# (Не)желанная жена дракона

Мира Вишес

Обойти одно дурацкое правило? Готово. Разорвать помолвку с драконом? Провалено. Свадьба состоялась, и он не хочет аннулировать брак. Добавьте сюда загадочных врагов и постоянные намеки на «брачный долг» – идеальный рецепт катастрофы. Отступить? Никогда! Потому что на кону не только моя гордость, но и тайна, грозящая сжечь нас всех. И да, я до сих пор уверена – дракон сдастся первым. Точно.

## Глава 1


Замужем. Я замужем за драконом. Слова крутились в голове бессмысленной каруселью, не находя точки опоры. Он сказал: «Доброе утро, жена»… Значит, не аннулировал брак! Не бросился к жрецам с криком о том, что невеста «испорчена». Хотя повод удобнее не придумаешь. Но гордость дракона – штука неподъемная. Признать, что ему лгали, а брачная ночь не состоялась… Видимо, для него это неприемлемо. Или он просто еще не решил, что делать. Может, у драконов развод – это кровавая многовековая эпопея? Я понятия не имела. Сидела, как парализованная, в плетеном кресле на его балконе, комкая край накинутого халата.

Солнце, поднимавшееся над зубцами Драконьего Пика, заливало утренними лучами и Ксалора. Свет играл в его платиновых, растрепанных после бессонной ночи волосах, оттенял резкую линию скул, волевой подбородок. Даже в простой рубашке, расстегнутой у горла, он выглядел внушительно. Стройная, но сильная фигура, широкие плечи. Такой красивый. И такой чужой. Хоть и мой муж! Это слово снова запульсировало в голове, усилив похмельную тошноту.

Взгляд упал на тетрадь, лежащую передо мной на столе. Кожаный переплет, знакомый острый почерк. «Дом Ноктварус». Ксалор не бросил расследование? Мелькнула теплая надежда: он хочет найти тех, кто сотворил это со мной? Отомстить?..

– Ты… – я облизала пересохшие губы, – ищешь виновных в убийстве моих родителей?

– Я уже говорил, – ответил Ксалор как-то очень ровно, – что ты – не центр мироздания, Корделия. Черными драконами я интересовался задолго до нашей помолвки. Из-за моей матери.

Надежда погасла, оставив лишь неловкость. Конечно… Дело в Аэлине, изучавшей тот загадочный артефакт с чешуйкой черного дракона и принявшей на себя смертельную дозу темной магии. Как я могла подумать невесть что? Это было глупо!

– Но ты сказал, что это наша общая проблема, – напомнила я, цепляясь за эту соломинку. Хоть что-то, кроме брака, что нас связывает.

– Так и есть. – В его золотистых глазах не было ни насмешки, ни гнева. Только сосредоточенность. – Смерть моей матери, нападение на Хартвуд, проклятая чешуйка, покушения… Это звенья одной цепи. Слишком много совпадений, чтобы их игнорировать.

Гортань сжало тошнотворным спазмом, напоминанием о вчерашнем выпитом вине. Я закашлялась. Ксалор, не говоря ни слова, налил в хрустальный стакан воды из графина и протянул мне через стол. Я схватила его, жадно осушила, чувствуя, как он наблюдает за мной. Видит мое жалкое состояние… Щеки залило краской.

– Официально дом Ноктварусов очищен триста лет назад, – продолжил он, как только я допила. – Их замок был сожжен дотла, а они сами обращены в прах, пепел и пыль. Опознать останки было невозможно, но свидетели клялись – никто не уцелел.

Записи в его тетради это подтверждали. Я узнала схему генеалогического древа, которую уже изучала в его кабинете. Она была испещрена пометками, все драконьи имена были перечеркнуты.

– Но чешуйка… – прошептала я, глядя на схему, где все ветви древа обрывались внизу страницы. – Такая сила в крошечной частичке! Какой же силой обладал целый черный дракон?

– Они не обладали силой, умноженной на количество их чешуек, – усмехнулся Ксалор. – Иначе их род не уничтожили бы. Ноктварусы практиковали запретную магию. Темную. С жертвоприношениями. – Его голос стал жестче. – Чешуйка впитала в себя всю тьму дракона, от которого по замыслу не должно было остаться ничего, но осталось. Это квинтэссенция его силы.

– То есть… – Я попыталась собрать мысли, голова гудела. – Кто-то не уничтожил дракона до конца? И его частичку заключили в артефакт? А как он попал к Аэлине?

– Интересный вопрос. – Он тяжело вздохнул. – На который у меня пока нет ответа.

– Дезмонд охотился за чешуйкой. Хотел заполучить ее любой ценой. Вероятно, ему что-то известно о ней?

– Не исключено. – Ксалор откинулся в кресле. – Жадный демон действовал в одиночку, но теперь, после неудачи, вполне может найти союзников.

– На свадьбе на меня была ментальная атака. Драконья – с приказом убить тебя! Тут замешаны твои сородичи.

– Это могло быть и не связано. Но бдительность терять нельзя. Гости еще не разъехались. Наш потенциальный враг в замке.

Волна тошноты накатила с новой силой. Я судорожно сглотнула, пытаясь дышать глубже.

– Держи. – Ксалор взял тетрадь со стола и вручил в мои дрожащие руки. – Почитай на досуге. Хоть ты уже и совала туда свой нос в моем кабинете, там прибавилось много новых записей.

– Я не читала! – вырвалось у меня. – Только по одной раскрытой странице пробежала глазами…

– Тем более. Ознакомься целиком, на этих страницах изложено всё, что мне удалось выяснить.

Он не хочет мне ничего объяснять? Да и разговаривать со мной! Отмахнулся тетрадью… Мысль была горькой, но не удивляла.

– Твои новые покои – в моем крыле, дальше по коридору, – сказал Ксалор, сделав акцент: – Отдельные.

Смесь досады и облегчения кольнула под сердцем.

– Раз гости не разъехались, – сообразила я, – можно я схожу в гостевое крыло к сестре?

– Нет, – отрезал он. – Позови ее сюда через служанку. В этом крыле безопаснее.

Я ощутила себя, словно в клетке, но кивнула, смиряясь.

– Мне нужно будет встретиться с твоим бывшим опекуном Рендалом. – Ксалор забарабанил пальцами по столу. – По поводу формальностей. Вступления в наследство и получения приданого супруги.

– Что?! – Я вскочила, тетрадь едва не выпала из рук. – Зачем Веларионам половина Хартвуда? Вы и так баснословно богаты.

Он ухмыльнулся. В его глазах вспыхнул знакомый, едкий огонек.

– Ловко ты придумала – сделать единственными владельцами родового поместья сестру и ее будущего мужа. Но нет. Должна же у меня быть хоть какая-то польза от этого брака.

– Ты… – выпалила я, задыхаясь от возмущения. – Делаешь это из мести, да?

– Хартвуд расположен в самом сердце бывших земель Ноктварусов, – произнес дракон медленно, подчеркивая каждое слово. – Я предпочитаю иметь контроль над ним. Особенно теперь.

В этом была логика… Но никакой справедливости! И то, как он сказал про пользу от брака, наполнило сердце обидой.

– Отправляйся в свои покои, – произнес Ксалор приказным тоном, – тебе необходимо прийти в себя. И верни мой халат.

Возмущение вспыхнуло ярче похмелья. Я рывком сорвала с себя шелковый халат и швырнула ему.

– На! Возьми свой…

Фраза оборвалась на полуслове. Я осознала, что стою перед ним в одной лишь тонкой ночной рубашке. Раздуваемой ветром! Ксалор поймал халат, не сводя с меня глаз. Его взгляд заставлял кровь приливать к лицу. Мужской взгляд на свою жену, стоящую перед ним почти обнаженной.

Сгорая от стыда, я выбежала с балкона, крепко прижимая к груди тетрадь, как щит. Потом – через его опочивальню к входной двери, не оглядываясь.

В коридоре, прислонившись к прохладной каменной стене, я пыталась отдышаться. Обнадеживало, что он ничего не сказал ни о брачном долге, ни о моем вчерашнем признании… Я не вынесла бы ни его холодной злобы, ни – что еще хуже – жалости.

По сути, мало что изменилось! Была нежеланной невестой. Стала нежеланной женой. Разве что безысходность стала ощутимее, а стены Драконьего Пика – будто выше и неприступнее. И где-то в этих стенах, среди еще не уехавших гостей, таился враг. Я посмотрела на тяжелую тетрадь в руках. Возможно, там были ответы. Или новые вопросы, еще страшнее старых.

## Глава 2


Мои новые покои были шикарны. Просторные, с высокими сводчатыми потолками, обставленные резной мебелью из черного дерева, устланные толстыми коврами. Огромное окно открывало вид на горы, купающиеся в утреннем золоте. Все кричало о богатстве и могуществе Веларионов. И все было до тошноты чужим. Это не мое место. Я не должна была здесь оказаться… Да какая из меня леди Драконьего Пика?!

Тетрадь Ксалора жгла руки, но содержимое желудка подкатывало к горлу. При одной мысли о концентрации начинало мутить. Я сунула тетрадь в шкаф, захлопнув дверцу с таким чувством, будто прятала бомбу. Позже почитаю. Когда перестану чувствовать себя выжатой тряпкой, пропахшей вином.

Дотянувшись до изящного магического колокольчика на прикроватной тумбе, я позвонила. Звук, казалось, эхом отдался в моей черепной коробке. Через несколько минут примчалась Элси.

– Леди, чем могу служить?

– Позови Марлену, – прохрипела я. – Мою сестру… Пожалуйста.

– Большинство гостей еще отдыхают. Ранний час. Я передам ваше приглашение, как только она проснется. Вам же… – ее взгляд скользнул по моему лицу, помятой ночной рубашке, – стоит привести себя в порядок. Позвольте помочь? И принести… освежающего отвара.

Из похмельных трав? Какой позор. Но я согласилась, деваться было некуда.

Пока Элси ходила за отваром к целителю, я умылась ледяной водой, немного прогнав туман из головы. Мое отражение было чудовищным: бледность, синяки под глазами, спутанные волосы. Новоиспеченная супруга дракона, первая красавица королевства! М-да…

Элси вернулась с дымящейся кружкой. Отвар пах мятной свежестью. Я выпила его, и по венам сразу пронеслась ледяная волна, смывая часть тяжести. В голове прояснилась, тошнота отступила.

– Спасибо, Элси, – пробормотала я. – Это помогло.

– Всегда к вашим услугам, леди. Теперь давайте вас оденем.

Она помогла мне облачиться в одно из новых платьев – простое, но изысканное, из темно-синего бархата, что хоть как-то гармонировало с моим мрачным настроением. Расчесала волосы, уложила их в нечто приличное. Глядя на ее ловкие руки, я спросила:

– Элси, а как вы и другие слуги тут живете? Энергетика Драконьего Пика ведь очень тяжелая. Недаром обычные люди здесь селятся в деревнях подальше от замка.

– Мой отец был магом, – ответила она обыденно. – Не сильным, но этого хватает. У большинства слуг в Пике – либо потомки магически одаренных предков, либо они сами обладают малым даром. Это позволяет адаптироваться. Те же, у кого нет даже искры, долго не задерживаются. День-два – и уезжают с жалобами на мигрени.

Груз тяжелее камня лег на сердце. Выходит, Марлена никогда не сможет подолгу у меня гостить…

– Лорд Мориус просил передать, – деликатно сказала Элси, застегивая последнюю пряжку на моем платье, – что сегодня семья Веларионов изволит завтракать в столовой как обычно.

Значит, и мне нужно туда. В драконью стаю. Я глубоко вздохнула, собираясь с духом.

Столовая была залита утренним светом. За столом сидели Мориус, поглощающий что-то диетическое, веселая Эрис, невозмутимый Ксалор… и Лираэль! Медноволосая драконица восседала рядом с ним и выглядела так величественно, будто была хозяйкой дома. Когда она уже уберется восвояси? Ее приглашали только на время подготовки к свадьбе.

– Корделия, доброе утро! Хотя… – Эрис оглядела меня, потом Ксалора, – судя по вашему виду, вы оба явно не выспались.

Она хихикнула, Лираэль скривила губы. Ксалор отпил из кубка, его взгляд скользнул по мне почти осязаемо.

– Да, ночь была… насыщенной, – обронил он. – Какой уж тут сон.

Намекает на мое пьянство и свой шок от ночного признания?! Я опустила глаза, чтобы скрыть вспышку гнева. Мориус, словно не замечая напряжения, сказал:

– Гости разъезжаются. Самые нетерпеливые уже отбыли.

– Я намерена еще задержаться, – сладко пропела Лираэль и повернулась к Ксалору. – Мы так мало времени провели вместе в последнее время.

Я замерла, впиваясь взглядом в край тарелки. Мало времени провели? Да она от него не отлипала!

– Мой дом всегда открыт для тебя, любимая кузина, – ответил Ксалор ей в тон. – Оставайся, сколько пожелаешь.

Лираэль бросила на меня взор, полный ядовитого торжества. Аппетит исчез мгновенно, каждый кусок казался опилками. Я встала, едва притронувшись к еде.

– Извините. Я не голодна.

Не глядя ни на кого, особенно на нее, я вышла. Пусть завтракают в своем драконьем кругу. Без меня.

В моих покоях меня ждала Марлена. Сияя, как само солнце, она бросилась ко мне с объятиями.

– Корди, поздравляю! Ты официально драконья леди! – Она отступила, рассматривая меня внимательно. – Ты выглядишь… ух, как после очень удавшейся свадьбы!

Ее радость была одновременно бальзамом и уколом. Я через силу улыбнулась:

– Есть новости. Не самые приятные. Ксалор решил вступить в наследство. Забрать свою половину Хартвуда.

Я ждала слез, возмущения. Однако Марлена лишь на мгновение нахмурилась.

– Ну и ладно. – Она махнула рукой. – Я даже рада. Веларионы – сила. Их покровительство поместью во благо. Да и управлять всем одной… то есть с будущем мужем… это же так сложно! Пусть драконы берут свою долю забот. Мы справимся с нашей половиной! Главное – мы с Элриком теперь можем наконец начать планировать нашу свадьбу. Конечно, она будет не такой роскошной, как твоя… Но я так о ней мечтаю.

Ее слова о скромной, но счастливой свадьбе с любимым человеком вонзились в сердце, как нож. Моя собственная свадебная церемония всплыла в памяти кошмарным калейдоскопом страха и бесконечной лжи.

– Твоя свадьба будет чудесной, – искренне сказала я, садясь рядом. – Потому что будет твоей. И с твоим Элриком.

Марлена улыбнулась, но потом ее лицо окрасилось нежной краской смущения.

– Сестричка… я знаю, это глупо… и, наверное, неприлично спрашивать… – Она запнулась. – Но… как это? Брачная ночь? Мне жутко интересно… – Марлена подняла на меня огромные, полные доверия и любопытства глаза. – Это страшно? Или прекрасно? Само собой, я не спрашиваю про какие-то подробности!

Горечь, острая и соленая, подкатила к горлу. Прекрасно? Для меня «первый раз» был бесконечной болью и ужасом. А вчерашняя «брачная ночь» – забытьем в одиночестве. Жаль, что воспоминания нельзя выжечь каленым железом из мозга.

Я взяла сестру за руки, заставив губы растянуться еще шире – в самую ласковую и ободряющую улыбку.

– Милая, с любимым человеком – это всегда прекрасно. С тем, кого обожаешь всем сердцем, страхи уходят. Он – главный залог того, что все пройдет как надо.

Марлена смотрела на меня, и я увидела в ее глазах тень разочарования. Раньше мы делились всем, а теперь я отгородилась от нее ширмой общих фраз. Она вздохнула, но кивнула с пониманием:

– Наверное, ты права. С Элриком я ничего не боюсь. А твой дар, он же теперь проявился? Какой он?

– Да… Мой дар… Он темный.

– Ого! – поразилась Марлена, но без малейшего страха или опасения. – Это же огромная редкость, верно?

– Верно.

– Ох. – Она вдруг поморщилась, дотронувшись до виска. – Голова болит… Она у меня с утра что-то ноет.

Драконий Пик! Он уже давил на нее. Ей пора было уезжать.

– Тебе нужно домой, в Хартвуд, – мягко сказала я, обнимая ее. – Там тебе станет легче. Я приеду в гости, как только смогу.

– Обещаешь? – Марлена прижалась ко мне.

– Обещаю, – прошептала я, надеясь, что это не станет еще одной ложью в бесконечной череде обманов.

Проводив сестру до дверей, я осталась одна. Снова. С тяжелой тайной в сердце и тетрадью о черных драконах, спрятанной в шкафу. Настало время ее прочесть…

## Глава 3


Тетрадь лежала передо мной на столе, раскрытая на странице с перечнем имен. Имена мертвецов. Черных драконов, стертых с лица земли три сотни лет назад во время Очищения. Я перечитывала все записи снова и снова, пока буквы не начали плясать перед глазами, а виски – гудеть с новой силой. Не похмелье на этот раз. Информационное отравление.

Глава дома Ридиус. Его брат Халдор. Молодое поколение: драконы Мрокос, Сабриан, Лемент и юная драконица Иласура. Все уничтожены. Главные ветви рода срублены под корень. Оставались лишь две драконицы, перешедшие в другие дома задолго до кары. Динатрия Пиросвальд – умерла двести лет назад. Судя по записям Ксалора и моему собственному разговору с ее потомком Никаром на слете, бабушка свою проклятую родню на дух не переносила, а внук и подавно. Гены драконов передаются по мужской линии, так что Никар совсем не черный дракон. Эламара Скальвари – умерла сто лет назад бездетной. Вот она, по слухам, роптала на участь сородичей, но тихо. Опасалась.

Ксалор допускал наличие выжившего, что работа по Очищению была неполной. Но если какой-то Ноктварус спасся тогда… Ему сейчас больше трехсот лет! Почетный возраст даже для дракона. Разве что он оставил наследника. Тайного. А тот – свое дитя. Этот наследник и мог теперь действовать при помощи союзника из другого дома – того самого, который наложил на меня ментальный приказ во время свадьбы. Ведь черный драконов среди гостей не было.

Еще был культ последователей. Верные слуги, клейменные печатью Ноктварусов, а то и одаренные темной силой за преданность. Их судьба после падения господ была туманна – большинство было убито, но за выжившими рьяно не охотились. Посчитали, что без хозяев они исчезнут. А если нет? Что если они затаились и пополняли свои ряды новыми участниками? Или даже нашли нового хозяина в лице того самого тайного наследника? Я-то знаю, что они до сих пор есть!

В тетрадь были вклеены вырезки из карт. Выцветшие, с пометками Ксалора. Зарисовки границ прошлого. Там, где построили Хартвуд, когда-то возвышалась мрачная цитадель Ноктварусов. Прямо на месте нашего родового замка. На костях погибших драконов. Более того, мой дом стоял на месте их источника силы, который питает любой драконий род. Источник был уничтожен во время Очищения. Это объясняло, почему предки Хартвудов, получившие эти земли, не страдали от мигреней – обычная земля, обычная энергетика. Но Ксалор строил теории. Источники, писал он своим ровным, самоуверенным почерком, возникают сами там, где селится и крепнет драконий род. Они – отражение его мощи и связи с землей, а земля всё помнит. «Может ли уничтоженный источник возродиться?» – значилось на полях. Теоретически – да. Если род продолжится и вновь утвердится на своей исконной земле. Каким образом? И почему эти предполагаемые наследники ждали сотни лет?

Мысли путались, голова трещала. Запретная магия была для Ксалора темным лесом, куда приличный дракон даже не суется. Источники он понимал лучше. Но его теория висела в воздухе зыбким миражом.

Стук в дверь был резким, не терпящим возражений. Опережая мое дозволение, она открылась. На пороге стоял Ксалор.

– Знаю, ты не спишь, – заявил он, шагая внутрь.

Его взгляд сразу нашел тетрадь на столе. Я откинулась в кресле, стараясь выглядеть спокойной.

– Мне казалось, я читала и думала довольно тихо.

Он усмехнулся и кивнул на мою руку, лежащую на тетради. На обручальное кольцо.

– Корделия, ты излучаешь концентрацию, как печь – жар. Через камень. Я почувствовал.

Я посмотрела на кольцо. Красивое. Дорогое. С камнем, мерцающим багрово-золотистым светом. Оно шпионит за мной, прямо как помолвочное. Только это еще и передает мои эмоции! Я судорожно дернула его, пытаясь стянуть с пальца. Тщетно. Металл был холодным и неподвижным, словно врос в кожу.

– Не получится, – констатировал Ксалор, наблюдая за моими усилиями. – Оно снимается только вместе с пальцем, дорогая.

– А при разводе? – вырвалось у меня раньше, чем я успела подумать.

Его лицо исказилось гневом, глаза опасно сверкнули.

– Развод? – Он произнес слово так, будто оно было покрыто слоем грязи. – У драконов не бывает разводов. Мы заключаем браки для объединения домов, силы, наследия. И подходим к этому максимально серьезно.

– А ты максимально серьезно подошел к пари? – бросила я. – Когда спорил с каким-то сородичем, что сделаешь мне предложение!

Ксалор вздрогнул, словно от пощечины. Его губы сжались в тонкую линию. Но через мгновение его лицо снова стало маской прагматичного контроля.

– Рановато ты думаешь о разводе, Корделия. Мы поженились только вчера.

Он прошагал ко мне. Близко. Вплотную! Воздух между нами сгустился, зарядился напряжением. Казалось, сейчас его ладонь ляжет на мое плечо… Скользнет выше – к шее, или, наоборот, ниже, к тяжело вздымающейся груди. Имеет право. Абсолютно все права на меня, свою законную супругу! Закончить начатое и не доделанное прошлой ночью, получить то, что причитается мужу. Я вжалась в спинку кресла так сильно, что почувствовала ее позвоночником.

Его взгляд скользнул по моему лицу. В уголках губ дрогнуло что-то… понимающее? Презрительное?

– Не переживай, – отрезал Ксалор, отступая на шаг. – Я тебя не трону.

Испытала ли я облегчение? Да. Оно хлынуло теплой волной. Но тут же его смыла ледяная горечь. Не тронет, потому что я испорчена? Нечиста? Ему противно? От этой мысли мне стало больно. Так, что каждый вдох стал даваться через мучительное покалывание под сердцем. Нужно немедленно остановить эти унизительные обсуждения! Сменить тему!

– Я прочитала тетрадь несколько раз, – сказала я, старательно придавая голосу деловитости. – И у меня есть что добавить. Во время нападения на Хартвуд я видела клеймо. На руке одного из наемников. Кинжал и костяная корона. Герб Ноктварусов. И позже, в том измерении Дезмонда, я нашла обрывок плаща. С тем же вышитым гербом.

Ксалор замер. Его взгляд стал острым, сосредоточенным.

– Хорошо, – кивнул он. – Значит, ты не совсем бесполезна.

Вот так благодарность! Ярость, знакомая и жгучая, поднялась в груди. Я схватила тетрадь и кинула ему.

– Возвращаю твои драгоценные записи! Может, тебе стоит меньше сидеть с ними, а больше – искать этого вражеского дракона? Пока все гости окончательно не разъехались.

Ксалор поймал тетрадь, не моргнув.

– Они уже разъехались, – холодно ответил он. – Все. Сегодня. И как ты предлагаешь его искать? Обходить с лупой и факелом, светя им в лица? Или объявить всеобщий обыск по обвинению в ментальном нападении на невесту? Нет уж. Пусть думают, что ты сорвалась с крючка и не успела на меня напасть. Лучше, чтобы враги не знали о моем расследовании.

– Да всё они уже знают! – выкрикнула я, теряя остатки самообладания. – Тебя пытались убить! Неоднократно!

Ксалор пристально посмотрел на меня. И вдруг… рассмеялся. Коротко, резко, без тени веселья. В его смехе была ледяная, почти безумная нотка.

– Ошибаешься, Корделия, – произнес он, и его голос стал тихим, зловещим. – Убить пытались тебя.

## Глава 4


Слова повисли в воздухе, тяжелые, как свинец. Я сидела, не двигаясь, пытаясь заставить себя переварить услышанное. Не получалось!

– С чего ты взял… – голос звучал чужим и сдавленным, – что убить пытались меня? Что, прямо два раза?

– Три, – поправил Ксалор, его золотистые глаза не мигали. – Первый – в горах, на слете. Твое «падение» с обрыва. Порывы ветра в том месте не настолько сильны, чтобы сбросить взрослого человека. Я проверял. Скорее всего, это была ментальная атака. Сбила тебя с толку, нарушила равновесие. Второй раз – в лесу. Те самые маги-наемники. Они отвлекали меня, пока один подбирался к тебе с кинжалом. Меня бы убивали совсем иначе. И третий – наша свадьба. Убить дракона ножом для фруктов? Смешно. Но спровоцировать раненого на летальную для тебя защиту? Легко. И все три раза были подстроены под несчастный случай, нелепую случайность или стечение обстоятельств. Не убили, так покалечили бы, не дав стать частью Веларионов. Действовали хитро, но именно эта последовательность событий меня и насторожила.

Как я ни старалась, у меня не выходило вникнуть в его рассуждения. Я чья-то цель? Это абсурдно! Мешать мне выйти замуж за дракона… По идее Лираэль могла – из ревности. Или какой-нибудь другой представитель чешуйчатых, оскорбленных неравной помолвкой. Но рисковать на слете и на свадьбе, платить наемникам?! Перебор. Никого я бы не взбесила настолько сильно. И последние оба раза Ксалор тоже чуть не пострадал.

– Да ладно, – покачала я головой, не скрывая сомнений. – Кто станет так изощряться? Кому я нужна?

Ксалор хмыкнул, и в этом звуке была целая буря уязвленного самолюбия.

– Действительно, кому? – повторил он мои слова, и в них сквозила ледяная насмешка.

Злость поднялась и встала в горле комом.

– Жаль, что ты не записал эти выводы в свою драгоценную тетрадь, – сорвалось у меня с едким сарказмом. – Не пришлось бы тратить время на объяснения.

Во взгляде Ксалора мелькнуло что-то похожее на усталое раздражение.

– Не успел. Ты рано проснулась и вышла на балкон. Прервала рабочий процесс.

– Спокойной ночи, лорд Веларион! – практически выкрикнула я, указывая взглядом на дверь. – Крепкого сна!

Он задержался на мгновение, глубоко вдохнув и медленно выдохнув. Потом развернулся и вышел за дверь.

Я упала на огромную кровать, лицом в прохладный шелк подушки. И начала колотить по ней кулаками, выпуская пар. Грубиян! Высокомерный, невыносимый дракон! Может, зря он рассказал мне о своих подозрениях? Пусть бы с четвертой попытки от меня избавились! Стал бы вдовцом – нет жены, нет проблем! Идеальный выход для него. Ах да… Чуть не забыла! Допущенное убийство жены бросает тень на честь дома!

Уснула я нескоро. Утром чувствовала себя лучше, остались лишь привычная горечь на душе и осадок от вчерашнего «разговора». В столовой царила тишина. За столом сидели Мориус, Эрис и Лираэль с ее извечной ядовитой улыбкой. Ксалора не было.

Мориус отложил нож, его взгляд был спокойным, но внимательным.

– Ксалор улетел на рассвете, – сообщил он мне. – В Хартвуд. Осмотреть поместье, поговорить с управляющим о передаче дел.

Это был удар под дых! Он улетел туда без меня. В мой дом. Который больше не мой. Гнев вскипел неумолимо. Ксалор даже не предупредил! Теперь там его владения, а я… Кто я? Приложение к расследованию.

Лираэль потягивала лимонную воду, ее глаза сияли злорадством.

– Как так, Корделия? – спросила она, растягивая слова. – Вы не в курсе, где ваш муж? Неужели вы… не общаетесь?

Я уставилась на нее. Прямо в ее самодовольные, медного цвета глаза. Ярость, обида, желание уколоть – все смешалось в один коктейль.

– Ох, Лираэль, – вздохнула я с преувеличенной томностью, – нам было просто… ну… не до разговоров.

Эрис широко улыбнулась, Мориус приподнял бровь. Лираэль бросила салфетку на стол и вышла, не сказав ни слова. Ну и замечательно! Не только ей портить мне аппетит.

– А какой у тебя магический дар? – вдруг полюбопытствовала Эрис. – Теперь он должен проявиться, верно? Кто ты – стихийница, целительница, менталистка?

Я открыла рот, но ответил за меня Мориус:

– Корделия – темный маг.

Эрис ахнула, ее глаза округлились.

– Темный? Правда? Ого! – Она глянула на меня с интересом и опаской. – Значит, тебя лучше не злить, да?

Прискорбно, что Лираэль этого не слышала. Вероятно, хоть немного придержала бы язык.

После завтрака Мориус огорошил меня:

– Идем к магам, Корделия. Пора официально зарегистрировать твой дар.

Что ж. Это было неминуемо…

Меня повели в лабораторию, куда уже прибыли господа маги, те же, что определяли, гожусь ли я продолжать драконий род. Процедура была долгой и выматывающей. Вокруг меня водили кристаллами, заставляли концентрироваться, измеряли какие-то всплески энергии. Воздух гудел. Я чувствовала себя подопытным зверьком. Наконец, старший маг объявил:

– Подтверждаем. Темная магия. Сильная, хаотичная. Опасная. Для нее и для окружающих. Рекомендуем постоянное ношение стабилизатора. Без него выплески магии непредсказуемы.

Стабилизатор. Опять! Я возмутилась:

– Я не собака, чтобы носить ошейник…

– Стабилизатор необходим, – перебил младший маг, и его тон не допускал пререканий. – Иначе мы не можем гарантировать ничью безопасность рядом с вами.

Я хотела было возразить, но дверь в лабораторию распахнулась. Порог перешагнул Ксалор.

– Стабилизатор не понадобится, – заявил он так, что слова прозвучали как приказ. – Разве что в исключительных случаях.

Маги переглянулись. Старший нахмурился.

– Лорд Ксалор, мы понимаем вашу привязанность к супруге. Но темная магия…

– Я сказал, он не понадобится, – повторил он. – Я беру ответственность на себя.

Повисло неодобрительное молчание: маги явно не были согласны. Старший собрал свитки.

– Как пожелаете, – отчеканил старший. – Но помните о последствиях.

Они покинули зал, бросая на меня недовольные взгляды. Мориус, наблюдавший за сценой, тяжело вздохнул.

– Сын, отчасти ты прав. Оставлять ее беззащитной, когда на нее покушаются…

Ксалор рассказал ему о покушениях! Видимо, обо всех трех.

– Но толку от дара мало, если не уметь им пользоваться, – продолжил Мориус. – Ты так и не нашел ей наставника.

– Пока только один маг дал согласие. С крайне сомнительной репутацией. Я жду ответа от других.

– Не в нашем положении перебирать вариантами. Ей нужен учитель. Сейчас.

– Это Эйдан Хаунтер, – сказал Ксалор, будто выплевывая имя.

Мориус словно поперхнулся собственным дыханием.

– Хм… – буркнул он.

– Вот-вот.

Что это за сомнительный маг такой? Имя мне ничего не говорило, но реакция Мориуса… Она заинтриговала меня куда больше, чем все магические тесты.

Пока я пыталась осмыслить это, Ксалор повернулся ко мне. Его взгляд был тяжелым, нечитаемым.

– Пока наставника нет, основам магии я научу тебя сам. Начнем сегодня вечером. Будь готова.

Он сказал это так просто. Как о прогулке в сад. Я могла только моргать, пытаясь понять, не ослышалась ли. Он? Ксалор Веларион? Будет учить меня магии? Это был либо кошмар, либо очень плохая шутка!

## Глава 5


Ксалор пришел к вечеру, как и предупреждал. Стук в дверь был не вопросом: «Можно ли войти?», а констатацией факта его прихода. Я открыла, уже готовая к выходу – или к бою.

– Идем, – велел Ксалор без предисловий. Он был в простом темном камзоле, без парадного лоска. Очень собранный. – В пещерный зал.

Выходя, я не удержалась от колкости:

– Ты не успел сочинить для меня личный учебник по укрощению тьмы? А мне хотелось бы… С иллюстрациями, пожалуйста.

Он бросил на меня беглый взгляд, вышагивая рядом по коридору.

– В нашей библиотеке книг по магии – на любой вкус и цвет. Готовых. Возьми любую.

– О, отлично! – воскликнула я с фальшивым энтузиазмом. – Значит, можешь запереть меня там – читать до скончания веков.

– Не подавай мне идей, дорогая.

Я замолчала, кусая губу. Ксалор замедлил шаг. Его голос, когда он снова заговорил, потерял часть ледяной остроты:

– Что именно тебя сейчас злит? Помимо моего несносного присутствия.

– Ты не взял меня в Хартвуд.

– Я вылетел рано на рассвете, и это был короткий формальный визит. В следующий раз возьму. Что-то еще?

Я пожала плечами, глядя куда-то в стену.

– Не хотела быть… официально оформленным магом. Теперь все узнают. О моем даре. О моей тьме.

– Неужели тебя так волнует, что скажут люди?

Плевать мне было на чужое мнение. Но…

– Помню, ты переживаешь, что это плохо отразится на Марлене, – сказал он вроде бы участливо. – Зря. Элрик Дровейн не из пугливых и женится на ней в любом случае. Половина Хартвуда – лакомый кусок для его обедневшего рода.

Я остановилась как вкопанная и, повернувшись к нему, отчеканила:

– Элрик любит Марлену. Но тебе этого, конечно, не понять.

– Конечно. Куда мне. – Ксалор хмыкнул и махнул рукой, указывая вперед. – Давай сосредоточимся на деле.

Я прикусила язык. Он прав. Нужно извлекать пользу из обучения, а не злиться из-за всего подряд. Взяв себя в руки, я кивнула и пошла дальше.

Пещерный зал встретил нас знакомой прохладой и гулким эхом шагов. В нем мы проводили ритуал слияния. Место, где я потеряла сознание… Не лучшие ассоциации. Горящие факелы отбрасывали трепещущие тени на стены, высеченные в скале.

Ксалор остановился в центре, его фигура казалась почти монументальной в полумраке.

– Магия, – начал он, и его голос звучал низко, заполняя пространство, – это часть тебя. Как рука. Как дыхание. Ты не можешь отрезать руку и жить полноценно. Пытаться подавить дар – все равно что пытаться не дышать. Это убивает. Медленно, мучительно. Ключ к управлению – не сопротивление. А приятие. Гармония. Понимание, что это – продолжение твоего существа. Твоей сути.

– Я вообще не собиралась его развивать, – призналась я тихо. – Только прятать.

– Это невозможно, – возразил он категорично. – Представь, что бы было со мной, если бы я никогда не обращался в дракона? Никогда не летал? Никогда не выпускал пламя?

– А что было бы? – спросила я, не понимая.

– Я бы просто сошел с ума, – пожал плечами Ксалор. – Природа требовала бы выхода и разрушила бы разум изнутри.

– Погоди, – задумалась я. – А как тот предполагаемый выживший черный дракон или его тайный наследник мог скрываться веками? Ему же надо было превращаться. Летать! Иначе бы он свихнулся.

– Попала в точку. – Ксалор усмехнулся, но в его усмешке не было веселья. – Выходит, наш враг – безумный черный дракон.

– Ты показал мне свои записи, – напомнила я скупо. – Мог бы и нормально ответить на вопрос.

Он похмурился и задал свой:

– Когда ты впервые увидела дракона в истинном облике, Корделия?

– Твоего отца. Когда он прилетел в Хартвуд. До этого замечала лишь силуэты в небе. Цвет было не разобрать.

– Вот именно. Мы взлетаем в своих владениях. Парим высоко, чтобы не пугать смертных. С земли цвет чешуи не разглядеть. Ни на какой праздничный слет черный дракон не явился бы. А летать… – он развел руками, – можно и в горах, в заброшенных местах. Над морем. В пустоши. Где угодно.

– За триста лет он наверняка бы наткнулся на другого дракона, – настаивала я. – Это какое-то невероятное везение постоянно оставаться незамеченным.

– Твои доводы логичны, – неожиданно согласился Ксалор, – но сейчас мы отвлекаемся. Вернемся к магии. – Он достал из кармана небольшой прозрачный кристалл, похожий на кварц. – Наполни его своей тьмой. Не силой. Не яростью. Энергией.

Я взяла холодный камень. Сосредоточилась. Ничего. Абсолютная пустота в голове и в кристалле. Я напрягалась, стискивала зубы, пыталась и так, и эдак… Нулевой результат. Только волна раздражения поднималась по спине. Почему не получается? Я могу! Я же…

Гнев вспыхнул ярко и внезапно. Я почувствовала, как тьма рвется наружу, и – бах! – кристалл в моей руке не разлетелся на куски. Рассыпался в мелкую, темную пыль, осевшую мне на ладонь.

Я стряхнула ее, ожидая насмешки, замечаний о моей криворукости… Но Ксалор только вздохнул:

– Эмоции – твой катализатор. И твоя слабость. Они усиливают дар, но делают его неуправляемым. Лавиной, а не инструментом. Тебе нужно научиться быть спокойной. Дышать ровно. – Он подошел ближе. – Вдохни… – Ксалор сделал глубокий вдох, и я невольно повторила за ним. – Замри… Выдохни… – Его дыхание было умиротворенным, размеренным. – Снова. Вдох… Задержка… Выдох…

Мы дышали синхронно несколько циклов. Сердцебиение замедлилось, злость отступила. Ксалор достал новый кристалл, вложил его мне в руки. Встал позади меня и накрыл мои ладони своими.

– Не думай о силе. Думай о наполнении. Будто льешь воду в кувшин. Медленно. Ровно. Дыши.

Жар его пальцев обжигал, шею щекотало горячее дыхание. Спина невольно вжалась в его грудь – близко, слишком близко. Но я пыталась сосредоточиться на кристалле. На темной, спокойной энергии внутри меня. Не на ярости. На сути. Как он сказал. И под его направляющими прикосновениями, под его тихие команды я почувствовала, как холодная, бархатистая тьма потекла из моих ладоней в кристалл. Не взрывом. Потоком. Он наполнялся, как чернилами, становясь темным, пульсирующим изнутри.

Ксалор убрал руки, прервав наш контакт. Я ощутила странную досаду, почти потерю. А еще гордость: кристалл в моих ладонях излучал мягкий, темный свет.

– Получилось, – прошептала я.

– Да, – согласился дракон. – И это… красиво.

Я обернулась. Его золотистые глаза смотрели не на камень. На меня. В них плясали искорки.

– Ты считаешь мой дар красивым? – спросила я в каком-то смятении.

Ксалор наклонился чуть ниже. Его дыхание снова коснулось моей кожи, взгляд упал на мои губы. Казалось, еще мгновение и…

Но он отстранился.

– Красивым и опасным. – Его тон снова стал жестким, деловым. Ксалор забрал у меня затухающий кристалл. – На сегодня хватит. Ты устала.

– Не устала, – запротестовала я, не желая терять это ощущение… контроля? Успеха? Близости?.. – Хочу продолжить.

В его взгляде отразилось что-то сложное. Знакомое. Голодное.

– В некоторых вещах, Корделия, – обронил он, – нельзя торопиться. Даже если очень хочется.

Мои щеки вспыхнули. Уж больно двусмысленно звучало! Я отступила на шаг.

– Ты говорил, в библиотеке есть что почитать о магии, – выпалила я. – Какие именно книги посоветуешь?

Ксалор терпеливо перечислил несколько названий и авторов.

– Но не перегружай себя, – предупредил он, уже поворачиваясь к выходу. – Или в голове будет каша.

Я пошла за ним, все еще чувствуя жар его рук и холод кристалла в ладонях. По-моему, можно смело перегружать, хуже не станет! У меня и так в голове каша…

## Глава 6


Утро после завтрака я посвятила библиотеке. Тяжелые фолианты по теории магии лежали передо мной, как нерушимые крепости. Я пробивалась сквозь дебри терминов: «эфирные каналы», «фокус воли», «резонанс энергии». Голова гудела, словно в ней поселился рой разъяренных шершней. Хотелось убрать книги прочь и устроить перерыв. Но мысли о новом предстоящем занятии с Ксалором, о моем незнании какой-нибудь элементарной для магов детали, удерживали на месте. Он улетел по делам Пика – проверять рудники или пугать пастухов, неважно. А я сидела, вгрызаясь в знания, которые должны были помочь мне не ударить лицом в грязь.

Я решила конспектировать. Перо скрипело по пергаменту, выписывая ключевые тезисы. Это помогло. Мысли хоть как-то структурировались, а ритмичное движение руки успокаивало. «Приятие дара – не борьба, а интеграция… Концентрация – не напряжение, а направленный поток… Дыхание – ключ…» Все то же самое, что говорил мне Ксалор вчера вечером!

– Леди Корделия? – В дверях стояла Элси, скромно сложив руки. – Леди Лираэль просит вас подойти в гардеробную. Для примерки ваших новых платьев.

Я замерла с пером в руке. Новых? Работой над моим гардеробом занималась Лираэль? Ладно, свадьба – та была спектаклем для всех. Но другие платья? Я всегда сама выбирала, что носить. Это было одно из немногих проявлений контроля над своей жизнью. А теперь эта медноволосая негодяйка хозяйничает и тут?

– Спасибо, Элси, – сухо ответила я, откладывая перо. – Скажи, что я приду.

Ничего хорошего ждать не приходилось, это было ясно. Но вступать в открытый конфликт из-за платьев? Носить их я не обязана. У меня есть свои вещи, привезенные из Хартвуда. Элегантные, удобные, мои.

В гардеробной – просторной комнате, заставленной шкафами и манекенами – меня уже ждала сама Лираэль. И, о боги, целая армия платьев. Ярких, как попугаи, с невероятными объемами юбок, усыпанных рюшами, бантами и вышивкой, которая, казалось, могла сама по себе утянуть в обморок. Все кричало о богатстве и полном отсутствии умеренности. Да, сама драконица примерно так и одевалась, но на ней это смотрелось органично. В отличие от меня. Неужели случай со свадебным платьем ничему ее не научил?

– Ах, Корделия, наконец-то, – всплеснула руками Лираэль. – Приходите, смотрите! Я лично курировала создание вашего гардероба как новой леди Веларион. Надеюсь, теперь-то вы оцените.

Я окинула «шедевры» беглым, спокойным взглядом.

– Очень впечатляюще, Лираэль. Спасибо за ваши старания. – Я постаралась вложить в голос максимум вежливости.

– Не благодарите, это мой долг перед семьей, –сладко улыбнулась она. – Ну же, начнем примерку? Это для официальных аудиенций…

Драконица потянулась к чудовищному сооружению в золоте и пурпуре.

– Позже, Лираэль, – я сделала шаг назад, – сейчас я занята в библиотеке. Ксалор дал задание по магии, мне нельзя надолго отвлекаться.

Не дожидаясь ответа, я поспешила уйти. Вернулась в библиотеку, дочитала главу, закончила конспекты. Потом, в своих покоях, достала из шкафа любимое платье – простое, из темно-синего бархата, с изящным серебряным шитьем на воротнике и манжетах. Надела его. Еще за завтраком Эрис позвала всех к полудню в Огненный сад – смотреть цветение какого-то редкого растения, которым она невероятно гордилась. Мне пора было туда.

Младшая сестричка Ксалора уже ждала на террасе, под магическим куполом которой цвели теплолюбивые растения. Она сияла, указывая на огромный, невиданный мною цветок. Его лепестки переливались всеми оттенками пламени – от нежно-золотого до глубокого багрового.

– Гляди, как он расцвел! – Эрис захлопала в ладоши. – Я думала, не доживу. Это же Игнис Флорентис! Очень капризный!

– Он потрясающий, – искренне восхитилась я, вдыхая тонкий, пряный аромат. – Ты настоящая волшебница.

– Да, прекрасный цветок. – К нам подошла Лираэль, бросив на мой наряд быстрый, оценивающий взгляд. Ее глаза сузились. – Жаль, что его красоту не оценят по достоинству все присутствующие. Леди Веларион, разве вам не говорили, что в замке следует одеваться соответственно статусу?

Я вдохнула поглубже, вспоминая дыхательные упражнения, и ответила ровно:

– В саду мне так удобнее, Лираэль. Но я искренне признательна вам за заботу о моем гардеробе. Вы вложили столько сил.

– Признательности я не вижу. – Она фыркнула. – Вы смертная, которую Ксалор сделал своей женой. Не позорьте его своим видом.

Взгляд Эрис метался от Лираэль ко мне и обратно. Она явно не хотела вставать ни на чью сторону, но напряжение повисло в воздухе. Хорошо, хоть не поддержала кузину, это уже моя маленькая победа.

– Ксалору было виднее, какую невесту выбирать, – парировала я, стараясь сохранять хладнокровие. – Видимо, его всё устраивает.

– Большинство драконьих домов относится к его выбору без восторга, – ядовито заметила Лираэль. – Вам стоило бы приложить усилия, чтобы соответствовать.

Мои ладони сжались в кулаки.

– Пожалуйста, не ссорьтесь, – робко вставила Эрис. – У Корделии опасный дар. Мало ли что…

Лираэль повернулась к ней, ее брови высоко взлетели.

– Да, темный дар! Корделия, а где же ваш стабилизатор? Почему вы без него? – Она сделала преувеличенно испуганное лицо. – Уж не ваша ли тьма разрушила покои Ксалора? Может, это был вовсе не злобный демон? – Ее взгляд скользнул по Эрис, полный фальшивой заботы. – Дорогая кузина, боюсь, твой чудесный сад под угрозой. Лучше бы вашей новой леди держаться со своим хаосом подальше от твоих растений.

Кровь ударила в виски. Гнев, горячий и черный, закипел внутри. Я сглотнула, заставляя себя дышать. Вдох. Задержка. Выдох.

– Я не буду обсуждать ни мой дар, ни события прошлого, Лираэль, – проговорила я, чувствуя, с каким трудом дается каждое слово. – И я обещаю, что не посрамлю имя Веларионов. Ваши опасения напрасны.

– Отнюдь, – процедила Лираэль. – Вы здесь лишняя.

– Это не так, – раздался спокойный, но не допускающий возражений голос.

Мы все вздрогнули. На террасу вышел Мориус. Его лицо было невозмутимо, но в золотистых глазах горел холодный огонь. Он подошел к цветку, внимательно осмотрел его.

– Поздравляю, великолепный экземпляр, – сказал Мориус дочери, и в его голосе появились теплые нотки. Затем он обратился к Лираэль. – А тебе лучше вернуться в свой дом. Я не впервые наблюдаю, как ты провоцируешь Корделию. Это становится утомительным и недостойным.

– Вы прогоняете меня? – Лираэль остолбенела. – Мориус, что бы сказала на это моя покойная тетушка?..

– Аэлина, – произнес Мориус с мягкой, но железной твердостью, – ценила мир и гармонию в семье превыше всего. И она, несомненно, ожидала бы от тебя уважительного отношения к супруге своего сына.

Лираэль уставилась на него так, словно не верила своим ушам.

– Как скажете, – отчеканила она. – Я улечу немедленно.

Оскорбленная драконица зашагала прочь, юбки ее платья яростно шуршали. Эрис опустила глаза.

– Цветок действительно прекрасен, дочь, – снова сказал Мориус, кладя руку ей на плечо. – Ты очень талантлива.

Покровительственно мне кивнув, он удалился. Эрис бросила на меня последний растерянный взгляд и поспешила следом за отцом.

Вернувшись в библиотеку, я ощутила смесь радости и невероятного облегчения. Лираэль улетит! Ее больше не будет в замке!

Но следом пришли другие чувства. Защита Мориуса… Его слова обо мне – они согревали изнутри. Но я не была частью их семьи. Я была ошибкой, заложницей нелепого стечения обстоятельств, запертой в замке с драконом, который терпел меня лишь потому, что сам угодил в ловушку. Вероятно, Мориус просто благороден и оберегает порядок в своем доме, статус жены сына. Не меня.

Я подошла к окну, глядя на зубцы гор. Холодные, неприступные, вечные. Эйфория от изгнания Лираэль померкла, остались горечь и щемящее чувство чужеродности. Чтобы прояснить для себя кое-что, я взялась за книги. Не магические – драконьи. О традициях домов. Листала час, два, пока не нашла искомое. Вот оно! «Браки между кузенами практикуются часто и способствуют укреплению влитой в род крови». Немудрено, что это не препятствие. Драконьих родов не так много, и они веками смешиваются между собой… Не такая уж Лираэль родственница Ксалору. Более того, она ведет себя так, будто ей самой хотелось бы стать его женой. Но разве шанс потерян? Максимум пятьдесят лет, и он снова будет свободен! И как раз достигнет того возраста, в котором драконы обычно и вступают в брак.

Я со злостью захлопнула книгу, в нос ударила вылетевшая из нее пыль, вынудив чихнуть. Срочно нужно было заместить эти мысли в голове новыми, менее раздражающими. Например, выяснить, кто же такой Эйдан Хаунтер…

## Глава 7


Спустя несколько часов поисков я наконец наткнулась на искомое имя. В толстенной подшивке «Магического Вестника» – ежемесячного альманаха весьма скандального содержания. Зато читать было интересно! Такой контраст после заумных фолиантов…

Там несколько раз упоминался магистр темных искусств Эйдан Хаунтер. Удивительно молодой для такого звания – всего на десять лет старше меня. Поначалу его описывали как «блистательного юного гения», потом – как «мага со спорными методами», а в этом году – как «нечистоплотного отщепенца». Причина изгнания из почтенного сообщества ученых магов была расписана со смаком: «нездоровый интерес к потусторонним измерениям», «опасные ритуалы за гранью допустимого», «эксперименты, бросающие вызов самим основам магической этики». И вишенка на торте – загадочный «инцидент, повлекший острое недовольство дома Скальвари». Глава их драконьего рода – Иридон, судя по намекам, лично постарался, чтобы клеймо неприкасаемого прилипло к Хаунтеру намертво.

Вроде бы тревожная информация. Любой нормальный человек схватился бы за голову. А я почему-то прониклась симпатией. Может, потому что сама считалась опасной? Или потому, что его превышение «грани допустимого» казалось мне куда честнее, чем лицемерные условности тех, кто его осуждал? Гений и изгой. Сочетание, от которого у меня екнуло что-то внутри.

Небо уже начинало темнеть, когда в библиотеке раздались шаги – твердые, узнаваемые. Я даже не обернулась.

– Вижу, ты вняла моему совету не перегружать голову терминами из трактатов. – Ксалор остановился рядом, его тень легла на развернутую передо мной пожелтевшую страницу. – Предпочла приобщиться к сплетням магического сообщества?

– Зачем же драконы хранят в своей священной библиотеке полную коллекцию этого сплетнического издания? – Я подняла на него взгляд. – Для разжигания камина в особо холодные ночи?

– Быть в курсе светских событий полезно, – ответил он с мнимой серьезностью. – Особенно когда приходится регулярно посещать балы и приемы. Знать, кто кого предал, кто потерпел крах, а кто внезапно возвысился, иногда важнее знания древних заклинаний.

– Что ж, раз мы заговорили о полезности… – Устало потерев переносицу, я отодвинула от себя подшивку. – Я хочу, чтобы Эйдан Хаунтер стал моим наставником.

Брови Ксалора поползли вверх, на его лице застыло глубокое изумление.

– Смело, – прокомментировал он, поперхнувшись. – Ты не прочитала, за что его изгнали?

– Прочитала. Но ты сам говорил, что другие темные маги, к которым ты обращался, не спешат мне на помощь. Время играет против нас. Каждый день – риск нового покушения, новой подлости от нашего таинственного врага. Хаунтер – талантливый маг, пусть и опальный. И он не испугается трудностей. Очевидно, ему нечего терять. Это делает его потенциально сговорчивым.

Ксалор долго смотрел на меня, его золотистые глаза изучали мое лицо, будто ища подтверждение вменяемости.

– Я учту твое пожелание, – произнес он с явной неохотой. – Но сейчас нас ждет занятие.

Перспектива встать и пройтись после долгих часов сидения была более чем привлекательна. Я поднялась, понимая, как затекли ноги. Однако радость быстро сменилась недоумением, а потом и легкой паникой. Мы шли не в пещерный зал, не во двор. Мы поднимались по бесконечным винтовым лестницам, мимо узких стрельчатых окон. Выше и выше. Стало ясно: мы идем на крышу!

– А ты не мог… – запыхалась я, цепляясь за камень стены на очередном пролете, – доставить меня туда в своем величественном драконьем облике? Экономия времени и сил, знаешь ли.

Он обернулся, глядя на меня сверху вниз с едва уловимым подобием ухмылки.

– Как неспортивно, Корделия. И это далеко не самая высокая башня в замке. Осталось буквально несколько пролетов.

«Несколько» оказалось относительным понятием. Когда мы наконец вышли на открытую площадку башни, у меня совсем сбилось дыхание. Но вид… Он заставил забыть об усталости. В небе горел закат, прожигая облака багрянцем и золотом. Бескрайние горные хребты тонули в сизой дымке, а первые звезды зажигались в темнеющей вышине. Захватывало дух!

– Зачем мы здесь? – прошептала я, очарованная, но не теряя бдительности.

Красота красотой, но Ксалор редко что-то делал просто так. Он стоял у самого края парапета, ветер трепал его платиновые волосы.

– Будешь тренироваться не падать, – усмехнулся дракон. – Тут тоже бывают сильные порывы ветра.

Я фыркнула.

– Мое падение на Имморе, напомню, вероятно, было ментальной атакой. Ветер тут ни при чем.

– Вот именно. – В его глазах появилась привычная сосредоточенность учителя. – Поэтому тебе нужно научиться распознавать и отражать ментальные атаки. А еще здесь впечатляющий вид. – Ксалор махнул рукой в сторону, противоположную горам. – Смотри.

Я подошла ближе, осторожно заглянув за край. Внизу, далеко-далеко, раскинулись темнеющие поля, серебристая лента реки, и на самом горизонте – крошечный огонек маяка за кромкой моря.

– Мое любимое место в детстве. – Ксалор указал на огонек. – Казалось, с него виден край мира. – В его голосе прозвучала ностальгическая нотка, мгновенно исчезнувшая. – Ладно, к делу. Закрой глаза. Дыши, как мы тренировались. Чувствуй пространство вокруг. Не только ветер, заходящее солнце, холод камней… Чувствуй энергию. Ее колебания. Особенно – направленные на тебя.

Занятие началось. Он учил меня не просто ставить барьер, а прощупывать саму ткань ментального воздействия – ее плотность, направление, намерение. Это было сложнее, чем наполнять кристалл. Требовалась невероятная тонкость восприятия. Я была ошарашена: он давал мне инструмент против своей же магии! В какой-то момент я ощутила знакомое тепло кольца, но не просто тепло – волну раздражения, накатывающую извне, пытающуюся прорваться сквозь мои мысли.

Не разлепляя век, я мгновенно выстроила вокруг себя щит из собственной прохладной тьмы. Волна наткнулась на него и растаяла, как дым.

– Получилось! – Я открыла глаза, торжествующе глядя на Ксалора. – Но ты пытался вызвать у меня… злость? Почему именно ее?

Он скрестил руки на груди и смотрел на меня с тем же странным, неуловимым выражением, что и в пещерном зале.

– Ты очень красивая, когда злишься, – заявил Ксалор, и уголки его губ дрогнули.

– Тебе отлично удается злить меня и без магии. Одними словами и поведением.

– Тебе тоже.

Его глаза ярко блеснули в последних лучах заката. Что-то в этом взгляде – смесь вызова и жгучего интереса – заставило меня рефлекторно отшатнуться.

– Корделия, осторожно!

Рука Ксалора крепко вцепилась мне в плечо. Рывком он притянул меня к себе, подальше от края крыши. Я вскрикнула от неожиданности, почувствовав твердость его груди под щекой. Сердце бешено колотилось – от испуга? От близости?

– Поймать тебя снова могу и не успеть, – голос прозвучал прямо над ухом, низкий, сдавленный. Не сердитый. Обеспокоенный.

Я отстранилась. Странно, но в его прикосновении, пусть и резком, почти грубом, не ощущалось угрозы. Только забота. Четкая, неоспоримая.

– Спасибо, – пробормотала я, отводя взгляд.

– Ладно, хватит на сегодня. – Его пальцы разжались не сразу, но он отпустил мое плечо. – Давай спущу тебя вниз. Экономия времени и сил, как ты любишь.

Ксалор отошел к центру площадки. Воздух вокруг него сгустился, заколебался. И вот уже передо мной стоял не мужчина, а величественный дракон. Он пригнул могучую шею, приглашая меня сесть. Путаясь в длинной юбке, я взобралась и устроилась у основания его шеи.

Но мы полетели не во двор. Мощным взмахом крыльев он взмыл вверх, в прохладную высь ночи. Развивающаяся юбка совершенно перестала меня волновать. Драконий Пик превратился в игрушечный домик, залитый крохотными огоньками. Звезды, казалось, были так близко, что можно было до них дотронуться. Промелькнувший страх мгновенно растворился в чистом восторге. Это было… свободой. Краткой, но ослепительной.

Дракон сделал широкий, плавный круг над замком и начал снижаться, приземлившись на плиты внутреннего двора. Я сползла с его спины, ноги дрожали, но на душе было необыкновенно легко. Через мгновение передо мной снова стоял Ксалор, лишь светлая рябь в воздухе выдавала недавнее превращение.

– Это было чудесно… – прошептала я, глядя на него.

Он кивнул. Увы, его лицо в полумраке было трудно разглядеть.

– Маяк, – вырвалось у меня. – Ты покажешь мне его когда-нибудь? Тот самый, у края мира?

Ксалор замер на миг.

– Возможно позже, – ответил он так же тихо.

Я улыбнулась ему – с искренней благодарностью. Меня накрыло безудержным счастьем. Слишком ярким, слишком навязчивым… Как тогда в саду! Моя тьма среагировала сама – холодной волной, отсекая чужеродное. Эйфория испарилась, оставив после себя лишь привычную настороженность. И обиду!

– Опять?.. – взвилась я, потирая теплое кольцо на пальце. – Это очередная проверка усвоенного или просто издевательство?

Ксалор пристально уставился на меня, его лицо в тени было нечитаемым, но в позе чувствовалась растерянность.

– Важно не терять бдительности, Корделия, – произнес он поучительно. – Не позволять никому тебя подловить.

– Дурак! – выпалила я в гневе.

Бессердечный, самодовольный дурак…

Я побежала к крыльцу, не оглядываясь. Чувствовала его взгляд, прикованный к моей спине – удивленный, смущенный и какой-то виноватый. Но мне было плевать. Он все испортил! Ведь часть моего счастья была настоящей…

## Глава 8


Завтрак следующим утром проходил в непривычной тишине. Солнечный свет лился в окна столовой, пустой стул Лираэль отбрасывал на стол удлиненную, неприятную тень. Эрис неловко ковыряла вилкой в тарелке.

– Что-то тихо сегодня, – проронила она наконец, избегая взглядов. – Без Лираэль…

Ксалор, погруженный в свои мысли, посмотрел на пустующее место, будто только что заметил.

– Кстати, а где она? – Его бровь вопросительно изогнулась. – Проспала?

Я чуть не подавилась. Доброе утро, дорогой! Тянуло ехидно рассмеяться. Да уж, Лираэль предстоит большая работа по очарованию кузена. Но ничего, у нее впереди полно времени. Может, преуспеет… От мысли об этом смеяться сразу расхотелось – хоть ехидно, хоть не очень.

– Лираэль вернулась к себе домой, – спокойно произнес Мориус, не поднимая глаз от тарелки.

Никаких пояснений, никаких деталей. Просто констатация факта.

Эрис с удвоенным усердием принялась за еду, Ксалор задумчиво пожал плечами.

Тема Лираэль была исчерпана. Дни потекли размеренно и однообразно. Ксалор продолжал наши вечерние занятия. Основы магии, концентрация, управление дыханием. Все строго, методично, по делу. Но его прикосновения – когда он корректировал положение моих рук, направлял поток энергии – были чрезмерно осторожными. Забота или дистанция? Не исключено, что он смирился с моим статусом «ненастоящей» жены! Я была частью его замка, частью расследования, которое забуксовало. А что потом? Когда враг будет найден, тайна раскрыта? Неизвестно. Но если я доживу до этого момента – а я намерена дожить – то обязательно узнаю!

Так прошла целая неделя. Я сидела в своих покоях, пытаясь разобраться в сложных магических схемах из собственного конспекта, когда явилась Элси с сообщением – меня просят прийти в холл. Прибыл гость.

Так-так-так. Неужели…

Я поспешила вниз. В просторном холле стояли Мориус и Ксалор. Рядом с ними – незнакомец в темной мантии. Он был высоким и худощавым, но подтянутым, его рыжие, волнистые волосы спадали до плеч, обрамляя лицо с резкими, ястребиными чертами. Но больше всего поражали глаза – пронзительно-зеленые. И эти глаза изучали меня с таким же нескрываемым любопытством, с каким это делала я. Только его любопытство было куда откровеннее.

– Корделия, – то ли обратился, то ли представил меня Ксалор. – Это твой наставник. Эйдан Хаунтер.

Вот он какой… Веларионы все-таки его пригласили!

– Приветствую. – Эйдан слегка склонил голову, но его взгляд не отрывался от моего лица.

– Надеюсь, ваше присутствие окажется полезным, магистр Хаунтер, – сухо произнес Мориус.

Его тон не оставлял сомнений: он не одобрял этот выбор. Но, видимо, других желающих меня обучать так и не нашлись… Хотя мелькнула мысль: а вдруг Ксалор все же учел мое мнение?

– Вредным мое присутствие точно не будет, – парировал Эйдан с нахальной улыбкой.

Мориус бросил на него предупреждающий взгляд и удалился, явно не желая участвовать в дальнейшем.

– Слуги проводят вас в гостевое крыло в ваши покои, – сказал Ксалор моему наставнику. – Я буду ждать расписания занятий и учебной программы.

– Расписание я предоставлю своей ученице, – заявил тот.

– Ваша ученица – моя жена, – обозначил дракон с металлом в голосе.

– Неужели она не поделится с вами расписанием? – Эйдан развел руками с преувеличенным недоумением. – Если вмешиваться в учебный процесс, то никакого толка не будет. Мне казалось, Веларионы хотят сделать из нее самостоятельного мага. – Он сделал паузу, его взгляд стал вызывающим. – Может, вы еще и занятия будете посещать?

Я видела, как Ксалору потребовалось усилие, чтобы сдержать гнев.

– Если сочту нужным, то буду посещать, – отрезал он ледяным тоном.

Эйдан дернул плечом, его взгляд скользнул ко мне, полный немого сочувствия.

– Дело ваше, – ответил он небрежно.

Нужно было срочно разрядить обстановку!

– Мой муж не водит меня за ручку, магистр Хаунтер, – вмешалась я, стараясь говорить спокойно и твердо. – Он проявляет участие и интерес к моему обучению. И я не против того, чтобы он был в курсе деталей.

В глазах Эйдана мелькнуло что-то похожее на разочарование.

– Да без проблем, – сказал он с наигранным согласием. – Любые прихоти за ваши деньги.

И ушел с ожидавшими его слугами. Когда они скрылись за дверью, Ксалор напомнил:

– Ты сама поддержала его кандидатуру.

Я отчетливо уловила упрек.

– Разве это была не единственная кандидатура?

– Я подождал бы еще. Но ты привела логичные аргументы. И я надеюсь, – дракон подчеркнул последнее слово, – что не пожалею о своем решении.

Надежда – вещь хрупкая. Особенно когда речь идет о темных магах с сомнительной репутацией.

Я отправилась в библиотеку, пытаясь заглушить нарастающее беспокойство чтением. Безуспешно. Образ Эйдана Хаунтера – его зеленые глаза, дерзкая улыбка, скрытая сила – не выходил из головы. Не прошло и часа, как он явился ко мне.

– Книги, книги, книги… – Эйдан прошел вдоль шкафов, лениво сканируя взором корешки фолиантов. – Половина из них даже вредны. Содержат чужие заблуждения, выданные за истину в последней инстанции.

Я закрыла свою книгу и полюбопытствовала:

– А что насчет второй половины? Может, посоветуете стоящие издания, магистр Хаунтер?

– Пожалуйста… Давай на «ты». – Он поморщился. – Терпеть не могу формальности. Особенно с теми, кого собираюсь чему-то учить. Это создает ненужные барьеры.

Ничего себе! Такой фамильярности от него, да еще в стенах Драконьего Пика, я не ожидала. Мой наставник не из тех, кто церемонится.

– Хорошо, Эйдан. Так что насчет книг?

Он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то хищное и обаятельное одновременно.

– В библиотеках у драконов найдется что угодно. Кроме того, что порочит их самих. – Его взгляд стал проницательным. – Поэтому по темной магии – только общие поверхностные труды.

Это намек на Ноктварусов? Их запретную магию?..

– Ты много знаешь о драконах? – спросила я осторожно.

– Больше, чем им хотелось бы. – Эйдан посмотрел на меня оценивающе. – Но твой дракон не так уж плох. Раз не нацепил на тебя стабилизатор. Многие на его месте бы это сделали.

– Стабилизатор у меня есть, – призналась я. – Но только для исключительных случаев.

– Ограничивать дар – кощунство, – хмыкнул Эйдан и задумался. Его зеленые глаза впивались в меня почти осязаемо. – Мне прислали предложение быть твоим наставником до того, как ты стала леди Веларион. Как давно проявился твой дар?

Внутри все сжалось. Началось…

– Три года назад, – напряженно ответила я.

– Вследствие чего? – конечно, поинтересовался он.

– Насколько это важно?

Я поджала губы, стараясь скрыть раздражение и страх.

– Очень важно. – Его тон не оставлял сомнений. – Изначальный прорыв магии определяет ее направленность и силу. Дар у девушек, как известно, проявляется двумя способами. Какой случай твой? Глубокое эмоциональное потрясение или…

Сердце заколотилось как бешеное. Мы слишком близко к запретной теме. Но раз это важно!

– Оба, – выдохнула я сквозь зубы. – Оба случая мои.

Эйдан лишь кивнул. Как ученый, принявший к сведению важную информацию.

– У мальчиков все проще, – продолжил он, будто мы обсуждали погоду. – Дар с нами с рождения. Мы растем с ним, воспринимаем как часть себя. У нас больше времени на то, чтобы понять, что он значит, и как мы хотим его развивать. А чего ты хочешь от своей магии?

– Научиться использовать ее без вреда для окружающих. Ну, только если мне самой не захочется им этот вред причинить. Тем, кто действительно заслуживает.

Эйдан хохотнул – звонко и весело.

– Ход твоих мыслей мне нравится. – Он снова стал серьезным. – Но давно ли у тебя появилось такое желание?

– Нет… Первоначально я собиралась скрывать дар. Ведь это страшный, опасный хаос. Нечто, что должно быть заперто.

Я ждала осуждения, насмешки. Но Эйдан понимающе обронил:

– Знакомо. – Он прошел ближе и сел в кресло рядом с моим столом. – Я смогу тебе помочь. Но ты должна быть со мной предельно откровенна. Иначе ничего не получится.

Спросит о Хартвуде? О той ночи! О крови на моих руках…

Но Эйдан задал другой вопрос. Совсем не тот, что я думала.

– Скажи, Корделия, – его голос был тихим и ласковым, но слова врезались как нож, – ты знаешь, кто хочет тебя убить?

## Глава 9


Кровь отхлынула от лица, сердце на миг замерло, а потом заколотилось с дикой силой, отдаваясь гулким эхом в висках. Ксалор рассказал Эйдану о трех покушениях?! О падении с обрыва, наемных магах в лесу, ментальной атаке на свадьбе?

Я тут же себя одернула. Нет, глупость. Во-первых, он бы меня предупредил. Во-вторых, было бы неосмотрительно выложить все карты незнакомцу…

Но тогда откуда Эйдан знает? Он изучал меня уж слишком пристально, а в тоне, в самой постановке вопроса сквозила какая-то опасность.

– Кто хочет меня убить? – нервно переспросила я. – Надеюсь, не ты?

– Я? – Он откинулся в кресле, продолжая сверлить меня взглядом. – Мне твоя смерть совершенно невыгодна. Тогда Веларионы мне не заплатят.

– Так, может, кто-то другой заплатит, – возразила я.

– Уже и до наемников дошло? – приподнял брови мой наставник.

Чудесно! Я проговорилась…

– Дело в тех обязанностях, которые мне назначил Ксалор, – объяснил он. – Есть пункты, больше подходящие охраннику, чем учителю. И куча мер предосторожности. Это наводит на мысли. Или твой муж просто мнительный?

– У меня были случаи неконтролируемого выброса тьмы, – выдохнула я. – С жертвами.

– Ты сказала, что хочешь научиться использовать свою тьму и, если это понадобится, причинять ею вред, – припомнил Эйдан. – От кого ты собираешься защищаться?

Он попал в точку. И, кажется, скорее мое вранье послужит для него причиной не работать со мной, чем самая ужасная правда… Скрывать которую бесполезно.

– Ладно, – сдалась я. – Не знаю, кто хочет меня убить, но попытки были. Трижды. И да, наемники – один из эпизодов. Пока все указывает на то, что какой-то дракон жаждал помешать мне стать леди Веларион.

– Ну да, – не очень-то удивился Эйдан. – От драконов масса проблем.

– Почему у тебя такое нелестное мнение о драконах?

Он криво усмехнулся.

– Как насчет откровенности в обмен на откровенность? – предложила я.

Эйдан кивнул на подшивку «Магического Вестника», торчавшую с полки рядом со мной, и спросил:

– Разве ты не в курсе?

– Только в общих чертах. Но сплетням у меня веры нет. Много шума, мало конкретики. Что на самом деле произошло между тобой и Скальвари? Какой «инцидент» повлек их «острое недовольство»?

– Я работал на них пару лет, – отрывисто сказал он, и его лицо на мгновение стало каменным. – Позволил себе лишнее, по их мнению. Для драконов любое своеволие от человека – удар по их чести, имей это в виду.

– Учту. – Я посмотрела на него серьезно. – Ты боишься, что на меня могут покушаться снова? Что ты, как мой наставник и по совместительству охранник, можешь попасть под удар?

– Меня сложно напугать, – оправдал Эйдан мои ожидания и вальяжно встал, поправил мантию. – На сегодня довольно откровений. Наши занятия начнутся утром. Я составлю план, исходя из всего услышанного.

– И что же ты такое услышал? – нахмурилась я. – Чтобы это влияло на программу обучения…

Он молча подошел к одному из высоких шкафов и начал неспешно рыться на полках, до которых я бы ни за что не дотянулась. Через пару минут Эйдан извлек оттуда тонкую, потрепанную книжицу в мягком переплете и протянул мне со словами:

– Вот. Прочти до завтра.

Я взяла книгу, ощутив шершавость обложки под пальцами. И изумленно уставилась на название. Забавные салатовые буквы гласили: «Магия для самых маленьких. Первые шаги в волшебный мир!»

– Что?.. – Я подняла глаза на Эйдана. – Ты шутишь?

– Ни капли, – ответил он с деланной невинностью.

И, не дав мне опомниться, вышел из библиотеки. Оставил меня наедине с детской книжкой и нарастающим возмущением.

«Магия для самых маленьких»! После всего, что я натворила своей тьмой? После наемников, разрушенных покоев Ксалора и взорванного кристалла?! Это как-то оскорбительно. Но Эйдан Хаунтер, при всех его странностях, был признанным мастером темных искусств. И он согласился меня учить. В его сумасбродной голове это задание имело какой-то смысл. Может, в качестве эдакого теста на смирение?

С тяжелым вздохом я раскрыла книжку. Там не было ни схем, ни формул, ни терминов. Яркие рисунки и минимум текста крупным шрифтом. История мальчугана-стихийника по имени Тимми, который только раскрывал в себе дар. Он то случайно подмораживал лужу под ногами сестренки, то пытался подогреть остывший пирожок и чуть не сжигал кухню, то поливал цветы на подоконнике наколдованной водичкой, от чего те росли как на дрожжах.

Сперва я листала страницы со скепсисом, укрепляясь в мысли, что Эйдан надо мной издевается. Но потом меня увлекли описания того, как Тимми чувствовал магию внутри себя. Как тепло разливалось по рукам, когда он хотел согреть пирожок. Как он учился делать «маленький ветерок», представляя, что дует на одуванчик. Его детские радости и огорчения от неудач… Они были понятны.

Картинки показывали не только магические пассы, но и мимику мальчика – его сосредоточенность во время колдовства, испуг, когда что-то шло не так, гордость при успехе. История подходила к концу: Тимми заигрался, хотел волшебным ветерком достать с верхней полки любимого плюшевого мишку. Вместо этого он сорвал всю полку с игрушками и книгами. Разгневанные родители заставили его убирать все вручную, без единой капли магии. Тимми, кряхтя и пыхтя, справился. Вывод под картинкой, где он сидел посреди чистоты, гласил: «Магия – это здорово! Но не всегда и не везде она нужна. Иногда быстрее и лучше – взять и сделать своими руками!»

Да уж… Поучительно. И картинки, несмотря на простоту, были милыми и трогательными.

Я перевернула последнюю страницу. И замерла. Там, на картинке, чернилами кто-то коряво пририсовал в комнате Тимми дракончика. Он сидел в углу, пуская струйку дыма из ноздрей.

Мои губы невольно расплылись в улыбке. Интересно, кто автор этого художества? Эрис? Или Ксалор? Догадка о том, что суровый, высокомерный лорд Веларион в детстве мог разглядывать такие картинки и даже что-то в них дорисовывать, показалась мне забавной. Я хихикнула, ощущая, как напряжение последних минут начинает отпускать. Книжка была не такой уж глупой. Эйдан знал, что делал. Но хочется верить, что на занятиях мы займемся чем-то более серьезным!

Я забрала книжку в свою спальню. В течение дня мысли постоянно возвращалась к последней странице. Открывая ее раз за разом, я рассматривала этого корявого дракончика… Он был таким милым. Совсем не похожим на его нынешнее, высокомерное воплощение.

Вечерняя мгла уже плотно сгустилась за окнами, когда любопытство пересилило. Спрошу Ксалора его ли это детские проделки! Что мне терять? Худшее, что он может сделать – это высмеять или выгнать. Обычное дело. Я взяла книжку и вышла в коридор. Покои дракона были рядом, буквально за поворотом.

Подойдя к тяжелой, резной двери, я на секунду заколебалась, но постучала. Ни звука. Тишина. Но уходить ни с чем не хотелось. Вспомнив его манеру входить без спроса, решительно повернула ручку. Переступила порог и застыла на месте.

Воздух в покоях пах чем-то пряным и древесным. Ксалор лежал на широкой кровати, его спина – мощная, с рельефом мышц – была обнажена. Легкое покрывало, небрежно наброшенное сверху, прикрывало его весьма символически. А над ним склонилась фигуристая привлекательная девица в коротком халатике. Ее ладони скользили по Ксалору, очерчивая умелыми пальцами спину, плечи, шею, блестящие от масла…

Я ахнула, сжимая в руках «Магию для самых маленьких» так, что корешок затрещал.

Девица даже не вздрогнула, лишь бросила на меня равнодушный взгляд и продолжила свое дело. Ксалор же приподнял голову с подушки. Золотистые глаза, как всегда, острые и совершенно невозмутимые, уставились на меня.

– Стучать надо, Корделия, – произнес он чуть хрипловато.

– Я стучала! – выпалила я, чувствуя, как жар заливает лицо. – Никто не ответил!

– Значит, надо было стучать громче, – парировал Ксалор, ничуть не стесняясь.

– Что здесь вообще происходит? – пробормотала я, не в силах отвести взгляд от этой… сцены.

От его почти голого тела, от ее рук на нем, от этого интимного, расслабленного уюта, в который я ворвалась.

Ксалор вздохнул, словно его отвлекли от очень важного дела.

– Всё, – сказал он девице. – На сегодня закончим.

Она прекратила его наглаживать. Спрыгнула с кровати, поправила халатик, который и так сидел как влитой, и, не удостоив меня взглядом, выплыла из покоев.

Я осталась стоять перед его кроватью, чувствуя себя полной дурой.

– Кто это такая? – спросила я наконец.

Голос дрожал уже не от стыда. От возмущения! Ксалор приподнялся и… О, боги. Покрывало окончательно перестало что-либо прикрывать. Я резко отвела глаза, уставившись на узор ковра. Сердце колотилось где-то в горле.

– Это целительница, – ответил он спокойно. – У нее золотые руки. Отлично снимает напряжение после долгого дня.

– Целительница? – засомневалась я, стараясь не думать про «напряжение», которое она снимает. – В таком халатике? Это их униформа?

Ксалор рассмеялся – низко, бархатисто. От его смеха по моей спине прокатилась волна мурашек.

– Когда входишь в мои покои на ночь глядя, – сказал он с привычной едкой насмешкой, – будь готова к тому, что я могу быть не очень одет.

Я не рискнула поднять глаза, выдавив:

– А к тому, что в твоих покоях находится какая-то не очень одетая девица?

Повисла пауза. Недолгая.

– Ох, Корделия, – цокнул языком Ксалор. – Неужели ты ревнуешь?

Кровь ударила в виски, смешав смущение и злость в один гремучий коктейль. Я развернулась, не сказав больше ни слова, и выбежала за дверь. Книжка и рисунок в ней уже совсем меня не волновали! Конечно, ничего удивительного, что горячий молодой дракон не проводит ночи в одиночестве. Жена-то у него чисто формальная! Целительницы в соблазнительных халатиках – отличное решение. Удобное. Практичное.

Ну и хорошо, что он меня не трогает! Я же сама этого хотела, сама боялась его прикосновений, сама спровоцировала эту ледяную дистанцию. Так почему теперь я чувствовала не облегчение, а какую-то противную, давящую тяжесть?

## Глава 10


Завтрак прошел в гнетущей атмосфере натянутого молчания. Ксалор сидел напротив, методично поглощая еду, но его взгляд то и дело натыкался на меня. Не злой, не насмешливый – изучающий. Будто я была сложной задачей, которую он пытался решить. От каждого такого взгляда я утыкалась в свою тарелку и, как только позволили приличия, чуть ли не сбежала из столовой.

Направилась я в тренировочный зал, расположенный в крыле Ксалора. То есть в нашем крыле! Эйдан уже ждал меня у входа.

– Доброе утро, – поприветствовала его я. – Почему ты не завтракал с нами? Тебя приглашали.

– Вроде как я не часть вашей драконьей семьи, – ухмыльнулся он. – Меня позвали из вежливости, но мое присутствие за общим столом не было бы уместным.

Ясно. Держится от драконов на расстоянии.

– Ты готова к первому уроку?

Меня охватило предвкушение. Я кивнула, стараясь выглядеть сосредоточенной:

– Более чем. Что будем делать?

Мы вошли в зал – просторный и огражденный барьером от магических выплесков. Посередине был расположен игрушечный лабиринт. Низкий, широкий. Стенки из светлого дерева образовывали запутанные коридорчики. И в его конце, на маленькой платформе, лежал кусочек желтого сыра.

Я уставилась на лабиринт. Потом на Эйдана. Потом снова на лабиринт.

– Ты это серьезно? – спросила я неуверенно. – Сначала книжка для малышей, теперь мышиные бега? Я должна гонять за сыром воображаемого грызуна своей тьмой?

Эйдан сохранял бесстрастное спокойствие.

– Не грызуна. Энергию. – Он подошел к лабиринту. – Какой твой самый большой страх, когда дело касается магии?

– Что она слишком разрушительна.

– Слишком? – переспросил Эйдан, и в его глазах мелькнуло озорство. – Смотри.

Он поднял руку. Плавно, выверенно. На его ладони собрался сгусток чистейшей, густой тьмы. Не просто черноты, а чего-то глубокого, холодного и послушного. Эйдан легким пассом направил этот сгусток к входу в лабиринт. Тьма рванула вперед стремительным, точным потоком. Она пронеслась по коридорам, огибая повороты с невероятной ловкостью, не касаясь стенок, не оставляя ни следа тлена. Достигнув платформы, темнота обволокла кусок сыра и исчезла. На платформе осталась лишь горстка трухи.

Что, так можно было?! Вместо того, чтобы снести ползала, просто добраться до цели? Превратить сыр в пыль, не тронув сам лабиринт?

– Впечатляет, – присвистнула я, стараясь скрыть потрясение. – Но сыра жалко. Он, наверное, был вкусный.

– О… Обещаю, сегодня больше ни один сыр не пострадает, – забавлялся Эйдан. – А ты будешь учиться направлять свою тьму. Без разрушений. Попробуй. Вход там. Цель – достичь платформы в конце лабиринта.

Это оказалось сложнее, чем выглядело со стороны. Я вызвала знакомый холод внутри, сформировала шар тьмы и направила его во вход лабиринта. Первые пару поворотов он прошел более-менее сносно, послушно следуя моему мысленному толчку. Потом начал бесцельно кружить, завис и растаял как дым, разрушив стенку. Зато свободных ходов прибавилось! Я стиснула зубы, попробовала снова. На этот раз тьма пронеслась дальше, но на развилке свернула не туда, уперлась в тупик, зашипела и испарилась вместе с ним. Третий раз… четвертый… Пот стекал по вискам, спина ныла от напряжения. Час. Второй. К третьему часу тренировки моя тьма вела себя как долудохлая мышь: то ползла еле-еле, то застревала в самых нелепых местах. Ни разу она не добралась до центра!

Гнев, знакомый и жгучий, поднялся из глубины нутра. На себя, на лабиринт, на Эйдана с его невозмутимостью, на эту проклятую магию, которая не слушалась! Сгусток в лабиринте разросся вмиг. Целая волна черной энергии рванула вперед со свистом, сметая хлипкие деревянные стенки. Бабах!.. Щепки полетели во все стороны, но ударились о темный, мерцающий купол – щит Эйдана. Деревянная пыль осела внутри – на то, что осталось от лабиринта. А осталось от него, прямо скажем, немного…

Тяжело дыша и глядя на груду щепок под защитным куполом, я пробормотала:

– Ой…

Щит растаял. Эйдан подошел к «руинам», ткнул носком сапога в обломок.

– Сыр сегодня больше не пострадал, – констатировал он. – А про сам лабиринт мы договаривались? Не помню такого пункта.

– Это вышло случайно…

– Не страшно. У нас этих лабиринтов целый склад.

– Ах, так их уничтожение входит в программу обучения? А в чем смысл?..

– В том, что магию надо уметь направлять и контролировать, – пояснил Эйдан, – а так веселее учиться это делать.

– Ну… да, – не сдержала я улыбки, – взорвать эту штуку было довольно весело.

– Отдыхай, – подмигнул он. – Развлечений должно быть в меру.

Отдыхать я пошла после обеда – на прогулке с Эрис в саду. Она щебетала о своих растениях, но я чувствовала, что ее что-то гложет. В итоге она не выдержала и спросила:

– Ну как он? Твой новый наставник? Страшный? Опасный? Говорят, он делал ужасные вещи!

– Нормальный, – я прикусила язык, чтобы не добавить «симпатичный», – умный и с творческим подходом к обучению. Ничего сомнительного я в нем не вижу.

– Но он чем-то очень разозлил Иридона Скальвари! – воскликнула Эрис. – Который вообще-то спокойный, как скала. Если уж он вышел из себя, должно быть, Эйдан натворил что-то совсем жуткое!

– Не знаю, – честно ответила я. – Он сказал, что просто позволил себе «лишнее» по их мнению.

– О, кстати! Скоро же день преклонения. Через неделю! – внезапно сменила она тему. – Большой праздник почитания предков! Важный для драконов. И в этот раз главные торжества, ну, знаешь, священный ритуал и пир после, будут в замке Скальвари. Туда съедутся все драконьи рода! И ты, конечно, поедешь с нами, как новая леди Веларион.

Ледяная волна прокатилась по спине. Замок Скальвари, в котором соберутся все драконы! Включая того, кто пытался меня убить…

– Я впервые слышу об этом, – проговорила я в панике. – Вряд ли Ксалор меня возьмет.

Так подставляться – огромный риск. Эрис несогласно покачала головой и вновь начала рассказывать о своих редких цветках.

Вечер я проводила в своих покоях, безуспешно пытаясь сосредоточиться на одной из магических схем из библиотеки. Мысли путались: Эйдан, лабиринт, праздник, Скальвари, таинственный враг… В голове стоял гул. Внезапно в дверь настойчиво постучали. Так громко, что я вздрогнула.

– Войдите! – крикнула я, откладывая конспект.

Дверь открылась, и на пороге возник Ксалор. Он вошел, огляделся и произнес с легкой усмешкой:

– Вот. Видишь? Так надо стучать. Чтобы было слышно.

Я покраснела, вспомнив вчерашний вечер. Дракон, кажется, это заметил, потому что его усмешка стала шире. Но тут его взгляд упал на стол, где рядом с магическими фолиантами лежала та самая книжка – «Магия для самых маленьких».

– Откуда это у тебя? – Ксалор подошел и взял ее, его брови поползли вверх. – А главное – зачем?

Я не удержалась от колкости:

– Решила приобщиться к твоему творчеству.

Он нахмурился, не понимая. Я открыла книгу на последней странице, где был дорисован дракончик.

– Это же твоих рук дело, да? Признавайся.

Ксалор замер. Смотрел на рисунок. И вдруг на его обычно непроницаемом лице появилось что-то похожее на неловкость. Он откашлялся.

– Моих. – Не стал отрицать. – Был совсем маленьким. Решил, что в этой книжке не хватает драконов. Исправил.

Неожиданное тепло разлилось у меня в груди. Этот момент – его смущение, это детское воспоминание, этот корявый дракончик – был таким… человечным. И невероятно славным. Мы стояли рядом, глядя на книжку, и напряженная атмосфера таяла.

– Какое хулиганство, – сказала я с улыбкой. – Пожалуй, вырежу эту страницу и повешу в рамочку. На память.

В золотистых глазах Ксалора блеснул огонек – не едкий, а игривый.

– Ловлю на слове. – Он положил книжку обратно на стол, и его лицо опять стало серьезным. – Я пришел рассказать тебе о дне преклонения. Через неделю мы едем в замок Скальвари. На главные торжества.

Теплое чувство мгновенно испарилось, сменившись ледяной тревой.

– Ты что, решил избавиться от меня?.. Тайный враг не найден, твое расследование пока никуда не сдвинулось. А там будут все драконы, включая того, кто так жаждет меня прикончить.

– Вот именно. Это идеальный шанс продвинуться в расследовании.

– Шанс сделать из меня подсадную утку?!

– Предложение смелое, – мрачно усмехнулся Ксалор, – но у меня есть план получше.

## Глава 11


Слова Ксалора о каком-то «плане получше» повисли в воздухе, оставив меня в полном недоумении. Что он мог придумать? Подсыпать всем драконам зелье правды перед ритуалом? Установить ментальные ловушки? Моя фантазия рисовала абсурдные картины, пока он сам не прервал поток догадок:

– Ритуал преклонения – это не просто церемония. Это мощный поток коллективных чар, направленных на кристаллы с отпечатками аур наших предков. В этот момент энергия каждого дракона резонирует с родственной. Проявляется особенно ярко и чисто. Я вплету в общий поток свою магию. И через нее, через это резонансное поле – определю, чья именно ментальная магия касалась тебя. Чьи чары пытались сбить тебя с обрыва, заставить убить меня. Следа в твоем сознании после атаки на свадьбе не осталось, но оно «вспомнит» эту энергию.