# Телохранитель для строптивой

Юлия Оайдер

«Телохранитель для строптивой» – это яркий и динамичный роман, который рассказывает не только о гонках, напряженных и опасных, но и о судьбах людей, таких разных и многогранных. Можно ли отстоять свои интересы перед семьей, на гоночном треке и остаться собой?

Стася – бунтарка и дочь влиятельного отца, у которой из верных друзей только овчарка Дебби. Чтобы осуществить мечту и проявить себя на гоночном треке, девушка приезжает из Германии в Россию.

Стремясь контролировать дочь, отец нанимает ей телохранителя – молодого парня с прозвищем «Сэм».

Стасе не по душе постоянная опека, а Сэм впервые испытывает к подзащитной настолько сильное влечение. С момента знакомства их жизнь кардинально меняется. Смогут ли они устоять перед скоростью собственных чувств?

© Оайдер Ю., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

## От автора

Дорогие читатели!

Перед тем как погрузиться в эту захватывающую историю любви, я бы хотела, чтобы вы узнали несколько важных моментов о придуманной мной вселенной.

1. Мир, описанный в моих книгах, – альтернативный и копия нашего, находится на том же уровне прогресса, что и мы с вами.

2. Города – вымышлены и намеренно не имеют названий, а страны носят обобщенный характер. Вы можете представить, что сюжет истории происходит именно в вашем городе и именно на ваших глазах.

3. Мотогонки в моих книгах вдохновлены шоссейно-кольцевыми гонками, например MotoGP.

4. В моей вселенной «Байкеры» и «Гонщики» – враждующие классы мотолюбителей, живущие стереотипами. Гонщики для Байкеров богатые избалованные мажоры, а Байкеры для Гонщиков – наркоманы, пьяницы и дебоширы без будущего.

5. На гоночном треке имеется устоявшаяся традиция: у каждого гонщика должна быть удача. Удача – это (для парня) девушка, которая подарит ему поцелуй перед гонкой и будет болеть за него на трибунах. Гонщики – суеверные люди и порой перебирают много таких «удач».

6. Любые совпадения с реальными лицами и местами случайны.

Вот и все. В путь, друзья!

## Плейлист

В этой книге к каждой главе прикреплен сопутствующий саундтрек, чтобы создать вам подходящее настроение.

## Глава 1. Планы на лето

Германия, конец мая

Саундтрек: UNSECRET – Legends Are Made

Стася

– И не стыдно тебе? – со вздохом произносит женщина-полицейский и бросает на меня укоризненный взгляд. – Когда-нибудь вляпаешься так, что папа тебе уже не поможет, Бергер!

– Я ничего плохого не сделала! – огрызаюсь я.

Ну разве что совсем чуть-чуть… Сбежала с выпускного на нелегальные мотогонки и попалась. С кем не бывает? Со мной вот бывает, причем по несколько раз за год.

– Нелегальные мотогонки – это ничего плохого? – приподнимает брови офицер. – Летом ведь вообще житья не дашь ни нам, ни родителям…

– Не переживайте, летом я буду гонять в России на треке, докучать не буду, – чуть улыбнувшись, отвечаю я.

После выпускного папа обещал мне последнее свободное лето, чтобы попробоваться в серьезные соревнования у своего дяди на треке. Надеюсь, его обещание после сегодняшнего до сих пор в силе.

– Уже стыдно отцу твоему звонить, – вздыхает женщина и набирает номер.

Что ж, меня снова ждет серьезный разговор.

– Кирилл Бергер? Это офицер Бланк. Анастасия Бергер ваша дочь? – Женщина кивает, получая ответ от папы. – Ваша дочь была задержана за городом на несанкционированных мотогонках. Просьба внести залог за Анастасию и ее мотоцикл и приехать в отделение.

Получив ответ от папы, офицер кладет трубку. Снова одаривает меня взглядом с укоризной, как будто это что-то изменит.

– В следующий раз посажу в клетку как всех, ясно? И наручники повешу! – запугивает она меня.

Киваю, а что еще остается? Сейчас приедут родители, будут краснеть и извиняться… В участке на них уже смотрят с пониманием, хотя изначально от полицейских исходила некая агрессия. Как так, у такого человека, как мой отец, со статусом владельца крупной мировой компании и при деньгах, выросла оторва! В первый раз я помню, что вообще в нос хреновым воспитанием тыкали и угрожали службой опеки… Тут с этим не забалуешь. Спасибо офицеру Бланк, она хорошая, у нее тоже сын подросток и творит несусветную дичь, я с ним знакома.

Когда приезжают родители и забирают меня, я молча сажусь в машину на заднее сиденье. Папа, как всегда, не будет разговаривать в машине, а только дома. Удивлена, что приехал он за рулем лично, а не вызывал водителя и охрану.

– Стася, а где платье? – поворачивается ко мне мама и пытается наладить контакты. – Ты же на выпускной уходила в платье…

– В школьном шкафчике, – отвечаю я.

– Почему ты одна? Где твой парень? – продолжает мама.

– Он не мой парень, – фыркаю я. – Попросила одноклассника прийти, чтобы не быть в ваших глазах одной, разыграть сценку. И чтобы вы не догадались, куда я поеду на самом деле.

– Ты не была на выпускном?! – ошарашенно спрашивает мама.

– Только переоделась и поехала на гонки.

– А охрана, водитель?!

– Я сбежала через черный ход, а байк еще вчера оставила на парковке…

Бросаю короткий взгляд в зеркало заднего вида и смотрю на отца – наши взгляды встречаются, и я понимаю, что его терпение вот-вот лопнет. Я не совсем дура, мне реально стыдно. Но я просто не могу устоять перед гонками!

Папа паркуется возле дома, и я выхожу из машины. Иду в дом, где меня уже встречает взволнованная овчарка. Дебби не просто моя собака, а самый настоящий четвероногий друг. Меня предавали все, кроме нее. Сажусь прямо на пол в холле, чтобы расшнуровать берцы, а Дебби тычется мне носом в лицо, словно проверяя, все ли со мной в порядке, показывает беспокойство.

Раздается щелчок замка двери – и понеслась.

– Сколько это будет продолжаться? – не выдерживает папа, но его тон, как всегда, суров и холоден. Он никогда не кричит, он добивает именно спокойствием и холодом. – Сколько можно находить себе подобные приключения, сколько можно врать?

– Пап, – встаю, прихватив берцы, подхожу к нему и останавливаюсь напротив, виновато глядя в глаза, – прости… Да, мне очень стыдно, но я не могла поступить иначе. Все эти гламурные танцульки не для меня… Честно, мне стыдно.

– Стыдно, что попалась, или стыдно, что соврала? – приподнимает брови он.

– И то и другое, – прячу улыбку я.

– Вот ничего смешного не вижу, – раздраженно произносит папа. – Тебе уже восемнадцать, ты кое-как закончила школу, тебе впору думать, чтобы поступить в университет, реализовать себя, а не шляться неизвестно с кем по байкерским тусовкам!

– Это не совсем байкерские… – начинаю было поправлять его, но осекаюсь, столкнувшись со строгим родительским взглядом.

– А какие?

– Гоночные, – бурчу под нос я.

– Гоночные, конечно, это же все меняет! Ты не просто девчонка со двора, а ты моя дочь! Моя дочь, Стася! Ты постоянно сбегаешь от охраны, врешь, рискуешь на уличных гонках, – говорит папа и загибает пальцы на руке. – Ты девочка, Стася! Эти увлечения не для тебя, пойми ты уже! Гонки – это просто хобби, какое-то время мы тебе потакали, но всему есть конец, и пора образумиться!

– У гонщика нет пола, так дядя Стас говорит! – резко отвечаю я. И зря.

– А дяде, мать его, Стасу, я уши оборву! Вбил тебе в голову невесть что! – огрызается папа. – Не нужно было вообще тебя на лето в Россию возить в детстве! Это все его придурь!

Дядя Стас – младший брат моего папы, но родные они только по отцу – Юрию Авдееву. Когда-то давно он встречался с матерью моего папы и она забеременела, Юрий не принял ответственность и прогнал ее. Будучи беременной, она по работе улетела в Германию и там вышла замуж за крупного немецкого бизнесмена Виктора Бергера. Из-за того, что у него не могло быть своих детей, он принял ребенка. Пока новоиспеченная семья моего папы обживалась в Германии, у Юрия в России родился сын от другой женщины – Станислав Авдеев. Виктор же дал папе свою фамилию, и теперь мой папа, как наследник, управляет крупной компанией на мировом рынке.

Два брата долго не знали о существовании друг друга, пока роковой рабочий случай их не столкнул и правда не всплыла. У них обоих к тому моменту никого не осталось, а от семьи не отказываются, как это сделал Юрий Авдеев, поэтому братья наладили отношения, хоть и все равно часто конфликтуют. Ну просто папа и дядя Стас очень разные! От отца веет холодным спокойствием, строгостью, начальственностью, а от дяди Стаса безмятежностью и весельем. Это он рассказал мне о гонках, открыл для меня этот мир, подарил мне первый мотоцикл и научил кататься.

Дядя Стас содержит в России мотогоночный трек, который много лет назад построил сам и вывел на мировую арену. Теперь чемпионы, лучшие гонщики с его трека, могут попасть в серьезные команды и соревнования.

– Все равно же летом я поеду в Россию и буду пробоваться в команду, – бурчу себе под нос я и ставлю берцы в шкаф.

– Кто б тебя туда пустил! – огрызается папа.

– Может быть, мы поговорим утром? – с надеждой в голосе предлагает мама и осторожно кладет руку папе на плечо. – Мальчики спят наверху, сейчас мы все устали и нам нужно выспаться… Ночь была сложной для всех.

Папа кивает и, неоднозначно махнув рукой, оставляет меня с мамой.

– Иди спать, дорогая, – вздыхает мама и, приобняв меня, целует в щеку. – Всё решим завтра.

Поднимаюсь к себе и долго пытаюсь уснуть, но мысли попросту не дают мне покоя. Да еще и желудок начинает урчать, намекая на последний прием пищи в районе обеда.

– Пошли перехватим чего-нибудь, – говорю я лежащей в ногах Дебби, и она сразу вскакивает и бежит к двери.

Когда прохожу мимо спальни родителей, слышу их голоса и непроизвольно останавливаюсь, прислушиваюсь к их разговорам.

– У нее сложный характер. Это было сразу понятно, – говорит мама.

– Ага… «Поеду в Россию на отбор в команду». Тьфу! Понять не могу, господи, в кого она такая, почему ее тянет на подобные увлечения?! – возмущается папа.

– Шутишь? – хихикает мама.

– Нет, я серьезен как никогда. Откуда в ней эта строптивость, жажда делать все на свой лад, бунтарство это…

– Гены, Кир, – вздыхает мама. – Она и Стас сразу имели незримую связь, Настя с трех лет смотрит гонки, коллекционирует миниатюры мотоциклов, знает гонщиков по именам… Это однозначно гены.

– Это ошибка в воспитании, а не гены. Она уже не первый раз заикается про Россию и гонки, просто сейчас это встало очень остро. Может быть, мы слишком много ей позволили? – В голосе папы слышится горечь.

– Нет, дело не в этом, а в характере и складе ума, – говорит мама. – Он твой брат, он всю жизнь болел гонками, как ни крути, тут может быть незримое влияние.

– Она видит Стаса два раза в год, не чаще, откуда тут влияние, черт возьми?! – раздосадованно спрашивает папа.

– Я уже сказала, что это гены, – хихикает мама. – Ты правда запретишь ей попробовать себя в настоящих гонках в этом году?

Замираю, боюсь даже вздохнуть, чтобы не пропустить ответ папы.

– А ты хочешь, чтобы запретил?

– Нет, это разобьет ей сердце… И ты обещал.

– И убьет доверие к нам окончательно, – со вздохом произносит папа. – Я не хочу, чтобы она во всем этом варилась. Как же все сложно, Мира… Поехать с ней мы не можем, у Стаса своя семья, он не откажет, но им будет в тягость уследить за ней, с каждым годом это все сложнее… Вряд ли в России найдется такая офицер Бланк, которой можно доверять.

– Отправим кого-то из твоей охраны? – воодушевленно спрашивает мама.

Закатываю глаза, просто потому что сбежать от их охраны для меня не составляет труда.

– Моя охрана попросту не знает Россию так хорошо, как бы этого хотелось. Но есть у меня один круг доверия, я утром узнаю детали, может, и срастется, – говорит папа. – Черт… Даже если я попытаюсь ей что-то запретить, она ткнет меня носом в то, что ей восемнадцать и она сама с усами… Не знаешь, чья это черта, а, приверженец генетики?

– Да-да, – смеется мама. – Я просто хочу попросить, чтобы вы завтра не ругались… У нее другой взгляд на мир, и с этим придется смириться. Пожалуйста, не ругайтесь… Найдите компромисс.

– Я постараюсь…

«Я тоже постараюсь», – мысленно отвечаю я маме, приложившей немало стараний, чтобы погасить огонь отца.

Утром до сих пор ощущается нервное напряжение. Оно буквально грузом давит на мозги.

– Всем доброе утро, – улыбаюсь я, спустившись к завтраку.

– Доброе утро. – Мама ставит передо мной тарелку с омлетом и целует в макушку. – Как спалось?

– Нормально, – пожимаю плечами я и поднимаю взгляд на папу. – Ну что… Будем выяснять отношения и ругаться, как в вашей семье затесалась такая белая ворона, как я?

– Мы не будем ругаться, мы просто хотим поговорить, – отвечает папа. Он уже в костюме и готов к работе. – О твоих увлечениях и дальнейших перспективах.

– С увлечениями все просто: на это лето я лечу в Россию и уже заказала себе и Дебби билет, – уверенно заявляю я. – Ты же обещал.

– Значит, отменяй билеты, – строго говорит папа, отпивая из чашки кофе.

Что-что?

– Я полечу, папа, – спокойно и так же холодно, как и он, произношу я. – Во-первых, ты обещал, во‐вторых, я хочу в гонки. А еще я уже договорилась с дядей Стасом, он поможет мне с перевозкой мотоцикла.

– Отменяй билеты, Настя, – повторяет папа, и тут я не выдерживаю и вскакиваю на ноги.

Внутри все горит, хочется так много всего сказать, но сформулировать мысли не могу ни на одном из подвластных мне языков. Папа молча поднимает на меня взгляд, затем переводит его на маму, и она, кивнув, направляется к лестнице.

– Я пойду потороплю мальчиков, а то еда остынет, – говорит она.

– Сядь, Настя, и давай поговорим как взрослые люди. Обговорим детали и условия, – поясняет папа.

– Что за детали? – спрашиваю я и медленно сажусь на стул.

– Ты отменяешь билеты, и я лично на своем самолете провожаю тебя в Россию. Сдаю с рук на руки Стасу, – начинает папа. – Через знакомого я уже нашел тебе охранника, он будет возить тебя, следить за твоими передвижениями и ежедневно передавать отчет мне. Я должен быть уверен в том, что ты в безопасности.

– А дядя Стас не в состоянии мне предоставить безопасность, по-твоему? – спрашиваю я с ехидцей.

– У дяди Стаса есть своя семья, он не может следить за тобой двадцать четыре на семь. Вопрос приоритетов, сама понимаешь, – говорит папа. – Согласна?

– Если нет, то ты заставишь меня остаться в Германии? Хотя стой, не важно, я согласна! – восклицаю я, хлопнув по столу ладонью. – Что еще?

– Как только заканчивается отбор в команду и если ты не проходишь, то возвращаешься и поступаешь в колледж, университет или куда твоя душа тебя поведет вне гонок, – завершает зачитывать условия папа.

– Я пройду в команду, – гордо вздергиваю подбородок я. – Что будет тогда?

– Если захочешь, вернешься домой, если захочешь попробовать себя в высших гонках – у тебя год, чтобы определиться, или на сколько там контракт заключают? – хмурится он.

– Год минимум, – киваю я.

– Договорились? – спрашивает папа, сверля меня взглядом.

– Договорились, – отвечаю я и не могу скрыть довольной улыбки.

Сбегать от охраны – это мой профиль. Так что если папе кажется, что все под контролем, то пусть так и будет.

– Кир, а человек хороший? – вдруг спрашивает мама, которая, оказывается, все это время стояла в дверях у меня за спиной. – Ему точно можно доверять?

– Доверие – вообще штука хрупкая, но наш со Стасом знакомый, который держит агентство по личной охране, имеет очень хорошую репутацию и рекомендовал именно этого сотрудника. Не пацан, но молодой, чтоб не развалился, случись какая-то нестандартная ситуация. Меня заверили, что у него большой опыт подобной работы, – говорит папа и, взяв телефон в руку, зачитывает: – Ша́ховский Семен Николаевич, двадцать восемь лет, не женат. Ответственный, надежный, не рискует без повода. Всю свою практику работает преимущественно с женским полом, при этом в связях с клиентками не был замечен. Репутация чиста, как белый лист.

Папа поворачивает телефон экраном к нам с мамой, и я вижу фотографию своего будущего телохранителя на белом фоне с жуть каким серьезным выражением лица. Ну да, молодой темноволосый парень, симпатичный вроде, но обычный такой… Я бы сказала – деревенщина. Ладно, Семен Николаевич, посмотрим мы на вашу репутацию и чистоту ваших помыслов в работе с женским полом.

## Глава 2. Новый заказ

Россия, конец мая

Саундтрек: Hurts – Voices

Сэм

– Тебя можно поздравить? – киваю на сертификат в золотой рамке, стоящий на тумбочке.

Читаю надпись на английском:

«Планетарная коллекция» – автор Элла Озерова «Ozera’s»

Лучшая дизайнерская линейка года по версии ассоциации TOP-Fashion.

– Да, звание лучшей коллекции года – наше, – улыбается Элла. – А тебя можно поздравить с новым заказом?

– Если можно так сказать, – усмехаюсь я. – Мне сказали, что это кто-то знакомый, а значит, ответственность выше крыши.

– Ты же всегда подходишь к делу ответственно, так что уж кому-кому, а тебе без разницы, – говорит Элла.

Мы друзья. Даже нет, не так. Мы лучшие друзья! Я и семья Эллы Озеровой уже много лет даже после завершения контрактной работы поддерживаем теплые отношения.

Очень давно, когда Элла была двадцатилетней девчонкой, она была моим первым серьезным клиентом. Я после армии чудом попал в личную охрану и стал персональным водителем и телохранителем дочери американского бизнесмена в России. Наша с Эллой история достойна экранизации, уж через такую жуть мы с ней прошли! Не люблю хвастаться, но благодаря мне Элла сейчас здесь и живет в России с человеком, которого действительно любит, растит дочь…

Я частый гость в их доме, и ребята в курсе всего, что происходит в моей жизни. Наверное, после мамы и сестры я бы назвал их своей второй семьей.

– Роман Сергеевич сказал, что вы знаете отца моей новой подопечной, – начинаю издалека я. – Есть что сказать? Мне нужен психологический портрет, ну или что-то типа того, что намекнет мне на характер воспитания их ребенка. Уверен, в досье есть не вся информация.

– Даже не знаю, что тебе сказать… – как-то слишком расплывчато отвечает Элла.

– Кирилл Бергер, большая шишка, – выходит в комнату Алексей, муж Эллы. – Справедливый, серьезный, до задницы богатый. Знаю, что дочка у него увлекается мотогонками и едет сюда именно на соревнования. Уверен, что девочка с короной, как ни крути, а у таких влиятельных родителей частенько вырастают баловни судьбы. Будь готов, что она априори поставит себя на ступень выше, чем ты.

– Не хочу лепить бирки со стереотипами, – морщусь я.

– Согласна, – кивает Элла. – Вдруг она хорошая девочка и вы, как со мной, найдете общий язык?

– Бергер детей воспитывает как билингвов, так что язык они точно общий найдут, – фыркает Леша. – Языкового барьера не будет. Русским они владеют получше нашего.

– Ну ты же понял, что я имела в виду, – вздыхает подруга.

– Мотогонки… – задумчиво шепчу я. – Интересно. Таких у меня еще не было. Мне сказали, что я нужен только на лето, в любом случае даже если и буду мучиться, то недолго.

Озеровы как-то странно переглядываются и давятся смехом. Что-то они мне точно недоговаривают. Делаю вывод, что меня ждет мощный сюрприз.

## Глава 3. Путь к мечте

Саундтрек: Imagine Dragons – On Top of the World

Стася

Через несколько дней мы с папой уже сидим в его личном самолете. Сборы не заняли много времени, со мной все самое важное: мой байк и моя собака.

Папа работает на компьютере, решает какие-то важные вопросы по бизнесу, почесывая в задумчивости шрам на лбу. Когда он это делает – значит, он на пике своих возможностей и у него что-то не получается или бесит. Не мешаю ему, перечитываю любимую книгу, предвкушая приземление в России и свое самое главное лето.

– Интересная книга? – вдруг спрашивает папа, указывая на обложку и всматривается в название. – Елизавета Альшанская «Стивенс. Эмоциональное рабство». Господи, что ты такое читаешь, я думал, книга будет про гонки, – усмехается он.

– Не существует такой книги про гонки, которую я бы еще не прочитала, – пожимаю плечами я и провожу кончиком пальца по глянцевой обложке. – А это…

Мну в руках и без того обшарпанную за годы чтения обложку. Моя любимая книга, наверное, потому что про настоящую историю жизни и боли, доказывающая, что женщина может добиться и пережить все. Эта книга меня воодушевляет, а ее героиня – восхищает.

– Это книга-биография, написанная матерью одной талантливой девушки-дизайнера, сумевшей вырваться из-под гнета своего отца, – отвечаю я. – Мне нравится, я люблю биографические истории, особенно те, которые вдохновляют двигаться вперед. Меня поражает сила духа двадцатилетней девушки, против которой стоял буквально весь мир и даже собственный отец. Она вырвалась из этого плена, избежала навязанного замужества и нашла свое счастье. Ее коллекции одежды не уступают лучшим дизайнерам, а новые коллекции имеют «солд аут» уже через пару часов после появления…

– «Из-под гнета отца», «против нее стоял даже собственный отец…» Здесь тебе откликается какая-то параллель со мной? – приподнимает брови папа.

– Я этого не говорила, – прячу улыбку я.

– Ну замуж тебя пока никто не выдает, так что побереги красные флажочки, – улыбается уголками губ папа и снова концентрирует все внимание на работе.

– Папа, – тихо зову его я.

«Спасибо тебе за то, что ты летишь со мной и заботишься обо мне. Спасибо, что тебе не плевать на меня, мои интересы, мое будущее. Спасибо тебе за то, что ты делаешь!» – хотела сказать я, но…

Но когда он поворачивается, нужные слова благодарности будто застряли у меня в горле, и кажется, если я заставлю себя произнести их вслух, то покажу свою слабость. А я не хочу быть слабой в его глазах. Не из-за того, что я боюсь отца, нет, просто он тот, перед кем не хочется показывать слабости, а хочется быть такой же сильной, как он.

– Что, Насть? – переспрашивает он.

– Спасибо за шанс, – бросаю короткую фразу безразличным тоном я и утыкаюсь в книгу.

Чувствую, как папа сверлит меня взглядом, но молчит. Вот и правильно, пусть молчит. Не нужны нам эти телячьи нежности.

## Глава 4. Случайное знакомство

Россия, июнь

Саундтрек: Castle Heat – Ты вызываешь огонь

Сэм

– Апорт! – кричит своей собаке стройная блондинка на лужайке и бросает зеленый мячик.

Заставляю себя отвести взгляд от незнакомки и достаю смартфон, чтобы проверить время – клиент уже должен был подъехать, странно, что его еще нет, я думал, что миллиардеры пунктуальны. Особенно когда им нужно приставить к своей дочурке телохранителя на время пребывания в России. Я согласился на этот неофициальный заказ только ради денег, они сейчас очень нужны моей семье, поэтому не остается ничего, кроме как ждать и терпеть.

Раздраженно выдыхаю и, прислонившись поясницей к машине, беззастенчиво продолжаю разглядывать незнакомку на лужайке: короткий топ, открывающий обзор на плоский живот с сережкой в пупке, тонкие джинсы, настолько обтягивающие, что если положить в задний карман монетку, то будет видно – орел это или решка. Продолжаю рассматривать, изучать детали, например яркую полоску татуировки на предплечье и целую череду золотых колец в ухе.

Оп-па… Чувак, да ты впервые за долгое время на ком-то залип, зацепился взглядом!

Откровенно говоря, моя работа съедает все мое время, такова судьба для служащего личной охраны. Не жалуюсь, но хочется же вот… простого человеческого.

– Апорт! – вновь слышу крик незнакомки, и зеленый мячик отправляется в полет. За ним тотчас мчится черно-рыжая немецкая овчарка и, поймав его, покорно приносит хозяйке в руки.

Снова смотрю на нее и не могу оторвать взгляда. Черт, тут и правда есть на что посмотреть, ведь она охренеть какая красивая, причем явно не трепетная лань. Все решает взгляд этой красотки… Эдакая строптивая лиса, знающая себе цену, с гордо поднятым подбородком и модельной осанкой.

– Апорт! – снова кричит она и кидает мячик.

В этот раз шерстяное чудовище не успевает его поймать, и теннисный мяч, пару раз отскочив от земли, откатывается к моим ногам. Поднимаю его и отряхиваю от пыли.

– Извините, – смеясь, подбегает ко мне девушка, – игрушку вернете? – кивает на мячик в моих руках.

Красивый голос, звонкий и завораживающий своим тембром.

– Конечно, – улыбаюсь и возвращаю ей игрушку.

Она осматривает меня с головы до ног, затем бросает взгляд на мою машину, чему-то мысленно усмехается, в то время как я не могу отвести глаз от ее пухлых губ. Черт возьми, слишком хороша и слишком идеальна, чтобы быть правдой!

Продолжаю «пускать слюни», как пубертатный подросток, пока мяч ее собаки снова не отскакивает в мою сторону. Девушка медленно и грациозно направляется ко мне, мило улыбается, глядя мне в лицо.

Это ли не судьба, а?

– Как насчет веселого вечера в клубе с обворожительным незнакомцем? – сдерживая ухмылку, спрашиваю я и протягиваю ей мяч.

– Я не знакомлюсь в парках, – тактично улыбнувшись, отвечает она.

– Я тоже раньше не знакомился, видите, уже что-то общее. Да и мяч вашей собаки уже второй раз прилетает к моим ногам, – смотрю прямо в глаза. – Разве это не знак Вселенной?

– Может, и знак, – улыбается прекрасная незнакомка, стреляя в меня хитрым взглядом из-под длиннющих ресниц.

Забирает из рук теннисный мячик, разворачивается и бросает его собаке. Пока овчарка убегает за «апортом», девушка подходит ближе. Чувствую аромат ванили, исходящий от нее, и непроизвольно сглатываю слюну.

Ох, сейчас встречусь с клиентом, обговорю детали охраны, и хоть трава не расти! Как там в песне? Увезу, заберу, украду…

– Меня Стася зовут, – говорит она, поправляя волосы. – Стася Бергер. – Склоняет голову набок, с ехидцей во взгляде ожидая моей реакции.

Вашу мамашу, а…

Я не могу ошибаться, заказ на охрану дочери мне поступил от некого Бергера Кирилла Викторовича. Черт! Не похожа она на дочку миллиардера с фотографии в личном досье, да и в целом: где дорогой шмот, брюлики, макияж?

Так… А где ж папочка ее сам, а? Она что, одна тут?! Мужик же должен был приехать, обрисовать границы, сдать с рук на руки, все по классике…

– Анастасия Кирилловна Бергер? – на всякий случай уточняю я.

– Она самая, – кивает Стася и подзывает собаку.

Вот тебе и знак Вселенной… Вонючий случай называется.

Что ж, Семен Николаевич, всякое бывает, кто же знал? Замяли и забыли. Работа есть работа, так ведь?

– Ша́ховский Семен Николаевич, да? – обращается ко мне девушка.

– Ша́ховский, – поправляю я.

– Хорошо, я попытаюсь запомнить, – улыбается она. – Папа с дядей уже подъехали, – указывает мне за спину Стася.

Поворачиваюсь и замечаю черный кроссовер, паркующийся прямо за моим автомобилем. Из салона появляются два взрослых мужика, чем-то отдаленно похожих друг на друга, если не ошибаюсь – они и правда родственники. То ли братья, то ли еще что-то, я не особо вникал.

– Добрый день, – выпрямляюсь и приветствую я, когда они подходят ближе.

– Добрый, – сдержанно улыбается тот, у которого на лбу красуется глубокий белый шрам. – Семен Николаевич от агентства Васильева Романа Сергеевича, верно?

– Да. Готов приступить к своим обязанностям. – Боковым зрением замечаю, как Стася радостно обнимает второго мужчину, что-то очень эмоционально начинает рассказывать и показывать в телефоне.

– Приятно познакомиться, Кирилл Викторович Бергер. – Ага, ясно, вот он, папочка. – Здесь номера телефонов, основные моменты, которые вам стоит знать и которые могли не успеть передать, – протягивает он мне тонкую черную папку и с подозрением осматривает с головы до ног. – Напомните, какой у вас стаж?

– В агентстве у Васильева Романа около шести лет. С заказами сейчас туго, так что я готов на любые условия. До этого работал в частной охране, прыгал от клиента к клиенту. Могу предоставить рекомендации и результаты всех возможных проверок, если вам необходимо удостовериться в моем профессионализме, – отвечаю я уже заученную годами фразу.

Ну что поделать, выглядеть молодо в данной профессии не всегда плюс.

– Если будет необходимость, я запрошу документы у Васильева, – хмурится Бергер и бросает короткий взгляд в сторону дочери. – Девочка сложная, имеет привычку сбегать от охраны, так что прошу быть очень внимательным. Мой брат, Станислав, ответит на любые интересующие вопросы и поможет, но если происходит что-то из ряда вон, вы сообщаете непосредственно мне. Это понятно?

– Понятно, – киваю я. – Есть еще какие-то дополнительные инструкции?

Бергер только было открыл рот, чтобы ответить, но его перебивает Станислав:

– Ничего сложного, все стандартно: таскаешься за Стасей, следишь за безопасностью, бла-бла-бла… Держишь руки при себе и причиндалы в штанах.

Мужик откровенно угорает. Не такой этот Станислав суровый на вид, и это радует.

– Проблем не будет, – чуть улыбаюсь я.

– Да, не будет, – саркастично фыркает Стася. – Он клеил меня за пять минут до твоего приезда, между прочим.

Смотрит прямо мне в глаза с таким плохо скрываемым ехидством, что приходится стиснуть зубы, лишь бы не огрызнуться в ответ.

– Это правда? – мрачнеет пуще прежнего Кирилл Викторович.

Вот ведь дрянная девчонка! Работы меня лишить хочет?

Ответить мне не дают. Наверное, я просто очень долго формулирую предложение, тем самым выдавая слабину.

– Семен Николаевич, при всем уважении, мне не нужны проблемы, – выпрямляется и вздергивает подбородок Бергер. Несмотря на минимальную разницу в росте между нами, ему удается посмотреть на меня свысока.

Ну, как на дерьмо, не иначе.

– Проблем не будет, я умею разделять личное и рабочее, – уверенно отвечаю я. – Объект неприкасаем, я отвечаю за его безопасность собственной шкурой, все остальное не имеет значения. А данное мелкое недоразумение, – бросаю взгляд на эту хитрую лису и специально делаю акцент на слове «мелкое», – произошло просто потому, что я ее не узнал. Я работал со множеством молодых девушек, и ни одна из них не подверглась с моей стороны каким-нибудь сексуальным нападкам. Будьте уверены, ваша дочь в безопасности.

– А может, все же обойдемся без него? – миленько улыбается отцу Стася. – Разве ты не доверяешь собственному брату?

– Ему я, может, и доверяю. Тебе вот не очень.

Мужчина сверлит меня взглядом, и я даже на секунду задумываюсь – а не мне ли адресована последняя фраза? С одной стороны, плевал я на них: откажут, я просто пожму плечами. А вот с другой, более циничной стороны, заказ прошел вне конторы, цена тройная, а мне сейчас очень нужны деньги… Очень-очень.

– Если я вас не устраиваю, могу дать контакт еще одного очень компетентного человека из агентства, – сохраняя невозмутимый вид, говорю я. – Он использует методы, с которыми стараюсь не работать я: GPS-мониторинг, регулярный получасовой прозвон, прослушка, минимум дружелюбия, исключительно работа по инструкции без отступлений, в общем – ежовые рукавицы. У него не забалуешь.

На лице Стаси появляется тень страха – тотальный контроль ей точно не нужен, это чувствуется.

– Роман бы не стал рекомендовать хренового сотрудника, – пытается смягчить ситуацию Станислав. – Да и ты как будто дочь свою не знаешь, она фиг кого к себе подпустит. На крайний случай сдаст с потрохами за любой косой взгляд в зону декольте и потом посмеется, – улыбается он.

Хороший мужик, если не турнут – скажу ему спасибо.

– Да, ты прав, – соглашается Бергер, и я слышу облегченный выдох своей будущей подзащитной. – Если что-то будет не так… – смотрит на меня Кирилл Викторович, выдерживая поистине театральную паузу, как бы давая мне простор для фантазии. – Я должен быть в курсе, ясно?

– Так точно, – киваю я.

– Сейчас едете за нами, мы покажем адреса, ну и… познакомитесь по дороге, что ли, – отмахивается Бергер и направляется к машине.

Переглядываюсь со Стасей: налицо явное недовольство, но она терпит, прячет свои колючки под фальшивой маской доброты ангельской.

Красивая, но такая дрянь, оказывается…

Подхожу к машине и открываю Стасе заднюю дверь. Она же, стрельнув в меня хитрыми карими глазами, игнорирует мой жест. Обходит автомобиль и открывает переднюю пассажирскую, куда моментально заныривает ее собака, нагло расположившись на сиденье рядом с водительским. После чего Стася сама открывает себе противоположную пассажирскую дверь и залезает назад.

«Коза!» – мысленно выругиваюсь я, громко захлопывая открытую для нее дверь.

– Неловко вышло, да? – улыбается она, сидя на заднем сиденье, пока я выруливаю следом за кроссовером ее отца. – Вот к чему приводит неосведомленность и неопытность… – показушно вздыхает Стася.

– Не принимай мою молодость за неопытность, – отвечаю я.

Стараюсь сдержать в себе весь поток язвительности, да и грубить уж точно не хочется, а то она снова сдаст папаше.

– А ты не принимай мою вежливость за флирт, – мило мурлычет Стася.

Бросаю взгляд в зеркало заднего вида и сталкиваюсь с ее хитрым прищуром. Зараза маленькая.

– Как к тебе можно обращаться, на «ты» перейдем? Кстати, напомни, сколько тебе лет? – перевожу тему я.

Обычно я как-то стараюсь наладить контакт с клиентом, заручиться его доверием и узнать поближе. Кто-то просто предпочитает контроль, я же сторонник доверия и дружелюбия.

– Восемнадцать, – говорит она. – У тебя все написано в папке, вся моя подноготная вплоть до заболеваний и аллергических реакций, – отвечает Стася и протягивает руку между спинками сидений, поглаживая свою псину по загривку. – И да, можно на «ты», я Стася. А ее зовут Дебби.

Собака разворачивается так, чтобы хозяйке было удобнее ее гладить, и как бы невзначай тычется мне в плечо мокрым носом.

– Очень приятно, – киваю я, проклиная тот день, когда для понтов перед клиентами решил снять с сидений защитные чехлы. Я ж теперь эту шерсть замучаюсь пылесосить… – А ей обязательно сидеть рядом со мной?

– Обязательно, – кивает Стася. – Ей так нравится больше.

– Ну раз ей нравится, это святое, – саркастично говорю я. – Меня можешь звать Семен, Сэм… как больше нравится.

– Если Сёма нравится, так можно? – Слышу в ее голосе издевку.

– Можно, – стиснув зубы, отвечаю я.

Сёма… Меня теперь так разве что только мать с сестрой называют и близкие друзья. С этой Лисицей мы точно пока не друзья.

– Могу называть Ша́ховский, – пожимает плечами Стася.

– Ша́ховский, – поправляю ее.

– Я запомню, – смеется она.

Как же…

Дальнейший путь, как ни странно, проходит в тишине. Девчонка гладит свою псину, что-то читает в телефоне – да и слава богу, спокойно подумаю хотя бы о том, какой я лох. Надо же так неосмотрительно поступить, а! Мозги, что ли, отключились… У меня даже мысли не было, что вот так просто в парке с собакой может гулять именно она!

Автомобиль Бергера останавливается во дворе элитного многоквартирного комплекса, а это значит – мы прибыли. Паркуюсь следом и выхожу из машины, прихватив с собой папку с досье. Стася снова игнорирует мои джентльменские замашки и выбирается сама, после чего выпускает собаку.

К слову, поражает преданность собаки: она беспрекословно слушается свою хозяйку, двигается точно рядом, не выбегая вперед без приказа, уж я-то знаю – мой отец был кинологом. Такое послушание не появляется из ниоткуда, а значит, Стася тратит достаточно много времени на занятия с собакой.

– Я живу на шестом, Стаська, естественно, с нами, – говорит мне Станислав и протягивает ключи. – А для тебя очень удачно сняли квартиру напротив. Чтоб всегда под рукой был, так сказать.

– Ого, – усмехаюсь я и как бы взвешиваю на ладони связку ключей, – в копейку, наверное, влетело… Или это из моей платы будет вычитаться?

– Нет, все оплачено до конца лета, – поясняет мужчина и открывает дверь подъезда. – Короче, на весь срок твоего найма.

Поднимаемся на нужный этаж на лифте, Кирилл Викторович очень странно на меня смотрит, наверное, до сих пор сомневается в моих намерениях. Ну я б тоже сомневался, будь я отцом такой вертихвостки.

Пока другая часть семьи, ожидающая гостей дома, радостно обнимает прибывших, мне предлагают осмотреть квартиру. Дело хорошее, так что именно это я и делаю.

Никогда б не подумал, что вместо задрипанной хрущевки буду проживать в охрененных апартаментах. А как назвать эту махину? Квадратов сто, не меньше: четыре комнаты, огромная кухня, балкон, гардероб… Всё уже с удобствами и техникой, причем не самого худшего качества. Мечта, твою мать! После такого и домой даже возвращаться не захочется.

## Глава 5. Разведка территории

Саундтрек: LYNX – Посмотри в глаза

Сэм

Чтобы не тратить время зря, ставлю чайник и открываю новую папку с дополнениями досье. Итак…

Бергер Анастасия Кирилловна, восемнадцать лет. Образование среднее с математическим уклоном. Интересы: мотогонки, выставки животных. Аллергические реакции на кокосовое молоко, красную рыбу и креветки. Эпипен [1] в аптечке обязателен.

Внутрь папки вложено несколько фотографий, обычных таких, школьных, как были в том моем досье. Ясное дело, что я не узнал эту Лису – здесь она совсем на себя не похожа: на фоне бело-синего фона сидит на высоком стуле, обняв руками книжки, и мило улыбается. В волосах белый цветок, а волнистые пряди прячут множественные серьги в ухе.

Снова в глаза бросаются эти пухлые губы… В природе такие вообще существуют или там уже наколото по самое не балуй?

Слышу хлопок входной двери, вырывающий меня из мира грез, и стук собачьих когтей по ламинату. Захлопываю папку, встаю и перевожу взор на дверной проем, где уже стоит Стася.

– Можно? – спрашивает Стася.

– Во-первых, ты уже зашла, – говорю я. – Во-вторых, это квартира твоего отца… Ну или дяди. Так что да, можно.

– Учту, – кивает она.

– Я нужен? – выключаю засвистевший чайник и вновь поворачиваюсь к ней.

– Да, отвези нас на гоночный трек, – спокойно говорит она.

– Нас? – хмурюсь я.

– Меня и Дебби, – разводит руки в стороны Стася, как будто я сейчас спросил неведомую глупость.

Так, хорошо, привыкаем. Собака – неотъемлемая часть ее передвижений. А я-то надеялся…

– Как скажешь, – беру ключи и направляюсь к ней. – Едем сразу или что-то еще нужно сделать?

– Нет, – качает головой Стася. – Разве что перенести веселый вечер с обворожительным незнакомцем на никогда.

Снова улыбается, снова этот хитрый взгляд – нашла слабое место, зараза. Что ж, папку дочитаю – тоже буду знать слабые места, а пока… Наслаждайся, дразни.

– Как жаль… Вечером как раз собирался пожарить креветки, заказать «филадельфию» с лососем и запить все это пина коладой. Значит, не присоединишься? – ловлю ее взгляд и невинно приподнимаю брови.

Девчонка щурится и склоняет голову набок. До нее не сразу доходит мой подкол, но как только в глазах появляется огонек понимания и даже, кажется, гнева, я обхожу ее и распахиваю дверь квартиры.

– Едем на трек – значит, на трек.

Псина сидит на переднем сиденье, снова пялится на меня всю дорогу… Взгляд такой цеплючий, неприятный, как будто в душу мне смотрит, читает как открытую книгу. Изредка поворачиваю голову в ее сторону и сталкиваюсь с изучающими меня дерзкими карими глазами. Почти как у своей хозяйки. Как там эту шерстянку зовут? Добби?

– Что она на меня так странно смотрит? – спрашиваю я у Стаси. – Как будто хочет в глотку вгрызться, чесслово.

– Как знать, – усмехается Стася, а я опасливо кошусь на псину. – Не бойся, она слишком умна и послушна. Вреда без приказа не причинит.

– Это утешает, – подмигиваю овчарке, а та как смотрела на меня невозмутимо, так и смотрит.

В нашем городе есть всего один гоночный трек – Авдеевский. На самом деле там что-то в названии а-ля Fast club, но все называют по фамилии основателя – Станислава Юрьевича Авдеева, получается, дяди моей подзащитной. Треку меньше двадцати лет, а это считается мало, но он уже служит отличной «взлетной полосой» в большой мотогоночный спорт. Гонщики попадают даже в иностранные команды, а Авдеев всячески старается создать для молодежи все условия. Несколько лет назад у Авдеева еще был развлекательный клуб для мотогонщиков, но там случились какие-то пара неурядиц и косяков, вроде бы что-то с наркотиками. Учредитель быстро все взял в свои руки и избавился от грязи.

Моя подопечная любит мотогоночный спорт и выставки животных… Ну, относительно любви к животным я уже понял, а вот гонки… Не подумал бы никогда, что такая, как Стася, замешана в этом, вот совсем не похожа на гонщика.

– Зачем мы едем на трек? – обращаюсь к Стасе и чуть поворачиваюсь, когда останавливаемся на светофоре.

– Завтра у меня пробный заезд, – пожимает плечами она.

– Так почему же мы едем сейчас? – все еще не понимаю я.

Стася закусывает губу и несколько долгих секунд о чем-то думает. Уже кажется, что она не ответит, но неожиданно задает мне встречный вопрос:

– Скажи, ты ведь служил?

– Разумеется.

– Тогда должен понимать, что любое поле боя нуждается в хорошей разведке, – говорит она.

– Интересная мысль, – усмехаюсь я. – Все настолько серьезно?

– Люди бывают жесткими, чтобы выйти в высшую лигу и обойти конкурента, – отвечает Стася. – А девушек здесь вообще не любят. Травят, – спокойным тоном продолжает она. – Поэтому я хочу посмотреть со стороны и понять, кто есть кто.

Оставшийся путь до трека проводим молча. Паркуюсь на стоянке для посетителей, и мы выходим из машины. Девушка с чувством и с толком сразу направляется к самой высокой трибуне, ее собака не отстает и занимает позицию слева от хозяйки. Мне не остается ничего, кроме как идти с правой стороны.

Долгое время просто сидим и смотрим на парней, катающихся по кругу, болтающих и смеющихся. Разговоров не слышно, мы слишком далеко от стартовой полосы и огромного ангара, но наблюдать и правда было интересно… Первые минут десять.

– Если ты уже оценила обстановку, мы можем вернуться в машину и выстроить график на завтрашний день, – обращаюсь к девушке я. – Так будет проще работать, если я буду знать все твои передвижения и планы…

– Смотри, – перебивает мою заготовленную речь Стася. – Вон тот в белом с черной полоской, видишь? Это главный хайпожор, назовем его Альфа. Парни в серо-черном – его «шестерки», это видно по поведению, скачут вокруг него, подлизываются. Он хорошо катает, но очень много показухи – он будет бороться за выход в высшую лигу и будет готов пройтись по головам, – говорит она, не сводя взгляда с парней возле старта. Вновь попадаю под ее неведомые чары и затыкаюсь, внимательно глядя ей в лицо и вслушиваясь в каждое слово. – Тот, что в черном, не сложно догадаться, главный соперник Альфы, давай назовем его Бета. У него есть свои «шестерки», и он тоже будет бороться за лигу, но в нем нет пафоса. Каждый круг пройден идеально, а финиш без эмоциональных всплесков. Он просто идет к своей цели и делает то, что умеет.

– И что же это тебе дает? – задаю очередной вопрос, который уходит в пустоту.

– Во-о-он тот чувак в красном с белым – пусть будет Бунтарь, он ни с теми, ни с другими, а значит, соблюдает нейтралитет и просто тусуется тут по фану, хотя откат был просто идеальным. – Стася запускает пальцы в гриву овчарки и начинает нервно ее поглаживать. – Рядом с ним еще один парень в белом, тоже видно, что нейтральный, с очень дорогим байком, но вот гонщик хреновый, много косяков. Просто Мажор… Мне нужно занять место среди них. Альфа и Бета меня раздавят при удобной возможности.

Смотрю на парней и вижу четкую картинку: две кучки и два парня на отшибе. Она провела очень хорошую оценку, я уверен, потому как сам не особо разбираюсь в мотоциклах и уж тем более в гонках.

Стася резко встает и попросту направляется к выходу с трека. Ни слова, блин, не сказав!

Ладно, выдыхаем… Я еще научу ее соблюдать правила.

– Тебе не страшно этим заниматься? – спрашиваю я. – Опасно же.

– А тебе? – поворачивается и хитро щурится Стася. – Тебе не страшно людей охранять? Опасно же.

– Это немного другое, – усмехаюсь я. – Я рискую ради клиента и его безопасности, а ты просто так.

– Вообще говорят, что и жить опасно, можно умереть, – улыбается Стася и открывает переднюю дверь для своей собаки. – А я просто хочу взять от этой жизни максимум.

– А как отец к этому относится?

Казалось бы, невинный вопрос, вот только девчонка мрачнеет и, сев на заднее сиденье, громко хлопает дверью. Ответ ясен – предок не в восторге.

## Глава 6. Удиви меня

Саундтрек: Aloe Blacc – Make Way

Стася

«А как отец к этому относится?»

Очень глупый вопрос. Уж кто-кто, а Семен Николаевич мог бы догадаться, что папу не очень устраивают мои увлечения, хотя бы по своему присутствию рядом со мной.

Еще с раннего детства, когда мы из Германии приезжали в Россию, больше всего меня тянуло на гоночный трек дяди Стаса. Было что-то невообразимо завораживающее и будоражащее в людях, восседающих на «железных конях» и мастерски балансирующих на грани риска для жизни и эмоционального кайфа. Тогда-то впервые и появилась мысль: «Хочу так же!»

Я изучала теорию, смотрела гонки всех возможных стилей, интересовалась мотоциклами и их механической составляющей. Первый раз села на байк в двенадцать лет, когда гостили у дяди. Он прокатил меня на минимальной скорости всего пару кругов, но впечатлений этот откат оставил массу.

Потом в шестнадцать лет сдала на простейшую мотокатегорию и выпросила на день рождения у дяди Стаса свой первый малогабаритник, радовалась до ужаса. Сразу рванула на нелегалки и загремела в участок. Выслушала нравоучительную лекцию, но свое занятие не оставила, сбегала от охраны, из дома ночью тоже сбегала, врала родителям, врала учителям в школе… Попадание в участок и нотации от предков стали почти стабильными. Порой было стыдно, но бросать свое хобби только из-за «ты же девочка» я точно не собираюсь.

Как только стукнуло восемнадцать – я рванула сдавать на права на категорию «А» и покупать свой первый настоящий серьезный байк, а не драндулет. Подружилась с мотолюбителями, продолжила участвовать в нелегальных заездах, ходить по тусовкам. После выпускного решила, что однозначно попробую себя в гонках, а лучше не просто попробую – а выйду в высшую лигу.

Собственно, когда об этом сообщила папе, ничего хорошего не получилось… Времени он мне дал до конца лета, а на срок пребывания в России у меня будет «хвост», сообщающий родителям о моих передвижениях и прочем. К охране в целом я привыкла с детства, но вот как привыкнуть к этому человеку? Ша́ховский-Ша́ховский…

Дядя Стас сегодня подбросил меня в парк и поехал за отцом, зависшим в соседнем ресторане с каким-то партнером. Я знала имя своего будущего охранника, знала, как он выглядит, даже марку его машины знала, поэтому, как только подъехала черная тачка и из нее вышел задумчивый брюнет, я поняла, что это он.

Сразу все как-то внутри напряглось, перевернулось. В момент, когда Семен Николаевич решил меня склеить, осознала, что это мой шанс от него избавиться, но вот беда: он тоже оказался крепким орешком. Сразу предложил отцу новою кандидатуру с GPS-слежкой и прочей дичью. Мне этого не нужно, уж точно не нужно… Так что придется привыкать и искать лазейки в работе с этим телохранителем.

В конце концов, я здесь для достижения своей цели, а все остальное можно и потерпеть. В том числе и его странные взгляды.

Телохранитель садится за руль и заводит двигатель, бросает на меня короткий взгляд и как-то странно хмурится.

– Извини, если обидел своим вопросом, – откашливается он.

– Не обидел, просто все очевидно, – дергаю плечом я. – Сэм, ты здесь и охраняешь меня. Собственно, понять легко, что папа не в восторге.

– Куда едем, какие планы? – после секундной заминки мастерски переводит тему Сэм.

– Посмотреть город и проводить папу, – отвечаю я, рассматривая его профиль, обрамленный лучами солнца. Радует одно – он хотя бы симпатичный и не старпер. – Знаешь здесь что-нибудь интересное?

– Я плохой экскурсовод, – улыбается Сэм.

– Не удивлена, ведь твоя работа заключается в другом, – не могу сдержать колкость. – Следить за молодыми девушками, а не смотреть по сторонам.

– Однако, – фыркает Сэм, – могу поведать кое-что удивительное о городе. Не поверишь, на работе узнал!

– Удиви меня.

Сэм бросает загадочный взгляд в зеркало заднего вида и сворачивает в сторону, противоположную от дома дяди Стаса.

– Я думала, что все самое примечательное находится в центре, – говорю я, выглядывая в окно.

– Ты же сказала удивлять, – хмыкает он.

Через двадцать минут пути по кишащей автомобилями дороге Сэм начинает говорить.

– Место, которое сейчас покажу, на самом деле очень старое, но приобрело культурную ценность совсем недавно, – говорит Сэм и съезжает в сторону какой-то рощи или, быть может, парка.

Сэм паркует автомобиль, и мы выходим. Осматриваюсь и не понимаю, что же такого особенного в обычном парке. Открываю дверь для Дебби, и верный друг, странно навострив уши, начинает к чему-то принюхиваться в воздухе. Крутится на месте и будто что-то пытается найти.

– Что такое? – обращаюсь я к собаке, не в силах трактовать ее поведение. – Что, Дебби?

На всякий случай пристегиваю поводок к ошейнику и сама оглядываюсь по сторонам: странная роща, огромная, огороженная сеткой поляна, даже скорее стадион, огромный крытый полукругом ангар – меньше гоночного, но тоже внушительных размеров.

– Что это? – обращаюсь к Сэму, наблюдающему за нашими с Дебби метаниями. – Куда ты нас привез?

– Пойдем, тебе точно понравится, – улыбается телохранитель.

Больше ни слова не говоря, Сэм направляется к массивным воротам и достает… ключи. Отпирает замок и распахивает металлическую решетчатую дверцу, пропуская нас внутрь. Дебби заметно нервничает, но не в плохом смысле, а скорее это некое возбуждение на грани радости.

– Это тренировочный стадион для собак. В общем, тут обитают полицейские кинологи, – поясняет Сэм и кивает на специальные установки и конструкции, виднеющиеся вдалеке. – Здесь тренируют лучших, которых потом отправляют работать на поиск наркотиков, взрывчатки и просто для спасения и захвата в горячих точках. А еще здесь иногда позволяют проводить выставки собак, чтобы получить прибавку к бюджету.

Дебби тянет меня в сторону, и мне приходится крепче сжать в руках поводок. Где-то на противоположной стороне мужчина тренирует свою овчарку, и моя принцесса, выпрямившись, напряженно наблюдает за этим действом.

– Ты считаешь, что этим можно удивить? – поворачиваюсь и скептически выгибаю бровь.

– Я еще даже не начал, – дергает плечом он. – Ты всегда будешь такой колючкой или мы хотя бы попробуем сотрудничать без оглядки на былые недоразумения?

Сталкиваюсь с его суровым взглядом и задумчиво кусаю нижнюю губу, придумывая ответ.

Вот неожиданность, его взгляд после этого невинного жеста моментально опускается от глаз ниже.

– Попробуем, – отвечаю я и иду следом за Сэмом вдоль ограждения.

В конце забора находится небольшой прямоугольник лужайки с лавочками, оформленный под мини-сквер. Посередине лежит огромный булыжник, исцарапанный, судя по всему, кличками собак, а прямо за ним находится огромное ветвистое дерево, выполненное из тонкой проволочной арматуры. Его ветви с завязанными на них зелеными ленточками ниспадают на булыжник, и это выглядит неимоверно красиво.

«Навеки с нами» – гласит надпись на гранитной доске, вживленной в необъятный булыжник.

– Удивил? – спрашивает Сэм, и я даже вздрагиваю, потому как слишком погрузилась в рассмотрение этого места.

– Да, немного, – киваю я и подхожу к дереву, глядя, как на ветру колышутся зеленые ленты с именами. – А откуда у тебя ключи?

Сэм обходит «дерево» и высматривает что-то среди импровизированной листвы, после чего протягивает руку и разворачивает одну из лент. Делаю шаг и отчетливо вижу имя на ткани:

«Ша́ховский Н. Н.»

«Н» – это Николай? А если мой телохранитель Семен Николаевич, значит, это может быть отец?

Не знаю насчет культурной ценности этого места, но для него оно значит гораздо больше, чем для всех прочих. Это нечто личное, оставившее в его душе глубокий отпечаток.

– Мой отец, Ша́ховский Николай Николаевич, был полицейским, кинологом, много лет назад погиб при исполнении со своей группой, – грустно улыбнувшись, говорит Сэм. – Был отправлен со своей собакой, Арманом, – он обводит пальцем на камне выцарапанное имя «Арман», – на операцию преследования и поиска распространителя наркотиков. Нужно было найти козла по следу. Все просто как белый день, такие задания не в диковинку, но судьба злая штука. Что-то может пойти не так даже тогда, когда этого не ждешь…

– Печальная история, – киваю я.

– После того как они погибли, здесь сделали вот этот закуток, облагородили. Позволили родственникам других служащих оставить имя, оставить свой след, – вздыхает Сэм и поднимает на меня взгляд. – Если ты не заметила, булыжник в виде сердца – и это как бы олицетворение единого собачьего сердца. А дерево – что-то типа «все мы связаны», переплетены, как эти ветки. А ниспадают они на камень, как бы защищая его, в тон поговорке: «Мы в ответе за тех, кого приручили». Хоть какая-то память о предке. Приятно быть хотя бы отчасти кусочком истории, – он осторожно расправляет ленту со своей фамилией и убирает руку.

– Ты не ответил на вопрос, откуда ключи? – спрашиваю я и отвлекаюсь на Дебби, которая натягивает поводок, принюхиваясь ко множеству чужих запахов со стороны ангара. – Ты здесь работал или работаешь до сих пор?

– Хотел, но не срослось, – фыркает он, разворачиваясь в сторону выхода. – Кое-кто настоял, чтобы я не связывался с «жестокой приказной системой». Я выполнил просьбу и после армии пошел в другое направление.

Интересно, кто же настоял? Хотя… не мое дело.

Несколько минут смотрю на булыжник и достаю телефон.

Даю Дебби команду сидеть возле камня и делаю пару кадров с разных ракурсов.

Место на самом деле очень красивое, но вся эта красота для меня раскрылась только после истории Сэма, после его пояснений. Получается, что все имена, высеченные на этом камне и написанные на лентах, это имена погибших полицейских и их собак. Их очень много… Слишком много, и оттого в голове появляется череда вопросов: как они погибли, что с ними было и при каких обстоятельствах?

Бросаю на Сэма короткий взгляд и мысленно усмехаюсь – нашел же рычаг воздействия, догадался, где сходятся мои интересы. Но вот если он думает, что после этого я превращусь в послушную собачку и буду отчитываться поминутно о своих планах, то он ошибается.

## Глава 7. Необдуманные провокации

Саундтрек: MARINA – Bubblegum Bitch

Стася

Еще немного помотавшись по городу после посещения кинологического парка, Сэм везет меня проводить папу. Как только он вернется в Германию, я официально буду предоставлена сама себе, и у меня есть целых три месяца лета на достижение целей.

Ну как «сама себе» – у меня есть «хвост», который будет стучать на меня папе и вставлять палки в колеса при любой удобной ситуации.

С этим нужно что-то делать. И, кажется, даже есть пара идей на фоне его нездорового внимания ко мне в парке перед официальным знакомством.

– Пожалуйста, постарайся никуда не влезть, – обнимает меня отец перед тем, как уйти на посадку. – Ты же хорошая умная девочка, Настя. Если нужна будет какая-нибудь помощь, я и мама всегда на связи в любое время дня и ночи, поняла? – приподнимает брови и всматривается в глаза. – Мы бросим все и прилетим к тебе.

– Ох, только малых не привозите, дайте хоть тут отдохнуть от братского общества! – смеюсь я. – Все будет хорошо, пап. Это мое лето, ты обещал не вмешиваться и дать мне шанс на гонки.

– Я держу свои обещания, – кивает он и в очередной раз сжимает меня в объятиях.

Машу ему рукой напоследок и возвращаюсь к машине. Мой водитель-телохранитель сидит и безотрывно смотрит на гипнотизирующую его Дебби. Она у меня собака очень умная и не нападает без причины, но никак не могу понять ее отношение непосредственно к Сэму: она глядит на него с подозрением, но ни разу не подала голос, значит, он не представляет опасности, но вызывает сомнения.

– Домой? – спрашивает Сэм, когда я занимаю место на заднем сиденье, чуть потрепав Дебби за ухом.

– Да, нужно выспаться перед важным днем, – улыбаюсь я.

Несколько минут пути проходят в тишине, напряженной и искрящейся нашим общим недовольством. Я то и дело ловлю странные взгляды Сэма, направленные на меня сквозь гладь зеркала заднего вида. Раз, два, три, десять… Ну все, мне это надоело!

Пора опробовать вариант подкупа, чтобы отделаться от балласта.

– Слушай, – облокачиваюсь на свои колени и чуть отклоняюсь вправо, чтобы лучше видеть его реакцию на лице. – Я же тебе нравлюсь, да?

Темные брови на миг приподнимаются от удивления, но Сэму удается спрятать это удивление куда подальше.

– Ты красивая девушка, – абстрактно отвечает он и нервно дергает плечом.

– Нет, я не про это, – морщусь я. – Ты же откровенно пытался меня склеить, до сих пор пожираешь глазами и реально собираешься просто делать свою работу?! Не верю и могу предложить…

– О-о, этот финт мне знаком, – улыбается Сэм, перебивая меня. – Сейчас ты попробуешь толкнуть меня на провокацию и избавиться от меня попыткой глупого подкупа. Нет, Стася, со мной это так не сработает.

– Уже были случаи? – воодушевленно спрашиваю я.

– Неоднократно.

– И чем же тебя уже пытались купить?

– Ох и фантазия у вас иногда бывает, знаешь ли… Как будто все в этом мире можно купить сексом. – Многозначительный взгляд в зеркало, и все становится ясно.

Ну, логично… Охраняет он исключительно девушек, частенько избалованных и жаждущих приключений, находящихся под строгим надзором своих состоятельных родителей, а значит, и предложить они могут много всего… Фу!

– Я точно не это имела в виду, – фыркаю я.

– А что хотела предложить ты? – Вижу на его лице наглую ухмылку.

– Ты оставляешь меня в покое, врем на пару папе, что ты за мной следишь и все под контролем, – перечисляю я. – Мы до конца лета делаем вид, что отлично сдружились и сотрудничали. Ты получаешь свои деньги, я же без лишней нервотрепки занимаюсь гонками.

– А что взамен за мою ложь? – продолжает скалиться Сэм.

– Просто веселый вечер в клубе с обворожительным незнакомцем уже не актуален? – выгибаю бровь я.

Вместо ответа Сэм начинает ржать. Просто в голосину на весь салон, из-за чего даже Дебби подгибает уши и непонимающе смотрит на меня.

– Прости, но, кажется, мы уже решили, что перенесли этот вечер на никогда, – просмеявшись, говорит он и становится непривычно серьезным. – И, между прочим, по договору я несу уголовную ответственность, если с тобой что-то случится.

– Да что со мной может случиться?! – не выдерживаю и повышаю голос я. – Папа просто привык все контролировать и не хочет понимать, что девочка выросла! Ничего со мной не случится! Это паранойя!

– Стася, твой папа очень влиятельный мужик с немереным баблом и бизнесом мирового масштаба, – вздыхает парень так устало, словно пытается объяснить младенцу устройство ДВС. – Как думаешь, есть у него враги или нет? Просто так охрану не нанимают из-за одной только паранойи. На мой счет не переживай, я не трону тебя. Личное и рабочее прекрасно разделять научен.

Наши взгляды сталкиваются, и мне будто слышится звон двух шпаг, скрестившихся на фехтовальной дорожке. Мой соперник не намерен поддаваться, но и я тоже.

## Глава 8. «Чертовка»

Саундтрек: Outskrts, Neon Feather – Let’s Do This

Стася

Утро следующего дня я встречаю с радостью, ведь сегодня я буду тестировать трассу перед гонкой. Затем будут дни для этапа, который называется «свободная тренировка», и всего их проводят четыре раза, три из которых имеют ограничение по времени. Самое главное в «свободной тренировке» – это хорошо пройти по времени проезда трассы; если мои результаты будут хуже 105 процентов от лучшего времени гонщика «свободной тренировки», меня попросту не допустят к квалификации.

Когда я пройду «свободные тренировки», в неделю старта соревнований будут два квалификационных дня, по результатам гонки на которых будут выявлять стартовые позиции гонщиков в основной гонке и в гонке на время «спринт».

Мне нужно изучить трассу, понять, как на ней лучше разгоняться, и показать хороший результат. Мой старенький байк, когда-то я назвала его «Пепел», повидал много трасс, его скорость хороша, но вчера, посмотрев на местных гонщиков, я чуточку усомнилась в своих возможностях. Может, он уже и не так хорош, как я думала…

Жить в квартире у дяди Стаса мне не впервые, у него для меня есть целая комната. Ну не совсем для меня – она гостевая, а гости у них, кроме меня, бывают редко. Его жена – тетя Лия – очень милая и добрая молодая женщина, а с их сыном Виктором я вообще в отличных отношениях, он буквально рос на моих глазах, как и мои младшие братья.

Пока сейчас тетя Лия хлопочет у плиты и кормит завтраком заспанного Витю, которому каникулы в школе и дневной лагерь явно не в радость, одеваюсь и отправляюсь на выгул Дебби.

– Стася! – окликает меня дядя Стас, выходящий из ванной в махровом халате с аппликацией на спине в виде черно-белых гоночных флагов. – Семена не забудь предупредить! Кир нас обоих по головке не погладит, если что-то произойдет. Будь умничкой, ладно? – просит он.

– Я же просто выгулять Дебби, что может случиться возле дома?

– Стась, я прошу, – настаивает дядя. – Поставь парня в известность.

Приходится вздохнуть и кивнуть. Я слишком многим обязана дяде Стасу, он единственный, кто поддерживает мои гоночные начинания, поэтому перед его просьбами готова идти на уступки.

Когда прохожу мимо двери навязанного «соседа», из вредности пару раз жму на кнопку звонка, чтобы разбудить, после чего, не дожидаясь, пока он выйдет, улепетываю вниз как можно скорее.

Я предупредила? Будем считать, что предупредила.

# Примечания

1

Эпипен – одноразовый шприц с адреналином, используется при экстренной помощи во время анафилактического шока.