# Элантари. Часть1. Светлое. Книга сказаний

Валерия Горина

Череда странных и необъяснимых событий меняет в одночасье жизнь молодой девушки, заставляя ее покинуть семью, родной дом и отправиться на поиски древнего артефакта. В пути Элюриэль находит новых преданных друзей, встречает первую любовь и раскрывает старую семейную тайну, связанную с очень важным предсказанием древних. Девушка стоит перед важным выбором – может ли она быть частью этого предсказания?

Все иллюстрации в книге созданы самим автором при помощи нейросети Midjorney 6.0.

## Вступительное слово.


Я приветствую тебя, мой читатель!

Оглянись, ты живёшь сейчас в современном мире в самом ярком пике его расцвета: машины, интернет, компьютер, мегаполисы, социальные сети и миллионы других привычных тебе вещей.

Но я хочу открыть тебе свой секрет:

За пределами твоего мира, за шумом этих улиц и блеском стеклянных небоскрёбов, существует простор, о котором ты ничего не знаешь, но, возможно, иногда его чувствуешь…

Это – Междуми́рье – странная граница между тем, что ты называешь явью и сказкой. Она не признаёт законы времени и пространства.

Я называю ее – Эланта́ри. Она не принадлежит ни к одному из твоих дней, но неразделимо связана с твоими ночами, потому что создана она Богиней Луной. Она проникает в твои сны, стоит лишь тебе закрыть глаза.

Здесь властвует Магия, дарующая Знание и Силу, и направляющая тех, кто видит перед собой Цели.

Здесь обитают существа, чьи глаза насквозь видят души, а судьбы её героев, как клубок нитей  перепутаны и неразрывно тянутся к твоему миру.

Пусть они не знакомы с тобой, но их истории приникают в воображение через твои сны. Именно здесь начинается то, что, возможно, ты давно искал – путь к Пониманию, ведь мир вокруг тебя гораздо сложнее и прекраснее, чем кажется тебе на первый взгляд.

Добро пожаловать в Элантари!

Любящий тебя Автор.

## Пролог.


Он мрачно смотрел на огонь, пожирающий остов некогда величественного и прекрасного храма. Священные стены чернели и осыпались под жестоким жаром пламени. Огонь танцевал грациозно, свиваясь и извиваясь в воздухе, отражая огненное красное сияние на разбитых витражах. Здание, когда-то возвышавшееся над землёй как символ жизни и света, теперь стало мрачным театром, где разыгрывался великий спектакль смерти, поддерживаемый лишь треском обгоревших балок.

Пламя отражалось в его глазах и горело в душе, испепеляя всё, что когда-то имело значение. Слезы, злые и жгучие, как расплавленный металл, выжигали боль предательства и обиды, пережитых им. Он чувствовал, что отчаяние, которое уже не мог выразить словами, кромсало его душу, заставляя поверить в свершившееся; оно стонало, словно распятое, яростью и страданием.

Под горящими развалинами храма осталась его жена, любимая Эвиан, предавшая и покинувшая его. Она носила его ребенка, которого он так ждал, своего первенца. Это осознание душило его, как ржавая цепь, связывающая и тянущая на чёрное дно боли.

Эта было не просто утрата. Это было прощание с будущим. Будущим, которое он никогда не увидит.

Он потерял всё – любимую, своё дитя и надежду на искупление, на возможность сохранить свою душу, всё глубже и глубже погружаясь в пучину отчаяния и гнева. Его сердце больше не могло чувствовать – оно существовало лишь для мести и хранило только горечь.

Проклятый Лунный Кристалл холодил его руку. Он с силой сжал ладонь, вложив всю свою ненависть и желая раздавить ненавистный артефакт. Но кристалл лишь глубже вонзился в его кожу, впиваясь острыми гранями и смешивая его кровь с пеплом.

В чём теперь смысл? Всё, к чему он стремился, что хотел иметь – всё исчезло в пламени пожара. Эвиан не вернуть. Она была жрицей – не женой, ни матерью, ни любовницей, а подданной этой проклятой лживой Богини и отдавшей ей свою душу. Если жрица предаст свою Богиню – та заберёт её навсегда.

Полюбив его, она подписала себе смертельный приговор; даже их ребенок не мог её спасти. Он был слишком самонадеян. Он верил, что Кристалл – их спасение, оберег, который убережёт и укроет их. Магия Кристалла превыше магии Богов! Какой же он был наивный!

Его сердце, подобно кровавой ране, обливалось слезами, выжигая всё человеческое, что Эвиан смогла в нем возродить.


Кристалл, нагреваясь от жара его тела и крови, потемнел и треснул. Трещинки избороздили некогда гладкую, светлую поверхность, и его кровь впиталась в них, меняя цвет камня.

Лунный Кристалл – древнейший артефакт светлых эльфов, мощнейший магический амулет, усиливающий силу своего владельца, повелевающий жизнью и ростом, хранящий память о самых глубоких и первозданных тайнах Лунных лесов – стал Тёмным кристаллом, стал Проклятым, порождающим тьму и страх.

Для него страх – это жгучее ощущение потери, как болт, забуривающийся в его сердце всё глубже и глубже, выжимая из него последние капли надежды.


Кристалл, получая ненависть, выплескивающуюся из хозяина, создавал жуткие сущности, сотканные из черных капель, вязких, как смола, медленно растекающихся вокруг. Они сливались в одну пульсирующую массу, приобретая формы, отдалённо напоминающие человеческие черты, ломая и искривляя их, как отражения в разбитом зеркале.

Тёмные Си́гили, извлечённые из самой сути, были созданы его злобой и жаждой убийства, безжалостно терзающие его нутро. Их дурно пахнущие тела, словно болотный сизый туман, затягивали всё вокруг в себя, поглощая свет и жизнь, оставляя после себя только кошмары. Сигили, парализуя своим ядом, подчиняли себе всё, с чем сталкивались; и не было страшнее армии в мире: бездушные создания, лишенные воли и человеческих чувств, управляемые лишь жаждой разрушения и поглощения.

«Нужно уходить», – он открыл арку портала.

«Да будьте вы все прокляты!» – стучало в его голове, как молот. «И будет проклят он!» – дала ответ его душа. Он уничтожит этих липовых Богов и этот лживый мир, так же страшно и больно, как это сделали они с его семьей.

Он отомстит. Да… его имя будет проклято в веках:

Тёмный Лорд Не́рдок – призрак, истекающий тьмой.

## Глава 1. Элюриэль.


Что-то теплое касается моего лица. Солнечный луч тихо крадется по подушке и замирает, слегка щекоча щеку. Утро, аккуратно постучавшись, незаметно вошло в мою спальню. Солнечные полосы света пробиваются сквозь занавеси спальни и расползаются по полу, словно солнечные жуки, освещая каждый укромный уголок и изгоняя ночь на покой.

М-м-м, так не хочется открывать глаза, я некоторое время лежу в полудрёме, осматривая сквозь ресницы свою комнату. В ней, как всегда, все верх дном. Обожаю этот хаос, как называет его бабуля: розовые стены сплошь заклеены огромными постерами рок-групп, повсюду разбросаны тетрадки с текстами песен, ноты, блокноты с зарисовками, фломастеры, мелки, книги по магии, гитары. Порванные струны, скрученными змеями готовые в любой момент вцепиться в ногу рваными краями и еще множество разнообразных милых моей душе мелочей, окружало меня.

Да, моя комнатка больше напоминает склад для музыкантов или репетиционную, если бы не эта уютная, чисто девичья розовая кроватка с чернильно-чёрным постельным бельем. Как я все это люблю! Контраст на контрасте – вот, что всегда даёт мне эмоциональный заряд и тонус.

Я – Элюриэль, но все зовут меня Люри. Мне скоро исполнится девятнадцать. Глубоко потягиваюсь сидя в своей мягкой постели и смотрю на часы. «Эх, надо было вчера пораньше лечь! Все равно ведь ничего не получилось» – думаю я, – «с песней – беда, да и задание наставника воплотить не удалось. Все насмарку!» – я скривилась и глубоко вздохнула. Было уже поздновато, но переживать не буду: в моем мире время не подчиняется строгим рамкам, да и Тиарин всегда более чем лоялен ко мне.

«Сегодня тот самый день! Я не я, если не вытяну из него правду! Тиарину больше не отвертеться!» – с этими мыслями я вскакиваю с кровати, чувствуя, как адреналин бурлит в жилах. Быстро умывшись, направляюсь к зеркалу, расположенному в углу комнаты. Это мой самый любимый момент – когда я создаю свой образ.

Я выдавливаю в ладони черную гель-пену для волос и, глядя в зеркало, начинаю окрашивать и ерошить и без того лохматую короткую стрижку. Краска плотно укрывает серебристый оттенок моих волос.

Следующее – макияж: «Сегодня – наповал!» – я смеюсь в зеркало и показываю себе язык. Яркий оттенок на глазах и губах, подчеркнутая индивидуальность.

О, этот любимый дерзкий стиль, так выделяющий меня среди толпы.

«И не лень тебе каждое утро краситься?» – вздыхая, спрашивает каждый раз бабушка.

–А вот и не лень! – Я кручусь перед зеркалом, этот черный так красиво переливается и бликует на моих волосах в лучах света, подчеркивая яркие акценты на лице: подведённые синие глаза и алые влажные губы. Я уверена в себе и …убийственно неповторима!

«Ох, и наслушаюсь сейчас… да и пофиг!» – отмахиваюсь я от тревожных мыслей. Конечно, моё окружение уже не впадает в шок, но осуждать и обсуждать меня не перестаёт. Всё потому, что я не такая, как все… эльфы. Да-да, ЭЛЬФЫ!

Угораздило же меня родиться эльфийкой, да ещё в клане Лунных Дев, самых светлых, олицетворяющих покорность и благолепие женщин своего рода! «Лунные Девы,– вспоминаю я слова бабули, читающей внучке Кодекс Дев, – дочери самой богини Луны, рождены с волосами серебряного цвета, мерцающими в темноте, словно звезды, рассыпанные по ночному небу… бла – бла -бла… Их глаза – глубокие и таинственные, способны видеть и творить магию природы…» (и я демонстративно закатываю вверх свои «таинственные» глаза) … Они стройны и высоки, всегда одеты в лёгкие одежды, сотканные из мягких листьев и нежных цветочных лепестков… – я помню слова Кодекса наизусть. Моя мама и бабушка, и все в моем роду были такими, но я, Люри, – это нечто иное.

Мой характер с самого малого детства ломал все стереотипы эльфов. Я не терплю привычную одежду – все эти их платьица и юбочки. Штаны и кожаные брюки – это же так удобно! Я остригла и крашу в чёрный цвет волосы, обожаю громкую музыку и скорость. Не люблю ходить в храм на моления к Богине и ещё много чего не делаю (читать- увиливаю).

Но, как и все в моем роду, я щедро наделена магическим даром и очень люблю учиться. Жажда познания с каждым новым днём выводит мой дар на новый уровень, который превосходит все ожидания моего окружения.

Я – Дева – вундеркинд или как там их ещё называют? Мои успехи в обучении радуют Святейших, и они готовы закрыть глаза на мои проделки, предоставив в наставники самого Тиарина – духа радужных сфер, к которому я сейчас безбожно опаздываю на урок.

Я спустилась вниз, на кухне меня ждал завтрак, приготовленный бабулей – легкий бутерброд, который я тут же быстро сжевала, и кофе в большой вечно горячей чаше «Вечного уюта».

Походу запустила стереомаг[1] и дом сотрясся от громких звуков. Слава Богине – дома уже никого нет!

Оседлав высокий стул, неторопливо потягиваю кофе, болтая ногой в воздухе в такт ритму. Музыка заполняла всё пространство, помогая мне настроиться на день, полный приключений и новых идей. «Тьма тебя возьми!» – сделала большой глоток и обожгла горло, ругнулась я тихо на всякий случай.

Вечером планировалась репетиция и обожжённые горло и язык могут сильно мне помешать.

«Пусть сегодня всё будет за-жи-гательно!» – я соскакиваю со стула и выбегаю из дома, втыкая орущий наушник в уши.

За пределами дома меня ждал огромный мир, который мне не терпится изучить и покорить сердца и умы всех вокруг. Планы Королевы!

Короче, дел сегодня по горло! И не меньше! – я понеслась в сторону Магистрата. Пора и совесть иметь.

– Доброе утро, Люри! Что-то ты сегодня поздненько! Проспала что ли? – из окна соседнего дома улыбается соседка Иза, бабушкина верная подруга.

– Ага, – киваю я и бегу дальше, крича через плечо ей – Только бабуле не говори! Пожалуйста!

– Хулиганка! – Иза смеётся, глядя мне вслед и исчезает в окне.


Я люблю утро в Лунарии – Священный Лес пробуждается и рассказывает мне свои сны. Перешёптывание листвы гигантских деревьев с серебристой корой щекочет уши. Мягкая трава под ногами ластится, как щенок, а цветы кивают, приветствуя.


Многочисленные ручейки, извиваясь между камнями, громко разбалтывают мне все ночные тайны тех, кто проходил по этим тропкам. Да, мой мир прекрасен.

О, Элантари – вот мой мир! Как говорят предания, наш лес вырос прямо из потока первых лучей Луны, коснувшихся земли. Затем Богиня создала нас, своих детей – Лунных Существ. Мы похожи внешне на людей, но все-таки сильно от них отличаемся. У нас есть магия и сверхспособности, недоступные им.

Существа разбрелись в подлунном мире, выбирая места обитания и комфортную им среду. Так появились Песчаные горы с их кочевыми племенами и духами – магами земли и воздуха, управляющие песчаными бурями и миражами.

Океанные глубины – целые подводные города различных рас: морские девы и тритоны, водные духи, сирены и нереиды, ктулху и морские драконы и много других разумных водных обитателей. Многие из них владеют магией воды и могут менять течения рек и морей, а также управлять погодой.

В центре подлунного мира, в величественном городе Солнечных башен – самая сильная магическая аура, ведь в нём собрались все выдающиеся маги земель Элантари – Луми́ны, которые в своих магистратах хранят древнейшие рукописи и знания о магии.

Ещё есть Перистые скалы – становище Лунных драконов – самое загадочное место с причудливыми пещерами в виде замков и башен. Их клан возглавляет Королева-мать. Это самые загадочные и неизведанные существа. Драконы не выходят к нам и вообще в землях Лунарии редко объявляются. Известно, что они умеют управлять временем, но своими таинствами они не делятся ни с кем.

Ну и, конечно же, Луна́рия – начало мира – моя родина. А мы – эльфы света и обладаем способностью исцелять и общаться с природой, храним секреты мироздания и основ Светлой магии.

Обо всем этом мне рассказал на уроках Тиарин – дух радужной сферы, мой маг-наставник.


– Стой! Люри! – мои мысли неожиданно прервали и я обернулась. Меня догонял Дарион, мой старинный друг и товарищ по музыкальной группе.

– Вечером увидимся… на репетиции? – парень со своими длиннющими ногами моментально догнал меня и бежал вровень.

– Да, как обычно, Дари! Извини, мне некогда, я опаздываю в Магистрат, Тиарин мне голову оторвет – зачастила я. Он кивнул и остановился.

А я летела дальше, думая о том, что мне совершенно нечего вечером ему показать. Половину ночи я потратила на учёбу, а остаток – на новую песню, которая, ну никак не хотела сочиняться. Слова песни Дари написал еще две недели назад, а вот музыка, мой конёк, ускользала от меня тающей дымкой. И это жутко бесило! Придется сегодня на репетиции сознаться ему в своей беспомощности.

Так в раздумьях я не заметила, как долетела до Магистрата – академии, где проходила обучение молодежь Лунарии, а значит и я.

Магистрат создан был прямо в стволе огромного Древа Вечности, его листья-звёздочки очень ценились: из них эльфы приготавливали сильнейшие целебные артефакты. Они могли исцелять раны и болезни, восстанавливать силы физические и духовные.

Каждый раз, подходя к дверям академии, меня охватывало волнение. Здесь, в этой прохладной зелени сокрыты миллионы знаний и тайн, которые я мечтаю постигнуть и открыть всю свою силу, подарить еще больше красоты в мир, который меня окружает. Не смотря на все свои контрасты и противоречия, я уважаю знания, сокрытые в здании, и чувствую, что моё будущее именно здесь, в этом волшебном городе, который я называю домом, и оно будет великолепным и обязательно значительным!

## Глава 2. Магистрат


Поднявшись по ступеням, я тихо открыла массивную дверь и проскользнула в огромный холл. В звенящей тишине, откуда то сверху струились рассеянные лучи солнца, играя в пятнашки на полу и тревожа солнечную пыль, закручивая её в маленькие вихри. В центре холла ажурная винтовая лестница, широкими маршами раскинула рукава вверх – на уровни классов, где проходили занятия с нолами[2] и вниз – в библиотеку магистрата.

– Вы опаздываете, нола Элюриэль!– тихо проскрипело из-за лестницы, и мне навстречу вышел, точнее, выплыл, Смотритель Лумна́рион, будучи духом, он был очень занятен.

Его облик менялся с каждым движением, словно он сам был создан из светлых лучей, пробивающихся сквозь окна. Руки и ноги, состоящие из тонкой, сверкающей коры, с невероятной грацией и мягкостью ветра, делали его передвижение почти невидимым, летящим. За плечами, в складках полупрозрачной мантии, поблескивали и переливались всеми цветами радуги кристаллические крылья, с их помощью Смотритель поднимался в воздух, когда это ему было необходимо.

Лумнарион не просто дух. Он – сердце Вечного Древа, его разум и душа.

– Прошу прощения, га́рон[3] Лумнарион, – я виновато захлопала ресницами и нарочито громко вздохнула, – Тахо[4] Тиарин у себя?

Он мягко с высоты своего двухметрового роста наклонился ко мне и заглянул в лицо. Его глаза цвета прозрачного небесного сияния проницательно и печально разглядывали меня. От этого взгляда мне стало стыдно.

– Простите, гарон – тихо, теперь уже искренне я прошу прощения и склоняю голову в поклоне.

Смотрителю, наверное, больше тысячи лет. Его голос звучит мелодией песен леса, и каждое слово и взгляд наполнен глубокой мудростью. Говорят, что его знания защищены магией, которую Смотритель хранит в своей душе. Он может читать мысли тех, кто приближается к Магистрату, определяя, кто достоин познания, а кто ищет только наживу. Честно, я его немного побаиваюсь!

Смотритель бесшумно, как солнечный луч, заскользил в сторону лестницы и уплыл вниз. Я отправилась следом.

Мне и раньше доводилось бывать с Тиарином в магистратской библиотеке. Тысячи стеллажей с древними свитками и фолиантами по кругу уходили вдоль винтовой лестницы вниз, на такую глубину, что там, в самом низу, где не доставали лучи света, ее заполнял глубокий туман, позволяющий лишь одному Смотрителю разобраться где – что лежит.

В туман никого не пускали, говорили, что в нём легко затеряться. Занятия с наставниками проходили только на верхних уровнях библиотеки, и лишь Лумнарион спускался и приносил нужные книги с туманного уровня.

Мы спускались недолго. Тиарина я заметила не сразу, наставник задумчиво парил у верхних полок стеллажей на подземном втором уровне библиотеки. Он по обыкновению мял свою длинную бороду в кулаке и разглядывал полки с книгами.

– Айая[5], гарон – тихонько поздоровалась я с учителем, склонив голову. – Я пришла.

–Айая, Люри – густым басом приветствовал меня Тиарин, и плавно спланировал вниз.

Этот удивительный песчаный маг был духом радужной сферы, с телом из светящегося эфира, он просто излучал вокруг себя ауру мудрости и спокойствия.

Как всегда он был закутан в мантию, которая мерцала, как туманные волны, переходя от глубоких темных тонов в яркие, светлые. Она создавала эффект, словно все цвета радуги собрались в одно целое.

Для меня он был не только любимым наставником, но и проводником в мир магии. Каждый его урок – это новое путешествие, наполненное открытиями. А знаете? Я открою вам нашу маленькую тайну: Тиарин владел светом и тьмой, точнее Светлой и Тёмной магией! Его запястья украшали браслеты: белый, как воплощение света, и чёрный – темная сторона, спящая в глубинах его существа. Тахо мог управлять этими потоками, гармонично сочетая тьму и свет в своем сущности, что делало его уникальным среди других духов-наставников.

Он создавал ослепительные чары, управляя Светлым потоком, и вызывал загадочные тени, скрывающие от глаз мир. Этому он учил и меня, ибо я – также являюсь носителем светлого и тёмного начала.

Вот в этом и есть мой секрет, который я пытаюсь разгадать вот уже почти девятнадцать лет. Сама сущность эльфа не может одновременно нести в себе светлую и тёмную стороны. Они, как два полюса, разрывают его душу, не давая права на существование.

Но не мою. Кто я? Деструкт, урод, родившийся в клане светлых эльфов или маг – аномалия, который может внести изменения в обычный ход судьбы?


Первый выплеск моей Тёмной магии произошел в детстве. Любимая игра эльфийской малышни – прятки в лесу.

Где, как не там можно спрятаться от водящего и «заляпать» его в спину, пока он не собьется с ног, разыскивая тебя.

Мне пять лет и я еще мала, чтобы самостоятельно найти хорошее убежище, поэтому никто не захотел взять меня в команду.

Все разбежались, оставив меня одну на поляне. Я просила, чтобы меня взяли с собой, звала, но никто не откликнулся. Мне стало так обидно и горько, что душу волной захлестнули отчаянье и страх. Я разревелась, слезы, как острые ножи бороздили по моему детскому сердечку, кромсая его и высасывая силу. Я помню, что упала на землю и рыдала, обхватив голову руками, закрывшись от всего света.

И вдруг действительно свет погас, меня накрыл тёмный непрозрачный купол, укутав в тёплый туман и убаюкав в своих объятиях. Вокруг меня блуждали тени, слизывая с моих щёк влагу слез. Они не пугали меня, наоборот, защищали, я чувствовала это и, успокоившись, крепко уснула.

Проснулась я уже дома, на кровати, в объятиях бабушки. Позже, лет через десять она мне рассказала, что тогда меня потеряли и искали в лесу всю ночь. Лишь под утро, бабушка позвала Тиарина, и тот, призвав свою Тёмную силу через «Взгляд сумрака» увидел стаю Теневых псов – элементалей Тёмной магии, которые оберегали меня, спящую на поляне.

И тогда стало понятно, что их призвала я.


Десять лет назад бабушка никому не рассказала, что использовалась Тёмная магия. Она всю жизнь оберегала мой секрет, наказав и мне хранить его. Ведь в Лунных Лесах нет места Тёмной магии, это удел отвергнутых изгоев и негодяев.

О моей двойной сущности знали только бабуля и Тиарин. Даже для меня этот факт долго оставался не раскрытым. Моя мама – светлая жрица Лунных Дев, погибла при пожаре храма, при моём рождении, дав мне жизнь среди пламени. Меня едва успели спасти, уберечь от обвалившихся стен. Всё это так и осталось тёмной тайной в истории Лунных лесов. А меня забрали в Лунарию и отдали на воспитание бабушке.

Новые всплески моей темноты в дальнейшем останавливали, Тиарин уже тогда стал моим хранителем, уберегая от бед. Так вот я жила, соединяя в себе невозможное, и надеясь, со временем понять свою сущность. Позже, когда Старейшины разглядели во мне большой резерв Светлой магии, мне разрешили обучаться в Магистрате, оставив при мне моего духа – наставника.


– Как ночь, Люри? Ты упражнялась?– внимательно смотря на меня, наставник скорее считывает ауру, чем реально ожидает от меня ответа.

–Да, тахо. Пока разобралась с пасами и формулой, прошло пол – ночи. Всё кажется просто, возьми, задействуй только Тень и всё получится! Но ты запретил пользоваться одной Тенью, а соединить её со Светом не получается! – выпалила я на одном дыхании.

– Во всём должен быть баланс, – прогудел дух, – ты не должна использовать что-то одно. Запомни: Свет и Тьма существуют вместе, подобно дыханию. Не бойся ими управлять, но помни, что реальная сила заключается в умении их соединить, – он внимательно посмотрел мне в глаза. – Ты боишься? Чего? Тьма не всегда является злом; она несет в себе тайны и заблуждения, которые необходимо понимать и разделять. А Свет – это защита и исцеление.


А вместе они – Мировой баланс – он подплыл ближе и, подняв мой подбородок, заглянул в глаза.

– Попробуй через свою музыку: найди светлую мелодию и облеки её в темную вуаль, добавь густоты басов и низких нот и ты услышишь эту Гармонию, прочувствуешь глубину связи, баланс и мощь звучания.

Слова Тиарина меня поразили, как удар молнии, вот оно- то самое, что я искала в звуке. Ведь уже давно меня мучают мысли, как создать её, песню, что просит душа. Я уже теряю надежду, что смогу что-то сочинить, ребята и Дари волнуются, торопя, а у меня даже нет желания брать инструмент в руки.

Меня обдало жаром с головы до пят от осознания и в голове буквально взорвались фейерверки.

– Простите, тахо, мне нужно, я побегу, я всё поняла и попробую ещё – захлебываясь словами, я понеслась наверх.

–Ты ведь хотела что-то ещё узнать, Люри? – донеслось мне вслед.

«Потом, всё потом, спрошу позже» – отмахнулась я и вылетела из Магистрата.

На ступеньках я буквально столкнулась с несколькими магами в тёмных, плотных мантиях, похожих на чужестранцев. Их лица скрывали глубокие капюшоны.

– Да благословит Звезда ваш путь, гароны – пробормотав обычное приветствие, не глядя, я проскочила мимо и понеслась к дому.

– Пусть все твои тропы будут зелены, Лунная Дева – прошелестело мне в ответ, – да будет долгим твой путь. Но я уже этого не слышала.

Не почувствовала я и огромный всплеск Тёмной магии в Магистрате и последний вздох Смотрителя Лумнариона. Лишь резкий порыв ветра разнес по городу почерневшие и засохшие листья Вечного Древа. Да в последний раз над Лунарией без дождя возникла радуга, вспыхнула и погасла, оставив в воздухе брызги радужной пыли.

## Глава 3. Совет Святейших.


В моей голове звучала музыка. Нежная мелодия, как одинокая флейта в небесном своде звенела чистотой и прозрачностью. Ей тихо вторили низкие бархатные и томные звуки басов, обволакивая, укутывая и как бы оберегая в вечном полете. Как сильный любящий мужчина, пытающийся защитить и поймать свою любимую.

Я схватила искромет[6] и в «Листозвучие»[7] напела ноты. Так хотя бы донесу до студии и покажу Дари. Вместе решим. Сегодня точно что-то запишем. Но моим планам не суждено было осуществиться.

Я стояла у открытого окна, когда меня неожиданно хлестнула по лицу сильная волна ветра, швырнув в лицо чёрные, обугленные листья Древа Вечности. Я наклонилась и подняла их с пола.

Стоп! Древа Вечности? Я не ошибаюсь? Их резные края и форму звезды невозможно не узнать! Но как? Я несколько минут назад вышла из Магистрата, и Древо было живым!

Лумнарион не допустил бы подобного! Я растерянно оглядела улицу – все было, как всегда: чистая дорога, дома, цветы, только что-то неуловимо поменялось. Время как будто замерло. Я осознавала- произошло что то страшное – по спине ползла холодная змея страха и оцепенения.

Надо вернуться! В Магистрат! Нет, я не боялась за свою жизнь, об этом даже не думала. Что там произошло?

Оставлю записку бабуле и побегу обратно. Я выскочила из комнаты и тут память, как старая подружка, подкинула слова, ветерком прошелестев: «…твои тропы будут зелены, Лунная Дева…». Чьи это слова? – «да будет долгим твой путь…» – я встретила незнакомцев… Кто они? Они направлялись в Магистрат и явно не хотели быть узнанными. Их капюшоны были так глубоки… я ничего не помню… Это очень важно. Почему я это не помню?

Я судорожно ковырялась в своей памяти и в ступоре глядела на чёрные листья Древа в своей ладони и радужную взвесь в воздухе сада. Так толком и не вспомнив эпизод с чужими, я схватила бумагу и стала писать бабушке записку, она скоро должна была вернуться. Резкий стук в дверь меня напугал.

«Нола Элюриэль!» – грубый мужской голос окликнул меня – Откройте! Святейшие призывают вас на Совет! Мы Вас проводим!» – за дверью замолкли.

–Да, я здесь, сейчас, – тихо проблеяла я. Комок в горле не давал возможность сказать и мои слова прозвучали, как блеянье козы. В кулаке до сих пор был зажат погасший искромет. Пальцы машинально гладили гладкую кристаллическую поверхность, рисуя на экране цветную радугу.

Тиарин! – меня осенило. «Ты хотела что- то узнать, Люри?»– его последние слова. Хотела!

Очень хотела, именно сегодня я планировала выведать природу моего двуединого дара, и знает ли наставник моего отца? Ведь, не кто иной, как Тиарин должен знать ещё одного Тёмного мага среди эльфов. Кто передал мне тёмный дар, зачав меня? Мать была жрицей в храме богини Луны и другой магии, кроме светлой, иметь не могла…

«Нола Элюриэль! – меня прервали снова, – Если Вы не пойдете добровольно, мы Вас доставим к Святейшим силой!»– за дверью загромыхало, давая понять серьезность намерений стражей.

–Я тут, уже…. – бросив ручку на стол, я распахнула входную дверь. Меня с обеих сторон окружили стражники и накинули сверху полог тайны: серебристую ткань, делавшую меня не видящей и оглохшей.

Следом замерцала зеленым арка портала в нескольких шагах от девушки. «Может всё – таки они не погибли…» – мысль зацепилась за маленькую надежду, и я шагнула вперед.


То ли от слёз, то ли от неожиданности, я не заметила переход, находясь, как в тумане. В голове мелькнула спасительная мысль – бабушка, она в Совете. Она меня поймет и выслушает. Это меня немного приободрило.

Совет Святейших, уже само название навевало трепет, и даже страх. Я никогда здесь не бывала. Совет собирался в кроне самого высокого дерева в Лунных лесах. На вершине древа свод расступался, являя небу небольшую площадку, окруженную плотными ветками и листвой, как ограда. На этой площадке были установлены кругом причудливые коряги с изгибами и формами, напоминавшие странные кресла, коими они и являлись для членов Совета. В центре лежал большой плоский камень из черного обсидиана, напоминающий раскрытые ладони. Алтарь, жертвенник или молельник – именно от него тянулась невидимая неразрывная нить от эльфов к их Богам. Именно с этой площадки Совет общался со светилами, просил милости и защиты для своего народа и правил мир.


В Совет Святейших входило по одному члену от всех кланов, которые населяли Лунные леса: здесь был представитель от Лунных Древесных Духов – старейший Одрион, самый старый и мудрый дух в Совете, здесь была моя бабушка Эста́рта- как представитель Светлых Лунных Дев, Мофрион- сильнейший маг- Саламандр, разрушитель Тёмной магии. Воспламеняясь, он уничтожал любую Тёмную материю: будь то призрак, проклятие или умертвие. Как носитель обоих видов магии членом Совета был и Тиарин, дух радужной сферы, объединяющий под своим началом всех представителей песчаных духов Лунных лесов. Также, почётным членом Совета был и Смотритель Лумнарион, как Маг Древа Вечности и Хранитель мудрости.

Ещё в Совете присутствовал очень странный представитель эльфийской расы – старый элик – Уголовие. Говорили, что он, как хамелеон, умел менять свой облик, имел тысячу личин, но в силу своей сущности по факту – контролировал все финансовые вопросы в Лунарии, поддерживая связь с остальными городами и налаживая успешную торговлю. Поговаривали, что он мог еще общаться и вызывать духов животных. Но свидетелей этого не было.

Были ещё представители от животного мира, населяющего Лунные леса: Сумрачные волки – полупрозрачные, скользящие тени, служащие на границах Лунных лесов, ходящие в Сумрак и защищающие наши границы.

Площадка, полная народу, гудела как разъярённый улей. Но стоило мне появиться, как воцарилась мёртвая тишина. Все взоры были устремлены на меня.

Я встала у камня, прямо напротив бабушки и смотрела только на неё. Среди сидящих я увидела два пустых кресла, скорее всего они принадлежали моему наставнику и Лумнариону. «Их всё-таки нет!» – я, наконец-то осознала невосполнимую потерю, и на глаза навернулись слезы. Но плакать мне никто не дал.

– Нола Элюриэль, не будем тянуть, ваша аура опознана, как последняя, кто находился в Магистрате на момент гибели мага Лумнариона и духа Тиарина. Вы подтверждаете это? – голос взял Мофрион. Он подошёл ко мне и наклонился, заглядывая в лицо.

Мои щёки и губы обдало жаром, исходящим от него. Гнев клокотал в нём, он был готов воспламениться в любой момент. Как ярый борец с Тёмным началом, он мгновенно загорался, чувствуя тьму. К счастью, мою темноту он не мог распознать, хвала Тиарину – тахо научил меня её блокировать.

– Что скажете? – Продолжил он и все вопросительно посмотрели на меня.

– Подтверждаю, я действительно несколько часов назад была в Магистрате с гароном Тиарином, но занятие было прервано мной, по личным причинам, – я тихонько добавила – Когда я покидала Магистрат Тиарин и Смотритель были живы! – на мои глаза снова навернулись слёзы и голос предательски дрогнул.

– По каким причинам Вы прервали занятие? – кипение Мофриона зашкаливало, – Вы кого-то ожидали? Я вполне допускаю, что вам самой, как молодой ноле не в силах справится с Мощными магами. У вас есть пособники?

– Что? Вы меня записали в подозреваемые? Вы в своем уме? Тиарин – мой духовный наставник с самого детства. Это горячо мною любимый и уважаемый дух. Я бы никогда… слышите? Никогда… – рыдания душили меня, слезы застилали взор, и я ничего не видела вокруг себя.

– Мофрион, это уже слишком! – слово взяла бабушка. Она подошла ко мне, сняла со своих плеч звёздную шаль, обняла, накинув платок мне на плечи. Усадив меня на камень и сев рядом, попросила: «Расскажи всё, как было».

Закрыв глаза, я в подробностях рассказала всё, что произошло в Магистрате, не утаив причину прерванного занятия, за что была наказана глубоким укоризненным вздохом бабушки. Мое увлечение рок – музыкой она не одобряла, но и не запрещала, чем я с удовольствием раньше пользовалась.

Под конец рассказа я вспомнила о незнакомцах и тотчас сбивчиво начала их описывать. Так как всё было на бегу и мельком, ничего, кроме небольших фрагментов я вспомнить, конечно, не смогла.

Я видела, как опять наливается огнём взгляд Мофриона и задрожала, чувствуя свою беспомощность.

И тут мне на помощь пришёл старый элик. Уголовие подошел к предводителю волков и с поклоном произнёс: «Да пребудут с тобой тени твоих предков, Аргус, помоги этой девочке, войди в Сумрак её памяти и найди там непрошенных». Затем он поманил длинным тонким и корявым пальцем меня, подойти к ним. Бабушка кивнула и подтолкнула меня в спину.

– Элик прав, – сказала она, – Аргус может ей помочь!

Я, замирая, подошла к огромному полупрозрачному седому волку. Аргус возвышался надо мной в два моих роста. Он переливался и клубился серебрянной пылью, а его глаза, глаза волка – жёлтые, как янтарь, прожигали в моих дыры. Не отводя взор от вертикальных зрачков, я тут же погрузилась в стазис, заново прокручивая утро и день в Магистрате, только теперь я была не участником. Я смотрела на себя со стороны, будучи бестелесным туманом, зыбким и рваным, как облако.

Я видела Тиарина и себя, бегущую наверх к выходу. Я видела, как дух тянет ко мне руку и потом, подумав, возвращается к стеллажам. Он достает большой фолиант. Выкладывает его на стол и обращается к Лумнариону, чтобы тот не убирал его. – Книга для нолы Люри, – слышу я его тихий голос.

Он оставил для меня книгу! Я уже готова вырваться и броситься в осквернённый Магистрат, но Аргус меня не отпускает, удерживая сознание в сумраке, и вот я вижу незнакомцев, они долго смотрят мне вслед, качая головами, пока я не исчезаю из вида, за поворотом и только потом заходят. Как заворожённая, я точь-в- точь повторяю их ответные слова: «Пусть все твои тропы будут зелены, Лунная Дева, да будет долгим твой путь…».

Какой путь? О чем это? – Я не понимаю, – с этими словами я вывалилась из облака, мокрая, взъерошенная, с дикой головной болью и присела у ног волка. Бабушка рядом, её волшебная звёздная шаль снова на моих плечах – убаюкивает, успокаивает, согревает теплом материнской любви.

– Святейшие, как я понимаю, вы всё видели и обвинения с моей внучки сняты, так, Мофрион? – Маг – Саламандр, находящийся напротив нас, с прищуром долго смотрит, но, под строгим взглядом бабушки, кивает. У остальных тоже нет претензий.


Но всех интересует, кто же эти незнакомцы – убийцы. Совет снова загудел, как улей огромных пчел. Все высказывали разные мнения и кричали, размахивая руками.

– Нола, Элюриэль, вы свободны! – сквозь крики объявил Святейший Одрион и меня тут же вывели прочь. Молодым и непосвященным здесь нельзя долго находиться, выплески магических существ, составляющих Совет Святейших – могут быть губительными для непосвященных. Под пологом тайны меня вернули на порог моего дома.

## Глава 4. Побег.


Уже темнело. Я и не заметила, как пролетел этот странный и страшный день. Разбитая от волнения и слез, я безвольно опустилась на ступеньку крыльца. Подожду бабушку здесь. Дом за моей спиной утопал в вечерних сумерках.

Город, узнав о трагедии, скорбно затих. Улицы были пустынны, и только легкий ветерок гонял по земле чёрные засохшие листья-звездочки. Травы и листва тихо перешептывались, делясь болью гибели Древа Вечности. Ручьи почти умолкли, вода тихо лилась, окрашиваясь в розово-красный цвет под багрянцем садящегося солнца.

Я не заметила, как уснула. Мне снился наставник, он улыбался и что-то говорил. Его губы шевелились, но звуков голоса не было слышно. Я попробовала читать по губам, но ничего не поняла. Проснулась резко от теплого прикосновения к виску.

–Люри, детка, проснись!– бабушка быстро шептала и слегка теребила мои вихры, поглаживая по голове – Тебе нужно собраться – продолжила она.

– Что? Собраться? Я уезжаю? Куда? – спросонья, я не понимала о чём речь.

– Тебе нужно добраться до Солнечных башен и найти там лорда Эрвина – моего старинного друга. Он является членом Совета Светоносцев. Передашь ему одну вещь от меня, а он подскажет, что делать дальше. Тебе нужно уехать и продолжить обучение там, в Магистратах Башен, поняла? Сюда возвращаться пока не нужно, я вызову тебя, когда ты будешь готова.

Я ошарашенно смотрела на нее, не веря своим ушам. Меня высылают, как неугодную? Жить вдали от своих, пока не позовут, как так-то? К чему я должна быть готова? – Бабушка, всё так плохо? В чём я виновата?

– Не ты, детка, – мягко ответила мне она, – но дело именно в тебе: ты им нужна, они ещё не чувствуют твоей силы, но как только прозреют, мне тебя уже не спасти. Это ради твоего же блага!

– Им? Кому им? Убийцам Тиарина? Зачем я им? Это потому что я имею Тёмную магию? Это из-за меня погибли Смотритель и наставник? – меня накрывала волна паники, осознавая ужас ситуации. Градус голоса рос, я неосознанно выкрикивала фразы, широко раскрыв глаза и размахивая руками. Бабушка, вцепившись в плечо, силой затащила меня в дом и указала на диван в гостиной.

– Сядь! – грозно сверкнув глазами, приказала она. Дрожа от волнения, я послушно села. Челюсть непроизвольно щелкнула, прикусив щёку. Эта боль отрезвила, отодвинув панику в угол сознания. – Соберись и слушай меня!– твёрдо продолжила бабушка.

– Тебе нужно срочно уехать из Лунарии, Элюриэль! У меня есть подозрения, что здесь тебе грозит большая опасность. Ты, как уникальный маг, интересна многим, но не все желают тебе добра, малышка! Не забывай, ты – моя внучка и дочь Эвиан, великой Светлой жрицы Богини Луны. Её начало сильно в тебе и так или иначе с возрастом твоя сила откроется в полной мере. Но, не забывай – у тебя еще есть и Тёмное начало – оно передалось тебе от отца.

Когда то давно, мы с Тиарином решили, что ты узнаешь об отце после окончания обучения, когда будешь готова. Но не всё в нашей власти, как оказалось, – бабушка горестно покачала головой.

Затем она склонила голову и сняла с шеи серебряный медальон. Я много раз видела его на её груди, полагая, что это ритуальное украшение.


Она присела рядом и раскрыла украшение. С одной стороны было изображение светловолосой улыбающейся девушки, а с другой – маленькая белокурая девочка, с хмурым лицом.

–Это же я! – я узнала себя. Я помнила этот момент: меня усадили тогда насильно перед художником, чтобы нарисовать портрет, поэтому я такая недовольная.

– А это – твоя мать, – бабушка указала на портрет молодой девушки, – еще до замужества. Это единственное, что у меня осталось от дочери.

Старушка смахнула слезу, свернула цепочку и вложила медальон в мою ладонь.

– Пусть эта ниточка всегда будет с тобой и приведёт тебя домой, когда это понадобится – бабушка прижала мою руку с медальоном к своим губам и шепнула заклинание. Серебристая нить обвила мое запястье и медальон ящеркой скользнул в ладонь.

Эстарта подняла глаза, вздохнула и решительно начала:

– Люри, детка, твой отец – величайший маг Тёмных земель – лорд Нердок. Я надеялась до последнего, что смогу уберечь тебя от него, ведь смерть твоей матери – на его руках. Его всепоглощающая жажда власти погубила мою дочь.

Эвиан не понимала, что он за существо, говорила, что они любят друг друга и хотят жить в мире и гармонии. Но это всё чушь! Бедная моя наивная девочка!

Как только он узнал о нашей силе, о наших божественных дарах, он сжёг Эви и мы чудом успели спасти тебя. Он – чудовище, Люри, осквернивший дары богини Луны и мою дочь. Опасайся его, беги от него со всех ног, девочка! Если он узнает о тебе, Люри, спасения уже не будет. Я так за тебя боюсь, моя малышка!– бабушка, всхлипнула и крепко обняла меня, но тут же собралась.

Она подошла к комоду и вытащила плоскую коробку странной формы.

– Люри, надень вот это украшение, именно его нужно передать лорду Эрвину, – она достала из коробки и надела мне на шею причудливую ветвь из лунного серебра.

Богатая вязь веточек и листочков изысканно переплеталась вокруг шеи, плотно её облегая. От украшения веяло такой сильной светлой магией, что на моей коже тут же проступили алые пятна и загорелись огнем.


Я невольно ахнула, меня почти парализовало, каждое движение отзывалась сильнейшей болью, но бабушка накрыла ожерелье своей рукой, наклонилась близко-близко и что-то вдохнула в него. Слова мне были незнакомы, наверное, это древне-эльфийский, а может и первоначальный лунный язык. Слова, оживая, серебристыми змейками втекали в переплетение веточек и листьев и успокаивали металл. Вскоре жжение прекратилось, и я смогла пошевелиться. Стало совсем комфортно, даже тепло, и само украшение перестало ощущаться на шее, став невесомым.

– Как я поняла, это – светлый артефакт, я чувствую его, сила магии ощущается так мощно, что могла бы придавить меня к земле своим весом, но ты что-то изменила, бабушка…– пробормотала я, ощупывая шею.

– Люри, – перебила меня Эстарта, – слушай внимательно. Ты слышала о Тайной Книге Лунных Сказаний? Я молча кивнула, о ней знали все нолы.

«В ней собраны все тайны Лунных лесов, указаны все артефакты, их местонахождение и возможности. Описаны все пути создания древних реликвий и способы управления ими. Это своеобразный путеводитель – подсказка, как управлять всей Элантари», – эти знания одни из первых, что закладывается в основу обучения молодых нол.

– Эта Книга настолько важна, что место её нахождения хранится в строжайшем секрете и по факту мало кто может сказать, что видел её в реальности, – повторила я заученное из учебника,

– Может это уже легенда или вымысел? И Книги давно уже нет.

– Книга существует, – твердо ответила бабушка, – она способна пребывать в разных ипостасях и в нескольких местах одновременно, охраняя свои знания от жадности и тщеславия.

– Это ожерелье, – она указала мне на шею, – одна из ипостасей Тайной Книги. Скрой его и береги, как собственную жизнь. Лорд Нердок охотится за Книгой, в его руки уже попал Лунный Кристалл, сохраняющий книгу. Твоя мать до последнего вздоха защищала его, но Нердок, это коварное чудовище, обманом и убийством овладел им, осквернив артефакт.

Книга ему нужна для полного управления Элантари. Его жажда власти так велика, что никто не сможет сопротивляться ему. Наступают страшные времена, Люри. Мы не можем этого допустить.

– Знай, – продолжила она, – надев ожерелье на шею, я доверила тебе право обладания этой Книгой, а это еще нужно заслужить! Тебе необходимо собрать остальные ипостаси Книги в единое, и когда получится воссоздать артефакт, вы сможете противостоять Нердоку.

Эрвин поможет тебе! Он сможет провести ритуал. Это величайшая честь, Люри! Будь достойна её! – глаза бабушки сверкали серебряным светом, ее взгляд испепелял меня, а руки совершали пасы, скрепляющие наши с ожерельем ауры.

– Это высшая духовная практика, Люри, ты должна ее пройти. Книга сама направит тебя, – бабушка предупредила вопрос, готовый слететь с моих губ. Ведь я совершенно не имела понятия, что я должна делать.

– Я не сомневаюсь в тебе, детка – завершила Эстарта, обняв меня, – на рассвете уходит обоз до Солнечных башен, тебе нужно поспешить. Люри, с ним ты спокойно доберешься до столицы. А там Эрвин тебе поможет. Собирайся, скорее!


Я заскочила в свою комнату, схватила блокнот с зарисовками, карандаши, черный гель для волос и зеркало. Медальон бабушки сложила в холщовый мешочек с деньгами и сунула за пазуху. На кухне закинула в рюкзак несколько яблок и бутерброды, которые успела нарезать бабушка. Она протянула мне бутылку с родниковой водой и семейную реликвию – лист Древа Вечности – исцеляющий артефакт: болезни, раны, проклятия – всё было подвластно ему. Обладатель сего артефакта был застрахован от многих болезней.

В глазах Эстарты стояли слезы, она хваталась за разные мелочи, что еще можно было бы мне дать, но тут же откладывала их. Хаотичность её движений отражал хаос в её душе. Ей страшно было отпускать меня, ведь она уже потеряла единственную дочь и боялась потерять теперь и внучку.

– Слушай свое сердце, Люри, оно не может тебя обмануть, да не долог будет твой путь, – пробормотала она и я вздрогнула. Я уже слышала сегодня такие напутствия, и вот к чему они меня привели.

– Я буду истово молиться за тебя, малышка, и ждать вестей. Да сохранит тебя Богиня на чужбине.

Она запечатлела поцелуй на моем лбу и сняла свою звездную шаль. Закрутив её в сверкающий клубок, она засунула его в мой карман, – И да согреет тебя эта шаль в одиночестве, внученька. Хрустальные слезы потоком лились из любимых глаз.

Я бросилась в её объятия. А затем, сдерживая рыдания, выскочила за порог. Видеть любимого человека в таком состоянии было невыносимо. Кусая губы, чтобы не разреветься, я ринулась прочь.

## Глава 5. Грей.


Ноги несли меня по ночной Лунарии, а душа и мысли тем временем, остались дома. Из головы не выходило, что рассказала бабушка.

Мой отец – Тёмный лорд Нердок. Я несколько раз слышала о нем, но информация была размытой и с не очень хорошим подтекстом – то ли он напал на кого-то, то ли заговор устроил…

Мне, как молодой девушке, не интересно было собирать новости Элантари, и редко удавалось посидеть с бабушкой у «Зеркала Мира», нашей световой панели, посмотреть новостной канал. Да и вдохновители – ведущие новостей, их пафосные голоса и облик – сильно раздражали.

Особенно Эльволондир Серебристый, чей поставленный чёткий голос, а также резкая манера ведения эфира, часто сравнивали с «жёсткими соловьиными трелями». Его передача «Вечер с Эльволондиром»– скандальное политическое шоу делило общество на две половины: тех, кто с замиранием сердца ждал его передачу по вечерам и тех, кто выключал панель или вещатель, когда слышал его голос. Его гости – сплошь именитости, а выражения и фразы ведущего тут же расхватывались на цитаты.

Я – принадлежу, скорее, ко вторым. Нет, я уважаю его самого, и что он делает, возможно, он, действительно, очень нужен нашему обществу. Просто чувствую себя во время передачи маленькой девочкой и считаю, что все, о чем он говорит – не для меня…

Да уж, маленькая девочка вдруг за один день стала взрослой.

Не могу я об этом думать, нужно пока отложить мысли и добраться до окраины. Глядишь, что – то само и созреет. Да уж, Люри, точно «взрослый подход» к решению твоих проблем!


Обоз в Солнечные башни уходил с окраины Лунарии с рассветом. Времени у меня с запасом, можно слегка притормозить. Но что-то тревожило в голове и не давало покоя. Что-то, что я успешно забыла, память моя пыталась нащупать тонкую ниточку этого воспоминания. Я огляделась – ноги по старой привычке принесли меня к Магистрату.

Богиня, что стало с Древом Вечности! Я задрала голову – до самой верхушки, скрывающейся от глаз, другими кронами деревьев, еще вчера такой зеленой, с шепчущими листьями и блестящей серебристой корой – ничего не осталось. Ствол был сухим и тёмным, мертвое Древо молчало, лишь останки сухих листьев печально кружились, опадая на землю с каждым дыханием ночного ветра. Ступени, по которым я сотни раз взлетала на порог Магистрата, были разбиты и раскрошены, как будто по ним ударили огромным молотом. Двери были приоткрыты. Меня неодолимой силой тянуло туда, в темноту.

Преодолев крошево ступенек, я проскользнула вовнутрь. Холл освещался лунным светом, но это было незнакомое мне помещение – лестница в центре холла разбита, верхний рукав марша отсутствовал, попасть при желании на этажи классов было невозможно. Марш, ведущий вниз в библиотеку, остался целым.


В библиотеку! Я вспомнила, что так царапало в памяти и постоянно ускользало от меня – то, что я увидела на Совете, в сумраке Аргуса. Тиарин оставлял для меня книгу на столе библиотеки. И она скорее всего там, вряд ли кто-то её забрал после таких событий. Я иду за ней!


Настороженно оглядываясь Я направилась к лестнице, шаги почти неслышно отзывались в тишине скрипом опавшей сухой листвы под ногами. Слева, у подножия разрушенного верхнего марша лестницы, в полумраке, угадывалась небольшая кучка пожухлой листвы.

Вот, что осталось от Смотрителя Лумнариона! Слезы снова предательски подняли волну от сердца, мое сердечко рвалось на части от боли и безысходности.

Я протянула руку к листьям и аккуратно погладила их. Они в ответ тихонько зашептали, осыпаясь. Они как будто успокаивали меня, утешали, что боли больше нет. В руку легло что-то тёплое и влажное. Я подняла ладонь к глазам – в лунном свете, блестел живой, недавно распустившийся зеленый росток Древа Вечности. Маленькая, изумрудная звездочка, с капельками влаги, похожей на слёзы, мерцала в моей руке. Это был прощальный подарок от Лумнариона. Я вытерла глаза и спрятала росток на груди.

Подойдя к нижнему маршу лестницы, я заглянула вниз – в душе похолодело.

Светильники не горели, и темнота подземелья обволакивала, она смешалась с туманом дна и была чернильно-непрозрачной. Лунный свет безмолвно скользил по её поверхности, выдергивая из мрака какие-то тёмные всполохи, не проникая вовнутрь. Казалось, она смотрела на меня и затягивала, как трясина.

Мне придется создать светоч, небольшой светящийся шар, похожий на уличный фонарик, чтобы я могла спуститься.

Первый подземный уровень я прошла быстро, здесь ещё достигал лунный свет, льющийся из разбитых окон, и ступени были относительно видны. Со следующей спиралью мне предстояло войти в туманную темноту.

Я запустила светоч перед собой и начала спуск. Туман закручивался и поглощал меня постепенно, аккуратно и незаметно обступая со всех сторон. Стояла мертвая тишина, мне казалось, что стук моего сердца, как часы в гостиной отстукивающие секунды, разносится вокруг.


Вдруг в темноте раздался шорох и прямо передо мной возникли два ярких голубых огонька. Они синхронно отклонялись то вправо, то влево, напоминая движения головы щенка, внимательно меня разглядывая. Огоньки то приближались, то немного отдалялись словно прислушивались ко мне, что я буду делать дальше.

– Кто здесь? – мне стало не по себе, и я резко вскинула руки, отталкивая от себя видение. Огоньки замерли, постояв неподвижно пару секунд, и потом с громким гулом и топотом рухнули куда-то вниз.

– Стой! Кто ты?– крикнула я. Похоже, я кого-то напугала. Надеюсь, что он в ответ не причинит мне зла.

– Постой! Я всего лишь за книгой, её оставили для меня, прости – я кричала им вслед.

– Кто ты сама? – глухо прозвучало откуда-то снизу, – и что тут делаешь?

– Я- Люри, нола, мне тахо оставил здесь книгу, и я должна её забрать. Снизу раздался шорох и рядом, в лучах светоча, из темноты вынырнул невысокий паренёк. В человеческом обличии, он выглядел как самый обычный мальчишка: только глаза его сверкали глубоким, ярким голубым светом, как блики солнца на дне лесного озера, отражая огромную жажду любопытства и приключений. Кудрявая шевелюра тёмных волос каскадом спадала на плечи, небрежно обрамляя его лицо. На щеке у него красовалась небольшой шрам, он не портил лица, наоборот придавал ему милый задорный вид.

– Я знаю тебя, Люри – печально сказал он,– видел тебя. Я – Донгрей, внук Аргуса из клана Сумеречных волков. Я был сегодня здесь и всё слышал, как напали на Магистрат. Мальчишка поморщился и продолжил: "Вместе с Лумнариумом я должен был сегодня впервые войти в Сумрак и я ожидал его в нижнем ярусе библиотеки, когда пришли непрошенные".

Он судорожно вздохнул, словно ему не хватало воздуха, и зачастил, тихо тараторя: «Я не сразу понял, что произошло – сначала услышал сверху резкие гулкие удары, словно крошили в труху камень, потом несколько ярких вспышек и мощных магических волн – убийц, таких тяжёлых, словно свинец и вата одновременно– они придавливали и оглушали напрочь. Я сильно испугался и от неожиданности провалился в Сумрак, а вот выйти из него сам не сумел. Так и просидел бы в нём, если не ты".


"В сумеречном виде – продолжал он, – подняться наверх не получалось, натыкался на преграду, слово кто-то не пускал. Решил потихоньку осмотреться, обошел пол библиотеки, и даже не сразу понял, что ты извне. Разглядывал тебя. А ты вдруг заговорила со мной и руки протянула, вот я и испугался. Так и выскочил из Сумрака. Благодарю тебя, Люри!" – он пылко схватил меня за руку и, глядя волшебными сияющими глазами, склонил голову, как перед старшим.

– Смотритель погиб и дух Тиарин тоже, Сумрак тебя спас от убийственных волн – моё дыхание перехватило. Нужно собраться.

– Мне срочно нужно уехать, а сюда я пришла за книгой, тахо её для меня здесь оставил. Я припомнила видение из сумрака Аргуса и попыталась оглядеться в помещении.


Донгрей сориентировался быстрей, сказывался навык Сумрачного волка, он потянул меня за руку в другом направлении и вскоре мы стояли у нужного стола. Книга – хвала Богине,– лежала на месте. Я схватила её и раскрыла.

В моих руках лежал старый фолиант, потемневший и рассохшийся со временем, загадочный и древний сборник, в котором были собраны все предания и сказки Лунного мира.

Легенды, унаследованные от предков, о языке природы и тайных символах, скрытых в свете луны.

Но ведь это – просто сказки! Тиарин оставил мне СКАЗКИ? Я в шоке перелистывала страницы, пытаясь разглядеть среди букв тайный смысл. Я все их перечитала еще в детстве с бабушкой. Зачем они мне сейчас?

Донгрей стоял рядом, он был почти одного роста со мной, по- мальчишески щуплый, с тонкой шеей и приоткрытым ртом. Парень с любопытством смотрел, как я перелистываю страницы и затаённо вздыхал, когда его глаз цеплял какую-нибудь яркую картинку, не желая отпускать её образ. Видно было, что ему неимоверно хотелось забрать книгу себе.

– Сколько тебе лет?– спросила я.

– Сто двадцать лун уже минуло, нола – шмыгнув, с гордостью ответил мальчик.

– Сто двадцать лун – да по нашим меркам ты еще ребенок, Я буду звать тебя Грей, хорошо?– уточнила я. По нашим измерениям возраст Грея равнялся десяти годам. Конечно, ребенок, вот сказки ему и нравятся, смотрит, прямо не дышит! Пожалуй, я отдам ему книгу, пусть читает, эти сказки, как раз для него.

– Возьми! Я эту книгу уже читала. Тебе понравится.

Он сразу ухватился за фолиант, бережно прижимая его к тощей груди.

–Почему тебя никто не хватился, Грей? Ты просидел в Магистрате весь день и ночь, – я недоумевала. Сумеречные волки, своего волчонка, тем более внука Аргуса, не оставят без присмотра.

Грей вздохнул: «Аргус не знает, никто не знает, я увязался за обозом от дома и пришел к Смотрителю Лумнариону. Рассказал ему, что не умею входить в Сумрак. Он обещал мне помочь. После, также с обозом я собирался вернуться домой»

О, Богиня, обоз! – мы оба вздрогнули. В темноте нижнего уровня мы не замечали, как проходило время.

– Мы опоздаем!

Подорвавшись, мы вдвоём рванули наверх и выскочили из Магистрата.

## Глава 6. Сумеречные волки.


Мы опоздали. Обоз выехал давно, и на горизонте уже не клубилась пыль.

Запыхавшиеся, взмокшие, мы прибежали на окраину, к городским воротам. Они уже были открыты настежь и ранние торговцы со свежим товаром заполонили проезд.

Лунария снабжалась за счет окружающих её земель – урожаи фруктов и овощей, рыба и молоко, крупы и мука – всё это поставлялось людьми, фермерами-торговцами. Взаимовыгодный обмен: лунарийцы в благодарность всегда помогали фермерам бороться с паразитами, поднимать урожаи и надои, очищать реку, собирать зерно, готовили исцеляющие снадобья и артефакты, обереги и многое другое.

Со всех сторон нас окружали ароматные спелые фрукты, пахло свежей выпечкой, корицей и горячим медовым взваром. В моем животе громко заурчало, последний раз нормально я позавтракала вчера утром. Грей тоже судорожно сглатывал слюну и старался не поднимать глаз. Мне стало жаль малыша, он вообще просидел почти сутки в Сумраке и наверняка был очень голоден.

Денег у меня было немного, но их нам точно хватит на плотный завтрак – я подскочила к ближайшей румяной торговке – её лоток был сплошь завален печёными кексами, всевозможными пирожками и сладкими пирогами. Женщина, завидев нас, заулыбалась, окинула взглядом обоих и тут же, молча, начала накладывать в маленькую корзинку нехитрую закуску. Пирожки с зеленью и рыбой, свежий каравай хлеба и два яблочных кекса.

– Ой, так много, нам не хватит вам заплатить, матушка, – испугалась я, судорожно шаря по карманам.

– Ничего, сама поешь и волчонка покорми, вон, как глазищами весь рынок поедает, – насмешливо ответила торговка, – в долгу я перед волками, – пояснила она, – они спасли дом мой и деток, я ведь на границе живу.

Она прикрыла салфеткой корзинку и обернулась к соседке, торгующей молочкой.

– Анна, продай литровую молока, волчонка покормить, – кивнула она на Грея. Её товарка, немолодая женщина с крепкой фигурой, неожиданно улыбнулась белозубой улыбкой и потрепала мальчишку по голове, а затем поманила к себе. Когда Грей подошёл, она вручила ему большую кружку тёплого молока.

– Пей, малыш, вырастишь – сочтёмся.Затем она положила большую плетёную бутылку в нашу корзинку и небольшой свёрток с сыром, и сунула всё это мне в руки. Грей тем временем допил остатки молока и вытер молочные усы. Его голубые глазищи с благодарностью и щенячьей преданностью смотрели на тёток и осоловело хлопали ресницами. Сказывалась бессонная ночь.

Молочница вдруг резко посерьёзнела и шикнула на нас: «А ну-ка брысь, малышня! Распугиваете мне клиентов!» и громким басом заголосила: «Мо-ло-ко, сы-ры, тво-рог, подходи-и, не зевай!» Мы отскочили и рванули к воротам. Стражники не обратили на нас ни малейшего внимания и вскоре мы очутились на тракте.

– Я уже шел с обозом и дорогу знаю, – деловито заявил Грей, – я проведу тебя до своего дома, он находится на пути в Солнечные Башни, а там мои тебе помогут добраться до столицы. Он подхватил корзинку и уверенно потопал вперёд. Я пожала плечами и, улыбаясь, двинулась следом.

Солнце по-утреннему свежее и нежное, пригревало, ветерок ласкал придорожные травы, разнося на милю вокруг аромат свежей зелени. Леса, окружающие тракт, дружески шептали листьями и затеняли нам путь. Путешествие, пусть и начавшееся не так, как хотелось, всё же было приятным и интересным. Мы с Греем прошагали весь день, останавливаясь у ручьев напиться и отдохнуть, сжевали всё содержимое корзинки, болтали обо всём на свете и довольные к вечеру дошли до владений Сумеречных волков.

– Ти́риас[8] – мой дом! Пойдем, тебе нужно отдохнуть перед завтрашней дорогой в Башни – Грей потянул за руку в сторону небольшого поселения. Я еще ни разу не бывала у волков и с удовольствием согласилась.

Мальчишка привел меня к огромному бревенчатому дому, на крыльце которого стояла высокая статная женщина, по- волчьи, принюхиваясь. Ее туманные, серые волосы стояли дыбом, а желтые с вертикальным зрачком глаза с угрозой смотрели на Грея и тот, под ее взглядом почти скукожился.

–Донгрей! Иди сюда, паршивец!– звучно рявкнула она.

– Мамиль[9], не начинай! Я пришел с гостем, давай поговорим попозже. Это – Люри, – представил он меня, – она опоздала к обозу в Солнечные Башни, и я её проводил! – волчонок храбрился, тараторя и пряча сияющие глаза, подталкивая меня вперед. Видно было как он был рад оказаться наконец – то, дома.

–Аэланнен, [10] гарон, да хранит сумрак твое потомство, – я низко поклонилась, – меня зовут Элюриэль, я внучка Эстарты из клана Лунных Дев – мне пришлось вмешаться, иначе Грею прилетело бы по макушке от матери мокрым полотенцем, которое она крутила в руках.

Волчица переключилась на меня. Услышав имя бабушки, глубоко втянула носом воздух и мгновенно успокоившись, продолжила: «Зови меня Алана́ра, Люри, я наслышана о тебе, проходи-проходи, не стой на пороге» – она ласково обняла меня и проводила в дом. Следом тихо проскользнул Грей.

Гостиная в доме поражала своими размерами, конечно, типичные Сумеречные волки раза в полтора, а то и в два выше и больше обычных волков. А когда в гостиной собирается вся семья – я думаю, здесь не протолкнуться.

В центре стоял большой дубовый стол, с обеих сторон подпираемый широкими скамьями. У огромного горящего камина на полу было набросано много одеял и подушек – видно это было любимое место отдыха волчат. Туда и юркнул Донгрей. Растянулся на одеялах, повернувшись к огню спиной и сладко потянулся. Меня усадили за стол и дали огромную тарелку горячей похлёбки. Волчица села напротив и пододвинула ко мне большой ломоть хлеба.

Её глаза внимательно следили за каждым моим движением, нос чутко изучал весь спектр запахов, которые мы принесли. От камина послышалось сопение – Грей расслабился и сон, с которым он боролся вторые сутки, наконец-то его одолел.

– Что случилось? – глядя мне в лицо спросила мать. – Я никогда не поверю, что Эстарта отпустила внучку с незрелым волчонком, да еще в Солнечные Башни. Нежный, мурлыкающий голос вкупе с горячей едой совсем меня расслабили и я, волнуясь, все рассказала матери Грея: про нападение на магов, Совет Святейших и сумрачные видения Аргуса,отца Аланары и про моё бегство из Лунарии. Рассказала, как встретила Грея, и что пережил малыш. Волчица мрачно раздувала ноздри и порыкивала, и, если бы Грей не уснул, точно получил бы затрещину от матери. Наконец закончив повествование, я замолчала.


– Аланара, завтра я уйду в Башни. Я не имела права просить еёо помощи. До Башен два дня ходу и следующего обоза мне ждать некогда – логистика в наших краях не налажена, и обоз ходит раз в две недели. Столько времени у меня нет. Порталы за пределами Лунарии не открываются. Я растерянно развела руками и вздохнула.


– Иди спать, Люри, я буду думать, что делать дальше – мягко сказала Аланара и погладила меня по голове.

Она проводила меня в огромную спальню. По-видимому, это была детская. Вдоль стен стояли несколько кроватей и в них уже посапывали два малыша, а позже мать принесла и Грея, уложив на одну из кроватей.

– Спи спокойно, детка, – она потушила свечу и вышла, прикрыв дверь. Вместе с дверью закрылись и мои глаза, и я провалилась в глубокий сон без сновидений.


Утром я проснулась от тихого дружного сопения и сумасшедшего запаха выпечки. С трудом разлепив один глаз, узрела свежий горячий пирожок прямо над моим носом, он раскачивался, привязанный на веревочку, которую держал надо мной Грей.

Рядом с ним стояли два малыша, их небесно- голубые глазки с любопытством и задором поблескивали, а розовые языки, то и дело облизывали маленькие клычки. Пирожок хотелось всем, но больше всего им хотелось увидеть девушку, которую они обнаружили спящей в детской. Грей не дал им её обнюхать, пришлось дождаться, когда она проснется.

Малыши подпрыгивали от нетерпения, отчего их лохмушки, торчащие в разные стороны, скакали на головах, как белки на дереве, ушки топорщились и подрагивали, превратившись в мохнатые ушки волчат. Малыши были в широких штанишках, а на груди у каждого красовался яркий фартучек-слюнявчик, измазанный кашей. Милота в этой спальне зашкаливала! Я бы с удовольствием затискала этих щеночков, такие они были славные!

Я резко открыла глаза и громко ухнув, села на кровать. Малышня завизжала, затявкала от неожиданности и бросилась бежать. Они разлетелись в разные стороны и брякнулись на пол, смеясь до слез. Грей, хохоча, отдал мне пирожок и я, разломав его на четыре части, раздав всем, с удовольствием вцепилась в него зубами.

– Пошли завтракать, мамиль уже тебя ждет – позвал Грей. Я быстро сполоснула лицо, глянула в зеркало в ванной и, пробежавшись черной пеной по волосам, привычно взъерошила их. Видно мой образ уже никого не удивляет. Я скорее похожа на волчонка со своей шевелюрой и в тириасе вполне сойду за свою.

В уже знакомой мне гостиной кроме Аланары и Грея никого не было. Я села за стол и пододвинула чашку с горячим чаем. Огромная тарелка была наполнена горячими пирожками с мясом, которые вызвали голодный спазм в моем желудке.

«К черту приличия!», – я, почти урча как голодный волк, накинулась на них. Аланара усмехнулась, глядя на меня.

– Пока кушай, а я буду говорить – спокойно начала она. – Обоз ушел, следующий будет через две недели, – Я молча кивнула, продолжая жевать. – Я считаю, что одна ты продолжать путь не можешь, мы будем ждать моего отца здесь, Аргус должен вернуться в тириас через несколько дней. Он в курсе событий и свяжется с Башнями, чтобы они выслали стражей до нас, для сопровождения тебя в столицу – закончила волчица.

–Но это очень долго: пока вернется Аргус, пока из Башен придут стражи, пока мы доберемся до столицы! Бабушка говорила: не задерживаться! Время играет против меня. Кто знает, может за нами следили и убийцы ждут удобного момента, чтобы уничтожить меня или еще каких-нибудь магов? Мне нужно срочно попасть в Солнечные Башни! – я горячо пыталась убедить волчицу отпустить меня либо одну, либо с кем-то из волков.

–В тириасе сейчас никого нет, дозорные придут только завтра к вечеру с границы, а их смена ушла вчера вечером, еще до вашего прихода. Не волнуйся – день-два задержки – ничего не решают. В конце концов, ты уже опоздала к обозу – настаивала Аланара.

Я понимала, как мать, она ни за что не отпустит меня одну в путь. Пришлось покориться и замолчать. Грей все это время не промолвил ни слова. Он пристально смотрел на меня, нервно облизывая губы.

– Хорошо, Аланара, только прошу вас – отправьте бабушке весточку, что мне пришлось задержаться в тириасе – я сдалась. Волчица кивнула и вышла из гостиной.

–Люри! Я могу пойти с тобой в Башни – Грей схватил меня за руку и горячо зашептал. Мальчишеская натура, такая бесшабашная и безголовая, толкала на его разные безумства и необдуманные поступки.

«Ну, уж нет! Еще нести за него ответственность!» – я категорически замотала головой, – ты не воин, что будет, если мы встретим убийц? – сказала я ему первое, что пришло мне в голову.

– А что будет, если ты встретишь убийц, Люри?– парировал мне он, – я хотя бы волк и мое чутье может тебе помочь!– настаивал он. Его глаза, как два огромных топаза светились и буравили мое лицо, руки сжимались в кулаки, а тощая грудь уже была готова встать на мою защиту.

Я понимала, что он прав, но внутри меня словно бесновался вихрь. Меня удручала моя беспомощность и неразрешимость проблемы, точнее то, что приходится отложить ее решение.

– Я останусь ждать Аргуса, – твердо, взглянув на Грея, ответила я. Высоко задрав голову, я вышла на улицу. Грей остался в доме.

Делать было нечего, я решила послоняться по городку. Тириас – небольшое приграничье: пара улиц прямых, как стрела и с десяток огромных бревенчатых домов на каждой. Волки жили своими кланами вдоль всей границы Лунных лесов, таких тириасов насчитывалось чуть более десяти. Есть ли еще Сумеречные волки в Элантари – я не знала. Мне казалось, что они живут только в наших землях.

Их долг – охранять границы Лунных лесов от захватчиков из Тёмных земель, граничащих в нашими, и других недружественных кланов. Мы, в свою очередь, делились с ними артефактами, снадобьями, обучали молодой выводок магии в наших Магистратах и дали им право голоса на Совете Святейших, принимать на равных со всеми важные решения для общего мира.

Я быстро обошла все поселение и вышла на окраину. Передо мной лежал пыльный тракт, дорога манила и шептала следовать вперед.

Внезапно я почувствовала, как мое ожерелье под блузкой стало нагреваться, оно грело приятным теплом и напоминало о бабушке. Вспомнив её, я засунула руки в карман и выудила звездную шаль.

«Ну вот она и пригодилась, бабуля», – я накинула её на плечи и вдохнула знакомый с детства запах. Дорога мне уже не казалась опасной и внезапно я поняла, что просто уйду ночью сама, одна. Окончательно успокоившись, от того, что решение наконец-то было принято, я развернулась и направилась к дому Грея.

## Глава 7. Нападение.


Остаток дня в доме Аланары прошел незаметно. Меня атаковали близнецы-волчата: Эло́риан и Каладо́рн.

Их имена с волчьего языка переводились, как «жизнь и свет», объяснил мне Грей. А пока малышей звали просто Лори и Дори.

Я с удовольствием исполнила свое желание и затискала малышей от души. Мы целый день барахтались, охотились за перепёлками, убирали сено и играли в салки. Грей был с нами.


Вечером, после сытного ужина, я вслух читала книгу Тиариана – старинные легенды и предания Лунных лесов, развалившись на одеялах и подушках у камина. Малыши уснули первыми – их день был настолько наполнен впечатлениями, что они не успели дослушать даже первую сказку и синхронно засопели, раскрыв рты.

– Пожалуй, я тоже пойду, лягу,– притворно зевнув и потянувшись, сказала я, – целый день на ногах. Аланара отложила вязание и проводила меня в спальню.

– Спокойной ночи, Люри, весточку твоей бабушке я отправила, спи спокойно и ни о чем не переживай, – погладив меня по плечу, проговорила она и вышла из комнаты.

Спальня, в сумерках засыпающего дня, была особенно уютной: в углу сопели малыши, кровать Грея пустовала – он остался почитать легенды, так они его завораживали. Аланара ждала отца из Лунарии.

Я прикрыла глаза, нужно успокоиться, все обдумать и когда все улягутся – через окно уйти. Так размышляя, я задремала.

Проснулась резко, как от толчка. Открыв глаза, прислушалась. В доме стояла тишина, на кровати Грея темнело горой одеяло. «Уснул, начитавшись, вот пусть сказки ему и снятся до утра»– подумала я и тихо сползла с постели. Подхватив сумку, я осторожно открыла окно.

Свежий ночной ветерок принес голос леса – перешептывание трав и ручьев, аромат ночной росы. Окно было невысоким, и я легко выпрыгнула из него наружу. «Жаль, не удалось попрощаться, мне было очень хорошо в доме Грея, я обязательно еще раз навещу их» – подумала я, направляясь к окраине тириаса.


Тракт вился светлой полосой и под луной казался серебристой лентой, обрамленной пушистой и душистой травой. Подтянув рюкзак на плече, я отправилась в путь. Заблудиться я не боялась, тракт – единственная дорога, ведущая в столицу со стороны Лунарии. Глядишь, ближе к городу, удастся встретить фермеров на подводах, тогда они подвезут меня до города.

Время летело незаметно, я по ходу наслаждалась ночными пейзажами, встречающимися на моем пути: небольшими озерцами с прозрачной чистой водой; кочками на болоте, очень живописно раскиданными и издалека напоминающими земляные хижины маленьких существ. Их огоньки приветливо, но обманчиво горели, завлекая неопытных путников в трясину. Деревья Лунного леса что-то шептали и гладили мою голову ласковыми ветвями.

# Примечания

1

Стереомаг-аналог эльфийского магнитофона

2

Нола (эльф.)-ученица

3

гарон (эльф.) – уважаемый, обращение к старшему.

4

тахо(эльф) – наставник, учитель.

5

Айая (эльф.)– дружеское приветствие.

6

Искромет- эльфийский аналог сотового телефона

7

Листозвучие- эльфийский аналог Приложения Диктофон

8

Тириас – (эльф.) – укрепление, укрепленный город, пограничный город.

9

Мамиль – (эльф.) мама

10

Аэланнен – (эльф.) приветствие незнакомцу.