Марина Койвунен
Милашик и Варюндель. Приключения зубных фей

ЧАСТЬ 1

Милашик и Варюндель.

Зубные феи

Моей любимой семье посвящается…

Глава 1. Первый полёт

Однажды летней ночью Маруся спала в своей уютной кроватке, когда в её комнате неожиданно раздался громкий визг:

– Ой-ой!

Маруся проснулась и перед самым носом увидела малюсенькую девочку с крылышками и огромными испуганными глазами.

– Ты кто? – шёпотом спросила удивлённая Маруся.

Девочка что-то быстро достала из своего мешочка и дунула ей в лицо каким-то порошком. Маруся увидела перед глазами разноцветные звёздочки. Но не успела она подумать о том, что это может быть, как вдруг в её носу ужасно защекотало, и она громко чихнула:

– Апч-хи-и-и-и!

Малюсенькая девочка кубарем отлетела в дальний угол комнаты, оставляя за собой мерцающие золотинки в воздухе. Маруся испугалась, всё ли с ней в порядке и спросила:

– С тобой всё хорошо?

До неё донеслись всхлипывания, которые становились всё чаще и громче.

Она попыталась приободрить незваную ночную гостью и сказала:

– Не бойся, я тебя не обижу.

В тёмном углу что-то засверкало. Всхлипывания стали реже, и вдруг Маруся услышала заплаканный голос:

– Спасибо.

Немного погодя, крошечная гостья вышла из угла. Сияние вокруг незнакомки осветило её, и Маруся увидела очаровательную пухлощёкую малышку с кудрявыми золотистыми волосами. Щёки девочки раскраснелись от волнения, а на длинных ресницах ещё не высохли слезинки, которые сверкали как малюсенькие кристаллики.

– Я – зубная фея, – представилась незнакомка, стесняясь, комкая пальчиками подол воздушного платья.

Маруся застыла в изумлении. С самого раннего детства она мечтала увидеть настоящую волшебную фею, единорога, ну или хотя бы дракона. Её братья и сёстры подтрунивали над ней и говорили, что она ещё маленькая, если верит во все эти сказочки. А Маруся не теряла надежду. И вот перед ней стояла настоящая живая фея. Её мечта сбылась! Можно ликовать, ведь она оказалась права. Но фея так горько плакала, что Марусино сердечко разрывалось от боли и желания ей помочь.

– А почему ты закричала? – встревожилась Маруся.

Фея вздрогнула, вспомнив, с чего началось её знакомство с девочкой.

– В моей сумке был огромной пук, – чуть слышно, практически шёпотом, ответила незваная гостья.

– Может быть жук? – уточнила Маруся.

– Нет-нет, именно пук, – поспешно подтвердила фея, озираясь по сторонам. – Такой большой на ощупь, мохнатый. Ну как ра-тан-тул.

Как только малышка произнесла это сложное слово, она глубоко выдохнула.

– Ратантул? – переспросила девочка. – Ты, наверное, говоришь про тарантула? И в сумке у тебя сидел паук, да?

– Ну да! Я так и сказала, – капризно ответила фея, нахмурив брови. – Я просто их ужасно боюсь. Но как он там оказался, ума не пришью.

– Не приложу, – снова поправила её Маруся.

Она с умилением посмотрела на маленькую насупившуюся волшебницу и сказала:

– Так вот почему ты плакала. От страха.

Внезапно всхлипывания снова стали громче, маленькая фея почувствовала, как ком подступает к её горлу, а глаза начинает щипать от слёз. Она пыталась сдержаться, но маленьким феям, так же, как и детям, трудно сдерживать эмоции. Особенно, когда они яркие и сильные. И фея разревелась навзрыд.

– Ты что? – испугалась Маруся.

– Это…это – мой первый полёт! – всхлипнула зубная фея. – Я прилетела за твоим молочным зубом. И в свой первый полёт я нарушила главное правило всех фей – не попадаться на глаза людям!

– Но я никому про тебя не расскажу, – попыталась успокоить её девочка. – Давай дружить! Меня зовут Маруся. А тебя?

Она приветливо улыбнулась. Маленькой фее почему-то сразу показалось, что это очень милая и добрая девочка. И ей ужасно захотелось с ней подружиться. Так Маруся познакомилась с феей по имени Варюндель.

У волшебницы была старшая сестра – зубная фея Милашик. Возможно, их имена покажутся вам немного странными. Но именно так ласково называли родители своих дочек – Варвару и Милославу.

Семья зубных фей жила в Сказочной стране под названием Феерия. Здесь всё было волшебно! Каждая фея обладала своим призванием: феи любви, здоровья, зубные и даже кофейные феи. И многие-многие другие. Феи любви щекотали за ухом проходящих мимо друг друга девушек и молодых людей, чтобы они оглянулись и встретились взглядом. Феи здоровья посыпали спящего больного человека волшебным лечебным порошком, приговаривая: «Сон – это лучшее лекарство». Зубные феи забирали молочные зубки у детей и взамен клали им сюрпризы под подушку. А кофейные феи дули на горячий ароматный напиток, чтобы человек не обжёгся. Но поскольку они сами были ужасные любительницы кофе, то иногда, когда человек отворачивался за кусочком шоколада или сыра, феи могли быстренько отпить из его чашки.

Феи жили в больших деревьях. Их жилища украшала старинная деревянная мебель: уютные кресла с подушками, круглые столы и стулья, скрипучие комоды и шкафы для посуды, кровати с высокими изголовьями и мягкими как пёрышко перинами. Внутри и снаружи фейские дома украшало множество фонариков. А перед каждым жилищем стоял почтовый ящик, который сразу указывал на его домочадцев: ящик в форме часов – перед домом фей времени, в виде чашки чая – у жилища чайных фей, большие портновские ножницы украшали ящик фей моды, а охапка воздушных шаров указывала на дом фей вдохновения.

Каждый житель Феерии был музыкально одарён: кто-то виртуозно играл на музыкальных инструментах, а кто-то прекрасно пел. По вечерам они устраивали чудесные концерты под открытым небом на украшенной фонариками поляне.

«Какая волшебная идиллия!» – можете подумать вы. Как бы не так! Был здесь один житель, которого все не любили. Звали его дед Сквернофей. С самого раннего детства родители предостерегали своих фейчат, чтобы те вели себя хорошо и не делали злых дел. Не то за ними прилетит ужасный Сквернофей и утащит к себе в логово в трухлявое дерево, где очень грязно, сыро и холодно. Поговаривали, что этот дед был очень злым и коварным. А поскольку феи от природы наделены добрым и весёлым нравом, то никто не хотел с ним дружить.

Вот и сейчас, размышляя о том, как паук мог оказаться в её сумочке, Варюндель сразу заподозрила Сквернофея:

– Заползти в мою сумочку сам пук (ой, то есть паук!) не смог бы из-за закрытой молнии, – бубнила она себе под нос. – А о том, что я боюсь пауков, кажется, знают все. Но кто мог сделать такой скверный поступок? С-К-В-Е-Р-Н-Ы-Й. Точно, это – Сквернофей!

Глава 2. Старшая сестра Милашик

Маруся и Варюндель проболтали всю ночь. Маленькая фея пообещала прилететь снова, когда у Маруси выпадет очередной молочный зуб. А если понадобится её помощь или захочется поболтать, то нужно закрыть глаза и произнести:

Ты, Варюндель, приходи,

От беды меня спаси.

Будем мы с тобой играть,

Веселиться, хохотать.

– А как ты узнаешь, что у меня выпал зуб? – спросила Маруся.

– У нас в Феерии есть свой фееграф. Ну… это как ваша почта. Когда у ребёнка выпадает молочный зуб, нам приходит зубная фееграмма. И мы летим менять зуб на сюрприз: монетку, значок или брелок.

– А почему ты думаешь, что фееграмма о моём зубе придёт именно в твой почтовый ящик?

– Тот, кто прилетел за первым молочным зубом ребёнка, тот и должен забрать все остальные. Такое у нас правило! – Варюндель важно подняла указательный палец. – Ну всё, я полетела.

– Погоди! Ты забыла зуб, – остановила её Маруся и протянула на ладошке своё сокровище.

Зуб слегка поблёскивал от сияния вокруг феи. Варюндель в очередной раз расстроилась – она чуть не забыла то, ради чего сюда прилетела:

– Веники-вареники! Вот я растяпа, – еле слышно пробубнила она себе под нос и быстро взяла зуб.

– А сюрприз? – удивлённо спросила Маруся.

– Ах да, совсем забыла.

Раскрасневшаяся Варюндель хотела достать золотую монетку и потянулась рукой в свою сумку. Но тут же осеклась, вспомнив, что там сидит огромный паук.

– Давай сюда свою сумочку, – предложила девочка, видя замешательство маленькой феи. – Я спасу тебя от этого страшного монстра.

На этих словах она еле сдержалась, чтобы не рассмеяться, поскольку понимала, что даже самая маленькая букашка от страха может превратиться в огромное чудовище.

Варюндель протянула ей сумку. Маруся храбро открыла её, аккуратно заглянула и расплылась в улыбке. Из темноты на неё глядели малюсенькие паучьи глазки. Через мгновение паучок вылез из сумки и тут же побежал в дальний тёмный угол, где жила его семья.

– Кажется, это был Добрыня, – вглядываясь в темноту, сказала Маруся.

– Какой ещё Добрыня?

– Это добрый паучок, который живёт со своей семьёй в-о-о-о-н в том дальнем углу, – указала пальцем туда Маруся.

– Ты что, совсем не боишься пауков? Совсем-совсем? – недоумевала фея.

– Ни граммулечки. Они слопали в моей комнате всех назойливых мух. Всех до единой!

Марусины большие зелёные глаза округлились ещё больше, а произнося шёпотом последнюю фразу, она подняла вверх указательный палец.

– Б-р-р-р! – мурашки пробежали по спине Варюндель.

– Вот увидишь, ты тоже полюбишь этих милашек, – приободрила её Маруся. – А теперь лети. Тебя, наверное, уже заждались.

Маленькая фея спохватилась, увидев первые неуверенные лучики солнца, которые проскальзывали сквозь щёлочки между шторами. Она попрощалась со своей новой подругой и поспешно вылетела в окно.

По дороге домой она всё время повторяла:

– Хоть бы меня не увидела Милашик. Хоть бы меня не увидела Милашик…

Но не тут-то было! Старшая сестра сидела в их секретном месте – в маленьком домике высоко на дереве – и взволнованно смотрела по сторонам. Всю ночь она разыскивала младшую проказницу. Облетела весь сказочный лес и даже заглянула в несколько человеческих домов, где у детей сегодня выпали молочные зубы, в надежде там увидеть свою сестру. Но всё было безрезультатно! А поскольку в свой первый полёт Варюндель должна была отправиться вместе с сестрой, Милашик не могла появиться дома одна. Родители бы заподозрили неладное.

– Во имя всех молочных зубов, где ты пропадала? – она взволнованно выпалила, когда увидела младшую сестру, подлетавшую к дому.

– Я…я… – Варюндель всегда терялась и начинала мямлить перед умницей-сестрой.

– Почему ты сбежала, когда я отвернулась, чтобы взять свой мешочек с сонным порошком? Ты же могла попасть в беду! Могла нарушить наше главное правило, – её голос резко изменился, и последние слова она уже произнесла шёпотом, с ужасом в глазах.

Варюндель почувствовала, как её щёки начинают пылать, а на лбу проступает розовое пятно в форме кренделька. Милашик вздохнула: если уж дело до кренделька дошло, значит, сестрёнка ужасно нервничает и что-то от неё скрывает.

– Признавайся, Варюндель, – по-доброму велела Милашик. – Ты что, набедокурила?

– Я…я… – опять промямлила маленькая озорница, комкая платьице маленькими пальчиками.

– А где твой мешочек с сонным порошком? – увидела пропажу Милашик.

– Ой… Я…я… не знаю, – понурив голову, ответила раздосадованная малышка. – Я, наверное, его где-то забыла.

– А голову свою ты не забыла? Ещё скажи, что ты нарушила наше главное правило! – Милашик почувствовала, что начала закипать, как чайник.

Щёки Варюндель стали пунцовыми, а кренделёк на лбу проступил ещё ярче и стал ярко-алым.

– Ты что, разбудила ребёнка, когда забирала у него зуб? – каждое слово она произносила с придыханием и так медленно, что между ними можно было услышать жужжание пчёл, которые на соседней поляне собирали цветочный нектар.

– Не у него, а у неё, – исподлобья посмотрела на неё неожиданно осмелевшая проказница.

И она во всех красках рассказала о своих ночных приключениях.

– Тебе ещё повезло, что тебя не поймали, – выслушав увлекательный рассказ, продолжила Милашик процесс воспитания.

– Это как?! – удивлённо спросила Варюндель.

– А так. Тебя могли схватить и посадить в банку. И жила бы ты там, как солёный огурец.

– Фу! Бе! Не люблю солёные огурцы. Они такие противные. Б-р-р-р!

Варюндель была сладкоежкой, поэтому даже упоминание чего-то солёного было ей противно. Да и Милашик не могла долго злиться на младшую сестру, уж очень крепко они дружили. Увидев, как сморщился носик Варюндель, она тепло улыбнулась и обняла раздосадованную малышку:

– Ладно-ладно. Нужно всё рассказать маме, она обязательно подскажет, что нам делать. А сейчас пора спать. Смотри, как солнце высоко. Вечер утра мудренее.

И маленькие феи полетели домой.

Глава 3. Фея в банке

Спали феи плохо, им снились кошмары. Варюндель пригрезилось, что её поймала Маруся и посадила в банку. А Милашик во сне пыталась разыскать младшую сестру в тёмном лесу. Но все её попытки были безуспешны.

Ночные тревоги рассеялись, когда комната наполнилась тёплыми ароматами ванили, корицы и карамели. Это мама-фея готовила праздничный воскресный завтрак. А праздничным он был в честь первого полёта Варюндель. На столе стояли горячие ванильные вареники, хрустящие крендели с корицей, ароматная каша, карамельный мармелад и цветочный нектар.

Люди завтракали утром, а феи из-за своего образа жизни – ближе к вечеру. Обычно Милашик и Варюндель наперегонки бежали за стол. Но сегодня первым на кухню вышел папа-фей. Он, как и каждое утро, пожелал маме-фее доброго утра, нежно обнял и поцеловал её. Прошло ещё немного времени, но сёстры так и не появились.

– Пойду, разбужу наших сонь, – ласково сказала мама.

Когда она зашла в детскую, обе сестры сидели на кровати Варюндель и о чём-то оживлённо шептались.

– Доброе утро, мои феечки! Пора завтракать, – нежно обняла их мама. – Варюндель, как прошёл твой первый полёт?

По тому, как маленькая озорница виновато посмотрела на неё, она поняла, что что-то произошло.

– Я вас внимательно слушаю, – мама присела рядом с ними.

Она была ласковой, мудрой и очень доброй. Всегда старалась понять и помочь. Сёстры могли рассказать ей обо всём на свете.

– Думаю, ты должна сама всё рассказать, Варюндель, – предложила Милашик.

И маленькая фея поведала маме о своих ночных приключениях, после чего испуганно сказала:

– Я нарушила главное правило всех фей – не будить ребёнка. И потеряла мешочек с сонным порошком. Что же теперь со мной будет? – она закрыла глаза маленькими ладошками, и слёзы градом полились по её щекам.

– Не переживай, моя малышка! Ничего страшного не случилось, – ласково погладила её по голове мама-фея. – При рождении каждая зубная фея получает в дар два мешочка с сонным порошком на случай, если с первым что-то случится. У тебя есть ещё один, запасной.

– А если я потеряю и второй? Или в нём закончится порошок? – всхлипывая, спросила Варюндель.

– Не закончится, если каждый день ты будешь делать хотя бы одно доброе дело, – поспешила успокоить её мама.

Маленькая озорница переменилась в лице. Слёзы мгновенно высохли, а в глазах появились искорки:

– Значит достаточно делать всего одно доброе дело в день, чтобы сонный порошок никогда не заканчивался? И всё?

– Нет, этого не достаточно. Главное – быть искренней и делать добро от чистого сердца.

Сёстры-феи переглянулись, пожав плечами в недоумении. При чём здесь добрые дела и сонный порошок? Мама поспешила им объяснить:

– Моя бабушка говорит мне с раннего детства: «Делай добро – и оно добром к тебе вернётся».

– А как это оно к тебе вернётся? Неужели по фееграфу? – удивилась Варюндель.

– Ну конечно же нет, – рассмеялась мама. – Это в переносном значении.

– В каком-каком значении? – переспросила маленькая озорница.

– Пе-ре-нос-ном, – повторила ей по слогам Милашик.

– Хм, всё равно не понятно, – надула щёки недовольная младшая фея.

Мама посадила Варюндель к себе на колени и начала гладить её по волосам:

– Смотри, малышка. Я попробую тебе объяснить. У тебя золотые кудряшки, так?

– Так, – кивнула маленькая фея.

– Но разве они из золота? – спросила её мама.

– Нет, – задумалась Варюндель. – Они… они… из волос.

Она высоко задрала маленький носик, потому что была ужасно горда своим ответом. Фея была очень милой, и в то же время очень забавной. Мама с сестрой переглянулись и еле сдержались, чтобы не засмеяться.

– Твои волосы сверкают на солнце как золотинки, поэтому мы и называем твои кудряшки золотыми, – ласково сказала мама-фея. – Хоть они и не из золота.

– А-а-а, кажется, теперь я поняла.

И все трое звонко захохотали. Через несколько мгновений Милашик замерла, вспомнив, о чём они говорили до золотых кудряшек, и неожиданно спросила маму:

– А как же правило? Разве можно, чтобы ребёнок увидел фею?

– Ты права. Нельзя, – улыбнулась мама. – Но если ребёнок и увидел, то главное – чтобы он её не поймал.

– И не посадил в банку, как солёный огурец? – поспешила спросить Варюндель.

– И не посадил в банку, – задумчиво повторила мама-фея, но потом опомнилась. – А при чём здесь солёный огурец?

– Это я ей так сказала, – грустно вздохнула Милашик.

Мама-фея, как и все мамы, умела молча, одним только взглядом, задавать вопросы так, чтобы её сразу услышали. Вот и сейчас старшая дочка всё поняла по маминому вопросительному взгляду и виновато сказала:

– Прости меня, мамочка. Я случайно услышала начало твоего разговора с нашей соседкой Кофейной феей. Помнишь, ты ей рассказывала легенду про первую пойманную зубную фею?

Милашик покраснела до кончиков ушей, потому что была очень честной. Вот уже несколько недель её тревожило то, что она случайно подслушала чужой разговор.

– Теперь понятно, почему вы говорите про солёные огурцы, – мама, улыбнувшись, ласково дотронулась до кончика носа каждой из сестёр.

– Мамочка, ну расскажи нам эту легенду, – попросила её Милашик.

– Пожа-а-а-луйста, – протяжно произнесла Варюндель и прильнула к маминой руке ещё сильнее.

Сёстрам-феям стоило только прикоснуться к маме, как все тревоги, сомнения и страхи сразу улетучивались.

– Ну хорошо, – согласилась мама. – Речь пойдёт про вашу прабабушку. Это был её первый полёт…

– Ух ты, прямо как у меня, – перебила мамин рассказ младшая фея.

– Ш-ш-ш! – поспешила утихомирить её старшая сестра.

Варюндель смущённо потупила взгляд, щёки её раскраснелись ещё сильнее, а на лбу проступило пятно-кренделёк. Ей вдруг стало ужасно стыдно.

– Не волнуйся, ты всему научишься, – приободрила мама и нежно погладила её золотые кудряшки.

Через несколько мгновений малышка успокоилась и попросила, улыбнувшись:

– Мамочка, пожалуйста, продолжай.

– Это был первый полёт моей бабушки – вашей прабабушки. Ей предстояло лететь к одному мальчику. Как оказалось, к очень злому мальчику. Когда она прилетела забрать его молочный зуб, он внезапно открыл глаза и схватил её за крылышко. Оказалось, что он не спал, а ловил фею на живца – на свой зуб. Посадил её в банку и решил сделать себе фонарь, который будет освещать его тёмную комнату по ночам. Эдакий ночник.

– Неужели он не мог купить себе его в магазине? – разозлилась Варюндель.

Но под строгим взглядом старшей сестры она сразу поняла, что в очередной раз перебила рассказ мамы, и тут же затихла.

– А её мешочек с сонным порошком забрали себе родители мальчика, – продолжила мама-фея. – Ох, и знатные же злодеи! Они придумали коварный план. Рядом с их домом был парк, в котором любили прогуливаться горожане. Родители мальчика посыпали порошком ничего не подозревающих прохожих и, когда те засыпали, присев на ближайшую скамейку в парке, злодеи забирали у них деньги и ценные вещи.

– Какой комшар! – не выдержала Варюндель.

– Не комшар, а кошмар, – улыбаясь, сказала Милашик.

Маленькая фея была так раздосадована услышанной историей, что даже не заметила, как сестра её поправила.

– А как же наша прабабушка? – спросила Варюндель. – Неужели никто так и не спас бедняжку? И она навсегда осталась в банке?

– Спас, – успокоила её мама. – Это был храбрый фей. Он пролетал мимо окна мальчика и случайно увидел там банку с грустной пленницей. Она рассказала ему обо всём случившемся, и он пообещал ей помочь. Храбрец стал подкидывать злому мальчику конфеты, каждый день – утром, днём и вечером. Через несколько дней зубы его так сильно заболели, что он не мог ни о чём другом думать.

– Так ему и надо! – воскликнула маленькая озорница.

Мама улыбнулась и продолжила:

– Пришлось мальчику вместе с родителями ехать к зубному врачу. Они провели там целый день. А тем временем храбрец пробрался в дом, открутил крышку банки и освободил фею. Но, увы! Её крылья ослабли и не смогли поднять бедняжку в воздух – слишком долго она была взаперти, и мальчик её совсем не кормил.

– Ах! Неужели она ещё надолго осталась в этом страшном доме? – теперь уже не выдержала Милашик от избытка переполнявших её эмоций.

– Не волнуйся, моя хорошая, – мама ласково погладила старшую дочку по голове. – Храбрый фей принёс вашей прабабушке цветочный нектар в лепестке розы. Она выпила его и уже через несколько мгновений почувствовала, как к ней начали возвращаться силы. И вскоре они смогли улететь из западни. Так ваша прабабушка вернулась домой. А своего спасителя она больше никогда не видела.

Сёстры сидели с открытыми ртами. Рассказ о спасении феи оказался настолько увлекательным, что они смогли представить себе его во всех красках.

– А как же его звали? – опомнившись, спросила Милашик.

– Это осталось тайной. Он так и не назвал ей своего имени.

– Может быть, он хотя бы ей что-то подарил на прощание? Красивый цветок, кедровую шишку, ну…ну… или хотя бы конфету? – Варюндель не могла усидеть на месте.

Ей было так любопытно, чем же закончилась эта история, что она даже слезла с маминых коленей и начала ходить по комнате.

– Об этом она мне ничего не говорила, – ответила мама. – Но вы сможете сами её об этом спросить. В конце лета мы все вместе поедем к ней в гости. Ваша прабабушка уже вяжет вам тёплые носочки на холодную осень.

– У-р-а-а-а! – хором закричали сёстры-феи и стали прыгать, держась за руки.

Глава 4. Понарошечный сырник

Да-да, вы не ослышались. Феи, действительно, очень долго живут. Сотни и сотни лет. А всё потому, что они добрые, всем помогают и очень часто смеются. Эдакий волшебный секрет долголетия!

Прабабушка жила в соседнем городе – Горнофейске. В Феерии каждый город назывался неспроста. Название означало место, в котором он располагался. Город, в котором жили Милашик и Варюндель с родителями, назывался Лесофейск из-за того, что находился он в глухом лесу. Горнофейск же имел такое название, потому что был в горах. Там на высокой скале, на самой её вершине росла одинокая сосна. Она была настолько древней, что никто уже и не помнил, сколько ей лет. В ней и жили прабабушка и прадедушка наших героинь.

Когда предвкушение и бурные обсуждения предстоящей поездки в Горнофейск поутихли, Варюндель внезапно опомнилась и поспешила спросить у мамы:

– А как же мне быть с Марусей?

– Ты можешь с ней дружить, – одобрительно кивнула мама-фея. – Судя по твоему рассказу, это добрая и милая девочка. Но будьте осторожны в человеческом мире! А ты, Варюндель, больше не улетай от своей старшей сестры.

– Простите меня. Я…я… просто хотела всем доказать, что уже взрослая и могу быть мамостоятельной.

– Ты, наверное, хотела сказать «самостоятельной»? – улыбнулась Милашик.

– Веники-вареники! Я даже слово это не могу сказать правильно, – грустно вздохнула маленькая фея.

– Ты обязательно вырастешь и станешь самостоятельной. А пока… – попыталась её приободрить старшая сестра, но не успела договорить, как Варюндель её недовольно перебила:

– Всё время это «а пока»! А пока то, а пока сё. Варенье – печенье, ну сколько можно!

Милое личико маленькой проказницы скривилось в капризную гримасу, да такую кислую, что Милашик не выдержала:

– Даже самый свежий огурец от твоей кислой гримасы сейчас бы вмиг стал солёным! Каждый раз, когда мы с тобой начинаем играть в сыщиков, у тебя ровно такое же лицо.

А надо сказать, что сёстры-феи обожали играть в детективов и расследовать фееричные преступления: пропажу кремовых розочек с праздничного торта, потерю очков старого доброго дедушки Фея, а ещё загадочное появление чужих голубых яйц в гнезде знакомой птицы. Милашик играла роль детектива, а Варюндель – её помощника. Младшей сестре это не нравилось, и она каждый раз капризно восклицала:

– Так не честно! Теперь моя очередь быть главной!

На что старшая волшебница всегда замечала:

– Подрастёшь – будешь!

– Ну, когда я уже вырасту, как ты? – топала малюсенькими ножками и надувала пухлые щёки Варюндель.

Милашик брала её за руку и вела к дощечке, прибитой у входа в их секретный домик, который был высоко на дереве:

– Смотри, это – ростомер, – из раза в раз говорила она младшей сестре. – Когда ты дорастёшь в-о-о-о-т до этой чёрточки, будешь считаться взрослой и станешь настоящим детективом. А пока…

– А пока… – перебивала её Варюндель. – Пока я всего лишь помощник сырника. То есть понарошечный сырник!

– Не сырник, а сыщик, – улыбаясь, поправляла её Милашик.

Вот и сейчас маленькая озорница чувствовала себя понарошечным сырником, так как не смогла сама найти пропажу и разоблачить хулигана, который подкинул ей в сумочку паука. Мама поняла всё без слов и нежно обняла малышку, погладив её золотые кудряшки. Через мгновение от грусти не осталось и следа.

– Мне нужно найти мешочек с сонным порошком и узнать, кто же подкинул в сумку пука, – приободрилась Варюндель.

Мама, улыбаясь, переспросила её:

– Кого-кого?

– Паука, – пояснила старшая сестра.

– Ну да, паука Добрыню, – подтвердила Варюндель. – Оказалось, что это человеческий паук. И он живёт в комнате Маруси.

– Летим к ней. Здесь нужно во всём разобраться. Это дело как раз для настоящих сыщиков! – воскликнула Милашик, важно подняв вверх указательный палец.

– И всё же сначала вам нужно как следует подкрепиться, – улыбнувшись, сказала мама. – Тем более что сегодня я приготовила на завтрак ваши любимые лакомства.

Внезапно сёстры-феи почувствовали себя такими голодными, что каждая могла бы съесть целого слона. За завтраком Варюндель показывала всем своё сокровище – первый добытый молочный зуб, который блестел как жемчужина на солнце.

Глава 5. Воришка с зелёными звёздочками

Наступила ночь, и сёстры полетели к Марусе. Было тепло, и поэтому её окно оказалось приоткрыто. Влетев в тёмную комнату, феи глянули на спящую девочку. Она мирно посапывала в своей мягкой кроватке. Милашик и Варюндель решили не тревожить её сладкий сон и самостоятельно поискать мешочек с сонным порошком. Они проверили все углы, посмотрели за шкафом, под столом и даже под кроватью. Его нигде не было.

Вдруг маленькая фея увидела, как кто-то пошевелился в тёмном углу и замер. Она подумала, что это просто тень от окна, в котором под лунным светом виднелось большое ветвистое дерево. Снова послышался еле заметный шорох. Показалась одна лапка…две…три… Наконец Варюндель увидела все восемь лапок и глаза, которые смотрели прямо на неё:

– А-а-а! – закричала она от страха.

Маруся испуганно подскочила в кровати:

– Кто это?

– Это…это я… Варюндель, – поспешила она успокоить заспанную девочку. – Я увидела пука… Ой, то есть паука… И очень испугалась. Извини, что разбудила тебя.

– Ничего страшного, – Маруся облегчённо выдохнула.

Она сидела на кровати в белой ночной рубашке и с растрёпанными рыжими кудряшками, словно ангелок. Девочка потёрла кулачками большие зелёные глаза, чтобы окончательно проснуться:

– Я так рада тебя видеть! А что ты здесь делаешь?

– Понимаешь, я где-то потеряла мешочек с сонным порошком, и мы прилетели его поискать в твоей комнате. Ой, – вдруг она вспомнила о сестре и перевела на неё взгляд. – Познакомься, это Милашик, моя сестра.

Обе феи приземлились на одеяло и уселись рядом с девочкой. Маруся и Милашик сразу понравились друг другу. Так бывает, когда встречаются два человека с похожими характерами или увлечениями. И им кажется, что они знают друг друга тысячу лет. Только здесь были девочка и фея. Но это не помешало им подружиться.

– Очень приятно с тобой познакомиться, Маруся. Варюндель много про тебя рассказывала.

– И я рада знакомству. Вы нашли сонный порошок?

– Нет. Мы везде посмотрели, но его нигде нет, – развела руками маленькая фея.

– Может ты обронила его, когда второпях летела домой? – спросила Маруся.

– Нет. Думаю, его украл Сквернофей.

Варюндель шёпотом произнесла это имя. Ей казалось, если она громко скажет его, то он услышит и немедленно к ним прилетит.

– А я думаю, что сонный порошок забрал тот, кто подкинул тебе паука, – сказала Милашик.

– Не удивлюсь, если это всё натворил противный Сквернофей, – пробубнила себе под нос маленькая проказница.

– Но он не мог этого сделать, так как паук живёт здесь, у Маруси. Как ты его называла? Кажется…

– Добрыня, – поспешила ответить младшая фея.

– Но паук, который вылез из твоей сумки – это вовсе не Добрыня, –неожиданно произнесла девочка.

– Как это не Добрыня? Ты же сама вчера говорила, что это он, – удивилась Варюндель.

– Я так думала. Ровно до тех пор, пока ты не улетела.

Оказалось, что вчера, выбравшись из сумки, паук прямиком побежал в угол. Там жила паучья семья, но, как выяснилось, чужая. Они не пустили его в дом. И ему пришлось сплести себе паутину в углу под потолком.

– Хм… Зачем же он так высоко забрался? – размышляла удивлённая Варюндель, вглядываясь в тёмный верхний угол.

– Наверное, там мухи пожирнее и повкуснее, – пошутила Маруся.

Все трое захихикали, представив облако жирных мух под потолком и паука, который сидит с вилкой и ножом и облизывается на летающий перед ним ужин.

– Получается, набезобразничать мог и Сквернофей, – опомнилась Милашик.

– Выходит так, – согласилась Маруся.

– А я говорила! А вы мне не верили, – обиженно пробубнила Варюндель.

– Ладно-ладно. Хватит дуться. Мы обязательно раскроем это преступление, вот увидишь. А пока, – Милашик посмотрела на заспанные глаза Маруси. – Кому-то пора ложиться спать, скоро уже рассвет.

– Пока-пока, – сказала девочка, сладко зевнув.

Она взбила пальчиками подушку, чтобы та была мягкой, как облачко, и легла, положив ладошки себе под щёку. Через несколько минут Маруся заснула крепким сном.

Сёстры-феи дождались, пока она уснёт, тихонько вылетели в окно и полетели домой. Всю дорогу они обсуждали, кто же мог быть похитителем. Не успели они долететь до дома, как вдруг маленькая фея услышала знакомый стишок:

Ты Варюндель приходи,

От беды меня спаси,

Будем мы с тобой играть,

Веселиться, хохотать.

– Это голос Маруси. Что-то произошло. Мне нужно лететь обратно, – разволновалась Варюндель.

– Я с тобой.

Вскоре феи уже влетали в распахнутое окно Марусиной комнаты. Девочка сидела на кровати, обняв колени, и испуганно смотрела в сторону стола.

– Маруся, что случилось? – запыхавшись, выпалила Варюндель, подлетая к кровати.

– Я крепко спала, и мне снились любимые единороги и драконы. Как вдруг, сквозь сон, я услышала странные звуки. Открыв глаза, я увидела, что на столе в-о-о-о-н в том стакане с карандашами кто-то шебуршится. Я подумала, что это паук (ну тот, который не Добрыня) устроил там засаду на мух. Но через несколько секунд из стакана кто-то вылетел, оставляя за собой мерцающие звёздочки. Сначала я подумала, что это вы…

Милашик многозначительно покачала головой.

– Я так и поняла. И от неё был другой свет, – загадочно сказала Маруся.

– Какой-такой другой свет? – удивилась Варюндель.

– Зелёный. Такой яркий, как трава. А у вас звёздочки золотые, как солнышко. Я это уже запомнила, – с гордостью заметила девочка. – Но кроме цвета меня удивило ещё кое-что…

– Что же? Маруся, не томи! – нетерпеливо сказала Варюндель, и её крылышки захлопали ещё быстрее.

– А то, что у неё было два мешочка. Один прикреплён к сумке, а второй она крепко сжимала в руках. И на нём была вышита большая золотая буква «В» и маленький зуб.

– Варенье-печенье! Это же мой сонный порошок! – взмахнула руками маленькая озорница.

На случай пропажи мама вышила сёстрам-феям на мешочках первые буквы их имён и маленький зубик рядом.

– А куда же она делась? – глядя по сторонам, спросила Варюндель.

– Она вылетела в окно и полетела в сторону лесного болота.

– Хм… Как же нам её найти? – задумчиво сказала Милашик.

– И спросить: зачем эта воришка взяла чужое без спроса? – капризно добавила младшая сестра, уперев руки в боки. – А как она выглядела? Или… или может всё-таки это был он? Сквернофей?

– Нет-нет, – поспешила ответить девочка. – Это точно была маленькая фея. Что-что, а дедушку-то я бы точно отличила.

Варюндель грустно вздохнула. Ей так хотелось уже раскрыть это преступление. И желательно, чтобы виновным оказался Сквернофей. Ведь не зря же он носит такое имя.

– Но кроме зелёных звёздочек я ничего толком и не разглядела, – расстроенно сказала Маруся.

Милашик села ей на плечо:

– Не переживай. Ты – молодец, что заметила воришку и позвала нас. Мы обязательно её найдём.

– А сейчас нам пора. Пока!

– До встречи! – Маруся тепло обняла своих подруг.

По пути домой сёстры-феи обсуждали, кто бы это мог быть. Под подозрение пало множество зубных фей.

– Завтра мы точно узнаем, кто же воришка. Или я – не помощник сырника! – с уверенностью выпалила Варюндель. – Ой, то есть сыщика.

И они звонко засмеялись.

Глава 6. Грустная Квася

Подлетая к дому, сёстры-феи заметили, что на нижней ветке их дерева кто-то сидит. Приблизившись, они увидели маленькую фею. Она сидела, обняв руками ноги, согнутые в коленях, и положив на них голову. Незнакомка о чём-то думала, грустно глядя вниз.

– Привет, – поздоровалась с ней Милашик.

Мама всегда учила сестёр быть вежливыми и помнить про волшебные слова, такие как: «здравствуйте», «до свидания», «привет», «пока», «спасибо» и «пожалуйста».

– А почему они волшебные? – спрашивала у мамы Варюндель.

– Потому что с их помощью ты можешь найти себе друзей, попросить о помощи или просто тепло поблагодарить за сделанное тебе доброе дело.

Вот и сейчас, услышав от приближающихся фей волшебное слово, незнакомка приветливо улыбнулась и ответила:

– Привет.

– Как тебя зовут? – продолжила Милашик.

– Квася.

– Как-как? Какое необычное имя, – удивилась Варюндель.

– Да нет, это не имя. Это моё прозвище, – улыбнулась незнакомка. – Его мне дали мои подружки-лягушки. Я – Василинка. А они ласково зовут меня Ква-а-а-ся.

– Вот здорово! – воскликнула младшая сестра. – А у нас тоже необычные прозвища. Меня зовут Варвара, но все называют меня Варюндель.

– А я – Милослава, – подхватила старшая сестра. – Но для всех я – Милашик. Приятно познакомиться, – обратилась она к новой знакомой.

– И мне очень приятно, наконец, с вами познакомиться!

Сёстры-феи переглянулись в недоумении:

– А ты про нас уже слышала? – удивилась Варюндель.

– Конечно. Я вас очень хорошо знаю. И я…я… перед вами очень виновата. Поэтому и прилетела просить прощения.

Квася опустила голову, и слёзы покатились у неё из глаз. Каждая слезинка долетала прямиком до земли и разбивалась о неё на малюсенькие кристаллики. Милашик и Варюндель присели рядом с ней на ветку дерева, чтобы её успокоить:

– Расскажи нам, что произошло, – ласково сказала старшая сестра, погладив новую знакомую по плечу.

Через несколько минут Квася успокоилась и начала свой рассказ. Они с прадедушкой жили на болоте, где много лягушек, пиявок и комаров. Дружила она в основном только с лягушками. Пиявки и комары – уж больно непостоянные друзья, чуть что не понравится, сразу кусаться. Жили они в красивом дереве. Целыми днями Квася весело играла с лягушками: то они прыгали наперегонки по болотным кочкам, то играли в прятки в густой траве, а то распевали весёлые песни. По ночам же, когда она подросла, стала летать за молочными зубами к лесным животным. И прадедушка научил её всем зубным премудростям.

С годами дерево, в котором они жили, превратилось в большой трухлявый пень. В нём стало ужасно сыро и холодно. Они хотели искать себе другой дом, но внезапно прадедушка заболел…

– Ой-ой, – Варюндель так разволновалась, что даже не заметила, как прервала рассказ.

Опомнившись, маленькая озорница извинилась и попросила её продолжить.

– Я полетела к знакомой болотной фее, которая лечит всех в наших краях. Она осмотрела прадедушку и сказала, что он сильно болен. А спасти его сможет только сонный порошок. Я обрадовалась, так как мы же – зубные феи, и у меня есть мешочек с сонным порошком… И не один, а целых два. Я думала, что отдам ему свой мешочек, и он будет здоров! Но не тут-то было.

Квася замолчала и потупила взгляд. Она сидела молча несколько минут, изредка глубоко вздыхая. Было видно, что ей непросто всё это вспоминать. Но она продолжила:

– Болотная фея сказала, что это должен быть сонный порошок, который он получил в день своего рождения. Но у него ничего не было.

– Веники-вареники! Как это не было? Ни одного мешочка? – выпалила нетерпеливая Варюндель.

– Ни одного. Свой он отдал фее, которую спас от злого хулигана.

– А второй? – хором спросили сёстры.

– Эта история произошла много лет назад, когда он был ещё совсем молодым. Тогда при рождении зубные феи получали в дар только один мешочек с сонным порошком.

– Ума не пришью… Ой, то есть не…не… приложу, – тут же исправилась Варюндель. – Так зачем он тогда отдал той фее свой мешочек?

– Просто ему стало её очень жалко. Злой мальчик поймал бедняжку и посадил в банку. Как будто она зелёный солёный помидор, понимаете?

Сёстры-феи сидели, не шелохнувшись. Возможно, сейчас они узнают, кто же спас тогда их прабабушку. Нужно только понять: та ли это фея и тот ли это хулиган.

– Несколько дней она просидела там взаперти, без еды, – продолжила рассказ Квася. – А сонный порошок забрали себе его родители, чтобы делать плохие дела. Когда прадедушка её спас, она была совсем обессилена. Да ещё и волшебного мешочка у неё теперь не было. Фея горько плакала, обнимая своего спасителя. Тогда он, не задумываясь, и отдал ей свой сонный порошок.

Сомнений не было!

– Квася, это же была наша прабабушка! – выпалила Варюндель, крепко обняв новую знакомую.

Новая знакомая улыбалась, но глаза её были очень грустные. Милашик заметила это и спросила:

– Твой прадедушка спас нашу прабабушку. Да ещё и мешочек свой ей отдал. Он – настоящий герой! Почему же ты тогда хотела просить у нас прощения?

И Квася продолжила свой рассказ. Оказалось, что когда храбрый фей отдал пленнице свой сонный порошок, она его спросила:

– А как же ты?

– Делай добро – и оно добром к тебе вернётся, – ответил он.

Только вот он не знал, что, сколько бы ты не делал добрых дел, без твоего именного мешочка, который достаётся тебе при рождении, сонный порошок не работает. А когда он это понял, было уже слишком поздно.

Глава 7. Кража сонного порошка

Слухи о пойманной зубной фее распространялись с молниеносной скоростью. И каждый настоящий хулиган и хулиганка считали своим долгом поймать фею в банку. Вот и стали они подкарауливать волшебниц: положат молочный зуб под подушку, притворятся спящими и ждут.

Однажды храбрый фей прилетел за молочным зубом к одной девочке. Она, как ему показалось, уже крепко спала. Но как только его рука оказалась под её подушкой, та сразу попыталась его схватить. Хорошо, что он с детства занимался гимнастикой, поэтому с лёгкостью увернулся от неё и улетел. А был бы у него сонный порошок, посыпал бы им хулиганку, и та бы сразу уснула. Тогда-то он и понял, что летать за молочными зубами теперь для него опасно. И решил улететь далеко-далеко, где ни у кого нет молочных зубов. На болото.

Когда же он заболел, Квася вспомнила историю про спасение феи, которую прадедушка рассказывал ей, когда она была ещё совсем маленькой.

– Нужно вернуть его мешочек, во что бы то ни стало. Только ему ни слова, т-с-с-с! А то будет переживать, – поделилась она своим планом с подружками-лягушками.

Как-то раз, когда Квася прибиралась в комнате прадедушки, а он отдыхал в своём любимом кресле, она спросила у него невзначай:

– А как выглядел твой мешочек с сонным порошком?

– Красный с буквой «В» и маленьким зубиком, вышитыми золотыми нитками. Ох, и красивый же он был! – прадедушка задумчиво улыбнулся. – А почему ты спрашиваешь?

– Просто интересно, – сказала она, хитро прищурив глаза.

Квася знала, где жила спасённая пленница, ведь храбрый фей её проводил до самого дома. А жила она раньше как раз в том же дереве, где сейчас жили Милашик и Варюндель со своими родителями. Вот и полетела туда Квася, чтобы всё разузнать и найти заветный мешочек.

Прилетев к их дому, она украдкой заглянула в окно и увидела, как Милашик учит Варюндель добывать молочные зубы. На большом плакате из бересты была нарисована подробная схема. Милашик, как настоящая учительница, водила по схеме еловой иголкой вместо указки, рассказывая о том, как нужно правильно менять зуб на сюрприз. Варюндель постоянно крутилась на стуле, сделанном из маленького жёлудя. В какой-то момент она повернулась к окну правым боком, и Квася увидела красный мешочек с вышитой золотой буквой «В» и зубиком, который красовался на её поясе:

– Ах! Это же его мешочек, – прошептала она. – И буква, и зубик – всё совпадает. Я должна его вернуть.

Вдруг Милашик достала фееграмму, на которой золотыми буквами было написано:

«Сегодня у девочки Маруси выпал первый молочный зуб. Её зубной феей назначается Варюндель. Желаем успехов!».

Маленькая озорница начала прыгать от счастья и хлопать в ладоши. Вечером ей предстоял первый, долгожданный полёт за настоящим человеческим молочным зубом.

Квася решила спрятаться в густом папоротнике неподалёку и подумать, как ей забрать у маленькой феи заветный мешочек. Она всё думала, и думала, но… ничего не приходило в голову. Тогда она решила дождаться темноты и незаметно полететь вслед за сёстрами. Вдруг ей что-то удастся придумать по пути?

Но ей и придумывать ничего не пришлось. В ту самую ночь, когда началась наша история, Варюндель испуганно закричала, увидев паука в своей сумочке, и случайно задела мешочек рукой. Да с такой силой, что тот отлетел в дальний тёмный угол Марусиной комнаты. Ни маленькая озорная фея, ни девочка этого не заметили. Но Квася, которая следила за всеми, спрятавшись за штору, это увидела. Она хотела дождаться, когда маленькая фея улетит, а девочка крепко заснёт, и тогда неслышно пробраться в комнату. Но не тут-то было! Варюндель и Маруся проболтали ночь напролёт. Квасе же нужно было возвращаться домой, чтобы прадедушка не волновался. Поэтому она решила забрать мешочек следующей ночью.

– В том углу живёт паучья семья, – рассуждала она. – Вряд ли кто-то захочет там что-то искать. А паукам сонный порошок не особо-то и нужен.

В следующую ночь, подлетая к Марусиному дому, она услышала из открытого окна оживлённый разговор трёх подруг. Дождавшись, когда Милашик и Варюндель улетят, а Маруся крепко заснёт, Квася тихонько пробралась в комнату и сразу полетела в тёмный паучий угол. Она схватила заветный мешочек и уже летела обратно к окну, сжимая его в руках. Сердце её от волнения и счастья билось так быстро, что ей казалось, будто оно вот-вот выпрыгнет из груди. Она размечталась, как сейчас прилетит домой с этим мешочком, прадедушка этому ужасно обрадуется и сразу пойдёт на поправку. Как вдруг, пролетая над письменным столом, волшебный трофей выпал у неё из рук и полетел вниз, прямо в стакан с карандашами:

– Бум!

От громкого звука Маруся подскочила в кровати. Но в тёмной комнате никого не было. Только лунный свет просачивался сквозь приоткрытую штору. Как вдруг она увидела над столом малюсенькие зелёные звёздочки. Через мгновение из стакана с карандашами вылетела фея. На поясе у неё висел зелёный мешочек, а в руках она держала красный с буквой «В» и зубиком. Это была Квася.

– Так это ты украла мой мешочек? – маленькая озорница не верила своим ушам. – А притворялась такой хорошей.

– Ничего я и не притворялась, – обиженно ответила Квася. – Я прилетела к вам извиниться и отдать украденное.

И она достала из маленькой белой сумочки в виде кувшинки тот самый мешочек с сонным порошком и протянула его Варюндель:

– Прости меня, пожалуйста. Я не должна была его забирать.

– Веники-вареники! – выпалила Варюндель, схватив мешочек. – Ну и натерпелась же я из-за тебя. И как только…

– Да погоди ты, – одёрнула её старшая сестра. – Она же извинилась! Да и мешочек этот, как оказалось, не только твой, но и её прадедушки.

Варюндель обиженно отвернулась, стоя руки в боки. Щёки её пылали, а на лбу проявился характерный красный кренделёк.

– Ну а как же твой прадедушка? Он поправился? – спросила Милашик у Кваси.

– Нет, – и она горько заплакала.

Слёзы лились из её глаз рекой. Она хотела было что-то сказать, но не могла успокоиться. Все феи с рождения очень добрые. Поэтому слышать, как кто-то горько плачет, для них не выносимо. Вот и Варюндель не смогла долго дуться и принялась вместе со старшей сестрой успокаивать новую знакомую.

– Когда я прилетела домой, всё, чего я хотела, было побыстрее отдать прадедушке его мешочек, – успокоившись, продолжила свой рассказ Квася. – Он дремал в своём любимом кресле, но тут же проснулся, как только я влетела в комнату:

– Внученька, где ты пропадала? Я уже начал волноваться.

– Вот, – протянула я ему сонный порошок.

– Где ты это взяла?

– Дедушка, не переживай. Это же твой сонный порошок. А значит, ты будешь здоров!

– Но это не мой мешочек, – внезапно ответил он, улыбаясь.

– Как это не твой? – недоумевала я. – Вот зубик, вот буква «В». К тому же, он ещё и красного цвета. Всё совпадает!

– Ты права, всё совпадает. Практически всё. Кроме…

– Кроме чего? – нетерпеливо перебила я его.

– Кроме того, из чего он сделан. Мой мешочек был не из мягкого бархата, как этот. Он был из лёгкого льна, через который даже чуть просвечивались золотые песчинки сонного порошка.

– Ой-ой. Что же я наделала?!

– Не переживай! – посадил он меня к себе на колени. – Это, конечно, плохо, что ты взяла чужое без спроса. И тот, у кого ты это взяла, наверное, сейчас ужасно переживает. Но…

– Я должна поскорее всё исправить.

Так Квася оказалась у дома сестёр-фей.

– Хм, если не удастся найти дедушкин мешочек, то как же тогда его можно спасти? Болотная фея тебе больше ничего не говорила? – спросила Милашик у новой знакомой.

– Н-е-е-е-т, – ответила новая знакомая, пожав плечами.

– Не расстраивайся. Мы тебе поможем. И обязательно найдём выход!

Среди множества положительных качеств старшей сестры-феи было одно, которым всегда восхищалась Варюндель. Как бы не было трудно и страшно, она умела быстро собраться с силами и придумать гениальный план. Поэтому-то в их детективных расследованиях она всегда была главным сыщиком.

– И твой прадедушка обязательно поправится! – воскликнула маленькая озорница.

– Кстати, а как его зовут, твоего прадедушку? – спросила Милашик.

– Дед Вернофей.

– Дед Вернофей? Хм, никогда не слышала такого имени, – удивилась Варюндель.

– Ты, наверное, слышала его прозвище. Соседские фейчата частенько дразнили его: «Вернофей – Сквернофей!».

– С-К-В-Е-Р-Н-О-Ф-Е-Й? – вытаращила глаза маленькая фея. – Тот самый Сквернофей?

Варюндель стояла, как вкопанная, потеряв дар речи.

– Да-да. Только вот те небылицы, что рассказывают про него – это чистые выдумки. На самом деле, он очень добрый, и характер у него – ничуть не скверный, – и она звонко засмеялась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.