# Осколки прожитых жизней. Сборник рассказов

Вячеслав Автор

Мы редко понимаем смысл собственных испытаний, пока не проживём их до конца. Лишь оглянувшись назад, мы замечаем, что поражения становились дорогами, ошибки — уроками, а глубокие раны открывали путь к пониманию себя. Эти рассказы не столько о мистике, сколько о выборе, цене поступков и незримых законах, ведущих нас через жизнь. Каждая история здесь — лишь осколок большой истины, которую невозможно увидеть целиком. Мифы встречаются с реальностью, философские вопросы переплетаются с личными драмами, а привычный мир раскрывает скрытую сторону. От космических аллегорий до исповедальных притч, все произведения объединяет одна тема: человек меняется именно тогда, когда кажется, что всё потеряно. Каждый рассказ становится испытанием, где героям предстоит выбор между страхом и совестью, прошлым и будущим, отчаянием и надеждой. Потому что иногда одна прожитая жизнь оказывается лишь осколком чего-то гораздо большего.

## Осколки прожитых жизней. Притчи, рассказы и размышления

> «Все задают один и тот же вопрос: что остаётся от человека, когда рушится всё, что он привык считать собой?»


## От автора


Эта книга стала моей первой серьёзной попыткой выразить мысли через художественное слово. Я всегда считал, что для этого вовсе не обязательно быть известным писателем. Достаточно, чтобы тебе было что сказать и желание быть услышанным.

В 2014 году мне посчастливилось познакомиться с молодым харьковским поэтом Сергеем Небовым. Он подарил мне свой сборник стихов с автографом. Тогда я понял простую, но важную вещь: книги пишут не какие-то особенные люди. Их пишут такие же люди, как мы с вами, которые однажды решились доверить свои мысли бумаге.

Именно тогда появились мои первые рассказы, «Океан» и «Ртуть». Сергей прочитал их, одобрительно улыбнулся, похлопал меня по плечу и сказал:

«Видишь? Ничего сложного. Продолжай писать.»

Эти простые слова запомнились мне на долгие годы.

После этого я продолжал делать заметки, записывать идеи, небольшие истории и размышления. Которые так и оставались лежать «в столе», ожидая своего времени. Лишь в 2025 году я решил собрать накопленные за годы заметки, привести их в порядок и начать превращать отдельные замыслы в книги.

«Осколки прожитых жизней» стали первым шагом на этом пути. В этот сборник вошли мои самые ранние произведения, написанные в разное время, но объединённые общими размышлениями о выборе, судьбе, природе человека и его внутреннем мире. Для меня эта книга стала не итогом, а началом большого творческого пути.

Несмотря на различие сюжетов, все семь произведений объединяет одна мысль: человек по-настоящему меняется именно тогда, когда ему кажется, что всё потеряно. В рассказах «Океан» и «Ртуть» эта идея раскрывается через масштабные философские притчи о судьбе мира и человечества. «Память просветлённой» и «Завтра не наступит никогда» обращены к внутреннему миру человека, к поиску истины, борьбе с самим собой и осмыслению собственной жизни. А рассказы «Тёмный Странник», «Собачья жизнь» и «Старость и одиночество» показывают, как испытания, чувство вины, одиночество или неожиданное милосердие способны изменить человека сильнее любых слов.

Особое место в сборнике занимают рассказы «Океан», «Ртуть» и «Тёмный Странник». Именно с них начался мой путь в литературе. Они появились как попытка осмыслить место человека во Вселенной, его предназначение, ответственность перед окружающим миром и будущее нашей цивилизации. В то время я всё глубже погружался в изучение философии, восточных и ведических учений, интересовался научными открытиями, теориями происхождения мира и различными взглядами на устройство реальности. Всё это неизбежно нашло отражение в моих первых произведениях и впоследствии повлияло на дальнейшее творчество.

## Океан


Где‑то в бескрайней колыбели Вселенной, там, где мерцали звёздные туманы и шептались галактики, родилась Планета. Она была чистейшим воплощением воды, без единой песчинки, без тверди, без малейшего намёка на берег. Лишь безмолвные, безграничные волны несли свою вечную песнь, обволакивая юное мироздание. Жила она мирно, не ведая иных форм, и радовалась ласковому теплу своего светила, юного Солнца. Его лучи скользили по водной глади, рождая бесконечный танец света. Даже ветер, этот вольный странник космоса, не смел тогда потревожить её девственную поверхность.

Прошли эоны безмятежного существования, эпохи тишины и водной бесконечности. И вот однажды, на рассвете нового космического дня, Планета пробудилась от векового сна и увидела нечто прежде невиданное. «Что это?» – изумлённо прошептала она своему золотому Светилу, и голос её был подобен шёпоту приливной волны.

«Это Суша», – нежно ответило Солнце.

«Хм, – в голосе Планеты зазвучало недоумение, – а что такое Суша? И почему она, столь чуждая моей природе, посмела нарушить бесконечность моих вод?»

«Суша необходима, дитя моё, – ответило Солнце, его свет стал чуть теплее, – она – не просто преграда. Это земля, поднявшаяся из твоих вод, где зародится и будет процветать новая жизнь. Она станет пристанищем для существ, которые однажды поднимутся в небо и расправят крылья. Это место отдыха, священный приют после их дальних и дерзновенных полётов».

«Нет! – возмутилась Планета, и её прежде спокойные воды заволновались. – Эта мерзкая Суша нарушает мой исконный покой! Она – заноза в моём сердце! Я разобью её своими могучими волнами! Я сотру её в пыль, вернув себе безраздельную власть!»

«Остановись, безумное дитя! – голос Солнца стал строг, но полон древней мудрости. – Тебе не победить Сушу. Так предначертано твоей судьбой, великим космическим замыслом. А без помощи Ветра, чья мощь неподвластна тебе одной, у тебя ничего не получится».

Планета зарыдала, и её воды забились в беззвучной скорби. Взмолилась она к Ветру, что нёсся сквозь звёздную пыль, не причаливая ни к одному миру: «О могучий и ласковый, тёплый и холодный, свободный и независимый Ветер! Услышь мольбу моей души, пожалей меня, поглощённую горем, и помоги мне в этой битве!»

Ветер, услышав призыв, сжался в тугую, неистовую спираль и подул со страшной, первобытной силой. Небо, до того сияющее, затянуло плотной, непроглядной тьмой. Поднялись огромные, ревущие волны‑убийцы, грозные, как горы, несущие на своём гребне разрушение. И так бился Океан, неутомимо, долгие века, о твёрдые, неприступные скалы Суши, что, казалось, лишь этого она и ждала. С каждым яростным ударом волн вода не уничтожала, но творила – она смывала острые выступы скал, песок и обломки камней, шлифовала их, превращая в мягкие берега и уютные низины. Каждая капля воды, каждый вздох ветра были частью великой работы.

В итоге в глубинах Океана образовалось сложное и прекрасное дно, полное тайных лощин и возвышенностей. Из бушующих вод медленно, но величественно выросли острова, словно драгоценные камни, и могучие, необъятные континенты, раскинувшие свои зелёные объятия под ласковым небом. Постепенно Планета, истощённая борьбой, но изменившаяся навсегда, смирилась со своей великой участью и, наконец, утихомирилась, приняв свою новую, сложную форму.

Солнце светило теперь ещё ярче и ласковее, его золотые лучи обнимали преображённый мир. Океан тихо плескался между новыми континентами, облизывая их берега, словно сладкий леденец; его волны стали не разрушителями, а нежными хранителями.

«Как же прекрасен стал этот мир! – прошептала Планета, теперь уже не с тоской, а с глубоким, всеобъемлющим восторгом, обращаясь к Солнцу. – Он прекраснее, чем я могла себе вообразить».

«А ты видишь, – ответило Солнце, его голос был полон гордости и тепла, – какие прекрасные существа теперь бегают по просторным материкам, расцветая в своём разнообразии? И как они плавают в твоих бездонных, таинственных водах, словно живые сокровища? И как они свободно и радостно летают в глубоком и прекрасном небе, соединяя землю и небо! Отныне тебя зовут Землёй, и твоё время – истинный Рай!»

«Да будет так», – ответила Планета, и её воды, некогда бунтующие, теперь тихо шептались в согласии, принимая свою новую, величественную судьбу.

## Ртуть


Все мы представляли конец света иначе… Это был не огненный шторм, не потоп библейского масштаба и не ядерное пламя, пожирающее горизонт. Мы ожидали чего‑то грандиозного, драматического, соответствующего нашим страхам и нашим грехам. Но Судный день пришёл иначе. Он растворялся в воздухе, просачивался из-под земли, тихо и неумолимо, словно отражение наших собственных пороков.

Мы, Homo sapiens, словно смертоносный вирус, словно бездумный паразит, неустанно уничтожали всё живое вокруг себя. Мы вырубали леса, отравляли реки, опустошали недра, игнорируя стоны умирающей Земли. И вот однажды, когда планета шла к своей неминуемой гибели, когда её сердцебиение стало прерывистым и слабым, в её измученных недрах появилось нечто иное – живая, разумная ртуть, пульсирующее, текучее воплощение вселенского зла, порождённого нашими собственными негативными «вибрациями», нашей жадностью и невежеством.

Сначала эта ртуть понемногу начала сочиться из глубин, проступая на поверхность земли, словно холодный пот умирающего гиганта. Её пары, тяжёлые и едкие, отравляли небольшие, отдалённые участки суши, не населённые людьми. Это были безлюдные пустоши, пустыни, забытые горы – места, которые мы не ценили. Но люди в этом не увидели угрозы. Наоборот, ослеплённые безумной жаждой ресурсов, они увидели в этом лишь дар. Вскоре появились гигантские заводы, протянулись трубопроводы, а человечество праздновало открытие неисчерпаемого богатства, даже не замечая, что добывает собственную гибель. Мы продолжали жить деструктивно по отношению ко всему окружающему миру, упиваясь своей мнимой властью над природой.

Но с каждым годом ртуть появлялась во всё новых местах. Она проступала в каждом уголке мира, распространяясь с пугающей быстротой. Сначала это были лишь тонкие ручейки, затем реки и озёра, а вскоре целые моря, состоящие из живого, текучего металла. Она поглощала всё на своём пути, превращая всё живое в холодную, сверкающую массу. Её тяжёлые пары поднимались в воздух, окутывая города ядовитой пеленой и отравляя всё вокруг. Человечество задыхалось, судорожно хватая ртом не воздух, а собственное наказание. Токсичный жар разъедал лёгкие и разрывал тело изнутри.

Ртуть текла по улицам, затапливала проспекты, медленно взбиралась по стенам зданий. Даже небоскрёбы не могли спасти людей, превращаясь в одинокие островки среди бескрайнего океана жидкого металла. Из окон верхних этажей было видно, как ртутный прилив неумолимо поглощает квартал за кварталом, оставляя после себя лишь безмолвную, мерцающую гладь. Крики постепенно стихли. Затем исчезла и сама тишина. Осталось только тихое шипение мира, растворявшегося в живом металле.

В конце концов ртуть поглотила все континенты, превратив их в сплошной, многометровый слой сверкающего, смертоносного вещества. Она начала переливаться через края и выливаться в океаны, превращая синие глубины в серебряные бездны. Со временем вся планета, от полюса до полюса, покрылась ртутью, став огромным, пульсирующим металлическим шаром. Масса растущего монстра становилась колоссальной, и это привело к необратимым изменениям. Ртуть, словно голодный паразит, сорвала атмосферу Земли, испарив её в космос. Лучи Солнца, теперь беспрепятственно проникающие сквозь пустоту, тут же унесли остатки воды и газовой оболочки в открытый космос, оставив Землю совершенно голой и беззащитной.

Но это было лишь начало. Масса ртутной планеты продолжала расти, что привело к изменению её орбиты, нарушив гармонию Солнечной системы. Растущий монстр, движимый каким‑то своим, непонятным разумом, начал поглощать планеты одну за другой. Каждый раз, когда планета‑ртуть сталкивалась с очередным небесным телом, это сопровождалось безмолвным, грандиозным слиянием, увеличивающим её зловещие размеры. Она не останавливалась, пока не уничтожила всё вокруг, превратив некогда живую, разнообразную систему в мёртвую, монолитную пустоту.

Наконец ртуть перестала расти, совершив своё злое, всепоглощающее дело. Она достигла своего предела, своего максимального размера, и обрела странное подобие покоя. Найдя себе стабильную, новую орбиту, она замерла там, став единственным свидетельством жизни, которая однажды существовала здесь.

Теперь вокруг Солнца вращается одна мёртвая, безмолвная, металлическая планета. Её поверхность мерцает холодным, безжизненным блеском, отражая пустоту.

## Память просветлённой


Как же поздно приходит прозрение! Всю свою жизнь я стремилась к просветлению, каждый вдох, каждый шаг были направлены на этот великий путь. И тем прискорбнее мне осознавать свою близкую кончину, этот неумолимый финал, что с каждым мгновением становится всё ощутимее. Скоро я покину это бренное тело, которое было моим инструментом и моей тюрьмой. Вся моя память сотрётся, словно записи на угасающей пыли; моя личность, тщательно выстроенная годами стремлений и падений, исчезнет без следа. Мне невыносимо больно осознавать, что я не была достаточно усердна в своих практиках, не смогла преодолеть внутренние преграды и вырваться из безжалостного цикла перерождений.

Я понимаю, как неизмеримо трудно получить человеческое тело – эту драгоценную возможность, открывающую путь к освобождению. И ещё труднее остаться на этом узком пути к нирване, не сбившись с него под натиском мирских соблазнов и внутренних омрачений. Стыд и сожаление жгут меня изнутри, ибо в своей жизни я сотворила немало зла, порой неосознанно, порой поддаваясь мимолётным желаниям. Я не соблюдала обеты, данные мной в моменты ясности и духовной силы, предавая саму себя и свои высшие устремления. Каждое недоброе слово, каждый нечистый помысел, каждое злодеяние, совершённое в прошлом, словно выжжено на моей карме, и ныне мне дорога прямиком в ад Авичи – место невообразимых страданий, где нет передышки и надежды.