# Истинная грозового дракона

Александра Звездочёт

Моя жизнь – это темные переулки, воровские сети и контрабанда магических кристаллов. После кончины родителей, мы с младшей сестрой всегда мечтали о жизни на юге, где нет места страху и голоду, но судьба решила все иначе – меня украл дракон.

Нафирос – не просто зверь, а изгнанный принц королевства Каменных Шпилей, жаждущий свергнуть дядю и вернуть свой трон. Отчаявшийся ящер, похоже, видит во мне неплохой политический инструмент, а я… я вижу шанс.

Сделка заключена, однако я ему ни капли не доверяю, а посему у меня свои планы – украсть у него золото и сбежать обратно в свой мир.

Но что предпринять на случай, когда дракон передумал и отныне не собирается отпускать свою добычу под наименованием "Истинная"?

И что, если я начинаю видеть в нем не только горе-напарника, но и… нечто большее?

## Глава 1. Отчаянная авантюристка

Холодный, пронизывающий морской ветер, казалось, просачивался сквозь каждую нить моей плотной, видавшей виды кожаной черной куртки. С пасмурного неба на нос упала первая капля дождя, грозящегося начаться с минуты на минуту. Я зябко повела плечами, стараясь укрыться от ледяного дыхания океана, и на мгновение невольно втянула в них голову, подобно черепахе, прячущейся в панцирь.

Остров Штормов… Это проклятое место, затерянное в серой дымке тумана, что никогда не рассеивается. Здесь каждый вдох отзывается соленым морским привкусом, а каждый неосторожный шаг таких, как я – сумасшедшим риском. Риском оказаться схваченной бдительной стражей, риском потерять все, что у тебя есть и могло бы появиться в будущем.

Но риск – моя работа. Моя и Каледона.

Мы – контрабандисты. Звучит громко, даже напыщенно, особенно когда произносишь это вслух, заглушая неистовый вой горных ветров. На деле же, мы просто… «выживаем». Пытаемся таким образом удержаться на плаву в этом мире несправедливого неравенства и отчаяния.

Я решилась на столь сомнительную работенку ради моей младшей сестренки, Наяны. После смерти матери от чахотки, подкравшейся незаметно, как вор в ночи, и… после того, как отец сломался, окончательно потеряв волю к жизни и разум в пучине горя, она – все, что у меня осталось. Да, мой маленький огонек в кромешной тьме. И я сделаю все, абсолютно все, чтобы она ни в чем не нуждалась.

Но больше всего на свете я стремлюсь к тому, чтобы у Наяны появилась возможность увидеть мир за пределами этого чертового дрейфующего острова с его чернокаменными дворцами.

Под ногами хрустел желтовато-серый, крупнозернистый песок, перемешанный с ракушками и обломками выброшенных на берег водорослей. Каледон шагал рядом, его лицо скрывала тень надвинутого на зеленые глаза темного капюшона. Высокий, жилистый, с пронзительным взглядом из-под нахмуренных бровей, он казался самим воплощением суровой неприступности нашего острова, насколько бы иронично это ни звучало. Он всегда оставался немногословен, предпочитая действия болтовне, но я знаю, что могу на него положиться. Он – мой хороший друг, мой напарник в этом опасном ремесле.

И, пожалуй, единственный, кому я доверяю в этом гнилом местечке, где предательство – обыденность, а верность – редкий и ценный товар.

– Пещера близко, – пробормотал Каледон, нарушая затянувшуюся тишину. Его голос, низкий и хриплый, прозвучал почти как шепот, растворяясь в гуле ветра.

Я кивнула, ощущая, как в груди нарастает тревога. Очередная найденная пещера – наше секретное место, источник нашего дохода и лазейка в лучшую жизнь. Там, в глубине скал, скрываются магические кристаллы самых разных оттенков, редкие и невероятно ценные. Эти камни – незаменимый ресурс для магов со всеми их артефактами и прочими непонятными прибамбасами в виде летающих по воздуху шарообразных сфер. А еще головная боль для властей, уже долгое время пытающихся контролировать их добычу и продажу.

На черном рынке за них хорошо платят. Этого вполне хватает, чтобы Наяна ела досыта, носила новенькую теплую одежду, а не обноски с плеча своей старшей сестры, и даже мечтала о своем красочном детском будущем, а не просто о выживании.

Когда-нибудь я непременно отыщу нечто такое, за что получится выручить целое состояние. Состояние, которое станет билетом на другой материк.

– Как думаешь, сегодня повезет? – Я задала вопрос, стараясь скрыть волнение, звучащее в голосе. Неуверенность скребла ногтями душу, напоминая о неудачах прошлого, о пустых руках и голодном взгляде Наяны.

– Повезти должно всегда, – усмехнулся Каледон, обнажив в усмешке ряд крепких белых зубов. – Иначе зачем вообще этим заниматься? Зачем рисковать шкурой, если не веришь в удачу?

Что ж, он прав. Иначе зачем? Зачем рисковать свободой, жизнью, ради призрачной надежды на лучшее? Ради мечты, которая кажется такой далекой и недостижимой?

Ради мечты, что живет в моем сердце и согревает меня в самые тяжелые времена.

Я… мечтаю о юге. О теплом солнце, ласковом море, криках чаек над головой. О месте, где нет вечного холода и страха, где можно вдохнуть полной грудью и почувствовать себя живой. О месте, где Наяна сможет вырасти счастливой и свободной, где ей не придется думать о наваливающихся друг на дружку проблемах.

Иногда я представляю, как она бегает по горячему песчаному берегу, собирает разноцветные ракушки, а я сижу в тени пальмы и с искренней улыбкой наблюдаю за ней. Глупая мечта, наверное. Недостижимая. Но именно она греет меня в эти холодные ночи, дает силы двигаться вперед, несмотря ни на что.

Мы подошли ко входу в пещеру. Темнота зияла, точно пасть чудовища, в любой момент готовая поглотить нас целиком. От нее веяло сыростью и затхлостью, запахом соли, гниющих водорослей и чего-то разлагающегося. Каледон достал из сумки ромбовидное устройство цвета затвердевшей смолы, служившее ему фонарем, и уже очень скоро оно вспыхнуло ярким золотисто-белым сиянием, прорезая мрак, выхватывая мокрые камни и зловещие тени.

– Будь осторожна, – сказал он, и мы вошли внутрь.

* * *

Тьма пещеры обволокла меня, подобно савану. Влажный воздух пах сырой землей и чем-то древним, почти забытым. Приятель держал осветительное устройство чуть выше, отбрасывая дрожащие очертания на стены.

В мое поле зрения попали первые кристаллы, торчащие из земли в разные стороны, словно выставленные наготове клинки. Совсем крошечные, темно фиолетовые, они как будто пульсировали изнутри, прогоняя по своим углам пробегающие ярко-розовые искры.

– Даже не думай. – Голос Каледона прозвучал серьезно, даже мрачно. – Мы никогда раньше не встречали кристаллов, у которых магическая сила выставлена наружу. Они светятся слишком ярко и могут оказаться нестабильными.

Я улыбнулась, проигнорировав его предупреждение. Указательный палец потянулся к минералу.

– Ария.

Несильный, но ощутимый выстрел электрического тока пронзил сначала кончик, потом всю фалангу, после чего распространился по всему телу и «щекотнул» сердце, заставив то на мгновение замереть. Покачнувшись назад, я с трудом удержала равновесие, а в следующую секунду тихо и хрипло рассмеялась, давая помутневшему сознанию постепенно прийти в норму.

Напарник раздраженно щелкнул языком.

– Вот же дурная девка. Иммунитет к ударам электричества не делает тебя бессмертной. – Он отвернулся, уставившись в углубление пещеры. – Когда-нибудь ты дорого заплатишь за свои потехи.

Я закатила глаза.

– Не драматизируй, я делала это уже тысячу раз.

– Тысяча первый станет твоим последним.

– Ты – ворчливый старый дед, – с плохо скрываемым смехом ответила я негромко, догоняя его.

– Вовсе нет. Просто я осторожный, а ты сумасшедшая. В таких местах всегда нужно быть начеку… особенно в этот раз. – Тон напарника неожиданно поменялся, в нем промелькнуло ранее чуждое ему волнение. – В последнее время в скальных пещерах стало неспокойно, слухи о странных происшествиях с умершими или загадочным образом пропавшими без вести контрабандистами участились, и мне это не нравится.

– Может, они стали жертвой диких зверей?

Каледон глянул на меня.

– А что с исчезнувшими?

– Вероятно, сорвались вниз с большой высоты, – развела я руками, недолго думая. А потом дополнила: – …И их еще полуживые тела стали жертвой диких зверей.

Приятель поморщился, я же лишь невинно улыбнулась.

Мы продолжали продвигаться вглубь пещеры. И чем дальше мы заходили, тем ярче становилось свечение волшебных минералов, вырисовывающихся то тут, то там. Они росли буквально отовсюду, подобно сияющим цветам из плодородного грунта, источая завораживающий свет и вместе с тем излучая необычную прохладную дымку. Я ощущала странное покалывание на пораженном ранее кончике пальца, когда подходила к ним слишком близко.

В какой-то момент чутье подсказало вынуть кинжал из кожаных ножен, закрепленных на поясе. Так я и сделала. Лезвие, отполированное годами использования, холодно блеснуло в тусклом свете магического «фонаря» Каледона, но спокойнее от сжимания рукояти мне не стало. Скорее даже наоборот.

Эта внутренняя тревога, которая в прошлом еще ни разу меня не подводила… Что она могла означать? Многое. Например, то, что стража, привлеченная слухами о богатой наживе местных пещер в западной части острова, усилила патрули вблизи них, и о нашем с Каледоном присутствии кто-то уже вполне мог разнюхать. Или то, что в связи с теми же слухами, распространяющимися с молниеносной скоростью, резко увеличилось число охотников за кристаллами – такими же конкурентами-контрабандистами, но только не брезгующими никакими средствами ради осуществления задуманного.

Н-да. Не хотелось бы мне сейчас встретиться с кем-либо из них. Этот ворчун прав: нужно всегда оставаться начеку и морально готовиться к любому неожиданному повороту событий.

От стен пещеры, вобравших в себя свежесть северных ветров, было холодно и сыро, как в могиле. Капли воды падали откуда-то с погруженного во тьму потолка, эхом разносясь в тишине, создавая ощущение, что это огромное пространство в скалах, высеченное капризом природы, живое и дышит.

Мы шли осторожно, стараясь не шуметь, ступая по скользким камням, подобно маленьким кроликам. Осветительный прибор выхватывал из черноты причудливые формы сталактитов и сталагмитов, создавая иллюзию жутких, искаженных лиц, наблюдающих за нами из мрака.

Внезапно Каледон остановился и поднял руку, призывая меня замереть.

– Подожди, – прошептал он. – Слышишь?

Я напрягла слух. Сначала не получалось понять, в чем же дело, и ушей касался лишь звук монотонно капающей воды и завывание ветра снаружи. Но потом… Потом до меня внезапно долетело что-то вроде… дыхания? Тяжелого, размеренного, как будто у какого-то огромного спящего зверя.

– Что это? – Я почувствовала, как по спине пробегает холодок.

Каледон покачал головой, нахмурившись.

– Не знаю. Но это точно не человек. Это нечто большое.

На сей раз стараясь действовать практически бесшумно, мы продвинулись дальше, прижимаясь к шероховатым стенам. Черные кожаные сапоги хлюпали по пропитанной влагой земле.

И вот, наконец, перед взором предстали они.

– Мы нашли их, дружище, – выдохнула я устало и восхищенно, слезливо щурясь от яркого света.

Слухи тех пьянчуг из трактира оказались правдивы – кристаллы Забвения, несущие в себе темную магию Грозовых Штормов, действительно существуют. Не просто существуют, а все это время находились у нас едва ли не под самым носом, что весьма досадно. Темно-кобальтовые, с серебристыми прожилками у черного основания и ярко сияющим льдисто-голубым наконечником, они оказались куда больше, чем я предполагала – их размер в три, а то и в четыре раза превышал размер кулака Каледона.

– Ария, мы пришли не за ними. – Слова приятеля ударили громом среди ясного неба. – Забудь о них, это слишком опасно.

– А у тебя каждый ранее неизученный минерал «представляет смертельную опасность», – пробубнила я себе под нос, уже потянувшись к своей перекинутой через плечо потрепанной сумке за инструментами. – На нашем пути повстречался редчайший минерал из всех существующих, а ты хочешь вот так просто взять и уйти? С ума сошел? – Когда с потолка посыпалась каменная крошка, я заговорила чуть тише: – Мы проживем в безбедности следующие лет десять, если добудем хотя бы половину этих кристаллов.

Было видно, что Каледон заметно напрягся.

– Только не говори мне, что целью этой вылазки с самого начала был поиск кристалла Грозовых Штормов.

Я многозначительно уставилась на него. Мужчина опустил веки и двумя пальцами раздраженно потер переносицу.

– Проклятье. А ведь я с самого начала чувствовал, что что-то здесь не так. – Он сердито воззрился на меня сверху вниз, хмурясь еще сильнее. – Ты меня обманула. Обманула даже несмотря на то, что я всецело доверял тебе.

– Прости, – пожала я плечами, уже направляясь к манящей одним только своим видом горной породе. – Зато теперь мы богаты, так что закрой рот и выполняй свою работу, как и договаривались.

Приятель тяжело выдохнул.

– Ненавижу тебя.

Развернувшись на полпути, я небрежно бросила сумку ему в руки, оставив при себе лишь все необходимое.

– Нет, на самом деле ты без ума от меня.

* * *

Я не солгала бы, заявив, что минерал был похож на самую настоящую звезду, упавшую с неба. Большой, идеально чистый и гладкий, без единого дефекта… как такое вообще возможно? Впервые за долгое время нам так несказанно повезло.

Лишь пара штук таких минералов, и мы с Наяной уберемся прочь в сторону дальнего юга. И тогда к черту этот остров, к черту вообще все!

Каледон достал короткий клинок, а сияние осветительного устройства сделал менее заметным на случай, если в пещеру пожалует кто-то посторонний. На одной из других таких вылазок на нас уже однажды напали бродячие разбойники, попытавшись отобрать добычу. Мы едва унесли оттуда ноги, и на ладони моей правой руки до сих пор красуется уже зарубцевавшийся шрам, который, предполагаю, останется со мной до самой моей смерти, как напоминание о том невезучем дне.

Но теперь мы стали осторожнее. И достаточно раскошелились ради того, чтобы заиметь достойное оружие для самообороны.

Покрепче сжав маленькую кирку потеющими от волнения пальцами, я забралась наверх по выступам и принялась осторожно отделять кристаллы от крутого углубления в стене. Ценнейшая горная порода с трудом поддавалась слабо зачарованному металлу, чего и стоило ожидать, но я не сдавалась. Пусть мне пришлось прикладывать усилий больше предполагаемого, постепенно один камешек за другим начинали падать, издавая тихий стук.

В какой-то момент, поставив ногу не туда и поскользнувшись, я не удержала кирку. Тяжелый инструмент полетел вниз, ударяясь о возвышенности.

Я испуганно распахнула глаза и стиснула зубы, бросив виноватый взгляд на приятеля. Тот лишь развел руками, мол, «это не моя забота, и останавливаться ради добычи этих опасных минералов я тоже не собирался. Ты уронила, ты и поднимай».

– Да брось, – устало выдохнула я. – Помоги мне. Подай кирку обратно. Когда удастся продать кристаллы – я поделюсь с тобой.

Каледон не сдвинулся с места.

– Эй, ты получишь одну треть от всей вырученной суммы. Ну? Что скажешь?

Мужчина приподнял бровь.

– Половину.

Я недовольно поджала губы, но деваться было некуда.

– Идет.

Вот паразит.

– А знаешь, между прочим, это я тут карабкаюсь по скалам, как горная обезьяна, а не ты. Как насчет того, чтобы прислушаться к своей совести? – Я наблюдала, как друг шел навстречу упавшему инструменту, но потом внезапно остановился. – Ты там уснул что ли? Кирка, дружище. Она…

– Погоди, – негромко сказал мужчина, подняв руку.

Мы оба замолчали, погружаясь в тревожную тишину. Я, как обычно, напрягла слух, но ничего кроме все тех же капель воды и эха от них, время от времени распространявшегося по пещере, не услышала.

– В чем дело?

Напарник нахмурился.

– Здесь стало слишком тихо. У меня… нехорошее предчувствие.

Я недоуменно моргнула.

– «Слишком тихо»? Кале, здесь всегда тихо. Это пещера, а не рыночная площадь. Если бы я продолжила прислушиваться к твоим предчувствиям, а не к своим, мы бы с тобой до сих пор воровали яблоки и бегали от стражников.

Вдруг откуда-то раздался скрежет, не дав мне возможность договорить, и мы оба в ту же секунду напряглись.

Каледон заговорил как можно тише:

– Ария, мы здесь не одни. Нам нужно уходить. Немедленно спускайся.

– Но ведь…

– Сейчас же.

Я перевела взгляд на красиво переливающиеся минералы, которые способны были изменить нашу с Наяной жизнь в лучшую сторону. Оставалось каких-то пять-десять ударов у самого основания, и кристалл Забвения окажется в моих руках.

Недолго думая, я сняла с пояса кортик.

– Ария, что ты делаешь? – Голос приятеля перешел в злобное шипение. – Ария! Эй!

Воздух как будто сделался тяжелее, спертый и влажный. Сердце в груди ускорило свой ритм, а в правом виске теперь отбивал барабанную дробь маленький молоточек. Волоски на руках встали дыбом.

– Все будет хорошо, – прошептала я себе под нос. – Просто возьми этот кристалл и уходи…

Где-то внизу продолжал браниться на все лады приятель:

– Вот же идиотка! Совсем ума лишилась? Помереть вздумала? Если так хочется отправиться на тот свет, хотя бы не тащи за собой меня!

Два удара лезвием с одной стороны, три удара тупым навершием с другой, затем еще раз. Еще. И еще. Посверкивающая сталь, не защищенная зачарованной магией, стремительно покрывалась трещинами, но я даже и не думала останавливаться. И вот, наконец, спустя пару минут изнуряющей и кропотливой работы, желаемое оказалось в моих руках, заставляя уголки глаз заслезиться от неверия происходящего.

Развернувшись, я с лучезарной улыбкой показала кристалл приятелю.

– Попробуй назвать меня «идиоткой» еще раз, когда начнешь пропускать между пальцев горы звенящего золота, придурок!

Каледон закатил глаза и покачал головой. И хотя тревога на его лице не рассеялась полностью, губы все же изогнулись в слабой, вымученной улыбке.

– Сумасшедшая.

Закрепив добычу на поясе, я уже было собиралась спуститься вниз, как вдруг меня привлек серебряный звон, раздавшийся из неизвестного направления. Развернувшись обратно к провалу в стене, откуда только что добыла минерал, я с прищуром всмотрелась в черноту и заметила слабый просвет.

А это еще что такое?

* * *

Сердце колотилось так сильно, что казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Кристаллы Забвения… ими вдоль и поперек было усеяно все то небольшое пространство, на которое мы с Каледоном натолкнулись вскоре после случайного обнаружения отверстия, из какого лился тусклый голубовато-белый свет. Всего-то нужно было протиснуться меж острых камней, и взамен на пару-тройку смехотворных ссадин получить «королевские залежи».

– Не верю своим глазам…

Эти минералы… сколько их здесь? Сотни? Тысячи? Да они же станут прямым билетом не просто в безбедную, а в богатую жизнь, полную роскоши и возможности ни в чем себе больше не отказывать!

Я почувствовала, как азарт, мечта о юге, о теплом песке под ногами и чайках, кричащих над лазурным морем, все сильнее захватывают сознание, отталкивая все имеющиеся разумные доводы и осторожность куда-то на дальний план. Даже напарник, ранее отчитывавший меня за беспечность, ошарашенно замер, рассматривая разворачивающиеся перед взором богатства.

– Кале, я хочу их, – твердо заявила я, тихо сглатывая скопившуюся во рту слюну от волнения. – Это чертов «пиратский клад». Сокровищница.

– Возможно, если мы как следует поторопимся, у нас будет время на то, чтобы собрать еще пару штук… – Каледон даже не осознавал, что начал перечить собственным убеждениям. – Только не уходи слишком глубоко. Это опасно.

Быстро кивнув, я сбросила сумку на каменную поверхность под ногами и принялась нервно расстегивать ее, ища запрятанную на дно кирку.

И вдруг… звук. Тихий, низкий, чем-то похожий на раскат грома вдали. Мы оба замерли, мужчина начал настороженно оглядываться по сторонам. Спустя минуту гробового молчания звук повторился, на этот раз громче и будто бы ближе.

– Похоже на… храп? – Я всеми силами старалась унять нарастающую панику.

Каледон отрицательно мотнул головой.

– Дыхание.

Наступая на носки, мы двинулись чуть левее. Туда, где пещера образовывала ответвление в виде дополнительного прохода, напоминающего узкий коридор, втиснуться в который можно было разве что в положении лежа. К нашей удаче, совсем рядом возвышались темные образования сталагмитов, больших и не имеющих острых концов, о которые можно было бы случайно пораниться. Недолго думая, мы забрались на них и уставились вниз, ожидая, когда глаза снова привыкнут к темноте после долгого присутствия рядом с сиянием минералов.

Я услышала, как неровно и взволнованно выдохнул Каледон, после чего грязно выругался. Заметила боковым зрением, что он отпрянул назад.

И всмотревшись тщательнее, туда, где густая тьма была настолько плотной, что, казалось, вибрировала, я увидела то, что заставило меня на миг покачнуться, не удержавшись на весу, а сознание помутиться, когда адреналин вспышкой ударил в голову.

Тень дракона. Огромная, чернее самой мрачной зимней ночи косматая тень, занимающая почти весь угол пещеры. Она словно… просочилась в этот мир из какого-то кошмара, разорвав границы сна и реальности. Рогатый силуэт, покрытый шипами и костяными пластинами, напоминая своим видом древнего рыцаря в доспехах, спал, свернувшись клубком. Он будто был частью самой всей этой тьмы, пульсируя в такт медленному, тяжелому дыханию, и одна только мысль о возможной встрече с таким чудовищем лицом к лицу ввергала в неподдельный животный ужас. Его черная чешуя тускло поблескивала в голубоватом свечении кристаллов, а из пасти вырывались клубы пара, свидетельствуя о его невероятной мощи.

Сердце неистово заколотилось о ребра, подобно птице, отчаянно бьющейся о прутья клетки. В этот момент я четко осознала, что задерживаться здесь больше нельзя ни на минуту, если ни я, ни Каледон не хотим стать закуской для этой пока еще мирно сопящей твари.

– Ария, уходим. Быстро, – едва слышно прошептал друг то, от чего было невозможно отказаться.

Наяна… Я непременно найду другой способ увезти нас отсюда. Но только не здесь, и не сейчас. Ведь если сегодня меня не станет, никто не будет заботиться о тебе должным образом. Никто не расплатится по долгам и уж тем более не обеспечит тебе счастливое будущее.

– Возвращайся, – уже тверже повторил приятель.

– Да, – кивнула я, и осторожно попятилась назад.

Дракон. Здесь, на нашем острове, одиноко дрейфующем в ледовитом океане, обитает дракон. Этого… этого просто не может быть. Это бред, кошмар, нереальность. Но если это «нереальность», то как тогда объяснить увиденное только что собственными глазами?

Я в последний раз печально посмотрела на минералы, манящие своим сиянием, а потом перевела взгляд на спящего монстра, источающего угрозу одним лишь своим присутствием. Да что он вообще здесь забыл?

– Вот так, осторожней. – Каледон помог мне безопасно спуститься в окружении сталагмитов и дружески похлопал по спине. – Человеческая жизнь – ценнее всех находящихся здесь кристаллов вместе взятых.

– Жизнь на оплаченном чердаке старого борделя, в вечном страхе, холоде и нищете? Не думаю.

Напарник неожиданно для нас обоих заключил меня в объятия, теплые и надежные. Он хрипло пробормотал мне на ухо:

– Наяна наверняка думает иначе. Она может только гордиться такой сильной старшей сестрой и благодарить всех существующих богов за то, что ты у нее есть. Не грусти, все непременно наладится.

Впервые за долгое время я почувствовала спокойствие и позволила себе стать слабее в чьих-то руках. Уголки губ приподнялись в кислой улыбке.

– Да, так все и будет. Спасибо тебе. – Я шлепнула его по плечу. – А теперь уходим, пока эта тварь не пробудилась. Сейчас не время для соплей.

Каледон кивнул и пошел обратно первым, чтобы вспыхнувший осветительный прибор не спровоцировал дракона. А я тем временем принялась складывать прихваченные с собой инструменты обратно в сумку, висящую на плече. Мы уже потратили много времени зря, и теперь действовать нужно было быстрее.

Что произошло в следующую минуту, я поняла не сразу. Осознание ударило в голову с сильным запозданием, когда чудовищная ошибка из-за забывчивости и невнимательности оказалась совершена без возможности повернуть время вспять. Кристалл Забвения, закрепленный на поясе, с мелодичным звоном ударился об один из наростов, торчащих из земли, и полетел вниз, освещая темноту вокруг себя.

Я наблюдала за этим зрелищем молча, с широко распахнутыми от ужаса глазами, практически не дыша. Минерал, ударившись о каменную поверхность и тем самым издав громогласный звук, сопровождаемый двойным эхом, с шумным звоном раскололся на несколько частиц, подобно стеклянной вазе, разбившейся об пол.

Напарник очень быстро вернулся.

– Ария! – Его испуганный взгляд говорил сам за себя. – Что это, черт возьми, только что было?

Находясь в какой-то прострации, я вполоборота развернулась к нему.

– Вот теперь нам точно придется удирать.

– Что? Ария, что ты…

А в следующую секунду пещера взорвалась ужасным металлическим ревом.

## Глава 2. Надвигающийся штор

Оглушительный яростный рык, который издал дракон, заставил меня содрогнуться до самых костей. Земля под ногами затряслась, завибрировала, с потолка посыпались камни. Я чувствовала, как воздух вокруг сгущается, словно перед надвигающейся грозой.

Подскочивший Каледон схватил меня за рукав и потянул на себя.

– Бежим! Скорее!

Все звуки смешались воедино, превращаясь в какофонию хаоса. Каменные строения пещеры, потревоженные ревом гигантского ящера, рушились прямо на глазах, грозясь похоронить нас тут заживо.

Совладав со ступором, я наконец взяла себя в руки. Мы бросились наутек. Откуда-то позади начали нарастать хлопки больших кожаных крыльев, разрезающих ветер своими острыми шипами. И я совершила ошибку, когда рискнула обернуться, чтобы посмотреть на монстра.

Его ярко-голубые радужки с вертикальными зрачками-щелками. Они… они будто горели волшебным огнем. Живым, яростным огнем, сияющим в темноте, разбавляя сине-фиолетовое свечение от магических кристаллов. Казалось, стоит только дракону взреветь еще раз, и языки пламени охватят всю пещеру, уничтожая всякую жизнь.

Вдруг в какой-то момент я поняла, что не могу отвести взгляд. Будто бы кто-то невидимый намеренно приковал к нему мой взор, погружая в черноту все остальные объекта, делая их абсолютно неважными. Я смотрела в глаза рогатого ящера, головой понимая, что вот-вот погибну от удара острых когтей, но ничего не могла с собою сделать.

Каледон снова поспешил на выручку, как следует встряхнув меня за плечо.

– Беги, Ария! Беги! – кричал он, толкая меня вперед.

Не знаю, что произошло, но после его действий ящер словно обезумел. Взбесился еще сильнее. Он с невероятной мощностью взмахнул крыльями, и по пещере пронесся ураганный ветер, лишая нас равновесия. Мы оба повалились на землю, защищая лицо рукавами курток. Пыль, грязь, камни и кусочки отколовшихся кристаллов летели в нашу сторону, больно ударяя в голову и оставляя раны на частях тела, плохо защищенных одеждой. От сильного удара об пол у меня на мгновение потемнело в глазах, но я быстро пришла в себя и стала ползти к другу.

– Кале… – Кашляя, я трясла приятеля и с силой хлопала по плечу. – Кале, давай же… Нам… нужно убираться…

Накрывая пальцами бок, друг принял сидячее положение. Он отвел руку, и мы увидели его окровавленную ладонь. Тогда я ошарашенно перевела взгляд на его серую рубашку – там расползалось небольшое, но пугающее своим видом кровавое пятно.

Похоже, что какой-то осколок летящего сталагмита или минерала нанес ему серьезное повреждение.

– Тебя задело! – Стараясь сохранять холодную рассудительность, я сбросила сумку и принялась копаться в ней в поисках инструментов первой помощи. – Подожди немного, я обработаю твою рану на скорую руку…

Мужчина отмахнулся.

– Позже, сейчас на это нет времени… – Приподнявшись, он выглянул из-за валуна, скрывающего нас, за который мы успели отползти. – Нам нельзя задерживаться, залечить раны можно и потом. Но что важнее, куда делся дракон? Я его не вижу.

Мы затаили дыхание, вместе с тем напрягая слух, стараясь уловить малейший шорох, хоть чем-то отдаленно напоминающий скрежет когтей или взмах крыльев.

Ничего.

– Может, его целью было просто прогнать нас подальше от своего гнезда? – предположила я, постепенно успокаивая сумасшедшее сердцебиение. – Он был похож на того, кто охраняет все те кристаллы Грозовых Штормов. А мы вторглись в его владения, так еще и попытались «украсть» один из них.

Я захлопнула верх сумки и с трудом поднялась на ноги, после чего протянула приятелю руку.

– Если ты в порядке настолько, насколько это возможно, тогда поднимайся. Нам нужно…

Внезапно раздавшийся грохот камней, рушащихся за спиной, заложил уши, заставляя упасть обратно на сырую землю. В следующее мгновение я почувствовала, как что-то огромное, твердое и холодное накрывает меня, сжимает мое тело сзади со всех сторон, подобно прутьям клетки. Черные пальцы ящера, шероховатые, мощные и жилистые, с огромными остроконечными когтями, с силой стиснули меня в своей стальной хватке, как хищная птица стискивает пойманную дичь.

Крик застрял комом где-то в горле, так и не вырвавшись наружу. Охваченная ужасом и паникой, я беспомощно барахталась в своих оковах, понимая, что это абсолютно бесполезно. И стонала от режущей боли, когда грубая драконья чешуя вжималась в кожу слишком сильно.

Чудовище снова взревело, сотрясая пещеру, провоцируя вибрацию и последующее падение сталактитов с потолка.

– Ария!

Облокотившийся о стену ошеломленный Каледон, одной рукой держащий клинок, а другой опирающийся о камни – последнее, что я увидела перед тем, как отключиться.

* * *

Я очнулась, когда в лицо беспощадно ударил ледяной порыв ветра вместе с крупными дождевыми каплями, заставляя поморщиться. Приоткрывшиеся глаза моментально заслезились, поле зрения размылось. А потом, после недолгого моргания, перед взором предстала стремительно уменьшающаяся пещера и застывший у обрыва приятель, который с неподдельным ужасом и бессилием наблюдал за мной. Его одежда насквозь промокла.

Каледон… я видела, как он пытается что-то кричать мне, но его слова терялись в оглушающем свисте воздушного потока и громовых раскатах вечерней непогоды. Похоже, дракон решил не убивать свою жертву сразу, а вместо этого оставить на потом, следуя каким-то своим звериным инстинктам.

Чтобы съесть, например. Или скормить своим маленьким деткам.

Конечности больше не болели так сильно, лишь неприятно ныли, но я оказалась не в состоянии пошевелить даже пальцем. В ушах стоял непрекращающийся гул, и я почувствовала, как постепенно слабею от страха и отчаяния, охватывающих сознание. По щеке невольно скатилась слеза, тут же перемешавшись с дождевой водой.

Мне с самого начала следовало послушаться напарника и убраться прочь из этой чертовой пещеры. Но мои жадность и эгоизм… они едва не погубили нас обоих. Едва не лишили жизни не только меня, но и лучшего друга детства. Едва не оставили Наяну одну в этом жестоком мире.

А может, все-таки оставили. Иначе… Что меня теперь ждет в лапах дракона? Уж точно не деньги и власть.

Над головой расстилалось бескрайнее полотно в мрачных металлических и темно-синих тонах. Где-то вдалеке болтался длинный чешуйчатый хвост, – черный, как смоль, с рядом острых шипов, между которых время от времени пробегали кривые электрические зигзаги, когда где-то рядом ударяла молния.

Я тихо всхлипнула. То ли от жалости к себе и обиды на жизнь, которая обрушила на мою семью столько невзгод, то ли от полнейшей безысходности.

– За что, черт тебя дери?! – Вырвавшийся хриплый крик больно прорезал горло. – Почему ты меня забрал? За что?! Чем я тебе насолила?!

Но дракон не ответил. Ну разумеется, ведь эти глупые ящеры – такие же животные. Они не разговаривают. Он просто летел куда-то сквозь бурю, разразившуюся уже ни на шутку, словно одержимый, и не менял установленного маршрута. Мерцающие вспышки молнии освещали его сильные задние лапы, в одной из которых монстр нес меня.

И вдруг… он зашатался.

Я ощутила, как его когти медленно, но верно начинают ослабевать. А потом краем глаза уловила нечто странное, пролетающее мимо по воздуху откуда-то сверху. Только присмотревшись повнимательнее, я поняла, что это капли крови, темные и большие.

Зверь совершенно точно был ранен, и его падение с большой высоты оставалось лишь вопросом времени. Словно в подтверждение моих мыслей, дракон издал все тот же страшный рев с проскакивающим скрежетом металла, и в этом реве отчетливо слышалась боль. Вскоре он начал снижаться.

Мы падали.

Сил больше не осталось ни на панику, ни на крики, поэтому я просто закрыла глаза, ожидая неминуемого. Редкие кадры из прошлого один за другим вспыхивали в сознании, сопровождаемые ударами грома. Вот так моя жизнь, полная риска и надежд, и полетела в тартарары из-за одного опрометчивого решения.

«Умереть от падения с большой высоты, так еще и в лапах раненого чудовища… Какая несуразная смерть», – подумала я перед тем, как почувствовать сильный удар и провалиться в уже такую знакомую темноту.

* * *

Пробуждение было мучительным. Голова раскалывалась, словно кто-то пытался выдолбить ее изнутри, а тело невыносимо ныло каждой своей клеточкой. Где я? Что вообще произошло?

Я попыталась приподняться, но острая боль тут же пронзила спину, заставив застонать и снова упасть на что-то мягкое и влажное. Земля? Мох? Разобрать не представлялось возможным. А пока вот так лежала, нахлынули все воспоминания, подобно бурному потоку: пещера, кристаллы, Каледон. И… Дракон!

Паника начала медленно подкрадываться. В голове один за другим всплывали обрывки воспоминаний, как кусочки разбитого зеркала. Я отчетливо помнила тот ужас, когда огромная тень нависла над нами с напарником, рев, сотрясающий землю, и острые когти, вонзившиеся в мою плоть.

Ужасный день.

– Жива… – прохрипела я самой себе, подбадривая, и удивляясь, что мой голос все еще звучит.

Осторожно, стараясь не тревожить лишний раз раненые места на теле, я попробовала пошевелить рукой, затем приподняла голову. Надо мной простирался небесный черный бархат, усеянный разноцветными звездами, перемигивающимися между собой. Судя по всему, наступила ночь. Дождь уже закончился, и теперь вся влага, скопившаяся на зелени, скатывалась вниз крупными каплями с характерным гулким стуком. Вокруг возвышались горные массивы, пронзающие небеса своими острыми пиками, но это никак не помогало мне определить местоположение.

– Та-ак… И где же я?

Тишина. Только ветер играючи посвистывал, напоминая о моем одиночестве.

С трудом я приняла сидячее положение, опираясь на ноющие руки. Боль в очередной раз отозвалась вспышкой во всем теле, но адреналин заставил меня сжать волю в кулак и продолжить двигаться. Нужно было узнать, где я нахожусь, и как отсюда выбраться. В первую очередь необходимо убедиться, что того чудовища нет рядом.

Я внимательно огляделась. Вокруг меня разрастался небольшой каменистый участок, окруженный густым лесом. Повсюду валялись большие и маленькие камни, ветки, остроконечные обломки скал и вырванные с корнем деревья – наверняка следы нашего незавидного падения.

И тут я увидела его.

Массивный дракон лежал неподалеку, неподвижно, подобно огромной черной горе. Его крылья с шипами на верхних концах были сложены, а голова устало опущена вниз, на собственные передние лапы. Издалека он казался мертвым.

В этот момент я замерла, совершенно не зная, что делать. С одной стороны, это был мой шанс: если зверь мертв – значит, теперь я свободна, и моей жизни это чудовища больше не угрожает. Я могу подлечиться и как следует передохнуть, а наутро отправиться искать дорогу обратно, после чего рассказать всем на черном рынке о «победе над ужасным монстром», продать несколько трофеев в виде тех же шипов и стать героиней. Разбогатевшей героиней. Но с другой… что-то во мне изрядно противилось этой мысли. Что-то подсказывало, что радоваться смерти печально лежащего вдалеке существа – грязного, раненого и промокшего до нитки – неправильно.

Я медленно, осторожно, будучи абсолютно неуверенной в правдивости факта о бездыханности зверя, стала приближаться к нему. Шаг за шагом, я сокращала расстояние, пока в итоге не оказалась совсем рядом.

Его иссиня-черная чешуя была похожа на обсидиан, и блестела в свете луны, вынырнувшей из-за грозовых туч. Остроконечные ростки того же оттенка торчали из спины, подобно заточенным клинкам. Огромный, страшный и… раненый.

Сейчас я уже более отчетливо увидела темное пятно на его боку, – намного темнее цвета его собственного тела. Кровь. Он стремительно истекал кровью и неизвестно, какое ее количество уже успел потерять во время полета, когда ему на длительное время пришлось задействовать спинные мышцы.

Что-то во мне дрогнуло. Этот монстр, который похитил меня, ранил моего лучшего друга, который мог убить меня в любой момент, если бы захотел, сейчас оказался практически беспомощен и тонул в луже собственной крови, испачкавшей листву под ним. Человеческий инстинкт самосохранения боролся с каким-то странным, новым чувством. И этим чувством была… жалость?

– Эй… – тихо позвала я, не зная, зачем вообще все это делаю.

Дракон не шевелился.

Я протянула руку, дрожащую от волнения и неуверенности, и коснулась его чешуи. На ощупь она оказалась холодной и твердой, как камень.

– Эй, ты жив? – повторила я уже громче

И тут он неожиданно шевельнулся. Слабо, но этого оказалось достаточно, чтобы я заметила и отдернула руку, как ошпаренная. Его веки тяжело приоткрылись, и моему взору предстали красивые светящиеся глаза ящера. Небесно-голубые, с васильковыми оттенками, в них словно танцевал калейдоскоп разноцветного стекла всех синих тонов.

Он с опаской воззрился на меня. В этом взгляде больше не было ни ярости, ни жажды крушить – все прежние эмоции вытеснили усталость и страдания от болевых ощущений.

– Ты…

Я опешила. Низкий, хриплый голос, больше напоминающий скрежет трущихся друг о дружку камней, зазвучал в моей голове, словно та воспроизводила чьи-то чужие мысли.

Дракон… Он что, контактирует со мной?

– Ты …жива…

– Да… – ответила я вслух, стараясь говорить как можно более уверенно. – Но не благодаря тебе, монстр.

– «Монстр»..

Он вяло усмехнулся, и из его пасти вырвался слабый стон.

– Я… ранен… – хрипло прошептал ящер. – Не смогу… лететь…

– Знаешь, это твои проблемы, – сразу же отрезала я, хотя в моем голосе не было той злости, какую я хотела в него вложить.

Опустив веки на пару мгновений, он снова посмотрел на меня. Его тяжелое, беспорядочное дыхание склоняло к земле даже крепкие лиственные кустарники.

– Ты… мо… …жешь… помочь… Я… отплачу…

Я замерла в ступоре. Что? Помочь дракону? Сумасшествие! Но… если он и впрямь умрет здесь, действительно ли у меня хватит сил, чтобы вернуться домой? Или я обречена буду на бесцельное скитание в горах, без еды, воды и теплой одежды, да еще и черт знает где? А если он выживет, то, может быть, и правда сможет отплатить мне. Например, наградит кристаллами Забвения, которые так ревностно охранял, и покажет дорогу назад…

– И что же ты можешь мне предложить? – спросила я напрямую, стараясь скрыть волнение.

Ящер закрыл глаза.

– Свободу, – прошептал он. – Минералы… и… драгоценности…

Свобода, минералы и драгоценности. Это именно то, что мне и нужно. То, ради чего я готова была рискнуть своей жизнью, – и рискнула ведь!

– Хорошо, – согласилась я, принимая решение. – Я помогу тебе. Но ты должен сдержать свое обещание и щедро отплатить мне за это.

Он снова приподнял веки и посмотрел на меня с благодарностью.

– Я обещаю. Я… заплачу тебе… сполна.

Именно в этот момент я и поняла, что совершила еще одну непростительную ошибку – заключила сделку с самым ужасным на свете созданием. Заключила сделку с драконом. Причем настоящим, и вполне себе способным общаться с людьми на их языке, пусть и своим, крайне необычным способом.

Я понятия не имела, во что втягиваюсь. Но вот мысль о Каледоне, о сестре, о южном солнце и шепоте волн на мгновение пронеслась в голове, заставив сжать кулаки, тем самым напомнив самой себе, ради чего все это было изначально затеяно.

Я должна выжить, чего бы мне это ни стоило.

Верно. Я непременно выживу. Просто дождитесь меня, Кале, Наяна.

## Глава 3. Сомнительный договор

Заяви я кому-нибудь, что согласилась ухаживать за раненым драконом, люди добрые незамедлительно подняли бы меня на смех. Да наверняка даже не поверили бы моим словам. Но, как в итоге оказалось, в жизни всякое случается. Тебе же остается лишь наблюдать за всем происходящим со стороны и ошалело крутить пальцем у виска.

Зверь отправил меня к пещере Скрытой Пасти, расположенной в ближайших скальных массивах. Путь до них был неблизкий, но легкий и, я бы даже сказала, почти непринужденный в своем преодолении, когда речь заходила о рельефе местности, присутствии смертоносных хищников и погодных условиях.

Моей целью стали все те же кристаллы Забвения. Как оказалось, они служат чем-то вроде «зарядочного устройства» для электрического типа драконов, каким и оказался наш черный ящер. Надо бы чуть позже поинтересоваться у него, что он вообще забыл на этом острове, одиноко плавающем в океане.

Если примерно половина пути до пещеры почти не вызывала у меня никаких трудностей, то оставшаяся ее часть стала сущим кошмаром. Мало того, что тропинка сделалась до невозможности извилистой, из-за чего приходилось кортиком оставлять отметины на деревьях, чтобы так проще было ориентироваться на обратном пути, так еще и подножия самих скал оказались сплошь усеяны острыми камнями, ставшими, как назло, скользкими после прошедшего ливня. Благо луна на небе сияла достаточно ярко, чтобы я могла видеть каждый куст, каждую травинку. И каждый опасно выставленный на меня шип в том числе.

Камни царапали кожу, ветер неприятно свистел в ушах, и вот мои страдания наконец привели меня к нужному месту. Это был узкий проход между двумя огромными валунами, хорошо скрытый от посторонних глаз. Внутри оказалось темно и сыро, а температура по ощущениям была как будто ниже, чем снаружи.

– И это он называет «пещерой»? Совсем не похоже.

Кристаллы нашлись довольно скоро. Они выглядели точно так же, как и те, на какие нам с Каледоном по счастливой случайности удалось наткнуться. Огромные, мерцающие, подобно сгусткам молний, от них исходила странная энергия, покалывающая кожу.

Наверное, единственное отличие между ними было в том, что минералы, лежащие передо мной в данный момент, светились в разы ярче, вынуждая продвигаться вглубь с полузакрытыми глазами, чтобы банально не ослепнуть. Я очень быстро отыскала запрятанный мешок, сшитый из прочной ткани. Один его конец смешно высовывался из небольшого углубления в стене, словно приветствовал меня.

Видимо, дракон заранее позаботился о том, чтобы здесь находилось все самое необходимое. Было понятно, что он делает так уже не в первый раз, но… каким образом? Эта «пещера» по сравнению с ним выглядела такой крошечной, да и сам мешок в том углублении… Все это кажется очень странным. Скорее всего, ящер имеет сообщников среди людей.

Нет, забудь. Это уже не мое дело.

Обратный путь показался вдвое длиннее. Тяжелые кристаллы давили на плечи, уставшие ноги то и дело подкашивались, грозясь свалить меня лицом прямо в грязь, но я упорно шла вперед, снова и снова повторяя себе, ради чего делаю это. Я знала, что от всех последующих решений зависит не только моя жизнь, но и судьба моей младшей сестры.

Когда же я, наконец, добралась до ящера, небо за горизонтом уже начинало окрашиваться в синие и розовые краски наступающего рассвета. Я даже остановилась на несколько минут, сбросив мешок со спины на землю, позволяя себе похрустеть костяшками невыносимо ноющих конечностей и без особого энтузиазма полюбоваться наступлением следующего дня.

– Что ты… делаешь? – Хриплый голос зверя неожиданно прозвучал в голове.

– Любуюсь рассветом, – спокойно произнесла я. – Надеюсь, он у меня не последний. Знаешь… есть люди, которые имеют в своей жизни все, чтобы считаться самыми счастливыми на свете, но они этого не ценят. А кто-то сейчас, вот… радуется приходу нового дня, говоря самому себе: «Я живой».

– Что? Я не… слы… …шу…

Я замолчала, опомнившись. Ну разумеется, он ведь общается со мной путем использования некой «телепатии», если такая вообще существует. А это напрямую говорит о том, что услышать слова человека, находящегося слишком далеко, дракон уже не сможет.

– И как я могла об этом забыть…Чувствую себя полнейшей идиоткой.

– Подойди… ближе… Не… слышу…

Я закатила глаза и взвалила мешок обратно на плечи.

Боже, дай мне сил.

* * *

Ящер лежал в том же положении, что и раньше, не сдвинувшись с места ни на сантиметр, но теперь его дыхание стало еще слабее. Под первыми рассветными лучами мне удалось получше разглядеть его рану, из которой торчало несколько каменные осколков. Она выглядела ужасно. Для меня до сих пор оставалось загадкой, как он вообще, находясь в столь плачевном состоянии, отыскал в себе силы подняться в небо на такую высоту.

Что-то внутри неприятно кольнуло, пробуждая чувство совести. Наверное, не стоило мне так задерживаться… Да, я зла на зверя за все страдания, причиненные им мне и моему напарнику, но я ведь сама согласилась помочь ему. Согласилась спасти его.

– Я вернулась, – негромко оповестила я, опуская мешок с кристаллами рядом с шипастой драконьей мордой.

Он с трудом приоткрыл глаза, которые больше не светились. Большая их часть уже покрылась полупрозрачной белесой пленкой.

– Хорошо, – прохрипел дракон. – Положи… их… на меня.

Ощущая какую-то долю неловкости, я принялась послушно выкладывать минералы на его мощное тело. Они мерцали и искрились, словно живые, испуская слабые электрические разряды, – но, к моему счастью и облегчению, не могли причинить мне никакого вреда из-за врожденной устойчивости к громовой стихии.

В какой-то момент ящер задрожал. Когда последний кристалл коснулся его чешуи, неожиданно раздался оглушительный треск, и все тело дракона окуталось голубым сиянием, словно его ударила вспышка молнии. Я испуганно отшатнулась, закрываясь рукавами от слепящего света.

Сильно запахло озоном и чем-то еще. Чем-то едва уловимым, похожим на догорающие угли. Воздух наэлектризовался до предела. Каждой частичкой головы я ощущала, как мои волосы встают дыбом. Зверь издал протяжный рев, полный боли и силы, постепенно возвращающейся к своему хозяину.

Я отвела руки, чтобы взглянуть на него, и обомлела. Его раны… они начали затягиваться прямо на глазах. Напитанная электрическим током чешуя заблестела, точно отполированная, а большие голубые глаза вспыхнули ярче прежнего.

– Работает, – прошептала я с нарастающим облегчением.

А затем, вымотанная морально и физически, упала на землю без чувств.

* * *

Меня мучал кошмар. Кошмар, в котором Наяна, беспомощно протянув руку, летела прямо в пропасть, раззявившую свою огромную черную пасть. Недолго думая, я прыгнула следом за ней, стремясь схватить, прижать к себе. Но стоило лишь коснуться пальцами подола ее коричневого платья, как та сразу же исчезала, словно ее и не было никогда в этом страшном месте.

Я продолжала стремительно падать, но тут мрак пропасти стал деформироваться, принимая облик дракона. Зверь обнажил тысячу острых клыков, голубые радужки его глаз налились кроваво-красным. Откуда-то снизу, с самого дна пропасти, начал стремительно сгущаться и подниматься вверх алый дым. Со всех сторон слышались неразборчивые разговоры людей, детский смех и чьи-то отчетливые мужские всхлипы.

Я закричала.

Мои глаза испуганно распахнулись, но уже спустя мгновение я неприятно поморщилась от яркого света, падающего на меня откуда-то сверху. Ноющее тело лежало на чем-то твердом и шершавом, и этот «матрац» явно не был любезно предоставлен пятизвездочным отелем.

Что-то здесь не так. Почему мое местоположение изменилось?

Все мышцы кричали о протесте, а ребра, казалось, были сломаны, – и тем не менее, мне удалось сесть. Осторожно ощупав себя, я обнаружила несколько синяков и ссадин, но, к счастью, ничего серьезного.

Окружение напоминало очередную пещеру, но на сей раз не похожую ни на одну из тех, в каких мне довелось побывать ранее. Эта оказалась гораздо больше и глубже, с высокими сводами и причудливыми каменными образованиями, похожими на колонны и небрежно высеченные статуи. Свет проникал через небольшое отверстие в потолке, охватывая львиную долю помещения. В остальном же царил полумрак, добавляя обстановке некоего зловещего очарования.

– А где… дракон? – задала я вопрос шепотом в пустоту, хрипло и неуверенно. Воспоминания о недавней «процедуре лечения» и обмороке накатили одной большой волной, заполняя все пробелы в сознании.

Внезапно что-то зашевелилось в тени, и мое сердце бешено заколотилось. Я вскочила на ноги, несмотря на новую вспышку боли в теле, и приготовилась защищаться своим коротким ничтожным кортиком, кому бы ни пришлось сейчас противостоять.

Из тени вышел… мужчина.

Высокий, широкоплечий, с длинными черными волосами, спадающими на грудь. Он был одет в простые кожаные штаны и темную рваную накидку, сшитую из грубой ткани, скрывающую все его тело. Но особое внимание к себе привлекали вовсе не его одежды, а рога. Крепкие, зигзагообразные и закрученные верх, они торчали из головы, прямо как у какого-то животного. И эти глаза… Глубокие, пронзительные, ярко-голубого цвета. В них читалась древняя мудрость, но в то же время сразу становилось ясно, что эти глаза – глаза смертельно опасного хищника, от которого лучше держаться подальше.

Он показался мне смутно знакомым, но тревоги это не убавило. Я начала пятиться назад, пока не уперлась спиной в каменную стену.

– Кто ты?

Спустя пару секунд молчаливого разглядывания моего лица, бледнокожий мужчина холодно усмехнулся.

– Как грубо. Что же, совсем меня не узнаешь? – Его голос был низким, бархатным и спокойным, но в нем совершенно точно чувствовалась угроза. – Ты можешь звать меня Нафирос. Я тот, кому ты еще недавно спасла жизнь.

Я недоуменно моргнула.

– Ты… т-ты что, тот грозовой дракон? – Поверить в услышанное было тяжело.

Назвавший себя Нафиросом кивнул, и радужки его глаз вспыхнули голубым.

– Верно. Неужели это тебя удивляет?

– «Удивляет»? Да я в жизни не встречала говорящего дракона, который превращается в человека! И самих драконов видела крайне редко, причем лишь издалека! Это… это невозможно!

Принявший человеческую форму ящер подошел ближе. От нарастающей тревоги мое сердце забилось еще быстрее. Я осознавала, что теперь он полностью восстановил свои силы, а значит, может прикончить меня в два счета, наплевав на дарованное обещание. Он был невероятно высоким, гораздо выше меня, и одно лишь его присутствие подавляло.

– В этом мире возможно все, человек. Особенно для тех, кто обладает сверхъестественной силой, – произнес он почти ласково, но я не поверила его фальшивому тону.

– Ты обещал отпустить меня живой и невредимой, даровать свободу, – напомнила я уже увереннее. – А еще… наградить кристаллами и другими драгоценностями.

Я тяжело сглотнула. Нужно быть сумасшедшей, чтобы, будучи зажатой в угол, как мышь, заявлять о подобном такому чудовищу. Похоже, что за последние несколько часов я окончательно растеряла оставшиеся крупицы здравого смысла.

– Разумеется, я помню о нашем уговоре. – Мужчина отстранился, после чего отвернулся и направился куда-то в сторону плохо освещенного пространства.

Где-то внутри перевернулось неприятное предчувствие.

– …Но?

– Видишь ли… Я был несправедливо изгнан из своего клана.

Я нахмурилась.

– «Изгнан»? Вот так просто? Но за что?

Дракон остановился в темноте и развернулся ко мне. Его глаза излучали пугающее сияние, освещая заостренные черты скуластого лица. Он галантно приложил ладонь к сердцу и поклонился.

– Пожалуй, мне стоит начать с самого начала. Позволь представиться, я – принц королевства Каменных Шпилей и наследник клана Грозовых Штормов, который по наступлению совершеннолетия должен был короноваться, дабы занять престол отца, как того и требуют законы Мудрейших. Законы… – По его лицу скользнула тень. – Все шло как надо ровно до тех пор, пока мой «дорогой» дядя, Рокхольт, не принял решение отправить меня в мир людей, чтобы искупить вину за… несоответствие.

– «Несоответствие»? – переспросила я, не совсем понимая, о чем он говорит.

Ящер устремился к колоннам. Он словно прогуливался в окружении садовых цветов. Все это время я не сводила с него осторожного взгляда, внимательно наблюдая.

– Каждый дракон за отведенное ему время должен отыскать ту, с которой он сможет продолжить свой род. Таких наши Мудрейшие называют «Истинными». Чаще всего этих женщин ищут в других мирах, прямо противоположных нашему, Алагрону. – Замерев на месте, он вполоборота развернулся ко мне. – Я не справился с поставленной задачей. Не нашел никого, кто был бы мне предназначен «самим великим Хранителем Ростигаром». А дядя, он… бессовестно воспользовался этим и захватил трон. Склонил аристократию на свою сторону, заставив тех поверить в мою «некомпетентность». Меня изгнали, лишили всего, что принадлежит мне по праву.

Я смотрела на него и молчала, переваривая услышанное. Принц… изгнанник… и я, воровка и контрабандистка, оказались вместе в его пещере. Какая ирония судьбы, однако. Звучит прямо как анекдот.

– И что же теперь? Ты будешь жить здесь вечно, в одиночестве?

Он отрицательно качнул головой.

– Нет. Я вернусь. Я заполучу обратно все то, что у меня так несправедливо отняли.

Я невольно огляделась. Где-то в углу пещеры дрожала паутина, потревоженная ветром, проникающим внутрь.

– А… как ты это сделаешь? – полюбопытствовала я. – Ты же, вроде как, один.

Мужчина посмотрел на меня. Радужки его глаз снова на мгновение полыхнули огнем.

– Не один. – Он медленно устремился в мою сторону. – Теперь у меня есть ты.

Я изумленно вскинула брови. Что-то мне совсем не нравится то, куда неумолимо склоняется наш с ним разговор…

– Я? Но каким образом я могу тебе помочь? Я всего лишь человек, кроме того – мелкая воришка, и уже вроде бы сделала все, что было в моих силах.

Нафирос остановился в нескольких шагах от меня, изучая мое лицо своим пронзительным взглядом с вертикальными зрачками-щелками.

– Ты нужна мне. – Отчего-то его слова прозвучали как приговор. Спустя пару секунд он задумчиво добавил: – Это довольно сложно объяснить. Скажем так, у нас с тобой… особая связь.

Я нахмурилась.

– Какая еще «связь», дружище? Ты схватил меня, как крысу, и утащил в свою берлогу. Это ты называешь связью?

Дракон усмехнулся.

– Нет, нет. Все было совсем не так. Ты ошибаешься, человек. Наша связь… она… гораздо глубже, чем ты можешь себе представить.

Он подошел ближе. Длинная, бледная кисть его руки вынырнула из-под слоев верхней одежды и потянулась к моим влажным каштановым волосам. Перед взором предстали когти, большие и черные. Я почувствовала, как накатывающая паника сковывает мое тело.

– Ты. Ты моя Истинная.

* * *

Я отшатнулась от него, словно от удара. В голову в ту же секунду хлынула новая порция адреналина.

– Да у тебя явно поехала крыша! – Издав нервный смешок, я указала на мужчину пальцем. – Я контрабандистка, воровка! А не какая-то там принцесса, предназначенная тебе Росто-кем-то-там! Ясно? Понятия не имею, о чем ты говоришь, и не хочу.

– Это неважно. Ты та, кого я ждал уже очень долго. – Голос Нафироса был непреклонным. – Хранителю Ростигару безразлично твое происхождение. Ты моя, и это все, что имеет значение.

Некоторое время побродив кругами по пещере, я остановилась и раздраженно потерла переносицу. Все услышанное перемешалось в голове в какую-то липкую кашу, разделить которую сейчас не представлялось возможным.

– Так, ладно, подожди… – Я шумно сглотнула и приложила усилия, чтобы усмирить панику, бушующую внутри. – Ты говоришь, что я – «та, кого ты так долго ждал». Твоя «Истинная». Но… я ведь тебе ни капли не подхожу. Н-ну ты только взгляни на нас!

– Подходишь, – возразил дракон. – Ни Хранитель, ни Мудрейшие никогда не ошибаются. Судьба свела нас вместе.

Уставившись в пол расфокусированным взором, я покачала головой, пребывая в некой прострации. Сосредоточиться не получалось абсолютно ни на чем.

– Должно быть, это какая-то ошибка. И я не верю в судьбу. Я верю только в то, что вижу своими собственными глазами.

– Тогда тебе стоит посмотреть в мои.

Я недоуменно развернулась к дракону, который стоял уже в метре от меня. Когда он успел подойти так близко? Почему я не услышала его шагов?

– Посмотри, и ты увидишь всю правду, – повторил ящер, на сей раз практически уничтожив расстояние между нами.

Я заглянула в зеркальные радужки его глаз, те полыхнули голубым огнем. Мое сердце бешено стучало в преддверии чего-то, что наверняка ни на шутку перепугало бы меня, но… в отражении двух синих огней я увидела только себя. Все еще живую, но слабую и напуганную. В сознании почему-то неожиданно всплыл образ Нафироса в драконьем обличии, когда мы еще находились в пещере. Тогда я не могла оторвать от него взгляда. У меня получилось сделать это только благодаря Каледону.

Сейчас я тоже оказалась не в состоянии посмотреть куда-то еще. Мой взор был прикован к красивому лицу дракона с острыми, хищными чертами, и отвести глаза в сторону первой казалось мне на инстинктивном уровне чем-то неправильным, чужеродным.

Мужчина опустил веки, а вместе с этим действием рассеялась и невидимая магическая дымка, удерживавшая фокус моего внимания. Я что-то чувствовала каждой клеточкой своего тела, что-то очень странное, незнакомое ранее. И не могла придумать никакого разумного объяснения возникновению этого странного ощущения.

– И ч-что же ты предлагаешь? – спросила я, неловко отводя взгляд. – Чего хочешь от меня?

– Я предлагаю тебе сделку, человек, – спокойно ответил он. – Я вернусь вместе с тобой в королевство Каменных Шпилей и предъявлю тебя как свою Истинную, после чего верну себе трон. Ты нужна мне как символ. Как доказательство того, что я выполнил волю Хранителя и достоин править. Как… оружие против моего дяди.

Я? «Оружие»? Звучит довольно интересно. Но если одно лишь мое присутствие и впрямь поможет ему добиться желаемого, тогда… почему бы не попробовать?

– Получу ли я взамен свободу, когда ты достигнешь всех своих целей?

– Не сомневайся в этом. Как только все закончится, ты вольна будешь идти куда захочешь, с полными карманами золота.

– Карманов будет маловато так-то, – пробормотала я себе под нос и только спустя пару мгновений поняла, что случайно озвучила свои мысли вслух.

Нафирос криво усмехнулся.

– Верно. Ты сможешь забрать столько золота, сколько душе твоей будет угодно.

Я взглянула на дракона.

– А если ты проиграешь?

Выражение его лица тотчас же сменилось строгим равнодушием.

– Я не проиграю, – заявил он уверенно, а от былого спокойствия и мягкости в голосе ничего не осталось.

Я задумалась. Сделка была рискованной, но она хотя бы давала мне шанс – шанс на лучшую жизнь для нас с сестрой. И шанс вырваться с этого проклятого острова в том числе. Мне… всего лишь нужно предстать перед драконьей аристократией, держа своего «дражайшего возлюбленного» под руку, и позволить ему назвать меня своей «Истинной». Звучит не сложно. Никто ведь не попытается убить меня там из ревности к этой рептилии, правда же?

Правда?..

– Н-ну хорошо, – неуверенно согласилась я, тяжело выдохнув. – Считай, что я принимаю условия.

Нафирос кивнул, и в его глазах мелькнуло нечто похожее на… облегчение?

– Тогда собирайся, мы вылетаем на рассвете следующего дня.

– «Собираться»? – Я демонстративно огляделась. – Не припоминаю, чтобы имела при себе что-то помимо одежды для пещерных вылазок.

– Я предоставлю тебе все необходимое, – заверил дракон и почему-то поспешил отвернуться, когда я показательно оттянула свою белую рубаху на пуговицах, на которой «красовались» дыры и прилипшая грязь. – А сейчас… сейчас отдохни. Нам предстоит долгий путь.

Вскоре он вышел из пещеры, оставив меня одну. Я снова опустилась на холодный камень, закуталась в меховую шкуру неизвестного животного, лежащую неподалеку, и закрыла глаза, облокотившись о стену.

И вот мы вновь заключили сделку. Сделку, которая изменит наши жизни навсегда. Сделку, в которой каждый из нас четко преследовал свои цели. Он – вернуть себе трон, а я – получить свободу и богатства в обмен на помощь ему. И тем не менее, краем сознания я прекрасно понимала, что здесь все окажется не так-то просто: в этой игре присутствует множество несостыковок, много чего неясного. Дракон уже обманул меня однажды, пообещав наградить золотом и отпустить сразу же, как только его жизнь окажется спасена, и что в итоге? В какую еще игру, правила которой я не знаю, он попытается затащить меня на этот раз?

Ты уж извиняй, рогатый, но я тебе ни капли не верю. И если еще хоть единожды проявлю слабость, то наверняка пропаду. А я должна выжить. Выжить ради тех, кто мне дорог и ждет моего возвращения.

Я заберу свое золото, и никто меня не остановит. Даже этот ящер.

Каледон… как ты там, дружище? Я так волнуюсь.

## Глава 4. Королевство Каменных Шпилей

После хорошего сна, весь остаток дня я провела, залечивая раны и ссадины. Ради поиска всех необходимых материалов в виде трав и грязевых масс пришлось по-настоящему попотеть, а в какой-то момент даже подключить Нафироса, но оно того стоило. Признаться, я немного завидовала ему: достаточно было разложить вдоль его тела кристаллы Забвения, как чешуя тотчас же впитала всю их силу в себя, тем самым ускоряя регенерацию своего владельца и отводя от него саму смерть.

Люди такого чуда сотворить не могут. По крайней мере, пока.

На следующее утро, когда диск солнца еще даже не коснулся неба, в пещеру вернулся дракон и разбудил меня, напомнив, что пора приступать к приготовлениям к полету. И если еще вчера я чувствовала какое-то воодушевление от предстоящего, то сейчас ощущала внутри себя лишь головную боль, панику и слабую тошноту, стремительно подступающую к горлу. А еще дрожала от утреннего озноба, как осиновый лист.

Полет в королевство Каменных Шпилей, которое, судя по всему, на полном серьезе находится в каком-то ранее неизведанном «другом мире», казался чем-то нереальным. Сном, что вот-вот развеется, когда Каледон приблизится и шутливо толкнет меня ботинком в бок, после чего начнет упрекать, что я опять задремала у входа в пещеру. И причитать, что он с удовольствием оставил бы меня здесь одну, уснувшую, на съедение диким животным, бродившим по округе, – да вот только «совесть не позволяет» так со мной поступить.

Казалось, еще вчера мы с ним, будучи подростками, воровали продукты с городского рынка, чтобы прокормить своих младших. А потом… потом все как-то неожиданно закрутилось, завертелось, и маленькая «шалость» переросла в полноценную контрабанду магических кристаллов с целью дальнейшего выживания.

Зная приятеля, я ни на секунду не сомневалась в том, что Кале жив. Рана на теле этого крепкого парнишки оказалась недостаточно серьезной, чтобы свалить его с ног. Наверняка он сейчас сидит в своей комнате, у кузнеца, который когда-то очень давно приютил его в обмен на помощь с добычей минералов, и тщательно раздумывает над тем, как бы меня спасти.

Мы дали друг-другу обещание заботиться о наших младших, что бы ни случилось. Уверена, что и он, и Наяна продержатся до моего возвращения.

А пока необходимо сосредоточиться на собственном выживании. Сегодня я должна исполнить роль Истинной грозового дракона, чтобы помочь ему вернуть трон. И при всем при этом попытаться не умереть в первый же свой день в другом мире.

Неподалеку от пещеры протекал ручей, впадающий в небольшое озеро, окруженное пихтами и соснами. После всей прилипшей к телу пыли и металлического запаха драконьей чешуи, вид журчащей воды показался мне спасением.

Раздевшись, я, недолго думая, нырнула в самый центр. Вода обжигала раненую кожу, смывая не только грязь, но и весь страх и усталость прошедших часов. Я терла ее докрасна, стараясь не касаться тех мест, где виднелись саднящие ушибы.

Когда выбиралась на берег, обмотавшись любезно предоставленной тканью, дракон уже ждал меня неподалеку с неизвестным свертком в руках. Вручив его, он поспешил удалиться. Свертком оказалось платье, – и не просто платье, а, как по мне, самое настоящее произведение искусства: длинное, из переливающегося шелка персикового цвета, расшитое серебряными нитями и жемчугом. Будучи выросшей в городском квартале для бедных, я никогда в жизни не встречала ничего подобного.

Я расправляла каждую образовавшуюся складку осторожно, словно ткань могла вот-вот рассыпаться от моих прикосновений. На ощупь платье оказалось невероятно мягким и легким, и, немного неуклюже натянув его через голову, я ощутила себя совершенно другим человеком. Складывалось необъяснимое впечатление, будто где-то в далеком прошлом мне уже приходилось надевать нечто похожее.

– Тебе идет, – сказал Нафирос, появляясь из-за деревьев. В его голосе прозвучало непривычное слабо промелькнувшее восхищение.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам.

– Спасибо… – Я отвела взгляд, чтобы скрыть смущение. – Ну так… и что мне теперь делать? Мне ведь никогда в жизни не доводилось летать на драконе или просто притворяться аристократкой в высшем обществе.

Мужчина усмехнулся, и эта усмешка, как всегда, вызвала у меня противоречивые эмоции.

– Тебе не нужно притворяться, человек. Просто будь собой. А летать… это в крови каждого дракона. Не волнуйся, я о тебе как следует позабочусь.

– Ария.

Ящер уже хотел было развернуться и уйти, но остановился.

– Что?

– Мое имя – Ария, – повторила я. – Не «человек».

Нафирос молчал. Уже через секунду его губы растянулись в странной хитрой улыбке, глаза сощурились.

– Непременно запомню.

* * *

Когда последние приготовления были полностью завершены, я вышла из пещеры со старой доброй сумкой наперевес. Понятия не имею, насколько нелепый вид она создавала в сочетании с нежным платьем аристократки, украшенным драгоценностями, но оставлять ее здесь я ни за что не собиралась. К счастью, ящер не сказал мне ни слова по этому поводу. Более того, он уже принял свою изначальную «драконью ипостась» и теперь просто сидел, грея шипастую спину под первыми лучами рассветного солнца.

Заметив меня, он расправил одно кожистое крыло и растянул его на траве, как бы указывая прямым текстом, что по нему мне сейчас и предстоит забираться наверх.

– А я не соскользну с него? – поинтересовалась я неуверенно, сделав свой первый осторожный шаг. Пальцы инстинктивно вжались в ремень сумки до побелевших костяшек пальцев, словно ища у той защиты.

– Нет, Ария. Я не лягушка, – спокойным тоном заверил новый напарник. – Смелее. Не бойся.

Принимая во внимание мою сомнительную профессию, связанную с постоянным карабканьем по скалистым местностям, я на полном серьезе решила, что уже давно пересилила тот страх высоты. Как оказалось, я ошиблась. Спустя еще пару-тройку шагов мои ноги окончательно одеревенели, не в силах продолжить путь.

– Когда детенышу дракона исполняется месяц, предводитель клана сбрасывает его вниз с обрыва, – как ни в чем не бывало произнес ящер.

Я ошарашенно уставилась на чешуйчатую морду.

– Что ты мне сейчас за ужасы рассказываешь?

– Это не «ужасы». Это жизнь. Если будущий наследник клана окажется недостаточно силен и решителен, его дальнейшие действия могут погубить весь род. – Зверь перевел взгляд на меня. – У вас, людей, разве не так же? Сильные не потешаются над слабыми, а слабые, собрав в себе всю волю воедино, не стремятся превзойти своих обидчиков и стать лучшей версией себя?

Я замолчала. Нафирос был прав, в этом мы с драконами определенно похожи.

– Да. Да, все так и есть, – устало выдохнула я. – Скажи, а те детеныши… что с ними стало?

В голове раздался тихий хриплый смех.

– Они взлетели. Я был одним из них.

Впервые за долгое время я позволила себе улыбнуться. Он старался поддержать меня, пусть и по-своему. Ну что ж… может, этот дракон не такой уж и плохой, как я о нем изначально думала. Однако это все равно не умаляет его вины за содеянное со мной и моим другом.

– Хорошо. Приготовься, я взбираюсь!..

* * *

В животе все сжалось в тугой узел страха, когда Нафирос расправил свои гигантские, переливающиеся всеми оттенками ночи крылья. Огромные, как корабельные паруса, они взметнули вихрь воздуха вокруг нас, поднимая вверх столбы пыли и раскидывая мелкие камни. Я испуганно вцепилась в его крепкую чешую, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди, отсчитывая последние секунды моей прежней жизни.

– Держись крепче, «воровка», – прорычал в голове голос ящера. – Если упадешь, вряд ли я сумею безопасно поймать тебя.

– Очень любезно с твоей стороны, – нервно усмехнулась я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. – А ты уверен, что твои крылья, также получившие ранения, вообще меня выдержат? Мы, конечно, залечили их, но все же!..

Дракон промолчал, и это молчание стало хуже любого ответа. А в следующий миг мы стремительно взмыли в воздух, и я завопила, что было мочи. Но завопила скорее не от страха, а… от восторга. От адреналина, разом хлынувшего в голову. Ощущения оказались просто непередаваемыми – словно я парила в невесомости, в то время как где-то далеко внизу, прямо под нами, простирался до боли знакомый мир, который я никогда прежде не видела с такой высоты.

Лес превратился в пушистый зеленый ковер, реки обратились серебряными нитями, мерцающими на солнце, а горы – большими каменистыми великанами, мирно спящими под синим покрывалом небосвода. Ветер неистово свистел в ушах, обжигал щеки, но я никак не могла отвести взгляд от вырисовывающейся картины.

– Мы проходим воздушную завесу, разделяющую миры, – предупредил Нафирос. – Этот процесс может показаться неприятным, поэтому лучше закрой глаза.

Тотчас же отбросив рвущуюся наружу мысль «а что, если?..», я послушно зажмурилась – да так крепко, что заболели верхние веки – и принялась ждать. Подхваченные потоком магического порыва, от соприкосновения с которым всю мою кожу начало покалывать, мы неожиданно ускорились, потом еще раз и еще. В какой-то момент скорость полета сделалась настолько невыносимой для моего тела, что я инстинктивно склонилась к драконьей спине, вжимаясь лицом в ее чешую.

Все прекратилось спустя пару мгновений. Воздух выровнялся, где-то вдалеке засвистели птицы, но я по-прежнему не решалась предпринять каких-либо действий, пока Нафирос молчал.

Его голос заставил меня испытать облегчение:

– Смотри.

Я осторожно приоткрыла сначала один глаз, затем другой. От увиденного тут же перехватило дыхание. Синевато-черный небосвод, в котором мы тонули, украшали тысячи ярких звезд разной величины. Полупрозрачные белые облака, освещенные луной, казались настолько мягкими, что их невольно хотелось коснуться, а между ними тот тут, то там неспешно проплывали безмятежно парящие островки темной земли, покрытые светящейся голубой травой. На каких-то из них росли роскошные витиеватые деревья или цветы причудливой формы, а с каких-то вниз струились шумящие водопады.

Впереди, высоко в горах, возвышалось несколько огромных городских построек из черного камня и золота, украшенных изящными башнями и куполами. Я видела проглядывающие силуэты широких мостов с высокими узорчатыми перилами, что простирались над мерцающими под луной озерами и, судя по всему, служили соединением улиц разных частей города.

В небе кружили драконы всех окрасок и размеров, но большая их часть по цвету своего тела все же напоминала самого Нафироса. Прорезая крыльями воздушное полотно, они летали свободно и грациозно, словно играли в этих небесных потоках. Некоторые из них несли на своих спинах всадников.

Это зрелище было просто невероятным. Мир, отличимый от нашего, человеческого, о пребывании в котором я даже и представить себе не могла. Мир, в который я прилетела, чтобы сыграть свою роль. И я не знала, чего мне еще предстоит от него ожидать – восхищения, опасности или разочарования.

– Красиво, правда? – В голосе дракона явно слышалась гордость.

– Очень, – охотно согласилась я, не отрывая взора от танцующих над головой рептилий. – Неужели это то самое королевство Каменных Шпилей, о котором ты говорил? Место, откуда тебя изгнали?

Ящер слегка повернул голову, чтобы взглянуть на меня своим светящимся голубым глазом.

– Нет, еще нет. – Он снова отвернулся, на этот раз прибавляя скорости полету. – Королевство вон там, далеко впереди.

Отчего-то после его слов тот вырисовывающийся город неожиданно перестал вызывать у меня прежнее восхищение. Завидев сверкнувшую на мгновение молнию, прямо как в самых страшных книжных сказках, я тяжело сглотнула.

– Знаешь, оно… выглядит как-то не очень дружелюбно… – Я криво улыбнулась, ощущая, как изнутри опять поднимается тревога.

– Не забывай о нашей сделке, Ария, – строго напомнил зверь. – Ты должна исправно сыграть роль моей Истинной, и тем самым помочь мне вернуть трон.

– Я ничего не забыла, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более уверенно. – Ты получишь свою корону, а я – свободу, золото и обещанные тобою кристаллы Грозовых Штормов. Все честно.

Дракон тихо хмыкнул.

– Эй, что смешного ты нашел в моих словах?

– Ты, воровка и контрабандистка, говоришь о честности?

– Я говорю о том, что мы оба хотим получить свое, – равнодушно парировала я. – И если продолжим придерживаться установленных правил, то все обязательно получится.

Нафирос ничего не ответил, и я неожиданно почувствовала, как между нами снова нарастает какое-то напряжение. Пока еще слабое, но кто знает, во что оно может перерасти в будущем? Конечно, я догадывалась, что несмотря на «потепление» наших партнерских отношений в чем-то, он все-таки не доверяет мне. Что ж… и правильно делает, ведь это вполне взаимно.

Появись у меня возможность обвести дракона вокруг пальца, – точно также, как тот обошелся и со мной, – так бы я непременно и поступила.

– Мы почти у цели, – оповестил ящер. – Приготовься. Вероятно, тебя начнут рассматривать.

– «Рассматривать»? – недоуменно переспросила я. – Как… диковинную зверушку, что ли?

– В каком-то смысле, так и есть. Все дело в том, что ты первая простолюдинка-человек, которая заявится во дворец в качестве Истинной грозового дракона.

От его слов меня неожиданно бросило в жар, заставляя еще сильнее разнервничаться. Все эти ящеры… они же не сожрут меня на месте, если я им по какой-то причине не понравлюсь? Как вообще драконья аристократия может отнестись к представлению человеческой девушки, в прошлом и настоящем которой… не все было так радужно, скажем?

– Что я должна делать? Как вести себя с твоими «милыми родственничками»?

Нафирос издал нервный смешок. Было видно, что он тоже волновался, пусть и не так сильно, как я.

– Будь собой. Просто будь собой и не забывай о том, кто ты есть.

– И кто же я? Пленница? Или Истинная?

Напарник ответил не сразу. Повернув шипастую голову, он смотрел на меня долгим, изучающим взглядом, словно пытаясь разгадать какую-то тайну, написанную у меня на лице.

– Ты – Ария, – наконец ответил он. – И этого вполне достаточно.

Я замолчала, не найдя, что ответить. По какой-то причине эти слова задели меня за живое. Не знаю, почему, но в этот момент я остро ощутила, как что-то меняется внутри меня. Может быть, это пребывание в другом мире оказывало какое-то влияние на мою сущность, а может, я начинаю видеть в Нафиросе не только дракона и будущего короля, но и… обыкновенного человека?

Я уже хотела было попытаться продолжить разговор, чтобы не сидеть весь оставшийся путь вот так, в неловкой тишине, как вдруг уловила боковым зрением странный блеск и замерла. Справа от нас, стремительно вынырнув из-за облаков, появился еще один дракон, – но на вид он был не таким мрачным и угрюмым, как мой напарник, а скорее наоборот. Этот был… неземным. Золотая чешуя сияла в холодном свете луны, подобно тысячам маленьких солнц, поднимающимся из-за горизонта, а яркие алые радужки глаз горели, точно два рубина. Он словно кружился в вальсе, совершая плавные, полные утонченности движения, как пловец в своей водной стихии.

– Потрясающе, – вырвалось у меня вместе с восхищенным вздохом, и я почувствовала, как Нафирос подо мной начинает издавать тихое раздраженное рычание.

– Только его здесь не хватало, – проворчал ящер. – Ария, не смотри на него. Просто игнорируй.

Дракон кружил в небесной глади, как будто нарочно хвастаясь своей невообразимой красотой. Он купался в падающем на него сиянии, и каждое его движение казалось гипнотическим. Сколько наблюдала за этими крылатыми созданиями издалека, но никогда прежде я не встречала ничего подобного. Думала, что они – носители страха, отчания и разрушения. Но этот… этот скорее представал воплощением самой красоты и безграничной свободы.

Нафирос сдвинул вниз чешуйчатые веки, нахмурившись.

– Он просто пытается привлечь внимание. Не давай ему этого внимания. Слышишь? Он опасен.

– «Опасен»? Почему? Он же ничего не делает. Похож на обыкновенного танцора на вечерней сцене. У людей такие тоже есть.

Приятель тяжело выдохнул с какой-то рычащей хриплой злобой.

– Просто поверь мне.

Я мысленно пожала плечами, готовясь отвернуться, но в какой-то момент заметила, что взор обладателя золотой чешуи теперь тоже был направлен на меня. Наши взгляды встретились. В это мгновение, казалось, ярко-красные глаза дракона пронзили меня насквозь, заглянули в самую душу. В них не читалось никакой угрозы, только… любопытство? Понять с такого расстояния было тяжело.

Время будто замедлилось. Он продолжал кружить вокруг нас, изучая, но, похоже, натолкнувшись на мое настойчивое игнорирование, ему это в итоге надоело. Навернув еще пару воздушных кругов, он скрылся за облаками, словно его и не было.

– Кто это такой? – поинтересовалась я у Нафироса, все еще пребывая в восторге и легком недоумении.

Тот промолчал, лишь ускорив полет. Я чувствовала, как сильно он напряжен, как что-то нехорошее кипит внутри этого мощного чешуйчатого тела.

– Никто. Абсолютно. Забудь о нем, – пробубнил он наконец. – Этот выскочка – всего лишь отвлекающий маневр. Нам необходимо сосредоточиться на том, что ждет нас впереди.

«Забудь»? Проще сказать, чем сделать. Переливающийся золотом ящер и его огромные глаза-рубины врезались в память, как самая настоящая заноза. Интересно, я его еще увижу?

Вскоре впереди показались гигантские арочные ворота, вырезанные прямо в скалах, на которых и находилось само королевство. По обе стороны от них стояли две черные колонны с редкими золотыми узорами, на поверхности которых были высечены увековеченные камнем сражения между драконами и крупными человекоподобными существами с длинными заостренными ушами и овальными панцирями на спинах. Похоже, что этот волшебный мир тоже в прошлом сотрясали военные конфликты, и не один раз.

Пересечение ворот тоже оказалось делом не из приятных. Ветер неожиданно усилился, закладывая уши, а чешуя Нафироса под моими руками превратилась в грубую наждачную бумагу, неприятно трущуюся об кожу. Я крепче вцепилась в его спину, замечая, как мускулы рептилии все сильнее напрягаются с каждым новым взмахом крыльев. Мы летели высоко, так высоко, что земля внизу казалась расплывчатым пейзажем, нарисованным ребенком.

– Я больше не могу! Воздух!.. Меня… меня сейчас раздавит! – Закричала я сквозь ветер, не в силах наполнить легкие кислородом. В груди появилось сильное чувство жжения.

– Мы почти прилетели, потерпи еще немного, – подбодрил приятель.

Секунда, пропитанная болью и страхом, и вот меня наконец отпустило. Я жадно вдохнула, из-за чего тут же закашлялась. Нет, все-таки полеты на такой пугающей высоте – не для меня.

Когда мы приблизились к самым подступам раскинувшихся городских построек, я увидела высоких, широкоплечих стражников в иссиня-черных доспехах, на поблескивающей поверхности которых мерцали редкие узоры, напоминающие своим видом неизвестные древние символы. Едва заметив, нас, они синхронно выстроились в две линии, сжимая латной перчаткой темное древко копья со светящимся ромбовидным наконечником. Время от времени по его поверхности с характерным звуком пробегали короткие разряды электричества.

Нафирос приземлился у подножия позолоченной арки, и я, стараясь не показывать своего волнения перед представителями другой расы, с высоко поднятой головой неуклюже сползла по его огромному крылу. Как это зрелище выглядело со стороны, даже знать не хочу.

Земля под ногами казалась неустойчивой, воздух – разреженным. Мимо проходили простые жители, перешептывались, кто-то даже позволял себе бессовестно тыкать в мою сторону пальцем. Что ж, это и неудивительно, учитывая, что я – человек. Чужачка, которую они никогда не видели раньше, и какую вполне можно принять за угрозу.

Прибывающие дворцовые подданные, одетые в шелка и бархат, смотрели на меня с любопытством и слабо проглядывающимся презрением. Но больше всего меня неприятно поразил пожилой седовласый дворецкий, худой и чопорный мужчина во фраке с острым носом и пронзительным взглядом серых глаз, который рассматривал меня так, словно я оказалась грязью, прилипшей к его подошве.

Какие милые «люди». Надеюсь, они не сбросят меня с вон той возвышающейся башни в первую же ночь.

Главный управляющий шагнул вперед и низко поклонился. Мельком глянув на Нафироса, я увидела, что он уже принял свой прежний человеческий вид.

– С возвращением, Ваше Высочество. Мы ждали Вас. А… это?.. – Он пренебрежительно окинул меня взглядом с головы до пят. – Что это за существо рядом с Вами, мой принц?

Приятель встал передо мной, заслоняя меня своей огромной фигурой. – Это Ария. Она моя… – Он запнулся, тщательно подбирая слова. – …моя спутница.

Дворецкий сдвинул пышные седые брови.

– «Спутница»? Но… Вы же знаете правила, принц. Ваша «спутница» должна быть…

– Верно, Андрелис. Я прекрасно осведомлен о взводе правил Мудрейших, – перебил мужчина, его голос был холоден как лед. – И я собственнолично выбрал ее. Теперь проводите нас во дворец.

Тот помедлил, словно не веря своим ушам. Но затем, склонив голову, все же уступил.

– Как пожелаете, Ваше Высочество.

Он махнул рукой, и стражники расступились, открывая путь в самую глубь города. Я зашагала следом за Нафиросом, стараясь держать спину прямо, даже несмотря на слабую дрожь в коленях. Все это время я ни на секунду не переставала ощущать на себе взгляды всех присутствующих.

Этот красивый, сверкающий, холодной мир… Потрясающий, но крайне недружелюбный к тем, кто заявляется на его территории без специального на то разрешения. И я солгу, если скажу, что мне сейчас ни капли не страшно. Но показывать свой страх было категорически нельзя, особенно теперь.

Наяна, ты даже представить себе не можешь, во что твоя старшая сестренка влипла на этот раз.

## Глава 5. Вспышка гнева

Напарник оказался прав, когда заранее предупредил, что в городе все начнут тщательно рассматривать меня, как некую «диковинную зверюшку». Так все и было. И у меня не нашлось всех тех слов благодарности одному из стражников, – дракону средних лет с каштановыми волосами, а глазами синими, как бездонный океан, – когда он, каким-то неведомым образом заметив мой сильный, но хорошо скрываемый дискомфорт, поспешил шепотом сообщить об этом Нафиросу. Причем провернуть все так, чтобы ни слова из их разговора не долетело до ушей дворецкого, явно недружелюбно настроенного по отношению ко мне.

Очень скоро была подана карета. Большая, роскошная, с расписными фресками на дверцах. Но что меня по-настоящему ошеломило в нашем средстве передвижения, так это двуногие ящеры, запряженные вместо лошадей. Длинные шеи этих крутящих головой существ, издающих мурлыкающие звуки, утопали в пышных перьях, крупные желтые глаза моргали и смотрели с неподдельным интересом.

Не желая вновь встречаться лицом к лицу с управляющим, маячившим перед носом у своего господина, я тихонько приблизилась к тому самому рогатому стражнику.

– Я… прошу прощения… А что это за звери такие?

Красивые васильковые глаза по-доброму, и даже как-то покровительственно, воззрились на меня сверху вниз.

– Они-то? Исцеркалы. Видишь, какие мощные лапы? – Мужчина указал пальцем в латной перчатке в сторону одного из зевающих ящеров. – Долбанет ими так долбанет!

Я выпучила глаза, не веря собственным ушам. «Долбанет»? В мире драконов тоже есть подобные словечки? Похоже, его жители немало переняли у людей! Мне даже пришлось прикрыть рот ладонью, чтобы не расхохотаться прямо на виду у всех.

– Ария.

Я повернулась в сторону раздавшегося голоса Нафироса. Мужчина держал открытую дверцу кареты в ожидании, когда я заберусь внутрь. Хмурый дворецкий, застывший за его плечом, поправил свои криво съехавшие на кончик острого носа очки-пенсне, не отрывая от меня своего ядовитого взгляда. Он неодобрительно покачал головой.

Вот же палочник старый.

Смутившись, я почувствовала, как к щекам приливает кровь, окрашивая те в ярко-алый. И, подхватив полы платья, поспешила к приятелю. А когда уже забиралась в карету, что-то необъяснимое дернуло меня обернуться. Стражник по-дружески подмигнул мне и почти незаметно кивнул, приподнимая уголки губ в мягкой улыбке.

Почему-то от этого простого жеста на душе сразу же сделалось тепло.

В королевскую резиденцию мы прибыли довольно быстро. Казалось, не прошло и пяти минут, как запряженные Исцеркалы неожиданно встали столбом, а снаружи послышалась громкая возня, сопровождаемая криками на незнакомом мне языке. Окна были плотно занавешены алыми шторами, напрочь лишая меня возможности хотя бы одним глазком глянуть на красоты местной архитектуры, в то время как сидящий напротив мистер-уничижительный-взгляд отбивал всякое желание отодвинуть ткань собственноручно. Поэтому, сколько бы времени в дороге на самом деле ни прошло, провела я эти минуты в невыносимом гробовом молчании, прислушиваясь лишь к внешнему шуму, раздающемуся за пределами стенок кареты.

* * *

– …Моя Истинная.

Заявление Нафироса ударило, подобно грому среди ясного неба. После недолгой речи о своем возвращении и слов о том, как же он рад снова всех видеть, дракон совершенно внезапно решил представить меня всей собравшейся здесь свите дворцовой прислуги, начиная с младших горничных и заканчивая поварами. Весь холл замер, как будто их окатили ледяной водой. Я же чувствовала лишь одно – липкий страх, перемешанный с каким-то необъяснимым, зарождающимся любопытством.

Теперь дракон все им рассказал. А это значит, что игра на выживание началась.

Напарник кивнул дворецкому, застывшему чуть поодаль, как каменная статуя. Похоже, он оказался ошарашен сильнее всех здесь вместе взятых. Помедлив мгновение, словно приходя в себя, мужчина неспешно подошел ко мне, склонился в почтительном, но сдержанном поклоне и произнес ледяным тоном:

– Леди Ария, я провожу Вас в Ваши временные покои.

«Леди Ария, я провожу Вас в Ваши временные покои», – передразнила я про себя писклявым голосом. Еще пару мгновений назад этот старый пересохший богомол смотрел на меня, как на валяющийся перед ним мусор, а теперь готов кланяться едва ли не в три погибели, если того пожелает его хозяин. Какая же это нелепость.

Напоследок переглянувшись с Нафиросом, мы с дворецким двинулись по залу мимо застывших фигур придворных. Их взгляды буравили меня насквозь, неся в себе едкую смесь заинтересованности, зависти и откровенной враждебности. Я шагала с высоко поднятой головой, стараясь не выдать ни капли волнения. Пусть знают, что сломать меня будет не так-то просто.

Управляющий вел меня лабиринтом коридоров, отделанных мрамором и золотом. Все здесь кричало о богатстве и власти, но для меня это, разумеется, было добровольным согласием протянуть руки для защелкивания оков на них. То тут, то там вырисовывались стены, увешанные картинами с изображением надменных драконов в своем человеческом обличии, – и ни единого представителя другой расы. Из одного коридора в другой метались эльфы-слуги, гномы и гоблины в белых одеждах, не смея поднять на меня взгляд. Я же чувствовала себя здесь как грязный сапог на бархатной подушке.

Мы прошли через огромный холл, где под высоким куполом искрились хрустальные люстры. Лестница из светлого мрамора, украшенная позолоченными перилами, уходила вверх, будто в самое небо. И поднимаясь по ней, я просто не могла не отметить, что каждый шаг, отзывающийся гулким эхом, только подчеркивал мою чужеродность в этом месте.

Очередной коридор, в который мы вошли, предстал длинным и темным, освещенным лишь редкими канделябрами, бросающими причудливые тени на узорчатые стены. В воздухе витал слабый аромат благовоний и чего-то почти неуловимого, магического. Я старалась запомнить всю дорогу, хотя понимала, что так или иначе вряд ли сумею выбраться отсюда самостоятельно.

В следующее мгновение произошло неожиданное, я и глазом моргнуть не успела. Из-за угла, словно вихрь, выскочила молоденькая рыжеволосая служанка, едва ли выше меня ростом. В ее миниатюрных руках дрожал металлической поднос с кувшином и хрустальными бокалами. Она, казалось, была настолько взволнована, что совершенно не видела ничего перед собой.

Я не успела вовремя среагировать и отойти в сторону, и в итоге мы столкнулись. Поднос взлетел в воздух, а все его содержимое обрушилось на меня водопадом липкой жидкости. Сладкий, приторный напиток залил мое персиковое платье, руки, волосы и лицо в том числе. Вздрогнув, я замерла, пытаясь осмыслить произошедшее.

Служанка застыла в ужасе, как кролик перед удавом.

– О! П-простите! – Ее звонкий голос раздался колокольчиком. – Я… я н-не хотела!

В уголках ее зеленых глаз сверкнули первые навернувшиеся слезы. Дворецкий же смотрел на девушку с таким презрением, что, казалось, мог испепелить одним лишь своим взглядом.

– Неуклюжая дура… – процедил он сквозь ряд острых белых зубов. – Это уже не первая твоя выходка. На сей раз ты заплатишь за содеянное.

Шумно всхлипнув, эльфийка задрожала еще сильнее, по ее красным щекам потекли крупные капли слез. Она сгребла трясущимися пальцами свой белый передник.

Я больше не могла наблюдать за этим зрелищем.

– Стойте! Не нужно ее ругать.

Дворецкий удивленно обернулся.

– Что?

Вытирая с лица остатки напитка, я смахнула в сторону сахарную консистенцию и тяжело выдохнула.

– Это был несчастный случай. Я могла предотвратить столкновение, но не сумела вовремя среагировать.

Судя по выражению лица, ящер не ожидал, что я вступлюсь за служанку.

– Леди Ария… – начал он ледяным тоном.

Мои брови раздраженно опустились.

– Послушайте… Вместо того, чтобы жестоко наказывать каждую провинившуюся подданную, вам следовало бы с самого начала направлять их на обучение к более опытной прислуге, дабы те набирались знаний и не совершали ошибок в будущем. Ни я, ни она не пострадали от сегодняшнего происшествия, а это главное. Я не хочу, чтобы ее как-либо наказывали.

Дворецкий нахмурился, но промолчал. «Палочник» явно был не в восторге от моего вмешательства, и тем не менее спорить не стал, а лишь кивнул служанке, приказывая ей убраться.

Я проводила ее взглядом. В глазах той мелькнула немая благодарность.

– Прошу прощения за этот инцидент, – обратился мужчина уже ко мне.

Путь мы продолжили в тишине. Я чувствовала на себе его оценивающий взгляд. Что он обо мне думает? Что я – очередная глупая девчонка, попавшаяся в переплет? Что сломаюсь под давлением дворцовых интриг? Я усмехнулась про себя. О нет, он еще не знает, с кем имеет дело.

Наконец, мы остановились перед двумя высокими арочными дверями. Дракон открыл одну из них, пропуская меня вперед.

Комната оказалась просторной и роскошной, выполненной в бело-золотых палитрах, с изящной резной мебелью, мягкими шелковыми коврами и огромной кроватью с балдахином. И мне, честно говоря, приходилось прикладывать чудовищные усилия просто ради того, чтобы не раскрыть рот в изумлении, как «глупая деревенская дурочка».

Да, может это помещение и грозилось вскоре стать моей временной клеткой. Но, черт побери, зато какой клеткой…

– Здесь присутствует все необходимое для Вашего комфорта, – произнес дворецкий, оглядывая покои. – Если Вам вдруг что-нибудь понадобится, просто позвоните.

Он указал на серебряный колокольчик, стоящий на столике у кровати. Затем снова с фальшивой учтивостью поклонился и вышел, закрыв за собой двери, оставив меня одну.

Итак, пришло время начать как можно скорее приводить себя в порядок. Надеюсь, у них есть бомбочки для ванны? Всегда хотела попробовать…

А что?..

* * *

Спустя несколько часов, когда влажные длинные волосы были расчесаны, а распаренное тело запахнуто в завязанный на пояс бежевый меховой халат, в дверь тихонько постучали, заставляя меня слегка напрячься.

– Войдите, – неуверенно произнесла я, не представляя, кто вообще кроме и без того занятого Нафироса может сейчас заявиться ко мне.

Одна из дверей приоткрылась, и на пороге появилась та самая служанка с короткими остроконечными ушками. В подрагивающих руках она держала сложенный кусок ткани, напоминающий какую-то одежду. Ее глаза по-прежнему были опущены, да и сама она выглядела так, словно вот-вот развернется и в панике выбежит прочь, передумав совершать затеянное.

– Леди Ария, простите… я… – Ее тихий голос мало чем отличался от шепота. – Я… х-хотела отблагодарить Вас за то, что В-Вы заступились за меня тогда…

– Ну что ты, не стоило, – удивленно ответила я, после чего поднялась с дивана и направилась к ней.

Она протянула мне тканевый рулон, аккуратно упакованный в полупрозрачный пакет, и низко поклонилась. Ее волнистые волосы, собранные в пышный пучок на макушке, забавно подпрыгнули.

– С-спасибо Вам еще раз!

Не успела я что-либо ответить, как девушка выскочила из комнаты, по пути едва не угодив лбом о деревянную створку. Ее лицо было красным, как самый настоящий помидор. Я застыла в полнейшей растерянности, недоуменно склонив голову набок.

Вспомнив про внезапно объявившийся «подарок», ожидающий в руках, я достала его из пакета и развернула. Им оказалось смелое платье в пол темно-синего оттенка, с открытыми плечами, глубоким вырезом на спине и явным акцентом на декольте. И откуда только у служанок появляется нечто подобное? Может, кто из драконов подарил? Так или иначе, не думаю, что у меня хватит смелости надеть нечто подобное. Однако, если выбор будет невелик…

К слову, а почему бы не примерить его прямо сейчас, пока никто не видит?

* * *

Зеркало. Огромное, нахально огромное. Золоченая резьба у рамы вилась змеиным узором, словно напоминая о здешних обитателях. И я, отраженная в нем, – будто не с другого мира, а с другой планеты вообще. Шелковое платье, переливающееся всеми оттенками океанской синевы, с серебряными нитями, вплетенными в ткань, подобно звездной пыли, приятно облегало фигуру. Оно струилось, касаясь холодного кафельного пола, и отчего-то вызывало не ощущение свободы, а скорее заключения в своеобразную роскошную клетку.

«Госпожа Ария» … Даже произносить это вслух казалось каким-то кощунством. Я, воровка и контрабандистка, выросшая в месте, где главными сокровищами большинства людей были ловкость рук и умение прятаться в тени, – «госпожа». Это же все равно, что нарядить волчицу в овечью шкуру.

Платье, признаться, было и впрямь довольно красивым. Но столько же красивым, сколько и неудобным. Оно сковывало движения, точно незримые цепи, и в нем я чувствовала себя не женщиной, а скорее куклой, выставленной напоказ в витрине дорогого магазина.

В тот самый момент, когда я уже готова была сбросить с себя этот наряд, как надоевшую маску, и вернуться к своим привычным, простым вещам, двери с оглушительным грохотом распахнулись. Громогласный, пьяный смех и гулкие шаги, эхом разнесшиеся по комнате, неожиданно прорезали полотно застоявшейся тишины. Перепугавшись, я резко обернулась в порыве хлынувшего адреналина, готовая высказать все, что накопилось, о наглости и отсутствии даже элементарных манер у здешних жителей, называющих себя «аристократами», но запнулась.

В комнату ввалился высокий рогатый парень. Волнистые волосы, длинные и блондинистые, словно выбеленные самим солнцем, беспорядочно ниспадали на плечи белой рубахи, небрежно наполовину расстегнутой. Его осанка была расслабленной, уверенной в себе, но мой взгляд приковался именно к глазам незваного гостя, обрамленным пышными золотыми ресницами – алым, подобно кроваво-красному закату. Рядом с ним, неуклюже покачиваясь, шагал приятель, размахивая руками и что-то оживленно рассказывая, но, завидев меня, оба замерли, словно наткнулись на невидимую стену.

Блондин окинул меня взглядом. Медленно, изучающе, от кончиков пальцев ног до растрепавшихся прядей каштановых волос. В его взоре читалось удивление вперемешку с легком недоумением и… чем-то еще, что мне не сразу удалось распознать. На красивых губах вдруг заиграла улыбка, от одного лишь вида которой по спине пробежал неприятный холодок, будто от прикосновения ледяной руки. Это была улыбка хищника, увидевшего добычу.

– И что же такая очаровательная человеческая леди делает в моих покоях? …Ик! – Его пьяный голос, бархатистый, обволакивающий, нес в себе легкий, едва уловимый оттенок насмешки. Он говорил так, словно владел каким-то секретом, недоступным мне.

Подождите-ка… Его покоях? Это еще что за чушь?

Я нахмурилась, пытаясь собраться с мыслями.

– Простите, милорд, но Вы, кажется, ошиблись. Дворецкий проводил меня сюда, утверждая, что эти комнаты являются гостевыми.

Блондин, казалось, ничуть не смутился. Даже напротив, его гаденькая улыбка стала еще шире, обнажив ровные, белые зубы.

– «Ошибся»? Возможно… Но знаешь… …ик! Я бы… Я бы назвал это «счастливой случайностью». И, полагаю, не стоит зацикливаться на формальностях.

Он сделал несколько шагов в мою сторону, и я невольно отступила назад, чувствуя себя загнанной в угол. Паника изнутри постепенно нарастала, заставляя сердце ускорить свой ритм.

– Вы… В-Вы кажетесь мне смутно знакомым… – вырвалось у меня прежде, чем я успела додумать свою мысль.

Парень остановился. Пару секунд он внимательно всматривался в мое лицо, а потом вдруг рассмеялся, звонко и беззаботно.

– Браво, девочка. Ты обладаешь потрясающей наблюдательностью. Или, может быть, в драконьей ипостаси у меня просто слишком запоминающаяся внешность?

Незнакомец приблизился ко мне почти вплотную, так, что я ощутила тепло его тела даже сквозь плотную ткань одежды. Запах его белой кожи – терпкий, пряный, с нотками чего-то дикого и незнакомого – опьянял и настораживал одновременно. Его ухмыляющийся приятель застыл в проеме, опираясь плечом о дверной косяк, словно наблюдать за происходящим приносило ему немалое удовольствие.

– Я вспомнил тебя, – тихо промурлыкал он, обнимая меня за талию, притягивая к себе. Жаркое дыхание опалило мою шею, вызывая смесь бьющей ключом паники и нарастающего отвращения. – Ты ведь та маленькая проститутка из мира людей, которую наш бедный изгнанный принц привез сюда с собой. О, ему так и не удалось отыскать Истинную? Какая жалость…

– Что?! Н-нет, подождите! Все не так!

Дворецкий… Этот скользкий змей! Неужели он специально меня сюда заманил?

– А знаешь… Вы, представительницы низшей расы, тоже иногда бываете красивыми. – Изящные пальцы дракона с длинными когтями намотали на себя несколько влажных прядей моих волос. – Если ты уже познакомилась с Нафиросом, выслушав его нытье о судьбе-злодейке, почему бы теперь немного не расслабиться и не провести хорошо время… скажем… в более приятной компании? В моей, например?

Его губы коснулись распаренной чувствительной кожи, оставляя горячий, влажный след. Я вздрогнула, пытаясь высвободиться из крепких мужских объятий. Мне было тревожно, страшно и противно. Все зазубренные наизусть навыки самообороны, уже не раз отработанные на практике, как будто вылетели из опустошенной головы, сделав меня совершенно беззащитной. Уголки глаз защипало от первых стремительно подступающих слез.

Нет… пожалуйста…

Прошу, кто-нибудь… Хоть кто-нибудь… помогите!..

Кале!..

– Сегодня ты немного побудешь моей…

Я замерла. Что-то глубоко внутри меня неожиданно заклокотало, подобно чугунному котлу, разом накалившемуся до предела, готовясь вот-вот взорваться. Пульсирующая волна жара хлынула по венам, перемешивая в себе все бурлившие эмоции страха, ненависти, отвращения и раздражения, готовясь с минуты на минуту неудержимо вырваться наружу. В сознании замелькали стремительно проносящиеся картинки о своей прошлой жизни на острове, где приходилось бороться за каждый кусок хлеба для себя и своей дорогой младшей сестры, где приходилось защищать нас обеих от жестокости и несправедливости окружающего мира.

Я вспомнила лицо Нафироса. Спокойное, почти равнодушное, но с отражающимися заботой и покровительством в светящихся голубых глазах.

Мое тело действовало инстинктивно, словно им управлял кто-то другой. Схватив бессовестного аристократа за рубашку, я сжала пальцы до хруста, до побелевших костяшек, и хриплым, стальным, будто не своим голосом яростно прорычала:

– Я предназначена не тебе!

Кончики пальцев мимолетно кольнуло, а в следующий краткий миг с них сорвался магический разряд. Слабый, дрожащий, напоминающий крошечную молнию. Электрический ток пронзил тело обидчика, вынудив его отпрянуть скорее с удивленным, чем с болезненным возгласом. Он отшатнулся, словно его ударили кнутом.

Тот опешил лишь на мгновение. В алых драконьих глазах вспыхнул нездоровый огонь, несущий в себе зловещее предвкушение. На губах растянулась наглая, самодовольная ухмылка.

– Так и знал, что ты не так проста, как кажешься, – тихо пробормотал он. – Не зря тогда я это почувствовал… Под маской невинности скрывается дикая, необузданная сила…

Он уже готов был снова сделать шаг в мою сторону, как вдруг двери с грохотом распахнулись, точно по сигналу. Получив неожиданный удар в спину, его нетрезвый черноволосый приятель со стоном повалился на плиты кафельного пола.

В комнату ворвался Нафирос. За ним – запыхавшиеся стражники с алебардами наперевес и перепуганный дворецкий, похожий на загнанного в угол зверька. Взгляд разъяренного напарника, казалось, готов был метать молнии, лицо исказилось гримасой гнева. Зрачки-щелки в голубых радужках уменьшились до размера едва заметной соринки.

Завидев его таким впервые, я ни на шутку испугалась.

– Что здесь происходит?! – прогремел его низкий голос, эхом отражаясь от стен. Большие черные рога излучали электрическую пульсацию.

Блондин усмехнулся, оценивающе осматривая другого дракона.

– О, Нафирос! Какая неожиданная и, признаться, несвоевременная встреча. Я всего лишь развлекался с твоей… как ее там… «жрицей любви». Пытался скрасить ее одиночество в этом скучном мрачном дворце.

Я видела, как набухли вены на руках Нафироса, сжимающего кулаки. Он едва сдерживался, чтобы не сорваться.

– Думаю, тебе стоит вернуться в свои покои, Флеагон, – процедит мужчина сквозь стиснутые острые зубы. – Кажется, ты перепутал двери. Или, что еще более вероятно, напрочь позабыл о правилах приличия при нахождении в гостях у другого клана.

– Возможно, ты и прав, – невинно улыбнулся тот, пожимая плечами. – Однако… я бы не сказал, что эта человеческая женщина была против моей компании. Не так ли, миледи?

Он бросил на меня взгляд, полный вызова и насмешки, словно ожидая, что я подтвержу его слова.

Я посмотрела на Нафироса. Его лицо было непроницаемым, точно высеченным из камня, но в глазах отчетливо читался гнев, раздражение, и… что-то еще. Что-то, чего не проявлялось ранее.

– Я… тоже думаю, что милорду стоит поискать развлечений в другом месте, – постаралась ответить я как можно спокойнее и увереннее, каким-то краем сознания понимая, что раз приятель воздержался от конфликта, значит, с этим «Флеагоном» ругаться все-таки не стоит. – Я немного устала и хотела бы отдохнуть.

Обладатель пшеничных волос пожал плечами, будто ему было все равно.

– Как скажешь, милая. Но я обязательно вернусь. Уверен, мы еще сможем наверстать упущенное и найти общий язык. – Он склонился к моему лицу. – …И, возможно, даже общие интересы.

После этого парень подмигнул мне, нагло и вызывающе, и, бросив презрительный взгляд на Нафироса, вышел из комнаты. Его напуганный приятель поспешил за ним.

В комнате повисла тишина, давящая и напряженная. Старый дворецкий заискивающе поклонился, готовый вывалить весь свой поток извинений и всяческих оправданий, но наследник жестом остановил его.

– Оставьте нас, – приказал он стражникам и управляющему. Его голос звучал холодно и отстраненно.

Когда в помещении воцарилась тишина, и остались только мы одни, Нафирос повернулся ко мне. Лицо мужчины по-прежнему было равнодушным, точно маска, и я не могла понять, что он чувствует, о чем сейчас вообще думает. Я шумно и взволнованно сглотнула вставший поперек горла ком.

– Что это было? – спросил дракон тихо, но в тоне его отчетливо слышалась сталь.

– Я не знаю, – призналась я честно, ощущая, как до сих пор дрожат колени. – Этот рогатый хмырь просто… Он просто ворвался в комнату и начал приставать ко мне. Я пыталась с ним поговорить, но…

– И ты… Ты ничего не сделала? Просто стояла, болтала и позволяла ему себя лапать? – В его словах, срывающихся с губ, отчетливо прозвучал упрек, смешанный со слабо промелькнувшим разочарованием.

– Что? Ты что, совсем с дуба рухнул?! Ну конечно же я пыталась сопротивляться физически! Но ему было наплевать! А потом… потом случилось это. Этот… этот «взрыв». Понятия не имею, как его описать.

Нафирос нахмурился.

– «Взрыв»? Какого рода?

Я кивнула, чувствуя себя глупо и беспомощно.

– Д-да откуда же я знаю? Какая-то странная энергия. Как… такая, маленькая молния, пронзившая мои пальцы. Я никогда раньше ничего подобного не испытывала, и сама перепугалась.

Напарник подошел ближе, осторожно взял мою руку в свою. Его прикосновение было горячим, почти обжигающим. Он внимательно осмотрел мою ладонь, переворачивая ее то одной стороной, то другой, будто пытаясь вычитать на коже какие-то символы, видимые лишь его глазу.

– Ты никогда раньше не проявляла никаких магических способностей, – произнес он задумчиво, больше обращаясь к себе, нежели ко мне. – Ни малейшего намека на то, что указывало бы на это.

– Может быть, это просто… ну, не знаю… Там… Нервы? Стресс? Арргхх! Не знаю! Может, это и не магия вовсе! – Я нервно взлохматила свои волосы свободной рукой, как будто это могло как-то помочь мне прийти в себя после всего испытанного.

Нафирос больше не злился, в его глазах читалась тревога.

– Не думаю. Это определенно что-то другое. Что-то, что сокрыто глубоко внутри тебя. Причем сокрыто даже от тебя самой.

Он поднял на меня взгляд, который нес в себе интерес, смешанный с беспокойством и каким-то странным, болезненным любопытством.

– Нам нужно это выяснить, и желательно как можно скорее, – сказал дракон решительно, словно вынося мне приговор. – Необходимо понять, что с тобой происходит, что за сила в тебе внезапно пробудилась. Для тебя, как для простого человека, не имеющего никаких связей с магической стихией, она может оказаться губительной.

Именно в этот момент я поняла, что отныне моя жизнь во дворце станет еще более сложной и непредсказуемой, чем я когда-либо могла себе представить. Потому что теперь я не просто пленница обстоятельств и важная пешка в чужой политической игре, но еще и, вдобавок ко всему, какая-то «загадка». Наполненная неизвестной магией загадка, которую Нафирос, вероятно, намерен будет разгадать, во что бы то ни стало.

Вот только сама я что-то не особо уверена в том, хочу ли, чтобы кто-то меня «разгадывал». И хочу ли вообще узнать о себе нечто такое, после чего станет совершенно ясно, что обыкновенного человеческого счастья мне больше не светит.

## Глава 6. Связующая нить

Наутро я рассказала дракону все св