# Приват для препода

Рая Рок

Днём я учусь в университете. Ночью… я перевоплощаюсь в ту, кого хотят все мужчины. Раньше я никогда не танцевала приватный танец для дорогих гостей, но сегодня мне было поставлено условие. Я не могу отказаться – на кону большая сумма и уважаемый клиент. Каково моё удивление, когда в нём я узнаю своего преподавателя. Роман Дмитриевич источает что-то хищное, тёмное, он точно не тот ангел, каким предстаёт перед своими учениками. Сегодня я удостоилась чести увидеть его тёмную сторону…

## Глава 1.

Я плавно и изящно скатываюсь вниз по шесту и, выставив попку назад, приседаю на корточки. Провожу по металлической трубе языком сексуально, откидываю голову, а затем резко падаю на колени лицом к жаждущей публике, принимая довольный свист и выкрики мужиков, сидящих за маленькими круглыми столиками прямо у моих ног.

Выгибаюсь под ритмичные биты сексуальной композиции, играющей в зале. Концентрация возбуждения в светящемся светодиодной световой музыкой помещении нарастает с каждым моим движением.

Руками трогать нельзя, что мужчин явно очень расстраивает. Судя по их лицам, хмельным взглядом, они бы давно хотели соскочить со своих мест, некоторые оставить женщин, с которыми сюда пришли, и накинуться на меня как животные. Впрочем, некоторые из них ими и являются.

Чтобы порадовать клиентов, и заодно себя, ведь за восторги публики мне причитается дополнительная премия, я начинаю ползти как грациозная кошечка по небольшому выступу от сцены. Прямиком вглубь пыхтящих и брызжущих слюной толстосумов, готовых оставить любые бабки за зрелище, поднимающее их в основном потные и дряблые члены в брюках.

Но я люблю это чувство. Того, что меня хотят, смотрят с таким вожделением, восхищаются, но при этом не трогают, как какой-то дорогостоящий экспонат.

Я полностью отдаюсь танцам на коленях, прибыв на самый край отступа. Поворачиваюсь к зрителям спиной, встаю на корячки, раздвигаю ноги и провожу пальчиком между своих булочек, между которыми всего лишь клочок блестящего бикини, до самой киски. Прикусываю свои пальчики после этого, откинув голову и прикрыв глаза и снова начинаю выполнять сложные и пластичные стрип-движения. Это вызывает особенную бурю восторга в зале. Меня же ни капли не возбуждает всё это. Это лишь моя работа, которую я по-своему люблю и за которую получаю неплохие деньги. А деньги бедной студентке, ой, как нужны…

– Слава, ты моя умничка, девочка. А теперь дуй во вторую комнату, там твой приват.

Моя улыбка сразу спадает с лица.

– Но мы договаривались, что танцую я только на сцене. Никаких приватов и интима.

Лицо Михаила, управляющего этого клуба тоже сразу теряет дружелюбность. Он подходит ко мне ближе и грубо хватает за локоть.

– Ебаться тебя никто не заставляет. Просто станцуй в уединённой обстановке, этот клиент жирную сумму за тебя внёс, твои 30 процентов. Или приват, или чтобы я тебя больше не видел. Всё поняла?

Во мне поднимается злость, потому что договорённость для этого человека, видимо, ничего не значит. Но работу эту терять мне не хочется. И если Михаил говорит о жирной сумме, значит, тот клиент действительно хорошо заплатил…

– Поняла!

Вырываю руку и быстрым шагом на высоченных каблуках иду прочь. Ко второй комнате.

Перед дверью поправляю чёрную кружевную маску на своём лице, подтягиваю чашечки яркого сверкающего пайетками бюстгалтера, в котором теснится моя крепкая тройка, поправляю завязки трусиков на тазобедренных косточках, взлохмачиваю длинные пшеничного цвета волосы и протяжно выдыхаю. Только бы не урод какой-нибудь старый!

Но клиентом оказывается не урод. Это я отмечаю сразу, как захожу, на каком-то интуитивном уровне. Из-за темноты комнаты не сразу удаётся разглядеть его хорошо. Высокий внушительный силуэт привлекает, красноватый приглушённый свет из угла комнаты, где стоит кожаный диванчик, лишь совсем немного освещает пространство.

– Проходи. Я уже заждался.

Голос бархатный и немного хриплый, приятно вибрирует в горле. Я напрягаюсь от знакомого звучания.

А потом происходит движение – и мужчина садится в кресло, поставленное прямо посередине. И моё дыхание перехватывает, когда в нём я узнаю своего преподавателя из университета. Романа Дмитриевича, он преподаёт у нас историю. Брюнет с синими глазами тридцати пяти лет и всегда в безупречном дорогом костюме. И во время лекций я на него, бывает, засматриваюсь. Он всегда кажется идеальным, правильным, но я чувствовала в нём скрытую чертовщинку. И не ошиблась. Он не такой приличный, каким кажется, раз сидит здесь.

В расслабленной позе, в полурасстёгнутой белой рубашке и брюках, с аккуратно уложенными волосами и слишком трезвый. Не верю. И не знаю, что мне делать…

## Глава 2.

– Что же ты стоишь. Станцуй для меня.

Я с головы дол ног покрываюсь мурашками от его голоса и хрипотцы в нём. Помню, какой кайф я поймала, когда впервые услышала этот грудной, приятный баритон своего преподавателя. Подумала тогда ещё, что ему бы да озвучивать рекламу или фильмы. Заслушаться до смерти можно.

Беру себя в руки. Всего лишь несколько минут – и хорошая сумма у меня в руках. Только внутри, помимо трезвой расчётливости, зарождается что-то горячее и волнительное. Я ещё не танцевала приват, и не представала в таком виде перед человеком, которого в принципе знала в своей обычной жизни.

Станцуй для него, Слава. На кону работа и хорошие деньги, а ты в маске и в полумраке, он вряд ли вообще тебя узнает.

В комнате уже играет музыка, поэтому я просто начинаю двигаться, стоя на том же месте. Плавно раскачиваю бёдрами, поначалу мне даётся это не так легко, как обычно. Но потом меня поглощает музыка. А ещё поджигает словно изнутри взгляд мужчины. Он держит обе руки на своих бёдрах и внимательно смотрит на меня. Мои движения становятся интенсивней, где-то резче.

Я задираю руки вверх и откидываю голову. Разворачиваюсь к мужчине спиной и наклоняюсь к щиколотке, поставив ноги на ширине плеч. Открываю для него свою промежность, в согнутом положении я провожу ладонями по ноге вверх, а после начинаю гладить свои ягодицы.

Резко выпрямляюсь, выгибаюсь, как раз в подходящий момент гипнотической песни. Падаю на колени, обхватываю голову и делаю ей круговое движение, провожу пальцами по горлу и ключицам, словно умираю от жажды. Сквозь маску вижу, что Роману Дмитриевичу нравится это зрелище. Его тело стало похоже на скалу, а дыхание сбивается, из-за чего мужчине приходится немного распахнуть чувственные губы. Сердце колотится как сумасшедшее.

И я пытаюсь абстрагироваться от человека и этого спёртого воздуха, пропитанного сексом, электричеством и мужским парфюмом, который кружит голову.

Ни разу не теряла голову. И сейчас я делаю это потому, что хочу денег. Не испытываю удовольствия. Чистая техника и холодный расчёт.

Дальше я прохожу к шесту, который от меня в двух метрах, чуть правее. С ходу я запрыгиваю на него и, удерживаясь за прохладную трубу бёдрами, откидываюсь назад с изящным прогибом в спине. Моё сбившееся, взволнованное дыхание совсем мне не помогает, но всё равно все движения я выполняю чётко и профессионально. Подтягиваюсь вверх, обхватываю шест ладонями крепко, поднимаю попку, прижимаю её к пилону и развожу ноги по сторонам, делаю идеальный шпагат в воздухе.

Плавно стекаю вниз и ложусь спиной на пол с раздвинутыми ногами. Изящно поднимаюсь на колени, снова развожу бёдра, встряхиваю головой, перекидывая волосы на одно плечо и оборачиваюсь к мужчине, прикусив губу. Недоумённо хмурюсь, ведь он не выглядит довольным. Скорее, мрачным и раздражённым. Дыхание снова обрывается, когда звучит его хриплый и ещё более низкий голос, чем до этого.

– Покажи мне то, чего я не видел там, в зале. Заставь меня взвыть от желания, заставь меня возненавидеть ваши правила, при которых я не могу до тебя дотронуться.

Его тон, который сильно сжимает внутри меня что-то, заставляя меня течь, и я начинаю дрожать, лихорадочно обдумывая его слова. Приват бывает разным. Михаил отправил меня сюда, не дав точных указаний, не расчертив границы. Но я знаю, как именно другие девочки сводят с ума мужчин за закрытыми дверями. Очевидно, он хочет того же. Но готова ли я к такому?

Я поднимаюсь на ноги и на высоких шпильках и платформе снова становлюсь на середину, напротив него, в двух метрах от него. Растягиваю губы в соблазнительной улыбке, хотя у самой дыхание перехватывает стоять вот так близко к своему преподавателю и знать, что сейчас будет.

Музыка продолжает литься из динамиков по периметру комнаты, красно-оранжевый свет гипнотически переливается, освещая моё сверкающее лосьоном тело, созданное для соблазнения мужчин. Я вижу, как внимательно и остро он оглядывает его от шеи до коленей тёмным взглядом.

Резко я начинаю переходить к действиям. Музыка более энергичная, и я вскидываю одну руку вверх, второй провожу по ней от запястья до плеча, скольжу к декольте. Сжимаю грудь двумя руками, приподнимаю, чувственно выдохнув полными губами. Ставлю ноги шире, делаю движение головой, взмах длинными волосами, и я незаметно для мужчины расстёгиваю свой лифчик. Эффект достигнут – руки мужчины на его бёдрах стягиваются в напряжённые кулаки, его массивная твёрдая грудь под рубашкой тяжело вздымается и опускается, говоря о том, что её обладатель неравнодушен к происходящему.

Мне уже приходилось раздеваться в зале, при многих и многих. Но никогда моё сердце ещё не билось так остервенело. Мой учитель, мой преподаватель, которого мне предстоит увидеть в универе ещё не раз…

Лямки сверкающего голубого бюстгалтера медленно съезжают вниз по моим плечам, я выгляжу так, будто в этот момент чувственно стону, кусаю губы, виляю бёдрами, прогибаюсь в спине, опускаю чашечки вниз неспешно, выпуская полную возбуждённую грудь на свободу. Соски сразу начинают вызывающе, призывно торчать на вздёрнутых полушариях. Я знаю, она у меня красивая, её вид нравится мужчинам и вызывает желание потрогать, сжать, покусать, зарыться носом и втянуть ртом.

Одна мысль, что Роман Дмитриевич мог бы сделать это со мной, вызывает жгучую волну между моих ног. Сжимаю бёдра между собой сильнее, и это не остаётся незамеченным мужчиной. Его взгляд наливается откровенной темнотой, где он обещает исполнить все мои самые потаённые фантазии, но при этом я знаю о несбыточности подобного, от этого ощущаю странную ломоту. Муки и желание повысить градус, довести нас двоих до сильной дрожи, до состояния, когда ты готов умереть, отдать всё за возможность взорваться в оргазме.