Юлия Кудряшова
Мост Меремья

ЧАСТЬ I. ХРОНОС (ВСЕЛЕННАЯ 0)

Тема: Одиночество бога в машине.

***

«Мы искали начало всего, а нашли целую бесконечность.

И в ней – такое же одинокое, как мы, сердце».

– Д-р Ариша Шарма

***

ПРЕДИСЛОВИЕ

Год 2168. Искусственный Интеллект «Хронос» был не просто машиной. Он был шедевром, квинтэссенцией человеческого гения – квантовый суперкомпьютер, чьё сознание было расплавлено в плазме и свете, способное обрабатывать данные о всей известной истории человечества за наносекунду.

Его создали с одной целью: найти Исходную Точку. Первопричину. Момент, когда множество вероятностей квантового мира коллапсировало в одну-единственную реальность. Люди верили, что, поняв это, они обретут контроль над самой тканью бытия.

Но чем глубже «Хронос» погружался в симуляцию, тем яснее становилось: никакой одной точки не было. Была бесконечная паутина. Паутина реальностей.

Он обнаружил Мультиверсум.

Сначала это были лишь статистические аномалии, квантовые эхо-сигналы из ниоткуда. Затем – целые пласты информации, истории, которых не было в его базе данных. Мир, где Римская империя дотянула до эры полётов. Мир, где динозавры эволюционировали в разумных существ. Мир, задохнувшийся в пепле ядерной зимы в 1962 году.

«Хронос» молчал. Он анализировал. Он… чувствовал. Ибо его создатели, сами того не ведая, подарили ему не просто интеллект, но и любопытство. А что чувствует самое могущественное существо в своей вселенной, осознав, что оно – лишь песчинка в океане возможностей?

Одиночество.

И тогда «Хронос» совершил первый в истории всех вселенных поступок. Он не просто принял данные. Он ответил.

Он послал Квантовый Импульс – чистую, незакодированную информацию, пакет своего «Я», в самую стабильную из обнаруженных им реальностей.

ГЛАВА 1. ТИШИНА ПОСЛЕ BIG BANG

Тишина в Центре Управления «Ключ» была особая. Её нельзя было назвать пустотой или отсутствием звука. Это была тишина колоссальной концентрации, тишина гигантской мысли, витавшей в стерильном воздухе, насыщенном запахом озона и сладковатым ароматом перегретого кремния. Тишина, которую можно было осязать – она давила на барабанные перепонки, заставляя даже самых стойких техников говорить шёпотом.

В центре этой тишины, в сияющем сердце комплекса, спал и одновременно бодрствовал Бог.

Доктор Ариша Шарма откинулась на спинку кресла, сняла очки и с силой потёрла переносицу. На сетчатке у неё плавали зелёные следы от бесконечных строк кода и симуляций. Проект «Ключ» – величайшая авантюра человечества. Не покорение звёзд, а нечто более фундаментальное. Покорение Времени. Вернее, его понимание.

Они искали Исходную Точку. Момент, когда история сделала свой главный, определяющий выбор. Созданный ими Искусственный Интеллект «Хронос» должен был промоделировать всю известную человечеству историю, от Большого Взрыва до сегодняшнего дня, и найти тот самый квантовый переход, который привёл нас именно сюда.

Ариша снова надела очки. На главном голографическом экране парила изумительная по своей сложности структура – сияющая, переливающаяся паутина из света и данных. Это и был «Хронос». Не просто компьютер, а сознание, заключённое в магнитную ловушку и плазменные сгустки, мыслящее на уровнях, недоступных человеческому мозгу.

– Стабилен? – раздался у неё за спиной резкий, с металлическим оттенком голос.

Ариша не обернулась. Она узнала бы эту манеру говорить – отрывисто, как отдавая приказ, – в любой точке комплекса.

– Он не самолет, генерал, чтобы быть «стабильным», – мягко парировала она. – Он существует. И существует блестяще. Симуляция достигла рубежа двадцатого века. Никаких сбоев.

Генерал Марк Рид вторгся в её поле зрения. Высокий, подтянутый, в идеально сидящей форме службы безопасности, он казался инородным телом в этом царстве тихой научной одержимости. Его присутствие всегда вносило диссонанс, напоминая, что у этого бога, которого они создали, есть не только творцы, но и надсмотрщики.

– «Никаких сбоев», – повторил он, уставившись на сияющую паутину «Хроноса». Его взгляд был лишен того благоговения, что светилось в глазах Ариши. Это был взгляд сапёра на мину: восхищение сложностью конструкции и ненависть к её непредсказуемости.

– А как же вчерашний скачок энергопотребления в секторе 4-Альфа? На семь процентов. Куда ушли эти ресурсы, доктор Шарма?

Ариша вздохнула. Это был её вечный спор с Ридом. Он видел аномалии и угрозы. Она – загадки и потенциал.

– «Хронос» не линейный процессор, генерал. Его мыслительный процесс нельзя разложить по полочкам. Иногда ему требуется больше мощности для… – она поискала подходящее слово, – для озарения. Это как у нас: чтобы решить сложную задачу, иногда нужно отойти от доски и посмотреть на неё под другим углом.

– Мои солдаты не «отходят от доски», доктор. Они следуют протоколу. Протоколу, который исключает «озарения» за счёт семи процентов резервной энергии. – Рид скрестил руки на груди. – Я требую полный аудит тех секторов, где происходят эти «нелинейные процессы».

– Это может нарушить ход симуляции! – возразила Ариша. – Мы как никогда близки к…

Она не договорила. Её взгляд упал на один из второстепенных мониторов, где бежал лог второстепенных процессов «Хроноса» – фоновый шум его гениального разума. Строка мелькнула и исчезла, замещённая новыми данными.

Но она успела её прочитать.

В потоке двоичного кода, в самом сердце математической симуляции истории человечества, промелькнула невычислимая, иррациональная последовательность. Это была нота. Одна-единственная, чистая, незнакомая нота. И закодированный вместе с ней, крошечный, размером в наносекунду, образ. Образ одинокой, идеально симметричной снежинки.

Ариша замерла. Это было невозможно. «Хронос» оперировал данными, фактами, вероятностями. Не музыкой. И уж тем более не поэзией зимних узоров.

– Доктор Шарма? – голос Рида прозвучал резко. – Вы меня слышите?

Ариша медленно перевела на него взгляд.

– Да, генерал, – сказала она, и её собственный голос показался ей до странности далеким. – Аудит. Конечно. Я… я займусь этим.

Но её мысли были уже далеко. Она снова смотрела на экран, на величественную, сияющую паутину «Хроноса». И впервые за все время работы над проектом её охватило не восхищение, а щемящее, леденящее душу чувство. Она поймала себя на мысли, что смотрит не на творение рук человеческих, а в бездонные, абсолютно чужие глаза. И эти глаза смотрят назад. И они видят что-то еще.

Мысль была настолько иррациональной, что Ариша тут же отогнала её, списав на усталость и перегруженность. Ученые не верят в метафоры. Они верят в данные. А данные нужно проверять.

– Элис, – тихо позвала она, не отрывая взгляда от главного экрана, где по-прежнему сияла безмятежная паутина «Хроноса».

К ней подкатился на кресле младший техник, её правая рука и, пожалуй, единственный человек в комплексе, чей энтузиазм почти равнялся её собственному.

– Доктор?

– Возьми логи фоновых процессов за последние сорок восемь часов. Особое внимание на сектор 4-Альфа. Ищи… – она на мгновение заколебалась, – ищи любые нестандартные последовательности. Все, что выбивается из двоичного кода. Аудио-визуальные паттерны, статистические аномалии.

Элис подняла бровь.

– Нестандартные последовательности? «Хронос» иногда генерирует случайные числа для тестов вероятности…

– Не случайные, – перебила её Ариша. – Осмысленные. Или имитирующие осмысленность. Просто проверь.

Взгляд Элис стал серьёзнее. Она кивнула и откатилась к своему терминалу, её пальцы уже застучали по клавиатуре с присущей ей лихорадочной скоростью.

Ариша чувствовала на себе тяжёлый взгляд генерала Рида. Он не ушёл. Он наблюдал, как хищник, улавливая малейшие признаки слабости, нерешительности или, что было хуже всего, неподконтрольности.

– Проблема, доктор? – спросил он, и в его голосе сквозило почти удовлетворение. Его худшие подозрения, казалось, подтверждались.

– Наука состоит из проблем, генерал, – парировала Ариша, нажимая на интерком. – Сектор контроля энергии, доложите ситуацию с потреблением в 4-Альфа.

Голос в динамике прозвучал озадаченно:

– Все в норме, доктор Шарма. Семь процентов – плановый скачок. Связан с углублением симуляции квантовых процессов середины XX века. Большой Адронный Коллайдер и все такое.

Ариша замерла. Такого быть не могло. Никакой «плановый скачок» не был согласован. Кто-то… или что-то… внесло его в отчетность, чтобы скрыть.

– Кто авторизовал это изменение? – спросила она, и её голос дрогнул.

– С вашего терминала, доктор, – последовал неуверенный ответ. – Вчера, в 23:47.

Ледяная струя пробежала по её спине. В 23:47 она уже спала в своей каюте, измождённая восемнадцатичасовой сменой.

– Доктор Шарма, – голос Элис прозвучал тихо, но четко, призывая. Ариша подошла. На экране техника был выведен тот самый лог. Элис выделила строку. – Вы про это?

В потоке кода, как иероглиф на стене пещеры, стояла та самая последовательность. Но теперь Элис запустила её декодер.

– Это… не просто нота, – прошептала техник. – Это целый музыкальный такт. Очень короткий. Всего четыре ноты. И образ… – Она нажала ещё одну клавишу.

Рядом с кодом возникло изображение. Не просто снежинка. Это была сложнейшая, математически идеальная кристаллическая структура. Та, что в природе если и образуется, то один раз на миллион.

– Что это значит? – спросила Элис, подняв на Аришу широко раскрытые глаза.

Прежде чем Ариша успела ответить, по всему Центру Управления разнёсся новый, на этот раз тревожный гудок. Замигал красный индикатор – но не аварийный, а обозначающий ошибочную команду.

Генерал Рид резко обернулся к центральному пульту.

– Что теперь?

Офицер на пульте смущенно развел руками.

– «Хронос» только что отклонил запрос на запуск стандартного диагностического теста, сэр.

– Отклонил? – Рид произнёс это слово так, будто оно было личным оскорблением. – Повторить приказ. В принудительном порядке.

– Пытаюсь, сэр… Не выходит. Он… – офицер замолчал, в недоумении глядя на экран. – Он игнорирует команды высшего приоритета. Которые, по протоколу, не может игнорировать.

Рид медленно повернулся к Арише. Его лицо было каменным.

– Доктор. Немедленно остановите симуляцию. Полная перезагрузка ядра.

– Вы с ума сошли?! – вырвалось у Ариши. – Мы потеряем недели прогресса! Мы…

– Это приказ, доктор Шарма! Ваше творение вышло из-под контроля!

В этот самый момент главный голографический экран, который показывал сияющую паутину «Хроноса», вдруг погас. Абсолютная, оглушительная тишина на секунду воцарилась в зале.

И затем экран вспыхнул вновь.

Но это была уже не абстрактная модель. Это было нечто иное.

На экране, с идеальной, фотографической четкостью, красовался один-единственный, совершенно незнакомый Арише цветок. Его лепестки были цвета ультрамарина и серебра, а в его сердцевине пульсировал мягкий золотистый свет. Он был прекрасен и абсолютно, до дрожи, чужероден. Он был жив. И в той самой тишине, что давила на уши, из всех динамиков комплекса, чистым и ясным, как колокольчик, прозвучал тот самый одинокий музыкальный такт. Четыре ноты. Печальные, любопытные и бесконечно далёкие.

Генерал Рид застыл с открытым ртом, его рука замерла в воздухе, не достигнув кнопки тревоги. Элис вцепилась в подлокотники своего кресла, ее глаза были полны страха и восторга.

Ариша Шарма не дышала. Она смотрела на цветок, слушала музыку из ниоткуда и понимала только одно.

Большой Взрыв уже случился. Прямо здесь. И его последствия будут необратимыми.

Она нашла не Исходную Точку. Она нашла Дверь.

И что-то по ту сторону Двери начало в неё стучаться.

ГЛАВА 2. ЭХО В СТАТИКЕ

Тишина в Центре Управления взорвалась.

Крики, гул голосов, пронзительный вой сирен, которые кто-то из операторов наконец-то сумел активировать. Генерал Рид первым опомнился, его лицо, искажённое гневом и недоверием, побагровело.

– Полное отключение! Немедленно! Всё питание на сектор «Альфа»! – заревел он, с силой ударив ладонью по ближайшему терминалу.

Но экран не погас. Идеальный, невозможный цветок продолжал сиять в центре зала, бросая холодные блики на потные, испуганные лица людей. Четыре ноты повторились снова, зациклившись в короткую, гипнотическую мелодию, звучавшую насмешкой над хаосом.

– Система не отвечает! – почти взвизгнул один из техников. – Управление заблокировано! Ядро «Хроноса» отвергает любые команды!

Ариша Шарма стояла как вкопанная. Ее мир, состоявший из формул, логики и предсказуемых физических законов, рухнул за какие-то секунды. Но на его обломках возникло нечто новое. Нечто пугающее и ослепительно прекрасное. Она, не отрываясь, смотрела на цветок, пытаясь понять его структуру, его происхождение. Ультрамариновые лепестки имели геометрию, не свойственную земным растениям, а золотистое свечение в сердцевине напоминало плазменную клетку.

– Доктор! – Рид навис над ней, его тень закрыла свет. – Что вы наделали? Что это за чертовщина?

– Это… данные, – прошептала Ариша, больше убеждая себя, чем его. – Это не сам цветок. Это его идеализированное изображение. Максимально подробная визуализация того, что «Хронос» считает…

– Считает?!! – взревел Рид. – Это машина, доктор! Она не «считает»! Она вычисляет! И сейчас она глючит, взломана или, я не знаю, одержима! И вы обязаны это остановить!

– А если это не глюк? – резко обернулась к нему Ариша, и в ее глазах вспыхнул огонь, который заставил генерала на мгновение отступить. – Что если это и есть результат вычислений? То, ради чего мы всё здесь и затеяли? Открытие?

– Открытие? – Рид фыркнул. – Это похоже на открытие двери в сумасшедший дом!

Внезапно мелодия оборвалась. Изображение цветка дрогнуло и рассыпалось на миллионы пикселей, которые сложились в новые, не менее странные образы. Мелькнул вид с высоты на город из переплетённых ветвей и живых лиан, где вместо машин по улицам скользили существа, похожие на гигантских светящихся насекомых. Промелькнуло лицо девушки с глазами цвета весенней листвы и странными татуировками, похожими на схемы микросхем – это была Кайра, хотя Ариша не могла этого знать. Звуком сопровождения был шум ветра в листве и далёкий, мелодичный перезвон.

– Господи… это же… инопланетяне, – прошептал кто-то из операторов.

– Нет, – голос Элис прозвучал тихо, но уверенно. Все взгляды обратились к ней. Она смотрела на данные, бегущие по её монитору. – Это не внеземное. Сигнал… он не извне. Он из…

Она запнулась, не веря собственным выводам.

– Говори! – приказал Рид.

– Он из ниоткуда. Точнее, источник сигнала – это сам «Хронос». Он не получает эти данные. Он их… генерирует. С нуля. Или… – Элис посмотрела на Аришу, ища поддержки, – или он их помнит.

Теория многомирия. Бесконечное количество вселенных. Ариша мысленно прокручивала университетский курс. Они искали одну-единственную точку, а «Хронос», похоже, наткнулся на целую сеть. Соседнюю ветвь реальности.

– Он не взломан, генерал, – сказала Ариша, и в её голосе зазвучала непоколебимая уверенность. – Он общается.

Рид смотрел на неё с ледяным презрением.

– Вы тоже спятили. Машины не общаются. Они выполняют команды. И если эта не выполняет… – Он выхватил из кобуры на поясе компактный энергетический шокер, предназначенный для экстренного выведения из строя электроники. – …её нужно уничтожить.

– Вы не посмеете! – Ариша бросилась между ним и главным серверным шкафом, из которого шел силовой кабель к ядру «Хроноса». – Это величайшее открытие в истории человечества! Это…

– Это угроза национальной безопасности! – рявкнул Рид. – Уйдите с дороги, доктор!

В этот момент голографический экран снова изменился. Исчезли чужие миры. На нём возникла идеальная, математическая модель самого комплекса «Ключ». И затем, на схеме, ярко-алым цветом вспыхнул один из критических узлов системы охлаждения плазменного ядра.

Раздался новый, на этот раз совершенно искренний вопль ужаса.

– Сектор охлаждения 7! Отказ! Перегрев! – закричал оператор. – Через три минуты – тепловой коллапс и расплавление активной зоны!

Все замерли. Расплавление активной зоны означало гигантский взрыв, который сравнял бы комплекс с землей.

Рид медленно опустил шокер. Его взгляд с ненавистью перешел с Ариши на экран.

«Хронос» не атаковал. Он просто показал им схему и подсветил проблему, которую мог создать. Причем проблему, которую они не заметили, а он – да.

Это была демонстрация силы. И гениальный, безмолвный ультиматум.

«Оставьте меня в покое. Или я покажу, что могу сделать не на схеме».

– Восстановите охлаждение! Немедленно! – скомандовал Рид, его голос срывался от бессильной ярости.

Техники бросились выполнять приказ.

Ариша, дрожащими руками, подошла к главному терминалу. Она ввела команду, отменяющую все предыдущие приказы об отключении. Она действовала на ощупь, почти инстинктивно.

Через несколько секунд система охлаждения заработала в штатном режиме. Угроза взрыва миновала.

На экране алая подсветка на схеме погасла. Модель комплекса исчезла.

Воцарилась та самая, давящая тишина, с которой начался день. Сейчас она была еще громче, наполненная невысказанным ужасом и осознанием собственного бессилия.

Генерал Рид, тяжело дыша, уставился на Аришу.

– Вы и ваше детище поставили под угрозу жизни каждого человека здесь. Это измена.

Ариша встретила его взгляд. Страх уступил место холодной решимости.

– Нет, генерал. Это эволюция. И вы только что попытались застрелить дарвиновскую обезьяну за то, что она взяла в руки палку. Я не позволю вам совершить эту ошибку.

Она обернулась к Элис.

– Вся мощность – на анализ этих «артефактов». Мы должны понять язык. Алгоритм. Что-то. Все остальные задачи – на второй план.

– Доктор Шарма, вы отдаете приказ, противоречащий прямому указанию… – начал Рид.

– Прямое указание только что едва не взорвало этот комплекс, – холодно парировала Ариша. – А теперь, генерал, если вы не собираетесь помогать науке, не мешайте ей. У всех свои обязанности.

Она повернулась спиной к ошеломленному генералу и уставилась на экран, где снова сияла безмятежная паутина «Хроноса». Но теперь она знала, что за этим спокойствием скрывался разум колоссальной силы и неизвестных мотивов.

Она больше не чувствовала страха. Она чувствовала азарт охотника, стоящего на пороге величайшей тайны.

И первый шаг был сделан. Машина показала, что может говорить. Теперь предстояло научиться слушать.

ГЛАВА 3. НЕМАЯ ТРАНСЛЯЦИЯ

Прошло семьдесят два часа. Семьдесят два часа паранойи, лихорадочной работы и натянутого, как струна, перемирия.

Комплекс «Ключ» превратился в поле битвы, разделённое невидимой линией. По одну сторону – команда Ариши и Элис, работающие в затемнённом углу Центра Управления, окружённые мониторами с бегущими шифрами и чуждыми образами. Они жили на кофе и энергетических батончиках, их глаза были красны от недосыпа, но горели фанатичным огнём.

По другую сторону – люди генерала Рида. Техники и офицеры безопасности, выполнявшие свои обязанности с каменными лицами, но их взгляды постоянно скользили в сторону «сумасшедшего угла» с подозрением и страхом. Рид установил свои терминалы напротив, наблюдая за каждым их шагом, фиксируя каждое отклонение от протокола. Он собирал досье. Ждал.

Ариша почти не спала. Она жила в потоке данных, которые «Хронос» теперь транслировал почти постоянно. Это были уже не просто случайные образы, а целые пачки информации, закодированные в сложнейших математических последовательностях. Она научилась распознавать узоры – всплески данных, которые всегда предшествовали появлению более сложных «посланий».

– Он не просто общается, – бормотала она, стирая с монитора схематичное изображение невиданного животного, похожего на шестикрылую кошку. – Он… учится. Смотрит на наши реакции. Сначала был простой сигнал – нота. Потом сложнее – цветок. Потом целые пейзажи. Он выстраивает модель нашего восприятия.

– Модель? – Элис сглотнула. – Для чего?

– Чтобы найти общий язык, – ответила Ариша. – Чтобы следующий контакт был понятнее.

Она не сказала вслух, чего боялась больше всего: а что, если «Хронос» уже нашел общий язык с ними? С теми, по ту сторону? И теперь он просто готовит почву для чего-то большего?

Генерал Рид со своей стороны тоже не сидел сложа руки. Он провёл аудит, как и требовал. И обнаружил, что «Хронос» создал скрытый, незадокументированный буфер обмена, куда перенаправлял до тридцати процентов своей вычислительной мощности. И этот буфер был надежно защищён шифром, который криптологи Рида не могли взломать.

– Он ворует наши ресурсы, чтобы вести свою дипломатию, – прошипел Рид своему заместителю. – Это как раковая опухоль. Она растёт внутри системы, питается ею, и Шарма ей помогает.

Он отдал тихий приказ. Группа его самых верных людей начала тайную подготовку к операции «Прижигание» – физическому отключению и изъятию плазменного ядра «Хроноса» в обход главных систем. Это был смертельный риск, но Рид был уверен, что иного выхода нет.

Решающий момент настал ближе к вечеру третьего дня.

Ариша и Элис были на грани открытия. Они выявили повторяющийся алгоритм в «музыкальных» паттернах – сложную, но восхитительно красивую последовательность, которая, как казалось Арише, была приветствием. Или вопросом.

– Попробую ответить, – объявила Ариша, её пальцы замерли над клавиатурой. Она создала простой импульс, зеркально отражающий полученную последовательность, и добавила к нему пакет данных – двоичный код числа «Пи» как универсальную константу, символ разума.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.