Ханна Леншер, Таня Кель, Юлия Добрева, Астра Голд
Сердце для Тени. Книга 1

Книга 1

Внимание!

Книга содержит откровенные эротические сцены, совершение сексуальных действий между героями без наличия явного согласия, преследование и похищение людей.

Герои – не образец поведения.

Глава 1

Наймон

Безликие горничные стайкой вылетели из моих покоев в самом дорогом борделе, оставив наедине с бокалом вина и горячей ванной. Странные столичные условности: я могу трахнуть любую шлюху, но не смею попросить прислугу нежно размять уставшую с дороги спину.

Едва я погрузился в воду, дверь дёрнулась и кто-то осторожно постучал. Сам хозяин заведения пожаловал, толкая перед собой симпатичную девчушку.

Чуть не разбив лоб об пол в поклонах, он заискивающе на меня посмотрел:

– Лучшая, господин! Единственная во всей столице!

– Если у вас на весь город всего одна шлюха, то мне жаль нашу столицу, – фыркнул я и покрутил в руках пустой бокал.

– Нет, нет, что вы, господин! Я имел в виду, что она неземная красавица, какую не найти ни в одном заведении!

Мне нравилось, как хозяин на полусогнутых ногах пытался оправдаться за небрежно брошенные слова. Издеваться над такими – маленькая слабость. Хоть какое-то чувство власти. Всё же я будущий владыка, а не просто младший сын правителя.

– Неземные красавицы остались в легендах и преданиях. У тебя же простые шлюхи, продающие своё тело за звонкую монету.

Хозяин растерялся, узкие глазки забегали по комнате, словно искали подсказки среди пошлых занавесок и тяжёлых балдахинов над кроватью. Его смятение знаменовало мою победу. Вот только ночь провести я хотел никак не с хозяином борделя.

– Ты мне наскучил, проваливай из моих покоев и до утра не появляйся. А ты, милая… – Я скользнул взглядом по ладной фигурке и длинным тёмным волосам. – Развлекай меня.

Хозяин опрометью вылетел, позабыв даже дверь прикрыть.

Девица оказалась не из робких и, как полагается хорошей шлюхе, сама закрыла дверь, подошла ко мне и забрала пустой бокал. Наполнив вином, она вернулась к ванной и села на самый край.

Что ж, признаю – хороша чертовка. Изящное тело и миловидное личико с налётом аристократической гордости – могли стать усладой для глаз любого мужчины. Жаль, что мои глаза видели столько красоток, что эта сотрётся из памяти, как только я покину стены заведения.

– Вы прибыли к нам издалека, господин? – бархатным голосом произнесла девица и опустила пальчики в ванну, осторожно водя по самой поверхности, в опасной близости от моего паха.

– Какая ты проницательная, – съязвил я и не забыл усмехнуться: – Что ещё ты можешь, кроме как угадывать путников в борделе посреди центральной площади, куда ведут все торговые дороги?

Она приторно улыбнулась и как бы невзначай коснулась медленно набухающего члена. Смутилась, спрятала глазки за длинными ресницами, едва не покрылась румянцем от стыда.

– Могу быть кем захотите. Говорят, я хорошая актриса. Могу вести светскую беседу, с интересом слушать ваши истории. – Красавица вздёрнула аккуратные брови и без капли смущения посмотрела прожигающим взглядом: – Могу задержать дыхание на целых три минуты и доставить вам удовольствие под водой. Так больше никто не умеет.

Основательный подход шлюшки к своему делу был мне по душе. Она не прикидывалась бедной сироткой, готовой за копейку отдать своё тело и не выглядела вульгарной бабой. В ней всего было ровно столько, сколько нужной мужской фантазии, чтобы захотеть её тело.

Я залпом осушил бокал и протянул красавице:

– Налей-ка мне ещё и покажи, что умеешь.

Плавными движениями девица забрала бокал и пошла к резному столику. Повернувшись спиной, она сначала налила вина, но не спешила возвращаться. Она медленно потянула бретельки платья вниз, и полупрозрачная ткань упала к её ногам, оголяя чудесную фигурку. Хрупкие плечи прятались за тёмными локонами, которые заканчивались аккурат возле аппетитной попки. Изгибы бёдер и стройных длинных ножек окончательно разбудили во мне похоть.

Стоило ей повернуться с бокалом в руках, как мне открылась иная красота её тела: упругая грудь, манящие розовые соски, плоский животик, увлекающий взгляд всё ниже, к тёмным тайнам, прикрытым соблазнительным треугольником волос.

Мне уже не хотелось её просто иметь. Появилось желание любоваться и изучать.

Третий бокал вина я осушил ещё до того, как нежные пальчики коснулись члена. Ладонь плавно двигалась под водой, аккуратно скользя по стволу. Я откинул голову, предвкушая небольшую шалость перед основным действием. Всего на минутку, чтобы насладиться умелыми ручками красавицы.

Комната вдруг озарилась яркими вспышками, сердце наполнилось несвойственной мне любовью. Негодяйка что-то подмешала в вино, и за это я её жестоко накажу… Но потом. Сейчас хотелось любви и ласки, словно юнцу, впервые пробующему женское тело.

Я закатил глаза, погружаясь в разноцветные искры удовольствия. Красавица усердно старалась, вода плескалась в такт её движениям, раскачивая меня на лёгких волнах.

Скоро к пальчикам присоединился сладкий ротик. Мне нравились её губки, плотно обхватившие член, нравился язычок, ласкающий головку. Мне нравилось абсолютно всё в этом мире рядом с черноволосой богиней. Я то падал на дно океана удовольствия, то, подхваченный невидимой силой, стремительно возносился до самых небес. Снова и снова, пока продолжительный оргазм не накрыл тело вместе с душой.

В следующее мгновение я проснулся поперёк кровати, обнажённый и… один. Утренние лучи неприятно светили в лицо, к горлу подкатил ком от вина и сухости. Искрящийся мир ночи превратился в мерзкое обыденное утро, полное гулкой тишины и одиночества. От ночной богини остался только сладкий привкус во рту. Привкус искусно приготовленного любовного зелья. Его любят шлюхи в дешёвых борделях, чтобы незаметно обокрасть клиента. Но я бы сразу понял, я бы раскусил простой трюк. Сколько раз мне пытались подлить похожие зелья – не сосчитать.

Как же шлюшке удалось обвести меня вокруг пальца? Понятно, что магия. Но я такое чувствую с рождения. Ещё никому не удавалось так меня обдурить.

Едва вспомнил лицо девушки, как в груди неприятно кольнуло. Не больно, скорее сладостно. Надо же, такой мощный эликсир, что до сих пор не отпустит. Я даже усмехнулся под нос, не веря собственным чувствам.

– Это невозможно! – в голос засмеялся я и перевернулся на спину, подставляя тело утренним лучам. – Вот же негодяйка!

За подобную магию можно лишиться рук, а за опаивание члена правящей семьи – легко потерять голову. Я не какой-то торговец и, на беду девчонки, не обычный человек, чтобы мной так бесстыдно играли.

И всё же, пока зелье действовало, я желал не мести. Меня до глубины души будоражила мысль ещё раз увидеть её, прикоснуться к красоте, услышать бархатный голос.

Так что же меня остановит?

Наспех натянув штаны, я подбежал к двери и громко закричал, требуя привести черноволосую красавицу. Наверняка разбудил всех постояльцев, но никто не рискнул выглянуть в коридор.

Через десять минут на пороге стояла испуганная девушка и не менее перепуганный хозяин. От мерзкого старикашки я избавился довольно быстро. Осталась негодяйка.

Я крепко ухватил девчонку за локоть и дёрнул к себе, шипя в удивлённое лицо:

– Хотела обворовать меня?

Выразительные глаза широко распахнулись:

– Всего лишь любовное зелье, господин! Даже в мыслях не было красть!

Чудесный голос сладким нектаром влился в уши и мигом добрался до сердца. Я не мог злиться. Пока действовала проклятая магия, я был целиком во власти красавицы. Горел от восхищения, желал, задыхался, но не гневался.

– Ты колдунья?

Она быстро замотала головой. Ну конечно, кто в здравом уме признается в чёрной магии?

– Значит, у кого-то купила зелье?

Девушка замерла, боялась сознаться. По нахмуренным бровям было понятно, что она на ходу придумывает правдоподобную историю.

– Не пытайся соврать. Маленькие шалости чёрной магии отлично работают на людях, но не всегда дают желаемый результат с такими, как я.

– Как вы? – повторила она одними губами.

Я наклонился к ней так близко, что чувствовал проступающий на коже страх.

– С теми, в ком живёт частичка Чёрных Теней.

Чёрная смерть – самый страшный миф, который люди хотели бы забыть. Даже детям о ней не рассказывают, чтобы ненароком не навлечь беду. Тени исчезли много лет назад, но какой ценой, знали немногие.

Хотел ли я её впечатлить? Конечно нет! Но рядом с ней голова шла кругом, и я был готов сказать что угодно, лишь бы она не ушла.

– Теней не существует, – фыркнула девушка и попыталась вырвать локоть. – Вы меня запугать хотите, но я не боюсь. Вы бы ещё оборотнями пугали!

Надо же, какая бесстрашная красавица. С каждой секундой она мне нравилась всё больше, хотя, должно быть наоборот. И всё же я улыбался, восхищённый её храбростью.

– С этими существами всё куда проще. Владыка не просто так создал отряд суринн для защиты нашего государства от оборотней. Не переживай, живого волка ты в своей постели не увидишь.

Мне не нравилась мысль, что в кровати моей красавицы будет кто-то, кроме меня. Я почти забыл, где нахожусь и какова её роль. А когда вспомнил, желал лишь одного: чтобы она была только моей.

– Ты работаешь здесь добровольно или тебя продали?

Девушка снова замялась, не желая отвечать на простой вопрос.

– Скажи господину, не молчи.

– Я почти свободная! – выпалила она в лицо, и всё же вырвала руку. – Я принадлежу только себе!

– Значит, продали. За сколько?

И снова молчание.

Пришлось звать хозяина, который всё это время находился неподалёку и наверняка подслушивал рядом с дверью.

– Сколько стоит эта девочка? – строго спросил я у него.

– Две монетки за ночь, господин. Она одна из лучших, поэтому такая цена.

– Меня не интересует ночь. Сколько стоит её свобода?

Лицо хозяина вытянулось в изумлении, но хитрые глазёнки быстро загорелись в предвкушении лёгкого заработка.

– Полторы сотни, господин.

Не самая высокая цена за свободу, вот только отпускать красавицу я точно не хотел.

– Плачу за неё три сотни. Неси бумагу.

– Нет! – звонко закричала девушка. – Я не продаюсь!

– Уже бегу, господин! – спохватился хозяин и исчез в коридоре.

Я знал, что совершаю ошибку. Зелье рано или поздно перестанет действовать, и я тысячу раз пожалею о своём решении. Какое безумие и распутство появиться в замке отца со шлюхой под руку! Во мне боролось два существа: я и влюблённый до безумия глупец. Глупец победил.

Бумаги подписали молниеносно. Ещё десять монет ушло на то, чтобы привести бордельную девку в опрятный вид. Новое платье, причёска, туфли – ничто не должно намекать на шлюху.

Поначалу девушка сопротивлялась, грозилась даже руки на себя наложить, но потом притихла. Либо смирилась, либо в её прекрасной голове созрел какой-то план.

Из бумаг, я, наконец, узнал имя моей покупки.

– Значит, тебя зовут Сиэна. В честь богини заката?

Очаровательное имя тут же отпечаталось на сердце. Её и не могли назвать иначе. У богини на земле должно быть достойное имя.

– Что же, Сиэна, теперь ты принадлежишь мне. Думаю, ты уже поняла, что перед тобой не торговец. Я ультар, младший сын нашего владыки, и ты поедешь со мной в самый настоящий замок.

Глава 2

Сиэна

До исполнения моей мечты, наконец-то стать свободной и покинуть это прокля́тый Скаэлидис, оставалось лишь десять монет. Это всего-то три или две ночи, если ко мне вдруг заглянул бы весьма зажиточный господин. Я была почти близка к свершению задуманного, но моя ошибка разрушила все планы.

Высокородные мужчины не редкость в нашем борделе. Поэтому я, даже и не подумав, снова воспользовалась любовным зельем с секретом.

Конечно, не тайна, что женщины из борделей прибегали к помощи особых отваров для большего развращения ума клиентов. Только если у других это был лишь сок из корня Могун-травы, то моё зелье напитывалось тёмной магией из кристалла, красующегося на шее. Этот камень – единственное сокровище, которое оставили родители, когда подсунули меня под дверь приюта.

Я не могла упустить такую возможность, дарованную судьбой. Поэтому за светскими беседами и выпивкой, когда гости теряли бдительность, а демонстрация обнажённого тела не давала им собраться с мыслями – нарочно опаивала их зельем, насыщенным тёмной магией. Ведь никто никогда не заподозрит голую шлюху в обмане.

Да и признать, что тебя обокрала женщина – то ещё удовольствие. Обычно после пробуждения, мои клиенты мало помнили и яро верили, что все отдали сами, добровольно. А я лишь потирала ручками, пряча всё награбленное в потаённом местечке за спинкой кровати.

Мне не всегда везло. Бывали мужчины, которые сразу переходили к плотским утехам, и уж здесь я сдавалась без сопротивления. Тогда казалось, что ужаснее непьющего клиента ничего нет.

Правда, сейчас я убедилась, что ужас выглядит совсем иначе.

Наймон. Вот главный монстр из рассказов набожной и злющей няньки в приюте. Ему ничего не стоило уничтожить меня. Слезами и печальными историями такого не пронять. Его высокомерие охватывало каждый уголок комнаты, а холодность во взгляде не допускала и малейшего проблеска снисходительности. Я была лишь жалкой пылинкой под ногами, поэтому пришлось смириться со своей участью, в то время как боль обиды и разочарования прожигали душу насквозь.

Пока меня намывали и принаряжали в более приличные вещи, я плакала. Мне желалось сорвать кожу живьём и сжечь этот прокля́тый бордель дотла. Я ненавидела себя за самонадеянность, хозяина – за то, что нарушил договорённость о моей свободе, и Наймона, треклятого второго сына владыки, который, назначив двойную цену, выкупил меня.

– Теперь ты принадлежишь мне, – довольно заявил Наймон и уселся на противоположное место в карете.

Дверца за ним захлопнулась, и я с некой печалью взглянула в небольшое оконце на бордель, как когда-то смотрела на приют.

С самого рождения у меня не было выбора, я шла, куда приказывали, и делала то, что велели. На мою радость, в борделе существовало негласное правило, что после определённого возраста шлюха могла выкупить себя, оплатив все затраченные средства на неё хозяином. Никто, как правило, этим не пользовался: крыша над головой есть, да и кормят. Но мне этого было мало. Я желала сама решать свою судьбу. И судя по всему, моя мечта отдалялась от меня быстрее, нежели сменялись день и ночь.

Карету слегка качнуло, отчего я вынырнула из размышлений и обратила внимание на пейзаж за окном.

Жуть как хотелось придвинуться ближе к двери, и рассмотреть столицу, до этого я видела её исключительно из окна. Шлюхам наподобие меня, которые были только для особенных гостей, запрещалось выходить. Нас не касались обычные трудяги, для этого имелись девочки с некими изъянами во внешности или же в преклонном для шлюхи возрасте. В этом мне повезло, но с каждым днём клетка заточения становилась невыносимее.

От страстного порыва всё рассмотреть останавливал холодный взгляд Наймона. Расставив широко ноги и откинувшись на мягкую обивку сидения, он изучающе скользил по моему телу.

Я не трусиха, но сейчас мои внутренности словно слиплись, а дыхание замерло. Нужно было как-то себя спасать. Поэтому, пересилив свой страх, я скользнула ручкой по бедру, и слегка приподняла платье. Ногу закинула на ногу, при этом расправив плечи, отчего сразу стало видно глубокое декольте.

– И часто ты обманываешь своих клиентов? – заметно сглотнув, низким, бархатным голосом мягко спросил он.

– Что вы, господин, какие клиенты? – Нервный смешок сорвался с губ. – Я принадлежу только вам, – сладко пролепетала я, возвращая его же слова.

Глаза Наймона блеснули одобряющим весельем, а на щеке внезапно появилась едва заметная ямочка от довольной ухмылки.

– Ты оправдываешь мои вложения Сиэна. Только это пока. – Его лицо резко исказилось в угрожающей гримасе, и он резво придвинулся ко мне.

Запах сладкого перегара от вина ударил в нос, а щеки коснулись нежные кончики пальцев. Крепким телом Наймон напрочь закрыл меня от мира, забивая в угол как мышку.

Сердце колотилось как сумасшедшее в груди, но я умело не подавала виду, что боялась этого мужчину.

Внешне он был весьма очарователен. Прекрасные аристократические черты лица, тёмные волосы, глубокие, зелёные глаза и обманчиво мягкие губы, которые чаще всего сжимались в тонкую полоску. Этот мужчина искренне почти не улыбался, а про смех и говорить не стоит. Пределом Наймона стала лишь колкая ухмылка.

– Запомни, где бы ты ни была, ты моя Сиэна. Я твой бог, альтир и господин. Не обманывайся пустыми мечтами и не забывайся. Там, в замке, я всегда буду рядом. – Его рука скользнула по моему подбородку и устремилась к шее.

Наймон привстал и, оперевшись другой рукой на стенку кареты, навис надо мной.

– И… – слабо сжал он ладонью мою шею, заглядывая в глаза и приближаясь к губам. – Ты можешь сотню раз отрицать то, что непричастна к чёрной магии, тебе не обмануть меня. Одно моё слово и твоё прелестное тельце предадут огню. Ведь так по закону поступают с колдуньями?

Голос Наймона звучал низко и хрипло. Он говорил властно, в то же время его взгляд заволакивало пеленой желания. Моё зелье, несомненно, ещё продолжало действовать.

– Тогда сто́ит казнить каждую шлюху столицы и дальних городов Скаэлидиса за использование простого отвара, – приподняв нос, упрямо стояла я на своём.

Мужчина скривил рот в колкой ухмылке, и отпустив меня, вернулся на место.

Страх исчез, и я словно возвратила себе силы. Необходимо было обдумать предстоящие возможности, несмотря на изменившиеся планы.

Конечно, навряд ли я смогу выкупить себя у Наймона. Тем более такую сумму мне в жизни не заработать. Да и ему деньги точно не требовались. Всё же как никак – сын самого владыки, хоть и второй.

Сейчас, по слухам, в замке царил настоящий хаос. Негласная война за престол, пока владыка находился при смерти. Мужчины часто треплются попусту, будучи в забытьи. И в том, что Наймон приехал в столицу не так давно, я была точно уверена. Альтиру Вальтариону он не пришёлся по вкусу. Очередная угроза власти. Но разве мне есть дело до их соперничества? Если только один из них не дарует мне свободу, а этого будет сложно добиться, но это не значило, что невозможно.

Всю дорогу Наймон молчал, изредка бросал взгляд горящий желанием. Всё же, я, наверное, переборщила с количеством зелья.

Краем глаза подметила, как городской пейзаж сменился садами. Помнилось, как-то в борделе отдыхал высокородный господин, расхваливал привезённые им деревья из заморского края. Он тогда упомянул, что сам владыка велел высадить их перед замком, чтобы каждый мог насладиться красочным цветением, а после – сладостными плодами этих растений.

Запах и вправду стоял чарующий. И это означало, что мы близки к замку.

– Будь добра, пока будешь находиться во дворце, не смей попадаться на глаза…альтиру Вальтариону Лонарвейлу, – скривив рот, пренебрежительно выплюнул он имя старшего брата. – Не разговаривай ни с кем, кроме меня. Сейчас там и так достаточно народу. Полагаю, с твоими актёрскими навыками, будет несложно затеряться в толпе высокородных девиц. И если повезёт, никто и не узнает, что среди них находится обычная шлюха.

Наймон даже здесь не забывал указать на моё место.

– Как скажете, господин, – учтиво кивнула я.

– Чтобы было легче соблюдать дворцовые правила, так уж и быть, дам тебе служанку. О твоём происхождении никто не должен узнать. Особенно прислуга. Уяснила?

– Да, господин.

Возможно, мой голос и ответы звучали так, словно я покорилась и сжилась с мыслью долгого плена, только это было не так. Внутри всё ещё горел огонь ярости, подпитываясь силами для нового плана.

– Что мне ещё следует знать о своей дальнейшей судьбе? – продолжая сохранять мягкость в голосе, аккуратно допытывалась я.

Наймон на мгновение задумался, и в его взгляде промелькнула тень сомнения. По спине словно проползла скользкая змея, отчего все волоски на теле встали дыбом.

Предчувствие меня редко подводило. Он что-то знал, и явно не желал делиться этим со мной.

– Ничего, – кратко ответил ультар, и карета в это же мгновение остановилась.

Больше не было пути назад. Моя жизнь изменилась в одночасье, и оставалось только, как и всегда, приспосабливаться.

Дверь открыли, и Наймон, выйдя первым, учтиво подал руку.

Мы оказались прямо перед широкими ступенями, ведущими к громадным двустворчатым дверям.

Я была обескуражена, но усердно старалась держать осанку и не глазеть по сторонам.

– Пока ты справляешься, – ведя меня вверх к входу, как бы невзначай шепнул Наймон.

Я придерживала подол лёгкого длинного платья, нежно зелёного цвета, самое приличное, что смогли отыскать в борделе. Старательно смотрела под ноги, боясь устремить взор вперёд себя.

Белоснежные стены замка из крепкого гранита, сияли в солнечном свете. Двери были распахнуты, и внутри стояла полнейшая пустота.

Дворцовые работники в основном шумели и трудились снаружи, а здесь изредка пробегала прислуга, преимущественно передвигаясь незаметно, ближе к стенам.

Высокие колонны, цветастый витраж в конце зала на всю стену, престол. Могучий, крепкий, ярко заявляющий о том, что восседающий на нём – владел миром. Только пока трон пустовал, и надолго ли, покажет время.

– Здесь, как обычно, беспорядок, – недовольно буркнул Наймон и потянул меня в угол зала за колонну.

Мы не успели сделать и шаг, как к нему подбежал низкорослый слуга.

– Приветствую вас, господин, – поклонился он и зыркнул в мою сторону, давая понять, что дело явно не для лишних ушей.

Отпустив мою руку, Наймон отошёл и выслушал слугу, а затем вернулся.

– Ожидай меня здесь и помни наш уговор, – строго приказал Наймон и незаметно исчез.

Я осталась одна, в холодном пустующем зале.

Здесь было так печально, словно замок чувствовал болезнь своего правителя. Я с интересом выглядывала из укрытия, изучая красочные витражи, подмечая мелкие детали в виде цветов и знака власти по центру.

Сама не заметила, как двинулась с места и почти приблизилась к трону, поднявшись на пару ступенек. Подойти ближе не решалась. Стоя на приличном расстоянии, любовалась выточенными из камня головами волков под подлокотниками престола.

– Красиво? – Грубый маскулинный голос раздался прямо позади, и я обернулась.

Рослый, темноволосый мужчина чем-то походил на Наймона. Только вот если первый был более складный, то этот словно одна сплошная гора мышц. Его хищный взгляд и спокойное выражение лица казались опасными. Пышный мех поверх обнажённого тела, только добавлял диковатости образу наследного альтира.

Это был именно он. Без сомнения.

– Приветствую вас, Вальтарион Лонарвейл, – кое-как сдержавшись от того, чтобы пасть к его ногам, я лишь учтиво склонила голову.

Альтир ничего не ответил, и в несколько шагов оказался рядом. Сердце пропустило удар, когда моего подбородка коснулся острый кончик кинжала.

Глава 3

Вальтарион

– Кто ты? – злобно процедил я сквозь зубы.

Нож от подбородка девушки прошёлся до шеи, оставив там пока ещё белую полоску, но если я не удовлетворюсь ответом, то она станет красной.

Предвкушение. Я любил это. Когда чувствуешь страх жертвы. Она на мгновение замирает, и ты видишь, как в её глазах мечется ужас. Тот ужас, который заставляет бежать, спасаться. А ты ловишь миг паники, впитываешь его, замирая с добычей, и потом несёшься за ней, чтобы поймать или убить.

И сейчас я видел в глазах незнакомки этот страх. Он питал и наполнял меня.

Только дёрнись и я разрежу твою прекрасную шею.

Я даже хотел этого. Мне до боли наскучили альтирские дела, и сейчас моё естество жаждало охоты.

– Милостивый альтир. Пощадите. Я приехала сюда на смотрины.

Страх испарился, и теперь я видел лукавство.

– Кто тебя пустил?

– Я сопровождала вашего брата. В качестве доброй воли он хотел преподнести подарок. – Голосок осмелел, и она пальчиком отвела нож, улыбнулась и опустила ресницы. – Вам же нравятся красивые женщины?

– Впервые вижу, чтобы подарок сам себя преподносил.

Я сделал шаг к ней и, взяв за подбородок, поднял хорошенькую головку.

– Не нуждаюсь ни в чьей помощи. – Она почти перешла на шёпот: хриплый, волнующий.

А девчонка не так проста, как кажется. В моём вкусе: нрав, тело, внешность. Смоляные волосы красиво уложены в причёску, зелёные глаза, пухлые губки и лёгкий румянец на щеках.

Но в щедрость Наймона я не верил. Поэтому снова лезвие коснулось шеи. Одно движение и всё кончено. Девушка явно не знатного рода, скорее всего, он её притащил из своих земель. По ней никто не станет плакать и не пойдут войной на Скаэлидис, а это значит…

– Хорошая попытка, красавица. Но меня сложно обмануть.

Рука почти дёрнулась, чтобы закончить дело, но тут я услышал ненавистный голос за спиной:

– Ах! Вы уже познакомились?

Он как скрежет камней прокатился по моему телу.

Нож я не убирал, только слегка повернул голову по направлению звука.

– А ты с годами не меняешься, – вздохнул Наймон, подходя ближе. – Всё ищешь врагов и готов растерзать любого, кто не так на тебя взглянет.

– Какого Вальгала ты тут забыл?

Появление брата во дворце к беде. Ещё и девчонку с собой притащил. Хорошо, что мне не пришлось искать его по замку и он пришёл сам. Можно перед его смертью всё выяснить.

– Не упоминай имя бога всуе. – Он показал пальцем наверх. – А то прилетит, чего доброго, в тебя молнией.

Я убрал нож и теперь полностью к нему развернулся, дырявил взглядом, ожидая ответа.

– Отца навестить захотелось.

– Стража! – рявкнул я, и тут же в зал забежали мужчины. – Вышвырните этих двоих из замка. Кто вообще пустил сюда безродных псов?

– Ты не смеешь меня выгонять, – выставил он руку вперёд. – Отец сам меня позвал.

Наймон врал. Владыка не стал бы этого делать. Зачем ему видеть бастарда?

– И во мне течёт такая же кровь, – продолжил брат.

– Не смеши. Отец когда-то по дурости связался с домом Каэрдисов. Он был там проездом. А твоя мать просто раздвинула ноги.

– Несколько недель, – поправил Наймон, но я видел, как желваки на его лице заходили, а на шее проступила вена. – А потом ещё много раз приезжал. Он признал меня, Вальтарион. Смирись.

– Я лучше утоплюсь в луже, чем приму такое, – грозно прорычал я.

– Тогда я позову слуг, чтобы принесли таз с водой. Можешь начинать.

Медленно я начал вбирать в себя воздух. Надо успокоиться. Ещё не время. Пока отец жив… Надо всего лишь потерпеть. Как только он умрёт, ноги этого ублюдка не будет во дворце. Так же спокойно я выдохнул.

Но почему-то раздражение не уходило. Наймон, как надоедливый комар, которого хотелось с хлопком пришибить.

– И пожалуйста, – одним уголком губ улыбнулся он, подходя к девушке. – Будь любезен с моей гостьей. Я обещал ей достойный приём и помощь.

– Да мне посрать!..

– Фу, как не по-альтирски. У тебя грязный язык для будущего правителя.

Он беспардонно плюхнулся на трон.

Ну всё! Это уже слишком.

Не думая ни секунды, я выхватил лук из-за спины, и сразу же несколько стрел полетели в Наймона. Хотел поохотиться, значит, так тому и быть. Не олень, но тоже сойдёт.

Древки вошли аккурат возле головы братца, слегка царапнув кожу. Но я снова натянул тетиву.

– Беги, бастард! Следующие стрелы проткнут твою плоть.

Но он как сидел, так и продолжал сидеть. На моём. Троне!

В зелёных глазах плескался азарт. Сейчас произойдёт что-то страшное. Отец будет в гневе. Но простит меня. Я пристрелю Наймона, а потом эту девицу. Никто не узнает. Скажу, что этот болезный на охоте сам под стрелы кинулся.

Но тут к трону подскочила его дама, закрыла собой.

– Опомнитесь, альтир.

– Чудесно! Стой там. Меньше потрачу стрел, – прошипел я.

– Вы же не убьёте женщину?! – замотала она головой.

Я прыснул. Меня разбирал еле сдерживаемый хохот. Пальцы сильнее натянули тетиву. Ещё мгновение и я её отпущу. Всего лишь миг. Уже и мышцы ослабли в последнем движении.

– Вальтарион! – раскатистым громом прокатился голос отца.

Всё моё тело напряглось и окаменело. Этот старик же умирал и уже несколько недель не вылезал из постели. Какого дьявола он оказался здесь?

Владыка медленно подошёл ко мне, надсадно кашляя, вырвал лук и отшвырнул его далеко в сторону.

Я взглянул в почти уже потухшие глаза. Сейчас они пылали пламенем ярости. Мы не разговаривали с отцом, но понимали друг друга без слов.

– Как знал, что ты решишь что-то подобное провернуть, – всё же начал он, а потом с размаху ударил меня по щеке. – Ты моё сплошное разочарование. Была бы мать жива, она бы стыдилась, что у неё такой сын.

– Сомневаюсь отец. – Я вскипел и уже плохо контролировал, что говорю. – Она бы ни за что не встала бы на сторону бастарда.

Ещё одна пощёчина.

Я мазнул взглядом по довольной ухмылке Наймона. Вот же тварина! Он будто знал, что так и случится. Специально разжёг во мне гнев вот для этой сцены. И как будто его глаза потемнели на миг. Не разобрать. Может, мне это почудилось?

Снова я уставился на отца. Он долго и надрывно кашлял, сгибаясь всё ниже.

Нет. У меня не было ни грамма сочувствия. Даже наоборот. Сейчас я с удовольствием наблюдал, как болезнь пожирает его. Это он виноват в смерти матери, он виноват в том, что у меня есть мерзкий брат. А ещё… мои верные подданные донесли, что этот старый пень собирается написать завещание. Зачем оно ему, если прямой наследник трона – я?

Отец выпрямился, вытирая кровавый рот платком. Его хриплое дыхание шумно разлеталось по залу.

– Убирайся! – вперил он в меня взгляд.

Значит, так? Приехал любимый сыночек, а не любимый сразу же должен исчезнуть, чтобы не мозолить глаза? Ну хорошо.

Хотя странно. В какой момент паршивый ублюдок снискал милость? Это всё дурно пахло. Но никак не понять, откуда вонь. Мы с отцом мало общались, и я не знал, что творилось в его голове. Но одно понимал точно: братец приехал именно сейчас не случайно. Придётся всё выяснить.

Я ещё раз посмотрел на Наймона. Того, кажется, распирало от плохо скрываемого счастья. Девушка, которую он привёл, стояла чуть поодаль. Опустила голову и, казалось, просто покорно ждала, когда всё закончится. Но я нутром чувствовал, как она вся превратилась в слух, выцепляла каждое слово и что-то обдумывала. К ней я вернусь позже. Надо будет выяснить, кто эта незнакомка и что задумал братец. Ведь не просто её приволок.

Этот бой я проиграл, но вся война впереди. А мне всего лишь нужно было мгновение и этого подонка бы не стало.

Мои быстрые шаги отражались эхом по сводам. Я так влетел в свои покои, что дверь с грохотом стукнулась о стену.

Горничные, убирающие комнату, всполошились, как стаи кур, и быстро повыскакивали. Знали, что я мог в таком состоянии придушить любую.

Надо как-то успокоиться и прийти в себя. Хотелось или убивать, или самому сдохнуть.

Я скинул одежду и пошёл в купальню. Говорят, холодная вода остужает разум. А сейчас он у меня кипел.

Перемахнув бортик, я погрузился с головой в чан.

Тёплая. Грёбаная вода тёплая!

Всё услужливость слуг. Они старались всегда держать её приятной для тела.

Я вынырнул и откинул налипшие волосы.

Прямо передо мной стояла растерянная белокурая служанка. Не успела убежать со всеми? Глупенькая? Или новенькая? Не видел её ни разу. Миловидное личико, упругая грудь, серые глазки, с тёмным ободком. Всё как я люблю.

Раз вода не помогла, а меня всё ещё жгла обида, я поманил девчонку к себе. Разорвать своим великаном упругое лоно – тоже хорошо может помочь.

Она робко подошла, но всё ещё стояла далеко от меня.

– Раздевайся! – приказал я.

Но она лишь мотнула головой. А в глазах появился какой-то злобный огонёк.

А вот это уже интересно. Обычно на меня смотрели либо со страхом, либо с восхищением. Второй раз за день видел неподчинение.

– Ты оглохла или бессмертная?! – рявкнул я. – Не слышишь, что тебе говорят?

Она секунду стояла, а потом сглотнула. Её дыхание стало прерывистым. Но противиться воли альтира – значит подписать себе смертный приговор.

Дрожащие пальцы расшнуровали верёвки на животе, она скинула платье сначала с одного плеча, а потом с другого. Одежда, шурша, упала на пол, открыв чудесный вид на упругую грудь с остро торчащими сосками и тёмный треугольник между ног.

Прекрасно. То что надо. Но…

– Как смеешь ты так смотреть на меня?

Я перегнулся через чан, схватил её за руку и подтащил к себе, легко приподнял, и вот уже моё тело ощущало невинный трепет.

Склонившись к нежным губам, я хотел уже было поцеловать.

– Вы монстр! И достойны смерти! – громко выпалило создание.

Кажется, я сошёл с ума из-за брата, потому что мне померещилось, что она сказала…

– Мой народ не допустит того, чтобы вы взошли на трон.

Нет, твою мать! Это не мираж и не игры разума. Девчонка действительно извергала из себя эти слова.

Я только хотел отстраниться, но тут же почувствовал, как в рёбра вонзилось что-то острое. А сама пигалица вжалась в меня и зубами вгрызлась в шею.

Боль прострелила всё тело. Жар сменился холодом. На мгновение я опешил. По венам будто разлетелась лава.

Взревев, я откинул девчонку. И только сейчас увидел выросшие когти и зубы, в глазах появились золотые прожилки, которые всё больше разрастались. Вода окрасилась в бордовый цвет.

Это что… моя кровь? Я схватился за шею и посмотрел на руку.

Точно.

– Тебе не жить, волчица!

Не размышляя, я вцепился в её голову и начал топить. Она вырывалась, билась, вдыхала рывками воздух. И когда это получалось, то по купели разлетался заливистый хохот.

Сильная, зараза! Я всё ещё не мог утопить эту дрянь. Но чем меньше она сопротивлялась, тем больше ощущалась слабость в теле.

Да что за ерунда?

Мои руки ослабли, и в этот миг девчонка вынырнула.

– Убей меня, ублюдок! – выплёвывала она слова. – И сам подохнешь.

Опять смех. Я же отходил от неё, пока не врезался спиной в стену чана.

– Твоё тело теперь принадлежит мне. И ты ничего с этим не сделаешь.

Я чувствовал, как под кожей взрываются пузырьки, в глазах мутнело. Будто меня отравили ядом.

– Ты же понимаешь, что я могу не убивать тебя, но сделать так, что ты до конца жизни будешь просить смерти, – тихо, но с угрозой протянул я, всё ещё ощупывая шею.

– Я могу сама себя убить. И тогда ты точно подохнешь. О! Это стоит того.

И она, повернувшись ко мне спиной, нырнула. Мой взгляд уцепился за клеймо на её плече. Суринна!

В голове не укладывалось. Мысли метались. Не может она быть из отряда охотников на оборотней и волчицей одновременно. Или может?

В одно движение я оказался возле неё, вытянул из воды и развернул к себе лицом. А суринна всё продолжала смеяться. В её золотых глазах искрилась невероятная радость.

– Стража! – рявкнул я.

В купель ввалились мужчины.

– Эту… связать. Киньте её в темницу. Я позже решу, что с ней делать.

Девчонку вынули из воды и под непроходящий хохот утащили.

Да что за день сегодня такой? Как будто меня кто-то проклял. Я с силой ударил по воде.

Но ничего. Буду решать проблемы по одной за раз. Сначала надо выяснить, как избавиться от яда, а потом уже закончу дело с братцем.

Я вышел из купели и осмотрел раны. Под рёбрами несколько и на шее. Подошёл к зеркалу. В глазах появились жёлтые прожилки. Оборотни. Это мерзавка заразила меня. Как? Как такое получилось, что её проглядели? Я казню всех, кто брал её в слуги. Или нет… Никто. Ни одна живая душа не должна знать, что это произошло. Особенно, мой братец. Он точно воспользуется этим.

Я не знал, куда себя деть. Опёрся на стол и сжал его. Внутри бурлило так, что хотелось кричать. Может, и стоит?

Вдохнув, я заорал. Стол хрустнул, оставив в моих руках куски. Сила оборотня. Так вот почему я не мог утопить девчонку: она же волчица. И сейчас я наполнялся мощью.

Надо проследить, чтобы мерзавка не навредила себе. Не верится. Всё сразу не могло так совпасть. Наверняка это проделки Наймона. Убью его. Скормлю псам.

Всю ночь я почти не спал. Болело тело. По венам будто бежали пузырьки. Я судорожно думал, что делать дальше, надо успокоиться, ведь только с холодным разумом можно что-то придумать. Но раздражение переплеталось со смятением, туда подмешивалась лихорадка. Мне казалось, я горю, а потом резко погружаюсь в ледяную воду. Это всё яд. И он мешал думать.

Утром, быстро одевшись, я побежал вниз. Огненная ярость прошла, теперь можно поговорить с волчицей. Только как удержаться от соблазна задушить её собственными руками?

Глава 4

Шаэра

Я пришла убить владыку, но он уже умирал, и его смерть бы не решила проблем. Тогда я обратила внимание на наследника. Вальтарион Лонарвейл стал моей главной целью. Я подобралась слишком близко к альтиру, а он в своей безнаказанности наслаждался жизнью. Монстр, который не должен существовать.

Вместе с другими горничными я зашла в его комнату. Нужно осмотреться, подумать, где спрятаться или что использовать. Например, можно отравить вино или воду в ванной. Могу сама укрыться в гардеробной комнате, а ночью перерезать его шею.

Но он вернулся, и я немного растерялась. Не ожидала, что служанки так быстро сбегут, а Вальтарион решит меня изнасиловать. Озабоченная груда мышц. Но это хороший шанс: ничего не откладывая, расправиться с ним сейчас!

Пока я снимала платье, думала, что делать: разорвать артерию на шее, чтобы умер уже сегодня или заразить, передать оборотничество. Тогда его убьют свои же стражники. Но если Вальтарион сядет на трон как владыка, то может отменить преследование оборотней, ведь он станет одним из нас. Хотя, скорее всего, никогда не признается, но будет в моей власти, и я смогу его использовать.

Решено.

Платье с тихим шелестом упало на пол, и я легко перешагнула кучу ткани. Альтир пожирал меня глазами, он явно думал только своим дружком. Моё тело совершенно, и я это знаю, ведь оно тоже оружие. Многолетние тренировки не прошли даром, но не сделали мужиком. Я сохранила утончённую девичью стать, в то время как внутри клубилась сила.

Вальтарион не сводил взгляда с обнажённой груди, скоро слюна закапает на дорогой паркет. На меня часто так смотрели, мужчины примитивны: задерёшь юбку, и они не заметят кинжала в руке.

Не сдержавший, альтир схватил моё запястье, а я позволила себя прижать ближе. Ведь мне нужно подобраться к его шее – самое беззащитное место, где идут вены и артерии.

Всё, скрываться больше не стала: сказала, что о нём думаю, и вцепилась удлиняющимися клыками в плоть.

Он не ожидал, заорал, оттолкнул. Потом даже хотел убить, только это будет и его смерть.

Было не страшно. Я не боялась умереть, поэтому наслаждалась агонией альтира. Хохотала, как сумасшедшая, а он метался. Скоро Вальтарион поймёт, что выбора у него нет. Теперь его жизнь изменится навсегда.

Вызванная стража притащила меня в темницу. Болваны.

– Заприте её, она хотела убить альтира!

Глава охраны запер клетку, но я видела, как похотливо он смотрел на моё обнажённое тело. Рано или поздно он придёт.

И правда, утром, после обхода и смены караула, стражник появился перед моей камерой. Я сидела на тухлом матрасе, набитым прелой соломой, и обхватив колени руками. Вместо одежды дали какую-то тряпку и я пыталась прикрыться и чуть согреться.

– Какая красивая девочка. Что же тебе на члене альтира не сиделось, малышка?

– Может, он у него маленький? – хмыкнула я. – Не удовлетворил. Готов отработать за него?

Неужели этот дурень собрался меня трахнуть? Подыграю и он откроет дверь. А там и сбежать смогу.

– Кто ты такая? – заподозрил ловушку охранник.

Но я не поворачивалась к нему клеймом, кровь с лица и тела смылась водой. То, что я оборотница вообще не видно сразу.

– Просто несчастная девушка.

Он явно хотел соития, но побаивался. Не зря же меня привела стража. Но член перевесил, мозг ушёл в него, и уже через несколько секунд он отпирал дверь камеры.

Мужло! Никто из них не воспринимает девушку серьёзно. А ведь я намного сильнее.

Он шагнул в клетку и ухмыльнулся:

– Раздвинь ножки, милашка, тебе понравится!

Я улыбнулась: конечно, мне понравится, ведь я сверну ему шею и выйду отсюда на свободу.

Но сзади мужика неожиданно выросла тёмная фигура. Вальтарион был на две головы выше, и в плечах намного шире. Его бешеный взгляд метался по камере. Видимо, на моём лице появился испуг и охранник обернулся. Секунда и он скуля уже лежал на полу, держась за сломанную руку. Альтир и раньше был силен, одной рукой меня в чан окунул не раздумывая, но сейчас добавилась мощь оборотня и он её применял неумело.

– Господин, простите, я хотел наказать мерзавку, – выл жалкий мужик, катаясь в ногах у Вальтариона.

– Кто дал тебе такое право?! – Он пнул его под рёбра.

– Никто, господин, каюсь.

– Оставь, бедолагу, забьёшь же, – демонстративно зевнула я.

Хотя это действие мне нравилось. Сама бы отпинала насильника.

– Ты ещё смеешь говорить? – стали зверино-жёлтыми его глаза.

– Смею. – Я встала, выпрямившись в полный рост, но всё равно пришлось сильно запрокинуть голову, чтобы встретиться с его глазами. – Ты мне ничего не сделаешь. Я знаю твой секрет.

Его кулаки сжались, Вальтарион явно хотел сомкнуть их на моей шее, но не мог.

– Тварь! – выдохнул он сквозь плотно сжатые челюсти.

А вот такая жгучая ненависть меня заводила. Мне нравилось ощущать подчинение такого сильного мужчины. А ещё его кровь менялась после укуса и появился манящий запах.

– Альтира обидела девчонка? Не дала? И он теперь психует, потому что надо будет поработать ладошкой?

Вальтарион бессознательно потянулся к шее и, видимо, хотел рявкнуть про главную причину его ненависти, но сдержался. Надо же, не совсем глупец.

– Это будет наш маленький секрет, – промурлыкала я, ноготками касаясь его торса и поглаживая перекатывающиеся под кожей мышцы.

Он вздрогнул, зрачки расширились. Его бешеный взгляд стал мне наградой.

– Ты узнаешь, как угрожать альтиру! – прорычал мужчина, хватая меня за руку и таща на выход.

– Убьёшь меня, сам сдохнешь! – напомнила я, не успевая так быстро бежать за ним.

Всё-таки босыми ногами по не чистому полу темницы не набегаешься, да и шаги у Вальтариона огромные.

Он остановился и, окинув мою фигуру взглядом, резко присел и, подхватив под коленки, забросил себе на плечо. Дальше двинулся на выход.

Вот болван. Второй раз меня голой таскают по замку. Он сам не понимает, что это вызовет вопросы?

Но я не сопротивлялась, наслаждалась его запахом, его мужской мощью, у него даже дыхание не сбилось: для него я пушинка.

Мы успели преодолеть два коридора и лестницу, когда услышали насмешливый голос:

– Братец, да ты грубое животное.

– С дороги, ублюдок!

Ублюдок? Я завертела головой. А не ультар ли сейчас рассматривает моё… всё?

И точно. Они даже похожи, только этот не такой большой. Если он узнает, что Вальтарион стал оборотнем, то наверняка его подставит и сядет на престол. Надо бы и этому глотку перегрызть.

– Вальтарион, негоже даму в таком виде демонстрировать всему двору. Пойдут слухи.

– Катись отсюда!

Альтир пошагал дальше, я встретилась глазами с Наймоном. От его внимательного, цепкого взгляда ничего не укрылось. Он явно увидел клеймо.

А ещё он странно пах, не как человек или оборотень. Как-то по-другому, незнакомый аромат, раньше такого не встречала. Но времени остановиться и подумать не было.

Глава 5

Наймон

Ни одно вино не проклянёт таким жестоким похмельем, как любовное зелье Сиэны. Полночи меня бросало то в жар, то в холод, сердце было готово раздробить рёбра и вырваться из тела. Чёрные Тени резвились над кроватью, радовались моим мучениям, больно жаля стальными зубами. Я терял контроль над ними, над собой, над всем миром.

Едва первые лучи солнца коснулись земли, Тени померкли, но не отступили. Зелье шлюхи теряло силу, покидая тело с обильным потом. Влюблённость уже не сковывала сознание. Вместо неё остался горький привкус лжи и грядущих проблем.

Я притащил блудницу в замок. Вот же дурень! Невелика беда. По слухам, Вальтарион и не таких в свою постель таскал, но я не мой брат.

Вальтарион. Что за голую суринну он нёс в покои? И почему от неё тянулся аромат леса, мха и шерсти? Суринны настолько вжились в роль охотников за оборотнями, что научились ими пахнуть? Глупости!

Смыв с тела липкие капли, я снова вспомнил о Сиэне. Надо найти девку и выгнать, пока не поздно. Я приехал к владыке не ради развлечений, мои цели куда серьёзней. Хотя… она храбрая. Не каждый обученный воин встанет между мной и луком в руках безумного братца, а она не побоялась.

Сиэна не спала. Она сидела у зеркала в отдельной комнате, едва прикрытая прозрачной тканью палантина, и разглядывала резной гребень, украшенный камнями.

– Тебе пора уходить, – с порога заявил я, ища глазами её платье.

Она вопросительно посмотрела:

– Вы меня отпускаете?

– Нет, конечно! Я же тебя купил. Отправишься на юг, в мои земли.

– И что я там буду делать?

А здесь она что делать собралась? Изображать из себя высокородную мираллин, за платьем которой тянутся розовые ленты бордельной девки?

– Мне плевать, чем ты будешь заниматься. Собирайся.

Сиэна долго не сводила с меня немигающего взгляда, словно пыталась разглядеть на лице опровержение сказанных слов. Но мне нечего было добавить.

Тогда она медленно поднялась со стула, стыдливо прикрывая тканью грудь. Концы шали едва доходили до чёрного треугольника между ног, и с каждым шагом лёгкая ткань игриво показывала самое сокровенное.

Девушка нежно обвила руки вокруг моей шеи, вновь погружая в пучину странных чувств. Это не зелье, а нечто иное. Это… спокойствие. Тени – мои невидимые спутники с самого рождения – боязливо попрятались по углам покоев, страшась одного взгляда шлюхи. Чем же она их отпугивала? Похотливым взглядом? Точёной фигурой? Либо же в голове бордельной девки водились не менее устрашающие тайны, поэтому меня и тянуло к ней?

– Прошу, господин, не прогоняйте, – шептала она. – Я сделаю всё, что прикажете. Любой ваш каприз, любое поручение. Я могу тихонечко сидеть здесь и ждать вашего визита. А могу вести себя не хуже прочих мираллин.

– Ты же шлюха.

– Я хорошая актриса.

– Ты-то? – усмехнулся я. – Ты и шлюха так себе без любовного зелья.

Сиэна недовольно нахмурила брови. Мои слова оскорбляли её, но возразить она не могла. Не посмеет рабыня перечить хозяину, иначе получит плетьми по спине и попортит бархатную кожу. Но она сумела спрятать оскорбление за маской фальшивой улыбки, хотя в прекрасных глазах горела огненная буря, которую невозможно скрыть.

– Меня видели с вами. Не просто знать, сам владыка. – Она вздернула носик, словно одержала победу в споре. – И ваш брат тоже видел. Разве мог благородный ультар привести на знакомство владыке простую девушку? И спасти вас от стрел разъяренного брата?

Развратница прижалась ко мне обнажённым телом, покрывая губы лёгкими, едва касающимися поцелуями.

Как же рядом с ней безмятежно. Мои призрачные спутники притихли, спрятали острые когти и больше не терзали сердце. Теперь они любовались Сиэной, жаждали её упругое тело, но не могли навредить. Пока не могли.

– Ты должна делать то, что я велю, – шептал я в ответ на её поцелуи. – Если я приказываю ехать на юг, ты подчинишься.

Меня бросало в дрожь от собственных слов. Желание убрать её подальше от двора, сменилось обжигающей ненавистью к себе. Я не хотел расставаться, но упорно убеждал, что так надо сделать. Зачем? Мне же так хорошо рядом с ней.

– Конечно, мой господин.

Пальчики уже подобрались к паху и ловко расстёгивали ремень.

Трепетные поцелуи покрывали губы и лицо, пока нежные руки умело управлялись со штанами, высвобождая член.

Я резко перехватил хрупкое запястье и дёрнул на себя. Меня возбуждали её прикосновения до помутнения сознания. Всё прочее мгновенно стало неважным.

– Что ты делаешь, блудница?

– Доверьтесь мне, господин. Всего один раз.

Её губы поймали мои слова, и больше я не мог сопротивляться. А после – сладкие поцелуи упорхнули ниже.

Шея и грудь тоже не остались без внимания. Она медленно опускалась, пока губки не добрались до напряжённой головки.

Из меня вылетел стон и глаза закрылись сами.

Смочив нежную плоть слюной, она водила язычком по кругу, изучая впечатляющие размеры. Затем перекинулась на ствол, следуя по изгибам вен, словно рисовала карту моего члена.

Узнав достаточно, она вернулась к головке и осторожно вобрала её в рот, отчего я закинул голову и уже не следил за её действиями, а полностью погрузился в ощущения.

Я забыл, как говорить, забыл, как думать. Даже дышать перестал. Всё тело напряглось, предвкушая незабываемые мгновения удовольствия.

Мне нравилась её неторопливость. Настоящее мастерство не в том, чтобы быстро довести мужчину до конца, но подарить ему незабываемые моменты до логичного завершения. И в этом она была лучшей.

Губы плотно обхватывали головку, двигаясь по стволу. Во рту не осталось места для манёвров. Язык пытался виртуозно ласкать уздечку, но чем глубже она меня впускала, тем больше он мешал.

Захотелось узнать, сможет ли Сиэна взять его целиком. Я обхватил её голову обеими руками и резко прижал к себе. Член нырнул в узкое горло, вырывая сдавленный стон. С каждым толчком я старался проникнуть в неё глубже, чтобы найти границы дозволенного. Но с Сиэной границ не было. Она позволяла делать с собой всё, что пожелает господин, и не забывала изображать истинную радость от происходящего.

Обычно я чувствовал женскую фальшь, но сейчас всё было по-настоящему, и это возбуждало ещё больше.

Как я ни старался продлить удовольствие, умелый ротик Сиэны довёл меня до пика в считаные секунды.

Яркая вспышка, вершина блаженства и ни одной дурной мысли в голове. Ради таких мгновений я бы трахал её круглосуточно, не жалея сил и денег.

Влажный член медленно выскользнул из напряжённого рта. Волшебство закончилось слишком быстро. Мне оставалось любоваться, как она облизывает припухшие губки и с наслаждением вдыхает воздух свободным горлом.

Мышцы в паху приятно тянули, приходя в себя после оргазма, а сердце в груди так сладостно билось, что хотелось растянуть это мгновение на вечность.

Надо же, такой алмаз пропадал в борделе. Умная, хитрая и бесподобная в любовных утехах. У неё могло быть большое будущее. И если боги будут милостивы, то она сможет покинуть замок относительно целой.

Сиэна стёрла с подбородка струйку слюны и притворилась, что испытывает неловкость от происходящего. Но с члена взгляд не отводила, словно хотела продолжения.

Я осторожно поправил упавшие на покрасневшее лицо пряди и нежно произнёс:

– Ладно. Можешь пока остаться здесь, хитрая девочка. Но из спальни одна не выходи. Тут и без тебя полно умных и коварных жителей.

Стоило выйти из покоев, как мои Тени вернулись, кружа над головой. Пока они были сыты ярким оргазмом и не мешали думать, но скоро опять проголодаются и пожелают новых эмоций.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.