Владимир Дорошев
Джеф

"Gef was very detrimental to my life. We were snubbed. The other children used to call me ’the spook.’ We had to leave the Isle of Man, and I hope that no one where I work now ever knows the story. Gef has even kept me from getting married. How could I ever tell a man’s family about what happened?"

Вара Ирвинг

В основе сюжета романа – реальные события, произошедшие в 1930-х годах на ферме Дорлиш Кэшен, принадлежавшей семье Ирвинг, неподалеку от селения Дэлби на острове Мэн.

ДЯДЯ, КОТОРЫЙ ПРИЕХАЛ УВИДЕТЬ ДЖЕФА

Это был не просто остров. Это было место затерянное и никому не нужное. Остров, навсегда вычеркнутый из истории человечества. Было непонятно, зачем и для чего селились люди на этом острове. Зачем эти люди жили там. А эта ферма, где всё и происходило, на таком общем фоне этого острова выглядела достаточно мрачно. В целом, эта ферма представляла собою приземистый особняк, который был расположен на вершине холма с крутыми склонами. Никакого желания не возникало, когда смотришь на такой дом. Желание войти в этот дом, познакомиться с его хозяевами. Не возникало никакого любопытства. Мимо этого дома хотелось пройти, не приближаясь к нему особо. Или проехать на машине или на велосипеде. Особняк был сложен из скреплённых цементом сланцевых плит. Выглядел он достаточно старо и достаточно просто. В страшном сне такой дом приобретал зловещие черты. В страшном сне могло присниться то, что здесь творится нечто пугающее.

АЛИСА

Папа и мама приехали сюда в тот самый год, когда я появилась на свет. Папа говорил, что я появилась из маминого живота. И мама говорила, что я появилась из её живота. Папа купил эту ферму, как он говорил, почти за гроши. Наши дяди и тёти отговаривали папу. Отговаривали его покупать нашу ферму. Она тогда была не нашей. Но папа их не слушал. Он считал, что они и так загубили его жизнь. Я слышала, как папа об этом говорил. Я слышала, как он говорил тому дяде, который приехал увидеть Джефа, как говорил ему, что они вставляли палки ему в колёса. Я не поняла, о чём говорил папа, но папа сказал тому дяде, что, когда был молодым, у него были силы и были возможности организовать своё дело, свой бизнес. Нужны были деньги. Но наши дяди и тёти денег папе не дали. Они думали, что папа – мечтатель. Они говорили ему, что он не сможет организовать своё дело. Поэтому папа их не любил. Он считал, что, если бы не они, он давно стал бы преуспевающим человеком. Он говорил, что, если бы не они, у него был бы дом не в этой глуши, а в большом городе. Своя фирма была бы. И много людей было бы, которые на него работали бы. Поэтому папа не слушал наших родственников. Он говорил, что они только и хотят его кончины. Когда они не стали помогать папе, было очень трудно. Но папа работал. Потом он увидел маму. Они поженились. И мамин папа дал моему папе денег, чтобы он распорядился ими по своему усмотрению, для семьи и общего блага. Папа распорядился по своему усмотрению. Он купил эту ферму. Здесь. Где я потом родилась. Появилась на свет Божий, как говорил папа.

Папе сначала нравилась ферма. Первым делом он начал ремонтировать дом. Он укрепил стены деревянными панелями, чтобы сильно ветер не дул. Когда наши дяди и тёти, всё-таки, решили помочь папе, они сказали, что помогут ему отремонтировать дом. Но папа отказался от их помощи. Он им сказал, чтобы ноги их не было в его доме. Папа решил порвать со всеми родственниками. Я слышала сам, как один наш дядя говорил папе, говорил ему, что папа женился на маме из-за денег маминого папы, которые тот дал моему папе на его усмотрение. Папа был радостный, когда ремонтировал дом. Он говорил, что верил тому, что что-то будет хорошее, что принесёт нам денег. Он говорил, что здесь можно держать своё хозяйство. И если его правильно вести, можно разбогатеть. Папа стал держать и разводить домашнею птицу. Маме было безразлично – разбогатеем мы или нет. Она не верила в себя. Она вообще думала, что никогда не выйдет замуж.

Я любила трогать деревянные стены своими руками. Я ощущала, какие они не холодные и не тёплые, а просто деревянные. Я иногда прикладывала ухо к нашим новым стенам и слышала порой какие-то звуки. Потом эти звуки стали странными. Не такими, какими были обычно. Такие звуки раньше не издавались за этими стенами. Я стала слышать эти странные звуки тогда, когда появился у нас дома Джеф. Папа говорил тому дяде, который приехал увидеть Джефа, что с этих странных звуков всё и началось.

Пока мы ещё не знали, кто издаёт эти странные звуки. Пока мы ещё не знали, что на свете есть Джеф. Пока я только успела увидеть мельком какого-то зверька с длинным пушистым хвостом. Может быть, тогда это был Джеф. Я не знаю. Но, наверное, это был он. И он тогда не умел так говорить. Он был зверьком, а не Джефом. Я увидела зверька вместе с папой. Это было утром. Мы пошли кормить кур. Я папе всегда помогала кормить кур. Мне нравилось их кормить. Папа взял ведро с кормом для кур и мы пошли к курятнику. Папа готовил курам корм на утро накануне вечером предыдущего дня. Он говорил, корм должен остыть. Он варил в ведре очистки, остатки от пищи и добавлял комбикорм. Иногда вместо ведра он брал большой ковш с зерном. Ещё папа любил кормить кур зеленью. В огороде росли сорняки, приходилось часто пропалывать, и сорняки отдавали курам. Рано утром, когда солнце ещё только-только начинало всходить, папа брал велосипед и катил на близлежащие луга. Там он косил зелёную траву.

Папа взял ведро и пошёл к курятнику. Я пошла вслед за ним. Курицы давно уже не спали. Они нас ждали и галдели. Они давили друг друга, прижимались к сетке курятника и истошно кудахтали. Вот тут мы увидели зверька. Папа протянул руку, чтобы открыть дверь курятника, и мы с ним вместе увидели. Существо с длинным пушистым хвостом очень быстро побежало вдоль деревянной стены сарая, где мы папа держал всякие вещи и предметы для хозяйства и для огорода. Существо очень быстро пробежало. Мы его почти толком и не рассмотрели. Очень быстро оно двигалось. Как молния. Я спросила папу. Папа, а это крыса?

Папа ответил не сразу. Он подумал. Потом он сказал. Сомневаюсь, если крыса, то странная крыса.

Почему, папа?

У крысы не бывает таких хвостов.

Пушистых?

Пушистых.

Потом папа открыл дверь курятника, и мы вошли. Папа стал накладывать корм в кормушку. Куры налетали, жадно клевали и мешали папе накладывать. А я думала, как хорошо было бы, если бы у меня был такой зверёк с длинным пушистым хвостом. Я бы его любила. Я бы его сама кормила и никогда бы не бросила. У меня нет друзей. А он стал бы мне другом.

ПАПА

Была ночь. Ночь бессмысленная, обычная и какая-то вся банальная. Я лежал на постели рядом с Мегги и в очередной раз думал, какая скучная ночь. Когда я так думал, я не мог заснуть. Да и зачем спать? Вместо снов мне снилось нечто серое, нечто непонятное, нечто какое-то безразличное ко мне. Мегги сказала:

– Не спишь?

– Не сплю, – ответил я.

– Послушай, я тебе уже говорила в прошлом году…

– Нет, Мегги, это разговор совсем не нужный.

– Какой ты упорный, – вздохнула жена. – Зачем мы здесь живём? Ты ещё веришь в то, что ферма принесёт нам доход?

– Но всё начинается постепенно. Деньги сразу не появляются. Нам надо ждать, работать.

– Джон, мы уже пятнадцать лет здесь ждём и работаем…

– Тринадцать.

– Ну, хорошо, тринадцать. Тринадцать лет. Почти четырнадцать. Пока мой отец жив, нужно переехать к нему.

– Мегги…

– Почему ты не хочешь слушать меня? Можно продать эту ферму. Отдать в аренду кому-нибудь. Отец возьмёт тебя на работу. Ты понимаешь, что ты можешь упустить шанс?

– Какой шанс?

– Свой шанс. Пока он жив, у тебя есть этот шанс. Мы можем переехать в город. Он возьмёт тебя, в свою контору. Ты не хочешь нормальной работы?

– Я хочу. Хочу нормальной работы.

– Тогда почему ты отказываешься?

– Я не отказываюсь. Я просто самостоятельный человек.

– Ты упорный и никого не хочешь слушать.

– Это не упорство. Я просто не должен зависеть от кого-либо.

– Какие глупости ты говоришь. От кого ты будешь зависеть? От кого? От отца? Ты просто будешь работать с ним.

– На него, – поправил я её.

Мегги согласилась:

– Ну, хорошо, на него. И что теперь? Он тебе будет платить. Потом он умрёт. Он уже стар. Он передаст тебе часть своего дела. Я же его дочь. Я – твоя жена. Если ты будешь медлить и не поедешь к нему, может случиться так, что он умрёт и весь бизнес приберёт мой старший брат. А он тебя не позовёт к себе. Я же тебе рассказывала, какие у нас с ним отношения.

– Вот именно, Мегги, – сказал я. – Я хочу быть один. Я хочу держаться подальше от всяких подобных отношений.

Она вздохнула так, что чуть не застонала.

– Я не могу с тобой разговаривать, – проговорила она.

– Хорошо, – согласился я. – Давай тогда спать.

Она отодвинулась от меня подальше и перевернулась на другой бок.

Я лежал неподвижно минут десять. Я лежал и думал, как, всё-таки, бывает тихо ночью. Когда я жил в доме у отца, ночью совсем не так было тихо. Мне казалось, что вокруг постоянно какое-то движение, шорохи, и происходят какие-то разные действия. У нас семья была большая, мы все жили в одном доме. Отец был добр ко всем. Нам даже ложиться спать разрешали тогда, когда мы захотим. Он верил в меня. Он усаживал меня на свои колени и говорил мне, глядя на меня, на моё лицо, глядя с улыбкой, говорил мне, что верит в меня. Что из меня выйдет толк. Он говорил, что хочет дожить до тех времён, когда я стану богатым и счастливым. А, может быть, известным. Отец меня любил больше всех. Хорошо, что он умер рано. Иначе бы ему пришлось лицезреть, как я влачу своё существование здесь. В затерянном и пустынном месте.

Я…

Какой-то стук.

Странно… Что это за стук такой? Так хорошо слышно.

– Что там? – вдруг спросила Мегги.

Оказывается, она тоже не спит.

– Стук, – ответил я ей.

– Кто это может стучать? – удивилась она.

– Не знаю… Может, мыши.

– А откуда стук-то?

– Мне кажется, что он доносится с чердака.

Мы замолчали. Стук повторялся в течении нескольких минут. Не частый такой, но и не редкий.

– Ты знаешь, – сказала Мегги, – на мышь совсем не похоже.

– А кто это может быть ещё? Кроме мышей?

– Ну… не знаю.

– А помнишь, я тебе рассказывал, как увидел какую-то крысу необычную около сарая?

– Но это сначала мне рассказал не ты. Мне это сначала рассказала Алиса.

– Да, Алиса. Может, это та крыса?

– Чем же это крыса может стучать?

– Может, она не стучит. Может шуршит. А нам кажется, что стучит.

– Кстати, а ты уверен, что это была крыса?

– Не уверен. Какой-то зверёк. Больше похож на ласку, на хорька. Хвост у него такой длинный. Пушистый.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.