Легенда о Мече
Элсэртис

Дизайнер обложки Лилия Маслова

Корректор Татьяна Авлошенко

Корректор Лилия Маслова

Иллюстратор Элсэртис

© Элсэртис, 2025

© Лилия Маслова, дизайн обложки, 2025

© Элсэртис, иллюстрации, 2025

ISBN 978-5-0067-9074-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Эта книга была написана более пятнадцати лет назад. К сожалению, точная дата канула в Небытие, но примерно это был конец нулевых. Тогда «Легенда о Мече» имела другое название. «Голо́крас Амха́нры» – в честь Меча Хаоса. А еще мы называли ее «Потерянная легенда». Потому что весь цикл «Хроники Сгорающей Истины» начинается именно с нее. Она была написана как предыстория, как легенда о дружбе, которая была забыта самой Историей. И которую должны однажды вспомнить.

Книга прошла долгий путь, долгие годы ожидания. И вот, наконец, она увидела свет. Без преувеличения могу сказать, что это любимое творение. Автор вложил в нее частичку своей души. И сегодня автор посвящает ее самому дорогому и любимому человеку. Тому, без кого ничего бы не было. Ты – свет моей жизни. Спасибо тебе за то, что ты есть. За то, что ты рядом, за то, что всегда со мной.

А еще я выражаю огромную благодарность двум прекрасным людям, которые помогли этой истории выйти в печать. Спасибо вам, мои друзья!

Элсэртис, 14 августа 2025 г.

Глава 1. Предстоящее торжество

Эонрия, Третья Эпоха Альнов

3816 г. Магической Эры

30 день месяца Возрождения

Опустив руки на подоконник, молодой маг стоял у окна высокой башни и наблюдал за тем, как алое солнце, аккуратно пробираясь сквозь облака, близится к закату. Сегодня в его замке, расположенном в северной долине от Антарави́йских Гор, царило необычайное спокойствие. Подобное было совсем не характерно для четвертой недели осени, но, после возвращения домой и безумного количества дел, свалившихся ему на голову, маг определенно был рад такому затишью. Этим вечером ничто не мешало ему спокойно вздохнуть в своей библиотеке и проводить время просто так, любуясь закатом.

Приятный золотистый луч, пробившийся сквозь густую белую пелену пышного облака, скользнул по башне и вместе с легким ветерком устремился в окно. Молодой маг сощурил карие глаза и почувствовал потоки прохладного воздуха. Они прошли по его спадающим до плеч темно-русым волосам, слегка задев ворот скрывающейся под плащом рубашки. Приятное ощущение дикой и необъятной красоты этого мира и безграничной свободы, нахлынуло вместе со свежим ветром. Но этот миг манящего единения с самим собой продлился недолго.

Сферическое око¹ уловило присутствие – по лестнице кто-то поднимался.

– В чем дело, Са́нфэл? – не отходя от окна, заговорил маг, когда спустя пять минут замеченный слуга все-таки достиг библиотеки и вошел в дверь. – У тебя ведь, кажется, были какие-то дела на вечер, разве нет?

Общаться телепатически, кроме крайней необходимости, считалось дурным тоном среди всех образованных магов, входящих в Великие Общины. И, конечно же, в стенах этого замка старались столь важными правилами не пренебрегать.

Невысокий худощавый молодой человек восемнадцати лет с песочного цвета волосами сделал еще несколько шагов в сторону хозяина замка. Одет юноша был так же, как и всегда – в светлую мантию старшего ученика Первого Антаравийского Университета.

– Вам пришло письмо из Главного Храма, – слегка поклонившись, ответил молодой слуга. – Я не хотел вас беспокоить, господин А́иронт, но потом подумал, что для вас это должно быть важно. Вот и не стал откладывать на потом.

Аиронт неохотно обернулся и взглянул сначала на Санфэла, а затем на предмет, который тот держал в руке. Запечатанный свиток с двумя крупными инициалами «С.И.» поверх красной магической смолы явно был официальным извещением второй степени важности.

– Ну что там? Прочти.

Санфэл поднес руку к свитку и снял магическую печать.

– Главный Храм северных земель Антаравийских, в лице Первого Представителя своего – почтенного Архимага Оэ́ртионта, а также Совета Мудрейших, от имени Первого Института торжественно выражает благодарность…

– Ближе к делу, – нахмурившись, перебил маг. – Все эти формальности я и так наизусть знаю.

Санфэл сделал паузу и, пробежавшись взглядом по всем строкам письма, аккуратно свернул свиток.

– В общем, они благодарят вас за приглашение на торжество по поводу вашего двадцать седьмого Дня Обретения Речи² и собираются прибыть в назначенное время ровно через семь дней.

– Черт… Я совсем забыл про этот официальный прием! – Аиронт с досадой вздохнул. – Кстати, когда я просил тебя отправить в Главный Храм письмо с приглашением, не помню, чтобы я звал к себе всю восточную верхушку Пятого Предела Сгорающей Истины.

– Господин Аиронт, – Санфэл развел руками, – ваше приглашение, которое я составлял, подразумевало такой ответ. Вы должны радоваться.

– С чего бы это вдруг?

– За последние три года вы стали очень известны в Храме. Под вашей опекой уже огромное количество земель, включая четыре крупных города за пределами Белого Пояса. А в прошлом году вас даже приглашали в Первый Антаравийский Университет занять место Магистра, которое по традиции может быть предложено только тем магам, которые пересекли черту возраста в сорок пять лет. Вас называют гением, и все понимают, что ваше влияние теперь будет только расти. Неудивительно, что каждый уважающий себя маг из Храма желает лично поприветствовать вас в ваш двадцать седьмой день обретения речи.

– Если бы ты знал, как же я устал от всей этой суматохи! – Аиронт отошел от окна и опустился в свое любимое кресло, напротив которого стоял небольшой шестиугольный столик, заваленный толстыми книгами в бархатных обложках. Затем он коснулся пальцами медальона, который висел у него на груди. Инициалы самой большой и влиятельной храмовой общины магов, которая господствовала на Эонрии уже более восьми тысяч лет, гордо сверкали белым золотом внутри идеально ровного круга в виде двух букв «С.И.». – С тех пор как мой прапрадед вступил в Сгорающую Истину, наш и без того знаменитый род обрел такую известность, что мои, пока еще ничтожные, заслуги не могут идти с этим ни в какое сравнение. И тем более не могут принести мне и всему роду Ранм хоть немного больше славы. Так что все эти официальные приемы и празднества с повышенной признательностью в мой адрес пока ничем не обоснованы.

Санфэл промолчал, не зная, что на это ответить. Молодой хозяин замка, знаменитый и многоуважаемый Ранм Аиронт был этим вечером не в духе. И лишние напоминания о готовящемся торжестве в его честь, похоже, только способствовали ухудшению его настроения.

– И все-таки вы скромничаете, – решившись нарушить тишину, ободряюще произнес Санфэл.

– Куда уж быть скромнее, – скучающим тоном проворчал Аиронт. – Я и так уже давно знаю о том, какое будущее меня ожидает. Звезды никогда не скрывали от меня правды, как и от моей матери и моего отца. Я должен стать одним из величайших магов нашего времени, и тебе это прекрасно известно. В отличие от доброй половины этих болванов, пытающихся установить со мной долгосрочные связи, меня признает весь мир, и мое имя навсегда запомнит история. Но случится это не сейчас. Так что пока я бы хотел, чтобы мои так называемые коллеги из Храма придержали свой пыл и желание лишний раз завести со мной дружбу.

Неожиданно Аиронт поднялся из кресла и скинул с плеч бархатный плащ, а затем ослабил воротничок шелковой рубашки.

– Вы куда-то собираетесь?

– Да. Пойду прогуляюсь, – оставшись без плаща, молодой представитель рода Ранм вызвал светящийся сгусток высокой плазмы³ и за пару секунд изменил внешний вид своей традиционной одежды мага на относительно скромный костюм путешественника.

– И куда же вы пойдете, если не секрет? – настороженно поинтересовался Санфэл, осматривая потертое пальто, недорогую, но изящную прогулочную рубашку, темные брюки для верховой езды и высокие кожаные сапоги с металлическими пряжками.

– А тебе, я смотрю, очень любопытно, – Аиронт прошелся по нему пытливым взором.

– Да нет, – Санфэл вздохнул и смущенно потупил взор, уже давно привыкнув, что подобные вопросы хозяин замка обычно игнорирует. – Я просто так спросил.

– Ладно, не делай такое лицо, – махнул рукой Аиронт и, снисходительно улыбнувшись, продолжил приводить свой облик в должный вид для предстоящего визита в город, располагающийся за границами Белого Пояса – в землях, не принадлежащих к территориям магических общин. – Если тебе так же скучно, как и мне, то я могу сделать для тебя исключение. Собирайся, поедешь со мной.

Несказанно обрадовавшись такому предложению, Санфэл коротко поклонился и, отложив в сторону присланный из Храма свиток, также вызвал высокую плазму и принялся изменять облик своей одежды. Вечер обещал быть интересным.

Примерно через четверть часа высокие стены замка остались позади. На улице стоял теплый вечер. Благоухающие цветы наполняли воздух нежными ароматами. Особое спокойствие, пропитанное тончайшими потоками высокой плазмы и безмятежности, царило вокруг – атмосфера, свойственная только хорошо защищенным от внешнего мира горным долинам магов.

Уже на протяжении многих тысячелетий мир на Эонрии, однажды сложившийся таким образом, продолжал жить и развиваться, разделенный горными хребтами на две переплетающиеся ветви разной культуры, истории, разных городов, лесов и народов.

По внешним сторонам от белоснежных горных вершин, гордо именуемых Западным и Восточным краем Белого Пояса, жили обычные человеческие народы, ничем не примечательные, кроме своих громких амбиций и вечных войн. Огромные страны или крошечные государства – все они зарождались и умирали, строились и рушились, оставляя в истории длинный след простого человеческого бытия. С другой же стороны этих великих гор, между двумя хребтами, на протяжении десятков тысячелетий располагались земли Магических Общин. Возникшие на территории Белого Пояса однажды, они собирались просуществовать до конца времен. И пока не сгинули в самой вечности, общины несли ученым магам, живущим или посетившим Эонрию, мудрость, дисциплину и великие истины.

В их особенном просветленном мире, куда не рискнули бы без приглашения проникнуть даже самые отчаянные путешественники, и куда самые храбрые полководцы ни за что не повели бы свои войска, стояли огромные белокаменные университеты, высоченные башни с обсерваториями, всевозможные исследовательские центры и целые посвященные науке и магии города. А чуть поодаль от этих прекрасных храмов познания начинались земли роскошных родовых замков, переходящие постепенно в девственные леса и необжитые горные долины. В последних силились лишь ушедшие в уединение маги-затворники. Их одинокие отшельнические дома в форме высоченных неприступных столпов, острыми царапающими небеса пиками высились на фоне горных пейзажей. А там, на невероятных высотах, под облаками, затмевая вечернее солнце, плавно передвигались небесные острова…

Простые люди, живущие близь этих гор, тянущихся по поясу планеты двойным кольцом мощных стен естественного происхождения – Западного и Восточного хребта, называли земли магов Сердцем Мира. Так как именно в пределах этого кольца, именуемого Белым Поясом и разрываемого в некоторых местах лишь мировым океаном, собралась вся великая сила и мудрость Эонрии.

Вдоль самих же могучих хребтов, практически у подножья гор или же, наоборот, у их вершин, на протяжении всего Белого Пояса располагались всевозможные храмы, где обитали жрецы, целители, предсказатели и поющие девы, восхваляющие богов и само мироздание. Они-то и общались с простым народом, живущим по ту сторону гор.

У каждой великой общины магов имелось несколько своих храмов. И в каждом таком храме во главе стояли свои провидцы и служители, направленные туда советом общины или ее главой. Их основная задача была нести добро и свет нуждающимся в этом людям. Цари и монархи преклоняли колени перед храмами, чтобы маги из общин покровительствовали их государствам и даровали защиту и просвещение их народам.

Если случалась какая-то война, община Сгорающей Истины или какая-либо другая, имеющая влияние в затронутых конфликтом землях, собирала совет, на котором принималось решение о вмешательстве в суетный мир. Иногда они вмешивались, а иногда предоставляли простым воинам самим решать на поле брани свои судьбы. Если же случались эпидемии, и жизни целых народов становились под угрозу, маги также собирали совет и посылали целителей, дабы исправить положение. Они обучали людей врачеванию и воздвигали новые храмы, чтобы в случаях бедствий страждущие вновь могли обратиться за помощью. Одним словом, история планеты вершилась в руках представителей Магических Общин. Все народы Эонрии видели в них свет, и все к нему тянулись. Таков был мир в те времена.

Глава 2. Таинственный Воин

– Господин Аиронт, – сквозь встречный ветер крикнул слуга. – Я давно хочу спросить у вас одну вещь.

– Я тебя слушаю.

– Всякий раз, когда вы собираетесь «выйти в мир», вы берете лошадей из конюшни Дальманра́ксы и отправляетесь в эту глушь. – Два всадника на породистых, приученных к трудностям скакунах серой масти уже несколько часов бодрой рысцой неслись сквозь лес по заросшей травой старой лесной дороге. Солнце давно зашло, и теперь сумрак, готовящийся слиться с беспросветной ночью, окутывал их тела, превращая в черные тени. – Если уж вам так нравятся конные прогулки, почему до врат Белого Пояса нельзя спокойно доехать через примыкающую степную равнину Паре́нрии, как это делают все нормальные маги? Зачем вам обязательно нужно соваться в эти дебри?

– ‹‹‹Будешь нудить, отправлю домой›››, – вместо пояснений раздался короткий мысленный ответ молодого мага.

Санфэл молча вздохнул и постарался сильнее втянуть голову в плечи, чтобы какая-нибудь ветка особо разросшегося дерева не угодила ему вместе со встречным ветром в лицо.

Вскоре они приблизились к вратам. Широкое ущелье, которое предстояло миновать, всегда освещал мягкий зеленый свет, исходящий из земли вместе с мощными потоками высокой плазмы. Крупные камни, освободившись от оков гравитации, зависли под сводами каменной арки и медленно перемещались, ловя струи проходящего сквозь ущелье воздуха. Песчаная крошка, иногда осыпающаяся с их боков, подобно маленькой копии какой-нибудь древней галактики светилась голубыми огоньками и наполняла собой все темные углубления под куполом опасного горного проема. Высокая плазма, скопившаяся в нем, не давала этому маленькому чуду природы опуститься к земле, хотя иногда такое все же случалось, и нарушенный тонкий баланс магического равновесия проливался на землю горного прохода опасным каменным дождем.

Приученные к подобным переходам кони спокойно прошли сквозь врата, даже не обратив внимания на зависшие над их лохматыми головами здоровенные валуны. Под копытами что-то пару раз хрустнуло. Ранм Аиронт, раскрыв сферическое око так, чтобы оно спокойно могло войти в наполненный высокой плазмой широкий проход, заметил этот едкий звук, только когда его слуга чуть побледнел и, не сумев скрыть мимолетного страха, бросил короткий взгляд в траву, по которой шли кони. Кости несчастных, не обладающих магической силой существ, будь то безрассудные люди или по глупости забредшие в один из проходов Белого Пояса животные, по-прежнему усеивали дорогу, идущую из обычного человеческого мира на территорию магических общин.

Каждые врата в великих горных хребтах в точности, как и эти, с древних времен были снабжены такими нехитрыми ловушками, которые за многие века отточила и укрепила сама природа. В данном случае убийственной силой были наделены те самые парящие в воздухе камни, служившие одновременно изящной завесой для владеющего магией человека, которому не составляло труда ее раздвинуть, и также суровым орудием казни для тех, кто не знал, как обращаться со своим сферическим оком или попросту его не имел.

За небольшим спускающимся по склону старой горы еловым лесом начинались обычные, населенные простыми людьми города. Хорошо обученные кони из Дальманраксы быстро домчали своих седоков до первой деревушки, а за ней вскоре сквозь темноту показался и город с настоящей крепостью.

Обнесенный высокой каменной стеной Лэ́йрикольд выглядел слегка нескромно на фоне своих ближайших соседей, расположившихся за пару десятков верст, которые и вовсе не имели никакого ограждения. Люди, живущие здесь, поговаривали, что Лэйрикольд выстоял в свое время в какой-то опасной битве благодаря своим стенам. И что сам он намного старше, чем все отстроенные новой династией королей ближайшие города. Теперь здесь располагалась знаменитая арена скитающихся воинов и пара старинных библиотек, собранных некогда вернувшимися «в мир» отшельниками.

Немногие маги интересовались этим городом. Большинство официальных представителей храмовых общин считали Лэйрикольд просто очередным заброшенным обиталищем необразованного сброда. История этого города никогда толком никем не велась и уж точно не записывалась на силиангли́те⁴. Разве что какие-нибудь местные летописцы вперемешку с легендами излагали ее на свой лад, оставляя корявые, стираемые временем очерки на сухом пергаменте.

Ранм Аиронт уже как-то посещал этот город. Один раз он был здесь проездом, второй – возвращался туда намеренно по каким-то мелким делам, которые следовало провести с общиной магов Ке́львойда – для этого нужно было выбрать нейтральную территорию. Сегодня же Аиронт решил приехать сюда просто так. Скорее всего, это ничем не примечательное для мага место его тем и привлекало, что сюда не совали свои носы такие же, как он. В отличие от многих своих коллег, молодой наследник рода Ранм любил проводить время, изучая культуру отдельных затерянных островков человеческой цивилизации, не затронутой высокими идеями, которые приносили маги из своего просветленного мира. Он часто наблюдал за поведением самых простых крестьян, за их естественной картиной жизни, оставаясь для них невидимым или в образе малозначимой фигуры одинокого странника. В такой обстановке Аиронт мог расслабиться и отдохнуть, а также поразмыслить о неизменной, протекающей разными путями человеческой судьбе.

К тому же, многими простыми вещами, созданными людьми в силу острой в них нужды, Ранм Аиронт откровенно восхищался. К таким относилось, например, выкованное из металла оружие. Одно время молодой маг даже обучался искусству владения клинком и неплохо освоил тяжелый двуручный меч… Но это необычное для мага увлечение он, к своему сожалению, был вынужден оставить, как только его обязанности в Храме стали отнимать у него больше времени. Чем-то приходилось жертвовать. И Аиронт не собирался оставлять свое основное занятие. Изучение магии было его призванием, про это он никогда не забывал, хотя расслабляться он все же предпочитал за другими вещами – куда более простыми.

И вот сегодня, среди ночной тьмы и зажженных масляных факелов, внимание молодого мага привлекла собравшаяся у свободной арены восхищенная чем-то толпа, а также любимый уху звук – лязг оружия и грохот гнувшихся под его натиском доспехов и щитов.

– Что-то сегодня они разбушевались серьезнее обычного, – недовольно проворчал Санфэл. Он также несколько раз бывал в Лэйрикольде и прекрасно знал о проводившихся здесь вольных состязаниях и поединках за деньги.

Многие воины приезжали сюда издалека, чтобы показать себя и урвать кусок минутной славы. Но, как правило, такие, особенно страстные к играм бойцы, складывали свои головы здесь же, на арене, не умея вовремя остановиться или не желая смириться с поражением, которое вместе с тяжелыми ранами несло в себе печать позора. Одним словом, собирающиеся здесь сами решали, когда бои шли на смерть, а когда просто ради того, чтобы помериться силой или обменяться опытом.

– Там определенно происходит что-то интересное. Я хочу на это взглянуть. Подойдем ближе, – Ранм Аиронт кивнул слуге, чтобы тот поторапливался и сам направился в сторону скудно огороженной площади, на которой проходили поединки.

Двое воинов совершенно разной комплекции и с разным оружием в руках сцепились в причудливой схватке. У одного из них, похожего на степного варвара, был убийственно огромный топор с двухсторонним лезвием, а второй, в доспехах вернувшегося с войны северянина, орудовал простым одноручным мечом с белой рукоятью.

За последние несколько лет, после того как война в холодной стране снегов была закончена, таких воинов, особо отличившихся на поле брани, вернулось оттуда немало. Они проезжали через эти края, часто останавливались в подобных удобно расположенных городках небольшими отрядами в полсотни человек. И сейчас на арене таких ветеранов с одноручными мечами, отмеченными белой рукоятью, собралось около двух дюжин. Сразу было видно, что они пришли сюда похвастаться своим хорошо отточенным мастерством и выйти с арены победителями.

Проходящий бой разворачивался довольно жарко. Варвар, ухватив топор обеими руками, с устрашающим ревом набросился на своего соперника, начиная теснить его к единственной стене. Умело защищаясь небольшим щитом, северянин выстоял под серией мощных ударов и в последний момент ловко увернулся, обратив атаку соперника против него самого. Варвар открылся с левой стороны и поплатился за это серьезным ранением в плечо.

– А ты, видно, силен! – крикнул северянин противнику, когда алая кровь потекла по левой стороне его предплечья и темными пятнами окрасила его серую, обхваченную стальным поясом волчовку. – Но чтобы победить меня, одной силы мало. Ты уже проиграл, здоровый мешок с мясом!

Варвар ничего не ответил на оскорбление и только крепче сжал двуручный топор уже одной левой рукой. Следующий его удар не был таким же тяжелым, и воин с легким одноручным мечом легко парировал его, а затем сам пошел в наступление. Еще несколько раз лязг металла разносился по арене, вторя голосу радостной толпы, а после очередного выпада все в один момент закончилось.

Варвар упал на колени, выронив свое оружие, и с тяжелыми вздохами ухватился за широкую рану на груди. Глаза его были налиты кровью и ненавистью. Но все же, когда ликующий северянин, сорвав с головы шлем и отшвырнув щит, грозно вскинул меч, готовясь добить противника под радостные вопли своих боевых товарищей, варвар поднял голову и, расцепив зубы, густым басом произнес:

– Пощади!

Одержавший победу воин с презрением взглянул на него. А его соратники, пришедшие с ним на арену и пребывающие за кругом в толпе зрителей, раскатисто и громко расхохотались. Толпа требовала крови, и больше половины собравшихся грозно вздымали вверх кулаки, призывая одержавшего победу воина одним ударом закончить поединок.

– Прошу пощады!

Хриплый крик варвара повторился, но тут же утонул в массовых насмешках и призывах добить проигравшего.

Гордо повертев меч в руке, северянин направился к раненому варвару, раздумывая над тем, как более эффектно нанести удар.

– Сохрани ему жизнь, он же попросил, – раздался чей-то голос из толпы, наверное, единственный прозвучавший в защиту истекающего кровью.

Ликующий северянин удивленно обернулся, ища взглядом того, кто предложил такую глупость. Все собравшиеся суетливо завертели головами и вскоре таращились на странного мужчину, с ног до головы одетого в черное. Его длинный плащ и наброшенный по самые глаза капюшон веяли недоброй скрытностью.

– Да кто ты есть, чтобы указывать мне?! – Брызжа слюной, гневно огрызнулся в ответ северянин. – Плевать мне на то, о чем просил меня этот пес!

Толпа снова зашумела, поддерживая победителя в его намерениях.

Воин сделал еще шаг вперед и, размахнувшись, с яростным воплем отсек содрогнувшемуся варвару голову. Под всеобщее ликование на земле растеклось широкое кровавое пятно, а победитель поднял окровавленный меч к небу, на обозрение толпе.

– Как грубо! – шепнул Санфэл, с презрением взглянув на обезглавленное тело, заливающее кровью песок, и отрубившего ему голову воина.

Вместе с Аиронтом они наблюдали за зрелищем с верхнего уровня улицы, начинающегося за стеной, что полукругом ограждала площадь, на которой проходили бои. Отсюда не многие смотрели на поединки. Большая часть людей, даже не участвующих в них, всегда собиралась внизу.

– Это уже не бой, а казнь какая-то, получается.

– Да, не самый красивый поединок, ты прав, – отвлеченно произнес Аиронт, устремив сосредоточенный взгляд куда-то на площадь. – Но я полагаю, такое здесь происходит часто.

– Господин Аиронт?.. – Осторожно окликнул его Санфэл, пытаясь рассмотреть на площади что-нибудь особенное, что могло бы привлечь взгляд молодого наследника рода Ранм.

А тем временем ликующий северянин под ободряющие крики своих товарищей цепким взглядом прошелся по толпе.

– Кто еще посмеет бросить мне вызов? Ну?! Желающих нет?! Трусливые твари! Знайте же, сегодня я лучший!

На площадь, незаметно отделившись от толпы, вышел мужчина в черном – тот самый, кто призывал победителя воздержаться от казни. Видимо, он недавно прибыл на арену, и успел застать только последний бой. По крайней мере, Санфэл не заметил его раньше.

Северянин с грозным взглядом повернулся к незнакомцу. В следующий миг произошло что-то быстрое и ошеломляющее. Немногие успели заметить промелькнувший серебристый блеск в воздухе. Приблизившись к одержавшему победу воину, неизвестный тип в черном стоял, казалось, по-прежнему не шелохнувшись.

Не успев толком понять, что произошло, но уже отчетливо видя на земле свой собственный меч и свою кисть, все еще крепко сжимавшую его белую рукоять, северянин заорал от ужаса обливаясь горячей кровью, хлещущей из культи. Гомон в толпе стих в тот же момент.

– Мне показалось, эта рука тебя слишком обременяла, – холодным, словно сталь, голосом заговорил человек в черном. – Сражаться на мечах – не твое призвание.

– Ублюдок! Да как ты посмел?! – яростно крикнул кто-то из соратников лишившегося руки воина.

После этого арену словно охватило безумие. Сорвавшись со своих мест, все двадцать четыре воина в одинаковых северных доспехах достали мечи и кинулись на странного незнакомца. Толпа взревела, лязг оружия слился с криками взбешенных от негодования воинов.

Облокотившись о стену, Аиронт с небывалым интересом смотрел за происходящим, стараясь не упустить ни одной детали.

Длинное серебристое, словно лунный свет, лезвие тонкой изящной катаны в руке человека в черном точными и невероятно быстрыми взмахами непринужденно парировало все направленные в его сторону удары. Две дюжины воинов, окруживших его, от бессилия и ярости продолжали с криками нападать, атакуя загадочного мечника со всех сторон. Но меньше, чем через четверть минуты, половина из них также лишилась рук, а другая половина – упала замертво от смертельных ран, нанесенных точно в сердце или в горло.

Когда последний воин упал лицом вниз на залитую кровью арену, а остальные корчились от боли на земле, зажимая свежие раны, все, кто продолжал наблюдать за смертоносным побоищем затихли, боясь подать голос или случайно шелохнуться.

Человек в черном, не сходивший до сих пор со своего места, убрал катану в ножны и непринужденным движением поправил свой плащ. После этого он развернулся, собираясь покинуть арену спокойным шагом.

В отличие от своего господина, у которого от нескрываемого восторга просто глаза горели, Санфэл наблюдал за происходящим с ощутимой дрожью, а под конец резни опасливо поежился, провожая странного незнакомца испуганным взглядом.

Но не успел человек в черном скрыться, как скрипучий голос изрядно выпившего старика вместе с хриплым смехом раздался с другой стороны арены:

– Ха! Да разве ж это меч? – показывая крючковатым пальцем в сторону загадочного воина, небрежно промямлил старик. – Я ведь знаю, кто ты. Покажи свой настоящий меч, а то устроил тут игрище этим детским прутиком! Давай, покажи, не стесняйся!

Стоявшие рядом с пьяным стариком люди в страхе шарахнулись от него в сторону, потому что странный тип в черном тут же обернулся, к удивлению, не оставив эти слова без внимания. Собираясь ранее уйти, он неожиданно направился к старику. И теперь с каждым его шагом, удивленные зеваки, глазеющие на него, под давлением какой-то неведомой силы начали падать на колени и с приглушенными стонами хвататься руками за головы, словно их разом охватила жуткая головная боль. А старик в лохмотьях, видя, что человек, которого он по глупости своей не побоялся окликнуть, приближается к нему, вмиг протрезвел и испуганно вжался в подвернувшийся его спине деревянный столб.

– Ты отважился говорить со мной о моем мече? – взирая сверху вниз на дрожащего беззубого пьянчугу в лохмотьях, тихо произнес незнакомец.

Старик забормотал что-то несвязное и от сковавшего его дряхлое тело страха тоже повалился на колени, как все остальные люди, а затем и вовсе распластался по земле. Выцветшие глаза несчастного наполнились слезами, но он не смел даже моргнуть, не то, что отвести в сторону взгляд от взирающего на него сверху человека. Казалось, старик собирался молить о пощаде, но по-прежнему не мог произнести ни слова…

– Немедленно отойди от него!

Прежде чем Санфэл успел заметить, как восхищение на лице его господина сменилось на гнев, Аиронт одним прыжком перемахнул через высокую стену и теперь стоял напротив загадочного человека в черном – по другую сторону от скорчившегося на земле старика.

– Я маг Сгорающей Истины, – с ощутимой угрозой в голосе громче произнес Аиронт. – Из какой ты общины? Я требую, чтобы ты назвал мне свое звание и имя. А также я жду от тебя объяснений, по какому праву ты позволяешь себе вмешиваться в мирские дела этого города подобным образом?

Взяв себя в руки, Санфэл через секунду оказался рядом с Аиронтом, который судя по его голосу и взгляду, настроен был крайне серьезно. Ведь, кроме всего прочего, наследник рода Ранм являлся яростным противником использования любой опасной магии в районах, населенных обычными людьми.

Теперь в воздухе на все шестьдесят метров радиуса сферического ока молодого мага ощущалось недоброе напряжение.

Мужчина в черном отвел, наконец, взгляд от старика и небрежно взглянул в лицо Аиронта. А после этого развернулся и так же неспешно направился в ту сторону, куда собирался уйти ранее.

Старик дернулся и дрожащей рукой схватил молодого мага-заступника за край одежды. Жалобный вздох облегчения вырвался у него вместо слов. Аиронт, сменив гнев на милость, присел возле несчастного и за пару секунд внимательно осмотрел его морщинистое грязное лицо.

– Позаботься о нем и окажи помощь всем, кто здесь нуждается, – поднявшись, коротко велел он Санфэлу, снова устремив гневный взгляд в ту сторону, куда удалился человек в черном. – Я скоро вернусь.

– ‹‹‹Господин Аиронт, будьте осторожны! Этот тип скрывает свое сферическое око›››, – с тревогой высказал свои соображения слуга.

– ‹‹‹Мне все равно, что он там скрывает. Этот неадекватный будет иметь дело со всей Сгорающей Истиной, если окажет мне сопротивление!›››

Решительно последовав за незнакомцем в черном, Аиронт прошел мимо испуганно перешептывающихся людей, которые таращились в его сторону, явно узнав в нем знаменитого представителя великого рода Ранм.

Странный человек тем временем оказался уже за пределами арены – в седле своего коня, такого же черного, как и полы его мрачной одежды.

Подойдя ближе, без лишних церемоний Аиронт грубо схватил вороного под уздцы и уставился на всадника. Конь попытался нервно взбрыкнуть, но, ощутив прикосновение мощного сферического ока, тут же перестал сопротивляться.

– Ты мне не ответил на заданный вопрос, – строго произнес Аиронт, с вызовом взирая на незнакомца.

Мужчина в плаще еще раз без особого интереса взглянул на молодого мага.

– Мне не нужен конюх, – в его серых глазах промелькнул оттенок усмешки. – Так что мою лошадь ты можешь отпустить.

Стараясь успокоить вспыхнувшую ярость, присущую, наверное, всем молодым магам И́р-мы⁵, Аиронт с огромным усилием воли все-таки выпустил поводья. Ответить на провокацию и проявить излишнюю агрессию – значит выставить себя в дурном свете перед всем этим городом и этими людьми, на чью защиту он только что встал. Ведь использование любой боевой магии в районах, населенных простыми людьми, чаще всего, приводит к появлению невинных жертв. А такого Аиронт допустить не мог.

Черный конь загадочного незнакомца, освободившись от мощной хватки сферического ока, повел ухом и, развернувшись, неторопливой рысцой направился к главной городской дороге.

С раздраженным вздохом Аиронт ограничился одним лишь гневным взглядом в спину удаляющемуся всаднику, а затем вернулся на арену.

– Ну как тут у тебя? – поинтересовался он, найдя взглядом Санфэла, который уже успел остановить кровь пяти раненым мужчинам. – Справляешься?

– Да, все в порядке, – кивнул тот.

– Хорошо, – стараясь не обращать внимания на глазеющих в его сторону зевак, которых собралось возле арены уже в три раза больше, чем было здесь до происшествия с массовым отрубанием рук, Аиронт снова подошел к старику.

Теперь тот сидел на земле и, приложив обе ладони ко лбу, старался прийти в себя.

– Не бойся, с тобой все будет в порядке, – Аиронт склонился над ним и заглянул ему в глаза. – Как твои дочери?

– Мои… дочери? – старик удивленно моргнул.

– Мое имя Ранм Аиронт. Ты нравишься мне. Звезды сегодня к тебе благосклонны. Возьми своих дочерей и будь гостем в моем доме. Их ждет светлое будущее. А тебе я могу предложить достойную работу и дом.

– Господин, вы так добры…

Аиронт вернулся к слуге. Тот с откровенным неодобрением взглянул на старика и с полным непониманием посмотрел на своего господина.

– Займись этим, Санфэл, – не обратив внимания на его недовольство, велел Аиронт. – Купи повозку и привези ко мне этого человека вместе с его семьей. А я хочу еще пройтись.

Глава 3. День Обретения Речи

Свеча из розового воска приятным вздрагивающим огоньком освещала небольшой читальный столик, заваленный стопкой писем и примерно дюжиной важных документов из Храма. Аиронт сидел в своем кресле и, накинув на плечи широкий шелковый халат, уже как час с лишним занимался изучением оставленных с вечера документов.

Большие песочные часы в углу спальни, в которых бесшумным потоком падал серебряный песок, давно перешли в фазу глубокой ночи.

Аиронт потянулся и, размяв пальцы, развернул очередной свиток с большой красной печатью «С.И.». Перебирать письма с распоряжениями, за которые изначально планировал взяться не раньше завтрашнего утра, было занятием довольно скучным, но отнюдь не вынужденным. Несмотря на всю важность этих документов, в этот раз наследник рода Ранм взялся за это дело исключительно чтобы убить время и отвязаться от навязчивых мыслей, связанных с недавней прогулкой по Лэйрикольду.

Завораживающий стиль боя и потрясающая техника, которой только может владеть мечник, не шли у него из головы. А образ тонкой серебристой катаны, наносящей удары с невероятной скоростью, то и дело появлялся перед глазами.

– ‹‹‹Неужели на свете остались еще среди магов идиоты, которым действительно нравится практиковаться в обращении с холодным оружием?››› – задался вопросом наследник рода Ранм, отведя взгляд от выведенных каллиграфическим почерком строк на желтоватом пергаменте.

‹‹‹ – Нет, господин Аиронт, из всех знаменитых магов вы, пожалуй, единственный такой. Честно говоря, не понимаю я вас… Бросили бы вы это дурное занятие! Вам-то с вашими силами оно уж точно ни к чему. Я б на вашем месте даже в руки меч брать не стал бы. И зачем вы только взялись за эти свои тренировки?›››

– Полная чушь, Ба́ртиас! Ты даже не представляешь, как ты ошибался! – отвечая на воспоминание – слова из старого диалога с бывшим наставником, Аиронт с раздражением отшвырнул в сторону перо и ударил кулаком по столешнице. – Этой невообразимой техникой он превосходит даже тебя! Даже весь твой знаменитый род мечников, при всем моем уважении к твоим предкам! Как это возможно, объясни мне?! Он ведь маг и, судя по всему, довольно сильный. Ты же говорил мне, что такие, как я, не должны браться за оружие, потому что из этого все равно ничего путного не выйдет!

Лицо умершего наставника – знаменитого мастера клинка – всплыло в памяти так ясно, словно он был еще жив. Аиронт вздохнул. Бартиаса с его неуместными советами и немного странным чувством юмора, присущим только простому человеку, прожившему долгую жизнь за пределами Белого Пояса, ему порой не хватало. Даже несмотря на то, что тот всегда относился к нему с излишней предубежденностью и считал, что меч – не та вещь, которую следует брать в руки развлечения ради. А те, кто этого не понимал и желал обучаться искусству боя, не имея на то серьезной причины, вызывали в старом мечнике разве что посредственное сочувствие, но никак не уважение. Понять своего нового ученика, которому просто не имел права отказать в обучении, Бартиас так и не смог. Хотя, в общем-то, особо он и не пытался…

Оставить мрачные мысли помогло возникшее в коридоре движение. Аиронт откинулся на спинку своего крутящегося кресла и развернулся лицом к двери. Через четверть минуты по ту сторону появился Санфэл и тихим, но довольно четким стуком попросил разрешения войти.

– Еще не спите?

– Настроение не то, – Аиронт окинул его внимательным взглядом. – Ты выглядишь уставшим. И где же ты пропадал столько времени?

– У этого старика – Со́ртвина, которого вы просили привезти. Его дочери, как выяснилось, жили вообще не в Лэйрикольде. Три часа потратил только на то, чтобы найти одну из них. Ну а со второй вообще длинная история.

– Ясно, – Аиронт жестом предложил ему сесть на диванчик напротив. – Но ты их все-таки привез?

– Естественно, привез.

– Хорошо. – Аиронт задумчиво соединил кончики пальцев. Затем, после короткой паузы снова заговорил: – Слушай, у тебя нет никаких важных дел на завтра? Например, твоя учеба или что-нибудь еще?

– Нет, – Санфэл покачал головой. – А вы еще о чем-то хотели меня попросить?

– Да. Я хочу, чтобы ты собрал информацию о том странном маге-мечнике, которого мы видели сегодня. Узнай, кто он, из какой общины, чем занимается.

– Ладно, я понял, – вспомнив человека в черном, Санфэл слегка нахмурил лоб. – Вы за этим попросили меня привезти к вам старика?

– Не совсем понял, как это связано?

– Он же сказал, что знает того типа. Если за этим, то… – Санфэл с полсекунды подумал, стоит ли высказывать свои соображения. – Вы же могли просто прочитать его мысли, как это сделал я насчет его дочерей.

– Ты меня удивляешь иногда, честное слово, – с разочарованием покачал головой Аиронт. – Искать среди чужих мыслей нужную тебе информацию, вместо того чтобы вежливо спросить, что тебя интересует, – верх неуважения. Да и потом, я сомневаюсь, что этот старик действительно что-нибудь знает об этом мечнике. Пару вопросов я ему, конечно, задам завтра, но я пригласил его в свои владения совершенно по другой причине.

– И по какой же, не расскажете?

– Он отличный ремесленник, вручную реставрирует и прошивает старые книги.

– Вы в самом деле хотите дать ему работу? – скептически поинтересовался Санфэл.

– Ну да. В Э́кшартонсе меня как раз недавно спрашивали, нет ли у меня в замке знатока в подобном деле.

– Они, наверное, хотели, чтобы вы направили к ним кого-то из жителей Белого Пояса, а не с внешней стороны…

– Маги редко занимаются подобной работой, сам же знаешь, – с усталым вздохом ответил Аиронт. – Если тебя что-то беспокоит, говори прямо.

– Просто я не понимаю, зачем вы пригласили его. Звать к себе какого-то грязного старика, да еще вместе с его дочерьми… Нельзя же собрать у себя всех несчастных, родившихся за пределами Белого Пояса…

– Старшая из его дочерей станет настоятельницей в одном из наших внешних храмов. Я видел это мельком, когда последний раз наблюдал за положением звезд.

– А, ну… если так, – прикрыв рот рукой, Санфэл осторожно зевнул. – Но насчет самого старика я все равно не понимаю, зачем он вам сдался. Сшивать книги – не такое уж редкое занятие. Все-таки он бесполезен, что ни говорите.

Аиронт потянулся в своем кресле, после чего долгим внимательным взглядом посмотрел на голубоглазого юношу.

– Вот уж не думал, что ты когда-нибудь скажешь нечто подобное. Откуда у тебя такая неприязнь к людям, живущим за пределами Белого Пояса? Ведь около одиннадцати лет назад ты и сам был таким же.

Санфэл, округлив глаза, уставился на своего господина. Упоминания об этом он явно никак не ожидал. Откровенное удивление и даже легкий испуг возникли на лице молодого слуги.

– Когда тебе было семь, я абсолютно так же встретил тебя в маленькой заурядной деревушке и позвал к себе, – напомнил Аиронт. – Неужели ты забыл об этом?

Санфэл застыл на диванчике, словно статуя, и опустил глаза, разглядывая теперь только собственные руки, которые непроизвольно сжал от возникшего волнения.

– Как я могу такое забыть? – тихо произнес он, словно эти воспоминания были для него чем-то очень важным и сокровенным. – Но в тот день вы мне сказали, что я… Что у меня большой талант. Вы сказали, что я особенный.

– Я и сейчас так думаю. Твоя тяга ставить эксперименты на живых растениях при помощи высокой плазмы когда-нибудь, возможно, в целую науку перерастет, – спокойным и довольно серьезным тоном ответил Аиронт. – Но ты, получается, считаешь, что, не будь у тебя этого таланта, я бы не взял тебя к себе? Или что я выгнал бы тебя на следующий день?

Санфэл промолчал, не решаясь поднять глаза, и тщательно попытался скрыть все свои мысли. Словно ему было обидно или отчего-то неловко.

– Пойми, ерунда это все, – откинувшись на спинку кресла, продолжил Аиронт. – Таланты, врожденные способности, особые познания в магии – все это не делает человека тем, кто он есть на самом деле. Совет Мудрейших говорит нам, что мы и люди, живущие за пределами Белого Пояса, – разные. Но ведь это же глупо, даже если мои слова идут вразрез с официальным мнением Храма. Чем мы отличаемся? Тем, что они избрали другой путь развития? Или тем, что они живут по другую сторону от приглянувшихся нам горных хребтов? Или, может быть, кто-то считает, что они глупее нас только потому, что они спокойно могут прожить свой день, не используя сферическое око? Мы не имеем права судить их за это. Никто никого не должен судить. Тем более что проблема не всегда кроется в лени и невежестве. Гораздо чаще все зависит от предоставленных человеку возможностей. То же касается и тебя. Даже если ты завтра надумаешь уйти из моего замка и решишь найти себе новую работу, займешься совершенно другой деятельностью, мое отношение к тебе от этого никак не изменится. Понимаешь?

– Да, – спустя пару секунд молчания взволнованно ответил Санфэл. – Но, я не должен был говорить ничего такого, чтобы вы про меня так подумали… Работать у вас – это честь для меня и смысл всей моей жизни. Пожалуйста, не думайте, что я хочу от вас уйти…

– Естественно, я так не думаю, – Аиронт качнул головой. – Просто я не хочу, чтобы ты все человеческие отношения рассматривал как исключительно взаимовыгодные.

– Да, вы правы, – Санфэл утвердительно кивнул, давая понять, что полностью со всем согласен. – Пожалуй, мне стоит чаще задумываться о том, сколько всего мы можем сделать для людей, живущих за пределами Белого Пояса. Ведь именно к этому нас учит стремиться «Си», – затем он встал с диванчика и поклонился. – Я обязательно сделаю для себя правильные выводы из всего этого. А сейчас, если на сегодня я вам больше не нужен, я, пожалуй, пойду спать.

– Да, можешь идти, – кивнул Аиронт. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, господин Аиронт. Я правда счастлив работать у вас, – с этими словами слуга еще раз низко поклонился и вышел из его спальни.

Когда за ним закрылась дверь, Аиронт натянуто вздохнул, понимая, что смысла его слов Санфэл, по всей видимости, так и не уловил. Возвращаться к делам с документами из Храма никакого желания не было, да и смысла, пожалуй, тоже. Оставалось только лечь спать, чтобы встретиться с миром снов, который зачастую приносил потрясающие видения всем талантливым магам, умеющим предсказывать будущее.

Со следующего утра началась новая, полная важных дел и забот неделя в привычном своем ритме. За это время дважды Аиронт посещал Храм и трижды проводил от лица Сгорающей Истины встречи с правителями небольших восточных государств, которые хотели получить покровительство их общины.

В свободное же время удалось поговорить с Сортвином. Старик привел себя в порядок и теперь выглядел вполне прилично. Выяснилось, что у одной из его дочерей временами бывают пророческие видения, похожие на транс. А вторая может читать прошлое по звездам. Что касалось самого Сортвина, никаких выдающихся способностей у него действительно не было. Но, тем не менее, он производил впечатление хорошего человека.

За чашкой чая, которую предложил выпить Аиронт, Сортвин вспомнил тот жуткий вечер, когда перепугался до смерти. После чего рассказал, что примерно пять лет назад далеко на севере слышал, как местные воины рассказывали о странном мечнике, который так же одевался во все черное и был крайне нелюдим. При себе этот воин-странник всегда носил огромный черный меч длинной в человеческий рост.

– У того меча душа черная, как ночь. А у его владельца глаза как у Шиарса́йского Демона, – содрогнувшись, Сортвин припомнил слова из баек военных, которые со временем переросли в легенду. – Не знаю, почему тогда в Лэйрикольде я подумал, что вижу именно этого человека. Я был пьян… Не знаю, господин Аиронт. Вряд ли, конечно, это был тот самый мечник.

Под конец недели Аиронт нехотя начал готовиться к предстоящему торжеству по случаю своего двадцать седьмого года со дня обретения речи.

Прием состоялся еще более яркий и масштабный, чем Аиронт себе представлял. Его управляющая На́лирвэйл взяла дело в свои руки еще на середине недели, чтобы устроить пышный банкет и все полагающиеся к нему торжества. В итоге все прошло так гладко и роскошно, как нельзя было себе вообразить. Праздник прошел в официальных тонах. Совет Мудрейших и Архимаг Оэртионт были в прекрасном расположении духа, поэтому разговоры на деловые темы постепенно переросли в философские рассуждения о будущем, которое ожидает Антаравийские земли, а заодно и всю Эонрию.

В течение вечера среди прибывших на торжество молодых магов у Аиронта, кроме новых знакомых, появилось еще несколько поклонников, которые, как и Санфэл, пока еще не закончили университет. Молоденькие юноши и девушки выразили наследнику рода Ранм свое почтение и, стесняясь заводить длинные беседы, просто таращились на него восхищенными взглядами аж до окончания официального приема.

В конце концов, к наступлению глубокой ночи Аиронт поймал себя на мысли, что на фоне этих полуофициальных разговоров и обходительных бесед у него страшно разболелась голова. Но, поскольку он был сосредоточен на своих гостях и не мог просто так с ними распрощаться, ему предстояло стойко вытерпеть весь прием. Ну а когда празднество закончилось, и все представители Сгорающей Истины разошлись, Аиронт наконец покинул зал.

Недолго думая, куда податься, он закрылся в верхней башне, там, где располагалась его библиотека. Зажав в руке маленький красный саликса́рд⁶, наполненной живой концентрированной высокой плазмой, молодой маг буквально рухнул в свое любимое кресло, стоявшее напротив маленького шестиугольного столика.

Болезненно вздохнув и, пожалев про себя, что, как все обычные маги, не может самостоятельно использовать лечебные сферы, Аиронт приложил ко лбу холодное полотенце.

– ‹‹‹Вероятно, это у вас от золотого вина›››, – раздался телепатический голос, спустя долю секунды после того, как в библиотеке возникло чье-то присутствие.

– Да, скорее всего от него, – Аиронт убрал полотенце от лица и повернул голову в сторону стоявшего неподалеку пепельноволосого йорнха́льна⁷ с большими ярко-желтыми глазами, чем-то похожими на кошачьи. – И кстати, я же просил тебя не подкрадываться ко мне таким образом. Особенно когда я хочу побыть один!

На сероватом лице йорнхальна возникла широкая усмешка.

– Что, предпочтете, чтобы я оставил вас наедине с вашей головной болью?

Аиронт проигнорировал его слова и отвернулся.

– Не злитесь, – йорнхальн подошел ближе, и в его тонкой жилистой руке с острыми когтями на длинных пальцах возникла маленькая белая сфера. – В конце концов, то, что я ваш лекарь, никак не отменяет моей потребности питаться вашими эмоциями и эмоциями вам подобных⁸.

– Ладно, не начинай. Энергетического истощения мне еще не хватало, – проворчал Аиронт, чувствуя, как белая сфера коснулась его головы, принося значительное облегчение.

– Кстати говоря, золотое вино – на редкость опасный напиток, вы разве не знали? – приглушенным полушепотом заговорил йорнхальн.

– Несмотря на то, что мода на эту дорогую дрянь исчезла больше четырехсот лет назад, Архимаг Оэртионт продолжает его пить. А это значит, оно должно присутствовать на всех официальных праздниках, которые он посещает! – с легким раздражением пояснил Аиронт. – Поэтому, знал я о его вреде или нет, особого значения не имеет.

– Если быть точнее, человеческие маги перестали употреблять золотое вино триста восемьдесят один год назад, – вкрадчивым тоном поправил йорнхальн. – А Архимагу Оэртионту со дня обретения речи в этом году будет четыреста двенадцать. Так что совсем не удивительно, что он хранит эту древнюю традицию.

– Как много ты, оказывается, знаешь, – уже совсем не чувствуя головной боли, да и легкого дискомфорта в желудке, Аиронт расслабленно вытянул ноги, закинув их на краешек стола. – Хо́уртл, мне вот очень любопытно. В каком же году ты сам родился?

– Так, дайте вспомнить… – серокожий йорнхальн поднес один из пальцев к подбородку и задумчиво сощурил глаза. – Приблизительно я родился… Хотя нет, ответить на этот вопрос для меня все-таки слишком сложно. Могу сказать только, что последние двести лет своей жизни я все-таки помню, а это значит, что я, по крайней мере, немного старше этой цифры.

– Немного – это насколько? – с усмешкой поинтересовался Аиронт. – Лет на пятьсот?

Хоуртл, не скрывая выступающих клыков, снова широко улыбнулся, но на вопрос предпочел не отвечать.

– Вот, – он вытащил из мантии маленький черный мешочек. – Заварите завтра утром в горячей воде и выпейте до приема пищи. Это поможет успокоить желудок.

– Спасибо, – Аиронт взял лекарство и, повертев в руке, убрал в карман.

– Кстати, я хотел спросить по поводу вашей предстоящей встречи… – заговорил Хоуртл, но тут же прервался, так как со стороны коридора почувствовалось стремительное приближение чьего-то сферического ока. Спустя долю секунды Санфэл буквально влетел в помещение библиотеки без стука или какого-либо другого предупреждения.

Под взглядом удивленного Аиронта и слегка обалдевшего от такой наглости Хоуртла, слуга быстро прошел в центр комнаты и постарался отдышаться, чтобы как можно скорее начать говорить. Лицо Санфэла было бледным, мелкий пот выступил на лбу, а глаза слегка расширились, словно он недавно испытал значительный шок и до сих пор никак не мог отойти.

– Фух… Во-первых, – взволнованно заговорил Санфэл, подойдя к креслу Аиронта и совершенно проигнорировав присутствующего в помещении йорнхальна. – Я приношу свои глубочайшие извинения за то, что не присутствовал на торжестве по поводу вашего двадцать седьмого дня обретения речи… – Санфэл вытянул руки по швам и низко поклонился, – а во-вторых… Во-вторых, у меня для вас такие новости!

Подперев рукой подбородок, Аиронт с огромным любопытством смотрел на своего молодого слугу, который никогда раньше не позволял себе таких вольностей.

– Можно мы поговорим наедине? – наконец заметив Хоуртла, чуть сдержаннее спросил Санфэл, хотя в его взгляде по-прежнему читалось безумное рвение срочно поделиться чем-то важным.

В ответ Хоуртл громко и недвусмысленно фыркнул, после чего коротким кивком поклонился Аиронту и незаметно исчез. Через полсекунды его присутствия в библиотеке уже не ощущалось.

– Он ушел, можешь говорить, – с таким же почти научным интересом рассматривая взволнованного юношу, тихо произнес Аиронт. – И, кстати, можешь сесть.

– Спасибо, – Санфэл снова поклонился, но до ближайшего стула так и не дошел, поэтому продолжил стоя: – Я расскажу вам, где я был… Вы не поверите!

– Уже не верю, – с иронией отозвался Аиронт.

– Я был в главной университетской башне, в восьмой секции… В общем, пока никого не было, мне удалось проникнуть в Зал Архивов, и я позволил себе прочесть некоторые документы…

Услышав, что его подопечный каким-то образом умудрился добраться до строго охраняемой секретной информации Храма, Аиронт удивленно расширил глаза.

– Помните, вы просили меня узнать про того человека из Лэйрикольда? – еще взволнованнее продолжил Санфэл. – Так вот, я нашел… Этот человек… Он… Это был сам Мастер Ло́р-мы⁹!

– Что?.. – Аиронт тут же выпрямился в кресле как по струнке, но своим ушам так и не поверил. – Ты хоть понимаешь, как серьезно ты бредишь?

– Господин Аиронт! – Санфэл на мгновение замялся, а затем так же возбужденно продолжил: – Ошибки быть не может. Не верите мне – запросите официальное разрешение на доступ к этим документам и прочитайте сами! Тот человек в черном, устроивший беспорядок на вольной арене, – действительно никто иной как Мастер Лор-мы!

Прочитав по глазам Санфэла, что врать сейчас он никак не может, Аиронт побледнел и медленно вернулся в прежнюю позу нормально сидящего человека, затем машинально положил руку на лоб. Этот жест у наследника рода Ранм появлялся во время крайней задумчивости, когда он был невероятно серьезен или решал что-то очень важное.

– Мастер Лор-мы… – спустя две минуты тишины и глубоких раздумий тихо произнес Аиронт. – Легендарный маг. Второй за всю историю, кому присвоили имя Абсолютного Мастера за невероятные и даже непостижимые познания в магии… – Аиронт поднял глаза, а затем встал из кресла. – Санфэл, ты понимаешь, что это значит?

Слуга притих, после длительного молчания он уже успел немного поостыть и как следует обдумать все, что за сегодняшний вечер с ним произошло. После рассказов своего однокурсника, которые навели его на нужные мысли, он проник в здание главной башни. Потом подмешал сонного зелья двум уважаемым магам в восьмой секции и тайком прошел в архив, доступ куда студентам вроде него всегда был строго запрещен. Одним словом, Санфэл совершил кучу таких безрассудных поступков, что теперь, когда он обо всем об этом всерьез задумался, сказать ему было, определенно, нечего…

– Примерно десять лет назад я узнал, что где-то далеко на западе появился невероятный маг, остановивший масштабное сражение двух враждующих государств, которые поддерживались вошедшими в конфронтацию магическими общинами. На это сражение, которое должно было стать самым кровавым побоищем за всю историю запада, были собраны полтора миллиона человек. Среди них были отряды, как опытных головорезов, так и боевых магов. Говорят, этот загадочный, объявившийся из ниоткуда маг разрешил тот конфликт одним лишь своим присутствием на поле боя, закончив все без единой капли крови, – вдумчиво принялся рассказывать Аиронт, прохаживаясь перед столиком взад-вперед. – По слухам, все воины, прибывшие для участия в сражении, бежали от этого человека в панике. Причем каждый из них испытал такой дикий ужас, что никогда больше не брал в руки оружие! Как потом рассказывали очевидцы тех событий, воины, покинувшие поле боя, утверждали, что на самом деле несколько раз пережили это страшное кровавое сражение, и даже ясно ощутили свою собственную смерть. Тогда я еще сомневался в услышанном и не поверил в то, что такое вообще возможно. А через три дня Сгорающая Истина сделала громкое заявление. Она провозгласила объявившегося на западе никому неизвестного мага, который вмешался в этот конфликт, как нового Мастера. Потому что его силы и познания в Лор-ме соизмеримы только с моим могущественным и великим предком, получившим имя Мастера Ир-мы! – продолжив, Аиронт замер на месте и снова взглянул на своего слугу. – А теперь выясняется, что тот самый маг с легендарной силой, получивший имя Мастера Лор-мы, разгуливает по восточным городам за пределами Белого Пояса, посещает какие-то дурацкие вольные бои и к тому же он… мечник?

Снова в библиотеке повисло короткое молчание

– Ты даже не представляешь, Санфэл, как я рад тому, что ты все выяснил! – неожиданно схватив слугу за плечи, возбужденно заговорил Аиронт, и восторженный блеск засиял в его глазах. – Не волнуйся насчет нарушения кодекса и прочей ерунды, в которую ты влез! Завтра у тебя на все будет железное алиби! А у меня появится серьезный повод чтобы отправиться в долгожданный отпуск.

Глава 4. Поединок

К утру следующего дня в замке, расположенном в северной долине от Антаравийских гор, уже все его обитатели знали, что молодой представитель рода Ранм неожиданно отправился на юг посетить владения своего отца, чтобы повидаться с родней и решить некоторые семейные дела. Особо просвещенный в астрономии круг местных магов истолковал его срочный отъезд как вынужденный и временно взял все его обязанности на себя. После чего ими также было сделано важное заявление для всех высших членов Первого Антаравийского Университета. Гласило оно о том, что прошлой ночью зал архивов подвергся нападению неизвестного беглого йорнхальна, который обезумел, и теперь одной из первоочередных задач является установление его личности и немедленная поимка.

Воспользовавшись искусственно созданной суматохой вокруг проблем Антаравийского Университета, и позаботившись о том, что все предстоящие дела и неожиданности будут улажены Налирвэйл, Аиронт хлопнул дверью и в прямом смысле слова исчез. Этой ночью он был предельно осторожен, чтобы никто из его знакомых случайно не пронюхал, куда же он отправился на самом деле. Хотя, если говорить откровенно, своего конечного места назначения молодой маг не знал пока даже сам. Предстоящее приключение обещало быть интересным, а этого на первых порах Аиронту было вполне достаточно.

После его поспешного отбытия из собственного замка прошло ровно четыре дня. Солнце близилось к закату, проливая свет алых лучей на белокаменные стены и высокие башни Тиола́рна – старинного города, появившегося в этих широколиственных лесах примерно тысячу лет назад. Приносящие богатую прибыль развитые рынки, а также несколько главелдиновых и золотых шахт делали этот город весьма привлекательным местом для жизни торговцев, охотно съезжавшихся сюда из ближайших восточных и южных земель, а также зажиточных крестьян и умелых золотоискателей.

Местные жители поговаривали, что Тиоларн всегда будет процветать, потому что такова была последняя воля основавшего его странствующего принца из давно забытой, но влиятельной в те времена страны, который, по слухам, был также предвидящим магом и сыном женщины-йорнхальна.

Кроме того, на территории Тиоларна, вернее, у самой его окраины, располагался древний заброшенный храм, построенный так же тысячу лет назад и в настоящее время населенный лишь блуждающими йорнхальнами. Приезжающие сюда маги часто посещали этот храм, а некая секта любителей еретических поклонений даже устраивала в нем какие-то странные обряды на полнолуние. Еще из популярных мест поблизости был небольшой невольничий рынок с весьма завидной репутацией полностью узаконенных торгов, и знаменитая кузница, прославившаяся отменным оружием и очень прочными кольчужными доспехами из тяжелого металла.

Но, пожалуй, главной достопримечательностью, привлекающей в Тиоларн кроме простого люда еще немалое количество отслуживших опытных воинов, а также зевак и любителей захватывающих зрелищ, была белокаменная арена. Настоящая гладиаторская арена, основанная неким орденом, который организовывал высококлассные бои и предоставлял возможность любым желающим подзаработать на поединках в качестве участника или любителя делать ставки.

Здесь, на широкой площади, охваченной полукругом зрительскими местами, скрещивали друг с другом мечи буквально все – от рабов и осужденных на смертную казнь бандитов до высокопоставленных рыцарей и странствующих паладинов. А иногда для эффектных представлений на арену выпускали даже диких животных, пойманных в ближайших лесах, или выращенных и обученных специально для травли и эффектного представления.

В общем, скучным местом Тиоларн назвать было никак нельзя. И сегодня, как, впрочем, и всегда, приехавшим сюда путникам было чем заняться и на что посмотреть.

Над окрашенной кровью площадью арены раздавался голос высокого седовласого оратора с большим шрамом во всю оголенную грудь. Мужчина объявлял начало следующего поединка, в котором должны были сойтись знаменитый гладиатор по кличке Убийца-Гортс и требующий у него реванша одноглазый наемник, дерущийся всегда двумя мечами. Собравшаяся публика, ожидающая этот бой уже целых три дня, сгорала от нетерпения. Все предвкушали жестокую кровавую схватку. После трех полуобнаженных воительниц с копьями, двух отставных полководцев, решивших выяснить отношения, и нескольких пожирателей огня из племени дикого народа раа́-нху́ этот бой из запланированных должен был стать последним и как следует скрасить вечер. Основная масса ставок делалась на него. Но неожиданно, в тот самый момент, когда оратор уже готов был объявить о начале схватки, некий молодой человек в светлом плаще состоятельного путешественника, ростом не сильно выше среднего и на вид явно не крепкого телосложения, поднялся со своего зрительского места и вышел на главную трибуну. Там, после короткого разговора с ответственным за намечающееся зрелище седоволосым человеком, он публично заявил, что желает поучаствовать в предстоящем поединке, причем сражаясь сразу против обоих оппонентов, которых публика горела нетерпением увидеть. Когда после недолгих дебатов обескураженные такой наглостью одноглазый наемник и знаменитый гладиатор выразили желание разобраться с молодым кареглазым странником, а уже потом и друг с другом, путешественник тут же предложил присоединиться к их предстоящему бою еще пяти лучшим бойцам арены, включая действующего чемпиона.

– Все вы будете сражаться против меня одного, – с четкой дикцией и благородным выговором громко заговорил молодой человек. – Тому, кто сможет меня победить, в награду я обещаю четыреста а́льсов¹⁰.

С этими словами он бросил бархатный и довольно увесистый мешочек с деньгами в руки объявляющему бои человеку и, обнажив свой длинный меч, спустился на алый после предыдущей схватки песок.

Удивленные бойцы, не воспринимавшие до этого странного молодого человека всерьез, сразу же оценили предложенные им деньги, на которые, пожалуй, можно было купить целую ферму со скотом в придачу или разжиться нехилым доминой в хорошем месте.

– Да начнется бой! – громко провозгласил оратор, видя, что публика быстро прочувствовала интерес предстоящего сражения, хотя еще какое-то время со стороны зрительских рядов раздавался только смех и презрительное фырканье.

Семь профессиональных бойцов, шесть из которых были опытными гладиаторами и один известным убийцей, обнажив мечи, вышли на арену. Все они собирались быстро покончить с нелепым вызовом, и каждый хотел забрать себе обещанные деньги. Но примерно через полминуты трое из бойцов, обездвиженные серьезными ранами, уже лежали на земле, не в силах пошевелиться. Публика взорвалась от восторга, а молодой путешественник, обладающий фантастическими навыками фехтовальщика, грациозно перебросил свой меч из правой руки в левую и продолжил схватку.

Вскоре и четверо оставшихся оппонентов были повержены. Когда лишенный своего оружия последним на землю упал действующий чемпион, а загадочный молодой человек без единой царапины заинтересованным взглядом посмотрел на оратора, дав понять, что жаждет продолжения, на арену вышла еще дюжина бойцов. Но и их в скором времени постигла та же позорная участь – быть поверженными в схватке двенадцать против одного.

Пока проходил бой, многие отставные военные, сделавшие ставку на этом, похожем на издевку сражении и оставшиеся в итоге без гроша, повыскакивали со своих зрительских мест с криками: «Я убью этого ублюдка!» Но в конце концов и их появление на горячем песке арены ничего не изменило.

После получасового безумия, сопровождаемого лязгом металла и криками восторженной толпы, молодой путешественник сделал легкий уважительный поклон в сторону публики, а затем вернулся на главную трибуну и снова заговорил с организатором боев.

– Уважаемые жители и гости Тиоларна! – обратился к зрителям оратор. – Сегодня наш знаменитый чемпион был повержен, но его победитель и наш дорогой гость арены не пожелал сообщить свое имя. Поэтому новый чемпион пока не может быть назван. Хочет ли кто-нибудь вызвать этого молодого господина на смертельный поединок и скрестить с ним мечи за почетное звание лучшего бойца нашей арены? К обещанной награде в четыреста альсов новый чемпион по традиции получит еще триста!

В затихшей на некоторое время толпе снова поднялся любопытный гомон. Зрители начали переговариваться между собой и оглядываться на присутствующих среди них воинов. Но даже через две минуты ожидания никого, кто решился бы сойтись в битве с загадочным путешественником, не нашлось.

– В таком случае я сам хочу бросить вызов! – сделав шаг вперед, громко заговорил молодой человек, обращаясь к зрителям. Его блуждающий по толпе взгляд внезапно остановился на верхних северных трибунах. Он вытянул в ту сторону руку и указал на кого-то пальцем. – Я хочу вызвать на смертельный поединок его!

Заинтригованные зрители начали оборачиваться и переговариваться между собой. Количество пришедших сегодня на арену посмотреть бои было слишком велико, чтобы вот так, когда указали в дальние ряды, хоть кому-то стало понятно, кого же имеют в виду. Но, несмотря на этот нюанс, уже совсем скоро большая часть собравшихся, да и сам оратор, начали догадываться, кого же выбрал молодой странник, прекрасно владеющий мечом.

Высокий мужчина в черном, как ночь, плаще, сидевший в северных верхних рядах, непринужденно закинув ногу на ногу и подперев рукой подбородок, был единственным, кто не шелохнулся, когда путешественник указал в сторону его трибуны.

С разных сторон послышались голоса любопытных зевак: «Спорю на двадцать альсов, что это про того типа говорят! Да-да, точно про него!»

– Уважаемый господин изъявил желание драться с тем человеком! – Громко провозгласил оратор. – Не побоится ли он выйти на арену и принять этот вызов?

Словно не замечая надрывающегося организатора представления, мужчина в черном слегка сощурился. По-прежнему не сдвинувшись с места, он сидел в раздумьях и не отрывал взгляда от молодого странника в светлом плаще. Зачинщик странного представления в свою очередь так же уставился на человека в черном – пристально и с неподобающе довольным выражением лица.

– ‹‹‹Я знаю, кто ты›››, – с победоносной интонацией телепатически произнес Аиронт.

– ‹‹‹Поздравляю›››, – коротко ответил мужчина в черном.

– ‹‹‹Я вызвал тебя на поединок!›››

– ‹‹‹Да, я слышал›››.

– ‹‹‹В таком случае выходи, я жду›››, – все так же бодро продолжил Аиронт.

– ‹‹‹Можешь ждать и дальше›››.

– ‹‹‹Ты не ответишь на мой вызов?›››

– ‹‹‹Я не собираюсь использовать магию, так что весело тебе не будет›››.

– ‹‹‹Что ж, тогда я буду использовать›››, – Аиронт широко улыбнулся. – ‹‹‹Так что весело будет в любом случае. Спускайся оттуда! Или мне за тобой подняться?›››

Короткая пауза повисла над ареной. Из-за затянувшегося молчания голоса перешептывающихся зрителей, которые, естественно, не могли слышать чужую телепатию, стали все громче и любопытнее.

– ‹‹‹Не здесь›››, – ответил, наконец, человек в черном.

– ‹‹‹А где же тогда?››› – в нетерпении уточнил Аиронт.

– ‹‹‹Прямо за этим городом есть лес. В западной его части на опушке находится разрушенный алтарь. Буду ждать тебя там через две минуты›››.

– ‹‹‹Отлично, я приду›››.

Мужчина в черном поднялся с трибуны и, сделав пару шагов, затерялся среди зрительских рядов. Удивленная публика в недоумении начала вставать со своих мест и глазеть по сторонам, не понимая, куда исчез этот странный человек.

– Я вынужден с вами попрощаться, – громко произнес Аиронт, и под недовольные крики, раздающиеся со зрительских мест, быстрым шагом покинул территорию арены, после чего также исчез из поля зрения недоумевающей публики.

В лесу, поблизости от небольшой пещеры, которая служила, по всей видимости, логовом для диких животных, среди высоких вековых дубов открывалась небольшая поляна с разбросанными повсюду поросшими мхом серыми камнями. На небольшом пригорке, куда несмотря на вечер продолжали падать солнечные лучи, лежала широкая темно-красная плита, расколотая посередине. Вероятно, когда-то здесь действительно был алтарь, возведенный в честь уже давно забытых богов.

Воспользовавшись левитацией и взлетев над лесом, Аиронт довольно быстро нашел это место. Стоило ему заметить нужный ориентир, через пару секунд он уже стоял напротив старого святилища. Человек в черном ждал его там.

– Давай начнем? – без лишних разговоров мужчина отвел в сторону плащ и достал из ножен огромный двуручный меч из неизвестного зеленого металла, похожего на стекло.

Аиронт взглянул на хозяина клинка. В этот раз он был без своего капюшона. Высокий, почти в два метра ростом. Длинные темно-русые волосы до середины спины, серые глаза с острым взором. Лицо и внешний вид этого человека, на вид тридцати семи лет от роду, полностью подходили тому описанию, что обнаружил и пересказал Санфэл.

Стараясь не показывать возросшего волнения, Аиронт также достал свой меч – именной, выкованный из лучшей южной стали, с длинным клинком и удобной рукоятью, на которую свободно ложились две ладони.

– Я готов, – уверенно произнес он, встав наизготовку. – Можем начинать!

– Ну и отлично, – человек в черном сжал в одной правой свой огромный двуручник, а затем сделал резкий взмах.

Не сразу сообразив, что произошло, Аиронт почувствовал сильную ударную волну, а затем понял, что его отшвырнуло на землю. Резкая боль отдалась в позвоночнике, затылке, груди и запястье правой руки, из которой был выбит меч.

Моргнув, спустя долю секунды Аиронт понял, что находится в горизонтальном положении – лежа на спине. Перед собой он увидел нависшее над ним острие огромного зеленого меча, направленное точно в центр его ничем не защищенной шеи. Человек в черном стоял у его головы и так же непринужденно одной рукой держал здоровенный меч. Казалось, он выбрал именно такую позу, чтобы в нужный момент просто чуть разжать пальцы и посмотреть, как увесистый клинок вонзится в горло его противника, подчиняясь простому закону гравитации.

– Ты действительно так хочешь, чтобы я тебя убил? – не убирая меча, суровым тоном задал вопрос мужчина.

Чувствуя, что его сферическое око сейчас абсолютно бесполезно, Аиронт осторожно перевел дыхание.

– Нет. Честно говоря, не хочу…

– В таком случае, какого дьявола тебе от меня нужно? И почему ты ходишь за мной, из города в город, вот уже целую неделю?

– Ну… дело в том, что ты мечник… – делая ровные прерывистые вдохи и никаких лишних движений начал объясняться Аиронт. – А в наши дни нечасто встретишь мага, использующего оружие. Поэтому мне очень хотелось с тобой поговорить…

Человек в черном пару секунд молчал, изучая его взглядом, а потом с усмешкой сощурил свои серые глаза.

– Знаешь, вызов на смертельный поединок – это самый идиотский способ заводить знакомство, из всех, с которыми я когда-либо сталкивался.

– Пожалуй ты прав, – слегка смущенно согласился Аиронт, а затем, подумав добавил: – Но раз уж мы заговорили о знакомстве… Может, для тебя не будет так принципиально меня убивать, и ты уберешь свой меч подальше от моего горла?

Мужчина в черном еще пару секунд пристально всматривался в его карие глаза, а затем, давая понять, что для него это действительно не принципиально, убрал оружие в ножны и протянул руку.

– Клэ́йрохс, – представился он.

– Ранм Аиронт, – наконец-то вздохнув свободней, молодой маг принял рукопожатие и одновременно поднялся.

Глава 5. Серьезные намерения

На лес в окрестностях Тиоларна опускались сумерки, и прохладный ветерок проносился среди дубовых ветвей. Приятный запах вечерней свежести стоял в воздухе.

– Здесь довольно красиво, – отряхнувшись и приведя себя в порядок, Аиронт так же убрал меч и осмотрелся вокруг. – Часто бываешь в этих местах?

– Нет, – усевшись на приличных размеров камень и закинув ногу на ногу, сухо ответил Клэйрохс. – Я тут впервые.

– Ясно. Впрочем, я тоже. Тиоларн – один из немногих крупных городов на востоке, который я до сегодняшнего дня не посещал. Но мне здесь понравилось.

– Да, красивый город. Только людей многовато.

– Ну, в больших городах должно быть много людей, разве нет? – Аиронт заинтересованным взглядом окинул огромный зеленый меч, выглядывающий из-под черного плаща его собеседника.

– Может быть, ты все-таки объяснишь, что конкретно тебе от меня нужно? – проигнорировав старания молодого мага завести заурядную беседу, прямо спросил Клэйрохс.

– Я хочу, чтобы как мечник ты стал моим партнером-оппонентом, – совершенно спокойно заявил Аиронт.

– Партнером-оппонентом? – Клэйрохс рассмеялся. – Не шути так!

– Я совершенно серьезен.

– В таком случае это еще смешнее. Зачем тебе это?

– Затем же, зачем и тебе, – без лишних раздумий ответил Аиронт, подчеркивая очевидность своих слов: – Я обожаю поединки на мечах.

– В принципе из тебя вышел бы неплохой мечник, – Клэйрохс окинул его оценивающим взглядом. – Задатки у тебя есть. Но с чего ты взял, что это нужно мне?

– У тебя есть другой достойный партнер для дружеских поединков?

– Не помню, чтобы я упоминал, что мне вообще нужен такой партнер.

– И, тем не менее, ты пришел сегодня на арену, – решив не отступать, напомнил Аиронт.

– Да, но заметь, я туда пришел вовсе не затем, чтобы ввязываться в какие-то глупые дуэли с магами Сгорающей Истины вроде тебя.

– Так проблема в том, что я из Сгорающей Истины?

– Нет. – Клэйрохс отрицательно качнул головой. – Скорее, проблема в том, что для меня нет повода принять твое предложение.

– Ну, если проблема только в поводе, то давай поспорим, – загоревшись внезапной идеей, Аиронт хитро улыбнулся и одной ногой оперся о валявшийся рядом увесистый булыжник. – Если ты станешь моим партнером в поединках на мечах, за один год я превзойду тебя.

Клэйрохс снова рассмеялся. Определенно, эти слова, как и вся эта сегодняшняя встреча, весьма его позабавили. Однако Аиронт со своим не исчезающим позитивным настроем продолжил так же хитро улыбаться и спокойно смотреть на него, ожидая при этом ответа.

– Все-таки ты конченный оптимист, – наконец, став немного серьезней, ответил ему Клэйрохс. – Но в такой бессмысленный спор я не хочу даже ввязываться.

– Чтобы ты не подумал, что мое предложение было слишком легкомысленным, я могу добавить кое-что к своим словам, – по-деловому скрестив руки, заговорил Аиронт. – Во-первых, должен сказать, что в Сгорающей Истине я состою неслучайно. Мои предки вступили в эту общину еще задолго до моего рождения. А поскольку я, мой отец и вся моя семья глубоко уважаем наш род, оставаться полноправными членами этой общины для нас дело чести. Но так, так как для меня мое предложение к тебе, как и весь спор с тобой, так же является делом чести, я готов добровольно покинуть общину Сгорающей Истины, если окажусь не прав, и через год мои слова о том, что я превзойду тебя не оправдаются.

Клэйрохс задумчиво потрогал рукой подбородок.

– Значит, ты готов ради дружеских поединков на мечах покинуть общину магов, в которой твой род состоит уже не одно поколение? – Он поднялся с камня и еще раз пристальным взглядом заглянул своему новому знакомому в глаза. – Что ж, это любопытное заявление. Пожалуй, я поспорю с тобой.

– Вот и отлично! – Вполне довольный таким исходом дискуссии, Аиронт протянул ему руку для второго рукопожатия. – Значит, мы договорились, и теперь я могу считать тебя своим партнером-оппонентом?

– Да, мы договорились. – Клэйрохс ответил на его жест. – Возможно это будет интересно. Но учти, Ранм Аиронт. – На лице мечника в черном промелькнула улыбка, полная азарта. – Меня тебе не превзойти никогда.

После этого разговора они еще немного поболтали, прогуливаясь по лесу. А потом, так как все обсуждения все равно заканчивались упоминанием холодного оружия, они нашли подходящее место и приступили к первому дружескому поединку, который слегка затянулся и продолжался… около двух суток.

За все это время Аиронт несколько раз пользовался сонными и питательными сферами¹¹ и молча удивлялся, что Клэйрохс к подобной магии ни разу не прибегал. Когда же, несмотря на всю энергетическую подпитку, Аиронт немного подустал и, наконец, почувствовал, что запястье у него страшно разболелось, спарринг на мечах пришлось прервать и отложить до лучших времен. Так они попрощались и договорились о следующей встрече, которая должна была состояться ровно через три дня.

За эти три дня Аиронт вернулся в свой замок и навел справки обо всех происходящих там делах, после чего отправился сразу же в Главный Храм Сгорающей Истины Антаравийских земель. Сообщив Совету Мудрейших о том, что он возвращается после кратковременного отсутствия к своим привычным обязанностям, Аиронт посетил также Первый Антаравийский Университет и с головой погрузился в работу.

После длительной прогулки в лесу на свежем воздухе и активных физических нагрузок он чувствовал себя одновременно очень бодрым и немного измотанным. Так как последние пару лет практики в сражениях на мечах у него не было, Аиронт ощущал, что для его физического тела те два дня непрерывного боя стали серьезным испытанием. Но от появившейся бодрости духа пользы оказалось куда больше, чем неудобств от измотанных мышц. Любимое увлечение подняло настроение Аиронта до таких высот, что уже на следующий день его Дар Виденья Судеб ярко проявил себя, и он сделал весьма серьезное предсказание о будущем, которое тут же подтвердилось всем Пятым Пределом Сгорающей Истины как самое вероятное за последние восемьдесят пять лет.

Так постепенно Аиронт начал совмещать свои обычные дела и обязанности со своей вновь пробудившейся страстью к поединкам на мечах.

Со своим партнером и оппонентом, который считался также одним из самых сильных магов в настоящей и будущей истории, Аиронт теперь виделся по несколько раз в неделю. Проходили эти встречи всегда за пределами Белого Пояса и всегда в разных уголках восточных земель. Клэйрохсу, с которым они очень быстро поладили, почему-то нравилось выбирать каждый раз какой-нибудь новый лес, или живописную горную долину в нескольких сотнях, а иногда и тысячах километров от предыдущего места. Аиронта порой это раздражало. Но он никогда не возражал, понимая, что, если бы ни его постоянная занятость делами Храма, расстояние не имело бы для него никакого значения в сравнении с той красотой и тем удобством, которое давали им новые места. К тому же и сами поединки отнимали уйму времени, про что ни в коем случае не следовало забывать.

В итоге уже после третьей запланированной встречи Аиронт пересмотрел полностью свой прежний график и вычеркнул из расписания много важных вещей, сократив, к примеру, режим сна до одного часа в сутки. Первое время это казалось довольно утомительным, потому что раньше к таким частым использованиям сонных сфер молодой маг не прибегал. Но он был уверен, что в самое ближайшее время привыкнет ко всему, что ему требуется. Именно с подобными мыслями, о том, что скоро все встанет на круги своя, наследник рода Ранм покинул свой замок около двух часов дня и, воспользовавшись левитацией, направился на запад к загадочной горе под названием Пианро́хсса, у подножья которой была запланирована очередная встреча.

– Ты сегодня даже раньше, чем обычно. – Клэйрохс встретил его на подходе к Теплой Долине, которая располагалась прямо за горой и называлась так из-за горячих источников, обогревающих округу. – Почему-то я был уверен, что сегодня ты обязательно опоздаешь.

– И откуда такая уверенность? – с усмешкой поинтересовался Аиронт, скидывая на землю свой походный плащ.

– Не знаю, может, потому что так было на прошлой неделе?

– Ну, сейчас же не прошлая неделя. Так что не придирайся заранее.

Оба обнажили клинки, чтобы, не теряя времени, сразу же приступить к очередному тренировочному поединку.

– Черт, никак не могу к этому привыкнуть! – приняв стойку, Аиронт, как и при первой их встрече, уставился на необычный потрясающей работы меч своего оппонента.

Сегодня в руке Клэйрохса был длинный изогнутый почти как полумесяц клинок ярко-золотого цвета и с ручкой из материала, напоминающего слоновью кость.

– Сколько их у тебя? – Аиронт сделал первый выпад.

– Немногим более тысячи, – Клэйрохс отбил его удар и тут же нанес ответный.

– У тебя тысяча мечей?! – сквозь звон металла воскликнул Аиронт.

– Если быть точным, то тысяча четырнадцать. Но ты лучше не отвлекайся, – продолжая наносить удары, посоветовал Клэйрохс.

Спустя примерно четыре часа после того, как Аиронт, не удержавшись, все-таки задал кучу вопросов относительно мечей, которыми владел Клэйрохс, а также по поводу разных стилей ведения боя, которые требовали все эти разновидности клинков, их разговор плавно перешел в обсуждение конкретных приемов для атаки и качественного блокирования. Ну а после обсуждения и рассказов Клэйрохса, многие приемы Аиронт стал пробовать на практике, следуя то одним, то другим советам своего нового друга.

– Ты двигаешься слишком медленно, – в какой-то момент Клэйрохс отклонил финальную часть многоуровневой атаки скользящим блоком, и тут же перешел в наступление. – Если не поднимешь скорость, смысла не будет никакого.

– Но куда же быстрее? – с легкой одышкой Аиронт сделал шаг назад и вернулся в исходную позицию. – К тому же я не уверен, что даже если я увеличу скорость, такой странный блок можно будет пробить.

– Хорошо, тогда давай поменяемся, – тут же предложил Клэйрохс. – Я покажу тебе, как обойти такой тип блокирования.

Сменив позицию на оборонительную, Аиронт выставил перед собой меч и приготовился. Клэйрохс ленивой поступью отошел на три шага назад, а затем идеально провел многоуровневую атаку, завершив ее сильным и стремительным, как выстрел, ударом прямо в грудь.

Чувствуя, как меч буквально вырвало из руки и шибануло им же ему по корпусу, Аиронт отлетел в сторону, едва не лишившись в придачу и нескольких ребер.

– Ты в порядке? – Клэйрохс окинул его обеспокоенным взглядом.

– Кажется да… – Аиронт приподнялся из лежачего положения и сел. Затем постарался выровнять дыхание. – Я сейчас… Дай мне пару минут, и продолжим.

Но даже спустя четверть часа продолжить им не удалось, так как Аиронт, мягко говоря, в порядке все-таки не был. Встать на ноги он даже не стал пытаться, а вместо этого только прислонился спиной к дереву и прикрыл глаза.

– Значит на сегодня все? – сев с другой стороны того же дерева, с легким разочарованием спросил Клэйрохс.

– Видимо да, – мрачно вздохнув, кивнул Аиронт. – Извини, что так внезапно придется все прервать. Я не могу использовать восстанавливающую Ар-му во время сражения. Я маг Ир-мы.

– Да, я уже заметил, – с такой же безрадостной интонацией отозвался из-за дерева Клэйрохс. – Что ж, весьма жаль.

– И не говори… – Аиронт снова печально вздохнул. – Чувствую себя полным болваном, и это отвратительно…

– Могу я задать тебе один вопрос? – после небольшой паузы заговорил Клэйрохс, по-прежнему сидя с другой стороны тенистого дерева.

– Конечно.

– Зачем ты искал себе в оппоненты мечника именно среди магов, если ты сам в отношении физической силы не сильно отличаешься от простого человека?

– Хороший вопрос, – Аиронт еле заметно улыбнулся. – Я искал мага-мечника из-за того, что в первую очередь не я, а он будет отличаться от простого человека в отношении выносливости и той же физической силы. Ведь я никогда не сталкивался с таким, чтобы кто-то из обычных воинов мог составить мне серьезную конкуренцию или хотя бы участвовать в поединке более шести часов подряд. Да и потом, если я смертельно раню обычного человека во время боя, он будет в ужасе. И что в таком случае делать мне, ведь эту рану я даже не смогу ему нормально вылечить?

– А то, что покалечить могут тебя самого, ты, конечно же, не учитывал. И с таким вот нахальным самомнением ты собираешься превзойти меня за один год? – Клэйрохс снова расхохотался. – Да никогда в жизни такого не будет, даже не пытайся.

– Это мы еще посмотрим, – с моментально поднявшимся настроением ответил Аиронт и зажал в руке очередной саликсард с особой эссенцией из живой высокой плазмы, таким образом понемногу залечивая свой ушиб.

– Кстати, у меня есть хорошая идея. – Клэйрохс поднялся и, выйдя из-за дерева, протянул наследнику рода Ранм большую заживляющую сферу. – Я знаю одну интересную технику, которая помогает следить за состоянием тела, и относится она не к исцеляющей Ар-ме, а, скорее, к обычной Лор-ме.

– Это как? – Аиронт принял из его рук белую сферу, которую не мог создавать сам. – «Относится, скорее, к обычной Лор-ме» – звучит так, словно ты не уверен.

– Да, я не уверен, куда эту технику следует отнести, потому что я ее сам создал, – махнул рукой Клэйрохс. – В общем, если тебе интересно, могу показать, как она работает.

Затем он сложил вместе ладони, а когда развел их в стороны, тысячи тончайших голубых нитей из чистейшей высокой плазмы обрели видимую форму и засияли вокруг него.

Аиронт, никогда не видевший ничего подобного был в настоящем в восторге. Оказалось, эта новая магическая техника, которая на силианглите записывалась как Миорта́льт, имела поразительные свойства. С ее помощью маг мог распределить высокую плазму внутри своего тела так, что она образовывала целую систему, подобную сетке из кровеносных сосудов. И с помощью такой системы становилось возможным добавлять своему физическому телу самые разные свойства: увеличить его мобильность, выносливость, скорость, даже контролировать работу внутренних органов – каждого по отдельности или всех разом… Но это не была обычная Лор-ма, изменяющая само физическое состояние, что, естественно, не подходило для битвы на мечах. Также это не была Ар-ма, которая за счет постоянного исцеления могла легко и просто повысить силу. Самое схожее, с чем Миортальт можно было сравнить – была Ир-ма уровня пятого, не ниже, требующая больших тренировок и частой практики для регулярного использования. Но в отличие от Ир-мы, которая сама по себе была магией плоти, для применения Миортальта не требовалась чужая высокая плазма. Одним словом, раньше ни одно из четырех направлений магии не включало в себя ничего подобного. Хотя позже, уже освоив эту технику, Аиронт пришел к выводу, что она все-таки относится именно к Лор-ме, а не к чему-то другому.

Глава 6. Одинокий замок

После того, как Клэйрохс подробней объяснил и продемонстрировал как использовать Миортальт, он предложил отложить их прервавшийся дружеский поединок до следующего раза и посетить его дом.

К северо-востоку от Теплой Долины, примерно в одном часу полета, если передвигаться при помощи обычной левитации, располагалась другая гора, покрытая густым еловым лесом. Эта гора не имела имени. Здесь никогда не было человеческих поселений. Только ели и широкое ущелье, выделяющееся среди девственного леса словно шрам.

Когда оба мага приземлились на горной вершине возле огромного темного валуна, Клэйрохс создал на его поверхности что-то вроде магического портала.

– Это что, проход в другое измерение? – слегка удивленно спросил Аиронт, осматривая вздрагивающую поверхность из светящейся высокой плазмы. Ведь на его памяти через подобные порталы в двенадцати определенных местах на Эонрии можно было попасть в тонкое измерение, известное также, как Мир Огня и Пристанище Бесплотных.

Но на его вопрос Клэйрохс не счел нужным что-либо отвечать и просто предложил войти.

Когда они пересекли границу портала, удивлению Аиронта не было границ. Похожее на лес пространство, в котором они оказались, не относилось ни к его родному плотному измерению, ни к известному в мире магов тонкому. Скорее, это было какое-то подпространство. Или, может быть, даже альтернативное измерение, потому что им не понадобилось оставлять свои физические тела, чтобы в него попасть. Более того, никакого дискомфорта в использовании своего сферического ока Аиронт также не ощутил, кроме того, что в своем расслабленном состоянии оно сузилось ровно на семь метров в радиусе.

– Значит, это и есть твой дом? – спросил Аиронт, после того как, оставив позади небольшой лес, они вошли в старинный замок, не знакомой ему, но, по-видимому, какой-то очень древней эпохи. – Здесь очень необычно. Я бы даже сказал, немного мрачновато.

– Ты так считаешь? – когда они прошли в гостиный зал, Клэйрохс жестом предложил гостю сесть. – И что же конкретно ты счел здесь мрачным?

Они находились в огромном помещении с панорамными окнами и широким камином. От пола до высокого потолка по стенам тянулись длинные темно-фиолетовые шторы, а посреди пустого, ничем не занятого пространства стояли несколько каменных колонн, условными границами деля зал на несколько частей. Возле камина на каменном полу стоял уютный столик с двумя роскошными креслами. Если не считать высоких подсвечников с давно потухшими свечами и пары изящных подставок для старинных фарфоровых и стеклянных ваз, никакой мебели в этом просторном помещении не было.

– Не знаю даже, – пожал плечами Аиронт и уселся в кресло. – Наверное, мрачным здесь я счел пустоту и полное отсутствие каких-либо живых существ, кроме тебя.

– Значит, мне следует расценивать твои слова как комплимент, – с усмешкой ответил Клэйрохс, так же опустившись в одно из кресел. – В самом деле, почему это наличие каких-то посторонних личностей в моем доме может сделать его менее мрачным?

– Ты не так меня понял.

– В таком случае, выражайся яснее.

– Ты действительно живешь здесь совсем один?

Клэйрохс утвердительно кивнул:

– Да, я живу здесь один.

– И тебе не скучно?

– А что, должно быть?

Аиронт откинулся на спинку кресла, чувствуя приятный аромат крепкого чая, который стоял на столике уже разлитый в кружки еще до их прихода.

– Скажи, это место – это же проекция плотного измерения на другой более тонкий уровень, я прав?

– Да, если не брать отдельные элементы. – Клэйрохс сделал глоток из своей кружки.

– И ты сам это создал?

– Можно сказать и так. Ты в последнее время задаешь очень много дурацких вопросов. Откуда такой внезапно проснувшийся интерес?

– Прости, но я просто не могу не задать тебе все эти вопросы, – не скрывая своего восхищения, Аиронт взял свой чай и также сделал пару глотков. – Ты тот, кого называют Мастером Лор-мы. А сегодня, когда мы сражались с тобой в лесу, и ты показал мне Миортальт, я почувствовал твое сферическое око и насчитал приблизительно пятнадцать тысяч метров в радиусе! Я никогда раньше не встречал людей, даже близко сопоставимых с такими невероятными способностями!

– А что, по меркам магов Сгорающей Истины пятнадцать тысяч – это так много? – вполне серьезно поинтересовался Клэйрохс.

– Ну как тебе сказать… Мое сферическое око насчитывает около шестидесяти метров в радиусе, и это считается много. Обычно взрослый мужчина пятидесяти лет редко может похвастаться радиусом более сорока метров. Так что, не знаю, как в других пределах Сгорающей Истины, но здесь, на Эонрии, маги из всех известных мне общин просто удавились бы от зависти.

– А вы опасные люди, я тебе скажу.

– Кстати, – Аиронт допил свой чай и, вернув кружку на место, заговорил с огромным любопытством. – Получается, ты на самом деле читаешь мысли всех людей на таком огромном расстоянии вокруг себя?

– Нет, конечно, – с усмешкой качнул головой Клэйрохс. – Если бы я так делал, то давно бы с ума сошел. Своими фантазиями ты меня пугаешь. Я вообще предпочитаю не слушать чужие мысли, кроме отдельных случаев.

– Кроме отдельных? – Аиронт с весьма заинтересованным видом облокотился о краешек стола. – Это, каких же, например?

– А вот этого я тебе не скажу, – Клэйрохс сощурил глаза и таинственно улыбнулся, затем допил свой чай и отодвинул в сторону чашку. – Ну что, если ты в норме, может, хватит болтать, и продолжим наш поединок?

– Хорошо, я только за, – оба поднялись из кресел. – Но где ты предлагаешь продолжить?

– Здесь, естественно.

– Что, прямо здесь? – в недоумении Аиронт еще раз окинул взглядом зал.

– Нет, не тут конкретно, – Клэйрохс указал в сторону широкой арки. – Для тренировок у меня есть специальное помещение.

Пройдя через арку, несколько комнат и коридоров, потом миновав очень длинную лестницу, ведущую вниз, они оказались в огромнейшем подземном помещении размером с городскую площадь и с высотой потолка примерно в десять метров. Приятный дневной свет тут же заполнил собой этот гигантский зал, который, ко всему прочему, оказался совершенно пустым. Только голые, изрезанные огромными шрамами стены, без единого окна и с одной-единственной дверью.

– Это мой зал для фехтования, – пояснил Клэйрохс, сняв свои дорожные перчатки и бросив их в угол. – Полагаю, вдвоем нам будет здесь вполне комфортно.

– И ты тренируешься здесь обычно совершенно один? – озадаченно спросил Аиронт, осматривая шрамы на стенах.

– Нет, почему ты так решил? – Клэйрохс достал свой меч. – Я никогда не бываю один. Я сражаюсь здесь в паре со своими мечами.

Так они продолжили свой дружеский поединок и закончили уже далеко за полночь. А когда Аиронт покидал этот одинокий замок, он был полон не только привычной усталости, но и был переполнен новыми интересными мыслями. Приятное и по-своему даже странное ощущение, что он, наконец, спустя столько лет, нашел себе настоящего друга, не покидало его.

Глава 7. Повышение

Время шло, Аиронт понемногу осваивал Миортальт, занимался своими обязанностями в Сгорающей Истине и продолжал совмещать повседневные дела с дружескими поединками на мечах. Теперь они стали неотъемлемой частью его жизни и проходили в основном во владениях Мастера Лор-мы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Сферическое око – незримая сфера вокруг мага. Позволяет видеть тонким зрением и пользоваться магией. См. Глоссарий в конце книги.

Вернуться

2

День обретения речи – праздник, заменяющий день рождения. Маги-аристократы начинают говорить до года.

Вернуться

3

Высокая плазма – магическая энергия.

Вернуться

4

Силиангли́т – энергетическая письменность, универсальный способ передачи информации.

Вернуться

5

И́р-ма – магический вампиризм, передающийся по наследству.

Вернуться

6

Саликса́рд – энергетический кристалл.

Вернуться

7

Йорнха́льны – раса разумных существ, родственная людям.

Вернуться

8

Йорнхальны вынужденно питаются человеческими эмоциями, чтобы сохранять собственные.

Вернуться

9

Ло́р-ма – пространственная магия.

Вернуться

10

Альсы – распространенная валюта за пределами Белого Пояса.

Вернуться

11

Сонные и питательные сферы – магия, заменяющая сон и пищу.

Вернуться