Сергей ХИМ
Многоликая луна

Это художественное произведение. Все события и персонажи – плод фантазии автора. Совпадения случайны, но порой забавны.

Глава 1

Вокруг куда ни посмотри – обычная степь, мелкая пожухлая трава и карликовые покореженные деревья почти без листвы. Воздух пропитан страхом и безнадежностью. Никакой живности в округе не видно и не слышно, эта тишина угнетает. Так думало одно создание, которое перемещалось по этой местности в поисках залежи вольфрамовой руды для пропитания.

– Эх, еще один бессмысленный и голодный день, – это создание угрюмо опустило голову.

И тут резко в нескольких десятках километров от него сформировался вихрь. Он прошелся по земле, и после него в некоторых местах образовались огромные ямы, а где-то – холмики, покрытые сочной зеленой травой. Существо прекрасно знало, что это торсионный вихрь – так его прозвали родичи. И оно так же прекрасно знало, что там, где этот вихрь пройдет, обязательно появляется что-то интересное. И оно на всей своей скорости поползло к нему.

В это время торсионный вихрь остановился, несколько раз по нему прошла волна, и он растворился, как и не было его. На этом месте образовался приличных размеров холм с зеленой травой, в центре которого возвышалось дерево с кроной, почти полностью покрывающей всю поляну. Под деревом что-то – или кто-то – лежало.

Все это увидело существо, подбегающее к тому месту, где остановился и исчез торсионный вихрь. Когда оно подбежало, то не поверило своим глазам: под этим огромным деревом лежал человек. В этом оно не сомневалось. Он был в рваной одежде, со странными отметинами на руках, идущими от середины предплечья до середины плеча. Но больше всего существо поразил какой-то агрегат на его левой руке. Такие штуки оно уже видела, но этот отличался.

Человек зашевелился и что-то непонятное сказал. Через некоторое время он с трудом встал и начал оглядываться по сторонам. По его виду было понятно, что он растерян и напуган, но взгляд оставался рассудительным и заинтересованным. Внутри существа все перевернулось от увиденного. Оно само не заметило, как оказалось рядом с ним, и предложило ему помощь:

– Привет. Нужна помощь?

Ощущения возвращались медленно и мучительно. Сквозь звон в ушах постепенно пробивался шум ветра. По спине бежали мурашки от прохлады и влажности, пелена перед глазами постепенно развеялась. Над ним была крона дерева, причем просто огромная: она закрывала почти все небо. С большим трудом он сел, опершись о ствол дерева, и осмотрелся.

Он находился на вершине небольшого холма, поросшего невысокой, но густой зеленой травой, на котором росло одно-единственное дерево. А вокруг все было выжжено: безжизненные пустоши, только на горизонте виднелась какая-то растительность. Вдалеке из-за горизонта поднимался зеркальный купол, казавшийся очень маленьким. Солнце с трудом пробивалось сквозь пелену облаков, казалось, висевших так низко, что до них можно было дотянуться. Сквозь облака была прекрасно видна полная Луна, невероятно больших размеров и почему-то светло-голубая.

– Что произошло?

С большим трудом человек встал и, покачиваясь, еще раз осмотрелся.

– Где я? – Язык ворочался с трудом, и он не сразу понял, что говорит на каком-то другом языке.

Только сейчас он осознал, что одет в какие-то лохмотья, в которых угадывались шорты и футболка, на ногах были потрепанные ботинки.

– Стоп, а это еще что такое?

На левом запястье появились какие-то странные часы. Они выглядели довольно неестественно: широкий металлический подпружиненный браслет плотно обхватывал руку, но при этом совершенно не чувствовался, казалось, что его вообще нет. А оттянуть его от руки не удавалось даже на миллиметр. На электронном циферблате бегали какие-то символы и цифры, которые вскоре остановились на значении 12:58:02 и начали что-то отсчитывать.

– И часы ли это вообще были?

В этот момент сзади раздался шорох. Он оглянулся и замер от страха и удивления: в паре метров перед ним была огромная драконья голова, облаченная в отполированный до зеркального блеска железный доспех! Она скалилась всеми зубами, глаза горели. Несколько секунд она беззвучно шевелила губами, а потом сказала красивым, приятным женским голосом:

– Привет. Помощь нужна?

Страх на несколько секунд сковал его. Он мельком рассмотрел тело этого существа: оно напоминало огромную ящерицу, только с шестью лапами и длинным хвостом! Тем временем существо собралось в клубок, как змея, выставив голову сверху, и снова заговорило:

– Эй, что с тобой, не понимаешь меня? Это скоро пройдет, у всех ваших такое бывает.

Мысли неслись вскачь, как табун мустангов, почти не задерживаясь для осмысления. Но он ухватился за одну из фраз, сказанных ящерицей: «у всех ваших». Значит, она знает или видела людей или хотя бы похожих существ.

Ящерка в этот момент дыхнула на свою лапу, и она покрылась льдом. После чего потянулась этой лапой к нему и что-то сказала:

– Давай я к голове при… – договорить она не успела.

На его ладони загорелся сгусток энергии. Он даже не заметил, как. Увидев этот сгусток, он с испуга швырнул его в нее. На вид он был похож на огненный шар, который взорвался от удара о голову существа.

Всю ящерицу покрыл дым. Что творилось в этом дыму, он не стал выяснять. Сначала на четвереньках, а потом с трудом встав, он ковыляя побежал прочь. Тело было как не свое, ватное, но он все равно пытался бежать, постоянно спотыкаясь, но каким-то чудом не падал.

Далеко не убежал: по законам жанра он споткнулся обо что-то, пару раз перекувырнулся, пропахал носом землю и увидел перед собой какой-то блестящий ком размером с ведро, похожий на металлический, блестящий, как полированное железо. Позади раздался шум: видимо, эта драконья голова гналась за ним.

Он схватил этот ком, но в руках остался только небольшой кусок: он был мягкий, как пластилин, легко сминался пальцами. Не долго думая, он со всей силы швырнул этот кусок в преследователя, на секунду почувствовав, как по руке пробежал всплеск энергии.

А дальше случилось нечто: что-то взорвалось так, что его откинуло ударной волной, и он потерял сознание.

Во второй раз сознание возвращалось не так мучительно. Он очнулся с ощущением, что его кто-то вез на лошади, но он лежал на земле. Он приподнялся и осмотрелся. Тот купол, который он видел ранее, был намного ближе – до него оставалось примерно полтора километра. Драконьей головы рядом не было видно, и это успокаивало.

Он встал и направился к куполу. Складывалось стойкое ощущение, что надо попасть именно за него. Дошел он до купола всего за тридцать минут, по пути никто не встретился.

Подходя, он увидел, что купол обнесен стеной, на первый взгляд из кирпича. Также имелись ворота, но на них не было дверей или решетки – просто большая светящаяся арка. Наверху арки была какая-то надпись, очень похожая на руны. Что там написано, ему было непонятно.

Он осторожно подошел к этим воротам и с замиранием сердца прикоснулся к переливающейся глади. Рука легко прошла сквозь нее и вернулась обратно целой и невредимой. Он выдохнул от перенапряжения, собрался с мыслями и, зажмурившись, шагнул в эту гладь.

Когда он проходил через нее, появилось легкое покалывание по всему телу. В нос тут же ударило множество запахов, в уши – гомон. Он осторожно открыл глаза…

То, что он увидел, поразило его. Это был город, весьма большой. Дорога, которая шла от входа, была вымощена желтым кирпичом или обработанным до идеально прямоугольного состояния желтым камнем – настолько хорошо, что ни один кирпичик нельзя было подковырнуть.

Дома на улице были из дерева и кирпича, не выше трех этажей, в основном двухэтажные. Он стоял с обомлевшим видом и не заметил, как к нему подошли люди.

– Эй… стоять на месте! – Первая мысль: люди, здесь есть люди! Но, увидев их грозный вид, ему стало не по себе.

К нему подходили два человека, закованные в блестящие металлические доспехи, рыцарские доспехи! Доспехи первого были явно более легкие, возможно, чтобы не сковывать движения, а вот второй был полностью закован в броню.

– Это что, танк и берсерк?! – Это было второе, о чем он подумал.

На правом плече одного из них красовалась эмблема: железный кулак на красном фоне. Поверх брони на груди у них были накидки из черной и красной ткани.

– Вы кто? – Он стоял и крутил головой, смотря то на людей в доспехах, то по сторонам.

– Мы – городская стража, – первый достал меч из ножен, длиной чуть ли не с него, и направил на него.

– Ага, – второй достал из-за спины щит, а из ножен – короткий меч. – Давай, проваливай, откуда пришел!

Они начали подталкивать его к воротам, стараясь выпроводить наружу.

– Да вы… что вы творите? – Человек попытался обойти их, но первый ткнул в него мечом плашмя.

– Давай, вали из города, оборванец!

– Да что ты с ним возишься, пришьем его, и делов-то! – Второй злобно оскалился, замахиваясь мечом.

Опять же, не понимая до конца, что делает, оборванец выставил перед собой согнутую в локте правую руку. Меч второго натолкнулся на что-то вроде силового поля, а ему показалось, что он держал в руке настоящий щит, по которому съездили мечом.

Меч отрикошетил в нападающего и хорошо приложил ему между глаз. Воин скривился и зашатался, упав на землю.

– Эээ, какого…? – Первый замахнулся своим огромным мечом, чтобы ударить по наглому оборванцу. Его меч при этом ярко засветился.

Такой прямой удар он легко перехватил той же способностью, перенаправив меч в сторону. Воин полетел по инерции за мечом и смачно шлепнулся, пропахав шлемом кирпичи на дороге.

В этот момент из переулка вышел третий: он был в таких же доспехах, только более легких.

– Не понял, что происходит? – Третий сделал жест руками: над его ладонями появился пульсирующий шар размером с футбольный мяч, ярко-синего цвета.

– Бей его! – Второй поднялся и сделал пару шагов в сторону.

Третий, по виду маг, швырнул в него энергетический шар. Оборванец продолжал стоять, ошарашенно глядя на летящий в него сгусток энергии. Он продолжал использовать эту способность защиты, хотя и не понимал, как это делает. Мысленно он просто назвал ее «магический щит» или сокращенно «магщит».

Энергетический шар врезался в магщит, но сгусток просто растекся по нему, а магщит начал сильно светиться. Он почувствовал в руке сильное жжение, как будто вся поглощенная энергия хотела вырваться наружу. Он сжал и разжал кулак на левой руке, в этот момент приятное тепло пробежало по телу, и в правой руке стало легче.

А на ладони левой руки образовался шар размером с бейсбольный мяч, переливающийся несколькими цветами. Это его испугало, и он просто бросил этот шар в нападающих.

Рвануло так, что не только их, но и самого его сбило с ног. Он не стал дожидаться последствий и дал деру, петляя по переулкам. Прохожие смотрели на него с удивлением и страхом, большинство и вовсе шарахалось.

Бежал он долго, почти выбился из сил, когда после очередного поворота оказался на небольшой площади. Пока бежал, в голове постоянно крутились разные символы, и он сам не заметил, как уже стал понимать, что написано на вывесках.

На одном из домов была вывеска: «Бар "Грозовое Облако"». Ниже была еще одна надпись, вроде как «Черная молния». Он не стал вчитываться. Не зная, что делать, он вбежал туда.

Внутри было не многолюдно. За стойкой стоял молодой стройный парень лет двадцати пяти, с длинными темными волосами, собранными в хвост. Лицо каменное, без единой нотки эмоций. Он просто мазнул взглядом по посетителю и продолжил натирать стакан. Одет он был в светлую рубашку с рукавами до локтя и темный фартук.

Перед ним у стойки сидел еще один молодой парень примерно такого же возраста, в блестящих чешуйчатых доспехах, темноволосый, в очках, с двумя рюкзаками. Один висел на пояснице, второй стоял на полу у его ног. На спине рядом с рюкзаком был непонятный чехол в виде трубки, на поясе – что-то вроде бронированных подсумков.

«И почему он мне кажется таким знакомым? Кто это?» – подумал оборванец. На его голове был металлический шлем, по типу спецназовского, с поднятым забралом.

– Я что, в игру попал?! Не хватает только привычных игровых интерфейсов и иконок быстрого доступа… Чур меня, – мысленно сплюнул через левое плечо и осторожно скосил глаза вниз, потом вверх, как будто смотрел на края монитора. – Этого мне только не хватало, не улыбается мне всю жизнь ползать по инстам и данжеонам, подыхая по сто раз в день!

Третий стоял у одного из окон. Это был худощавый молодой человек, по виду невозможно было сказать, сколько ему лет. Создавалось ощущение, что вокруг него пелена, скрывающая многое. Он был в кожаной куртке с небольшим плащом, на голове – странная шапка.

За столиками сидели еще несколько человек, но там царил полумрак, и он не смог их разглядеть. Один из них, сидевший в самом темном углу, шлифовал свои доспехи.

– Бар закрыть, – третий «отлип» от окна и радостно улыбнулся. – Поставить щиты! Никого не впускать! – Он с усмешкой посмотрел на оборванца, скосившего глаза сначала вниз, затем вверх. – Не беспокойся, это не игра, там нет игровых интерфейсов.

– Что случилось? С чего это ты так оживился? – парень в очках чуть не поперхнулся от крика первого.

– Готовимся к обороне, – третий кивнул в сторону оборванца. – Гость важный пришел.

– Кто?

– Он, – третий спокойно направился к двери.

– Что происходит? – оборванец отшатнулся от него, держа перед собой согнутую в локте правую руку. Он не мог толком разглядеть лица, все же видел он плохо, скорее всего из-за того, что с ним произошло.

– Успокойся, все нормально, – третий доброжелательно улыбался. – Тут ты в безопасности.

– Там это… они гонятся за мной… мне надо спрятаться. – Он еле говорил: дыхание сбивалось, а сердце выпрыгивало из груди.

– Спрятать? – третий оглянулся. – Дик, хватит марафет нашлифовывать! Прикрой его.

– Сейчас, сделаю! – То, что произошло дальше, сбило бы с толку любого: этот самый Дик оказался… доспехом! Внутри него было пусто. Он разобрался на части и облепил оборванца.

– Какого…! – он пытался двигаться, но доспех не позволял.

– Да не дергайся ты! – Дик немного «сжался», не давая ему двигаться. – Ты меня поцарапаешь или помнешь изнутри!

– Поцарапаю?! Помну?! – он замер.

В двери стучали.

– Именем закона, откройте! Мы ищем преступника, напавшего на городскую стражу!

– Бар гильдии – частная территория! – третий приоткрыл дверь. – Предоставьте распоряжение губернатора!

– Подавись! – ему в лицо ткнули листом бумаги.

– Входите, но только трое!

В бар вошли три человека: первым зашел закованный в броню со щитом и коротким мечом, похожий на танка, второй – в среднем доспехе с полуторным мечом за спиной, по виду берсерк, и третий – по виду типичный маг в кожаном доспехе и надетой поверх него мантии. Последний держал над ладонью небольшой пульсирующий светящийся шар. Он постепенно обходил бар, останавливаясь около каждого.

Около Дика шар начал ярко светиться и сильно пульсировать. Маг отскочил назад и крикнул:

– Это он!

– Тихо, без глупостей! – третий встал между ними. – Этот сканер не всегда правильно работает, проверьте еще раз.

– Сейчас, проверю, – танк с размаха провел мечом по нагруднику Дика. Человек внутри ничего не почувствовал, но Дику это явно не понравилось: он весь начал трястись, видимо, от злости.

– Ты что, чурбан закованный?!!!! – Дик схватил его за грудки и хорошенько тряхнул.

– Дик, не надо, – парень в очках хотел подойти, но третий остановил его, положив руку на плечо и немного дернув назад.

– Я тебе щас устрою проверку! – Дик начал со звонком отвешивать щелбаны, сминая его шлем. От каждого щелбана со шлема слетали пучки искр, и сминался.

Танк вопил и дергался, но не мог вырваться.

– Прекрати! – берсерк вытащил из ножен меч, но не решался подойти. – Ты же его убьешь!

– Ага, вот поцарапаю ему череп, как он мне нагрудник поцарапал, тогда и успокоюсь! – Дик еще с большим неистовством стал колотить танка по шлему.

– Сканер мог среагировать на то, что в доспехах нет тела. Душа Дика привязана к доспехам, – третий спокойно подошел к Дику, когда тот уже отбросил многострадального танка в сторону. – Доспехи заполнены всякой ветошью и некоторыми особо ценными предметами.

– Ладно, мы уходим, но это вам еще припомнится! – маг и берсерк осторожно подошли к танку, который валялся без сознания, взяли за ноги и попятились к дверям. Меч танка так и остался валяться на полу.

– Ну, вот так-то лучше, и пусть только попробует еще раз этот консерв к нам заявиться, – Дик распался на множество частей, освободив человека, собрался снова рядом и принялся полировать царапину, что-то бурча своим металлическим голосом.

Оборванец от неожиданности с грохотом свалился на пол.

– Может, вы все-таки объясните мне, – он встал, немного шатаясь, – куда я попал? Что здесь происходит? И что это за штука такая? – Он трясущейся рукой показал на Дика.

– Не удивляйся, – живой доспех немного сник, – я умер, – он все же подтянулся, – но мою душу вживили в доспех при помощи очень ценного устройства, – он пошевелил стыками.

– Так, для начала успокойся, – третий чуть ли не за шкирку усадил оборванца за стол и кивнул бармену. – Я – Григори, глава гильдии «Черная молния». Ты в Никелевом городе, стран у нас вроде как и нет. Что случилось? – тут Григори погрустнел.

В это время подошел бармен.

– Пожалуйста, – бармен поставил на стол бутылку из темного стекла и деревянные кружки с закуской.

Ну, вообще закуской это назвать было сложно: большая тарелка с яблоками, грушами, вишней и мелкими сливами, большая тарелка с салатом, тарелка с жареной картошкой и тарелка черного хлеба. Аромат жареной картошки щекотал нос, смешиваясь с запахом овощей и фруктов.

Сразу же заурчало в животе, оборванец чуть не захлебнулся слюной, но все же собрал волю в кулак и не притронулся к тарелкам, пока остальные не начали есть.

– Мы на Земле, а что случилось, тебе вряд ли кто-то объяснит, – Григори разлил выпивку по стаканам, и к запахам еды добавился приятный терпкий аромат вина.

– То есть?

– Эм… – он подвинул новичку тарелки с картошкой и салатом и поставил ему поближе кружку с вином. – Ты давай, поешь хоть чуть-чуть.

– Ага, – он осторожно попробовал картошку, потом салат и чуть ли не набросился на еду. Из-за дикого чувства голода он практически не запомнил вкус, просто ел, еле успевая жевать.

Немного успокоившись, он взял кружку и поднес к губам, вдохнув терпкий сладковатый аромат. Это явно было вино, только не обычное. Вкус вина, как и еды, он не разобрал, а просто одним глотком осушил всю кружку. Сам того не замечая, он тяжело выдохнул и расплылся в довольной улыбке.

– Ну вот, – Григори тоже улыбнулся, – теперь и поговорить можно.

Глава 2

– В 20XX году случился какой-то катаклизм… какой именно – никто не знает, – он сделал пару глотков и задумался. – Может быть, кара божья, может – атака инопланетян. Не суть важно… важно только то, что несколько городов накрыли купола.

– Ты, наверно, видел наш, когда пришёл в Никелевый город, – парень в очках подошёл к столу, тоже с кружкой чего-то, и явно был навеселе. Свой рюкзак, который стоял раньше рядом с ним, он осторожно положил на скамейку рядышком с собой, а сверху придавил рукой.

– Да, я видел купол, и немного припоминаю, что до того, как очнуться под каким-то деревом, я не мог попасть в него, – тут он сообразил, что ничего вообще о себе не знает, – совсем пусто, как туман.

– Так вот, – продолжил Григори, – города накрыли купола, причём с большим захватом земель. Естественно, была паника и гражданская война за ресурсы. Но… – он немного задумался.

– Но люди быстро поняли, что убивать бессмысленно, так как большинство по непонятным причинам воскресали около фонтана, – парень в очках подхватил беседу. – Так же заметили, что время стало очень растянутым.

– Что, под куполами совсем не шло время, и постоянно тут день? – незнакомец уже стал более спокойным.

– Нет, смена дня и ночи, конечно, была, но часов в сутках стало сначала тридцать восемь, потом сутки постепенно укоротились до двадцати пяти часов и уже давненько не меняются. А времена года могут иногда длиться очень долго. Например, сейчас лето, и оно уже идёт двести тридцать девять дней. А лет… Да не помню уже, давненько была зима, которую мы еле пережили – месяца на два дольше, чем обычная. Люди не стареют, болезней почти нет, ну, типа простуды и других таких.

– Магия, как ты уже понял, есть, и, судя по всему, ты ей тоже владеешь, – он сказал это с улыбкой, а парень в очках грустно усмехнулся.

– А технологии? Как у вас тут ранения лечат? Да, и почему я, пока бежал по городу, совсем не видел детей?

На последнем вопросе весь бар замолчал. Повисла гнетущая тишина, в которой чувствовались печаль и тоска. Вокруг были и девушки, и мужчины, и все молча смотрели в стол. Тишину прервал Григори.

– Всем выпивка и одно блюдо за счёт гильдии!!! – Он кивнул бармену, который встал в ступор от услышанного, после чего пожал плечами и пошёл принимать заказы.

– Технологии есть, и их много, только вот мало кто в них что-то понимает. В самых простых разбираются почти все, а вот если посложнее – это только техники. Насчёт лечения этим занимаются маги-лекари. Они могут делиться, как и все маги, своей энергией, но они это делают с лучшим эффектом, да и разбираются в этом деле лучше.

– А вот насчёт детей лучше нигде не говори, – парень в очках был очень серьёзен и выглядел отнюдь не весело.

– Да, он дело говорит, детей действительно нет. За последние несколько десятилетий ни одна женщина не забеременела и не родила.

– Так стоп, вы сказали, что во время катаклизма город накрыло щитом. Разве среди населения не было беременных женщин и детей?

– Были, и прилично, но гражданская война сурова, – Григори говорил с голосом, полным печали. – Выжили немногие. Дети почему-то росли до пятнадцатилетнего возраста, а потом останавливались в росте. Именно из-за этого некоторые жильцы выглядят лет на семнадцать, а по глазам и разговору понимаешь, что они уже давно разменяли шестой десяток.

– А беременные?

– Беременные все хорошо рожали, их детишки тоже росли как обычно до пятнадцати, и всё.

Пока Григори рассказывал про детей, почти весь зал сидел тихо и не разговаривал. Все внимательно слушали, никто не перебивал и не шумел, как будто ждали чего-то, надеясь на чудо. Глава гильдии ещё некоторое время рассказывал о том мире, где все оказались. От каждого слова всё внутри переворачивалось, но виду никто не подавал.

Близился вечер, парень в очках куда-то ушёл в середине разговора. В баре оставалось всё меньше людей. С улицы уже не доносился гомон толпы, в баре начали включать лампы и освещение.

– Ну что, Григ, загрузил новичка?

– Григ, хватит новичка инфой грузить, а то он свихнётся от переизбытка в первый же день, – парень в очках закинул рюкзак за спину, махнул рукой, уходя, и уже в дверях добавил: – Я домой, всем пока.

– Куда это ты так рано? – Григори поймал его за плечо. – Ты сегодня на дежурстве.

– Эхх, не прокатило, а я думал прошмыгнуть, пока весь этот переполох, – он уселся за столик к новичку и Григори, махнул бармену.

Новичок не сразу сообразил, что к ним уже давно подсел ещё один человек: среднего роста и телосложения, тёмноволосый, виски выстрижены почти в ноль достаточно высоко, остальные волосы собраны в хвост, оканчивающийся чуть выше плеч. Небольшие усы, состриженные ровно по краю губы. Серо-зелёные глаза задумчиво блуждали по сторонам.

– Меня зовут Ирвин, – он потянулся к лампе и щёлкнул пальцами: кристалл внутри неё начал светиться, излучая ровный светло-голубой свет. – Да, ну ты и любознательный. Это хорошо и одновременно плохо.

– Что это? – новичок наклонился ближе.

– Это биокристалл, – Григори пощёлкал пальцами около него: кристалл то потухал, то снова начинал светиться. – Так мы включаем свет.

– Эээ… а за счёт чего он работает?

– Накапливает биологическую энергию, – Григори снисходительно и устало улыбался. – Это одна из самых простых технологий.

– Вот, например, батарейка, – Ирвин протянул новичку батарейку.

– Ну и что? Обыкновенная пальчиковая батарейка, – новичок не особо ею заинтересовался.

– Одна такая батарейка обеспечивает энергией весь наш город в течение целого года, – парень в очках снова вздохнул. – Только производство их налажено лишь в Железном городе, и то они не всегда хорошие получаются.

– Как одна батарейка может хватить на год для целого города? – он скривил недовольную гримасу. – Это не смешно!

– Ну а ты разбери одну, – Ирвин дал новичку севшую батарейку. Его было хотели остановить, но Григ жестом показал, что не надо.

– Я что, по-твоему, не знаю, как батарейка устроена?

– Разбери и скажи, что думаешь, – он хитро улыбнулся, а Григ покивал ему в такт.

Новичок некоторое время нерешительно всматривался в них, потом взял нож и принялся кромсать батарейку.

– Так, ну тут ничего особенного, – он вытирал руки. – Корпус из какого-то металлического сплава, сердечник вроде как из алмаза или похожего материала, остальное пространство заполнено едким месивом непонятного цвета в консистенции густой сметаны, вперемешку с каплями ртути.

– А что я говорил? Он сказал с первого раза больше, чем все наши учёные вместе взятые за несколько лет, – Ирвин довольно улыбался, а вот Григори почему-то недовольно хмурился. – Гони мои деньги, двухсумочный шизанутый кенгуру.

Парень с двумя рюкзаками скривил кислую мину и, что-то бормоча себе под нос явно нецензурное, начал отсчитывать из кошеля монеты.

– Ну так в чём проблема? Давайте разберём не разряженную батарейку, и станет ясно, как их создавать, – в это время новичок откуда-то схватил новую батарейку и начал с интересом вертеть её, уже было собираясь начать кромсать ножом.

– Не советую! – у новичка резко вырвали батарейку из рук, и весь зал спокойно выдохнул. – Убьёт разрядом и тебя, и нас. Не ты первый пытаешься понять её устройство.

Все дружно покивали и поймали себя на мысли, что с этим новичком надо быть всегда начеку, а то так и ёжиками можно начать гадить.

– Как понимаю, кто-то всё-таки понял, и ни с кем делиться не хочет.

– В Железном городе знают, как их делать, – Ирвин как-то нерадостно фыркнул. – Они до нас успели в руинах города Агхартан побывать, правда, они оттуда в основном планы и схемы вынесли и мало что смогли понять, а мы по большей части механизмы утащили..

– Да, успели, только вот непонятно, откуда они узнали про этот город, – Григори стал очень задумчивым и говорил, не замечая других. – Мы о нём узнали благодаря тому, что у нас есть очень хорошие знакомые из этого мира. Да и, как мне известно, в Железном городе даже нет хороших скитальцев-технарей. Так что им кто-то сильно подсказал и показал, как и что делать.

– Понятно. Подожди, – новичок подвинул парня в очках к лампе и внимательно посмотрел в лицо. – Сними-ка шлем.

– Зачем? И это не каска, а шлем, – он снял шлем.

– Как?.. – новичок застопорился: это же один из его друзей! – Дружище! Это ты? Не узнал меня? Это же я… – и он замолк в полной растерянности. Он узнал друга, но вспомнить, как его самого зовут, не мог, да и имени друга тоже.

– Не можешь вспомнить имён? – Григори с безразличным лицом сидел за столом и тихонечко потягивал вино. – Это обычное дело у всех скитальцев, пришедших недавно. Обычно вспоминают окружающие какие-нибудь прозвища, и оно приживается.

– Серат? – парень в очках тоже задумался, потом с диким воплем обнял Серата; пластины доспеха больно впились в тело. – Ёшкин динамит! Бог взрыва, как же я рад, что ты всё-таки жив!

– Ааа, кенгуру! Аккуратнее! – он пытался высвободиться. – До крови же изодраешь своими доспехами!

– Оу, прости, я постоянно забываю, что я в доспехах, – он отпустил друга и похлопал по плечам, как будто поправлял костюм на нём.

– Этот шизик что ли в доспехах спит? – Серат потирал места, где всё-таки доспех его поцарапал.

– Поговаривают, что он даже во время занятия любовью с девушкой не снимал их, – и после этих слов Ирвин заржал как конь, и в миг во всём баре поднялось настроение, и все начали смеяться.

А тот, над кем пошутили, стоял, надувшись, как жаба. Через некоторое время все успокоились, и даже друг Серата улыбнулся под конец.

– А почему Серат? И как тебя-то зовут? А то лицо узнал, а вспомнить имени так и не могу.

– Звать меня Клейм, прилипло ко мне это прозвище, вот так и именуюсь. Почему тебя Сератом назвал… – Клейм задумался, – скорее всего, в прошлой жизни у тебя такое прозвище было. Припоминаю, что звал тебя «сератонин», а сокращённо – Серат.

В бар вошёл парень в сыром плаще, судя по его виду, на улице был проливной дождь.

– Ух, ё-моё, кажись, очередной скиталец в мире появился, льёт, как из ведра, дальше вытянутой руки не видно, – он снял плащ и повесил его на вешалку у входа, и на полу под ним мгновенно образовалась лужа.

Бармен смазано посмотрел недовольным взглядом и махнул кому-то.

Одет он был странно: вроде кольчужная рубаха с латным нагрудником, но вот перчатки и штаны из обычной кожи. А под кольчугой – мантия, но которая спускалась лишь до верхней трети бедра. Богатырского телосложения, не меньше двух метров в высоту, в плечах – метр, не меньше. Не руки, а два ковша. Длинные золотистые волосы. На лице – свежий, ещё полностью не затянувшийся шрам через правую щеку.

– Апчхи!!! Ух ты, зараза! – После чего он посмотрел на всех, кто сидел. – О, у нас новенький! Как звать, откуда появился?

Его взгляд зацепился за левое предплечье новичка.

– Ага, вот значит кого погода так встречает – новый скиталец. Давненько вашего брата не появлялось. Я – Арчи, – он стукнул себя по груди кулаком. – Маг ближнего боя, предпочитаю двуручное оружие, какое именно – не важно.

– Привет, Арчи, – Клейм помахал ему рукой. – Это мой друг из прошлой жизни, звать Серат. И ты прав, пришёл он в город только вот сегодня.

– Вы знакомы? – у Арчи отвисла челюсть. – Это же очень большая редкость, когда знакомые так встречаются, да ещё и друзья.

– Ну, типа того, – новичок улыбался: хоть какая-то хорошая новость… – Мы с этим человеком-катастрофой учились вместе.

– Да, это действительно очень странно и необычно, – Григори говорил очень тихо и с большой задумчивостью. – Что-то тут не сходится.

– Надо тебя хоть одеть нормально, – Клейм оглянулся: бармен стоял за стойкой и, как всегда по обычаю, натирал стаканы. – Джонни, у тебя не сохранились мои старые доспехи? Если да, то принеси.

– Хорошо, – он ушёл в подсобку и минут через пять вернулся, неся в руках кольчужные доспехи и кое-какую одежду. – Это ключ, комната на втором этаже.

Джонни снял со стены ключи и положил их ближе к Серату.

– Это мой первый доспех, я его одевал-то всего два раза, и то первый раз просто примерил, а второй – когда впервые в гильдию вступал, – Клейм улыбнулся.

Серат осмотрел одежду и доспехи, вздохнул и ушёл переодеваться на второй этаж. Джонни выделил ему временное жильё: на втором этаже бара была гостиница.

Час спустя Серат вернулся, помывшись, побрившись и переодевшись: одежда прекрасно сидела, но вот доспех пришлось подгонять.

– Ну что, технарь, – Григори сначала пьяненько улыбнулся. – Мы, пожалуй, примем тебя в нашу гильдию. Ты уж извини, торжественный прием устраивать не будем, ограничимся формальностями, а то в последнее время у гильдии проблемы с финансами.

– Спасибо, – Серат задумался. – А почему я – технарь?

– Ты – скиталец, скиталец-технарь, – Григори сел рядом и хлопнул Серата по плечу.

– Откуда ты это знаешь?

– Ну, у меня способность распознавать, к какому, как бы, классу человек относится ближе всего, – он говорил с нотками веселья в голосе, периодически потягивая вино. – Мне многое известно, обычно мне видятся множество вариантов развития событий, но, к сожалению, поменять их мне не подвластно. Зато я могу подтолкнуть человека в правильном направлении.

– Да ты – оракул! Или даже бог.

– Нет, я не бог. Почти всегда пределы изменений настолько ничтожны, что особо изменить не могу, – он тяжело вздохнул. – Кому не суждено возродиться, тех я спасти не могу.

А насчёт скитальцев – есть техники, провидцы и специалисты. Первые прекрасно разбираются в различных технологиях, но вот магия у них обычно не особо сильная, да и водить людей за щитом они могут только небольшими группами. Вторые хорошо владеют магией, могут сопровождать довольно большие группы за щитом и могут предсказывать будущее. А скитальцы-специалисты – их, кстати, среди скитальцев большинство – специализируются на чём-то конкретном. Например, алхимия, кузнечное дело, ювелирка и многое другое. Ну и, естественно, они не могут водить людей за щитом, в лучшем случае – по два человека, и то после длительных тренировок.

Насчёт тебя, – он пристально посмотрел на новичка. – Ты скорее техник, только хорошо владеющий магией и с невероятной интуицией.

Слушая Григори, Серат разглядывал бар.

Помещение примерно 10×8 м, трапециевидной формы, вход на короткой стене. Большую часть занимали квадратные столы на четырёх ножках, но ножки не по краям, покрыты блестящим материалом. У каждого стола – по три стула, обычные, деревянные, сиденья и спинка обтянуты кожей. Столы стоят ровными рядами, вдоль стен и по центру сделаны проходы. Около дверей – небольшое свободное пространство.

В противоположном от входа конце была барная стойка, слева от неё – двери с какой-то надписью. Справа от стойки – лестница на второй этаж, рядом с ней – ещё две двери: правая – простая, левая – двухстворчатая. Окна только на одной стене, слева и справа от входа, их всего четыре.

Пол, стены и потолок деревянные, довольно гладкие. Дерево явно видавшее виды, но и не плохое. Потолок сделан как в деревенских домах: толстые доски на здоровых брусьях-балках, к балкам закреплена какая-то металлическая конструкция. По виду – кованые металлические прутья с палец толщиной в виде декоративной решётки, узор которой напоминал виноградную лозу, среди которой виднелись скрученные из тонких полосок фигуры облаков и молний.

От основной конструкции на тонких металлических прутиках свисали огранённые светящиеся кристаллы, соединённые как гроздья винограда… Смотрелось красиво и глупо: на кой ляд вкорячивать грозовые облака в виноградную лозу?

Они ещё некоторое время поговорили, но усталость давала о себе знать. Клейм вскоре ушёл, сказав другу обязательно зайти к нему в мастерскую завтра же, ну или послезавтра. Григорий отпустил его с дежурства, так как после встречи с кем-то знакомым из прошлой жизни может мозги переклинить, и толку от такого дежурного почти нет, а иногда даже вред.

У гильдии было правило, которое ввёл Григорий: все новички могли не платить за проживание и питание в баре гильдии в течение двух месяцев.

Серат поел и, сам не помня как, ушёл в выделенную барменом комнату и уснул. Снов он не видел, спал как убитый.

Глава 3

На следующий день Серат, хоть и с трудом, но дошёл до мастерской Клейма. Полпути с ним шёл Арчи. Этот богатырь просто не замолкал – говорил без перебоя и о всякой ерунде. Либо Арчи не хватало общения, либо он такой по жизни.

Серат наконец-то начал осматривать город. От привычного доапокалиптического города практически ничего не осталось, разве что кое-где асфальт на дорогах. Самые высокие дома были пятиэтажными, и то он их насчитал всего три. В основном дома были высотой в два, максимум – три этажа, построены однотипно, из кирпича и камней, с черепичными крышами. Основные улицы были довольно широкими, вымощены выцветшим от времени кирпичом. Какого цвета кирпич был раньше, было неизвестно, но сейчас он был жёлтым. Второстепенные улицы и переулки местами были узенькими. Деревьев было довольно много.

Подходя к назначенной точке пути, послышался какой-то писк. Арчи остановился, начал копаться в поясной сумке, достал из неё тонкий агрегат прямоугольной формы, что-то по нему потыкал – и изменился в лице.

– Ты чего?

– Дальше иди сам, мастерскую найдёшь, не ошибёшься, а у меня дела нарисовались неотложные, – он махнул рукой в сторону, где была мастерская, и пошёл обратно. Через пару шагов остановился. – И ты с ним поосторожнее, он у нас своего рода сумасшедший алкаш-учёный в алхимии, да ещё и подрывник.

С последними словами Арчи как-то передёрнулся и пошёл дальше.

Арчи был прав: мастерскую Клейма найти было очень даже легко. Как и ожидалось, вокруг неё не было ни одного дома на расстоянии нескольких сотен метров, а землю местами покрывали рытвины и выжженные участки. Да и домик оставлял желать лучшего. Двухэтажный дом, сделанный из кирпича, все стены обгоревшие. Окна закрыты железными ставнями, а дверь – массивная двухстворчатая.

Серат без труда открыл дверь и вошёл в дом.

– Я в комнате слева! – После слов раздался взрыв, жутко запахло гарью, и послышалась ругань на подрывницком сленге.

Серат осторожно вошёл в комнату. За столом, весь в копоти и кашляющий, сидел Клейм: он махал руками и материл какого-то бога огня, вроде как Перуна, припоминая всех его родственников по материнской линии.

– Ну что, подрывник-алхимик, всё химичишь? – он с удивлением смотрел по сторонам, потом принюхался. – И бухаешь совместно со взрывами.

На первом этаже было несколько комнат. В той, в которую он попал, зайдя в здание, было дополна всяких ящиков, по большей части без всякой маркировки. Посредине стояли два стола с различными инструментами, лабораторной посудой и приспособлениями, назначения большей части из которых он не знал. Вдоль двух стен тоже были столы, на двух других – стеллажи. В дальнем углу – гончарный круг и полки с различными глиняными ёмкостями.

– Уже заканчиваю, – Клейм вытер лицо и руки мокрым полотенцем и кивнул в сторону ящиков. – Смотри: мои произведения искусства. Осколочные, зажигательные, дымовые бомбочки. Четыре вида пороха, в зависимости от мощности и скорости детонации. Три вида пластида, детонаторы, фитили, детонационные пульты, детонационный шнур… ну и по мелочи.

Клейм из-под стола достал бутыль вина и отхлебнул, сморщился и поставил обратно.

– Кстати, почему Клейм? Странное прозвище…

– Это от названия противопехотной мины, клеймор, – Клейм пробурчал что-то ещё. – Как-нибудь потом расскажу.

– Ты, я смотрю, готов к войне… – на столе лежал странный фонарь. – А что это за фонарь?

– Он помогает мне всяких козлов обходить, показывает монстров, а они не видят тебя, – Клейм выхватил фонарь и убрал в подсумок. – Как-нибудь покажу, как он работает. А пока мощности маловато.

– А это что такое? – Серат потянулся к лежавшему на полу около ног Клейма странному рюкзаку.

– А, это так… – он поспешил затолкать рюкзак под стол. – Пока что нерабочая батарейка, правда: нет у меня нескольких деталей.

– Каких?

– У тебя их точно нет. Только вчера пришёл и решил редкие детали сразу найти.

– Ну так ты скажи, какие, вдруг найду где-нибудь.

– Да нет, спасибо, я уж как-нибудь сам, – он взял с полки шлем. – На вот лучше, примерь, а то твой шлем не особо защитит.

– Думаешь? – Серат напялил его шлем: он сидел идеально. – Слушай, отлично подходит.

– С тебя две тысячи триста золотых, – Клейм протянул другу чек кузнеца. – С кузнецом расплатишься, скажешь, что мне шлем не подошёл.

– Чего?! С чего это обычная железка так дорого стоит?! – Серат с явным удивлением разглядывал шлем: как такая вещица могла столько стоить?

– А что ты удивляешься? Этот шлем – часть комплекта брони. Ещё и с рунами и камнями. Я за руны и камни приличную цену золотом заплатил, чтобы хорошо зачарованных. Мне за него вчера три тысячи предлагали. Знал бы, что ты объявишься – не стал бы весь комплект продавать.

– А что шлем не продал?

– Дешево брали, на аукцион думал выставить. Я уже часть комплекта продал с молотка, например, кираса с рунами, даже без камней за двенадцать тысяч золотых с копейками ушла.

– Да ладно, это ж что у вас за экономика такая? Ты что, серьёзно?

– Мне по барабану, какая тут экономика, – Клейм буквально закипел, лицо покраснело. Или это алкоголь его догнал. – Это тебе не то, что на тебе напялено – самый простой доспех, безо всякой магии и усиленных накладок. Я совсем недавно начал хорошие доспехи покупать. А то даже несколько килограмм взрывчатки не пугали всяких козлов, динамит им в зад.

Понимаешь, у нас в городе нет как таковой гильдии мастеров, по надобности периодически собираются группы мастеров из разных гильдий, и то по чьему-нибудь заказу. А на доспехи уходит очень много ресурсов, поэтому до недавнего времени хорошие доспехи встречались редко из-за очень высокой стоимости, вот и убивали их хозяев периодически.

– А что, у меня же, вроде как, нормальные доспехи.

– Ага, конечно, – в голосе прозвучала издевка. – Это мой старый доспех, я его хорошо знаю. Это же обычная бумага, гексоген тебя подери!

– Хм, выходит, раньше не было важно, в доспехах ты или нет, главное – уметь люлей отвесить. Печально.

– Я видел, как менялся этот мир, и менялся вместе с ним. Кстати, Григ тебе не сказал одну очень важную вещь. Здесь у всех людей, как в компьютерных играх, есть уровни, но понятие это условное.

– Тьфу ты, всё-таки в игру угодил. Что значит, условное?

– Ну ты, будучи первого уровня, можешь спокойно носить хоть какие доспехи, пользоваться магией или умениями. Всё зависит от того, умеешь ли ты думать. Одно только «но»: от уровня зависит твоё мастерство в профессии.

– А подробнее? – Серат пробежался взглядом и нашел единственный не заваленный стул и уселся на него.

– Ну, представь, что ты – двадцатого уровня, занимаешься изготовлением оружия. Ты при всём желании не сможешь освоить двадцать первый уровень ювелирного дела, пока сам не станешь таким же уровня.

– Ну а ты какого уровня?

– Был сорок третьим, по крайней мере, с прошлой проверки. Последние несколько лет все скитальцы обязаны раз в квартал проходить проверку уровня – для чего, без понятия. Это могут сказать точно только некоторые скитальцы-провидцы, как, например, Юстас, действующий лидер гильдии «Падшие ангелы».

– Погоди, а как ты знаешь, на каком ты уровне профессии?

– Эммм… – Клейм прямо задумался. – Ну это… – по взгляду стало понятно, что он не знает, как ответить.

– Так как вы определяете уровень профессии? Что ли по тому, как вещь получается?

– Нееет, – Клейм достал из тумбы бутылку с красным содержимым и залпом выпил чуть ли не половину. – Если честно, я как-то не задумывался над этим. Мне сказали, что у меня такой-то лвл, и я думал, что пока не подниму, в алхимии лучше не стану.

– Странно это всё как-то, – Серат почесал подбородок.

– Эхх, ссаная селитра, что-то я совсем запутался. Но уровни точно есть, только вот сейчас и не знаю, есть ли к ним привязка.

– М-да… и что-то у вас невесёло дела обстоят, – Серат горько усмехнулся. – У меня денег вообще нет. Уровень наверняка первый, если не нулевой. И из знакомых только ты.

– Ну так ты же скиталец, своди пару экспедиций между городами, и сможешь приодеться да и деньжатами разжиться. Ну или просто погуляй за щитом, может, найдёшь что-нибудь ценное. Хотя, погоди… – Клейм задумался и нахмурил брови. – Точно, ты же технарь, вот и сооруди что-нибудь, глядишь – окажется нужная вещица, и разбогатеешь.

– Чтобы соорудить что-то, нужно либо понимание этого, либо хотя бы чертёж иметь. Так как я в этом мире новичок, – Серат сделал широкий жест руками, разведя их в разные стороны, – то с пониманием полный крындец. Так что… – он грустно вздохнул. – Перспективы вырисовывались печальные.

– Ладно тебе, не кисни, если мне не изменяет память, ты из любой передряги выкрутишься. Хотя по старой дружбе я сейчас тебе, возможно, кое-что интересное подкину. – Он провёл взглядом по полкам и ящикам и поставил на стол небольшой ящик и тубус со схемами.

– Что это?

– Несколько схем и чертежей, что-то знакомое, но я не могу вспомнить, да и понять мне всё равно тяжело что-то новое. Те технологии, что люди знали и помнили, мы быстро восстановили, которые смогли воссоздать, а вот что-то новое… – Клейм тяжело вздохнул. – С этим беда. Вашего брата, технарей вообще мало, да и то те, кто есть, в основном по старым технологиям. Например, то, что на этих чертежах, даже скиталец-технарь Эрик не понял. Так что и сделать всё равно я не смогу, а чтобы продать подороже, надо знать точно, что это. А так – за копейки берут. Ик… ох, блин, вино догнало.

– А в ящике?

– Граник, – Клейм вскрыл ящик и показал, как им пользоваться. Он хоть и прилично выпил, но руки не тряслись. – Будь осторожен! Лучше не стреляй, если не уверен, что тебя не накроет. Тебя уже от одного вида граника будут… ик… если не сторониться, то мозги включать начнут прежде, чем бочку катить. Поноси, попривыкни, если… ик… не понравится – то неси обратно, ик… доработаю потом, дороже будет, возможно.

– И сколько у тебя таких штук? – вокруг стояла куча таких же ящиков.

– Уууу… ик… – вино, видимо, совсем докатилось до мозгов Клейма. – Около двенадцати, плюс-минус… ик… три.

Серат взял не заряженный гранатомёт, подержал в руках, видимо прикидывая, стоит ли брать, потом положил на плечо и посмотрел в прицел, потом засунул тубус с чертежами, гранатомёт и пять гранат в рюкзак.

– О, точно, у тебя же совсем нет денег, – Клейм поковылял к одному из стеллажей, после чего потянул за одну из бомбочек, лежащих на нём. Где-то за стеной послышался щелчок, вся полка откинулась вниз. В итоге всё, что на ней лежало, кроме трёх бомбочек, упало на пол и на ноги алхимику. – Ах ты ж, пластид насраный! – Он со злостью пнул какую-то банку. Серат весь сжался внутри, ожидая взрыва, но он не последовал. – Тсссс… Об этом тайнике никому ни-ни… – и он приложил указательный палец ко рту. – На вот, возьми, – Клейм протянул ему какой-то мешочек из плотной ткани.

– Что это?

– Две тысячи золотых, ик… – Клейм начал расставлять всё обратно по полкам. – Вполне хватит на подготовку к кратко… кратковремен… кратковременному выходу за щит. Извини, больше дать не могу. – Он грохнулся на пол, пытаясь сесть на стул.

– Золото, говоришь… – Серат презрительно посмотрел на мешочек: он был как-то мелковат для двух тысяч монет. Несколько раз встряхнул, вслушиваясь в звон монет, потом открыл мешочек и несколько минут внимательно смотрел. – Блин, Клейм, бухарь ты дымчатый, прикалываешься, что ли?!

– Что? – Клейм удивлённо уставился на друга своим косым взглядом.

– Это что за ерунда? – Серат извлёк из мешочка пару квадратных металлических пластинок 2×2 см со сглаженными углами, по виду – серебро или какой-то сплав, с выгравированным на нём гербом города. – Это же не золото!

– А ты что, думал, ик… что тебе полноценное золото, ик… дадут? Его же мало совсем в нашем городе, вот и приходится выкручиваться, – Клейм извлёк из кармана (а и не скажешь, что там, за парой странных пластинок брони, на штанах, был карман) и показал почти такую же пластинку, только с выгравированной переливающейся символикой «БНГ». – Это – эквивалент ста монет из полноценного золота, только для оплаты этой штукой её надо разменять в банке. Золота на всех не хватает, это ценнейший материал для мастеров, вот и выкручиваются банки, как могут.

– А сразу объяснить не мог? – Серат вертел в руках «монеты»: они весили явно больше, чем должны были, и источали странную энергию. – Буду знать, – он разделил монеты примерно поровну и спрятал в сумку. – А что, золотых монет нет в обращении?

– Не знаю, – Клейм пожал плечами и трезвел на глазах, больше не икал и не путался в словах. – В последнее время… я их… не встречал, они были только… в первые годы после гражданской войны. Оххх… ну меня и накрыло с твоими вопросами. – Он потряс головой и окончательно протрезвел. – Ладно, давай так: если совсем туго будет – через неделю смогу ещё деньжат подкинуть, сейчас дела идут хорошо. Может, и больше смогу подогнать, зависит от того, сколько мне заплатят за партию взрывчатки и за оросительные каналы.

– Ты ж подрывник, при чём тут оросительные каналы? Или ты агрономом заделался?

– Каким ещё агрономом? – Клейм некоторое время удивлённо смотрел на друга. – Я взрывами каналы прокладываю, очень кстати эффективно: копаешь траншею, туда взрывчатку, – он активно жестикулировал, объясняя процесс, – потом закапываешь, бабах – и канал готов.

– О как, значит, не только разрушаешь, но и созидаешь.

– Конечно! – Клейм подтянулся и выпятил грудь вперёд.

– Спасибо за деньги и, что намного ценнее, за информацию! – Серат улыбнулся и собрался идти. А всё-таки друг не сильно изменился…

– Смотри не профукай всё на рынке! Луче заказывай мастерам нашей гильдии, а ещё лучше – попроси меня или Ирвина, пусть он и не в нашей гильдии, но помочь скитальцу не откажется.

– А почему тебя?

– Ну я же тоже скиталец, хоть и специалист, часто гуляю за щитом.

– Ладно, спасибо, – Серат собрался выйти, но замялся: хотелось расспросить друга про жизнь после катаклизма, но он не хотел отвлекать Клейма от дел.

– Серат, подожди, ты ведь, наверное, хотел бы узнать, что происходило с этим миром после катаклизма.

– Я вообще-то за этим и приходил, а то Григори вроде и много рассказал, но в основном в общих чертах. Послушать другое видение произошедшего тоже хорошо.

– Тогда пошли наверх, – Клейм запер двери и пошёл на второй этаж. Серат поднялся за ним.

В комнате, в которую они вошли, одна из стен была сплошным окном, выходившим во внутренний двор. Нижняя половина окна затянута шторой, верхняя – нет. Стены оштукатурены жёлто-оранжевой штукатуркой с руническим рисунком, на полу лежал ковёр. Комната небольшая, и её половину занимали некое подобие дивана, два кресла и столик. На столике стоял чайник и поднос с овощами.

Клейм снял доспехи: под ними был комбинезон из плотной ткани, и Серат наконец-то смог его рассмотреть. Внешне Клейм сильно изменился после катаклизма: он и теперь оставался немного полным, перестал сутулиться, даже мышцы «накачал».

– Погодь, я щас дневники принесу, а то больше врать буду, – он ушёл в соседнюю комнату. Оттуда послышался грохот, тихая ругань, потом звук, как будто двигающегося тяжёлого шкафа, и только после этого он вышел со стопкой бумаги высотой с полметра, перевязанной красной лентой.

– Ты там с чем воевал? – Серат помог другу поставить бумагу.

– Да шкаф не мог сдвинуть, это ещё не всё, – Клейм вынес ещё пять таких же стопок бумаги, развязал их и расставил около кресла.

– А ты что, все события после катаклизма записывал?

– Да нет, только в общих чертах. Большую часть я по рассказам друзей писал, особенно первые годы. Эти дневники вообще начинала писать Лена, – он сразу же потупил взгляд, немного покраснел, взгляд его стал туманным, на губах появилась лёгкая улыбка.

– Кто? И раз они не твои, почему они у тебя, а не у хозяйки? – Серат подошёл ближе: верхний лист в первой стопке был исписан аккуратным ровным почерком, скорее женским.

– Ну… Сейчас начну рассказывать, поймёшь. Так, ладно, – Клейм сел в кресло. – Садись, рассказ будет долгим.

– Ну давай, – Серат тоже снял доспехи, сел в кресло напротив и приготовился слушать. – Давай, рассказывай. Только покороче, а то несколько сотен лет ты мне пересказывать будешь до следующего катаклизма.

Всё-таки Серат был рад встретить хоть одного знакомого человека.

Подрывник удобнее расположился в кресле, некоторое время молча собирался с мыслями и просматривал записи, потом вздохнул и начал рассказывать.

Глава 4

Июнь 20ХХ года.

Лето. Жара. Ни малейшего намёка на ветер. На небе ни облачка, и солнце щедро нагревает землю. Мягко урчит двигатель новой машины, послушно разгоняя её на более-менее ровном участке грунтовой дороги. 30 км/ч. Быстрее ехать нет смысла: Клейм не торопился, а дорога местами напоминала стиральную доску. Он ехал в город: надо было уточнить насчёт интернатуры и встретиться с друзьями, уезжавшими в другие города после окончания института. На душе наконец-то было спокойно: уже позади шесть лет учёбы. Он зазевался, и машина влетела на очередную яму на скорости 55 км/час, глухо стукнувшись защитой днища о землю. Проскрипели тормоза, машина проехала метров 20 и встала.

– Да что же это за ####! – Тихо ругаясь, он вышел и осмотрел днище: вроде бы, всё в порядке, металлическая пластина не погнулась, только на дороге остался след. – М-да, надо быть осторожнее, – Клейм сел в кабину. – Откуда эти выбоины берутся? Вчера ещё не было. Дождя тоже не было. Специально, что ли, какая-то сволочь копает?

Двигатель завёлся с пол-оборота, и вскоре машина опять набрала скорость. Через десять минут Клейм выехал на трассу и довольно быстро разогнался до 90 км/ч.

Несмотря на приличную скорость и открытые окна, в машине было жарковато. Вообще, весь этот день был какой-то странный. Жарко, как в полдень, стало с самого утра, часов с пяти. Рано утром забеспокоились кошки, собаки и вся живность, включая коров, – они словно взбесились. Клейм был в деревне, на лето всегда приезжал. Кошки постоянно мяукали, шипели, бросались из угла в угол, то выскакивали на улицу, то как ошпаренные забегали домой. Сидевший на цепи пёс жалобно скулил из конуры и рычал, когда его пытались вытащить наружу. Коровы мычали, лягались, сломали загородку в хлеву и чуть не выломали двери, пока Клейм не выпустил их, а потом вернулись обратно и забились в угол хлева. А потом они все резко успокоились и стали грустными, словно смирились с чем-то крайне страшным.

Солнце казалось больше обычного, и утренняя прохлада развеялась за минуты. Потом машина не хотела заводиться, не реагируя на поворот ключа зажигания, хотя аккумулятор был полностью заряжен.

Отгоняя наваждение, Клейм притопил педаль, пытаясь понять, почему машин на трассе практически нет: обычно поток был довольно большой в обе стороны, а теперь за полчаса езды так никто и не догнал, да и встречных попалось только три машины, но они показались странными, очень похожими на машину Клейма, но отличались только тем, что были постарше, а последняя – так вообще ушатанная развалюха, кое-как ехала. Кто был за рулём, понять было невозможно.

Чтобы немного отвлечься, он потянулся к магнитоле, включил радио. Музыка помогла ему немного расслабиться, но ненадолго: зазвонил сотовый. Номер не определялся, и он нажал "отмена": никогда не отвечал на звонки с неопределяемого номера. Но звонок повторился, потом снова и снова, и он ответил, выключив звук магнитолы. Однако в динамике слышались лишь помехи, и Клейм снова сбросил звонок, включил звук магнитолы и недовольно фыркнул: сплошные помехи. Первый канал, второй, третий… – все сплошь одни помехи. Не понимая, что происходит, он переключил магнитолу на АМ и замер от удивления: среди помех различил нечто похожее на голос.

– … (помехи) срочн… дите … убе…ща. Тре..га не учеб…я… Да хран… вас бо… – Далее различить что-то было невозможно.

Что произошло дальше, Клейм так и не понял до конца: земля задрожала, раздался глухой рокот, и он потерял управление, машину повело вбок, и он вылетел на обочину. К счастью, канавы в этом месте не было, как и склона, он смог вырулить, и машина не перевернулась, но мир уже изменился.

– Землетрясение? Но как? У нас никогда их не было и быть не могло, – Клейм судорожно озирался, пытаясь понять, что происходит и жив ли он. – Фу, блин, кажись, пронесло, – трясти перестало.

Клейм некоторое время просто сидел, скованный страхом: подземные толчки повторились ещё пару раз, после чего случилось нечто.

– А это ещё что за нахрен? – Он протёр очки и уставился на горизонт.

Ему показалось, что всё пространство вокруг всколыхнулось: словно прошла своеобразная волна. Слева из-за горизонта поднялась светящаяся прозрачная стена, через несколько секунд она превратилась в нечто вроде купола и продвигалась над городом. Мир вокруг изменился до неузнаваемости: дома на обочине покрылись какой-то пеленой, они разрушались, превращаясь в руины, но потом становились целыми, листва деревьев и трава газонов за секунды повяли и почернели, но тут же становились зелёными, немногочисленные машины взрывались и горели, превращаясь в обугленные остовы, и тоже через миг становились целыми.

– Что за ерунда творится?! – от всего увиденного страх начал брать за горло

Небо из ярко-голубого стало светло-серым, оставаясь при этом неизмеримо высоким, а солнце исчезло, хотя было светло, как пасмурным днем. Но особенно Клейма поразила Луна: ещё несколько минут назад её не было, а теперь она оказалась высоко на небосклоне, при этом постоянно менялась: то увеличивалась, то уменьшалась в размерах, превращалась в тоненький молодой месяц, то вообще разваливалась на множество кусочков, постоянно меняла цвет, просвечивая сквозь плотную пелену облаков.

– Блин, вот это меня заглючило, – Он потер глаза и ущипнул себя за руку: было больно. – Больно, неужели всё это реально?

Мысли путались, он пытался понять, что происходит, но в голове его вертелись только самые безумные предположения: инопланетная агрессия, зомби-апокалипсис, попадание в параллельный мир, кара божья, "провал" в компьютерную игру… Хотя, может, это просто была авария на местном химическом заводе, и в воздухе летает какая-то химическая дрянь, от которой его так заглючило? Но тогда откуда взялись помехи?

– Так, дружище, соберись! – Он говорил вслух, чтобы немного успокоиться, собственный голос немного отрезвлял. Трясущимися от страха руками он попытался включить магнитолу. – Давай, включайся!

Помехи, по всем частотам. Сотовый. Разблокировать. Какого… нет сети, обе симки не ловят. И вокруг, насколько можно видеть, всё рушится и возвращается в изначальный вид. А ещё эта Луна, постоянно меняющаяся…

Вдруг Луна перестала меняться и окрасилась в кроваво-красный цвет. Земля снова задрожала, и на горизонте, немного правее города, начало формироваться нечто вроде торнадо, только серовато-коричневого цвета.

– Это ещё что такое? – Торнадо он видел вживую впервые. Конечно, небольшие смерчи изредка бывали, но они в лучшем случае могли поднять бумажный мусор, а этот "всасывал" целые кирпичные дома…

Матерясь в полный голос, Клейм включил скорость и вдавил педаль газа в пол: он был уверен, хотя и не знал, почему, что должен попасть в город прежде, чем купол опустится. Вскоре двигатель ревел на пределе, а он с большим трудом удерживал машину на трассе на довольно высокой скорости. Но купол опускался слишком быстро, и он не успевал. В последний момент он нажал на тормоз, машину повело, начало разворачивать, и она остановилась левым боком, в нескольких сантиметрах от купола, даже зеркало "сложилось".

При ближайшем рассмотрении этот купол больше напоминал зеркальную гладь и не хотел пропускать его, от него исходило небольшое гудение. Непонятно почему, но Клейм решил попасть внутрь, чего бы ему это ни стоило. Он отъехал подальше и снова вдавил педаль в пол. В последний момент купол впереди машины начал мерцать и растворился на небольшом участке, и машина проехала внутрь.

Клейм вздохнул с облегчением: внутри купола ничего не произошло… Но ему было не особо радостно. Насколько большой купол? Накрыл ли он его родной город или только этот? Живы ли родственники и друзья? Что делать дальше? Куда идти?

Клейма некоторое время бил озноб от страха. Просидел он в таком состоянии достаточно долго, хотя в стрессовых ситуациях кажется, что время течёт медленнее или, наоборот, быстрее. В конце концов он, хоть и с трудом, но успокоился и положил руки на руль.

– Так, спокойно. Я жив, а это уже хорошо. Машина в порядке, бензин в баке есть. Надо добраться до города, а там – посмотрим.

Он повернул ключ зажигания, но машина не заводилась.

– Ну давай же, заводись!

В очередной раз двигатель чихнул, неуверенно поработал пару секунд и заглох.

– Бензопровод засорился, что ли? Но с чего бы это вдруг?

Он снова повернул ключ, в этот раз двигатель послушно заурчал. И только сейчас он вдруг сообразил, что его часы изменились: у него были наручные часы, старые, ещё механические – подарок деда, носил он их на левой руке, с простеньким кожаным браслетом, а теперь они превратились в навороченные электронные часы. Металлический подпружиненный браслет плотно обхватывал руку, но при этом совершенно не чувствовался, а оттянуть его было невозможно даже на миллиметр, как Клейм ни пытался. На электронном циферблате бегали цифры и какие-то символы, потом цифры остановились на значении 11:27:09 и начали вести отсчёт.

В этот момент из-за поворота выехало несколько полицейских машин и, включив сирены, направились прямо к нему.

– Водитель зелёной машины, немедленно заглушите двигатель и выйдите из машины! – Один из полицейских выстрелил в воздух.

Естественно, Клейм заглушил двигатель и вылез, бросив на капот папку с документами. Они остановились так, что ему при желании нельзя было уехать, и вышли из машин. И тут он понял, что особо церемониться они не собираются: на него смотрели дула шести автоматов.

После проверки документов полицейские конфисковали у него карту памяти видеорегистратора и отправили в военкомат в сопровождении одного из сотрудников, на допрос.

– Так, и как вас зовут? – Клейма допрашивал высокий, атлетически сложенный, светловолосый, загорелый военный с погонами майора. – И рассказывайте, как вы попали в город.

– В документах всё написано, но я и так скажу, меня зовут… – и тут Клейма пробил пот, он не мог вспомнить своего имени, как ни старался. На его лице явно отразился страх, и это, конечно, заметил майор.

– Что ж вы так, своего имени вспомнить не можете? – Майор очень кровожадно улыбнулся.

– Нет… не могу, а что в документах написано?

– В документах, – майор бросил папку на стол, – если найдёте своё имя, то я с радостью его узнаю, – он опять улыбнулся, и от этой улыбки у Клейма пробежался табун мурашек размером с кулак по спине.

Клейм был пристёгнут одной рукой к ножке стола, второй он дрожащей рукой открыл папку и начал просматривать свои документы. Водительские права – в графе ФИО чёрная полоса, он ещё сильнее испугался. Потом взял диплом, страховку на машину, документы на машину и в конце паспорт – и выронил его из рук: везде, где должно быть ФИО, чёрная полоса. Складывалось ощущение, что это место просто вырезали и заклеили чёрной бумагой. Клейм осторожно поднял испуганный взгляд на майора.

– Это вы всё закрасили чёрным? – голос Клейма дрожал.

– Нет, такие документы вы отдали патрульным, – голос майора был металлический.

– Тогда как…

– Неизвестно, и я хочу узнать от вас, кто… вы… и как… попали… в город? – майор привстал, наседая над Клеймом.

– А чего тут рассказывать-то? – Клейм испуганным взглядом посмотрел в стол. – Я из деревни ехал, на подъезде к городу случилось землетрясение, потом торнадо прошёл и… – Клейм подбирал слова, боясь, что его сочтут сумасшедшим, – купол над городом опустился… Ну я по газам дал и успел под купол проскочить, потом патрульные подкатили и меня арестовали…

– Врёшь! – Майор стукнул кулаком по столу. – Сознавайся: как ты попал в город!

– Да что вы прикопались-то? – Клейм ещё сильнее испугался. – Говорю же: проехал! Да, я немного не договорил: купол опустился раньше, чем я до него доехал…

– А дальше?!

– Что дальше? Просто разогнался и проехал сквозь него!

– Ложь, от начала и до конца, – майор позвал конвой. – Увести его, под усиленную охрану в допросную номер два. Пусть ему Михалыч язык развяжет.

– Да вы… Какого…?! – Клейм начал сопротивляться, но его быстро угомонили хорошим лещом.

– Такого! Большого и страшного! – Майор подошёл вплотную. – Купол четыре недели назад опустился! ЧЕ! ТЫ! РЕ! Ясно?!

– Что? Как? – Клейм опешил. – Быть этого не может! Я за куполом от силы часа два пробыл!

– Хм… говоришь два часа. – Майор пристально посмотрел на Клейма. – Я тебе поверю, пока поверю. – Майор достал сигарету и закурил, по рукам было видно, что они дрожат немного от напряжения. – В общем, мы сверили твои документы без ФИО с документами выпускников медицинской академии, смогли разобраться только по номеру диплома. Всё, что удалось найти – так это то, что твоё имя вроде как Денис. И всё, больше ничего.

– Так… это самое… А какой мне смысл врать вам? – Конвоиры отпустили Клейма, и он рухнул обратно на стул. – Денис, значит? – Он задумался. – Какое-то чувство, что это имя не моё.

– Не ты первый, – майор, продолжая внимательно смотреть на него, обошёл стол и медленно опустился на свой стул, потом довольно долго смотрел ему в глаза, не моргая. – Из-за купола ты за эти четыре недели третий появился. У всех одна и та же история: катаклизм, потеря памяти вплоть до имени, странные часы на левом предплечье, в документах пусто, только чёрные полосы. Мы у одного документы покромсали и не нашли следов подделки и каких-либо изменений. Но всё-таки что-то не сходится.

– Так вы… Это… Ну, запись с видеорегистратора посмотрите! – Клейма вдруг осенило. – Карту памяти-то у меня же патрульные забрали! Я ж с утра её почистил, там как раз вся дорога из деревни записана…

– … – Майор кивнул одному из конвоиров, тот отчеканил: «Есть!» – и выбежал из кабинета. Вернулся он через минут десять с флешкой и ноутбуком.

На записи чётко было видно, как опускается купол, как проходит торнадо и мир вокруг постоянно меняется, и майор убедился, что для Клейма прошло действительно несколько минут. Он так увлёкся, что забылся и расслабился, лицо его стало задумчивым, проступила дикая усталость и даже, наверное, отчаяние. Он устало потер глаза и переносицу рукой. Ещё пару минут назад он создавал впечатление сильного и уверенного человека, теперь же вид его был жалок: всю его сущность как будто пропитали страх и безнадёжность…

Клейм довольно долго молчал, вчитываясь в записи: видимо, на бумагу что-то попало, чернила местами расплылись, кое-где виднелись жирные пятна.

– Выходит, тебе дали имя так, с потолка взяли? И ты до сих пор не вспомнил своё настоящее имя?

– Да. Дали с потолка, ну, хотя почему с потолка? Меня же потом ещё две недели взаперти держали, сверяли номера документов со списками, какие нашли. Но было весьма тяжело поначалу, потом подпривык, но всё не оставляло чувство, что это не моё имя.

– Тяжело, наверняка.

– М-да, – Клейм задумчиво посмотрел в окно и отложил бумагу. – Я тогда реально сильно испугался, когда в документах пусто было. Да и тогда со мной обошлись по-военному: мобилизовали как фельдшера и отправили вместе с другими новобранцами в находившуюся в черте города воинскую часть, выдали обмундирование, оружие, аптечку и запас медикаментов и прикомандировали к одному из блокпостов на окраине города. В первые дни с людьми особо не церемонились.

– Ну да, чего и следовало ожидать, – Серат взял записи, но тоже скоро оставил попытки их прочитать: несколько десятков листов были напрочь испорчены. – А что с машиной твоей сделали?

– Поставили на учёт. Собственно говоря, я на ней и приехал на этот блокпост. Мы её загнали между баррикад и спали в ней, как-то приятнее, чем просто на земле рядом с блохами и муравьями. А что было в те четыре недели, которые для меня прошли за пару часов за куполом, я тогда так и не решился спрашивать. А записи начинаются только спустя полтора месяца…

– А что дальше было?

– Щас расскажу, только схожу за едой, а то воспоминания на голодный желудок тяжело идут. – Клейм быстренько сбегал на кухню, пробыл там некоторое время и принёс жареных овощей и мяса с бутылкой вина.

– Воо, теперь легче пойдёт, – Клейм улыбнулся, быстренько навернул свою порцию и развалился в кресле.

– Ну что ж, продолжай.

В городе начиналась паника: военные выставили множество блокпостов, ограничив передвижение пределами нескольких кварталов, и не объясняли, что к чему. К тому же сложно было не сообразить, что что-то произошло, ведь купол над городом был прекрасно виден. Сотовая связь не работала, электричество отключили, водоснабжение ограничили, в интернет выйти не удавалось, хотя ходили слухи, что по закрытым частотам связь со спутниками есть. Проводные телефоны не работали, а по радио и телевидению были только помехи.

Люди сбивались в группы: кто-то – чтобы охранять свои дома, а кто-то пытался штурмовать блокпосты, отделения полиции и административные здания. И блокпост, на котором находился Клейм, не стал исключением: в них летели кирпичи, куски арматуры и даже бутылки с бензином. Несколько раз ему самому приходилось уворачиваться от летящих камней. Что творилось на других блокпостах, никто не знал, но, по слухам, на этом было спокойнее: они находились на окраине города.

Очень быстро все потеряли счёт дням: жили прямо здесь, спали по очереди в машинах и самодельных укрытиях. Бензин из машины Клейм слил ещё на третий день пребывания на блокпосту, залил в генератор: он был важнее. Аптечка была практически пустой, перевязочных материалов не хватало, приходилось стирать использованные бинты. Снабжение было очень редким, и привозили им в основном боеприпасы и сухой паёк, и то в крайне небольшом количестве.

Но с каждым днём у Клейма обострялось чувство дежавю: лето уже должно было приближаться к концу, а день явно не укорачивался! К тому же ходили слухи, что погибшие каким-то образом возрождаются у фонтана на площади, хотя и не все, и кто-то из них теряет часть памяти. Энтузиасты, выходившие за пределы купола, практически не возвращались: ушло не меньше двух сотен, а вернулось от силы человек пять, очень сильно постаревшие, при этом они рассказывали такое, что даже не надо было психиатра, чтобы поставить диагноз…

– Так, подожди, – Серат потер переносицу. – Разве не все возрождались?

– Нет, конечно, – Клейм наклонил голову чуть вниз, лицо его стало тревожным и грустным. – Так и сейчас не все возрождаются, так что понапрасну не рискуй, если что… Я, честно говоря, мало что помню о тех событиях. Я один раз умирал.

– Ты умер? – Серат прямо впал в ступор от услышанного. – Ты же всегда был очень осторожным, как это тебя угораздило?

– Ну вот, я умер, но воскрес, крупно повезло, – Клейм сжал кулаки до хруста, но быстро взял себя в руки. – Вместе со смертью я потерял часть памяти, разве что несколько эпизодов врезались намертво, динамит их подери!

– Ладно, давай дальше по порядку, ты остановился на том, что вас окружили и штурмовали постоянно.

– Да точно. – Клейм опять провалился в воспоминания.

В тот день с самого утра блокпост штурмовала группа мародёров, почти в два раза превосходящая контингент блокпоста. Огнестрельного оружия у них практически не было, только пара пистолетов (как, впрочем, и у солдат на блокпосту). У Клейма ещё оставалось полобоймы к его АПС, но он не стрелял, вместо этого соорудил здоровую рогатку и пулял камнями, шариками от подшипников и гайками. Сослуживцы подшучивали над ним из-за рогатки, но после того, как Клейм зарядил гайкой в лоб одному из них, больше никто не решался прикалываться по этому поводу.

Шутки шутками, а резинку рогатки он натягивал чуть ли не всем весом, он втыкал рогатку в специально сделанные гнёзда в баррикадах, так что между глаз прилетало капитально, половина "мишеней" сразу выпадала в осадок. По крайней мере, решимости сразу убавлялось, если рядом в кого-то прилетало такое счастье.

Очередной мародёрский камень прилетел очень "удачно": как раз по плечу ефрейтору Диме Корчемкину, порвав рукав гимнастёрки и серьёзно повредив кожу и мышцы. Клейм отвел его в сторону, в укрытие, где сидели врачи, и собрался идти обратно, когда заметил странный ящик: в нём лежала взрывчатка. Он огляделся и, убедившись, что никто не видит, прихватил несколько брикетов – его почему-то неестественно тянуло к взрывчатке.

Тем же вечером он нашёл подходящую металлическую коробку, достаточно толстую, размазал по ней кусок взрывчатки, на неё налепил как можно более ровным слоем шарики от подшипников и гайки, которыми стрелял из рогатки, выходило коряво, сверху прикрыл разрезанными консервными банками так, чтобы не осталось свободного места. Проблему должны были составить детонаторы, но и они благополучно нашлись среди оборудования инженера-сапёра, которого пару дней назад увезли с блокпоста с серьёзной травмой головы… И оставил эту мину на столе.

– Это что за…?! – Командир отряда, бородатый мужик низкого роста, осторожно отсоединил жесть консервных банок. – Кто это намудрил?!

—Эм… я, – Клейм осторожно подошёл.

– В душу бога мать, ты что, с катушек съехал?! Какого энного места петуха ты сделал мину, но не додумался её правильно установить?!

– Так, это самое, – Клейм сделал несколько жестов руками и почесал затылок. – Как я её заложу-то? Как высунуться-то иной раз, не знаешь.

– Эх… – Командир покачал головой и вздохнул. – Где ты пластид-то взял?

– Да вон… – Клейм сбегал за коробкой со взрывчаткой. – Я пару брикетов прикарманил…

– Это ж у тебя клеймор получился, – командир осторожно положил мину на стол.

– Что? Клемер?

– Клей-мо-р, – Командир отмахнулся. – Так называется противопехотная мина, конструкцию которой ты повторил. А теперь давай, шуруй, делай ещё мины и ставь по периметру, мы тебя прикроем!

– Где ж я столько гаек и шариков от подшипников возьму?! – Клейм показал командиру мешочек со "снарядами" для рогатки. – От силы на пару мин хватит.

– Так, не надо мне тут ля-ля, – он погрозил кулаком. – Ты за пару дней этот металлолом расстреливаешь! Клеймор ты ходячий!

Клейм возился с минами несколько часов, облазил весь блокпост и безопасные прилегающие территории, натаскал кучу металолома и всё-таки сделал ещё шесть мин, которые несколько раз серьёзно помогали отряду блокпоста. К Клейму очень быстро привязалось название мин – клеймор, правда последние буквы быстро отпали, и его стали звать Клейм, тем более что в последнее время всё больше распространялись прозвища, типа игровых никнеймов.

– Так вот почему тебя прозвали Клеймом, – Серат добродушно улыбнулся.

– Ага, именно, – Клейм тоже улыбнулся. – Вскоре стал замечать, что раны, которые я обрабатывал, заживают чуть быстрее, реже инфицируются, даже если были сильно грязные так,словно я мог как-то влиять на восстановление тканей и заживление. Меня из-за этого сослуживцы постоянно таскали на патрулирование. К тому же у меня было обострено чувство опасности, я за несколько секунд чувствовал, откуда приходит опасность.

– Как так?

– А вот, просто чувствовал за несколько секунд. Я тогда ещё не знал, что существуют различные виды магии, активные и пассивные умения, специализации и просто действовал по наитию. Знай я тогда, что к чему, кто знает, на что был бы способен теперь… – Клейм задумался и замолчал. Потом встал, принёс откуда-то зажжённую лампу и поставил на середину стола. – Мне немного спокойнее вспоминать, глядя как горит пламя.

– … – Серат молча взял несколько листов и пытался прочитать: кое-где ровный женский почерк был более-менее сохранён. – Слушай, а кто такая Лена?

– Лена? Врач, она была со мной на блокпосту. Она сейчас в гильдии "Братство разума", очень хороший врач, – Клейм смутился и покраснел, видимо, неровно к ней дышал. – Заодно она была нашим летописцем: они были в каждом отряде, записывали всё и вся, выспрашивали про жизнь до катаклизма. Естественно, большинство рассказывало не очень охотно… Понимаешь, нравилась она мне, вот я и охотно с ней болтал, ухаживать пытался, хоть она меня раз за разом отшивала, но потом всё-таки сдалась… …Я до сих пор не понимаю, почему она всё-таки уступила и ответила мне взаимностью. Не только же я за ней приударял… Может, только у меня были другие планы…

Вообще, в такой обстановке, когда любой день может оказаться последним, когда каждый день приходится бороться за свою жизнь, начинаешь жить чуть ли не по инстинктам. Добрая половина того, что люди ценили до катаклизма, теперь оказалась никому не нужным хламом.

Гаджеты? А от чего их заряжать? Где взять интернет? Чем они помогут выжить? Красивая, модная одежда? Нет уж, спасибо, дайте что-нибудь простое, но удобное. Косметика, парфюмерия? Да кому она, нахрен, нужна? Дай бог выжить! Тут уж не до красоты.

Многие не пережили этого и не смогли приспособиться к новому миру, покончив жизнь самоубийством.

– А ты?

– А я?.. Тоже пережил этот кризис, только позднее. В первые годы был сильно загружен по службе, попросту не было времени думать. Помнишь ведь, каким игроманом я был до катаклизма? Да и не только к играм я был привязан, как и многие.

– Ну да, резко пропал интернет, перестали работать компьютеры и все гаджеты. Виртуальный мир, в котором мы жили, рухнул, и негде скрыться от своих комплексов и проблем…

– У меня жуткая депрессия была, вплотную подумывал уйти за купол и… – Клейм вздрогнул всем телом. – Лена меня и спасла, вытянула из ямы, в которую я падал. За неё и за эти вот дневники я тогда цеплялся, как за спасительную соломинку…

– Давай в общих чертах, как развивались события, когда появилась магия…

– В общих чертах? – Клейм задумался. – Слушай.

Мир вокруг стал похож на сборную солянку из всех фантастичных миров. Город и довольно большая прилегающая территория были накрыты «щитом», или куполом – кто как привык называть. Под ним время течёт по-особенному. В городах под куполом люди не стареют; стареть начинают только когда выходят за его пределы. Но, покидая их, вернуться назад практически невозможно – очень велик риск «провалиться» в любое время и пространство.

Встретить можно было кого угодно: разных животных, монстров и даже иномирцев. Почти все они при виде человека сразу нападали. Границы между этим миром и так называемыми «параллельными» стёрлись, и люди остались только в немногочисленных городах. Все стали очень быстро забывать о жизни до катаклизма, что отбросило историю нашей цивилизации фактически к средневековью.

Люди постепенно заметили небольшое разделение на виды:

Физы – те, кто почти не обладал магией.

Маги – те, кто хорошо владел магией.

Скитальцы – они могли выходить за купол и путешествовать между городами. Некоторые из них владели одним или максимум двумя сильными заклинаниями.

Все скитальцы приходят из-за купола, и только они смогли пережить катаклизм, оказавшись вне его, и добраться до города. Почти каждому скитальцу доступно большинство технологий, но их приходится адаптировать для других. Конечно, были исключения – это те технологии, известные конкретному человеку до апокалипсиса. Зачастую их воссоздавать и использовать люди могли и без скитальцев.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.