Зарина Шаухалова
Тайны мозга

Глава 1. Искра в темноте

Москва, 2035 год. Ночь обволакивала город, словно чёрный бархат, усеянный редкими звёздами фонарей. В лаборатории Института нейронаук, затерянной на окраине мегаполиса, Артём Ковалёв сидел перед экраном нейросканера, теребя в руках потрёпанный блокнот. Его глаза, воспалённые от бессонницы, ловили мерцание данных, текущих по монитору, но мысли были далеко – где-то на границе науки и того, что он сам называл «безумием».

– Артём, ты опять здесь? – голос Веры Лебедевой, его наставницы, вырвал его из размышлений. Она стояла в дверях, скрестив руки. Её седые волосы, собранные в тугой пучок, контрастировали с усталым, но цепким взглядом. – Третий час ночи. Иди домой, или твой мозг превратится в кашу.

– Ещё немного, Вера Павловна, – Артём даже не обернулся. – Я почти нашёл закономерность.

– Закономерность в чём? В том, как загнать себя в могилу? – она подошла ближе, бросив взгляд на экран. – Ты опять копаешься в этих старых записях? Шишковидная железа, информационное поле… Это не наука, это фантастика.

Артём усмехнулся, но в его улыбке не было веселья. Последние месяцы он изучал шишковидную железу – крошечный орган в центре мозга, о котором наука знала до обидного мало. В учебниках её называли «рудиментом», отвечающим за выработку мелатонина. Но Артём подозревал, что это лишь верхушка айсберга. Всё началось с того манускрипта, найденного в архивах библиотеки Академии наук. Пожелтевшие страницы, исписанные на санскрите и латыни, намекали на нечто большее: шишковидная железа – ключ к «третьему глазу», мост между человеком и космосом.

– Ты читала про эксперименты Раджана в Индии? – Артём повернулся к Вере. – Он доказал, что стимуляция шишковидной железы усиливает нейронную активность в зонах, отвечающих за интуицию и воображение. А если это не просто интуиция? Что, если мы можем… видеть?

– Видеть что? – Вера приподняла бровь. – Будущее? Прошлое? Призраков?

– Информацию, – тихо ответил Артём. – Всё, что когда-либо существовало. Вселенная – это не просто звёзды и планеты. Это сеть, Вера. Сеть, в которой хранится всё.

Вера вздохнула, но в её глазах мелькнула тень любопытства. Она знала Артёма слишком хорошо: если он вцепился в идею, то не отпустит, пока не разобьётся о реальность или не докажет невозможное.

– Хорошо, – сказала она, отступая к двери. – Но если завтра ты не явишься на совет, я лично выгоню тебя из лаборатории. И выключи наконец этот сканер.

Дверь за ней хлопнула, и Артём остался один. Он откинулся на спинку кресла, глядя на потолок, где тускло мигала лампа. Его пальцы машинально листали блокнот, пока не остановились на странице с выписками из манускрипта: «Третий глаз открывает путь к Хранилищу. Тот, кто узрит, станет частью вечного».

– Хранилище, – прошептал Артём, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

Он включил нейростимулятор – устройство собственной разработки, которое посылало слабые электрические импульсы в мозг. Сегодня он решился на первый эксперимент. Никаких грандиозных ожиданий, просто проверка. Но в глубине души что-то шептало: это не просто проверка. Это начало.

Артём надел на голову обруч с электродами, настроил частоту и закрыл глаза. Тишина лаборатории сменилась лёгким гудением устройства. Он сосредоточился на дыхании, как советовал манускрипт, представляя крошечный орган в центре своего мозга. Шишковидная железа. Третий глаз. Ключ.

Сначала ничего не происходило. Только тьма под веками и лёгкое покалывание в висках. Но затем… искра. Словно кто-то щёлкнул выключателем в его сознании. Перед внутренним взором вспыхнул образ – нечёткий, как отражение в мутной воде. Артём напрягся, пытаясь разглядеть детали. Это была пустыня. Песок, багровое небо, и в центре – фигура в длинном плаще, окружённая сиянием. Фигура повернулась, и Артём ощутил, как его сердце замерло: лицо было его собственным.

Видение исчезло так же внезапно, как появилось. Артём сорвал обруч с головы, тяжело дыша. На экране нейросканера кривая активности мозга взлетела до пика, которого он никогда раньше не видел. Это не было сном или галлюцинацией. Это было… реально.

Он схватил блокнот и начал записывать, но его руки дрожали. В голове крутился один вопрос: что он только что видел? Себя? Будущее? Или нечто совсем иное?

За окном лаборатории мигнул фонарь, и Артём заметил тень, мелькнувшую в переулке. Кто-то наблюдал. Он подошёл к окну, но улица была пуста. Только ветер гнал по асфальту обрывок газеты. Артём вернулся к столу, но ощущение чужого взгляда не отпускало.

Он не знал, что в этот момент его жизнь уже изменилась навсегда. И что где-то в недрах секретного комплекса «Эфир» на мониторе загорелся сигнал: «Аномальная нейронная активность. Объект: Ковалёв А. И. Наблюдение активировано».

Глава 2. Тени на краю

Утро в Москве было серым, как будто город накрыли фильтром из старого фильма. Артём шёл по набережной Москвы-реки, кутаясь в лёгкую куртку. Холодный ветер пробирал до костей, но он едва замечал это. Его мысли всё ещё крутились вокруг ночного эксперимента. Образ пустыни и фигуры в плаще – его собственного двойника – не давал покоя. Это было слишком реально для галлюцинации, слишком чётко для сна. Но что это было? Видение? Память? Или что-то, чего он пока не мог понять?

Он остановился у перил, глядя на мутную воду. В отражении мелькнуло его лицо – усталое, с тёмными кругами под глазами. Артём провёл рукой по небритой щеке и вдруг замер. На периферии зрения, в толпе прохожих, мелькнула фигура в чёрном пальто. Она двигалась слишком плавно, слишком целенаправленно. Он обернулся, но фигура исчезла, растворившись среди людей.

– Паранойя, – пробормотал он, но сердце билось чаще, чем хотелось бы.

В лаборатории его ждала Вера. Она сидела за своим столом, просматривая отчёты, но её взгляд сразу остановился на Артёме, когда он вошёл.

– Выглядишь, как будто призрака увидел, – сказала она, откидываясь на спинку кресла. – Что случилось?

Артём колебался. Рассказать о видении? О том, как нейросканер показал аномальный всплеск? Или о странной тени, которая, кажется, следила за ним? Вместо этого он решил начать с малого.

– Я провёл эксперимент. Стимуляция шишковидной железы. – Он положил на стол распечатку данных с нейросканера. – Посмотри на это. Активность в теменной доле и префронтальной коре зашкаливает. Это не просто выброс мелатонина, Вера. Это… что-то большее.

Вера взяла распечатку, её брови нахмурились. Она пробежала глазами по графикам, задержавшись на пике, который Артём отметил красным маркером.

– Это ты делал на себе? – её голос был строг, но в нём чувствовалась тревога. – Артём, ты понимаешь, насколько это опасно? Мы даже не знаем, как шишковидная железа взаимодействует с остальным мозгом при такой стимуляции.

– Я видел… что-то, – признался он, понизив голос. – Пустыню. Фигуру. И… себя. Как будто я был там, но не здесь.

Вера посмотрела на него поверх очков, её взгляд стал ещё серьёзнее.

– Ты переутомился. Или хуже – начинаешь верить в свои же фантазии. Это не наука, это…

– Это не фантазия, – перебил Артём. – Я записал всё, что видел. И это совпадает с описаниями из манускрипта. Там говорится о «психическом экране», о способности видеть сквозь пространство и время. Что, если шишковидная железа – это антенна? Способ подключиться к… не знаю, к информационному полю?

Вера вздохнула, отложив распечатку.

– Артём, я знаю, ты хочешь найти что-то революционное. Но нельзя путать мистику с наукой. Если ты продолжишь, то рискуешь не только своей карьерой, но и рассудком.

Он хотел возразить, но в этот момент его телефон завибрировал. Сообщение с неизвестного номера: «Прекрати эксперименты. Ты не знаешь, во что вмешиваешься». Артём замер, перечитывая текст. Пульс участился. Он показал экран Вере.

– Это шутка? – спросила она, но её голос дрогнул.

– Не думаю, – ответил Артём, чувствуя, как холод пробирается под кожу. – Кто-то знает, что я делал.

-–

Вечером Артём вернулся в лабораторию один. Он не мог остановиться. Видение в пустыне было только началом, он чувствовал это. Он снова надел нейростимулятор, но на этот раз добавил новый элемент – раствор диметилтриптамина, который, по слухам, усиливал активность шишковидной железы. Это было рискованно, почти безумно, но любопытство перевешивало страх.

Он включил устройство, закрыл глаза и начал дышать медленно, как учил манускрипт. Тишина обволакивала его, но вскоре в темноте под веками начали проступать образы. Сначала размытые, как акварельные пятна, затем всё чётче. Он увидел город – не Москву, а нечто древнее, с золотыми куполами и странными символами на стенах. Люди в длинных одеждах двигались по улицам, их глаза светились мягким сиянием. Один из них повернулся к Артёму, и он снова узнал себя.

– Ты ищешь Хранилище, – сказал человек голосом, который звучал одновременно в голове Артёма и где-то далеко. – Но оно ищет тебя.

Видение оборвалось резкой вспышкой боли. Артём сорвал обруч, хватая ртом воздух. На экране нейросканера графики плясали, как при землетрясении. Но хуже было другое: в углу лаборатории, в тени, мелькнула фигура. Та самая, в чёрном пальто. Она стояла неподвижно, её лицо скрывал капюшон.

– Кто ты? – крикнул Артём, вскакивая. Его голос дрожал.

Фигура не ответила. Она шагнула назад, в темноту, и исчезла, словно растворилась в воздухе. Артём бросился к двери, но коридор был пуст. Только слабый запах озона висел в воздухе, как после грозы.

Он вернулся к столу, сердце колотилось. На экране компьютера, который он точно не трогал, высветилось новое сообщение: «Они уже идут за тобой».

Глава 3. Край реальности

Лаборатория казалась Артёму клеткой, в которой он сам себя запер. После ночного инцидента он не спал, прокручивая в голове образ фигуры в чёрном пальто и слова из сообщения: «Они уже идут за тобой». Кто «они»? И почему его эксперименты вызвали такой интерес? Он сидел за столом, уставившись на нейростимулятор, который теперь выглядел не как научный инструмент, а как портал в неизведанное. Блокнот с выписками из манускрипта лежал раскрытым, и строчки на санскрите казались живыми, пульсирующими, словно пытались что-то сказать.

Утро не принесло облегчения. Москва просыпалась под серым небом, а Артём чувствовал, как невидимая сеть сжимается вокруг него. Он проверил замки на дверях лаборатории, хотя понимал, что это бесполезно. Если кто-то смог проникнуть сюда ночью, замки их не остановят. Он включил компьютер, чтобы проверить данные последнего эксперимента, но экран мигнул, и вместо графиков появилась строка текста: «Ты открыл дверь. Теперь они видят тебя».

Артём отшатнулся, сердце заколотилось. Он выдернул кабель питания из розетки, но экран не погас. Вместо этого текст сменился: «Хранилище ждёт». Он ударил по клавиатуре, и только тогда монитор потух. Это уже не было случайностью. Кто-то играл с ним, и этот кто-то знал слишком много.

Вера нашла его через час, когда он пытался восстановить дыхание, сидя на полу у стены. Она вошла без стука, её лицо было мрачнее обычного.

– Артём, что с тобой? – она бросила взгляд на выключенный компьютер и разбросанные бумаги. – Ты выглядишь, как будто тебя преследует призрак.

– Не призрак, – хрипло ответил он. – Кто-то реальный. Они знают про эксперименты. Про шишковидную железу. И… про меня.

Вера нахмурилась, но на этот раз в её глазах не было привычного скептицизма. Она присела рядом, её голос стал тише.

– Расскажи всё. С самого начала.

Артём поведал ей о видениях – о пустыне, о древнем городе, о фигуре, которая была его отражением. О сообщениях, которые появлялись из ниоткуда. И о фигуре в чёрном пальто, которая, казалось, следила за ним даже сейчас. Вера слушала молча, её пальцы нервно теребили край рукава.

– Это не просто хакеры, – наконец сказала она. – Я слышала слухи… Есть проект, правительственный. Называется «Эфир». Они занимаются чем-то связанным с нейроинтерфейсами и контролем сознания. Но это всё секретно. Если они заинтересовались тобой, Артём, это плохо.

– Почему я? – его голос дрожал от смеси страха и раздражения. – Я всего лишь учёный, который копается в старых текстах и пробует что-то новое.

– Потому что ты, похоже, наткнулся на то, что они искали годами, – Вера посмотрела ему прямо в глаза. – Если шишковидная железа действительно то, о чём ты говоришь, – ключ к информационному полю, к Хранилищу, – это оружие. Или инструмент. И они не позволят тебе держать его в своих руках.

Артём хотел возразить, но слова застряли в горле. Он вдруг понял, что Вера права. Его эксперименты перестали быть просто научным любопытством. Они стали угрозой.

К вечеру Артём решил, что бежать бессмысленно. Если «Эфир» следит за ним, они найдут его где угодно. Единственный способ понять, что происходит, – это углубиться в эксперимент. Он должен узнать, что такое Хранилище и почему оно зовёт его.

Он снова надел нейростимулятор, но на этот раз добавил звуковую частоту – низкий гул, который, согласно манускрипту, усиливал резонанс шишковидной железы. Раствор диметилтриптамина он решил не использовать: прошлый раз чуть не свёл его с ума. Он закрыл глаза, сосредоточившись на дыхании, и позволил гулу заполнить его разум.

Тьма под веками расступилась, как занавес. На этот раз он оказался не в пустыне и не в городе, а в бесконечном пространстве, где звёзды кружились, как нейроны в гигантской сети. Он чувствовал себя одновременно крошечной частицей и чем-то огромным, связанным со всем сущим. В центре пространства возникла фигура – не его двойник, а женщина с длинными волосами, сияющими, как серебро. Её глаза были закрыты, но Артём чувствовал, что она видит его.

– Ты пришёл, – её голос звучал, как эхо, проникая в каждую клетку его тела. – Хранилище открыто для тех, кто готов. Но цена высока.

– Какая цена? – спросил Артём, не понимая, говорит ли он вслух или только в своём сознании.

– Твой разум. Твоя реальность. Всё, что ты знаешь, станет тенью.

Прежде чем он успел ответить, пространство вокруг него сжалось, и он увидел вспышки: войны, разрушенные города, люди с горящими глазами, сражающиеся друг с другом. Он понял, что это не просто образы – это предупреждение. Хранилище не только давало знание, но и открывало доступ к силам, которые могли уничтожить мир.

Видение оборвалось, когда дверь лаборатории с грохотом распахнулась. Артём сорвал обруч с головы, но было поздно. В проёме стояла женщина – не из видения, а реальная, в чёрном пальто, с короткими тёмными волосами и холодным взглядом. В её руке был пистолет.

– Артём Ковалёв, – её голос был ровным, почти механическим. – Ты пойдёшь со мной. Сопротивление бесполезно.

Он отступил к столу, его взгляд метнулся к нейростимулятору. В голове крутился только один вопрос: как далеко он готов зайти, чтобы узнать правду?

Глава 4. Погоня в тенях

Лаборатория, освещённая лишь тусклым светом мониторов, казалась Артёму ловушкой. Женщина в чёрном пальто стояла в дверном проёме, её пистолет был направлен точно в его грудь. Её глаза, холодные и цепкие, словно сканировали его, но в них мелькнула тень сомнения – едва заметная, но Артём уловил её. Это дало ему долю секунды, чтобы действовать.

– Кто ты? – спросил он, медленно поднимая руки, чтобы выиграть время. Его взгляд скользнул по столу, где лежал нейростимулятор. Если бы он мог добраться до него…

– Елена Соколова, – ответила женщина, её голос был лишён эмоций, но в нём чувствовалась сталь. – Проект «Эфир». Ты знаешь, зачем я здесь, Ковалёв. Твои эксперименты зашли слишком далеко.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.