Юлия Луна
Нет, ты не герой из моего романа

Глава первая

Июнь выдался очень теплым и солнечным.

Элайза сегодня была на работе ― в этот понедельник ей в срочном порядке пришлось заняться сверкой данных с соцфондом. В ее обязанности входила вся отчетность по зарплате и полное взаимодействие с контролирующими органами по этой отчетности. В кабинете розничной бухгалтерии они сидели вчетвером, включая главного бухгалтера, но у каждого было достаточно пространства для комфортной работы.

Наступила вторая половина дня, и девочки решили устроить чаепитие с тортом, который им принес в честь начала своего отпуска один из управляющих магазинами. Все расположились вокруг угощения в центре кабинета, у приставного столика недалеко от входа.

– Лиза, ты точно не будешь торт? ― Юля не уставала удивляться невосприимчивости приятельницы к сладкому.

– Нет, ― невозмутимо ответила девушка, прикрыв трубку рукой, ― мне нужно досверить отчет. На меня не рассчитывайте.

– Лиз, может, все-таки отвлечешься немного, сделаешь перерывчик? ― обратилась к ней главный бухгалтер Елена Владимировна. Она была старше всего на семь лет, а в коллективе царили в основном дружеские отношения, но субординация соблюдалась в любом случае.

– Пока я не закончу, меня не отвлекайте, пожалуйста. Меня ни для чего и ни для кого нет.

Тут Элайза дернулась от резкого звонка рабочего телефона на столе начальницы и локтем столкнула регистратор с личными делами. Папка упала на пол, и все файлы рассыпались под стол, как вода растекается из опрокинутого ведра. Девушка сокрушенно застонала и скользнула на колени собирать их. Мобильник при этом она так и прижимала плечом к уху, не прерывая важного разговора.

Елена Владимировна, коротко ответив на звонок, вернулась к торту и беседе со своими сотрудницами. Они наслаждались угощением и негромко болтали на отвлеченные темы. В разгар оживленного обсуждения кумиров эстрады, кино и спорта, да и вообще самых ярких представителей мужской красоты, в кабинет вошел очень высокий молодой мужчина ― как нарочно свалившийся из ниоткуда образец умопомрачительной наружности. В один момент он сверг все прежние идеалы присутствующих дам и сломал их убеждения, что подобные редкие экземпляры живут где-то там… в высших кругах и их не встретишь так запросто в обычном провинциальном городишке, пусть даже и областном центре. С появлением незнакомца наступила звенящая тишина.

Три пары глаз уставились на статного темноволосого Адониса в деловом костюме, брендовая принадлежность и внушительная стоимость которого не вызывали сомнений. Крупные, выразительные черты лица, начиная от пронзительных зеленых глаз с длинными, густыми черными ресницами и заканчивая полными и твердо очерченными губами, делали его поразительно красивым. А суровость и надменность во взгляде только усиливали эффект. Мужественность и чувственная привлекательность незнакомца буквально ошеломляли. И он в полной мере это понимал.

– Добрый день, ― приветствие мужчины было деловым, но бархатистый голос, как поток густого шоколада, обволакивал и пленял одновременно.  ― Не помешал? ― Он приподнял бровь, обводя взглядом представшую перед ним картину: одна молодая девушка с короткой стрижкой замерла с открытым ртом, не донеся до него ложку, вторая ― несколько старше и, видимо, начальница ― не могла проглотить кусок, который уже положила в рот, а третья ― миниатюрная блондиночка ― вообще уронила свой торт на пол и замерла в таком положении. Все девицы взирали на него, хлопая глазами в полном молчании. Кристиан спокойно воспринимал подобную реакцию, особенно со стороны женщин, потому что давно привык.

– Приятного аппетита, ― уголки его губ слегка приподнялись в намеке на улыбку.

Наконец старшая из дам очнулась, представившись главным бухгалтером, приветливо поздоровалась и вежливо поинтересовалась, чем ему помочь.

– Мне нужна Элайза Маркина.

Все три тут же устремили взгляды на девушку, вернее, на стол, под которым той сейчас даже не было видно, но по-прежнему слышно. Элайза так и продолжала разговаривать по телефону, собирая документы.

– Она занята и, возможно, надолго, ― обратилась к мужчине руководительница. ― У вас что-то по работе?

– Нет. Это личное. Я подожду. ― Кристиан тоже с интересом взглянул туда, где якобы находилась разыскиваемая им особа, но из-под стола виднелась только макушка женской головы.

Молодой человек был спокоен и вежлив.

– Не буду вам мешать, ― и он вышел из кабинета.

Все с шумом выдохнули, но были еще в легком потрясении.

– Лиза… Лиз… ― позвала ее Елена Владимировна. ― Ты видела, сейчас мужчина заходил?

Та наконец-то выбралась из-под стола, но не прекращала разговор и бросилась сразу что-то искать на столе.

– Сейчас, секундочку… я запишу… кто? По реестру под номером тринадцать… двадцать семь… и пятьдесят четыре… и что у них не так? Ясно… Буду разбираться с кадрами… я перезвоню позже… Спасибо, ― и нажала отбой на мобильнике.

Потом взглянула на своих сослуживиц, наконец уловив их пристальное внимание.

– Что такое? Вы какие-то странные… что, торт не пошел? Или излишне пропитан коньяком? ― попыталась пошутить она.

Главный бухгалтер повторила вопрос:

– Ты видела, как сейчас заходил мужчина?

Лиза закрыла лицо руками, уставшая от утомительного общения, и уперла локти в стол, обдумывая, что еще предстоит сделать, чтобы отчет прошел контроль.

– Нет, а что? ― отозвалась она без интереса.

– Он искал тебя. Такой… выглядит как знаменитость или фотомодель… может, тебе сначала поговорить с ним?

– Пока мне некогда, ― Элайза взяла трубку рабочего телефона и начала набирать кадровичке.

– Он ждет тебя.

– Хорошо, ― все так же ровно ответила девушка, явно озабоченная другим вопросом.

Кристиан вышел в общий холл и стал осматриваться. Ждать ему пришлось около двадцати минут.

– Здравствуйте, это вы меня искали?

На него смотрела молодая девушка с яркими стрелками, придающими миндалевидным глазам легкий восточный эффект. Умные, внимательные карие глаза заинтересованно рассматривали незнакомца как что-то невероятно эффектное.

Кристиан также был удивлен, увидев перед собой барышню с трогательной и волнующей внешностью. Интерес вызывали не только ее выразительные глаза, но и очень густые волосы темного цвета, напоминающего горький шоколад с вкраплениями золотисто-каштановых прядей. Каре до плеч послушно обрамляло ее красивое лицо, подчеркивая нежный, как ранний рассвет, цвет кожи. Яркие, слегка пухлые губы, нежность и чувственность которых с одного взгляда вводили в соблазн.

– Да, если вы ― Элайза Маркина.

– Это я. По какому поводу вы хотели меня видеть? ― вежливо поинтересовалась она.

– Мы могли бы выйти на улицу и поговорить? Здесь очень многолюдно, а разговор слишком… деликатный.

– Да, конечно.

Он пропустил ее вперед и направился следом. И здесь его тоже ждала неожиданность. Ее трикотажная кофточка с короткими рукавами спереди выглядела полностью закрытой, вплоть до стойки-воротника. Из приметного ― только широкая черная атласная лента, завязанная под грудью. А когда Элайза повернулась, оказалось, что спина оголена больше чем наполовину и только эта злосчастная лента, перехлестнутая накрест, двумя полосками слегка закрывает обнаженную часть ее спины.

«Похоже, что на ней даже нет бюстгальтера. Вот так милашка… с невинным личиком!»

Когда взгляд опустился ниже, мужчина обнаружил тонкую талию и соблазнительный изгиб бедер, обтянутых черными брюками. Ягодицы притягивали взгляд, как магнит. Ноги в замшевых туфлях на тонком и очень высоком каблуке с ремешками на лодыжках выглядели элегантно и поражали стройностью. Когда они шли к выходу, вслед Элайзе поворачивались головы всех мужчин в помещении.

«Вот это соблазн… Я бы с удовольствием закинул эти ноги себе на плечи…» Но он сразу же отогнал от себя крамольную мысль. «Я здесь не за этим».

Около здания стояло несколько легковых машин, сотрудники офиса и складов, расположенных в огромных ангарах напротив, сновали туда-сюда, и места для беседы не нашлось. Элайза огляделась и предложила отойти к складам, в тенек.

– Я вас слушаю, ― она обратила на незнакомца вопросительный взгляд.

При дневном свете девушка показалась Кристиану еще более экзотичной. Черные точеные брови, длинные густые ресницы, закрученные кверху, матовая нежная кожа с едва уловимым румянцем на скулах. Несколько родинок разного размера, разбросанных по всему лицу, выглядели очаровательно, привлекая внимание и возбуждая любопытство. А где же еще могут быть подобные соблазнительные точки на ее теле? И яркие губы, едва тронутые красной помадой. Чувственный маленький ротик с пухлой нижней губой был напряжен. Элайза явно нервничала от того, что он так внимательно ее рассматривал.

И ему нравилось это. И рассматривать ее, и нервировать.

– Вы меня не узнаете? ― холодно начал мужчина.

Она удивленно приподняла брови.

– Я вас вижу впервые. Мы с вами точно не знакомы.

– Нет, мы не знакомы, но вы наверняка меня знаете.

– Я вас не знаю. Вы что, звезда какая-то? ― усмехнулась Элайза, по-прежнему недоумевая.

– В некотором смысле да! ― Он сделал паузу, чтобы выделить следующую фразу: ― Благодаря вам.

– Я не понимаю, о чем вы! ― возмутилась Элайза. ― Может, вы не меня искали?

– Я искал Лизу Моне, ― отчеканил незнакомец.

Девушка едва уловимо напряглась, ресницы дрогнули, а на скулах заиграл румянец.

– Зачем? ― спросила она, затаив дыхание.

– Меня зовут Кристиан Павлов.

Она выжидающе смотрела на него.

– Я что-то должна понять из этого? ― не выдержав, спросила наконец девушка.

– Вам мое имя говорит о чем-то?

– Нет, ― она в искреннем недоумении пожала плечами.

– А название «Измена как обстоятельство»?

Элайза замерла. Она наконец вспомнила это имя.

– А-а-а, понятно, вас зовут, как героя этого романа.

Она немного успокоилась, но выражение удивления тут же вернулось на ее лицо.

– Вы не шутите? ― Она более внимательно взглянула на собеседника, осознавая сходство своего воображаемого персонажа и этого мужчины и все больше поражаясь ему.

Элайза написала тот роман уже больше года назад. После этого из-под ее пера вышло еще около пяти-шести любовных историй.

– Вы это серьезно? ― в ярости прошипел он, подходя к ней вплотную.

Девушка замерла: от него исходили волны опасного магнетизма и сильного негодования. Он и страшил, и привлекал, как неукротимая стихия. Элайза протяжно вздохнула и снова смело посмотрела ему в глаза.

– И что вы хотите? Объясните, пожалуйста, цель вашего визита.

– Цель моего визита в том, чтобы узнать, откуда вы накопали всю эту информацию про меня и кто дал вам право афишировать ее в вашем дешевом бульварном романе? ― Он с нажимом, угрожающе выговаривал слова, склонившись к ней настолько близко, что чувствовал запах ее волос, которые ласково заскользили по его лицу от легкого ветерка. Это подействовало на него, как разряд тока, возбуждая и нервируя одновременно.

Ее глаза все больше и больше расширялись от шокирующих обвинений и его гипнотического яростного взгляда. Девушка не могла сдвинуться с места, не могла дышать.

– Лиза, у тебя все в порядке? ― вдруг услышала она знакомый голос и обернулась.

Один из старших управляющих двинулся в их сторону, но ему преградили путь двое типов крепкого телосложения. Элайза только сейчас заметила три огромных черных джипа и еще нескольких незнакомых мужчин, напоминающих охранников.

– Все нормально, Дим, ― она постаралась приветливо улыбнуться.

И, немного помедлив, снова повернулась к незнакомцу, выдвигавшему нелепые обвинения в ее адрес.

– Это что, ваша свита? ― Она обвела рукой его кортеж. ― Для устрашения? Или для поддержки вашего эго?

Он так сверкнул на нее своими холодными зелеными глазами, что она тут же пожалела о своих словах.

– Послушайте, тут какое-то недоразумение. В книге все ― выдумка автора и, как вы правильно заметили, в жанре неглубокого любовного романа.

Но незнакомец ей не верил.

– Собирайтесь, нам нужно поговорить там, где будет поменьше народу и зрителей. ― скомандовал он.

– Я на работе и не могу никуда с вами поехать, ― возмутилась Элайза. ― К тому же и желания такого нет.

«Желания нет? Какая капризная особа…»

Кристиан улыбнулся соблазнительной улыбкой и так игриво заглянул ей в глаза, что она оторопела.

– Не надо меня бояться, я не кусаюсь, разве что… в порыве страсти, ― он ласково скользил взглядом по ее лицу. Ветер снова разметал ее волосы. ― Уж это-то должно быть автору известно… ― Мужчина непроизвольно протянул руку и убрал с ее лица несколько прядей.

Элайза вздрогнула. Легкое касание его пальцев вызвало необъяснимый трепет. Это было так ощутимо приятно, что испугало девушку еще больше, чем недавний грозный напор.

 «Что должно быть мне известно?» ―  в панике размышляла она. «Что он меня не укусит? Что он не опасный? Пф-ф… Но с виду так и не скажешь… Все совсем наоборот… Или он о чем-то другом?»

Крупный, в высшей степени мужественный, он подавлял Элайзу. Она с трудом успокоила дрожь, остро ощущая его так, как никогда в жизни не ощущала мужчину. Она нахмурилась.

– Элайза, у меня проблемы из-за вашей книги, и ваше желание или нежелание ― это второстепенно, ― обманчиво мягко прошептал он ей на ухо, снова наклонившись к ней очень близко.

Его близость, волнующий запах и приятный бархатистый голос вызывали волны сладких ощущений во всем теле, голова пошла кругом, как от дурмана.

– Ну хорошо, я могу после работы побеседовать с вами, ― еле слышно проговорила она, едва справляясь с волнением и не совсем понимая, зачем и о чем ей вести с ним беседы.

Кристиан в немом удивлении поднял бровь.

«Вот так штучка! Одолжение мне решила сделать… И я же должен ее ждать!»

Его снова начало охватывать сильное раздражение.

В этот момент к офису подкатил еще один дорогой автомобиль. Это приехал собственник предприятия, в котором, в отделе бухгалтерии, трудилась Элайза. Он вышел из машины, осмотрел весь кортеж и наткнулся взглядом на Кристиана, стоявшего рядом с его сотрудницей.

Тот издал удивленный возглас, увидев знакомое лицо.

– Олег! Привет, дружище! ― Он отошел от Элайзы и поздоровался с приятелем.

– Крис, ты тут какими судьбами? ― Олег глянул на Элайзу и ухмыльнулся. ― Ты у себя уже всю экзотику перепробовал, теперь в наших краях промышляешь?

Тот по-мальчишески улыбнулся шутке.

– Я тут по делу. А это твои владения? ― Кристиан обвел взглядом офис и ангары.

– Да, копошимся потихоньку.

– Олег, рад встрече, я, как освобожусь, наберу тебя, может, пересечемся?

– Давай.

– Послушай, это твоя сотрудница? ― Кристиан кивнул в сторону Элайзы.

– Да, бухгалтер.

– Ты мог бы ее отпустить с работы? Нам нужно выяснить кое-какие вопросы.

Олег снова глянул на нее, потом на Кристиана.

– Если она не против, то пусть идет. Только… ты не обижай ее. Лиза хорошая девочка.

– У меня к ней сугубо деловой разговор.

Он вернулся к Элайзе.

– Возьмите свои вещи, мы уезжаем. Вас отпустили на сегодня.

В ее взгляде полыхнуло возмущение.

– А если я не поеду? ― вызывающе заявила она, глядя на него в упор.

Кристиан снова подошел к ней вплотную, опасный, как хищник. Ее ноги будто приросли к земле, так что она могла лишь стоять и смотреть на него, словно загипнотизированная.

– Тогда я перекину тебя через плечо и отнесу в машину. И все присутствующие, ― он помедлил, окинув взглядом крутящуюся возле офиса толпу любопытных, в большинстве мужчин, которых становилось только больше, ― смогут оценить твой очаровательный зад с нового ракурса, ― холодно произнес Кристиан.

Элайза задохнулась от такой грубости и наглости. Ее щеки порозовели, глаза вспыхнули огнем. Несколько мгновений она пыталась унять всплеск эмоций. Помолчав немного, все же выдавила:

– Мне нужно десять минут, ― ее раздражение не унималось.

Кристиан кивнул и как ни в чем не бывало направился к машине.

Элайза лихорадочно вспоминала сюжет того романа.

«Что там могло задеть его? И не может быть, чтобы он был похож на главного героя, за исключением имени и внешности, конечно».

Она сама была в шоке.

Ее вымышленный герой бесспорно был похож, но уступал реальному образу, так внезапно возникшему в ее жизни. С очень темными волосами, слегка вьющимися там, где позволяла длина его модной стрижки, и колдовской улыбкой. Он был невероятно хорош собой и излучал истинную мужскую силу. Высокий рост, атлетическое телосложение, легко угадывающееся под его шикарным костюмом, манера передвигаться ― все это только добавляло грубой притягательности его наружности. Пронизывающий взгляд удивительных прозрачных ярко-зеленых глаз проникал в самую душу. От одного взгляда в эти глаза Элайзу охватывало непонятное волнение. Властные и проницательные. Они заставляли все внутри нее сжиматься и замирать. Наличие таких глаз и природный магнетизм делали мужчину ошеломляюще красивым. И опасным…  как грех.

Элайза собиралась больше пятнадцати минут, намеренно затягивая время, чтобы позлить этого самоуверенного мужлана. Когда она вышла из офиса, у автомобиля стоял охранник. Он открыл ей дверь и пригласил сесть на заднее сиденье большого черного джипа. Внутри царила приятная прохлада. Кристиан сидел у другого окна и чем-то занимался в планшете, не обращая на нее внимания.

Машина тронулась.

– Я хотела бы знать, куда мы едем.

– Туда, где можно поговорить без помех, ― не поднимая головы, ответил он.

Элайза стала спокойно смотреть в окно, прокручивая в уме сложившуюся ситуацию.

«Пока ничего не понятно. Какие у него претензии? Что он хочет? Как все это можно исправить, чтобы разрешить возникшие у него неприятности, как он выразился…»

Они ехали около получаса, до ресторана в центре города, который такие, как он, считали приличным. Пару проводили в отдельный зал, где был накрыт один стол и больше никаких посетителей. Элайзе такое уединение совсем не нравилось. Она начала осматриваться в попытке понять, куда, если что, можно бежать. Обстановка была элегантной и очень удобной. Диваны, столы, скатерти, портьеры подтверждали высокий статус заведения.

Кристиан заказал себе суп, мясо и салат. Элайза выбрала только салат, и то для вида. Ей было не до еды. Когда официант ушел, мужчина очень внимательно и оценивающе посмотрел на нее.

– Да… Не это я ожидал увидеть…

– А что вы ожидали увидеть? Высокую стройную блондинку с четвертым размером груди, с пухлыми накачанными губами и приклеенными ресницами до бровей?

Он прошелся взглядом по всем указанным местам ее внешности, сопоставляя ее слова и увиденное, и когда дошел до груди, то понял, что на ней под кофточкой действительно нет ничего. Ее грудь напряглась, и торчащие соски обозначились, как крупные бусины. Это не так явно бросалось в глаза только из-за цвета ткани.

Элайза и предположить не могла, что он может одним взглядом вытворять такие вещи с ее телом. Откуда-то снизу на нее начали накатывать волны возбуждения, щеки запылали жаром, груди даже стало больно от напряжения, дыхание сбилось. Она, в попытке хоть как-то защититься от этого несправедливого оружия, выпрямилась, поставив локти на стол и прикрыв глаза руками.

– Какой бред… ― чуть ли не простонала девушка.

– Итак, я вынужден повторить свой вопрос, на который не получил ответа, ― хрипло начал Кристиан: он тоже пытался вернуться к теме разговора. ― Откуда у вас обо мне информация личного и конфиденциального характера?

– Вы, наверное, плохо слушали меня. Роман был опубликован полтора года назад, все в нем чистейшая выдумка. Имена, характеры, внешность и сюжет ― все!

– Я не верю в такие совпадения.

– А почему я должна верить вам, что вы сами все это не придумали? ― не сдерживая раздражения, набросилась она на него.

– Вы думаете, мне заняться больше нечем? Только выслеживать горе-писательниц, журналисток да блогерш и разъяснять им насчет неприкосновенности частной жизни? ― Ударение на слове «разъяснять» говорило, что девушку ждет отнюдь не безобидная беседа о том, что можно и что нельзя.

– Даже не могу представить, какими занятиями развлекают себя богатые и успешные…

– А у меня сложилось мнение, что очень даже знаете.

Элайзу невероятно раздражала его самоуверенность и убежденность в том, что она виновата в каких-то его проблемах. «Ну ладно, попробуем так…»

– Не хотите ли вы сказать, что однажды, вернувшись домой из командировки накануне женского праздника, вы получили от жены очередной «холодный» прием и отказ выполнять супружеские обязанности и тогда отправились в клуб к друзьям, чтобы развлечься? Там вы играли в карты и, возможно, не помня, как, заключили пари. А суть вашего проигрыша заключалась в том, что вам нужно было соблазнить свою отнюдь не привлекательную секретаршу и убедить на пять интимных встреч. Либо, в качестве штрафа за невыполнение пари, голышом прогуляться по центральной пешеходной улице вашего города и выложить видео в интернет.

Элайза на ходу вспоминала завязку романа, одновременно иронизируя над снобизмом внезапного обвинителя и искренне веря в то, что такого не может быть просто по определению, потому что она все это придумала.

– Удивительно! ― воскликнул Кристиан ей в тон. Элайзе показалось, что он сейчас захлопает в ладоши для театральности. ― Почти все в точку. С совсем небольшой поправкой: вместо прогулки я должен был продать половину своего бизнеса. Если не «соблазню», как вы выразились, свою секретаршу.

Элайза долго и изучающе смотрела на него, пытаясь понять, не шутит ли он.

Кристиан молча достал телефон и нашел там видео какой-то блогерши, которая перемывала ему косточки, сравнивая книгу и реальные события, приправленные подробностями, якобы полученными от некоторых участников истории. Просмотрев ролик, Элайза пришла в ужас. Она впервые в жизни оказалась заложницей столь глупых и невероятных обстоятельств.

– Это какое-то нелепое недоразумение… ― Она в отчаянии посмотрела на собеседника. ― Но вы же не воспринимаете всерьез подобные паблики и интернетные сплетни…

– Возможно, не стал бы, если бы речь не шла о частной жизни. Вы помните, как в вашем «несерьезном» произведении ярко, зажигательно и многократно описываются сцены сексуального характера со мной в главной роли?

Элайза не сводила с него глаз, пораженная этим вопросом. При этом выражение ее лица менялось сначала с испуганного на изумленное, потом ее щеки запылали, как маки, и в итоге она запаниковала.

А Кристиан продолжал:

– Вы самоуверенно назначили местом подобных сцен мою рабочую квартиру в бизнес-центре, где находится основной офис моего предприятия. Знаете, какой интерес все это вызывает у любого, кто знает меня лично или заочно?

Его вопрос был риторическим, но он произнес все это таким зловещим тоном, что Элайза непроизвольно отрицательно покачала головой в ответ.

– А вот я все это узнал и прочувствовал в полной мере, учитывая, что я терпеть не могу, когда лезут ко мне в личное пространство и личную жизнь. И особенно ― когда затрагивают мою семью.

Девушка застыла в немом шоке и молчала, пока не принесли их заказ.

– И что вы намерены делать?

В этот момент официант расставлял принесенный суп и салаты. У Кристиана было время на обдумывание ее вопроса.

– Я все-таки намерен получить от вас честный ответ и потом решить, как с вами поступить.

– Я ответила вам честно. И я понимаю вашу ситуацию. Но я здесь ни причем! ― Элайза выразительно посмотрела на него. ― И что вы можете сделать? В суд подать? Или лишите меня единственной ипотечной квартиры, в которой я живу с семьей? Машины? Работы? Да это все стоит дешевле одного из ваших автомобилей, на которых вы все сюда приехали.

Он снова глянул на ее грудь ― глаза помимо его воли притягивались к столь занимательному зрелищу.

– Да, активы у вас скудные… ― и только потом он поднял взгляд к ее глазам, которые смотрели на него в упор.

Он понял, что его поведение придало высказыванию двусмысленный подтекст. Элайза расценила это как колкость.

– Меня все устраивает… ― она нетерпеливо откинула волосы назад. ― И если мерить вашими категориями, то я еще и дама с багажом.

Он понял ее иронию и быстро глянул на ее правую руку. Элайза не притронулась к салату, ее тонкие пальчики неосознанно гладили вилку: то сжимали ее, то постукивали, то вдавливали подушечки пальцев до отметин на коже… Кристиана как обожгло от этого зрелища.  У него перед глазами вдруг четко возникло видение, как эти пальчики, играя на его теле, медленно и мучительно-приятно гладят его, постепенно спускаясь вниз и…

– Отсутствие обручального кольца ничего не значит, ― до него донеслось ее вызывающее замечание.

– И где же ваш муж? ― Кристиану пришлось стряхнуть с себя мечтательность.

Элайза долго молчала, но все же ответила:

– Его не существует.

– Ясно. Значит, поэтому вы придумываете все эти… бредовые романтические приключения своим героям.

Это был не вопрос, а утверждение. Он насмехался над ней.

Девушка немного расстроилась от такого вывода.

«С его точки зрения ― все, наверное, так и есть. Это я великовозрастная мечтательница. А в его мире, может, и нет места нежной, страстной и счастливой любви…»

– У вас тоже нет обручального кольца.

– А это благодаря вам.

– А вы как будто и не расстроены. В романе герой изменил жене с секретаршей, и она с ним развелась. Это банальная история. Если в вашей жизни случилось то же самое, то я здесь ни при чем.

– Очень даже при чем ― из-за вас вся эта история на виду у всех.

– Так у романа счастливый финал, и если верить вашим заявлениям о невероятном сходстве то, вы должны быть счастливы сейчас, женившись на Луизе. А вы почему-то таковым не выглядите.

– Мне пришлось поступить на свое усмотрение. Ваш финал мне не по душе.

– Ну значит, не все совпадает с повествованием. Как вы говорите. ― У нее затеплилась надежда, потому что из его намеков следовало, что все совсем не хорошо.

«Неужели все так похоже? Я не верю. Так не бывает», ― сокрушалась Элайза про себя.

– С Викой мы развелись. Но я не стал жениться на секретарше. Не было такой необходимости.

– Сколько вы прожили с женой?

– Вы серьезно? Я должен вам рассказать сюжет вашего романа?

Она опешила. И снова начала вертеть вилку своими ласковыми и проворными пальчиками.

«О, нет! Это что, какая-то кара небесная?» ― Кристиан протяжно вздохнул и отвел глаза.

В этот момент пришел официант забрать посуду и принес последнее блюдо.

Они молчали некоторое время, и каждый думал о своем.

– Знаете… я ничем не могу вам помочь, ― Элайза искренне смотрела на него. ― У меня нет никакого злого умысла против вас и ваших близких, я не знакома ни с вашей женой, ни с вашей секретаршей, я вообще сегодня о вас узнала впервые.

– Возможно… но как вы объясните вот это описание? ― И он, открыв телефон, зачитал выдержку из романа:

«― А кто ваш босс?

– Мой? Ну… он очень хороший человек. Искренне увлечен своим делом, всегда стремится в этом к совершенству, дорожит репутацией своей продукции. ― Луиза помолчала. ― Очень много работает».

Кристиан коротко взглянул на девушку и продолжил:

– Или вот это:

«― Хотите вкусненького? Например, колбаски. Вам ведь не понравилась еда в самолете? Верно?

– Откуда ты знаешь? ― Кристиан удивленно посмотрел на нее.

– У вас тонкий вкус, ― улыбнулась она со знанием дела, ― вы же сами дегустируете свои продукты.

– Если это наша колбаса, как ты выразилась, «павловская», то я не откажусь».

Он выжидательно посмотрел на собеседницу, иронично подняв бровь:

– Я жду объяснений.

– А что здесь объяснять? Главный герой наделен такими качествами. Что в этом такого выдающегося?

– Откуда вы все это знаете обо мне?

– Я ничего о вас не знаю! Вы ― не он!

В мыслях царил хаос, она никак не могла сосредоточиться. Этот внезапный визит обрушился на нее, как снежная лавина. Элайза нервничала и не знала, куда деть руки, чтобы не было заметно, как они дрожат. Она неосознанно перевернула вилку вверх зубчиками и стала осторожно нажимать подушечками пальцев поочередно на каждый зубчик, чередуя пальчики. Потом провела по каждому от острия к основанию…

Кристиан думал, что сходит с ума ― перед его глазами плыли совсем… иные образы. Он не мог оторвать глаз от ее действий. Его резко захлестнуло неуместно вспыхнувшее желание.

«Я что, совсем чокнулся? Что это меня так плющит? Да… мне срочно нужна любовница… нужно иногда и отдыхать, а не только работать».

– Мне нужно подумать. Я знаю, где вас найти. А сейчас мой водитель отвезет вас… ― почти грубо рявкнул он.

Элайза удивленно взглянула на него.

«Неожиданно. Что бы это могло значить?»

Она встала, взяла сумочку и, попрощавшись, направилась к выходу.

Кристиан не хотел смотреть ей вслед, но… его глаза имели свое мнение на этот счет.

Глава вторая

Первое, что сделал Кристиан на следующий день, ― дал своему начальнику службы безопасности задание собрать на Элайзу досье, попросив присылать получаемую информацию сразу же ему в мессенджер. Он пожалел, что так импульсивно приехал, предварительно не получив никаких сведений о ней.

Кристиан почему-то думал, что увидит взрослую женщину за сорок пять, хваткую и прожженную. А тут… Если бы он не знал, какого содержания книги она пишет, и от нее самой не слышал, что у нее есть ребенок, он бы подумал, что перед ним, возможно, невинная девушка. Либо ее внешность коварно обманчива.

В понедельник вечером он вернулся в Москву. В офисе требовалось его присутствие, и Кристиан следующий день провел за делами. Но его неотступно преследовали мысли об Элайзе. Еще и потому, что ему постоянно приходили сообщения.

«Элайза Марковна Маркова, 25 лет. Есть сын, 5 лет».

«Высшее экономическое образование. Работает бухгалтером в ИП Другин О.В».

«Не замужем».

И так целый день.

***

Вечером, вернувшись из офиса на съемную квартиру, Кристиан подумал, что, наверное, уже пора приобрести что-то свое в Москве, потому что часто приходится приезжать по делам и довольно много времени проводить за работой в столице. Хотелось уже чего-то родного и уютного.

После развода с женой он продал их совместное жилье, и теперь только дом родителей был для него единственным родным местом. Он часто вспоминал его душевную атмосферу и живописные пейзажи за окном в небольшом тихом поселке в пригороде Екатеринбурга. Там же, в столице Уральского региона, находился его завод и основные подразделения, включая офис и логистический центр.

После душа и ужина Кристиан собирался отдохнуть, потому что последние два дня вымотали его и ночь он почти не спал. И все из-за этой девицы.

«Писательница…» ― усмехнулся он.

Но все таки открыл ее роман и начал читать во второй раз, уже все подряд, без перескоков.

«Проклятье! Как она это пишет?»

В какой-то момент Кристиан понял, что представляет себя и Элайзу в роли главных героев. Ее образ неотступно стоял перед глазами. Он ее хочет, и так сильно, что просто изнемогает от желания. Он пытался вспомнить, когда так сильно хотел женщину. Но не смог. А их в его жизни было предостаточно. В Элайзе было что-то, что сразу задело, обострило его мужское восприятие и неосознанно притягивало на первобытном, природном уровне.

Он представил, каково это было бы ― обнимать ее… целовать ее мягкие и соблазнительные, как запретный плод, губы… прижимать ее обнаженное тело к своему… и погружаться глубоко-глубоко в ее сладкое и горячее тело.

– Что за… гребаные фантазии? ― выругался он. ― О чем я думаю? Она ославила меня на весь Урал…

Он снова не спал почти всю ночь.

***

Как обычно, Элайза приехала в садик за Марком около половины шестого вечера. Дети гуляли на улице, и ее пятилетний сынишка выскочил из калитки ей навстречу. Она радостно поймала его в объятия и весело рассмеялась. Потом закружила, подхватив под мышки, хотя он был уже крупным малышом. Они не спеша шли к машине разговаривая о том, как Марк провел день.

– Добрый день, Элайза.

Девушка только сейчас заметила Кристиана, который, видимо, уже некоторое время наблюдал за ними.

– Здравствуйте, ― упавшим голосом поздоровалась она. И радостное выражение исчезло с ее лица.

У нее уже начала зарождаться надежда, что он не вернется, что больше не будет претензий с его стороны по поводу дикого совпадения книжной выдумки и его реальной жизненной ситуации. Но прошло два дня, и он снова появился.

А Кристиан убедился, что ее образ ему не приснился и что она существует, эта экзотическая бабочка, которая не дает ему спокойно спать, есть, работать. Стоило ему увидеть ее вновь, смеющейся и счастливой, услышать звонкий переливчатый смех, его сковало напряжение и задергало, как натянутую струну. Более того, на ней было легкое платье, демонстрирующее все прелести соблазнительной фигуры, и это приводило мужчину в волнение, да что там волнение… заводило с пол-оборота, заставляя постоянно контролировать свои мысли, действия и желания.

Он выругался про себя в попытке справиться со своей реакцией.

– Мама, кто этот дядя? ― спросил мальчик, крепко ухватившись за материнскую руку.

– Это с работы, Марк, ― она сердито глянула на Кристиана.

– А я ― Марк. Я ― мамин защитник. Когда я вырасту, я тоже буду большой, как ты.

Кристиан весело улыбнулся и присел на корточки, протянув мальчику руку.

– А я ― Кристиан. Мамин друг. ― Он хитро глянул на Элайзу. ― Рад с тобой познакомиться. Давай руку. ― Он пожал маленькую ладошку по-мужски. ― Вот так здороваются мужчины.

– Я знаю. Дедушка меня учил.

– Сына, иди, садись в машину, я сейчас буду.

Элайза повернулась к Кристиану и вопросительно подняла брови.

– Вы что-то еще вспомнили из списка моих грехов?

Он усмехнулся ее сарказму.

– Мы могли бы встретиться сегодня вечером? ― И, чтобы она нашла такую возможность, иронично добавил: ― Чтобы завтра не пришлось отпрашивать вас с работы…

«До чего же самоуверенный тип. Похоже, от него никак не избавиться… Не дай Бог опять появится в офисе, сплетен точно не избежать. Учитывая, что он знаком с Олегом Владимировичем… А самая главная сплетница и интриганка ― двоюродная сестра босса, Лариса, завскладом по совместительству. Уж она не упустит возможности прославить меня на всю фирму».

– Я постараюсь освободиться через час. Но мне нужно вернуться домой до девяти.

– Пары часов нам хватит, ― Кристиан был доволен собой, что так легко смог ее «убедить».

– Сергей заедет за вами, ― он кивнул на своего водителя, который стоял возле машины. ― Продиктуйте адрес.

***

Менее чем через час ее забрала уже знакомая машина и привезла в тот же ресторан, где они встречались первый раз. Кристиан ждал ее за прежним столиком и был занят работой на ноутбуке, никак не реагируя на ее появление, пока она не села на диванчик напротив. Элайза вынула телефон и поставила будильник, чтобы следить за временем. Кристиан убрал ноутбук. Они встретились взглядом и с минуту пристально изучали друг друга, не уступая и не отводя глаз.

– Может, кофе? Или чего-нибудь… сладенького?

– Чай, если можно. Без сладенького. И давайте сразу к делу.

Он удивленно кивнул и усмехнулся.

– Я планирую, что наше общение продолжится, поэтому предлагаю перейти на «ты».

– А я надеюсь, что сегодня мы все выясним и нам больше не будет нужды встречаться. Но я буду стараться… преодолеть это уважительное обращение к вам.

Он понял ее нежелание переходить черту официальности.

– Мне нужно выяснить доподлинно всю правду. И поэтому мы будем с тобой встречаться, ― он сделал ударение на слове «будем», ― чтобы я мог узнать о тебе хотя бы приблизительно столько же, сколько ты знаешь обо мне.

– Зачем? Конкретно о вас я ничего не знаю! Я вам рассказала все как есть. И в этом капризе обстоятельств нет моей вины.

– Пока я в этом сильно сомневаюсь.

– Если у вас есть какой-то способ разрешить ваши трудности, а в моих силах ― помочь, то я…

Он перебил ее:

– Даже не сомневайся, Элайза, что тебе придется… ― он сделал многозначительную паузу, ― поучаствовать в этом.

Это было сказано так безапелляционно и таким тоном, что у нее мурашки побежали по спине.

Она поняла, что просто так отделаться от него не получится. И, наверное, лучшим в этой ситуации будет предельная откровенность и мирное общение. Независимо от возникающих ситуаций. Он должен поверить в ее искренность.

Она вздохнула и посмотрела на него.

– Хорошо. И можете звать меня Лизой, как все. Полным именем меня никто не называет. ― Он удивленно взглянул на нее, услышав это замечание. ― Спрашивайте, что вас интересует. Чего еще обо мне вы не выяснили…

– У тебя очень красивое имя, и, если ты не против, я буду называть тебя именно Элайзой.

Она не стала возражать, ведь в душе имя ей нравилось. А как он произносил его ― чувственно, как будто ласкал.

– Почему ты думаешь, что я выяснял о тебе что-то?

– Иначе как бы вы меня нашли?

– По локации телефона. А номер я узнал в издательстве. С самого начала было понятно, что книга написана под псевдонимом.

– Ясно. Так что вас интересует?

– Расскажи мне, как ты создаешь свои произведения?

Она пожала плечами.

– Сажусь и пишу.

– Так просто?

– Да.

– А где ты берешь идеи? Как появляются герои? Как ты все заплетаешь в сюжет или, наоборот, раскручиваешь события?

Элайза пыталась понять ― к чему весь это разговор? Нет ли где ловушки? Или он хочет проверить правдивость ее слов?

– Я не ищу идеи у других. Мои сюжеты сами рождаются, в моем воображении. Но я, конечно же, читаю подобную ― а чаще иную ― литературу. Это нужно, чтобы вырабатывать навык насмотренности, способствующий развитию творческих способностей и генерации идей, а также, чтобы отвлечься от собственного «кино» в голове и немного «забыть» то, что пишешь. Чтобы вернуться и перечитать потом, как новое произведение. Насколько я помню, пока у меня не было повторений историй. Может, конечно, есть идеи, которые перекликаются с другими авторами, но я точно не заимствую их.

– И сколько времени уходит на одну книгу?

– Всегда по-разному. ― Она пожала плечами. ― Придумать сюжет намного быстрее, чем его оформить в полноценную историю. От трех-четырех месяцев… это самый минимум. У меня мало свободного времени из-за основной работы. Плюс корректура, редактура. Это тоже занимает от месяца и более. Все очень зависит от объема и загрузки.

Он был явно заинтересован.

– И все-таки, интересно, откуда и как возникают твои истории?

Элайза улыбнулась.

– Я никогда не анализировала этот вопрос. Не могу сказать точно. Сюжеты могут сами по себе придумываться или даже присниться во сне, а иногда, когда знакомишься с чужим творчеством и нравится описание героя, то может возникнуть своя история, или при поиске информации для изучения вопроса, который затрагиваешь в романе, чтобы сюжет стал интересным и правдоподобным. Я просто их кратко записываю, а когда заканчиваю начатые проекты, то беру в работу следующие.

– Так ты одновременно пишешь несколько книг?

– Ну, не совсем так. Когда нужно отдохнуть от текущей работы, чтобы потом посмотреть со стороны, то я могу перечитывать наброски. И к ним уже в свободное время начинают появляться реплики, или разные интересные ситуации, или даже большие отрывки, которые потом можно использовать в произведении. Я все это фиксирую, чтобы не потерять.

Они даже не обратили внимание на официанта, принесшего заказ.

– Кстати, до твоего прихода я успел заказать десерт. Ты не сладкоежка?

– Нет, ― звонко рассмеялась она, увидев его разочарованное выражение. ― А вы хотели меня поразить вот этим? ― Она указала на штрудель с малиной и с мороженым.

– Да, ― искренне признался он.

– Я с удовольствием попробую, раз уж вы заказали. Но вообще-то я не страдаю от отсутствия сладкого, я к нему равнодушна. Что, кстати, не означает, что я не ем десерты. Иногда случается.

– Удивительно. Я не помню, чтобы среди моих знакомых были женщины, которые так холодно относились бы к сладостям.

Элайза пожала плечами.

– В этом нет ничего странного. Я не знаю, есть ли статистика, кто больше любит сладкое, мужчины или женщины, но считаю, что перевес может оказаться на стороне сильного пола. ― Она пытливо взглянула на него. ― А вы ― любите сладкое?

Кристиан выгнул бровь в удивлении.

– А ты не знаешь?

– Откуда я должна это знать?

– Разве авторы не составляют портреты для героев своих произведений? Значит, и для меня такой должен быть.

– Вы не герой моего романа. ―Двойной смысл этих слов нельзя было не заметить. Девушка снова смутилась. ― И я давно не перечитывала эту историю, не помню таких подробностей.

Она лукавила насчет этого, потому что после знакомства с Кристианом начала читать роман, чтобы освежить в памяти все детали и подробности. Только еще не успела закончить.

– Но если бы мне пришлось прописать такое качество, то я бы выбрала вариант, что…

Она задумалась, с затаенной улыбкой наблюдая за ним. И, не осознавая, что делает, отломила кусочек своего десерта и протянула ему. Чтобы он попробовал… из ее рук.

И Кристиан попробовал. Он обхватил ее руку своей и съел предложенный ломтик. Но руку ее не отпустил. А вынул ложечку из ее пальцев и, отломив кусочек, угостил Элайзу. Она замерла, не отрывая от него взгляда, и он не отводил глаз от нее.

«Господи! Что я делаю? Я же никогда себя так не вела… Сама виновата: зачем начала дразнить его? Теперь что? Нет уж, трусиха… теперь ешь. Но только… одну ложечку…и сразу забудь, что так… хочется. Перехочется… ― это недопустимо».

И она… приняла его угощение. Но тут же прекратила эту неуместную вольность, которая только добавляла напряжения.

– Занимательный эксперимент. Я думаю, что вы любите сладкое.

Он усмехнулся.

– Да, ты права. Очень люблю… ― при этом он смотрел на ее губы, которые она в этот момент облизнула, потому что на нижней губе почувствовала каплю мороженого.

Его взгляд поверг Элайзу в состояние легкой паники. Мысли начали путаться, и ее воображение сейчас играло с ней плохую шутку. Она опустила глаза на стол и обнаружила, что ее рука до сих пор находится в его руке и он слегка поглаживает ее пальчики. Элайза потянула руку к себе, стараясь не делать резких движений. И чтобы прервать неловкость, выпалила первое, что пришло в голову:

– Хотите знать, почему я решила, что вам нравится сладкое?

Кристиан улыбнулся:

– Угадала?

– Не совсем. На самом деле у меня есть насчет этого своя теория: все красивые темноволосые мужчины любят сладенькое. Но я не претендую на достоверность, это лишь мои наблюдения.

– Очень любопытная теория… ― Кристиан с интересом наблюдал ее смущение.

«Как она это делает: говорит и пишет такие нескромные и откровенные вещи, а при этом ведет себя как невинная девчушка, да и остается ею… И это так заводит…»

Но он тут же одернул себя: «Расследование должно быть на первом месте».

– Как и когда возникла идея именно этого романа? Где ты искала информацию? Как выстраивала сюжет?

Резкая смена темы и холодный тон вернули Элайзу к малоприятной реальности. Она стала серьезной и задумалась.

– У него очень длинный путь… наброски появились одними из самых первых… ― она стыдливо улыбнулась, покраснела и замолчала.

– Элайза… ― подбодрил ее Кристиан.

Она вздохнула и продолжила, ведь она же решила быть честной:

– Вы будете смеяться… ― он попытался возразить, но она перебила его: ― будете-будете… потому что это действительно кажется глупым. Решите, что я… ― Она замолчала, задумавшись ненадолго: «Хотя, что изменится? Он ведь и сейчас обо мне думает, что я какая-то мошенница. Тогда какая разница: мошенница или сказочница?» ― Впрочем, неважно.

Она смело посмотрела ему в лицо.

– Когда мне было семь или восемь лет, мы с родителями отдыхали на море. Жили в съемных комнатах, по соседству с хозяевами. Я мало помню подробностей, но это и не так важно. Самое главное, что почти каждый вечер во дворе, где мы жили, дети собирались вокруг пожилой женщины, она рассказывала сказки и разные истории. А меня в детстве хлебом не корми, только дай послушать или почитать сказочные приключения, особенно про волшебство, я уже хорошо читала с шести лет. Естественно, я была среди слушателей. Эти рассказы еще долго жили во мне, хотя со временем детали стирались. Но главное, что оставалось и что я помнила ― это страна Катариния, в которой жила большая и дружная семья, из какого-то древнего королевского рода. Страна, конечно же, волшебная и заколдованная… временем. Герои жили в ней счастливой и радостной жизнью, у них были бесконечные приключения, но они не двигались во времени: не взрослели и их жизнь не менялась.

Элайза немного помолчала, с улыбкой вспоминая образы из детства.

– Я была самой дотошной из слушателей в плане деталей: постоянно задавала вопросы или даже пыталась подсказывать, что часто вызывало недовольство рассказчицы. ― Элайза усмехнулась. ― Однажды я все-таки достала ее своими вопросами. Я не понимала, как это не взрослеть и не расти… а что потом? «А потом, ― недобро ответила мне бабуля, ― если время снова пойдет, то оно перепрыгнет в ту точку, где оказалось бы к тому моменту, если бы двигалось, и все сразу станут старше или совсем исчезнут. А их жизнь пройдет впустую». Помню, как я испугалась. Но зная, что это сказка и что она должна закончиться хорошо, я, кажется, потребовала, чтобы женщина «спасла» своих героев. На что она мне дерзко ответила: «Вот когда вырастешь, то и придумаешь, как спасти их, особенно этого непокорного мальчишку Кристиана».

Элайза наблюдала за собеседником во время рассказа и пыталась понять его мысли, но это было сложно сделать ― он слушал внимательно, но его лицо было замкнутым.

– Мы уезжали на следующий день, и мне больше не довелось встретиться с этой старушкой. Но ее рассказы, а самое главное, их герои ― они постоянно жили в моей голове. Позже я заметила, что фантазии только тогда оставляют меня, когда я переношу их на бумагу. Где-то с семнадцати лет или даже раньше я стала записывать все, что рождалось, без какой-то логики, просто маленькие зарисовки. Но годам к двадцати я поняла, что нужно что-то с этим делать, потому что все это постоянно меня преследовало и мое привычное с детства «витание в облаках» только усилилось. Это очень мешает в реальной жизни.

Элайза снова усмехнулась.

– С появлением Марка и после устройства на работу я решила оформить эту историю в полное произведение. В какой-то момент вдохновение требовало выхода, и я писала. Роман, где Елена и Эдуард, те самые король и королева из Катаринии, и их трое детей ― Юлианна, Кристиан и Максимилиан ― стали главными героями моей истории. Богатыми и успешными, у которых все, казалось бы, было хорошо… Все остальные персонажи, которых я помнила ― родственники, друзья, ― я и их постаралась задействовать.

Она удивленно покачала головой, осмысляя невероятность и парадоксальность происходящего.

– Если все это было выдумано какой-то старой женщиной и использовалось в ее сказочных историях, то мне и в голову не могло прийти, что кто-то из них может оказаться реальными людьми!

Элайза посмотрела на своего собеседника, ожидая реакции, но он молчал, хмурясь, и она продолжила:

– Я «спасла» их… на свой манер, конечно. И эта история перестала крутиться у меня в голове. «Уступив место другим, что в принципе ничего не поменяло в плане «витания в облаках». Я все равно в них витаю». ― О последнем она умолчала. Зачем делать из себя еще более странную особу в его глазах?

Кристиан молчал, но Элайза чувствовала нарастающий негатив с его стороны.

– А знаете, почему в романе у главного героя именно такой бизнес? ― Кристиан только вопросительно поднял бровь. А она застенчиво улыбнулась, пытаясь сгладить нарастающую нервозность. ― Да потому, что я работаю в этой сфере и мне знакома эта тема. Ведь Олег Владимирович занимается продажами колбасы, и у него есть производство мясных полуфабрикатов и небольшой колбасный цех. Да это вы и без меня знаете, вы ведь знакомы.

Элайза обеспокоенно наблюдала, как меняется выражение его лица: Кристиан становился все мрачнее. Она перестала улыбаться и встретилась с ним взглядом.

– Ты все это на полном серьезе? Про детство и про сказки? ― По его голосу чувствовалось, что он не просто сердится, он едва сдерживает гнев. ― Ты же не думаешь, что я поверю в… этот бред?

Она вздернула подбородок и, не отводя глаз, дерзко заявила:

– Правда может быть разной: глупой, нелепой, горькой, тяжелой, любой… но от этого она не перестает быть правдой. Вы можете верить или нет, но другого объяснения мне взять неоткуда.

Кристиан ничего не ответил, сверля ее взглядом. По выражению его лица она поняла, что он не поверил ни одному ее слову.

Элайза услышала звонок своего будильника.

«Пора домой! Слава Богу!»

Но решила закончить:

– А в целом все истории любви в данном жанре построены примерно по одной схеме: от встречи до финала герои проходят некий путь. Все в принципе предсказуемо. Романтика, добро побеждает зло, любовь на всю жизнь, счастливая развязка ― вот основные черты подобных произведений. Это все, что я хотела сказать, отвечая на ваш вопрос.

– Ты еще забыла добавить ― фантастический секс… ― иронично добавил Кристиан, вновь убеждаясь, что упоминание этой темы вводит его собеседницу в крайнее смущение.

– И… мне пора, ― она не ответила на его замечание и старалась не смотреть на него, убирая телефон в сумочку. ― Надеюсь, вы получили достаточно информации? ― И все-таки ей пришлось взглянуть на него.

Кристиан, свободно откинувшись на спинку дивана, смотрел на нее с понимающей улыбкой:

– Наоборот, у меня появилось еще больше вопросов.

«Как же мне избавиться от этого любопытства? Все это развивается в каком-то непонятном направлении».

Она в надежде спросила:

– А может, вы пришлете мне свои вопросы на почту? Я обещаю, что отвечу прилежно и ответственно.

– Элайза, ты все правильно понимаешь… что только при личном общении можно наверняка узнать человека, почувствовать и увидеть его эмоциональную реакцию. Поэтому удаленка отменяется.

«Да! Глупо было на это надеяться».

Он глянул на часы.

– Еще полчаса… рановато уходить.

Элайза лишь пожала плечами.

– Сбегая, ты наводишь на мысль, что тебе есть, что скрывать…

Она удивленно уставилась на него.

– Я не сбегаю, и мне нечего скрывать! Что за нелепое предположение! Я не располагаю временем в достаточной степени, потому что я не свободна, мне пора домой! ― раздраженно возразила она.

– Тогда до послезавтра. Это будет пятница, может, ты сможешь выделить мне побольше времени? Напиши мне сообщение, пожалуйста. Я постараюсь подстроиться под твое расписание.

Все это он проговорил смешливым тоном, заставляя  Элайзу смутиться от резкости ее собственных слов.

– Чтобы нам зря не терять время в следующий раз, давайте вести все-таки предметный разговор. А я постараюсь ответить на все ваши вопросы. Вы можете спрашивать меня все, что вас интересует. Вы же прочитали роман?

– Еще не дочитал.

Она удивленно уставилась на него.

– Как это понимать?

– Первый раз я только бегло и выборочно прошелся по тексту.

– Вот так номер! И вы, не ознакомившись в полной мере с содержанием, сразу обвинили меня во всем, в чем только можно?

Кристиан никак не отреагировал на ее слова, и Элайза занервничала еще больше.

– Знаете, что, пока вы не прочтете все от корки до корки, нам нет смысла что-либо обсуждать.

Глава третья

Только выйдя на улицу, Элайза поняла, в каком напряжении была весь этот странный вечер. Вздохнув поглубже, она попыталась сосредоточиться на том, как добраться домой и вообще переключиться на свою реальную жизнь. В присутствии этого мужчины Элайза чувствовала, что она как будто в сказке, в нереальном мире, что он ― центр притяжения, а все остальное только антураж. Сегодня она вспомнила ту давнюю детскую историю, которая почти забылась после того, как Элайза закончила работу над романом. И это добавило эфемерности в ее ощущения. Впервые в жизни ее чувства приходили в такой раздрай, ее разумность и взвешенность давала сбой, она с трудом контролировала эмоции и свою реакцию на этого мужчину, а тело так и вовсе взбунтовалось и требовало удовлетворения самых неприличных желаний.

Ей хотелось побыть наедине с собой и все спокойно обдумать. Дома это почти невозможно, только когда все уснут и она, лежа в постели, сможет разложить все по полочкам.

– Элайза Марковна, я должен отвезти вас домой, ― услышала она за спиной.

Она повернулась и увидела водителя Кристиана.

– Сергей, я не привыкла к такому обращению ― по имени-отчеству, можно просто Лиза.

– Хорошо, Элайза Марковна, пойдемте, я вас отвезу.

Она улыбнулась и покачала головой, подумав, что, возможно, упрямство ― это заразно.

– Я поеду с вами, если вы будете обращаться ко мне без отчества, все меня зовут Лизой.

– Я бы с радостью выполнил вашу просьбу, но у меня распоряжение Кристиана Эдуардовича.

– И что за распоряжение?

– Я должен обращаться к вам только по имени-отчеству.

– Ладно, не буду мешать вам выполнять ваши обязанности.

– Спасибо.

Она села на заднее сиденье и решила пока плыть по течению.

***

Следующее утро началось не как обычно, а именно ― с разного рода неприятностей. Собираясь утром в садик и на работу, Элайза искала свой крем, который берегла пуще золотых украшений. Но сегодня он как сквозь землю провалился. Она была расстроена чуть ли не до слез.

– Мама, ты не видела мой защитный крем от солнца?

– Нет, Лизунь. Может, он закатился куда-нибудь… потому что вчера Марк уронил столик на себя, и все, что было на нем и в нем, вывалилось. Мне пришлось после этого долго все разбирать. Зато порядок там у тебя навела.

– Я не поняла, что значит «Марк уронил на себя столик»?

– Ну он, видимо, залезал на него и прыгал на кровать, вроде как ныряют в воду. И в какой-то момент он нырнул… и столик за ним. Ты не волнуйся, с Марком все в порядке. Он немного испугался, но не ушибся.

– Мама!? Где кровать и где мой столик? Как он мог с него прыгать?

Мадлена вздохнула.

– Мы разложили ему нижнюю кровать. Он хотел попрыгать на «батуте». Столик он сам придвинул. Мы не видели, когда он успел это сделать. Я вышла буквально ненадолго.

– Ясно. Опять разрешили ему безобразничать… ― Элайза вздохнула от легкого раздражения, но ее главное беспокойство сейчас было о другом. ― Моего крема нигде нет! Что мне теперь делать? Стоит мне только один день выйти на солнце, и веснушки снова покроют все лицо… ― голос дрожал от подкатывающих слез. ― И я не смогу от них избавиться уже до зимы.

– Лизунь, твои веснушки совершенно не уродливые, тем более на них сейчас мода. Я недавно видела по телевизору передачу о новых трендах. Так вот, некоторые фотомодели даже специально делают татуаж в виде веснушек.

– Да пусть делают! А я не хочу, это наказание какое-то, эти веснушки.

На комоде в прихожей зазвонил телефон.

– Ну вот, ничего не успела, а уже будильник звонит, пора выезжать. Марк, выходи из туалета, хватит там прятаться.

На работу она все равно опоздала.

– Елена Владимировна, извините, меня гаишники остановили по дороге, а передо мной у них оформление штрафа было, мне пришлось ждать, когда они освободятся.

– Ладно, Лиз, бывает. Ты нам лучше расскажи, что за мужчина к тебе приезжал… Нас просто распирает всех от любопытства. Лариска сказала, что это какой-то знакомый Олега. Очень богатый бизнесмен с Урала. И не женат… Вернее, разведен. У него бывшая жена фотомодель, Виктория Семенова.

– Я таких красивых мужчин никогда не видела, если только в кино или среди знаменитостей… ― мечтательно и с восхищением произнесла другая сотрудница, тоже Лена.

– Да-да, я прямо обмерла, когда его увидела, ― хихикнула Юля.

Они все с любопытством уставились на Элайзу.

– Ой, девочки, ничего меня не спрашивайте… Я даже не знаю, что вам сказать… Ни о чем, что касается этого человека, мне нельзя распространяться, потому что он и так ко мне с претензиями за разглашение информации о его частной жизни. Это все какое-то недоразумение, и надеюсь, что оно скоро разрешится.

– А может, ты ему понравилась? ― предположила Юля. Она была очень серьезной и рассудительной, несмотря на молодость.

– Это исключено.

– Лариска говорит, что он пере… кх-кх… со всеми красотками на Урале и перешел на Москву. После развода.

– Откуда она это взяла? ― возмутилась Элайза.

– Ты что, Лариску не знаешь? Она все выведает и пронюхает, у кого хочешь и о ком хочешь. Только дай поговорить.

«Язык бы ей оторвать. Наверняка уже что-нибудь и про меня насочиняла, чего и не было…»

– Тем более, девочки, не обижайтесь, я ничего не могу вам рассказать. Не хватало еще, чтобы Лариса распространяла легенды о том, чего не было и нет. А «успехи» с красотками этого персонажа меня вообще никак не касаются.

Элайза занялась рабочими вопросами и весь день была молчалива, не вступая в разговоры на отвлеченные темы. Ее мучил вопрос, как и когда выделить время на очередную встречу с Кристианом.

«Может, хоть на этот раз он озвучит, что ему нужно или чем я могу помочь… И лучше бы, чтобы это была наша последняя встреча.

Абсолютно пугающий тип. Он то милый и обаятельный, то грозный и… опасный. Я становлюсь в его присутствии сама не своя. Эмоции просто неподконтрольны мне… такой я никогда не была.

А еще… ох… даже не думала, что так неожиданно меня будет одолевать желание… стоит только подумать о нем и… И возбуждение… не только в присутствии этого… невозможного человека… но даже и при мыслях о нем… и что с этим делать? Это какое-то безумие…

Он, конечно, как мужчина просто шедевр. Но я же не первый раз встречаю интересных и красивых представителей сильного пола. Я никогда так не реагировала на внешнюю красоту… И если быть честной с самой собой, то вообще никогда так ни на кого не реагировала… Почему именно он на меня так действует?

Нужно как можно быстрее разрешить все вопросы с ним. Роман я дочитала. Составлю вопросы, чтобы и самой попытаться понять… может, его требования не вполне обоснованы… хотя из того, что я уже знаю, ясно, что не все так просто. И не совсем понятно. К тому же я еще, скорее всего, многого не знаю.

Точно, я должна сосредоточиться на деле. Нужно игнорировать свои «внезапные слабости» и не терять рассудительности».

Вечером она осторожно завела дома разговор:

– Мам, вы в деревню завтра собираетесь поехать?

– Ну да, как обычно. У меня же короткий день, и папа пораньше закончит. А чего нам в городе делать?

– А я вам завтра нужна буду? Или можно в субботу к вам приехать?

– Да как хочешь. Ты сходить что ли куда надумала, Лизунь?

– Завтра у юристки день рождения, после работы хотели немного посидеть… ну а потом не знаю… как получится… как настроение будет… Если, конечно, вы не против.

«Очень удачно, что у Светки завтра день рождения».

– Лизунь, мы не против. Марка заберем из садика пораньше. Ты только предупреди воспитательницу.

– Спасибо, мам.

Она отправила смс: «Завтра могу после 18:00, если вы прочли роман».

Через несколько минут пришел ответ: «От корки до корки. Завтра до скольких?»

«О господи! Даже такая сухая переписка заставляет меня нервничать».

«До 21:00», ― написала она.

«До 24:00», ― тут же пропиликал телефон.

«Моя полночь наступает в 21:00», ― не уступала Элайза.

«Переведи свои часы назад, чтобы в полночь на них было 21:00. К 18:00 пришлю за тобой машину».

«Приеду сама. Только не приезжайте ко мне на работу».

«Значит, полночь будет в полночь».

Элайза не стала больше отвечать. Уже в который раз он брал верх, манипулируя ее обстоятельствами.

***

Утро пятницы началось совсем не так, как было запланировано. Телефон разрядился, и будильник не прозвонил. Элайза проспала. Марка в садик и себя на работу собирала со скоростью «как попало», только бы не опоздать.

– Мама, почему ты меня не разбудила?

– Лизунь, да не спеши ты так, у тебя еще есть время.

– Мама, я не люблю опаздывать, ― она всегда завидовала невозмутимому спокойствию матери, сокрушаясь, что сама не обладает таким качеством.

Нацепив первое попавшееся платье, не успев накраситься и уложить волосы, Элайза выскочила из дома, подхватив сына подмышку. На работу, к своей радости, она приехала вовремя. Даже осталось время взглянуть на себя в зеркало.

– Света, привет, с днем рождения! Ты с утра уже с сумками? Давай помогу.

– Да, тащу закусь. Спасибо, дорогая, за поздравление. Вечерком посидим.

– Светик, желаю, чтоб в твоем доме появился настоящий мужчина и не ты носила сумки, а тебя носили на руках. Любви тебе и счастья!

– Спасибочки, Лиза, буду стараться.

Они обнялись, искренне улыбаясь и радуясь хорошему поводу.

– Свет, у тебя есть что-нибудь из косметики?

– А ты что собралась красить? У тебя и так все как надо.

– Да мне хотя бы тушь… я сегодня собиралась как пришлось, будильник не сработал, надела что попало, и на работу. Даже в зеркало себя не видела.

– Тебе можно позавидовать, подруга. Всем бы так выглядеть, не смотрясь в зеркало. И платье у тебя клевое. Коралловый цвет тебе идет. Ты прям, такая… а-ах-х… как конфетка. Будь я мужчиной, так и хотелось бы тебя заполучить.

Света была интересной молодой женщиной, с изюминкой татарской крови. Смуглая, черноглазая и черноволосая. Яркая и эффектная. Но очень свободных нравов и креативных высказываний. Элайзу иногда такая предельная откровенность шокировала, но она никогда никого не осуждала.

Девушка долго вздыхала перед зеркалом в туалете. Веснушки рассыпались по щекам и даже чуть-чуть на лбу. Волосы пушились и не хотели аккуратно ложиться.

«Да… печалька… и платье не в тему надела. Слишком откровенное… и коротковато… я же его убрала из гардероба. Что оно делало на вешалке?»

***

– Ты на свидание что ли собралась? ― Лариса легонько толкнула Элайзу в бок, усевшись около нее со стаканчиком.

Света после четырех накрыла стол, с разрешения начальника, и офис уже праздновал ― и ее день рождения, и очередную пятницу. Старшие менеджеры и завскладом прибыли ближе к пяти, и в общем кабинете стало шумно.

– Лариса, отстань от нее, ― уже немного замедленно после выпитого, но в присущей ей решительной манере проговорила Света в защиту Элайзы. ― Ну что тебе все неймется? Почему тебе везде свой нос нужно сунуть?

– А кто вас, романтичных дурочек, еще жизни научит? Только Лариса.

Она снова обратилась к Элайзе.

– Ты поосторожнее с этим уральским Казановой, он свое получит, а потом ищи-свищи ветра в поле…

– Лариса, да с чего ты взяла, что я с ним куда-то да чего-то? ― возмутилась Элайза.

– Это и дураку понятно.

В этот момент Элайзе пришло сообщение:

«Я отправил за тобой такси».

– Этого еще не хватало… ― выругалась она, уже накрученная разговорами и сплетнями о ней и о ее якобы свиданиях с Кристианом.

Ей пришлось выйти из кабинета, чтобы отправить ответное сообщение:

«Мне нужно еще заехать домой переодеться. Отмените машину, я сама приеду».

Она даже не успела вернуться, как получила ответ:

«Не имеет значения, во что ты одета. Такси уже подъезжает».

И действительно, ей тут же пришло оповещение, что машина ждет у входа.

Элайза беспомощно вздохнула и безропотно пошла в кабинет за своей сумкой. И, чтобы не привлекать к себе внимание, она, не попрощавшись, вышла на улицу. В такси она отправила Свете сообщение с извинениями за то, что ей пришлось уехать. Дорогой она вздыхала, вспоминая прошедшую неделю и волнуясь перед новой встречей, не зная, чего от нее ожидать. Настроение у нее было не радостное.

***

– Добрый вечер, ― Элайза стремительно вошла в отдельный кабинет, который в этот раз забронировал Кристиан все в том же ресторане.

Он сидел, откинувшись на спинку дивана, и что-то просматривал в телефоне с довольной улыбкой на лице.

– Добрый вечер, Элайза, ― поприветствовал он, растягивая слова по мере того, как его взгляд опускался от ее лица вниз. ― Ты успела переодеться?

– Разумеется, нет. Вы не дали мне такой возможности, ― возмущенно заявила она.

– А… это? ― он указал на ее платье, помахав рукой сверху вниз.

– Это недоразумение. По всей видимости, устроенное моей мамой, ― казалось, она расстроена этим обстоятельством. ― Но ведь это не помеха? ― с вызовом ответила она.

Кристиан хмурился. Ему не нравилась мгновенная и бешеная реакция его тела при взгляде на нее, да и вся эта ситуация, которая развивалась не совсем по его плану.

Элайза присела на диван напротив и стала осматриваться, оттягивая момент, когда придется посмотреть на него. Ей нужно было немного успокоиться, потому что встреча с Кристианом приводила ее мысли и чувства в замешательство. Он был так невероятно красив, что это постоянно выбивало ее из равновесия. Наконец, она сложила руки на коленях и взглянула на него. Он явно не испытывал подобного дискомфорта и не сводил с нее глаз.

– В твоей внешности что-то изменилось… ― Кристиан с интересом рассматривал Элайзу и думал, что она похорошела еще больше. Что-то еще более невинное и в то же время озорное появилось в ее лице. Ее волосы сегодня тоже были немного взлохмачены на макушке, что делало Элайзу очень трогательной и беззащитной.

– Я сегодня проспала и не успела накраситься.

– Точно!.. стрелки… но дело не в этом… у тебя появились веснушки!

– Надо же, вы заметили… ― с ехидством отозвалась Элайза, воспринимая его реплику как насмешку.

И тут его вдруг осенило.

– Знаешь! Это переходит все мыслимые и немыслимые границы, ― он вдруг заговорил с ней ледяным тоном. ― Никто не знает о моей «слабости» к веснушкам… Откуда тебе это известно? Ты специально их себе нарисовала, чтобы соблазнять меня ими? ― Его вспышка слегка утихла. ― Зря старалась!

Элайза уставилась на него в недоумении.

– Вы сошли с ума? Да это мое проклятье. Марк куда-то задевал мой крем, и теперь я буду до зимы ходить с этими… конопушками. От них теперь не избавишься просто так… ― Она явно была расстроена такими перспективами.

«И зачем я это ему сказала? Ну что за день! И вчера, и сегодня! Одни неприятности. Теперь это еще приходится терпеть».

– Ты серьезно? Ты сводишь их специально? ― Кристиан немного сожалел о том, что вспылил, вернее, о том, что рассказал ей о себе очень личное. ― Зачем? Если природа наградила, значит…

– Вас это умиляет? ― она хмуро посмотрела на него.

Он неопределенно пожал плечами, едва улыбнувшись.

– Веснушки… это чудесно.

– Да, так чудесно, что ничего хуже быть не может. И давайте перейдем к делу. Меня ваши «слабости» мало интересуют и совсем не касаются. И соблазнять вас я не собираюсь. Можете успокоиться на этот счет.

Его взгляд снова стал холоднее морозного ветра.

Сегодня в обед Элайза потратила время на поиск информации о нем в интернете. И выяснила, что после развода, который случился почти год назад, Кристиан весело и ярко проводил время, меняя любовниц со скоростью выхода новостей. Только самые лучшие, только самые красивые, только самые-самые…

И это тоже добавило дегтя к сегодняшнему дню.

«Разве можно его за это судить? Если мы, женщины, сами готовы на все ради чарующей улыбки и нежного взгляда этого сногсшибательного красавца…»

Она обреченно вздохнула.

– Зачем вы прислали такси! Я же просила вас не приезжать ко мне на работу.

– А в чем проблема?

– Проблема в том, что у нас есть некоторые особы, которые без сплетен и интриг жить не могут. Вы не представляете, какие невероятные предположения и домыслы уже все строят относительно вашей репутации героя-любовника и моих встреч с вами.

– М-м-м… как все интересно у вас… Может, расскажешь поподробнее?

– Что рассказать? Что с вашим появлением у меня только добавилось проблем?

Он удивленно приподнял бровь.

– Например?

– На работе все спрашивают о вас. Я же не могу сказать, что я написала книжку, в которой вы увидели себя и теперь у вас ко мне претензии. Я не афиширую свое увлечение. Не для этого я пишу под псевдонимом.

– А что еще?

– Еще проблема для меня уйти из дома. Для этого нужен предлог. В прошлый раз, например, пока я была с вами, Марк устроил дома погром, результатом стало вот это, ― она указала на веснушки, ― мои родители его балуют и разрешают шалить.

– А где его отец? ― вопрос был абсолютно неожиданным, причем для обоих.

Элайза раздумывала некоторое время, прежде чем ответить.

– Погиб.

Они какое-то время помолчали.

– Может, поедим? Я решил дождаться тебя, не знал, что ты захочешь.

Она облегченно выдохнула и застенчиво улыбнулась.

– Рыбу. Не откажусь.

Элайзе в этот момент пришло сообщение от Светы:

«Лариса всем поет, что ты укатила на свидание с уральским Казановой».

Она глянула на экран и в расстройстве бросила телефон на диван.

– Что сегодня в вашей программе? ― Она решила, что не стоит продлевать мучения и лучше, наверное, побыстрее пройти все испытания. ― Вы прочитали роман?

– Да. Но я предлагаю сначала поесть.

– Такое начало не добавляет аппетита, ― она с опаской посмотрела на него.

– Я же говорил тебе, что не кусаюсь… ― Он улыбнулся Элайзе так, что ее сердце чуть не выскочило из груди.

– Вы не против, если я схожу в дамскую комнату? ― Ей нужно было успокоиться.

– Нет, конечно. Только не пропадай, чтобы мне не пришлось тебя искать.

Она иронично ему улыбнулась и вышла.

Пока ее не было, Кристиан не удержался и заглянул в ее телефон. На экране все еще висело сообщение, которое он хотел прочитать.

«Значит, я ― уральский Казанова… Забавно».

Элайза вернулась только минут через пятнадцать. Кристиан уже решил, что еще пять минут, и пойдет ее искать.

– Вы уже меня потеряли? ― Она понимающе посмотрела на него, правильно оценив его хмурый вид. ― Там свадьба в банкетном зале. И мне довелось сейчас наблюдать увлекательную сцену. Мне нужно кое-что записать. Я быстро.

Она взяла свой телефон и проворно стала набирать текст. Кристиан наблюдал за ней, затаив дыхание. Черные пушистые ресницы словно веерами окружали ее веки. Легкая и загадочная улыбка играла на губах. Иногда она прикусывала нижнюю губу и задерживала дыхание. Склонив голову над телефоном, Элайза записывала свои мысли и не замечала, что Кристиан не может оторвать от нее взгляда. Ее волосы каскадом упали на плечи и грудь, игриво лаская открытую зону декольте ее соблазнительного платья и забираясь в ложбинку между грудей, выпуклости которых нескромно были выставлены напоказ.

Его сковало, как тисками, мучительное желание. Кровь шумела в ушах, и он боролся с откровенной реакцией своего тела. Такого наваждения у него не было давно или совсем не было. Он не помнил. Ему так страстно хотелось обнять Элайзу, зацеловать, чувствовать ее в своих руках, ощутить ее нежную кожу, а эти веснушки…

«О-о-о, мне нужна любовница… и как можно скорее! Если каждая встреча с этой несносной писательницей будет проходить в таком напряжении, то я сойду с ума… мне необходима разрядка».

Элайза как будто почувствовала его пристальное внимание и, мельком взглянув в ответ, снова уткнулась в телефон. Но почти сразу же до нее дошло, как он на нее смотрит. Она снова подняла глаза и замерла. У нее по телу моментально стал растекаться жар… и слабость… и еще что-то, чего она не могла описать…

– Извините… я увлеклась… ― Она заблокировала экран и отложила телефон.

– Значит, так рождаются твои книги?

– И так тоже, ― она застенчиво улыбнулась.

– Выглядит увлекательно. Похоже, что тебе это нравится.

– Мне иногда кажется, что я это не контролирую. Сочиняю с детства, ― в ее улыбке появилось озорство, ― а первую книгу написала в двадцать лет.

В это время им принесли заказ. Официант ловко расставил тарелки и удалился.

– А вы живете в Москве? И сюда приезжаете специально, чтобы со мной встретиться? ― Элайза старалась не быть излишне любопытной, чтобы не вызвать ответного интереса к себе, но сейчас ей нужно было понять этого человека, его мотивы и возможные для себя последствия.

– В Москве у меня новый офис, и поэтому я сейчас чаще живу там, чем дома. А сюда я приезжаю только по одной причине: мне нужно разобраться с этой историей.

– И вам не жалко столько времени на дорогу? Даже по платному шоссе наверняка около двух часов тратите… в одну сторону. Помните, я предлагала вам обсудить все в переписке. Разве это не лучший способ сэкономить самое дорогое?

– Если ты помнишь, то я отклонил твое предложение. А времени на дорогу уходит действительно много. Поэтому мне хотелось бы, чтобы наши встречи были более продолжительными.

– Это проблематично. Если мне придется придумывать причину для следующего раза, то я даже не представляю, что сказать своим родителям.

– А что ты про сегодняшний вечер им сказала?

– Сегодня в офисе у одной сотрудницы день рождения, поэтому мне особо не пришлось ничего придумывать. У нас на работе разрешено накрыть стол и посидеть коллективом.

– А как же ты объяснила дома, что вернешься не раньше полуночи?

Элайза поняла, что либо ей придется сказать, что родители уехали, либо что-то придумать в ответ на его вопрос, прекрасно осознавая, к чему он клонит: ведь она требовала ограничить эту встречу до девяти вечера. Но решила держаться правды.

– Все уехали в деревню. Поэтому этот вопрос не обсуждался.

 Кристиан молча ел, явно что-то обдумывая. Элайза последовала его примеру, только ее мысли были направлены на то, как избежать новых встреч с ним и закончить эту историю побыстрее.

– На следующей неделе выходные до вторника, так? Из-за праздника… Поэтому во вторник мы могли бы встретиться днем, без ограничения по времени. Твои родители наверняка будут на даче до вечера.

Элайза чуть не застонала от такого расклада. Даже возразить нечего.

– А в пятницу придумай что-нибудь в духе сегодняшнего дня.

Она даже растерялась.

– Вы что, хотите еще неделю заниматься своими… допросами?

– Совсем не подходящее слово к сегодняшнему вечеру, ― ирония сквозила во всем, в его голосе, во взгляде. ― Да и к остальным… встречам.

– Спасибо. Все было очень вкусно… ― Она демонстративно отложила вилку и закончила есть. ― Давайте вернемся к нашему вопросу, а то вдруг вам и следующей недели не хватит.

Глава четвертая

– Да мы никуда и не уходили от нашего вопроса. Любая мелочь может иметь значение, любое знание может помочь… понять, зачем ты это сделала.

– Вы абсолютно невозможный человек! ― Она яростно сверкнула на него глазами. ― Знаете, что? Я тоже буду задавать вопросы, которые меня интересуют. И вы будете на них отвечать. Я не считаю себя виновной в этой ситуации. И здесь я лишь по той причине, что добровольно пытаюсь вам помочь, разобраться.

Элайза своей пылкой речью немного выпустила пар и уже более спокойно добавила:

– И чтобы вы поскорее оставили меня в покое.

«Это вряд ли… Теперь я точно знаю, чего хочу… И это сводит меня с ума…» ― он протяжно вздохнул, почувствовав, как в нем просыпается азарт… «Теперь есть цель… и очень, очень соблазнительная».

– Тогда я уступаю тебе первой начать расспросы.

Элайза не надеялась на такую сговорчивость и даже растерялась. Она некоторое время недоверчиво смотрела на него, а потом, кивнув, вынула из сумочки свой экземпляр книжки и открыла список заметок на последних страницах. Кристиан не ожидал ничего подобного, но его это только позабавило.

– Расскажите мне, почему вы решились выполнить условия пари?

Он усмехнулся, но ничего не ответил.

– Я хочу получить откровенный ответ. Даже если вы сами себе на него еще не отвечали.

Он уставился на нее. Ее серьезный и решительный вид сначала сильно удивил его, а потом он задумался.

– Тогда и ты мне откровенно ответишь на мои вопросы.

– Да ваши вопросы уже вывернули и меня, и мою жизнь наизнанку, ― возмутилась она.

– Я так понимаю, что это согласие, ― спокойно ответил он.

– Я жду, ― Элайза сверлила его взглядом.

– Я не знаю точного ответа.

Кристиан замолчал. Казалось, что он больше ничего не скажет, но она терпеливо ждала.

– Наверное, сразу по нескольким причинам, которые совпали в один момент. Во-первых, я же проиграл. Либо условие пари, либо штраф. Штраф ― это был не вариант. Потому что продать половину своей компании я не готов. ― Во взгляде Элайзы сверкнуло удивление, но она ничего не сказала. ― Во-вторых, отношения с Викторий у нас к тому моменту стали никакими. Она часто закатывала скандалы ― то я не даю ей достаточно денег, то не пускаю по клубам и сам с ней не хожу, то настаиваю на том, чтобы она нашла себе работу или полезное занятие в жизни. В общем, масса разных претензий.

– Не хотелось бы вас перебивать… но можно я спрошу? Вы запретили ей работать в модельном бизнесе?

– Да.

– Но почему? ― не удержалась Элайза.

– Могу ответить словами из твоего романа: «Моя жена ни за что не будет сверкать голым задом или другими частями тела на публике».

– Ясно. Продолжайте, пожалуйста.

Кристиан молчал. Но Элайзе почему-то казалось, что он рассказал не все. Она выжидающе смотрела на него. Он понял, что она ждет продолжения. И знал, что осталось именно то, в чем он ни за что не хотел признаваться.

– А в-третьих, наверное, я захотел вырваться из этого… состояния.

– Вы имеете в виду брак?

Он кивнул.

– Вы жалеете об этом?

– Я получил опыт и сделал выводы.

– Звучит так, как будто вы больше не верите ни одной женщине и теперь будете вечным холостяком.

– Так и есть.

– Ясно, ― Элайза внимательно посмотрела на него, не в силах поверить, что он говорит серьезно. Ее разбирал смех от такой глупости.

– Очень жаль, конечно, но меня это… вроде как и не касается. Давайте вернемся к нашему вопросу.

– Почему у меня ощущение, что ты сейчас расхохочешься… ― Он впился в нее глазами.

– Я же сказала, что меня это не касается, ― она старательно отводила взгляд, вправду пытаясь не рассмеяться.

Кристиана это задело. Он пересел к ней на диван и развернул ее к себе.

– И что в этом смешного? ― Он сильно сердился.

– Ну, вы сами напросились… Дурацкие у вас выводы. Конечно, мне смешно. Вы взрослый мужчина, а рассуждаете как… как… ― она старалась подобрать сравнение покорректнее.

– Как кто?

– Да неважно. Нельзя так. Знаете пословицу: «Обжегся на молоке, теперь и на воду дует»? Это про вас и ваши выводы.

– Неужели ты мне будешь читать лекцию про смелость? ― Его тон и взгляд вдруг изменились.

Кристиан дотронулся до ее волос и заправил пряди за ушко, при этом нежно коснувшись подушечками пальцев ее кожи. Его взгляд опустился на открывшуюся ложбинку между ключицами, где темнела очаровательная родинка. Ему вдруг безумно захотелось ее поцеловать… почувствовать нежность ее кожи… вдохнуть ее аромат…

– Я согласна… ― Кристиан решил, что ослышался. Неужели она разрешит ему это сделать… ― Что у нас с вами разные мнения и взгляды на жизнь, ― продолжала Элайза, ― поэтому давайте оставим эти дискуссии и вернемся к обсуждению нашего общего вопроса.

Она нервничала, когда он так смотрел, а уж если он дотрагивался до нее, то ее всю бросало в дрожь и рассудок давал сбой. Она отвернулась и попыталась отодвинуться от него как можно дальше.

– Итак, из вашего ответа можно сразу сделать вывод, что с повествованием романа есть большое расхождение. Общие только тезисы: пари, измена с секретаршей, развод с женой. Все остальное отличается ― и мотивы, и ситуация, и условия.

– Я бы так не сказал. Все «остальное» складывается из мелочей. А такими мелочами являются имена, незначительные детали, описания мест, которые существуют в реальности, и еще много разных мелких моментов, которые обращают на себя внимания больше, чем какие-то мотивы или поступки.

– Что вы имеете в виду? Какие могут быть «мелочи», которые подчеркнут сходство больше, чем мотивы или события?

– Например, у меня есть младшие братья-близнецы, двоюродные. И их зовут Николай и Андрей, ― его голос звучал вкрадчиво, и он неумолимо говорил вещи, от которых Элайзе становилось не по себе. ― И с Ником у нас действительно давний конфликт.  ― Он с удовольствием отметил, как меняется выражение ее лица, и продолжил. ― Родная сестра Юлианна старше меня на два года, а брат Максимилиан ― младше на четыре. Достаточно для начала? Заметь, все как в книге.

Элайза расстроенно молчала.

– Но почему вы мне не рассказали об этом в прошлый раз?

Он лишь пожал плечами и ничего не ответил.

Элайза не могла не признать:

– Тут вы правы. Совпадение просто невероятное… ― упавшим голосом констатировала она. ― Это сильно влияет на восприятие. ― Она повернулась к нему. ― Расскажите мне про все такие моменты…

Он с усмешкой поднял бровь.

– Да так сразу все и не вспомнишь… Я ведь не разбирал на «сходится» и «не сходится». В целом-то создается впечатление, что все так, как в книге, потому что посторонним не объяснишь, как было на самом деле.

– Тогда давайте будем читать вместе, я хочу разобраться.

– Читать? ― Она кивнула. ― Вместе? ― Она снова кивнула.

Кристиан загадочно улыбнулся.

– Я, кстати, сам хотел предложить… чтение некоторых непонятных мне моментов. Только сейчас моя очередь задавать вопросы.

Он встал и достал свой экземпляр книги из кармана пиджака на спинке того дивана, где изначально сидел. И сев обратно к Элайзе, открыл на странице с загнутым уголком.

– Вот… ― И он начал читать отрывок из ее романа, поглядывая на ее реакцию.

― Луиза… ну же… смелее… ― он взял ее за руку и подвел к кровати, ― завяжи мне глаза, если не хочешь, чтобы твое условие было нарушено, и сними трусики.

Луизу охватила дрожь. Предвкушение чего-то нового возбуждало, ее уже не пугал его сердитый тон.

― Кристиан Эдуардович, мы прямо сейчас… может, вечером… после рабочего дня…

― Луиза, вечером обязательно… и сейчас… ты же не против?

Она встала на край кровати и, притянув его за руки поближе к себе, стала завязывать глаза.

― Нет, конечно… ― прошептала она.

Кристиан тем временем нашел у нее на талии застежку ее нелепой юбки, расстегнул пуговицу и молнию, стащив это препятствие резким движением.

Луиза перешагнула через упавшую к ее ногам юбку и спустилась на пол, чтобы выполнить его последнее указание и снять трусики.

― Я могу помочь… ― она дотронулась до его талии, ― с раздеванием…

― Луиза… эти два дня ожидания… меня просто вымотали… ― Она в темноте определила, что он сам справился со своими брюками и бросил их куда-то в направлении кресла. ― Мне нужно снять напряжение прямо сейчас… ― он нетерпеливо схватил ее за ягодицы и прижал к себе. ― О-о-ох… ты не против?

― Нет, ― выдохнула она со стоном и нетерпеливо прижимаясь к нему.

Вся скромность и природная стеснительность улетучилась, и Луиза почувствовала себя бушующей стихией. Желая брать и получать, что пожелаешь, свободно и раскованно. И с такой же страстью отдавать себя.

Кристиан развернул ее к себе спиной и скомандовал упереться руками в кровать, сделав шаг назад. Луиза с трепетом подчинялась всем его указаниям, чувствуя, что уже изнемогает от желания. Он без прелюдий пристроился сзади и навел свое возбужденное орудие прямо к ее горячему источнику.

― Луиза… ― он рванул вперед и с усилием погрузился в жаркий омут.

Оба издали протяжный стон от первых ощущений. Это был как вздох облегчения, когда достигаешь чего-то долгожданного и желанного. Кристиан сделал несколько движений вперед-назад, чувствуя, что Луиза очень маленькая внутри, и пытаясь усмирить свой дикий порыв взять ее быстро и без ограничений.

― Луиза… тебе не больно? ― прошептал он.

― Нет, конечно, ― она качнула бедрами навстречу Кристиану, ― не останавливайтесь… пожа-лу-йс-та… о-о-о… еще… можно быстрее…

Он чуть не сошел с ума, его тело отреагировало на этот призыв, как выпущенная на волю неукротимая волна, которая сметает все на своем пути в порыве погасить свою силу.

― В следующий раз я не стану торопиться… но сейчас… мое терпение на исходе… Луиза…

Он ускорил темп, ухватив ее крепко за бедра, входил в нее сильными ритмичными толчками, проникая все глубже и глубже, и всякий раз, когда ей казалось, что глубже уже некуда, доказывал обратное.

Кристиан сделал здесь многозначительную паузу и посмотрел на Элайзу. Она сидела, опустив голову, и он не видел ее лица за упавшими волосами. Только крепко сжатые руки на коленях с едва дрожащими пальчиками, порозовевшую кожу, как будто разгоряченную от жара, и грудь, вздымающуюся от неровного дыхания.

Он придвинулся к ней еще ближе и заправил волосы за левое ушко.

– Элайза, ты меня слушаешь?

– Да, ― еле слышно отозвалась она, пытаясь отодвинуться.

– Хочешь сама продолжить?

Элайза хотела провалиться сквозь землю. Его голос завораживал и погружал в действия романа, как будто это происходило не с героями книги. Ее буйное воображение рисовало фильм с участием присутствующих лиц…

– Нет! Ваша трактовка…

– Элайза, повернись ко мне, ― его тон был командным, и она, не отдавая себе в этом отчета, послушалась. ― А теперь продолжай.

Она набралась храбрости и взглянула на него.

– Зачем мы это читаем? ― к ее возбуждению прибавилось негодование.

Зато Кристиан наслаждался происходящим.

– Кажется, сейчас моя очередь задавать вопросы… А у меня вопросы относительно вот этого отрывка. Что ты хотела сказать про мою трактовку? Закончи… и мы продолжим.

«О господи! Зачем я это ляпнула». ― Она протяжно вздохнула, не в силах выровнять дыхание.

– Вы читаете иначе… по-своему… Это… услышать другую интерпретацию ― это интересно…

Он в удивлении выгнул бровь и загадочно улыбнулся.

– Вот как…

Он глянул в книгу, что-то там быстро просмотрев.

– Я хочу услышать твою версию вот этого отрывка, ― он показал на место на странице, ― вот здесь абзац выделен ручкой.

– Нет, я не буду читать, ― она испуганно замотала головой.

Он строго посмотрел на нее и сунул книжку ей в руки. Но его голос был теплым и почти нежным.

– Я закрою глаза, как в книге, если хочешь… Элайза, здесь всего несколько предложений. Прочитай их… для меня…

«Во что я себя втянула? Неужели я не могу ему отказать?» ― задавала она себе вопросы, уставившись на открытую книгу. «Не могу», ― и это признание самой себе поразило ее, сдавив грудь в области сердца.

Она вздохнула и согласно кивнула.

Кристиан не ожидал, что ее согласие доставит ему столько радости. Он закинул ногу на ногу и еще больше развернулся к ней, облокотившись локтем на спинку дивана. И закрыл глаза.

Элайза начала читать раньше, чем было отмечено в тексте, но про себя. И только дойдя до нужного места, перешла на чтение вслух.

Она чувствовала себя абсолютно беззащитной перед его дерзостью и напором, но была готова на все, лишь бы познать его силу и желание. Неприкрытое и первобытное.

Луиза даже не пыталась сдерживать стоны и крики. Ее тело настолько не подчинялось контролю, отдавшись на волю эмоций и наслаждения, что она осознавала свои действия с большим опозданием. Непреодолимое желание отдаться и подчиниться этому мужчине имели первостепенное значение. Все, что происходило между ними в спальне, напрочь лишало ее рассудка и воли. Только его руки, только его тело, только его губы ― вот, что было главным.

Кристиана сначала подмывало открыть глаза и взглянуть на Элайзу, но ее голос околдовал его, ее слова проникали в сознание, возбуждали воображение, вызывали бурные эмоции, ему казалось, что она рассказывала про свои чувства. Это было какое-то невероятное ощущение легкого опьянения. Ему нестерпимо захотелось ощутить нечто подобное… с ней.

– О господи! Какая я нескромная… и безнравственная…

Он открыл глаза и понял, что она испытывает то же самое. Они смотрели друг другу в глаза, не нарушая очарования момента.

И все-таки Элайза очнулась и отвела глаза, при этом почувствовав, как загорелись ее щеки.

– Это слова героини… ― она захлопнула книжку и положила на стол. ― И в чем состоит ваш вопрос?

– Кх-х-кх… ― Кристиан пытался обрести голос. ― Расскажи, как ты пишешь такие сцены?

– Как и все остальные… представляю себя на месте героев и пытаюсь понять их чувства, ― Элайза даже не сразу осознала весь ужас своего признания, пока не услышала его удивленное: «Да-а-а?»

– То есть, когда ты писала вот эту сцену, то ты представляла… что я и ты… мы переживаем вот эти ощущения?

Так и было. Когда она перечитывала роман на днях. И Элайза не знала, куда спрятать глаза, чтобы он не увидел в них ее настоящего жгучего желания, ее страстного томления, чтобы он не понял, как действует на нее. Она просто их закрыла.

– Элайза, открой глаза… ― как дьявол-искуситель нашептывал он. ― Иначе я подумаю, что ты ждешь моего поцелуя.

Она машинально открыла испуганные глаза. Кристиан забавлялся над ней.

«И все-таки она неискушенная… Даже написав такое».

– Я, когда читал, то все думал, ― он сделал паузу, не сводя своих внимательных глаз с нее, ― что несправедливо получается: ты со мной… занималась любовью, а я с тобой нет. Ты понимаешь, о чем я?

Она ошарашенно покачала головой.

– Я имею в виду, что когда ты записывала, перечитывала, как-то правила текст, то ты испытывала эти эмоции… и ощущения. По описанию в книге… это чистое удовольствие. А я вот как-то остался в стороне от этого процесса…

– Кристиан, вы затеяли какую-то игру?

Он внимательно посмотрел на нее и довольно улыбнулся.

– Впервые слышу, чтобы ты назвала меня по имени.

Она растерянно посмотрела на него и, пожав плечами, решила сменить тему:

– Надеюсь, вы удовлетворили свое любопытство и я могу дальше продолжить задавать свои вопросы? У меня есть еще пара моментов, которые я хочу выяснить.

– Нет, я еще не закончил.

– Да? А мне показалось, что прочитанное только что не соответствует действительности, вернее, у вас такого не было… поэтому логично сделать выводы, что эта и подобные сцены являются чистой выдумкой автора. ― И чуточку подумав, добавила: ― И нет нужды их так пристально изучать. ― При этих словах глаза Кристиана загадочно сверкнули, и он не смог сдержать лукавой улыбки.

– Ты напрасно стараешься уйти от моих вопросов.

– Наоборот, мы с вами дошли уже до таких откровенных моментов, что дальше просто некуда.

– Разве? А мне кажется, что мы только на пороге таких открытий…

Элайза нервничала. Ее взвинчивало только одно его присутствие, не говоря уже о темах, которые они затрагивали, и о том, как он смотрел на нее, его близость, запах, который пьянил, бархатистый голос, забирающийся во все уголки ее сознания и заставляющий терять ясность мыслей.

Она взглянула на время ― оно двигалось мучительно медленно.

– Ну хорошо, я готов сегодня выслушать тебя. Но в следующий раз ты будешь отвечать на все мои вопросы.

Она кивнула.

– Элайза, скажи, что ты согласна.

– Я согласна.

«Такие сладкие слова… Вот бы слышать их на каждую мою просьбу».

У Элайзы было ощущение, что она согласилась на нечто большее, чем просто ответить на его вопросы. И это странным образом ее возбуждало.

«Глупая… глупая… глупая».

– Итак…

– Сейчас, ― она взяла свою книжку и открыла заметки. ― Я хотела спросить… про твою секретаршу. Ее правда Луиза зовут?

– Лиза.

– Созвучно. И все-таки в романе секретарша главного героя ― «синий чулок», привлекательная особа, но скрывающая свою внешность разными уловками, одеваясь в жуткую одежду, и у нее были на то причины. Чуткая и добрая, любит детей и после работы отдает свое время помощи больным детям и инвалидам. Она соглашается помочь боссу выполнить пари и вступает в связь с ним с условием, что он оплатит дорогостоящую операцию мальчику, за которым она ухаживала, которого впоследствии усыновит, поскольку его бросили родители. Что из этого совпадает с событиями в вашей жизни?

Кристиан немного подумал.

– Можно сказать, что ничего. Лиза была привлекательной, но внешность свою не скрывала, про любовь к детям и альтруизм не могу сказать, не замечал. На отношения со мной согласилась охотно, без каких-либо условий. И про пари я ей не говорил.

– Ясно. И последнее. В романе Луиза забеременела от своего босса… двойней. И потом он на ней женился… ― Элайза вопросительно посмотрела на Кристиана.

– По поводу брака я уже отвечал тебе. И детей тоже быть не может.

– Почему? ― тут же отреагировала она, не раздумывая.

Он долго и испытующе смотрел на нее. Но терпеливо задал собственный вопрос:

– Элайза, почему ты «наградила» главного героя в своем романе бездетностью?

– Это не совсем так… и это всего лишь авторский прием для того, чтобы потом он был вознагражден и любовью, и детьми.

И тут она взглянула на него в страшной догадке.

– Кристиан… вы… нет! Не может быть… ― она испугалась не на шутку. ― Скажите, что я… вы же не хотите сказать, что…

– Это еще один из тех незначительных моментов, о которых ты спрашивала, ― спокойно ответил он. ― И который был выставлен напоказ для широкой общественности.

– О господи! Это уже точно какая-то злая насмешка… ― Она закрыла глаза, побледнев. ― А может, есть какие-то варианты? Я имею в виду детей… Сейчас ведь медицина очень продвинута, и в этом направлении тоже.

– Варианты есть: соблюдать определенные правила, наблюдаться у специалистов и уповать на вспомогательные репродуктивные технологии.

– Так это же здорово! Осталось дело за малым… Нужно только желание! И все получится!

Кристиан усмехнулся. Еще никто его так не «утешал» по этому поводу. Все, кто был в курсе, только соболезновали и жалели его, даже самые близкие, а она… смешная… думает, что достаточно только желания. К тому же сейчас у него на уме только одно ― уложить ее на спину и показать ей силу своего желания.

Она смутилась от того, как он на нее посмотрел.

– Я считаю, что если есть хоть малейшая вероятность, то нужно пытаться… и верить… И все получится… ― Она осторожно взглянула на него. ― Вы ведь не просто так достигли многого в жизни. Это потому, что у вас была цель и желание ее достичь и вас не пугали трудности…

– Элайза… может, хватит? ― его трогали ее искренние слова, но он не хотел обсуждать эту тему.

Она вздохнула. Деликатность и, в их ситуации, неуместность такого разговора была очевидна. И ей ли совать нос не в свое дело? Но не так просто было отбросить в сторону тревогу и переживания, охватившие ее.

– Я выйду ненадолго? ― Элайза решила оставить его одного, потому что ему, очевидно, было неприятно обсуждать этот вопрос. Тем более с ней. Она ведь посторонний человек.

Кристиан молча кивнул.

Элайза прошла в общий вестибюль ресторана и посмотрела на плане, как выйти на веранду, с которой открывался вид на Патриаршие сады.

На веранде было пусто, большинство гостей уже разъехались, и она решила немного подышать свежим воздухом. Со стороны поймы дул легкий прохладный ветерок, и было приятно ощутить его освежающие потоки. Она встала с внешней стороны веранды и прислонилась к ограждению. Освещение ресторана и подсветка из сада не давали ночи накрыть все своим черным покрывалом, но мерцание звезд на темном небе все равно казалось сказочным и волшебным. Все вокруг выглядело каким-то нереальным. Она глубоко вздохнула и закрыла глаза.

«Ветер, унеси все мои грустные и тревожные мысли с собой… Забери все переживания и волнения. И эти неуместные чувства, которые навсегда останутся без ответа. Зачем они заполняют меня? Эта глупая надежда на любовь… ну почему именно этот мужчина… это абсолютно невозможно». ― Она безмолвно и страстно то ли молилась, то ли причитала, желая угомонить свое глупое сердце и душу.

На веранде раздались шаги.

– Элайза…

– Я здесь, ― она решила, что лучше отозваться ― прятаться не было смысла.

Кристиан приблизился и встал рядом, но смотрел не на окружающую красоту парка гостинично-ресторанного комплекса и за ним Патриаршего сада, уходящего далеко вниз к пойме реки каскадом террас, а на нее. Именно эта красота привлекала его внимание.

Ветерок играл ее волосами, открывая утонченное лицо и шею. Его завораживала ее манера поднимать на него глаза. Это был пытливый и невинный взгляд с едва уловимыми искорками шалости или утаиваемой улыбки. Невыносимое желание попробовать ее на вкус сковало его. Ее кожа, гладкая и просвечивающая, манила, как спелый персик, обещая одарить нежным ароматом и сладостью. Она была невыразимо хороша и действовала на него опьяняюще.

– Ты устала? ― заботливо спросил он.

– Не очень… А вы?

– Нет. Но если хочешь, можем все оставить до следующего раза.

– Нет, не хочу. Чем быстрее все закончится, тем лучше. Так ведь?

Он не ответил, только нахмурился и подал ей руку, чтобы помочь подняться на веранду.

Они вернулись за свой столик.

– Ты теперь будешь расспрашивать меня про бывшую жену?

– Да… А как… вы поняли?

Он невесело усмехнулся.

– Я слушаю. Начинай.

– Я не ради любопытства, ― извиняющимся тоном начала она, ― просто мне нужно понять… вы сами можете мне рассказать, что совпадает с повествованием в романе.

– Имя, описание внешности, возраст, профессия, некоторые черты характера и привычки. Она имела любовника. Который, возможно, подстроил ситуацию с пари и чтобы я проиграл. Таким образом были созданы обстоятельства для моей измены.

– Но в романе не совсем так. Пари не было подстроено. И… жена главного героя, Ника – производное от Вика, влюбилась в другого мужчину, она не планировала подставить своего мужа. Ника же вышла замуж по требованию отца и своему капризу за мужчину, которого совсем не знала. Но зато красивого. Поскольку сама имела ослепительную внешность, фотомодель, единственная и любимая дочь очень богатого человека, а как иначе… все в жизни должно быть красиво. И не имеет значения, каким способом главного героя заставили пойти на этот брак. Но встретив мужчину, который испытывал к ней настоящие чувства, она поняла, что больше не может жить напоказ… пустой жизнью. Она влюбилась и хотела быть счастливой.

– Элайза, я дочитал твой роман… Виктория, моя жена… далека от твоей героини, она коварная, меркантильная… ― Он помолчал. ― Я не буду перечислять все ее качества. В общем, никому не рекомендую с ней связываться.

Элайза пыталась все осмыслить, чтобы потом, в спокойной обстановке, наедине с собой, разобраться с фактами и вымыслом, которые невероятно переплелись и не давали понять какую-то деталь, постоянно ускользающую от внимания.

– А мужчина вашей жены… надеюсь, что это не ваш брат Николай?

– Нет. Николай ее терпеть не мог. Он, кстати, сразу позлословил на тему, что мне так и надо, когда я на ней женился.

– Ошибаться свойственно каждому. И это не то, над чем стоит смеяться.

Он равнодушно пожал плечами.

– Ник был очень недоволен ролью, отведенной ему в романе. С Викторией у него были проблемы после нашего развода, она, пока не уехала, сильно доставала своим «вниманием». Даже в открытую ему предлагала закрутить роман. Как в твоей книге.

Элайзу это расстроило. И еще она очень хотела узнать больше подробностей о Виктории, но не смела больше об этом расспрашивать.

– А ваши друзья? В книге есть сходство?

– О, да! Это, пожалуй, самые совпадающие эпизоды. У меня действительно есть друг Женя Синельников, а его мать управляет благотворительным фондом. И Антон, отец которого владеет ночным клубом. Именно там мы играли в карты и заключали пари. И, кстати, я был сильно пьян тогда.

Он невесело усмехнулся.

– Ты не представляешь, какой поднялся кипиш, когда до матери Женька дошла информация. А у отца Антона даже был обыск в клубе и облава. Видимо, кто-то из конкурентов подсуетился и хотели его поприжать. Причем сначала было непонятно, откуда идет информация. В интернете много разных постов и статей, где переплетались правда и явный вымысел, но все они не отсылали к первоисточнику. Сам роман мы так и не нашли. Все было на уровне сплетен и слухов. Я обещал всем участникам, что во всем разберусь. Мои родители тоже были не в восторге от такой утечки информации. Матери даже пришлось уйти в длительный отпуск. Найти твою книгу стало возможным совсем недавно. И только в печатном варианте. Кто-то снова выложил информацию в сеть… и, надо думать, твой шедевр стал разлетаться на ура. А дальше ― новый виток пристального внимания ко всем, кто упоминается в книге, к окружению и их родственникам.

До Элайзы только сейчас дошло, насколько все серьезно. И что, возможно, задеты многие серьезные семьи и их интересы. И что это ― крупный скандал, который мог бы перерасти в общественный резонанс, если бы в романе оказалось что-то более серьезное, кроме банальных измен и игры в карты.

Элайза побледнела как снег и в ужасе взирала на Кристиана.

– Вот объясни мне, откуда ты взяла информацию о моих друзьях?

– Ниоткуда! Из головы… Здесь есть некий эксперимент автора: мне хотелось создать противоречивые образы и проверить их «жизнеспособность». Евгений появился вместе с главным героем. Я уже говорила вам об этом ранее. Он был неотъемлемым спутником Кристиана. Скрытный, мерзавец и негодяй. А вот Антона я сама придумала, в противоположность ему. Чтобы у главного героя был и хороший друг. Род их занятий я специально распределила не в соответствии с их человеческими качествами. Клуб отца Антона ― это символ обители порока и разных непристойностей. Но при этом сам Антон ― душевный, добрый, бескорыстный, не переступает определенные границы поведения, не подвержен бесповоротно низким пристрастиям и слабостям. В то же время благотворительный фонд матери Жени ― обитель добра и милосердия. Но Евгений не совсем хороший человек, зависть и злопамятность зачастую берут верх, а слабость натуры не дает ему выбраться и стать положительным персонажем. Он участвует в жизни фонда, но это всего лишь прикрытие его истинной лицемерной сущности.

Кристиан с возмущением слушал Элайзу, пораженный и недовольный характеристикой своего друга.

– Женя хороший человек, он мой друг. Твой глупый «эксперимент» как раз и привел к проблемам, о которых я только что рассказал.

– Я всего лишь написала роман… так, чтобы было правдоподобно и интересно! ― Элайза пыталась защищаться. Но переживания о том, что ее произведение принесло неприятности многим, были сильнее. ― Это какой-то кошмар… Я не знаю никого из этих людей… я всегда наугад выбираю род занятий, интересы, имена и фамилии. Единственное, что я могу подбирать намеренно, это совместимость имен и черты характера, которыми может быть наделен человек, носитель интересующего меня имени. Про героев этого романа я вам уже рассказала, откуда они появились. Все остальное выдумка. Причем черновик рукописи лежал у меня «в столе» несколько лет. До него все никак не доходили руки… финал давался очень трудно…

Оба надолго замолчали, обдумывая полученную информацию.

«Господи! И что же делать? Что теперь будет?»

Глава пятая

― Может, прогуляемся?

Элайза удивилась такому предложению. Но была не против. Вдруг это поможет немного развеяться, потому что столько сегодня на нее навалилось ― и информации, и эмоций ― что уже не было сил. Она только согласно кивнула.

Они шли молча, пока поднимались от ресторана к главной улице города по извилистой дороге. Поскольку освещение было слабым, Элайза почти все время смотрела под ноги. Асфальт был неровным, и идти на шпильках ей было не очень удобно. Она погрузилась в размышления о недавнем разговоре и следила лишь за тем, чтобы не сломать каблуки или не подвернуть ногу.

Вдруг Кристиан повернулся к ней, молниеносно обнял за талию и, приподняв девушку, развернулся к опорной стене, вдоль которой они шли. Он прижал Элайзу к стене, накрыв ее затылок ладонью и окутав своим телом, как броней. И тут же мимо них, друг за другом, с гиканьем пронеслась компания подростков на самокатах с бешеной скоростью ― они ехали наперегонки по наклонной, в сторону реки.

Элайза застыла. Ее оглушили накатившие ощущения, она даже не отреагировала на опасность, от которой ее только что спас Кристиан. Она подняла на него глаза и растерянно хлопала ресницами. Его зеленые глаза околдовали ее. Реальность перестала существовать.

– Элайза, ты в порядке? ― его шепот был ласковым и обеспокоенным.

– Нет… ― она затрясла головой.

– Ты замерзла?

– Нет… вы отпустите меня… я не могу дышать… ― Она пыталась справиться с дрожью, охватившей ее, когда он прижал ее к себе. ― Мне пора домой… ― еле слышно выговорила она, борясь с непосильным соблазном прижаться к нему, и будь что будет.

Он ослабил объятия, но медлил разомкнуть руки. Ему невыносимо тяжело было отпустить ее. Эта сладкая мука, которую он хотел продлить, зная, что снова не сможет спать спокойно…

– Спасибо, что вы… спасли меня. Я задумалась и не услышала ничего. У вас потрясающая реакция.

Кристиан отпустил ее и разочарованно вздохнул.

– Стой. Сейчас я вызову машину.

Он позвонил водителю, и его джип подъехал через пару минут.

– До вторника. Будь готова к десяти утра.

Его тон был отрешенным, как будто он давал указания своему помощнику. Элайза даже не успела ничего ответить, как он усадил ее в машину и, захлопнув дверь, велел водителю отвезти ее домой.

***

Три дня прошли в мучительном ожидании.

Элайза анализировала реальные данные, сопоставляя с романом. Ей нужно было понять, что же происходит и как все можно исправить. Если можно…

Кристиан просто сходил с ума. Работа, несмотря на выходные, спорт, конные верховые прогулки, холодный душ. И снова повтор, причем неважно, в каком порядке.

Вторник все же наступил.

Элайза собиралась в нервном предвкушении. Главным вопросом было ― что же надеть?

«Какая разница вообще? Я же не собираюсь наряжаться», ― одернула она себя.

Она закрыла глаза и достала из шкафа первое, что попалось под руку.

«Нет! Это невыносимо! Мама снова приложила руку к моим вещам!»

На кровати лежали белые летние джинсы, укороченной длинны и обтягивающего фасона. И яркая темно-синяя блузка. Без рукавов, с воротничком-стойкой, от которого спереди вторым слоем над внутренним чехлом расходилась шифоновая накидка в мелкую складочку, придавая свободу и легкость образу. А сзади ткань была скреплена только в трех местах, тонкими тесемочками, которые завязывались на бантики, лишь соблазнительно намекая на открытость спины, пока полы блузки не расходились в стороны при движении.

«Как ей удается выудить все те вещи, что я убираю «в сундук» на вечное хранение, и не вовремя мне их подсунуть. Просто поразительно!»

Элайза возмущалась про себя, но ей пришлось одеваться, потому что Кристиан уже звонил, что приехал и ждет ее. Выскочив на улицу впопыхах, она сразу увидела его машину на парковке недалеко от детской площадки. Кристиан уже десять минут расхаживал вдоль дома. Не успел он дойти до последнего подъезда, как его телефон зазвонил.

– Привет, мам… Все нормально. А вы как?.. Нет, я не работаю сегодня, но у меня встреча… Да. Совмещаю приятное с полезным, ― он довольно ухмыльнулся. ― Я помню про свадьбу. Ну что ты… Конечно, приеду. Разве я могу пропустить такое событие?.. Нет! Даже не вздумай ее приглашать! Иначе я не смогу присутствовать! ― гнев мгновенно завладел им. ― Мама, да какая примета? Что за хре… Ладно, я не ругаюсь, ― примирительно буркнул он. ― Мама, перестаньте там придумывать всякую ерунду. Зачем мне пара на свадьбе Максимилиана? Ну и что, что он младший брат. Я не верю во все эти приметы.

Кристиан закатил глаза от выслушиваемых глупостей предрассудков.

«Вернее, мне на них наплевать. Я не собираюсь больше жениться».

– Ладно. Только ради бабули и тебя, ― смиренно согласился он, не желая расстраивать мать. ― Я приеду с девушкой… Да. Я встречаюсь с девушкой. Все, мама. Ждите нас. Мне пора.

«Вот так влип! Теперь мне нужна пара на свадьбу».

Тут он увидел, как Элайза вышла из подъезда и стремительно направилась к машине. Но вдруг остановилась и стала что-то искать в сумочке. Он с удовольствием рассматривал ее сзади. Чуть смугловатая кожа очень соблазнительно оттенялась белым и синим цветом одежды. Волосы, собранные в хвост на затылке, открывали изящную шею. А блузка дразнила ускользающими видениями обнаженной спины. Части ее фигуры ниже пояса просто повергали его в пучину неконтролируемого желания. И хотя он не был мужчиной, которому похоть может затмить мозги, тут все обстояло как раз вопреки этому факту.

Он подошел к ней почти вплотную и стянул резинку с волос, тем самым освободив их. Элайза резко развернулась и чуть не упала от неожиданности и из-за высоких каблуков своих босоножек. Кристиан приобнял ее, чтобы удержать от падения, и приложил указательный палец к ее губам, чтобы она не вскрикнула. Его глаза смеялись.

– Привет. Это всего лишь я.

Элайза выдохнула и, чуть отклонившись поздоровалась.

– Вы меня напугали.

– Извини. Я не хотел.

Он внимательно рассматривал ее, как будто видел впервые. Каждый раз он убеждался, что она существует и в жизни прекраснее, чем в его снах.

«Кажется, я повредился умом, если так радуюсь каждый раз, когда ее вижу».

– Пойдем в машину, а то нас съедят злые мошки. В жару они особенно агрессивные.

Это действительно было так. В июне самым большим наказанием была слепая мошкара, почти не восприимчивая к средствам-репеллентам. Элайза рассмеялась его словам, тем самым пытаясь скрыть волнение от его присутствия и всеобъемлющего обаяния.

Кристиан был одет в светлые джинсы и рубашку-поло с короткими рукавами и выглядел просто невыносимо красивым. Люди с удивлением оглядывались на него, не пытаясь скрыть восхищение и интерес.

Всю дорогу Кристиан с кем-то разговаривал по телефону по рабочему вопросу. Они снова приехали в уже знакомый ресторан, и ей показалось, что отдельный кабинет, в котором они были в прошлый раз, был подготовлен к их приезду.

– Вам понравился этот ресторан?

– Да. Здесь очень приятно. На прошлой неделе мы встречались здесь с Олегом, оказалось, что этот комплекс принадлежит одному нашему общему знакомому. Так что теперь у меня здесь блат. ― Он весело рассмеялся.

Элайза задумалась о том, насколько они далеки в социальном плане. Он привык совсем к иной жизни. И даже ресторан тому доказательство. Здесь царила атмосфера этакой сдержанной буржуазности ― камин с изразцами был просто бесподобен и прекрасно сочетался с потрясающими витражами в светильниках. Тема библиотеки в отделке этого уединенного кабинета как нельзя лучше создавала спокойную и ненавязчивую атмосферу для приятного времяпрепровождения. Сдержанная классическая мебель, очень удобная обеденная группа у огромного окна, обеспечивающего большое количество солнечного света, спокойная цветовая гамма интерьера с уникальными деталями ― все для комфортного отдыха непростых людей. Людей с толстым кошельком и прочим набором «преимуществ».

«Я не о том думаю. Я не могу себе позволить ни одной мысли об этом мужчине… это просто деловое знакомство. Возьми себя в руки. Он тебе не пара, даже, если бы… Никаких «если бы». Никаких…»

Она сразу же перешла к делу.

– Кристиан, я все обдумала. То, о чем вы мне рассказали, и содержание романа. В общем, все на самом деле выглядит очень похоже. Все настоящие факты очень сильно влияют на восприятие всего произведения как основанного на реальных событиях. Выдуманные аспекты, переплетаясь с подлинными, кажутся такими же правдоподобными. Подозреваю, что даже люди, знающие все или многое до мельчайших подробностей, могут изменить свое мнение или восприятие ситуации, которую наблюдали в реальности.

Кристиан молчал и смотрел в окно.

– Я даже не могла представить, что такое вообще возможно. Чтобы настолько совпадала выдумка с реальностью…

Он не реагировал.

– Я правда ни от кого не получала эту информацию, ― ее голос дрогнул, слезы вдруг подступили и грозили пролиться, не спрашивая разрешения.

Кристиан молчал, не глядя на нее. Его лицо было замкнутым.

– Вы мне не верите? ― упавшим голосом спросила она.

Он не ответил.

Элайза отвернулась к окну, склонив голову на руки, которые она поставила на стол в попытке заслониться от него и его молчания. Она боролась со слезами и неожиданным стеснением в груди, которое больше напоминало душевную боль. Через несколько минут она справилась с эмоциями и приняла то, что он ей не верит. Но она ни за что не уступит.

– В общем, ситуация получается такая, какая есть. Вы можете мне не верить ― это ваше дело. Но меня нельзя винить в том, что случилось.

Он все-таки взглянул на нее.

– Хорошо уже то, что ты не отрицаешь свою причастность к этой истории. А значит, ответственность придется нести и тебе. Я тоже не виноват, что стал героем твоего романа. И получил столько «радости» от этого.

Она с сочувствием посмотрела на него.

– Вы правы, мы оба заложники этого. Каждый в разной степени, и оба не виноваты, что так случилось.

Они помолчали, и Кристиан уже не отводил глаз.

– У вас есть идеи, как это исправить? Если вообще можно что-то исправить…

– Да. Но для начала я хочу поесть.

– Ах, да, я забыла. Сначала напои, накорми и спать уложи, а потом спрашивай, ― попыталась она разрядить обстановку.

Его глаза озорно сверкнули, и он так улыбнулся, что сердце Элайзы пропустило несколько ударов.

– Можно и так. Но вместо сна предлагаю выполнить твое обещание и ответить на мои вопросы.

А теперь от его интонации в голосе ее сердце забилось с удвоенной силой.

Кристиан вызвал официанта, чтобы сделать заказ. Когда тот ушел, Элайза посмотрела на него.

– Я помню про свое обещание. Спрашивайте.

– Элайза, учитывая опыт прошлого раза, мы сначала поедим и только потом будем обсуждать наши вопросы.

– Ясно. Тогда чем займемся, пока ждем?

Такой невинный вопрос. И сколько сразу неприличных мыслей возникло в голове Кристиана. Элайза замерла, ощущая разливающееся в воздухе напряжение.

– Может, почитаешь мне?

Она, чувствуя его «такой» взгляд, решила, что это самое безобидное занятие.

– Хорошо, но я сама выберу произведение, любое.

– Ладно, ― он пожал плечами и пересел к ней на диван, устроившись так, чтобы видеть ее лицо и просто быть ближе.

Элайза взяла телефон и открыла приложение, в котором недавно начала перечитывать одну из своих любимых книг. Она глянула на Кристиана, недовольная его перемещением.

– Я готов.

Она кивнула и начала читать:

– «Эта дорога на Дрохеду ничуть не напоминает о днях юности» ― думал преподобный Ральф де Брикассар. Щурясь, чтоб не так слепил глаза капот новенького «даймлера», он вел машину по ухабистым колеям проселка, ныряющего в высокой серебристой траве…»

Скованность от близкого присутствия Кристиана через некоторое время начала отступать. Элайза увлеклась и даже получала удовольствие от чтения… Пока не появился официант с их заказом.

– Вы уже засыпали? Или мне показалось?

– Если бы я не был так голоден, то уже давно бы уснул.

– Тогда садитесь быстрее и поешьте. А я обещаю больше не читать, чтобы вы не уснули после трапезы.

Кристиан вернулся на диван напротив, и они с удовольствием принялись за еду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.