь о себе, то теперь молчал потому, что не хотел никого подставлять. Ведь если со мной что-то случится, то это ударит и по лэну Даорну. По его жизни, его работе, его школе. А я этого не хотел, поэтому и дальше предпочту молчать вместо того, чтобы втягивать его в неприятности.

Спустя половину рэйна Ши уже с восторженным писком резвился в густой траве и с жадностью поедал не успевших сбежать жучков, тогда как я бесцеремонно оккупировал лавочку в глубине Малого столичного парка и взялся за анализ текущей ситуации.

Народу, правда, в парке было многовато. Мамочки с детьми, влюбленные парочки, шумная компания подростков, оккупировавших игровую площадку неподалеку… но чтобы избавиться от неприятного фона, мне было достаточно лишь закрыть глаза и отключить слух. А затем шаг за шагом вспомнить последние несколько суток, включая недавно состоявшийся разговор, и, по-прежнему оставаясь беспристрастным наблюдателем, прийти к какому-то заключению.

Вопросы на повестке стояли достаточно серьезные.

Доверять мне мастеру Даэ или же нет?

Есть ли смысл и дальше продолжать учебу в школе Харрантао?

Чем мне грозят сегодняшние выводы лэна Тая?

Надо ли мне опасаться провидицы?

Чего стоит ждать от рода Хатхэ в целом? И, что немаловажно, имеет ли смысл говорить обо всем этом с лэном Даорном?

По итогам этих размышлений я все-таки рассудил, что в целом ничего страшного сегодня не произошло, и кибэ Тай всего лишь сложил воедино разрозненные факты, озвучив то, к чему мастер Даэ, вероятно, в скором времени пришел бы и сам.

Мои магические умения он по большей части видел. Насчет того, как быстро я осваиваю магическое искусство, прекрасно знал. Своими глазами наблюдал, насколько стремительно может восстанавливаться мой дар после истощения и даже расщепления. Не говоря уже о том, что именно он… можно сказать, своими собственными руками создал из меня неплохого, прямо скажем, бойца.

Согласен, в крепости, особенно когда там открылся разлом, я сделал несколько больше того, чем собирался, но в тех обстоятельствах поступить иначе было нельзя. И в отношении Дэма, и в отношении дарнама, и даже в отношении дайнов. Все, что я сделал, было продиктовано жизненной необходимостью. Я не нарушил ни собственных правил и принципов, ни принятых в Норлаэне законов. Даже найниит умудрился никому не продемонстрировать, хотя несколько раз был к этому очень близок.

Все, что я сделал, было закономерно и объяснимо. Поэтому кибэ совсем уж ужасных тайн сегодня не раскрыл, а лишь свел воедино ту информацию, которая моим учителям и без того была уже известна.

Это, в свою очередь, означало, что повода для паники нет, да и от кибэ нет причин избавляться. В конце концов шила в мешке не утаишь. Рано или поздно мои особенности все равно выплыли бы наружу. Ну так почему не сейчас? Тем более если о наличии большинства из них тот же мастер Даэ, не говоря уж про лэна Даорна, и без того или знал, или уже догадывался?

Да, умение видеть магию я им раньше не демонстрировал, но правдоподобное объяснение по этому поводу я сегодня предоставил.

Про магию сна лэн Даорн знал тем более, как и мастер Даэ, которому я сам в свое время рассказал, как чуть не создал свой первый в жизни портал. Именно тогда у меня, по сути, начала развиваться эта ветвь магического дара, так что и тут все было объяснимо. Плюс после аппаратного обучения в школе Харрантао я впал в транс и случайно продемонстрировал ему новую магическую фигуру – ту самую, кстати, которая впоследствии спасла мне жизнь в крепости Ровная.

Единственное, о чем пока не знали мастер Рао и мастер Даэ, это о том, что я уже научился делать общие сны и что время от времени… точнее, почти каждую ночь… в них кто-то бывает.

Зато насчет магии пространства и времени мне скрывать было нечего – мастер Рао для того и взял меня в ученики, чтобы максимально быстро подтянуть по своему предмету.

Никто, правда, не ожидал, что я начну прогрессировать такими темпами, но это можно было списать на недюжинный учительский талант моего нового наставника. Все-таки сильнейший пространственный маг столицы… кому как не ему гордиться моими успехами? Да и я пошел к нему учиться именно для того, чтобы в конечном итоге выдать приемлемый результат.

По поводу разлома и дайнов я тоже, по-моему, все объяснил достаточно внятно. Собственно, мастер Рао зря сказал, что это было достижением. На самом деле происходящее от меня почти не зависело. И ничего героического, если подумать, я не совершил. В том плане, что с дайнами не сражался, пачками их не убивал, никого на поле боя не спасал, раненых из-под завалов не вытаскивал…

По сути, все, что я сделал, это просто предупредил людей об опасности и смог выжить там, где считалось, что выжить невозможно.

Прямо скажем, так себе достижение. На медаль или орден точно не тянет.

Конечно, были во всей этой истории и белые пятна. Как и мастеру Даэ, мне тоже казалось, что подобных совпадений не бывает. Но тут уж я мог с чистой совестью сказать, что моей вины здесь нет. Более того – я и сам не понимал, почему со мной это происходит. И даже кибэ мог бы подтвердить, что уж в этом-то я был совершенно честен и перед собой, и перед ним.

Насчет Дэма и его команды – тут ко мне тем более не могло возникнуть претензий. Я, как и сказал недавно лаиру Всари, был в своем праве, и пусть кто-то попробует с этим не согласиться.

Единственное, о чем я не стал упоминать, это о том, что наблюдатель оказался в сговоре с Дэмом и что в какой-то степени это его вина, что события приняли неприятный для Хатхэ поворот. Но, опять же, игровых правил я не нарушал, формально Дэм тоже имел право меня провоцировать. Поэтому трясти по этому поводу наблюдателя, скорее всего, не будут, а сам он вряд ли захочет откровенничать.

Что же касается упомянутого менталистом кханто…

Да, я действительно осваивал его с неподдельным интересом, однако после победы в турнире, скажем так, несколько изменил свое отношение к этому искусству. Вернее, я всерьез задумался над некоторыми его аспектами и в конечном итоге пришел к выводу, что на самом деле кханто для меня не настолько важно, как когда-то казалось.

Соглашусь, оно было древним, почитаемым и даже, наверное, легендарным искусством. Но, как все легенды, со временем стало, скорее, данью традициям, нежели реальной боевой силой. Ну примерно как на Земле каратэ, тхэквондо или айкидо. В том смысле, что их ценили, тщательно оберегали пропагандируемые ими ценности, у них было море последователей, миллионы почитателей и даже фанатов. Так же, как и здесь, устраивались ежегодные турниры, соревнования, в том числе и общемирового значения. Однако при всем при этом бойцов в спецназе учили вовсе не каратэ или тхэквондо в чистом виде, а комбинированным, заточенным под другие задачи и гораздо более практичным вещам. Которые к тому же были актуальны не на большой войне, где рулила артиллерия, беспилотники и авиация, а имели значение лишь для одиночных схваток, коих во время современных боевых действий случалось, прямо скажем, немного.

Помню, как-то я видел по телеку выступление мужика, который довольно жестко высказался по этому поводу, заявив, что в рукопашный бой на поле боя солдат может вступить лишь в том случае, если профукает автомат, нож, лопату, останется совсем один и вдобавок столкнется нос к носу с таким же раздолбаем, которому не из чего будет его пристрелить.

Может, тот мужик и был излишне резок, но какое-то зерно истины в его словах все же присутствовало.

Так вот, с кханто была похожая история.

Сколько раз с момента моего появления в этом мире я успел по-настоящему применить это искусство? Сколько раз оно мне понадобилось по жизни? Если не считать поединков и соревнований?

Ноль.

Да-да. Именно, что ноль, потому что для тех задач, которые передо мной вставали, кханто, несмотря на всю свою легендарность, никоим образом не подходило. Оно не спасло Юджи от компании бандитов, не помогло вызволить Арли из рук похитителей… Я, если говорить откровенно, за все годы своего обучения ни разу его толком не применил, предпочитая использовать для работы магию или найниит.

И это было логично. Когда есть возможность дистанционного воздействия, будь то магия или простая пуля, то классическое боевое искусство, пусть даже и дополненное магическими элементами, неизменно отходило на второй план.

Именно поэтому кханто изучали преимущественно аристократы. Точнее, маги, которых в популяции, напомню, было немного. Да и то по кханто сходили с ума далеко не все. Вон, к примеру, нашим маготехникам, хоть они и маги, древнее боевое искусство вообще на фиг не сдалось. Да и целители с артефакторами и алхимиками теплых чувств к нему не питали.

В большинстве своем молодежь относилась к кханто, как к отголоску прошлого. Как к чему-то условно полезному, но давно утратившему свои позиции. К тому, что им, скорее всего, никогда не пригодится.

Конечно, и у кханто были свои фанаты. Кто-то, как мастер Даэ, всю жизнь положил на его изучение. Но в целом и общем это уже давно перестало быть массовым явлением. И сейчас могущественные таны отправляли своих детей на обучение вовсе не для того, чтобы те однажды смогли себя защитить от случайного нападения. А исключительно ради того, чтобы сформировать в молодых умах своеобразную идеологию кханто. Привить своим отпрыскам в том числе и с его помощью благородство, верность слову и роду.

В кханто, кто бы что ни говорил, было заложено многое из того, чем можно гордиться. Это ведь тоже путь… своеобразный кодекс воина, философия и одновременно мораль, которая даже спустя тысячелетия не утратила своей значимости. Именно поэтому для большинства родов освоение наследниками хотя бы первых ступеней кханто являлось обязательным. Это стало признаком хорошего тона. Еще одной, как я и говорил, традицией, которой можно гордиться.

Для мастера Даорна оно и вовсе сыграло роль нерушимой опоры, которая помогла ему вырваться из пучины отчаяния и заставила подняться с колен после полученного увечья. Благодаря кханто он стал сильнее, нашел в себе силы жить дальше. Поэтому я понимал, почему наставник так держится за это искусство и почему пожилой учитель стал для него тем самым авторитетом, к которому лэн Даорн даже спустя многие годы продолжал прислушиваться.

У меня, правда, была другая ситуация, но в какой-то мере кханто и мне тоже помогло. Благодаря ему я изменился в лучшую сторону. Стал сильнее, быстрее, увереннее в себе. Поэтому в конечном итоге я решил, что пока польза от кханто есть, ничего предпринимать не буду. В том плане, что жаловаться на нехорошего «дедушку Даэ» не стану, нервировать лишний раз опекуна не начну, да и от учебы в школе Харрантао, разумеется, не откажусь. По крайней мере до тех пор, пока великий мастер не скажет, что мне там больше нечего делать.

Отношение к нему я тоже менять пока не буду – с его точки зрения, он поступил верно, то есть проявлял заботу о роде, действовал, исходя из высших интересов, а не из банальной зависти, как Дэм. И это, если отбросить эмоции, было принципиально важно.

Само собой, мне не нравилось его желание сделать из меня приманку, но сейчас это было не так уж важно. Я ведь не брошу учебу в академии, правда? И не побегу обратно в Нарк, прятаться за спиной лэна Даорна только из-за того, что опасаюсь очередного покушения?

Ну а коли так, то если мастер Даэ прав насчет своих врагов, то я по-любому стану мишенью, причем даже в том случае, если внезапно разорву все связи с Хатхэ и прекращу учебу в их школе. Проще говоря, если уж пошла такая пьянка, то рано или поздно неприятности со мной снова начнут случаться независимо от того, предоставят мне Хатхэ защиту или же нет.

Ну так и почему бы хитрому старику не воспользоваться ситуацией?

Я бы на его месте тоже так поступил. Просто потому, что это была хорошая возможность разобраться с неизвестным врагом раз и навсегда.

Стал ли он из-за этого предателем? Заслужил ли он мое презрение?

Еще немного поразмыслив по этому поводу, я решил, что, пожалуй, нет. Не стал и не заслужил. Именно потому, что он не форсировал события и не бросал меня в яму к голодным львам, а всего лишь затаился в засаде, держа наготове ружье, чтобы с моей помощью… раз уж я попался ему на глаза… сделать то, что ему было нужно.

Насчет лэнны Иэ я пока не определился с мнением – по ней у меня имелось слишком мало данных.

По поводу кибэ вопросы тоже были сняты. Он человек подневольный, да и нет смысла избавляться от него сейчас, когда свои выводы он уже озвучил.

Так что получалось, что в данный момент наилучшим для меня вариантом было, как ни странно, оставить все как есть и сделать вид, что я ничего такого не слышал. Но при этом мне придется соблюдать удвоенную осторожность, неусыпно следить за всеми подряд, тщательно мониторить окружающее пространство, быть готовым к любому повороту событий, никому, как и раньше, не доверять и при этом усиленными темпами прокачивать свои навыки, раз уж предполагалось, что в скором времени от этого может зависеть моя жизнь.

«Эмма, как у тебя обстоят дела с перепрограммированием? – мысленно поинтересовался я, когда определился с дальнейшими планами. – Алгоритм уже составила?»

«Работа идет, – тут же откликнулась подруга. – Но ты поставил передо мной задачу не только увеличить радиус действия управляющего поля, но и рассмотреть возможность более тесного контакта между нашими сознаниями».

Точно. Задолбался я уже без канала прямой связи, который позволял бы нам обмениваться файлами напрямую, а не через дополнительные маготехнические устройства, как сейчас. Да и четыре с половиной майна для имеющегося количества найниита было явно недостаточно. Так что апгрейд давно назрел.

«Я проанализировала варианты и пришла к выводу, что в принципе это возможно сделать за один раз. Предварительные алгоритмы составила. Расчет возможных исходов произвела. Сейчас готовлю пакеты данных и формирую итоговую программу перестройки с учетом твоих пожеланий и необходимости сохранить индивидуальность как моего модуля, так и твоей личности. На это уйдет несколько недель при текущем статусе управляющего поля. Если ты снова заберешь мои мощности под усиление защиты, как недавно в крепости, то сроки затянутся на более длительное время. После этого надо будет еще минимум дважды протестировать то, что у меня получилось, и только тогда программу можно будет запускать в работу».

«То есть в скором времени нам с тобой придется вернуться в убежище, – задумчиво проговорил я. – Ладно. Понял. Сколько времени займет перезагрузка?»

«Согласно предварительным расчетам весь процесс займет не меньше двух недель. Плюс еще день-два на отладку и еще столько же на устранение возможных ошибок. Чтобы перезагрузка прошла успешно, мне придется на время полностью отключиться и свернуть управляющее поле во избежание потери найниитовых частиц. То есть мы на какое-то время останемся без защиты. А для тебя понадобится дополнительно создать несколько дэквионов[4] новых нейронных связей, существенно увеличить количество нервных клеток, в несколько раз повысить запасы нейромедиаторов, качественно изменить их состав и провести серьезную перестройку, в первую очередь нервной системы, поскольку в существующем варианте ты попросту не сможешь полноценно встроиться в мою систему, у тебя, говоря техническим языком, не хватит на это мощностей. В сравнении с найниитовыми чипами у твоих клеток слишком маленькая скорость передачи информации, слишком долго идет сигнал по нервным волокнам, слишком много времени тратится на его обработку. Твоя нервная система, несмотря на ранее проведенные вмешательства, все еще слаба и медлительна, поэтому для прямой работы со мной ее придется полностью перекроить, а следом за ней перестройка затронет и множество других органов в твоем организме. К счастью, человеческое тело и особенно мозг – достаточно гибкие структуры. За последние месяцы я внимательно изучила этот вопрос и считаю, что мы можем успешно повторить протокол «Слияние», приобретя в процессе новые свойства и сохранив при этом собственные личности в полном объеме. Но твоему телу понадобятся огромные ресурсы, чтобы менять, разрушать и заново создавать то, что необходимо для корректной работы протокола. Я как раз начала этим заниматься. А еще нам потребуется медицинский модуль, поскольку во время слияния, вопреки тому, что мы планировали изначально, сохранить контроль над ситуацией не удастся ни мне, ни тебе, так как перезагрузка понадобится обоим. Да и после окончания процесса ты можешь какое-то время испытывать неприятные ощущения. К примеру, нарушение координации, сбои в работе органов чувств, первое время не исключается некорректная работа нейромедиаторов и другие мелкие недочеты, которые лучше всего решить именно с помощью модуля».

Я так же замедленно кивнул.

Вот и планы на лето определились. Раз нужна капсула, значит, нам точно придется вернуться на болота. В Таэрине даже за очень большие деньги найти нелегальный медблок с толковой начинкой – серьезная проблема, тогда как у меня сейчас денег как раз негусто.

Ну не банк же мне в самом деле грабить?

Хотя, конечно, это вариант…

Не успел я подумать на эту волнующую тему, как мой браслет снова тренькнул, и на экране появилось входящее сообщение.

«Время отдавать долги. Нижний город. В четыре. На том же месте».

И все. Ни подписи, ни деталей. И даже номер на экране не определился, хотя сомнений насчет отправителя у меня не возникло.

«Судя по всему, у Кри появилось ко мне важное дело, – так же мысленно хмыкнул я, поднимаясь с лавочки и свистом подзывая резвящегося в траве йорка. – Надо же. Я-то думал, он еще год телиться будет. А он вон как, за несколько месяцев управился».

Проигнорировать приглашение криминального авторитета я, разумеется, не мог. Однако, поскольку время у меня еще было, то первым делом я отправился не в Нижний город, а в дом семейства Нома, чем несказанно обрадовал Юджи и его маму и где пробыл почти до вечера. И только после этого воздушное такси отвезло меня (Ши остался под присмотром лаиры Нома) по нужному адресу, а затем благополучно высадило на грязной улице, где мне оставалось только подождать.

⁂

Признаться, я до последнего полагал, что, как и в прошлый раз, за мной прибудет Норми на своем двухколесном чудовище и отвезет куда нужно. Поэтому подспудно я все ждал, когда же услышу зловещий рев его байка, и несколько озадачился, когда вместо монструозного двухколесного зверя у остановки плавно и практически бесшумно притормозил роскошный лимузин.

– Добрый вечер, лэн Гурто, – раздался изнутри знакомый голос, сразу после того, как стекло на пассажирской дверце так же бесшумно опустилось. – Вы, как и раньше, тщательно соблюдаете оговоренные сроки. И это радует. Садитесь. Мы с вами немного покатаемся.

После этих слов дверь лимузина с тихим щелчком распахнулась, изнутри выбрался здоровенный, вооруженный неплохой пушкой «шкаф» в дорогом костюме и с найниитовым чипом в лысой башке. Мельком меня оглядев, сделал приглашающий жест. Терпеливо дождался, пока я залезу внутрь. А затем аккуратно захлопнул дверцу и перебрался на переднее сиденье, рядом с водителем, которого от меня практически сразу скрыла толстая непрозрачная перегородка.

– Все строго конфиденциально, – произнес Кри, когда я занял место напротив и вопросительно на него посмотрел. Машина тем временем плавно сдвинулась места и направилась прочь по неизвестному маршруту, который, впрочем, можно было легко проследить. – Мои люди связаны магической клятвой, поэтому наша с вами встреча останется тайной, а детали нашей беседы им и вовсе слышать не положено, поэтому устраивайтесь поудобнее. Разговор у нас будет долгим.

Я мельком огляделся.

А ничего так. Тут даже побогаче, пожалуй, будет, чем в личном авто мастера Даэ.

Кроме меня и Кри, как он и сказал, в салоне больше никого не было. А перегородка, как сообщила Эмма, и впрямь имела звуконепроницаемые свойства.

– Итак, – многозначительно произнес большой босс, который на этот раз тоже был одет в строгий костюм, только не серого, а насыщенно синего цвета. – У меня возникла проблема, лэн Гурто. И с учетом наших прошлых договоренностей я почти уверен, что вы поможете мне ее решить.

Я откинулся на мягком сиденье и вдохнул вкусный запах кожи.

– Что от меня требуется?

– Что вы знаете о смешанных единоборствах? – вместо ответа спросил Кри, по-прежнему обращаясь ко мне подчеркнуто вежливо.

Я мысленно присвистнул.

Ого. А вот этого я никак от него не ожидал. Хотя, пожалуй, работа действительно по моему профилю.

– Вы имеете в виду бои без правил? – на всякий случай уточнил я, надеясь, что все правильно понял.

– Да.

– Пожалуй, что ничего. Кроме того, что они в принципе есть. Что они стоят немалых денег. И что в Норлаэне они вроде бы не совсем законны.

– Точнее, совсем незаконны, – поправил меня Кри. – К сожалению, все наши попытки вывести этот вид спорта из тени пока не встретили понимания со стороны организаторов официальных спортивных мероприятий. Наши бои считаются слишком опасными, порой их называют даже калечащими, хотя название «бои без правил» в отношении этого вида единоборств звучит не совсем корректно. Правила все-таки есть. Хоть их и не очень много. Медицинское обеспечением для спортсменов тоже осуществляется в полном объеме. Однако, как на любых спортивных соревнованиях, неприятные эпизоды все же случаются, в том числе и гибель спортсменов, поэтому на данный момент смешанные единоборства действительно находятся вне закона, но при этом на редкость популярны среди населения столицы.

Я задумчиво посмотрел на него.

– Вы хотите, чтобы я выиграл для вас турнир?

– Нет, – снова удивил меня иллюзионист. – Я хочу, чтобы вы подменили на один-единственный день моего человека. Он, к сожалению, умудрился этим утром получить серьезную травму и не успеет восстановиться к следующему бою, который должен состояться уже завтра вечером.

– Это же бои для взрослых, разве нет? – с сомнением посмотрел на него я.

– Раз в год мы проводим турнир для молодых бойцов. Возраст – строго до восемнадцати лет. Нижнего предела официально не существует, поэтому вы, даже будучи несовершеннолетним, вполне можете позволить себе участие в этих соревнованиях.

Ого. Кажется, теперь я догадываюсь, почему спортивный комитет категорически против этого вида единоборств. Если на турнирах присутствует минимум правил, разрешены калечащие удары, подножки, битье лежащего и прочие вещи… и при этом возраст бойцов может довольно сильно варьироваться, не говоря уж об уровне их подготовки и видах изучаемых ими боевых искусств, включая не только традиционное кханто, но и обычный кулачный бой, и какие-нибудь экзотические способы борьбы… то о равенстве на ринге не может быть и речи. А значит, итог боя становится непредсказуемым, чаша весов может качнуться в любую сторону и в любой момент. Одна-единственная оплошность может стать для спортсмена фатальной. Но именно это-то и привлекает любителей подобного рода развлечений: неизвестность, азарт, куча драйва и море адреналина, особенно для тех, кто рискует делать ставки на таких бойцов.

А ставок, я так полагаю, там делается много. И с каждой организаторы, естественно, имеют свой процент. Для бойцов, несмотря на риск, это тоже выгодное предприятие. За несколько лет при удаче можно сколотить приличное состояние даже в том случае, если ты пришел туда нищим бродягой. Но можно было и крупно проиграть, оказавшись на улице с неизлечимой травмой, а то и вовсе скопытиться, если удача тебе изменит.

– Что скажете, лэн Гурто? – испытующе посмотрел на меня Кри. – Готовы рискнуть?

Я сцепил руки на животе и мельком глянул в сторону окна, где за тонированным стеклом размеренно проносились дома, дороги и целые кварталы, в которых кипела жизнь. Судя по всему, конкретной цели наше путешествие не имело. Ардэ просто кружил над городом, давая нам время поговорить. И судя по тому, что на этот раз Кри не предложил заблокировать маячок в моем идентификационном браслете, факт наличия этого самого маячка на этот раз никого не волновал.

С другой стороны, для меня это тоже было неплохо. Если кто-то вдруг надумает отследить мои передвижения, то я всегда смогу сказать, что просто пытался развеяться, поэтому попросил таксиста прокатить меня над Таэрином как обычного туриста.

Когда взгляд Кри стал из испытующего постепенно меняться на разочарованный, я взвесил все за и против и спокойно сообщил:

– У меня есть вопросы.

– Задавайте, – тут же отреагировал маг.

– Как вы собираетесь совершить подмену?

– Многие молодые бойцы предпочитают на ринге закрывать лица. Приветствуется также индивидуальный стиль в одежде. Все мои претенденты стремятся соблюдать эту традицию, поэтому вашу внешность мы скроем.

– Что насчет комплекции? Ауры? Не думаю, что в зале будут слепые или что там совсем не будет магов, а также видеокамер с функцией распознавания ауры.

– Комплекция у вас и моего бойца почти идентичная, – спокойно отозвался Кри. – Собственно, именно поэтому я к вам и обратился. У вас уже есть опыт поединков, недавняя победа на турнире «Джи–1» тоже дает вам массу преимуществ перед соперниками. К тому же ауру на ринге тоже разрешено скрывать. По той простой причине, что за пределами спортивной площадки между бойцами существует жесткая конкуренция, и во избежание непредвиденных ситуаций именно в молодежных турнирах допускается использование драймарантовой защиты.

– Хорошо. Как насчет голоса?

– На ринге вам необязательно кричать или разговаривать с противником.

– Предтурнирная проверка? Контроль физического состояния?

– Они достаточно условны и их легко обойти.

– Но ведь подмена незаконна даже на турнирах по смешанным единоборствам, разве нет? – осведомился я, уяснив для себя эти моменты.

Кри так же спокойно кивнул.

– Вы правы. Замена бойца после начала турнира невозможна. За такое нарушение лицо, которое пойдет на преступление, понесет крупный штраф и может потерять репутацию. Однако к самому бойцу претензий не возникнет. Дисквалификация на два года и на этом все.

– В моем случае могут возникнуть более серьезные последствия, учитывая незаконность проводимого мероприятия.

– Закон запрещает организовывать такие бои, лэн Гурто, – ничуть не смутился маг. – Но уголовной ответственности для бойцов наше законодательство пока не предусматривает. Все остальное – исключительно мои трудности.

– Вообще-то я о говорил о репутационных рисках, лэн Кри.

– Для вас они невелики. Быть может, вы не в курсе, но время от времени в таких боях бывают замечены даже отпрыски известных столичных семейств. Пресытившиеся отцовскими деньгами детки в поисках острых ощущений, – усмехнулся он. – Хотя надо признать, иногда и среди них встречаются достойные претенденты на победу.

– Хотите сказать, что они не скрывают своего участия в таких боях?

– Наказание за это достаточно условное, – пожал плечами Кри. – Даже в старших родах на такие вещи чаще всего смотрят сквозь пальцы. Мода на маски и драймарант, кстати, была введена в том числе и из-за богатеньких мальчиков и девочек, ищущих способ развеяться или же доказать кому-то, что они чего-то стоят. Поэтому даже в случае, если ваше участие однажды вскроется, максимум, что вам грозит, это осуждающий взгляд учителя и символический штраф в два тарна золтов[5], который даже вам оплатить будет вполне по силам. Хотя, конечно, я сделаю все, чтобы соблюсти наши с вами договоренности, и постараюсь этого не допустить.

Я задумчиво качнул ногой.

– Различий по полу на турнире тоже не существует?

– Официально – нет. Правила не запрещают участвовать в турнирах женщинам, однако за последние пятнадцать лет ни одна лэнна на моей памяти на ринг не выходила.

– Хорошо. Как вы предлагаете скрыть мое участие, если так или иначе кто-то из ваших людей все равно увидит мое лицо? Тот же Норми, водитель, охранник… быть может, целитель в случае, если мне понадобится медицинская помощь.

– Вас сопроводят на турнир и обратно те самые люди, которых вы сегодня видели. Вас заберут из заранее оговоренного места, соблюдая при этом все необходимые предосторожности. Переоденетесь вы прямо в машине. После окончания боев вас точно так же выведут с турнира и доставят в любую удобную для вас точку столицы. Молчание своих людей я готов гарантировать. О вашем участии в этом мероприятии никто не узнает. Насчет медицинской помощи тоже не проблема – у меня всегда есть наготове современная медкапсула, обращаться с которой умеют и тот, и другой, так что ваше здоровье не пострадает.

– Как насчет моторики? Вряд ли ваш боец двигается так же, как и я. Да и приемы у нас наверняка разные.

– Я готов передать вам ролики с его боями. Полагаю, с вашими талантами перенять его манеру движений будет несложно. Касательно магического дара, то мой человек, как и вы, воздушник. Управлять молниями на таком же уровне, как у вас, правда, ему не дано, но не думаю, что это составит серьезную проблему.

– Магия на ринге тоже разрешена?

– Да. В этом плане ограничений у вас нет. Запрещено приносить с собой холодное и огнестрельное оружие, артефакты, всевозможные вспомогательные технические или маготехнические устройства. В этом плане бой должен быть честным, за этим следят строго.

– Что насчет остальных правил? – поинтересовался я. – Вы сказали, что их немного.

– Их всего два: не убивать и не калечить, – Кри нехорошо усмехнулся. – Легко запомнить. Хотя иногда бывает очень нелегко выполнить. Время поединка стандартное – десять мэнов. Перерывов нет. Основная задача бойцов – как можно эффектнее вывести противника из строя.

– Что значит эффектнее?

– У этих боев много зрителей, – пояснил маг. – И тех, кто приходит посмотреть на соревнования лично, и тех, кто следит за трансляцией прямо из дома. А люди очень любят зрелища, поэтому чем дольше идет бой и чем эффектнее выступает боец, тем больше у него поклонников и тем чаще он получает денежные поощрения от благодарных зрителей, что, соответственно, мотивирует его на новые победы.

– Полагаю, за победу он получает и денежное вознаграждение?

– Да. Но вас это правило не касается, поскольку вы – не обычный участник турнира и к тому же отрабатываете долг.

– Что является сигналом к прекращению поединка? – снова спросил я, стараясь перед принятием окончательного решения получить как можно больше информации. – И есть ли наказание за случайно произошедшее увечье или смерть противника?

– Наказание за смерть или причинение тяжкого вреда здоровью только одно – дисквалификация, временная или пожизненная в зависимости от итога поединка. Плюс денежный штраф, который будет направлен или на счет пострадавшего, или на счет его семьи, если таковой указан в договоре. Сигналом для прекращения поединка всегда служит гонг. Но он может прозвучать раньше положенного срока, если появятся несомненные признаки того, что ваш противник не может продолжать бой.

– Имеет ли значение, будет он при этом в сознании или нет?

– Если у него нет физической возможности вас ударить, то независимо от уровня сознания ему будет засчитано техническое поражение. Если противник умер, бой тоже останавливается, после чего судья должен будет определить, случайно или умышленно был нанесен смертельный удар. За случайную смерть штраф для бойца может быть сравнительно небольшим, а вот за умышленное убийство вам придется очень серьезно раскошелиться.

Так. Это понятно.

– Еще вопрос: одаренные какого уровня обычно приходят на молодежные соревнования?

– По-разному, – ожидаемо ответил Кри. – Большинство, как вы, наверное, уже догадались, обычные самородки, которые стремятся хоть каким-то образом заработать. Умения у них очень разные, у кого-то слабые, у кого-то, напротив, яркие от природы. Но это все равно по большей части самоучки, нелегалы, выходцы из подземелий с неучтенным магическим даром, а также бедные студенты или попавшие в неприятности парни, у которых нет другого способа по-быстрому заработать. По-настоящему сильных магов среди них немного, но порой встречаются люди, скажем так, с особенностями.

– Например?

– Например, с врожденными умениями, которые обычно никто всерьез не воспринимает, – в третий раз за сегодня удивил меня иллюзионист. – Именно они могут доставить вам самые большие хлопоты, но заранее тут ничего не предскажешь, поскольку жеребьевка происходит непосредственно перед боем, на глазах у огромного количества зрителей, поэтому предугадать, кто выйдет на ринг, невозможно. Да и подтасовать результаты проблематично, если у вас вдруг возникнет такая мысль.

Хм. То есть какая-то видимость справедливости там все-таки есть?

А вот информация по умениям крайне интересная. Мне она раньше на глаза не попадалась.

– У вас есть более подробная информация по таким бойцам? – поинтересовался я, заострив внимание на самом, как мне показалось, важном. – Хочу хотя бы примерно представлять, о чем идет речь и о чем нам недоговаривают в школах.

Кри молча достал из кармана пиджака небольшой съемный диск и протянул мне.

– Полагаю, это означает, что вы принимаете мое предложение, лэн Гурто?

Я забрал его и кивнул.

– Пожалуй, что да. При условии, что это полностью закроет мой долг перед вами, что вы возьмете на себя вопросы моей доставки на бой и обратно, позаботитесь, чтобы мое имя при любом раскладе осталось за кадром, обеспечите организацию медицинской помощи, если таковая понадобится, и оплатите все сопутствующие расходы, необходимые для соблюдения моих условий.

– Разумеется, – кивнул Кри, удовлетворенно откинувшись на сиденье. – Я свое слово держу.

– Я тоже.

– Рад это слышать, лэн Гурто, – спокойно отозвался маг. – А теперь, если у вас есть такая возможность, я хотел бы обсудить детали более подробно. Времени осталось не так уж много, поэтому в моих интересах максимально полно подготовить вас к предстоящему бою.

Я кивнул.

– Не возражаю.

После чего почувствовал, как машина под нами заложила плавный вираж, заходя на очередной круг над центром Таэрина, и понадеялся, что с разговорами мы закончим до темноты, иначе с наставником я могу сегодня больше и не увидеться.

Глава 5

Когда я вернулся в отель, на часах было уже почти восемь, и лэн Даорн как раз собирался уезжать, так что столкнулись мы, можно сказать, в дверях.

– Ты припозднился, – нейтральным тоном заметил он, когда я вошел и с огорчением увидел, что наставник уже собрался.

– Простите, лэн. Загулялся. Счет времени потерял.

– Не хочешь полететь со мной? – неожиданно спросил он, застегнув дорожную сумку и потянувшись за мундиром. – Проведешь последнюю неделю практики дома. Отдохнешь, развеешься.

Я с сожалением покачал головой.

– Было бы здорово, но у нас с ребятами дуэльный турнир на носу. Я думал, мы как раз на этой неделе побольше потренируемся. А то в середине арэя уже начнется отборочный тур, тогда как мы три последних недели в группе даже не занимались.

– Ну как знаешь, – спрятал разочарование лэн директор и, подхватив сумку, направился к выходу. – Жаль, что мы так и не поговорили, но я рад, что с тобой все в порядке. Тебе точно не нужна помощь целителей? Может, все-таки напрячь мастера Даэ? Пусть тебя еще раз проверят.

– Спасибо, не нужно. Я хорошо себя чувствую.

– Тогда ладно, – успокоился он. – Ты уже большой, сам должен понимать, что это важно. Кстати, забыл сказать: мастер Даэ просит тебя временно воздержаться от общения с Арли. По крайней мере до тех пор, пока у нее не стабилизуется дар. Учеба твоя продолжится, как и раньше, но в связи с недавними событиями я выпросил для тебя неделю отдыха, так что аппаратного обучения завтра не будет и до следующего одэ-рэ[6] ты совершенно свободен. В остальном надеюсь, на тебя можно положиться. Если что-то понадобится, звони. И будь, пожалуйста, осторожен.

Само собой, я заверил наставника, что со мной все будет хорошо, и проводил его к выходу из отеля, куда служащий уже пригнал служебный ардэ. После чего мы скомкано попрощались и лэн Даорн уехал, тогда как мне вдруг стало неуютно от мысли, что он ждал меня весь вечер, а я в это время решал какие-то другие дела.

В общагу я вернулся только к девяти – в это время общественный транспорт ходил гораздо реже, а денег на такси я пожалел, так что мне довольно долго пришлось болтаться на остановке. Ну а когда я все-таки добрался до своей комнаты, загодя попросив Эмму вернуть на место эмоции, то с удивлением обнаружил, что Тэри до сих пор нет, а его шкаф пустует, хотя к этому времени он обещал вернуться.

Что за черт?

– Прости, забыл предупредить, – сконфуженно ответил по браслету приятель, когда я забеспокоился и набрал его номер. – У нас тут по дороге аэробус сломался. На скорости чуть в столб не влетел. Нас всех порядочно тряхнуло, Тас пару шишек себе набил, у Нолэна с Кэвином только царапины, но девчонки перепугались знатно, поэтому лэн Остэн велел сделать остановку в пригороде. Нас опять в какой-то отель запихали. Недавно прибегал целитель, всех осмотрел, рекомендации дал, от шишек избавил, но поскольку другой аэробус за нами пришлют только завтра, то раньше обеда мы, наверное, в академии не появимся. Засада, да?

Я на мгновение задумался.

Да, для Тэри и ребят все вышло до крайности неудачно, вторые сутки в пути мало кого обрадуют, но для меня, в принципе, это было и неплохо. Бои начнутся завтра ровно в десять и продлятся рэйнов до семи или восьми вечера, так что это даже хорошо, что Тэри не будет. Я смогу спокойно размяться и подготовиться к турниру, да и сейчас мне будет намного проще изучать информацию от Кри, чем если бы приятель сидел под боком и совал свой любопытный нос в мой планшет.

– О, Гурто! – вдруг раздалось из браслета бодрое, а на экране заморгал значок видеосвязи.

Я со смешком развернул его, чтобы меня могли увидеть, и махнул рукой лезущим в объектив парням, с которыми, как и сказал Тэри, все было в полном порядке.

– Здоро́во, Гурто!

– Ты там как? Живой?

– Да он, похоже, раньше нас в Таэрин вернулся, – с возмущением заметил Тэри, когда увидел на заднем плане стену нашей с ним комнаты и мой широкий оскал. – Нет, вы только посмотрите на него! Мы тут, понимаешь ли, по отелям мыкаемся и невкусную кашу глотаем, а он уже фьюить и – дома!

– Учитель подсобил, – с новым смешком признался я, когда парни недовольно загудели. – Так что да, вы там на старой колымаге еще полдня трястись будете, а меня, как заслуженного героя с тяжелыми травмами, доставили домой лимузином.

– Нет, это надо, какой наглец…

– Травмы у него!

– Гурто, ты гад! Ты это знаешь?!

– Сломать ногу во время эвакуации – это что теперь, повод для медали?!

– Для кого как, – с независимым видом подтвердил я, вызвав новый негодующий вопль. Однако вскоре и сам заржал вместе с парнями. Потом еще немного попрепирался. Пошутил. Подурачился. И только когда народ угомонился, я нажал на отбой, на всякий случай предупредив, что завтра у меня дела и чтобы до вечера меня не искали.

После этого я наконец смог заняться насущными вопросами и первым же делом, конечно, взялся не за флешку Кри, а полез проверять свой тайник.

Перед отъездом я все-таки сподобился и, выскребя всю доступную наличность, купил недешевый артефакт-накопитель с хорошей емкостью. А затем, немного помучившись, подключил его к пространственному карману, чтобы за время моего отсутствия тот не раскрылся и не вывалил на пол все свое содержимое. На данном этапе развития я пока еще был неопытным пространственным магом, поэтому, как тан Расхэ или Дарус Лимо, брать энергию из самого пространственно-временного кармана не умел. Да и преобразователь мне бы никто, разумеется, не продал, поэтому пришлось обойтись чем попроще.

При этом продавец в магазине пообещал, что при умеренном потреблении энергии накопителя хватит на месяц. То есть как раз на время практики. Однако когда я сунулся в пространственный карман и достал оттуда наполовину разряженный артефакт, то мысленно похвалил паренька, который продал мне товар даже с чуть лучшими характеристиками, чем я у него просил.

Денег, правда, после этой покупки у меня почти не осталось, поэтому насчет того, чтобы ограбить банк, я почти не шутил. Но буквально сегодня, после встречи с Кри, мне пришла в голову намного более интересная мысль. И если дело выгорит, то я буду считать, что согласился на его предложение не напрасно.

Само собой, решение участвовать в этих боях я принял не спонтанно.

На моей прежней родине ММА[7] пользовались бешеной популярностью, и это был совершенно официальный вид спорта, который признавался во всем мире. Как и в Норлаэне, в ММА на ринг допускались бойцы самых разных стилей и направлений, причем эти стили можно было миксовать как угодно. Да, некоторые считали этот спорт чрезмерно жестоким, порой даже кровавым, но тем не менее и он подчинялся строгим правилам – в пах не бить, не кусаться, не плеваться, пальцы в рот не совать, глаза не выдавливать… Где-то, правда, запрещались удары локтями, а где-то, наоборот, разрешалось бить лежащего. Однако разбивка по весовым категориям здесь была обязательной, поэтому с учетом всего вышесказанного боями без правил ММА все же называли незаслуженно.

Тогда как в Таэрине, как я понял, все было куда жестче и намного серьезнее, но при этом у местного варианта смешанных единоборств, помимо очевидных минусов, имелись и свои плюсы.

В частности, именно здесь, как нигде, можно было обкатать и отработать в реальных условиях те навыки, которые я получил в школе Харрантао.

Здесь же я мог заработать хороший опыт, который не получится добыть во время стиснутых жесткими рамками правил турнирных соревнований.

Про отработку висящего на мне долга уже не говорю. А вот про связи с местным криминальным миром упомянуть как раз стоит. Думаю, в моей ситуации глупо пренебрегать такой возможностью, ведь никогда нельзя предугадать, что в жизни пригодится. Раз уж я и так вступил на эту скользкую дорожку, то теперь тем более нет смысла с нее сворачивать.

Плюс у меня в голове время от времени все-таки витали мысли насчет соревнований класса «Джи–2». Где, как не в боях без правил, я смогу к ним как следует подготовиться?

Наконец, нелегальные бои – это деньги. Причем большие, наличные и, соответственно, не отслеживаемые государственной банковской системой. Так что на самом деле, соглашаясь на предложение Кри, я решал немало и своих проблем, которые иным способом решить было или нельзя, или же можно, но с гораздо большими сложностями.

По поводу минусов я тоже успел все обдумать, пока мы плавно кружили над Таэрином. Их, собственно, было не так уж много, и почти все из них, включая соблюдение моего инкогнито, техническое обеспечение, доставку и прочие мелочи, пообещал взять на себя Кри.

Оставался, правда, скользкий момент с возможностью шантажа и риск так или иначе раскрыться. Но первое я еще в прошлый раз решил с помощью магической клятвы, а вот второе зависело сугубо от меня. В том плане, что на какое-то время мне придется полностью подстроиться под типаж подменяемого бойца, перенять его технику боя, забыть про найниит, старательно избегать демонстрации своих обычных способностей вроде цепочек шаровых молний, магических фигур, магии пространства и всего того, чем парень Кри в принципе похвастать не мог.

Но тут уж, как я и сказал, я сам себе хозяин. Если облажаюсь, то пенять будет не на кого. Ну а поскольку времени на подготовку действительно осталось в обрез, то я плотно засел за планшет и с головой ушел в изучение материалов, которые сегодня получил.

Там оказались записи многочисленных боев, комментарии, видео спорткомплекса и арены, где будут происходить бои, а также масса сопутствующих файлов, которые вызвали у меня живейший интерес.

Кри, кстати, слукавил, когда говорил, что я нужен ему на один-единственный день. Вернее, про день он как раз сказал верно, но забыл упомянуть, что весь турнир, по сути, и должен был уложиться в этот самый день, поскольку отборочные бои уже прошли, и завтра состоится последняя серия поединков, по итогам которых и определится победитель.

А еще Кри не сказал, какое количество претендентов изначально участвовало в турнире, зато сообщил, что после отборочного и первых двух туров, которые его боец успешно прошел, к дальнейшему участию оказалось допущено всего двадцать четыре участника. То есть фактически я должен был явиться на заключительную часть турнира, и, чтобы победить, мне понадобится провести не один, а целых пять боев, причем в один день, да еще и с очень небольшими перерывами.

Это было неприятное открытие, однако Кри сразу предупредил, что победа в турнире от меня не требуется.

– Я хочу, чтобы вы вошли в первую тройку, этого будет вполне достаточно для закрытия вашего долга, – пояснил он. – Потом как хотите, можете последние бои просто слить, а можете рвать жилы дальше. Но в случае победы, как мы и договорились, призовых денег вы не получите. Поэтому решайте сами.

Еще он предоставил мне видео по всем двадцати четырем бойцам, чтобы я мог посмотреть, кто и чем себя проявил в предыдущих турах. Ну и, разумеется, подробные записи боев того самого парня, которого следовало подменить. В общем, информации по факту получилось много, поэтому я зарылся в нее с головой и вплоть до полуночи просидел за столом, пытаясь со всем этим разобраться.

На ночь Эмма меня, естественно, усыпила, и я даже с Дарусом Лимо на этот раз не стал встречаться, чтобы лишний раз себя не грузить.

Ну а поутру, как обычно, встал, собрался, скудно позавтракал, проделал весь комплекс обязательных упражнений, включая разминку, стандартную тренировку, растяжку и комплекс упражнений на концентрацию. Затем собрал сумку и только после этого отправился в Нижний город, где ровно за два рэйна до начала соревнований меня подобрал на пустой остановке уже знакомый лимузин и отвез в те самые многоуровневые катакомбы, откуда, по слухам, возвращались не все.

⁂

На этот раз в салоне я сидел один, но, поскольку перегородка оказалась опущена, то можно было легко убедиться, что на передних сиденьях, как мне и пообещали, находятся двое тех же самых людей, что и вчера. То есть молчаливый водила с угрюмой рожей и чипованный «шкаф» с лысой башкой.

Перегородку я сегодня поднимать не стал – хотелось иметь чуть лучший обзор, чем давали тонированные стекла в салоне, поэтому сейчас я мог своими глазами следить за маршрутом, а Эмма фиксировала все, что происходило вокруг, вплоть до людских лиц, номеров встречных ардэ и попадающейся на глаза штатной аппаратуры.

На этот раз, правда, в подземную часть столицы доставили меня совсем не тем маршрутом, что осенью. Дом, в который мы нырнули, располагался чуть ли не на другом конце Таэрина, в отдаленном районе. В подземном гараже на этот раз нас ждал не бетонный, уходящий вниз «серпантин», а самый обычный, только очень просторный лифт, куда мы забурились прямо на авто, а спустя несколько мэнов оказались на минус шестом этаже и на приличной скорости помчались по длинному полукруглому слегка изогнутому коридору, смутно напоминающему заброшенную ветку метро.

Тоннель, к слову, оказался рассчитан только на одно транспортное средство, так что встречки, наверное, можно было не опасаться. Тут и там, несмотря на скорость, Эмма несколько раз фиксировала наличие наглухо заваренных металлических дверей. Времени на более подробное знакомство с обстановкой, правда, у нее не было, да и присутствие «шкафа» сильно ограничивало наши возможности, но все что могла, она старательно запоминала и попутно выстраивала у себя в базе маршрут, чтобы в случае чего мы могли без проблем выбраться наружу.

Еще через несколько мэнов ардэ наконец замедлился и на второй по счету развилке свернул, вскоре оказавшись перед широкими металлическими воротами, которые при нашем появлении плавно открылись.

Машина без промедления залетела внутрь. Дождалась, пока первые створки благополучно закроются. После чего перед нами открылись вторые двери. За ними нашелся еще один короткий тоннель с несколькими развилками. Ну а в самом его конце водила завел лимузин в такой же просторный гараж, после чего «шкаф» обернулся и хриплым голосом бросил:

– Приехали. Прошу вас принять меры предосторожности, лэн Гурто.

Поскольку этот момент мы тоже обговаривали, то за время полета я успел переодеться в военную форму, выданную мне напоследок в крепости Ровная, благо она была без опознавательных знаков. Сверху накинул толстовку, куртку, кепку, а теперь еще и низко надвинул на голову капюшон, чтобы не светить лицом. Только после этого я подхватил сумку, куда затолкал старые вещи, и выбрался из машины, уже сейчас стараясь двигаться в новой манере так, как если бы на моем месте был боец Кри.

– Идите за мной, – так же хрипло бросил охранник, выбравшись наружу одновременно со мной.

Я, конечно, для начала огляделся, незаметно сканируя окружающее пространство. И убедившись, что ворота – с электронным управлением, а в самом гараже припрятана масса интереснейшей техники, с удовлетворенным видом хмыкнул, после чего послушно направился вместе с громилой к единственной имеющейся в гараже двери.

Она, кстати, тоже оказалась железной и тоже среагировала на пропуск, который был у охранника с собой. А за ней обнаружился небольшой узкий коридор и вполне комфортабельный пассажирский лифт, который в мгновение ока доставил нас на два этажа выше и привел уже не в железный бункер с голыми стенами, а во вполне себе приличного вида вестибюль, где обнаружилось всего три двери.

– Комната для отдыха, спортзал, комната для охраны, – коротко пояснил мой провожатый, по очереди тыкнув во все двери, начиная с той, что находилась слева от меня.

Помимо нас, в холле обнаружился еще один человек – молодой парень в сером рабочем комбинезоне, который стоял на стремянке возле самого лифта и старательно крутил в руках вытащенную из-под потолка компактную видеокамеру.

– Долго еще? – на мгновение обернувшись, спросил у него охранник.

Тот неудачно дернул за торчащий из стены провод и приглушенно ругнулся.

– Как смогу, так и сделаю.

– Давай быстрее. С самого утра возишься, а толку все нет. Хозяин будет недоволен.

– А вы мне не мешайте, – ничуть не смутился техник, что-то старательно ковыряя в стене. – Не то что-нибудь напутаю, провод не туда подключу, и вы вообще останетесь без камеры, а мне потом еще и оправдываться придется за потерю дорогостоящего имущества.

Охранник выразительно скривился и, толкнув ближайшую дверь, вежливо отошел в сторону.

– Вам следует переодеться, лэн. Ваша одежда уже доставлена.

Я пожал плечами и прошел внутрь.

Ну что сказать…

Честно признаюсь, не ожидал, что вместо обычной раздевалки меня встретит полноценный гостиничный номер. Небольшой холл, обставленный вполне себе со вкусом, плюс спальная комната, в которой, помимо простой, но крепкой кровати, имелся также санузел. А в углу, поблескивая металлическими боками, скромно притулилась не новая, но вполне себе годная медицинская капсула, так что насчет этого Кри не соврал.

– Помещение чистое, ни камер, ни прослушки нет, но должен вам напомнить, что холл находится под круглосуточным наблюдением, поэтому без предварительного согласования прошу вас отсюда не выходить, – негромко сообщил остановившийся рядом громила, благоразумно прикрыв за собой дверь. – Мебель, питание и остальные удобства предоставлены организаторами боев, как, к слову, и наблюдение. А вот капсула наша. Она уже настроена. Сопутствующие принадлежности вы найдете рядом. Вам нужна помощь для подготовки?

Я молча покачал головой и демонстративно бросил на пол дорожную сумку.

– В таком случае должен напомнить, что лэн Кри и второй боец прибудут через половину рэйна. К этому времени вы должны быть одеты и находиться во второй комнате до тех пор, пока вас не позовут. Вам все понятно, лэн?

– Безусловно.

– Тогда я вас оставлю.

С этими словами охранник развернулся и вышел за дверь, оставив меня в одиночестве. Тогда как я без спешки прошелся по номеру, уже более внимательно его оглядел, заодно убедившись, что слежка за мной действительно не ведется. Ну а потом, поскольку времени было мало, а все детали по поводу подготовки были обговорены еще вчера, я проворно разделся, натянул на голову заранее кем-то приготовленную шапочку, забрался в медицинский модуль, где мэнов за пять меня с помощью специального раствора лишили всей растительности на теле. Затем вытерпел короткую процедуру дезинфекции. До кучи был обработан автозагаром. После чего выдержал положенную паузу. Дождался, пока меня высушат. А затем наконец выбрался из капсулы, остановился у края кровати. И, забрав лежащий там, качественно упакованный сверток, без особых церемоний надорвал упаковку.

Мда-а… давно мне не приходилось испытывать такой смеси недоумения, раздражения и одновременно брезгливости: внутри оказался спортивный… хм… костюм, если, конечно, так можно назвать приготовленную для меня одежду.

Я, когда вчера увидел ее на видео, поначалу даже усомнился, что это нормально. А когда увидел воочию, а потом все же решился примерить и взглянул на себя в зеркало, то не удержался от нервного смешка.

Нет, я, конечно, все понимаю: стандартное таоми с его просторными штанинами и длинными рукавами для боев без правил подходило плохо. Но все же вместо тесного, достаточно откровенно обтягивающего комбинезона кричащей черно-желтой раскраски можно было выбрать что-то поприличнее. В этой, с позволения сказать, форме я походил на Росомаху из одноименного фильма. И в целом это больше напоминало наряд на детский утренник, а не серьезное облачение для предстоящего турнира по смешанным единоборствам.

Впрочем, насчет драймаранта Кри не обманул – ауру комбинезон закрывал прекрасно, в том числе и на уровне стоп, поскольку заканчивался не на уровне лодыжек, а целиком закрывал ноги, как колготки. По ткани тоже никаких претензий не возникло – в меру прочный, эластичный, с крепкими швами и при этом достаточно приятный на ощупь материал, который не должен был мешать мне во время движения. Торс он обтягивал ровно настолько, насколько это было нужно, чтобы противник не смог ухватиться за ткань и в самый неподходящий момент вывести меня из равновесия. А вот нижняя его часть могла бы быть и посвободнее, не говоря уж о том, что ширинку или банальный гульфик здесь почему-то сделать забыли. Так что туалетные дела в таком костюмчике справлять будет непросто.

«Ракушку» я, будучи человеком опытным, прихватил с собой, тем более зная, что в местном варианте ММА удары в пах были разрешены.

Что же касается маски, то она, хвала тэрнэ, оказалась нормальной. То есть простой по исполнению, достаточно плотно прилегающей к коже и с двумя вставками из мелкой сетки в верхней части, которые неплохо скрывали мое лицо, но при этом не мешали обзору, а в случае чего по их поводу не надо было опасаться, что они травмируют глаза. Ни тебе рогов, ни надписей, ни другой шутовской ереси на маске тоже не обнаружилось. Ну разве что рожа, как и остальное тело, была расчерчена извилистыми черными полосами, которые хрен знает что символизировали. То ли молнии, то ли непростой жизненный путь хозяина…

По обуви ничего плохого сказать было нельзя – вполне стандартного вида черные боты с толстой, но достаточно гибкой подошвой, которые следовало надевать прямо поверх комбинезона. На редкость удобные, легкие, точно мне по размеру. Плюс в носовой части у них имелось характерное утолщение, защищающее пальцы при ударе.

Ну а для защиты рук в комплекте предлагались такие же черные драймарантовые печатки, садящиеся на кисти, словно вторая кожа, и снабженные на ладонях дополнительным покрытием, позволяющим исключить случайное скольжение. Так что в целом и общем костюм оказался не так уж плох, но при этом над эстетикой все же следовало поработать.

По поводу автозагара я тоже не переживал – при необходимости его можно было смыть спецсредством за пять мэнов. А вот дезинфекцию я посчитал излишней.

У них же тут проверки перед турниром не с собаками проводят, правда? Ну так и кому какая разница, чем именно я пахну? Небось после боя от меня не розами нести будет. Так зачем стараться?

Впрочем, Кри настоял на своих условиях, поэтому подготовку я все-таки прошел полностью. Ну а как только я закончил, за дверью, словно по мановению волшебной палочки, нарисовалась аура громилы, а еще через миг в первую комнату зашел Кри на пару с каким-то человеком.

Человек, судя по ауре, нес что-то под мышкой и, как только вошел, тут же развернул объемный сверток. Я, пока он шуршал одеждой и переодевался, терпеливо ждал в другой комнате. И, как было уговорено, вышел оттуда лишь после того, как Кри сказал, что можно.

– Беш, познакомься, это твой двойник, – с легкой усмешкой произнес иллюзионист, когда я вышел и обнаружил, что рядом с ним стоит парень в точно таком же костюме, как у меня. – Двойник, это – Беш. На ринге его также называют Шахр[8], ну а все остальное вам друг о друге знать необязательно.

Беш смерил меня ревнивым взглядом, однако Кри не прогадал – мы действительно оказались одного роста и почти одинаковой комплекции. Да, мелкие различия имелись, но их практически полностью сгладила ткань комбинезона, так что сейчас мы были похожи на братьев-близнецов в дурацких костюмах, и с первого взгляда вряд ли кто-то смог бы понять, кто из нас кто.

Как этот парень выглядит в действительности, я не представлял – на видео имелись записи только тех моментов, когда он носил маску. Поэтому я знал только то, что он на меня похож, что у него довольно смуглая кожа, да и эпиляцию он проходил регулярно, словно параллельно с нелегальными боями участвовал в съемках порнофильмов. Плюс к этому я успел изучить его магические умения, ознакомился с психологическим профилем, неплохо представлял его физические возможности, но, увы, не знал ни кто он, ни откуда родом, ни сколько ему лет. Да и он понятия не имел, кто перед ним, поэтому и смотрел сейчас с таким сомнением.

– Беш, пройдись по комнате, – велел тем временем Кри, избавив меня от необходимости подавать голос. – От стены до стены. Так, как ты обычно ходишь. Раза три хватит?

Он вопросительно обернулся, и я так же молча кивнул.

Беш, если и удивился приказу, то виду не подал и послушно прошелся туда-сюда в своей обычной манере, а я уже на реальном примере посмотрел на его движения, подмечая и угол наклона корпуса при ходьбе, и положение рук, и прочие мелочи, которые делали Беша – Бешем, но которые я мог при заочном знакомстве с ним упустить. Затем я немного подумал и кое-что подправил в тех навыках, которые отрабатывал, можно сказать, уже ночью. После чего точно так же, как Беш, прошелся по комнате. Прямо по ходу дела, пользуясь услугами Эммы, еще немного подкорректировал технику, доводя ее до идеала, и всего через четверть рэйна продемонстрировал итоговый вариант, вызвав у Кри удовлетворенный кивок.

– Отлично. Даже лучше, чем я рассчитывал. Мои поздравления, лэн двойник.

Я молча ему отсалютовал и сделал вопросительный жест.

– Нет, – правильно понял тот. – Пока мы никуда отсюда не уходим. Сейчас нам нужно встретить проверяющих и пройти предварительное тестирование. Жеребьевка, как я и говорил, будет проводиться непосредственно перед поединком, поэтому в целях безопасности до объявления ее результатов участников в зал раньше времени стараются не допускать. На арену всегда выходят только двое бойцов, те, чьи имена уже объявили. Остальные в это время сидят по своим комнатам и смотрят трансляцию оттуда. Когда приходит время, их тоже вызывают. Точно так же, как и вас, лэн, однажды вызовут, так что ждите. И не сомневайтесь – вас непременно встретят и проводят куда нужно. Ну а сейчас я попрошу вас вернуться во вторую комнату и до тех пор, пока я не разрешу, не подавать признаков жизни.

Я понятливо кивнул и ушел, уже примерно представляя, зачем такие сложности. И ничуть не удивился, когда еще через четверть рэйна в номер зашли несколько человек и один из них сообщил, что должен взять кровь, чтобы подтвердить личность заявленного на последний тур соревнований бойца.

Я со своего места прекрасно видел вторым зрением, как Беш сел за стол и закатал рукав комбеза.

Там же, в комнате, мужчина, который брал кровь, провел экспресс-тест на соответствие ее параметров с теми, что имелись в базе данных, благо настоящий Беш эту проверку уже не единожды проходил. После чего информация была зафиксирована в специальном планшете. Мужики во всеуслышание подтвердили, что претендент тот самый. После чего коротко переговорили с Кри и спустя четверть рэйна благополучно свалили.

Я все это время тихо просидел за закрытой дверью, надежно спрятанный от любых приборов и магов с помощью драймарантового комбинезона. И, с одной стороны, тихо офигевал от наглости Кри, рискнувшего так откровенно нарываться, а с другой – не на шутку задумался над тем, что если подменить бойца настолько просто, то почему другие этим не занимаются? Или, может, они как раз занимаются и тогда мне тоже следует ждать неприятных сюрпризов?

Впрочем, сейчас не время задавать вопросы.

Вскоре после того как проверяющие ушли, дверь спальни распахнулась и Кри бодро скомандовал:

– Меняйтесь.

После чего уже Беш, прихватив гору своих шмоток, был вынужден отправиться в дальнюю комнату, тогда как я, напротив, вышел в холл, а потом с разрешения Кри и в спортзал – надо было разогреться. Ну а еще пол-рэйна спустя в коридоре раздался долгий тягучий звук гонга, возвещающий о начале соревнований. И как только это произошло, я вернулся в комнату отдыха, тогда как Кри, наоборот, вознамерился спуститься в общий зал, перед уходом включив висящий на стене огромный телек и с усмешкой поинтересовавшись:

– Ну что, не боитесь, лэн двойник? Не передумали?

Я только плечами пожал. И, раз уж настало время, снова отключил эмоции.

Глава 6

Само собой, вот так сразу соревнования не начались. Сперва началу боев предшествовала официальная часть, то есть приветствие зрителей и участников, а также вступительное слово от организаторов, несколько шуток от ведущего и прочие бла-бла-бла, на которых я, разумеется, внимание не заострял.

Зал, насколько я видел, был рассчитан тысяч на пять-шесть человек, правда, сегодня он оказался забит не до предела – все-таки это был юношеский турнир, не взрослый, поэтому грандиозного зрелища от него, наверное, и не ждали. Но все же основная часть трибун была заполнена больше чем на две трети, и это о чем-то да говорило.

Спортивный комплекс выглядел стандартно: в центре и внизу виднелась огороженная железной клеткой арена, над которой после первого же гонга появится защитный купол; вокруг нее располагалась свободная зона, снабженная всей необходимой аппаратурой, включая блокираторы магии. Дальше шли собственно трибуны. Там же, ближе к верхней части, виднелась будка комментатора. Еще там имелись закрытые всеми мыслимыми и немыслимыми способами ложи для влиятельных гостей. Отдельное помещение для судей. Над трибунами вдоль всего стадиона висели огромные экраны, куда транслировалось происходящее на арене. Ну а над ними нависал высокий, надежно укрепленный каменный свод, над которым располагались вспомогательные помещения и в том числе покои для бойцов, в одних из которых я сейчас и находился.

Как именно и через какие ворота сюда попадали гости и сколько стоил входной билет, я не интересовался. Как и тем, какой контингент посещает такие сомнительные мероприятия. Однако раз существовали отдельные ложи, то получалось, что турнир и впрямь являлся значимым мероприятием. Ну а раз на трибунах собралось достаточно народу, значит, он и впрямь был популярен в Таэрине.

Сама арена оказалась на удивление невелика: всего два на два майна. По сравнению с площадками на турнире «Джи–1», можно сказать, довольно скромная, но, как пояснил накануне Кри, это было обусловлено спецификой мероприятия. В том смысле, что раз люди хотели зрелищ, то организаторы делали все, чтобы спортсмены как можно меньше развлекались с дистанционными умениями и как можно больше времени тратили на ближний бой.

Это, в свою очередь, означало, что масштабирующих ударов типа пылевых бурь, огненных торнадо, полноценных ураганов и прочих энергозатратных, мощных, но медлительных и трудно создаваемых вещей можно было не ждать. Будучи резко ограниченными в пространстве, бойцы будут просто вынуждены использовать самые простые и наиболее эффективные приемы. Проще говоря, то, что быстро создается, меньше забирает сил и что можно использовать на коротких дистанциях: огненные шары, воздушные плети, каменные шипы и тому подобное.

Плюс ко всему возраст участников и традиционно невысокий уровень дара у самородков сами по себе подразумевали, что суперкрутых магов на арене не появится. Так что в конечном итоге все решит не столько магия, сколько кулаки. Но, несмотря на это, все равно нельзя сказать, что предстоящие бои будут простыми.

Как и говорил Кри, многие участники турнира имели необычные способности, и это существенно меняло расклад, заставляя серьезно отнестись к предстоящему турниру. Я, когда вчера готовился, много времени потратил, чтобы изучить именно эти особенности противников. И, пока разбирался, что к чему, неожиданно вспомнил, что когда-то давно обрывки информации по этой теме до меня все-таки доходили.

В частности, в начальной школе, на уроках по теории магии, когда лэн Штассэ рассуждал о различиях между представителями древних магических семейств и обычных самородков, он совершенно правильно сказал, что у последних по определению более слабый дар, который намного медленнее развивается и даже при очень хорошем раскладе не встанет в один ряд со слабейшим аристократом из какого-нибудь младшего рода. Просто потому, что в этом самому роду десятилетиями, а то и столетиями занимались вдумчивой селекцией, скрупулезно гранили магический дар и в итоге усилили его настолько, что ни один самородок рядом не стоял.

При этом лэн Штассэ сравнивал дар самородка и аристократа с драгоценным камнем, который в первом случае был ценен сам по себе, но пока еще не обработан и поэтому не мог показать всего своего блеска, а во втором был уже огранен умелым ювелиром, из-за чего его красота и, разумеется, стоимость выросли в разы.

А еще он упомянул, что так называемый «грязный» дар содержит в себе массу, условно говоря, примесей. Слабых, порой даже зачаточных, но достаточно разноплановых умений, которые все вместе, быть может, и представляли какой-то интерес, но по отдельности были настолько ничтожны по своим возможностям, что крайне редко поднимались даже до уровня нулевки, так и оставаясь до самой смерти хозяина бесполезными придатками, определяемыми только при глубоком сканировании.

Казалось бы, в чем проблема? Если у тебя так много задатков, то бери и пользуйся, ведь чем больше потенциал, тем больше умений ты сможешь освоить.

Проблема заключалась в том, что больше двух-трех ветвей магического дара в принципе было сложно развить до приемлемых величин, даже если потратить на это всю жизнь. А если распыляться на кучу потенциально интересных, но чрезвычайно слабых, имеющих крайне низкие темпы роста способностей, то в итоге ты и к старости ничего путного не добьешься.

Аристократы, как вы понимаете, обрубили эти лишние ветви еще на этапе становления рода и сосредоточились лишь на нескольких, наиболее перспективных путях развития, методично шлифуя их и доводя с годами до совершенства. Однако у самородков такой возможности попросту не было. Найти хорошего учителя, заплатить ему кучу денег, лет десять проторчать на полигоне, чтобы со скрипом переползти с нулевого уровня на первый, а потом, если повезет, еще через двадцать и на второй…

Мало кто был готов положить на это жизнь, тем более зная, что результат все равно будет сомнительным.

Конечно, с годами, если хотя бы одно из таких умений разовьется до приличного уровня и перейдет по наследству, то у второго поколения шансов заполучить усиление дара было намного больше. В третьем поколении эти возможности, скорее всего, еще больше возрастут и их станет проще передать потомкам. А лет через триста или пятьсот наиболее одаренные наследники в этой семейной династии настолько повысят свой уровень, что смогут претендовать на что-то большее, включая создание нового рода.

Сложность заключалась в том, что у самородков магические способности наследовались далеко не всегда, да еще и совершенно случайным образом, поэтому шансы вырастить из «грязного» дара что-то приемлемое по определению были невелики.

Сами же «грязные» умения с виду ничего особо ценного не представляли и чаще всего были связаны с усилением тех или иных возможностей, которые давались человеку от природы. У кого-то сила была чуть больше средней, у кого-то скорость реакции слегка выше стандартной, кто-то видел чуть дальше, кто-то, напротив, чуточку лучше слышал, у кого-то оказывались притуплены болевые ощущения, а кому-то случайно повезло заполучить такую крепкую кожу, что ее не всяким ножом можно было порезать…

Проще говоря, речь шла об изменениях физического тела, когда какие-то его свойства благодаря дару заметно улучшались или усиливались, или же кардинально менялись по желанию хозяина.

Встречались они, разумеется, не у всех самородков. Имели разную степень проявленности. Пробуждались иногда в достаточно позднем возрасте, а порой и угасали без видимых причин. Но поскольку лично у меня таких умений не обнаружилось, то, прослушав лекцию лэна Штассэ, я про них больше не вспоминал, тем более что раньше мне самородки с такими способностями не встречались.

Ну в смысле, может, они и были у кого-то из тех ребят, с кем мне довелось сражаться на турнире «Джи–1». Вот только в Норлаэне «грязные» умения было не принято демонстрировать, особенно среди аристократии. Считалось, что за годы селекции в древних магических семействах подобные умения должны были быть вылущены давным-давно. Поэтому прилюдная их демонстрация считалась дурным тоном и была сродни признанию в утрате чистоты крови.

Я этого, откровенно говоря, не понимал.

На мой взгляд, если умение было полезным, то какая разница, «чистое» оно или «грязное»? Но в Норлаэне, по-видимому, так исторически сложилось, что некоторые вещи изначально воспринимались в штыки. И в том числе поэтому аристократы со своими вылущенными, ограненными и избавленными от всего лишнего магическими дарами столь демонстративно презирали слабых, зато имеющих гораздо больше ветвей развития самородков.

Так вот. Как я уже говорил, среди моих будущих противников тоже нашлись люди с подобными умениями, в развитие которых, вероятно, кто-то крупно вложился.

Так, например, один из участников умел преобразовывать свои кулаки в две здоровенные кувалды, которыми с легкостью вышибал соперников с ринга. Второй умел ну просто очень быстро двигаться. Третий обладал завидной гибкостью. А четвертый перед боем наращивал на коже толстый и, судя по всему, очень прочный панцирь, от которого удары и в том числе магия отскакивали, словно детские мячики.

Самое интересное, что почти все участники турнира носили драймарантовые костюмы и причудливые маски. Ну кроме здоровяка с кулаками-кувалдами и того, с панцирем, у которого маска на лице, а точнее не маска, а почти что шлем, образовывалась естественным образом и надежно закрывала голову.

А еще у них у всех были не имена, а клички. Оказывается, правилами это тоже дозволялось. Боец мог прийти сюда просто с улицы, по наводке. Он мог быть одиночкой или частью команды, самостоятельным участником или же представлять богатого покровителя. При этом его происхождение, рост, весовая категория, уровень дара, наличие судимостей и прочие мелочи никого не интересовали. Так что турнир обещал быть достаточно интересным, поэтому, как только организаторы приступили к жеребьевке, я внимательно уставился на экран.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Notes

1

Час.

Вернуться

2

Один майн равен 5,2 м.

Вернуться

3

Минута.

Вернуться

4

Миллион.

Вернуться

5

Тысяча.

Вернуться

6

Понедельник.

Вернуться

7

Mixed Martial Arts (англ.) – смешанные единоборства.

Вернуться

8

Ураганный ветер в пустыне.

Вернуться