Полина Ривера
Босс моего мужа

Глава 1.

Ульяна.

«Гостиница «Астория», 16.00 часов, 324 номер. Твой муж тебе изменяет. Хочешь проверить – поезжай и убедись сама».

Из конверта с тихим стуком выпадает ключ-карта. Нет, такого не может быть… Наверное, это ошибка? Нужно догнать курьера и расспросить, кому он принес эту… гадость в букете пионов. Нет, на конверте мое имя – ошибки быть не может. Выходит, и цветы не от Дениса?

А я звонить собралась и благодарить мужа за приятный сюрприз…

Цепляюсь напряженными пальцами за край стола и пытаюсь отдышаться. Успокойся, Уля… Все хорошо. Денис тебя любит. И Яночку тоже… У него много недоброжелателей, вот и все… А это… Неправда, наговор.

Невидимый ангелок, сидящий на правом плече, убеждает меня не вестись на провокацию. А вот бесенок на левом молит прислушаться…

Оглядываю просторную гостиную, словно вижу ее впервые… В воздухе витают ароматы жареной утки с апельсинами, а на деревянном столе из беленого дуба красуется белоснежная, хрустящая скатерть – ее я расстилаю по праздникам.

Таким, как сегодня…

Яночка спокойно играет на коврике возле горящего камина. За окном падает влажный, рождественский снег… На дверях мелькает новогодний венок, оплетенный красной, атласной лентой… Все же хорошо? Благополучно. Красиво. Все вокруг кричит, что жизнь удалась – дом Дениса Шувалова, двор и камин… И даже вальяжно разлегшийся на диване кот Мартин.

Вокруг, но не внутри меня – там бушует чудовищной силы протест… Сомнение множится, как вирус. Набирает обороты. Я вдруг вспоминаю, что муж все чаще ночует в кабинете… И ходит задумчивый… Уединяется с телефоном в туалете и… Много признаков, черт… Пунктиков, на которые я не обращала внимания, ссылаясь на усталость мужа и находя ему оправдания.

Что делать? Поднимаю взгляд и смотрю на часы. У меня есть время собраться… Вымыть посуду и… Ай, черт с ней! Разве это сейчас важно? Важнее того, как буду выглядеть я при встрече с потенциальной соперницей?

Наливаю в стакан воды и разглядываю конверт. Обычный, белый. Ничего особенного… А вот букет потрясающий… Шантажист здорово потратился. Словно знает, какие у меня любимые цветы…

Мир вокруг словно останавливается. Перестает существовать… Остается зудящее чувство неизвестности. Любопытства. Понимаю, что не прощу себе, если не поеду… Истерично всхлипываю и подхватываю Яну на руки. Как будто застываю в моменте… Время идет, а я до сих в прошлом. Увязла там и барахтаюсь. Вижу улыбающегося курьера-мальчишку с сумкой в руках. Протянутый конверт с моим именем. Букет, источающий восхитительный аромат – сейчас он кажется навязчивым и сладким…

– Мама, – зовет меня дочка.

Солнышко мое… Может, отыграть назад? Сделать вид, что ничего не произошло? Ради нее – нашей малышки Яны. Тем более, вечером у нас в доме соберутся все наши… Родители и друзья, коллеги…

Черт… Поздно уже. Я заражена письмом. Вернее, тем, что в нем написано. И ключ-карта от номера жжет карман.

Переодеваю Яну и на миг застываю перед зеркалом. Уставшая, с темными кругами под глазами, какая-то… задрипанная… С неопрятным пучком на макушке. И так я собралась ехать? Да пофиг… Ловлю себя на мысли, что мне все равно, что подумает соперница… Может, ее, вообще, нет? И все это глупый розыгрыш?

После рождения Яночки Денис купил мне машину. Большую и красную. Оформленную на его маму… И почему меня парит это сейчас? Когда мое собственное положение кажется таким уязвимым и… бесправным? Дом куплен до нашей свадьбы, машина по факту не принадлежит мне… Он здорово обезопасил себя, что уж говорить? Подложил соломку. Скрипучий и жалкий голосок внутри будто шепчет, что Денис не думал ни о чем плохом…

Яна ворочается в автокресле и засыпает. Салон наполняет музыка и мои сдавленные всхлипывания. Я с трудом разбираю дорогу. Мозг отказывается концентрироваться. Господи… А я ведь еще ничего не видела… Какая же дурочка.

Приглаживаю волосы – я тщательно расчесала их и заплела в косу – и паркуюсь возле здания Законодательного собрания.

Интересно, меня пустят? Или потребуют документы? Паспорт в сумочке. Там же соска Яны, влажные салфетки и подгузник.

Застегиваю пуговицы пальто и поднимаю дочку на руки. С неба падают цепкие снежинки. Они царапают лицо и тотчас тают… Ветер забирается под воротник, но я не ощущаю холода – лишь охватившую меня дрожь…

Швейцар распахивает дверь. Тепло холла окутывает колени. Деланно улыбаюсь и демонстрирую чопорной дамочке за стойкой карточку, заботливо упакованную в картонный конверт.

– Я из триста двадцать четвёртого. Добрый день. Ох, и метет же за окном, да?

– Угу.

Она непонимающе прищуривается, но за окном тихо… Не метет. Яночка даже не проснулась – так и спит, пригревшись на моей груди…

Тихонько подхожу к лифту и жму на нужный этаж.

Юркаю в объятия длинного коридора. Застываю возле двери, заслышав странные шорохи… Голос, он… Он точно принадлежит моему мужу Денису. Низкий, обволакивающий, сейчас он бьет прямо в сердце, причиняя нестерпимую боль… Она похожа на схватки. Кажется, отпускает, а потом накрывает второй, еще более мощной волной…

Приближаю ухо к двери и жду нужного момента. Они воркуют. Девица кокетливо хихикает, а Денис что-то говорит ей. Приятное до чертиков – то, что давно не говорил мне…

Стою и слушаю, вместо того, чтобы ворваться внутрь и все это прекратить. Будто пачкаюсь во всей этой грязи еще больше. Увязаю. Судорожно расстегиваю пуговицы пальто и стягиваю с шеи шарфик. Мне душно. По спине стекают липкие капли пота. Стержень во мне с хрустом сломался, но я упорно держу себя в тонусе.

Не должны они видеть меня такой… ОНА не должна. Без макияжа и прически, в простых джинсах и свитере – ладно, пускай… Но сломленной, угнетенной и раздавленной – никогда.

Мысли набегают как волны. Стряхиваю наваждение и прислушиваюсь к звукам из комнаты.

Целую дочку в лоб и осторожно прикладываю ключ к датчику. Дверь бесшумно распахивается.

Глава 2.

Ульяна.

И что теперь? Закатить скандал и уйти с высоко поднятой головой в никуда? Разве так будет правильно?

Замираю на входе и почти не дышу… Улавливаю мерное дыхание Яночки. Похоже, оно действует, как лекарство – не дает мне упасть… Скатиться в пропасть отчаяния и потерять надежду. Сейчас оно – мое дыхание… Собственного просто нет…

Номер двухкомнатный. Роскошный, с просторным холлом и большим зеркалом во всю стену. В его отражении мелькают тени… Сплетенные тела.

Какая-то невидимая сила заставляет меня остановиться. Застыть на месте и не торопиться выдавать свое присутствие…

Руки, волосы, обнаженные спины… Девушка изворачивается и седлает моего мужа. Ее темные, шелковистые пряди струятся по хрупкой, слегка изогнутой спине. Она взмахивает рукой, чтобы поправить волосы, а я замечаю татуировку на правом предплечье… Роза и меч. Господи, как же символично…

Хочется усмехнуться, но я сдерживаюсь. Продолжаю наблюдать за ее страстным танцем в зеркальном отражении.

Руки Дениса жадно гладят ее бедра, а с губ срывается стон:

– Я без ума от тебя, Надь… Только с тобой так…

– Твоя клуша тебя не балует? – хрипловато произносит она.

– Нет. Ей до тебя далеко…

Я видела все, что хотела. Убедилась, ведь так? И что теперь? Можно вцепиться в роскошную гриву Надежды и стащить ее с моего мужа. А дальше-то что? Любовь вернется? Или его отношение ко мне – надоевшей клуше, воспитывающий его дочь и содержащей огромный дом? Или в Денисе проснется совесть? И он благосклонно выделит нам с малышкой достойное содержание? Нет… Он забудет обо мне уже на следующий день.

Тихонько закрываю дверь и мчусь по коридору к выходу. Ни черта я не клуша! Я уйду от мужа. Но не с пустыми руками, вовсе нет…Сейчас мне нужно успокоиться и обдумать план. Дать себе время понять, что я хочу? Не Денис или его мама, а я…

Сердце словно через мясорубку провернули… Денис вмиг стал чужим. Не мой он. Не родной больше… Не тот, кому я доверила свою жизнь. Знаю, что еще долго буду испытывать ломку по прошлому, но…

Знаю, что справлюсь. Тем более, прошлое оказалось иллюзией…

Выскакиваю на улицу и пытаюсь отдышаться. Яночка ворочается и просыпается. Мелкие снежинки тают, коснувшись ее розовых щек. Сажусь в машину, запускаю двигатель и настраиваю температурный режим. Интересно, сколько муж заплатил за эту машину? Миллионов пять? Нет, она гораздо дороже стоит. И она не моя…

Кровь бьется в виски, а к горлу подступают жгучие слезы… Нет, только не сейчас. Не сегодня, когда в наш дом придет вся его семья и коллеги. Я ведь и о наряде не побеспокоилась. Хотела встречать гостей в обычных черных брюках и офисной блузке. Настоящая клуша, ничего не скажешь…

Яночка сосет грудь, а я глажу ее по голове и обдумываю план. До ужина еще три часа. Утка с апельсинами готова, салаты и закуски тоже… Можно заказать кое-что из ресторана, а оставшееся время потратить с пользой…

Например, купить платье.

Откровенное, с разрезом на спине. Как вам идея?

Слезы стекают по щекам скупыми, тоненькими струйками… Я потом поплачу. Обязательно. Налью себе гранатового сока в бокал и приму ванну. А в воду брошу лепестки роз…

За что он так со мной? Наверное, столь банальный вопрос задает каждая женщина, которой изменили. А я не хочу думать об этом… Не желаю знать. И сохранять брак тоже… не желаю…

Перекладываю малышку в автокресло. Она сосет соску и с интересом смотрит в окно, на пролетающие пейзажи вечернего Питера.

Ловлю себя на мысли, что ни черта не знаю, где купить приличное платье для ужина. Обычно одежду я заказываю на маркетплейсах, но сегодня – особенный случай. Останавливаюсь и судорожно ищу в интернете пароли и явки. А потом не выдерживаю и звоню подруге. Мы с Кариной редко общаемся в последнее время. У нее карьера, у меня Денис и Яна… Подгузники, каши и супы. В общем, мамские дела, не сочетающиеся с интересами молодой, успешной девушки.

– Привет, Карин. Мне срочно нужен твой совет, – тараторю в динамик.

– Ну ты даешь, Шувалова. То не звонишь месяцами, то…

– Прости… Я хочу с тобой встретиться. Вернее, приглашаю на обед или ужин в кафе, но… Кариша, давай обсудим выбор места позже. Мне срочно нужно платье. Приличное. И туфли, и…

– Заявка понятна, – деловито отвечает она. – Записывай адрес. Я уверена, что тебе понравится. Дизайнер не молодой, но очень дерзкий. И платья у нее замечательные. Отшиваются в единственном экземпляре.

– Спасибо тебе, дорогая.

– Ты хоть фотку пришли, Уль.

– Обязательно.

Забиваю адрес в навигаторе и мчусь к торговому центру. Пальто оставляю в машине, вытаскиваю из багажника легкую коляску для путешествий. Перекладываю дочурку и поднимаюсь на первый этаж.

Застываю возле витрины с красивейшими нарядами и не решаюсь войти… Видок у меня тот еще… На лице вся правда написана.

– Проходите, у нас новое поступление, – приглашает меня женщина с аккуратным каре. На ней стильные очки и брючный костюм.

– Ой… Мне как раз нужно платье.

– Для какого случая? Вернее, не так… Поставлю вопрос по-другому: какой эффект вы хотите произвести?

– Ошеломляющий, – тоненьким, жалобным голоском отвечаю я.

– Хм… Вы можете сказать как есть. Я хозяйка магазина и… психолог. Меня зовут Анна Семеновна. Знаете, что шоппинг – неплохое лекарство от душевной боли? И платье может преобразить вас до неузнаваемости – правильно подобранное, разумеется.

– Мне изменил муж. Я видела все своими глазами. У нас семейный ужин. Будут его родственники и мама… И его босс. И коллеги… Он считает меня клушей. Глупой курицей, не способной ни на что…

Мамочки, зачем я все это говорю ей? Посторонней женщине, которой надо продать платье? Какая ей разница, какое я выберу? Главное – закрыть кассу с выручкой, ведь так? Или нет…

– Тогда… Несомненно это, – спокойно, словно слышит такие истории каждый день, отвечает она. – Сдержанный, но интригующий вырез, удобная длина. И цвет вам к лицу.

– Красное? У меня никогда не было красного платья.

– Давайте вашу малышку, – с улыбкой предлагает женщина. – Бегите в примерочную и любуйтесь собой.

Не верю, что могу выглядеть… так. У меня есть платья, но такого удачного фасона и оттенка – ни одного… Талию перехватывает пояс, грудь подчеркивает запАх. И длина мне подходит – чуть ниже колена.

– Я беру его. И…

– И вот эти два тоже, – сдержанно-элегантно произносит моя волшебница, протягивая другие платья. – Они вам понадобятся. Впереди… сложное время, что бы вы ни решили.

Деньги у меня есть. Мои собственные, декретные. Я их и не трачу – пользуюсь довольствием «любимого» мужа. Вернее, выданной им карточкой. Разумеется, она принадлежит ему. Все мои траты он видит, и любой момент может ее заблокировать, оставив меня без средств к существованию… Мое неприглядное, бесправное положение видится мне без прикрас… А осознание расползается в душе как чернильное пятно. Я все поняла…

Расплачиваюсь за наряды, а на обратном пути забегаю в «Ривгош» за косметикой.

Глава 3.

Ульяна.

Анна Семеновна оказалась права – правильно подобранное платье творит чудеса. Повышает настроение и добавляет уверенности…

Яночка играет возле камина. Перебирает новые игрушки, купленные мной впридачу к нарядам, гулит и пытается ухватить за пушистый бочок Мартина.

Воздух тяжелеет от ароматов елки и камина, мандаринов и домашней еды. Еще раз оглядываю накрытый стол, коря себя за глупость – вот скажите, почему я раньше не пользовалась доставкой из ресторана? Это ведь чертовски удобно.

«Милая, приеду вместе с мамой. Заеду за ней после работы», – пишет мне Денис.

«Буду ждать», – отвечаю этому лицемеру. Видела я его работу…

Наверное, это к лучшему? Он тоже может в полной мере оценить мой внешний вид.

Дочка мне досталась спокойная и любопытная. Рассыпаю на пол бигуди и вынимаю из косметички волшебные баночки. Основа под макияж, тональный крем, тушь и тени. И фаворит моего образа – красная помада…

Волосы просто накручиваю на плойку и тщательно расчесываю.

Кручусь перед зеркалом, не замечая, что улыбаюсь… Думаешь, что провел меня, Дениска? Или забыл, что твоя жена ушла в декрет с должности штатного экономиста фабрики по переработке вторичного сырья. Если бы не беременность, директор фабрики назначил меня главным специалистом.

Расставляю на столе корзинки с хлебом, заправляю салаты маслом, замечая, как оранжевые лучи фар скользят по стенам дома. Одна машина, другая… Похоже, гости явились без опозданий.

Сердце тревожно сжимается. Это сейчас я смелая, а что будет, когда я увижу мужа? Посмотрю в глаза изменнику, коснусь его тела. Мы ведь спим в одной кровати, господи… Как терпеть ложь, зная правду? Улыбаться и обхаживать, интересоваться работой и планами? Играть. Лицемерить.

Двери распахиваются, являя взору гостей. Мама Дениса по-хозяйски проходит в прихожую, не считая нужным вытирать подошвы. А Денис…

Рядом с ним та самая Надя… Ослепительная брюнетка с татуировкой на предплечье.

– Привет, Уля. О! Выглядишь сногсшибательно, – цокает Денис, а от меня не скрывается мелькнувшая во взгляде Нади злость. Или ревность…

– Здравствуйте, – сиплю я, стараясь себя не выдать.

– Ульяна, знакомься, это Надежда Борисовна – наш новый финансовый директор. И она…

– Она моя дочь, – опережает Дениса руководитель концерна – Борис Иванович Мельников.

Насколько я знаю, не он является непосредственным боссом моего мужа. Он – глава всей структуры, генеральный директор. Значит, что-то поменялось? Почему Мельников внедрил свою дочурку в предприятие Дениса и где руководитель компании и босс Дениса?

– Очень приятно, проходите к столу.

– Милая малышка, – ленивой кошкой протягивает Надежда. Всучивает в мои руки невесомую, короткую шубку. Я небрежно бросаю ее на кресло рядом с камином.

– Спасибо, – бормочу я, прогоняя ее образ из мыслей – страстной наездницы с распущенными прядями. Сейчас она выглядит куда скромнее – собранные в пучок волосы, простенькое, черное платье-футляр.

– Сложно с ней? – продолжает беседу она, внимательно разглядывая наш дом.

Вернее, дом моего мужа… Моего здесь нет ничего.

– Нормально, – глуповато отвечаю я. – А вы не замужем?

– Нет, но собираюсь в скором времени.

– Тогда и узнаете.

В домофон звонят. Денис обхаживает маму, подает ей тапочки и устремляется в прихожую, чтоб встретить остальных гостей.

– Проходите, гости дорогие… Это моя жена Ульяна, дочка Яна. А это…

Дмитрий, Кирилл, Артем… Улыбаюсь и киваю мужчинам в деловых костюмах – коллегам Дениса. Последним входит высокий мужчина. Его появление заставляет всех замолчать. Словно он – кладезь энергетики. Невидимой, но вполне ощутимой. Даже я приосаниваюсь и прищуриваюсь, пытаясь выглядеть солиднее.

– Проходите Сергей Александрович, – услужливо протягивает Денис. – Моя жена Ульяна, знакомьтесь.

– Очень приятно, – пожимает он мне руку.

Синеглазый, высоченный, его взгляд кажется мне смутно знакомым, но я не подаю вида – приглашаю гостей к столу и убегаю на кухню…

Глава 4.

Ульяна.

Я экономист, а не актриса… Но сейчас использую все имеющиеся во мне способности и… играю. Отключаю голову. Сосредоточиваюсь на происходящем. Не думаю. Делаю, что запланировала. Мило улыбаюсь, принимая от гостей букеты и обмениваясь любезностями.

– Надеюсь, угадал? – сухо произносит Сергей Александрович, всучивая в мои дрожащие руки букет розовых роз.

– Красивые цветы, – отвожу взгляд я. Терпеть их не могу… Но вслух, конечно, не высказываюсь.

– Понимаю, что ошибся с выбором. Ваши… чудо как хороши.

Его взгляд концентрируется на злосчастных пионах. Я ведь и не додумалась выбросить их! Теперь тот, кто их прислал, знает, что я все знаю… А, может, это Надя? И зачем ей это? Просвещать меня, а потом являться в мой дом. Зачем?

– Да, обожаю пионы. Но ваш букет тоже замечательный. Проходите к столу.

Убегаю в кухню, чтобы отдышаться и нарезать хлеб. Не могу смотреть на них, господи… Боль ощущается физически. Пульсирует, словно во мне и правда что-то умерло или порвалось. Может, у доверия или любви есть физическое воплощение? Где они живут у человека?

Представляю на месте хлеба Надю. Острие ножа впечатывается в хрустящую корочку, проходится вдоль края… Не смогу я долго играть. Значит, надо составить план и ускоренно его выполнить.

– Уля, а что это ты так нарядилась? Не платье, а… – подходит ко мне Вера Тимофеевна. Яночка в ее руках бойко сучит ногами, завидев меня.

– Не нравится платье? А что в нем не так? – хмурюсь я, крепче сжимая рукоятку ножа.

– Да нет… Просто… Ты всегда в штанах ходила. И с хвостиком. А тут решила нарядиться. Непривычно видеть тебя такой красивой. Да еще и прилюдно… Дениска руководитель, на него все смотрят. Учти это, девочка. Ты же не хочешь, чтобы чужие мужики на тебя слюни пускали? – чуть тише добавляет она.

Бедный хлеб теперь видится мне в образе Веры Тимофеевны. Отрезаю еще один кусочек и отвечаю:

– Нет, не хочу. А как, по-вашему, смотрят на Дениса женщины? Им можно пускать на моего мужа слюни?

– Это другое, невестушка. Он начальник. Руководитель, босс. А жена – тыл. Тыл не может быть ярким и привлекательным. Задача тыла другая…

Вера Тимофеевна поучает меня, используя военную терминологию покойного мужа – полковника авиации.

– Спасибо за замечание, но я не хочу больше ходить в штанах, как вы выразились, и с хвостиком.

– А чего ты хочешь? – не унимается она, нервно покачивая Яну.

– Выйти на работу. Вы не против помогать с внучкой?

– Извини, Улечка, но такие вопросы я не решаю без Дениса. И ты не должна. Ну и время ты нашла для разговора… Кстати, а как тебе Надежда Борисовна?

– А вы ее раньше видели? – оживляюсь я.

Мысли путаются. Кто мог прислать букет и конверт с ключом от комнаты? Тот, кто следил за Денисом. Он знал, что мой муж снимет именно этот номер… И ведь надо еще исхитриться и добыть дубликат ключа? Нет, Надежда бы не стала этого делать…

– Видела пару раз. В городе. Денис с ней обедал. А что ты так разволновалась, детка? Она его коллега. Но мне нравится, как ты ревнуешь моего мальчика…

Нравится ей? Мамочки, мне выть хочется. Вера Тимофеевна никогда меня не поймет. Даже если я сейчас скажу об измене ее «мальчика», она найдет способ обвинить во всем меня! Я виновата. Априори. Мало внимания уделяю, не так разговариваю, да и хозяйка я не ахти какая…

У меня тотчас найдутся недостатки.

– Болтаете? – шепчет Денис, заглядывая в кухню. – Улька, ты сегодня превзошла себя. Просто бомба. Бомбита, – цокает Денис. – И платье, и помада… Я думал, Костромин сожрет тебя взглядом.

Стоп! Костромин? А я ведь знаю его… Помню, как он работал с моим папой на металлургическом заводе. И был на хорошем счету у начальства. Значит, теперь он – босс моего благоверного? Финансовый аналитик и руководитель звена холдинга.

– А он… Он такой взрослый… Сколько ему? Наверное, у него семья есть? Да и зачем какому-то Костромину на меня смотреть? – глуповато моргаю я.

Господи, дай мне сил… Денис плотоядно облизывается, смотря на меня. Как ложиться с ним в постель? Трогать его, вдыхать его запах, терпеть его присутствие… Он разом стал чужим. Отрезало просто…

– Жена от него сбежала, – язвительно протягивает Денис. – Они жили в Новосибирске, здесь он недавно.

– Как в Новосибирске? – ахаю, выдавая себя. Денис не должен догадаться, что я знакома с Сергеем. Как я могла его забыть? Да, он старше… Но не намного, лет на двенадцать. Я тогда совсем крохой была, когда он устроился на завод и трудился с моим папой.

Значит, судьба занесла его в Сибирь? Что же потом случилось?

– Ну вот так… Костромин – крутейший специалист. Профи. Мельников его год назад сюда позвал.

– Ты не рассказывал, – бормочу, всучив в руки мужа салфетки.

– Не было повода. Да и зачем моей куколке забивать свою очаровательную головку глупостями? Идем к гостям, а мама посидит с Яной.

Да уж… А я вот забила ее глупостями, дорогой. Вернее, грядущим разводом, который обязательно состоится. Как бы переоформить машину на свое имя? Может, попросить совета у Сергея? Нет, неудобно… С чего ему помогать мне?

– Дорогие гости, мы вернулись, – триумфально произносит Денис, не стесняясь похвастаться мной.

Полюбуйтесь, мол, уважаемые коллеги! И жена у меня красавица, и любовница бизнесвумен. Я улыбаюсь и делаю вид, что ничего не понимаю. Играть в глупышку сложно, но у меня получается…

Глава 5.

Ульяна.

Считаю минуты до завершения праздника. Режу купленный в кондитерской торт, споласкиваю бокалы гостей в раковине. Улыбаюсь и наивно хлопаю глазками, смеясь шуткам Дениса.

К слову, Надежда Борисовна ведет себя сдержанно. Таинственно потягивает шампанское из бокала и слушает разговоры гостей. В ее взгляде нет интереса или любви к моему мужу… Да, конечно, она может прятать чувства глубоко в душе, но интуиция кричит, что дело не в этом.

Он ей нужен для чего-то… Наверное, для какого-то важного дела. Потому она и пожертвовала принципами. Наступила на горло собственной песне и…

Ну и глупости я говорю. Надя не из тех, кто спит с мужчинами по необходимости. Может, она вообще не способна на сильные чувства? И Денис для нее – лекарство от скуки.

Только мне от этого не легче… Любовь словно выключили. Повернули тумблер, и ее не стало. Смотрю на мужа, понимая, что он чужой… Все чужое здесь. Я такая же гостья, как и сидящие за столом люди.

Стол этот… чужой, раковина, посуда. Я уйду, не захватив с собой ничего. Лишь чемодан с одеждой и Яну… Вот мое богатство. То, что я нажила в браке…

Лицо болит от улыбки. Я киваю и благодарю за вечер каждого. Пожимаю руки и помогаю отыскать на вешалке куртку.

– Рада знакомству. Приходите к нам еще, – произношу на автомате, поднимая на Надю взгляд.

Она раскрывает губы, чтобы ответить, а я перемещаюсь в прошлое, где она объезжала моего мужа как жеребца… Целовала его, а меня называла клушей. В ней до черта терпения и самообладания. Впрочем, как и во мне…

– Не уверена, что приду, но… Я тоже рада знакомству. Признаться, вы меня удивили, – воркует она, эффектно набрасывая на плечи шубку.

– И чем же? Оказалась не такой клушей, как вы думали? – прожигаю ее взглядом.

– Да, – охотно соглашается она. – Вроде того.

Надя – опасная соперница. Умная и расчетливая. Она не станет открывать передо мной карты сейчас… Хотела бы – сделала это раньше. Жаль, что Надежда уверена в моей абсолютной беспомощности. Наверное, Денис внушил ей мысль, что я глупышка. И ничего, кроме горшка и детского питания меня не интересует. Тем лучше для меня… Пусть наслаждаются неведением, а я сделаю все, чтобы восстановить справедливость.

Прощаюсь с гостями, задерживаясь взглядом на Сергее. Он тоже делает вид, что не помнит меня… Смотрит сдержанно, немного отстранённо…

Господи, ну какая же глупость придет в голову! Разве я могу прийти к нему и попросить помощи? Тогда… К кому мне явиться? Мама живет далеко. Да и незачем ей знать, что творится в моем доме… Я – единственный и поздний ребенок, так что… Придется пока поберечь чувства родительницы.

Убираюсь в кухне, пока Вера Тимофеевна играется с Яной. Уже поздно, и малышка капризничает.

– Уля, чего ты там копаешься? Хорошая хозяйка должна уметь…

– Я помню, Вера Тимофеевна. Должна успевать убрать весь дом за час. Мне осталось полы протереть и…

– Я домой хочу, невестушка. Завтра помоешь. Забирай свою крикунью и беги укладывать.

Сажаю дочурку в детский стульчик и все же домываю полы. Не люблю оставлять домашние дела на завтра. Кухня сияет чистотой. Устало подхватываю Яну на руки и поднимаюсь в детскую. Сквозь приоткрытую дверь кабинета замечаю Дениса. Он довольно улыбается, устремив взгляд в экран смартфона… Переписывается с кем-то, не иначе…

Мне же лучше… Юркаю в детскую и бесшумно закрываю дверь. Сюда он не явится за лаской… А я не приду в спальню, чтобы ее дать.

Сердце тоскливо сжимается, когда я замираю как мышка, пристроившись на диване. Поглаживаю Яну по спине, мысленно обещая ей прекрасное будущее… Что нас ждет? Одному богу известно… Так и засыпаю – уставшая и измученная этим днем, разбитая, но не сломленная.

Пробуждаемся поздно. Янка на удивление веселая и бодрая. По обыкновению наше утро начинается с капризов, а сегодня… Дочурка словно чувствует настроение мамы. А настроена я решительно…

Дениса уже нет дома. В кухне пахнет кофе и вчерашними цветами… Подхватываю дочь на руки и бреду в ванную. Яночка любит купаться со мной. Играть с пеной и резиновыми игрушками, хохотать и брызгаться. Любуюсь ей, все больше убеждаясь, что не должна терпеть унижение… Ради нее не должна.

Высушиваю волосы и одеваю дочь. Быстро завтракаю, испытывая странное волнение… Я поеду к нему. Поговорю с Костроминым начистоту. Раскрою тайну. И попрошу помощи с юристами…

Только как сделать это незаметно? Сергей Александрович – важный человек и не станет принимать меня без предварительной записи… Да и Денис может меня увидеть. Нет, надо что-то другое придумать…

Я даже номера офиса не знаю. Но узнать-то и не проблема… Набираю запрос в поисковой строке и нахожу телефон руководителя холдинга.

– Здравствуйте, соедините с Сергеем Александровичем, пожалуйста, – деловито прошу я секретаря.

– Как вас представить?

– Шувалова Ульяна Дмитриевна.

Пульс гулко бьется в висках, а дыхание частит. Вскакиваю с дивана и нервно расхаживаю по комнате. Наконец, на том конце провода слышится бархатный, мужской голос:

– Слушаю вас.

– Здравствуйте, Сергей. Простите, что я вот так… Я хочу поговорить с вами. Могу приехать?

– Хм… Я ждал, что вы позвоните, – сухо произносит он.

– Серьезно? Так это вы отправили тот букет с пионами и…

– Вы о чем? Что за чушь? Ульяна, если вам нечем заняться, то… У меня работы выше крыши.

– Простите, господи… Извините меня. Можно я приеду? Не хочу говорить по телефону.

– Жду вас через час. Опоздаете – пеняйте на себя. Я уеду в министерство и ждать вас не стану.

У меня есть целый час. В офисе я могу встретить Дениса. Да и Надежду Борисовну тоже… Поэтому надеваю новое платье, купленное у милой Анны Семеновны и накладываю макияж. Яночка с удовольствием собирается на прогулку, а вот меня знатно потряхивает.

Какой же он строгий, кошмар просто!

«Ждать вас не стану, уеду в министерство…»

Приезжаю раньше назначенного времени. Лечу к его кабинету, наплевав на безопасность. Придумаю что-нибудь, если на пути мне попадутся муж и его любовница.

– Здравствуйте, мне назначено. Шувалова Ульяна, – выпаливаю, сдёргивая с шеи шарфик.

– Раздевайтесь. Давайте вашу одежду, – предлагает сидящий за столом секретарь лет пятидесяти.

– Ох… Спасибо вам. Я так боялась опоздать.

– Проходите, Ульяна. Кофе приготовить?

– Да, если можно. Черный с сахаром.

Толкаю дверь и вхожу в огромный, темный кабинет. Здесь пахнет лимоном и кофе, кожаной мебелью и старыми книгами.

– Здравствуйте, я пришла, – выдавливаю, вмиг оробев.

Сергей подходит ближе и прищуривается. Сканирует меня взглядом и молчит. Словно тщательно обдумывает слова, боится выпустить их на волю… Сомневается. Воспоминания уносят меня в прошлое, где я – девчушка тринадцати лет, а он – улыбчивый, вихрастый молодой мужчина. В него тогда все без исключения были влюблены. Такой ведь красавчик… Он и сейчас мало изменился. Разве что взгляд стал тверже.

– И хватило же у тебя стыда… Явиться, – цедит сквозь зубы он, а у меня стремительно распахиваются глаза. За что он так со мной? Что я сделала?

– Простите… А я разве в чем-то виновата перед вами? – недоумеваю я.

– Еще как, Уля… Ты и твоя семья.

Глава 6.

Ульяна.

Стыд обжигает щеки, а мышцы наполняются предательской дрожью… Меня натурально потряхивает. Что он возомнил о себе? Какое право имеет так со мной разговаривать?

Но я молчу… Ошеломленно распахиваю глаза и хватаю воздух ртом. Не могу и слова вымолвить – жду объяснений Сергея.

Он испепеляет меня взглядом. Нависает надо мной как гора и… тоже молчит. Чувствую себя приговоренной к сожжению преступницей. Не могу больше выдерживать этого…

Яночка жалобно всхлипывает. Его это словно отрезвляет… Сергей шумно выдыхает. Запускает ладони в карманы брюк и прислоняется к подоконнику.

– Итак…

– Вы… Вы не имеете права так разговаривать со мной.

– Да? То есть ты пришла не ради извинений? – прищуривается он.

Такой же красивый, как тогда… С едва уловимыми ниточками седины в густых, темных волосах. Высоченный, широкоплечий. У меня колени подгибаются от страха… О чем он говорит? Не понимаю…

– Нет. Объясните мне все, раз уж такое дело.

– То есть я еще объяснить должен? Ты ведешь себя, как и твой отец. Наверное, у вас это семейное? Даром что фамилию поменяла. Шувалова Ульяна, – смакует он мое имя. – Надо было оставаться Цветковой. И гордо носить фамилию предателя и интригана. Мошенника и…

– Хватит! Как вы смеете обвинять меня в чем-то. Я ничего не знаю… Я тогда была ребенком и… Пожалуй, я пойду.

– Расспроси хорошенько своего папашу, он все объяснит.

Жестокие слова словно вскрывают грудную клетку… Папа умер. Значит, его ученик и коллега не знает об этом? Носит в душе обиду. Только за что? Я чего-то не знаю… Между ними определено случилось что-то ужасное.

– Расспрошу обязательно. А вам всего хорошего!

Яночка уже не просто всхлипывает. Она орет как белуга. Мне сложно ее перекричать, но Костромин прекрасно слышит мою речь.

Я резко разворачиваюсь и выхожу из кабинета, хлопнув дверью. Сталкиваюсь с удивленным секретарем, забираю из ее рук одежду и пулей вылетаю на улицу. Плюхаюсь на переднее сиденье и прикладываю малышку к груди. Успокаиваю ее, глажу по голове, а сама реву…

С чего я взяла, что мне кто-то поможет в этом городе? Он чужой мне. И друзей у меня здесь особо нет… Коллеги, приятели и… Карина.

– Привет, – выдыхаю в динамик, когда она отвечает. – Мне очень плохо. Нужна помощь. Мне нужна ты, Карин.

– Шувалова, моя хорошая… У меня и самой на душе кошки скребут. Ты где сейчас?

– В офисе Дениса, на парковке.

– К нему приезжала? Что-то случилось? Поссорились?

– Нет, я расскажу все при встрече. Куда подъехать?

– Да я же рядом теперь. В пяти минутах езды. Давай в кафе на углу? Ну наше… Любимое.

– Скоро буду.

Яночка ныряет в бассейн с пластмассовыми шариками под присмотром няни. Потягиваю коктейль через трубочку и наблюдаю за ней. Успокаиваюсь, пытаюсь отдышаться и разложить случившееся по полочкам. Не знаю, с чего начать? Слова рассыпаются как песок, мысли путаются… Не понимаю, как люди переживают подобное в одиночку? Как справляются с предательством и болью? Оно же полностью дезориентирует… Ослабляет тебя, мучит, рвет на части…

– Не торопись, Уля. Давай с начала, – ободряюще сжимает мою кисть Карина.

– Знать бы, что именно – начало…

– С чего-нибудь начни.

– Давай сначала сделаем заказ. Я голодная… Жуть просто.

– Ты ешь вообще?

– Вроде да.

Официант уходит, прихватив со столика папки меню.

– Ну, давай же, подруга. Пока готовят нашу карбонару и салаты, у тебя есть время начать, – улыбается Карина.

– Вчера мне принесли букет пионов. В нем были ключ от номера в «Астории» и записка. В ней было сказано, что… Что Денис мне изменяет. Карин, не хочу терзать тебя подробностями. Я поехала туда и убедилась во всем сама… Что мне делать? У меня ничего нет. Я…

– Ульяна, ты меня сейчас убила, – распахивает глаза Карина. – Я смотрела вас и… Верила в любовь – верную и крепкую. Как он мог? Это точно был он?

– Да. Я живу в прекрасном доме, езжу на дорогущей, новенькой машине, но… Мне ничего не принадлежит. Никаких счетов, акций… Я даже его картой пользуюсь. Все мое благополучие – иллюзия… И мое положение в семье – бесправное. У меня все хорошо, пока Денису так угодно.

– Улечка, ты промолчала? Ничего ему не сказала?

– Конечно, нет. А смысл? Тогда бы пришлось уходить. Но куда? Ни работы, ни квартиры… Ничего.

– Давай подумаем, как быть, – хмурится Карина. – Ты же можешь вернуться на работу, ведь так? Написать заявление и выйти из декретного отпуска.

– Могу… И что потом? Аванс я получу через несколько недель. И его вряд ли хватит на оплату жилья… Карин, как я могу переоформить на себя машину? Она принадлежит моей свекрови по документам.

– Ты сама ее обслуживаешь или водитель Дениса? – сосредоточивается она.

– Сама.

– Можно составить договор купли-продажи и подложить его в стопку документов. Например, если машине требуется техническое обслуживание, клиент заполняет…

– Точно! Я привожу ей документы, а Вера Тимофеева заверяет их подписью. Потом отвожу их обратно в дилерский центр.

– Уля, ты можешь подложить ей что-то без текста. Она распишется, а ты… Договор купли-продажи ты можешь заполнить и от руки. Едешь с ним потом в ГИББД, телефон можешь указать мой, если захотят проверить.

– Страшно-то как… А если подлог раскроется?

– Вряд ли тебя посадят, – смеется Карина. – Продавцу не обязательно быть на сделке. Это верная информация. Проверь наличие неоплаченных штрафов, налогов и прочее. ПТС и технический паспорт при тебе?

– Конечно. Все в папке. На машине езжу только я.

– Не робей, Улечка. Ты чего такая подавленная? Случилось что-то еще? Я уверена, что все получится.

– Карин, а как организовать визит на станцию? Машину обслуживали всего месяц назад.

– Легче легкого, подруга. Давай номер Веры Тимофеевны, я приглашу ее на замену дворников. Или ковриков. Или…

– Вот, Карин, – разворачиваю экран смартфона и с замиранием сердца наблюдаю, как Карина набирает ее номер…

Глава 7.

Ульяна.

Я справлюсь со всеми трудностями. А Костромин пусть идет лесом! В душе разгорается огонек надежды. Он еще слабый, но уверенности Карины хватит и на меня…

– Нет, – неожиданно произносит она. – Не стану я так тебя подставлять.

– Что? Ты передумала? – спрашиваю осипшим голосом.

– Мы по-другому поступим. Разве может менеджер солидного автосалона звонить с личного номера? Конечно, нет, Ульян. Если твой муж станет копаться в этом, он выйдет на меня. Легко.

– Ты права. Прости, Карин… Я ведь и тебя могла подставить. Так что будем делать?

– Доедай, Шувалова. И поедем в автосалон. Но сначала мне придется сломать твои дворники.

Расплачиваемся за обед. Прошу официанта подогреть для Яночки детское питание. Кормлю ее, наблюдая, как Карина подкрашивает губы.

– Скажешь, что неудачно припарковалась, а завистливый автовладелец отомстил тебе, – любуюсь на свое отражение в зеркале, произносит Кариша. – В салоне закажем новые дворники.

– А если они будут в наличии?

– И отлично. Менеджер все равно составит акт. Нет, Уль, – сосредоточенно добавляет Карина. – Лучше перенести установку на другой день. Сослаться на капризы Яны или… Ты мать, приехала с малышом. Никто не станет вникать в это. Подсунешь Вере Тимофеевне документы на подпись, а с ними… Гляди, что я нашла в гугле? Образец договора купли-продажи автотранспортного средства.

– Карина, ты прелесть, – с благодарностью произношу я. – Поедем, пока не стемнело.

Яночка засыпает в машине. Каринка с кем-то переписывается, сидя рядом со мной. Улыбается и мечтательно посматривает в окно. Ехать со сломанными дворниками то еще удовольствие, но другого выхода у меня нет… Наверное, кто-то посчитает мой поступок мерзким и подлым, но я не могу оставить дочь без средств к существованию.

Не могу уйти вот так… Да и назвать меня нахлебницей у Дениса не повернется язык.

В первый год брака я содержала нашу семью. Денис сломал ногу, играя в футбол на корпоративном мероприятии. Пролежал в гипсе четыре месяца. Потом долго реабилитировался и не мог водить машину.

Я уже молчу про тонны документов, приносимых им для проверки… Я вычитывала их бесплатно. Составляла акт замечаний и дополнений и формировала новые предложения с учетом правок.

Он… Он ни разу не поблагодарил меня. Не поощрил, хотя мог… Все принимал как должное.

– Ульянка, не вздумай сомневаться, подруга, – шепчет Карина, угадывая мои мысли.

Может, не нужно мне ничего? Сама заработаю?

– Да, мысли такие есть… Послать его подальше и съехать в никуда.

– Я помню, сколько времени ты корпела над его бумагами. Знаешь, сколько стоит работа специалиста твоего уровня? Как раз этой машинки хватит, чтобы возместить затраты.

– Почему он приносил их мне, Карин? Я ведь ни разу не спросила его…

Дура… Вот почему. Я просто делала и… все… Потому что любила и хотела помочь.

– Потому что он не хотел платить стороннему аудитору и финансовому аналитику. Решил сэкономить деньги. Он тратил их на любовниц, а тебе даже вшивого букетика не принес в благодарность.

– Любовниц? – вспыхиваю я. – То есть Надежда Борисовна не первая?

– Прости, Уль, – тушуется Каринка. – Свечку я не держала, но слухи ходили…

В салоне повисает вязкая тишина. Чувствую себя героиней дешевого и до ужаса банального романа… Когда все всё знают, кроме жены.

Каринка пытается отвлечь меня, не поднимая серьезных тем. Остаток пути мы болтаем ни о чем.

– Не дрейфь, подруга. Сейчас все сделаем в лучшем виде. Только будь готова к расспросам мужа.

– Х-хорошо… Господи, Карин, мне от одной мысли страшно.

– Придется потерпеть ради дела.

Входим в сверкающий огнями холл. По периметру поблёскивают новенькие машины, за стойкой нарочито широко улыбается менеджер.

– Я могу вам помочь?

– Мне нужны новые дворники.

История моя выглядит убедительно. Мне отдают акт на подпись, записывают информацию в сервисную книжку.

– Хозяйка машины – свекровь. Нужно отвезти документы ей. Может, ее не устроит модель дворников?

– Хм… Они действительно разные, – соглашается менеджер. – Тогда я составлю два акта на подпись. Обе детали есть в наличии. Завтра сможете приехать для установки?

– Конечно, – как болванчик киваю я.

Отвожу Карину домой. Подъезжаю к дому свекрови и лишь тогда звоню ей.

– Ульяночка, ну, почему ты не предупредила меня? У меня давление поднялось. Лежу как умирающий лебедь.

– Верочка Тимофеева, тут такая ситуация… Я без дворников ездить не могу. А завтра снегопад обещают. Нужна ваша подпись на актах. Вы же так любите порядок во всем. Вы мой пример и…

– Поднимайся, хитруля. Только нянчить Яну не буду. Я лежу…

– Я вам чайку сделаю и сразу уйду.

Ноги дрожат от волнения, когда я поднимаюсь по лестнице на второй этаж. Толкаю дверь и суетливо раздеваюсь. Кровь бьется в виски, а сердце сжимают тиски страха…

Да возьми ты себя в руки, трусиха! Ты не ради себя это делаешь – для дочери… Был бы Денис порядочнее, оформил автомобиль на мое имя – в благодарность за долгую и безвозмездную помощь. Но он купил машину маме… Чтобы подстраховать собственную задницу. Обо мне он не думал…

– Верочка Тимофеева, дорогая… Может, скорую?

– Ох… Давай свои акты. Я быстро подпишу и попробую уснуть, – бормочет свекровь, лежа на диване.

Вид у нее и правда мученический… Может, не надо поступать с ней так подло? Бессыдно и смело?

Колеблюсь недолго. Сую ей на подпись акты и заранее заготовленные пустые страницы с единственной строкой.

– А это что, Уля? – спрашивает она.

– Это… Документы на подпись. Менеджер запросил данные о модели дворников. Попросил расписаться, а завтра они допечатают все. Чтобы наверняка… Вера Тимофеевна, если надо, я завтра приеду.

– Конечно, приедешь. Я все документы собираю в папку. Мало ли что Дениске придет в голову. Он поговаривал, что хочет продать машину. Так что все должно быть в порядке, – недовольно бормочет она, размашисто расписываясь на пустых страницах.

Так тебе, Дениска! Продать машину – вы только подумайте! Наверное, его Наденьке нужна новая?

– Выздоравливайте, дорогая. Я завтра поменяю детали и привезу акты.

Пулей вылетаю из подъезда. Сажаю дочку в автокресло и пишу Карине:

«Она все подписала. А как я продам машину? Денис может поймать меня».

«Объявление будет от моего имени. Давай установим цену пониже? Так надежнее»

«Согласна. Мне бы хоть что-то выручить, Карин».

«Выручишь. Сможешь купить квартирку в Пушкине или на окраине. Дай-то бог, чтобы все получилось. Стирай нашу переписку».

Глава 8.

Ульяна.

Бережно смываю пену с тарелки и вытираю ее полотенцем. Затем другую, третью… Глубоко дышу, едва справляясь с душащими эмоциями. Они сковывают горло как костлявая кисть… Не могу я играть… В глаза смотреть не могу…

Хочется поскорее это закончить. Поставить точку и… уйти… Но уйти некуда, и этот факт останавливает.

Реальность обрушивается ледяным дождем, эмоции успокаиваются, а голос возвращает привычные спокойствие и мягкость.

– Ну как можно было так припарковаться? – раздраженно повторяет Денис. – Соль подай.

Я не прислуга, но сглатываю недовольство и «подаю» солонку. Возвращаюсь к посуде и в сотый раз перемываю ее. А муж даже не замечает этого…

– Да нормально я припарковалась.

– Там есть камеры? Где это было? Я хочу посмотреть, кто мог такое совершить с машиной.

По коже прокатывается волна колких мурашек… Он может быть до черта дотошным. Если захочет… В большинстве вопросов, касающихся семьи, Денис поверхностный, но это дельце касается машины его мамочки… Так что…

– Денис, милый, я оплатила детали из своего бюджета. Ну… В следующий раз буду аккуратней. К чему эти разборки, – заставляю себя улыбнуться.

Оказывается, играть – тяжелый труд… А для меня – ноша. Невыполнимая и тягостная… Лицо неприятно ноет, а скулы сводит…

– Может, тебе нельзя руль доверить? А, Ульяна? – сухо произносит он. – Вот зачем тебе такая дорогая машина? Наверное, подумаю о продаже и… Одна нервотрепка с тобой.

– Как ты решишь, так и будет, – умасливаю его. А на деле хочу в морду ему плюнуть!

– Что к чаю? – все тем же командным тоном спрашивает Денис.

– Шоколадный пирог. Давай я тебе самый красивый кусочек положу.

Ненавижу его… Наверное, хорошо, что любовь сразу завяла. Отравилась, не смогла вынести предательства… Сразу умерла. Не мучилась… Видит бог, у меня просто не было бы сил реанимировать чувства.

С холодным сердцем легче планировать. Не думаю, что Денис тотчас побежит продавать машину… А вот я завтра же переоформлю ее на свое имя.

Заканчиваю уборку, подхватываю Яночку на руки и тороплюсь скрыться в детской.

– Ты куда? А мне уделить время ты не хочешь? – холодно протягивает Денис, разлегшись на диване в гостиной.

Окидывает меня придирчивым взглядом и молчит. Неужели, мои чувства так осязаемы? Видны и понятны без слов?

– Прости, милый. У Яны режется зуб и… Кажется, немного поднялась температура. Ты хотел фильм посмотреть?

– Я, вообще-то, тебя хотел, Уль, – игриво произносит он. – Или мы теперь играем исключительно в маму и папу?

Холодею от его слов… Не хочу я его. Ненавижу и никогда больше не подпущу к себе…

– У меня критические дни. Давай в другой раз?

– Ты говорила, их нет из-за грудного кормления. Или… Когда уже все это кончится, Уль? Молоко, зубы и сопли?

Надо бы поругаться с ним… А потом строить из себя обиженную дней пять. Или больше…

– Денис, я так и знала, что ты давно меня разлюбил, – протягиваю нарочито дрожащим шепотом. И всхлипываю для верности. – Тебя все раздражает… Я, наша дочь… Спешу тебя уведомить – сопли, зубы и травмы будут всегда. Сколько бы ребенку ни было лет! Хоть сорок! Или ты перестанешь волноваться, когда Яна вырастет? Ты чёрствый, Денис… Не удивлюсь, если ты променял нас на…

– Господи, Уля, остановись, – раздраженно вскакивает с дивана он. – Ты в чем-то обвиняешь меня? А сама… Ты знаешь, сколько мне приходится проводить времени на работе? Сама ты, как сыр в масле катаешься, хлопот не знаешь… Разве я многого прошу? Ласки, внимания и… все… Чем ты занята весь день?

– Ничем, Денис. Только воспитанием нашей дочери и заботой о доме. Домработницы у меня нет, так что шестьсот квадратных метров я драю сама!

– И ничего страшного в этом нет, милая, – наступает на меня он. – Любая мечтает оказаться на твоем месте!

– Так пусть оказывается, милый! Ты уже присмотрел мне замену? – говорю решительно, испепеляя мужа взглядом. – Уверена, дамочка превзойдет меня во всем – красоте, умении убирать дом и воспитывать детей, а еще…

– Прекрати, Уля. Прекрати нести чушь. У меня никого нет, – цедит Денис, пряча взгляд. Стыдно смотреть мне в глаза? То то же…

Воздух трещит от напряжения… Походит на кисель – такой же вязкий и плотный. Становится трудно дышать. Глаза щиплют слезы, но я держу их при себе. Не увидит он их… Пусть Надюша ревет как белуга, умоляя его остаться… Денис слишком расчетлив, чтобы жениться на умной и успешной женщине. Он специально выбрал меня – клушу, влюбленную в него как кошка… Так легче превосходить, главенствовать…

– А если нет, значит, закрой рот и цени ту, кто сейчас рядом с тобой. Пока я здесь… Пока… Возможно, ты уже присмотрел кого-то на мое место? Скажи мне прямо, не таись…

– Уль, пожалуйста, давай прекратим все это? – испуганно произносит он. – Я перегнул. Прости меня. Ты замечательная, ты…

Его касания обжигают как горячее тавро… Пальцы тисками сжимают плечи. Денис притягивает меня к груди и шумно выдыхает. Зарывается пальцами в волосы и шепчет в самое ухо:

– Разве я могу променять тебя на кого-то? Прости… На меня нашло что-то… Дурацкая работа и… Клиенты, подрядчики, аудиторы… Я очень люблю тебя. И Яну… Прости, ладно?

– Попробую, – вздергиваю нос я. – Но ночевать я буду в детской. Мне сложно простить тебя… вот так… И поверить в твою любовь.

– Я попробую завтра прийти пораньше и помочь тебе. Ты не против? – примирительно произносит Денис.

– Не стоит. Я люблю хозяйничать в одиночку. А работа… Если от этого зависит доход нашей семьи, то работай побольше. Я бы хотела летом полететь на Мальдивы.

– И ты не будешь выносить мне мозг? Подозревать в изменах и…

– Нет, не буду. Ну… мы пошли.

Фух… Кажется, у меня есть несколько дней. Быстро купаю Яну и заглядываю на сайт ГИБДД. Завтра приемный день – значит, я могу переоформить машину на себя…

Глава 9.

Ульяна.

Он так и не признался… Пусть только посмеет сказать, что я не давала ему шанса высказаться… Нет, его оправдания мне вовсе не нужны. Мне до чертиков интересно, что бы сказал Денис? Ну, есть же какая-то причина, по какой он предал меня?

Любовь к Надюше? Вполне может быть. Корысть, желание получить должность генерального директора? И это возможно…

Строю из себя обиженку и поджимаю губы. Запираюсь в гостевой ванной вместе с Яночкой. Моемся тоже вместе. Потом я кормлю ее, сидя на диване и долго смотря в окно… Вдали мелькают огни города, слышатся гудки машин и тихий стук колес поезда… И где-то копит в душе обиду Костромин. Надо бы встретиться с ним и поговорить… Хочу знать обо всем, что случилось между ними с папой…

Но сначала нужно провернуть аферу с машиной. Только бы все получилось, мамочки…

Денис стучится в спальню утром, но я делаю вид, что сплю и не слышу его.

– Улечка, дорогая, открой, пожалуйста. Я хочу поговорить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.