# Негативный Иллюзионист

Лагутин Антон

Всю ночь развлекался с Крис, а на утро обнаружил себя на столбе. Как такое возможно? И почему пахнет шашлыком? А это еще кто? И зачем ты меня хочешь сжечь? А?! Что ты говоришь? Что я последний наследник своего рода с уникальным даром? Спасибо, рассмешила. Я обычный парень, которому завтра забирать "китайца" из автосалона. Так что давай, прекращай тут свой цирк и отпусти меня домой. Что? Моего дома больше нет? Хорошо, тогда зачем тот огромный зелёный шар в небе? Эфир? И он дарует нам жизнь? Вы совсем рехнулись? И не надо мне заливать, что моя родина развалилась на отдельные куски. А? Развалилась в буквальном смысле и сейчас парит в космосе?! И назревает война? Вот это я попал!

## Глава 1

Да что же он так громко вопит? Говорил же ему не пей самодельную сивуху, да еще из рук местных бомжей. Тупой идёт! Теперь слушай крики соседа, пока его белочка не отпустит. И ладно бы если он просто кричал – из его глотки сыпались визги и рёв такой силой, будто его резали ножом, или насиловали.

Подарил же бог соседа. Испортил максимально прекрасное воскресное утро! Урод! Надо было зайти к его жене, когда та звала. Конечно, она – не модель с обложки журнала, но баба – что надо. И несмотря на то, что старше меня лет на десять, да и килограмм в ней чуть больше чем во мне, товарный вид имеется вполне. Есть за что подержаться. Есть к чему прижаться. А этот её бархатный халат, плотно облегающий пышное тело. Ммм… сказка! Мне так и хочется схватить её за волосы на затылке и пристроиться сзади, как дворовой кобель. Пять минут – и ты познаешь то, о чём просто боялась подумать. Хороша! Жалко, что ей достался такой конченный отморозок, но она всё равно брала от жизни своё. Такие бабёнки пылью не обрастают.

Ну ничего, придёт день, и я соглашусь на её предложение, мои глаза доберутся до её кружевного белья, затем она полностью обнажится, мои ладони ухватятся за мягкую грудь и…

За двумя зайцами погонишься – ни одно не оседлаешь. Всему своё время.

В нос ударил запах жареной свинины. Горячий, приторный. Пальчики оближешь! Будто совсем рядом жарили шашлыки, что было очень странно. А сосед так и продолжал надрываться. Да так громко, что моя голова чуть не раскололась. Как же хочется пить… Может у них прохладное пивко найдётся, пару глотков вернёт меня к жизни. Можно и чуть больше, я не откажусь. Как и от мяса…

Кстати, а где это я? В голове – сплошная тьма. Веки заперты наглухо, будто чем-то плотно прижаты. Я подёргал бровями, пошевелил щеками. И вправду, кто-то накинул повязку мне на глаза. Это уже любопытно, неужели Кристинка решила пошалить ранним утром. Да и руки связаны за спиной. Туго и больно, а это меня вовсе не устраивает! Засранка, да что она себе позволяет…

– Крис! – позвал я.

После развода у меня было много женщин. Почти каждые выходные очередная краля залезала ко мне в кровать только с одной мыслью – чтобы я хорошенько её отодрал. А я что? А я выполнял их просьбы, правда лучше мне не становилось. В душе продолжала зреть гниль и плесень. Но Крис оказалось не такой. Она другая. Она смогла. Крис стала моей короткой отдушиной, сумевший перетянуть на себя поток моих мыслей. Да, на одну ночь, но она смогла.

Уже прошло два года после развода, а муки утраты семьи по-прежнему терзали моё сердце. Невыносимое чувство, превратившее меня в ходячий труп. Мысли утопали в будничном говне, а душа медленно сгорала в пламени безделья. Так могло продолжаться до бесконечности, но я нашёл в себе силы удавить чувство обречённости, оторвать свой зад от лоснящегося кресла и выйти в люди.

В тот день я мог стать моделью для глянцевого журнала: гладко выбрит, помыт, причёсан. Дорогой парфюм и отличные часы, довольно недешёвые, правда БУ, но хорошее БУ.

Я был подобен полубогу. Аполлон с золотыми волосами до самых плеч! Но первая же тёлка в баре сняла меня с олимпа и швырнула на грязный пол, от которого разило скисшим пивом. Вот такая вот правда жизни, мать её.

Выпив пару бокалов пива, я обрёл смелость и решился подойти к красивой чувихе, сидевшей недалеко от меня за барной стойкой. Всё как мне нравится – каре, блондинка, осиная талия, короткая юбка. Она была во всём чёрном, что чертовски меня заводит. Атласный топик с тонкими бретельками плотно облегала её внушительную грудь в кружевном лифчике – наверно тоже чёрном. Подходя к ней, я ощущал свою слабость в этом мире. Свою зависимость от инстинктов, не удовлетворив которые мы вынуждены испытывать злость.

Разве это справедливо? Я считаю, что нет. Но ближе к делу. В штанах у меня напряглось, я весь дрожу, в голове уже представляю вечер, хоть и слишком смутно. В постели свежее бельё – бояться нечего. Подхожу к ней в своих палёных “найках”, усаживаюсь на стул и открываю рот.

Вроде речь текла ровно, но вот слова были подобраны не к месту. Да и она их толком и не слышала. Хорошо это или плохо – теперь не знаю. Она глянула на меня, будто муху проглотила, а затем отшила, вежливо. Но потом грубо, когда я не услышал первых слов, и вновь настоял на своём.

Ну и пошла ты! Снобка! Пожелал ей побольше подписчиков на Онлифансе и хламидиоза полную… кхе… что-то в горле першит… Так вот, покинув эту девку я свалил из этого вонючего бара с гордо поднятой головой и пошёл гулять дальше по улице. В желудке вдруг забурчало, и я был вынужден заскочить в первую закусочную, где и познакомился с Крис. Ничуть не хуже той дуры по внешке, только вот в голове мозгов раз в десять больше. Симпатичная, болтливая. Волосы до жопы и полное отсутствие уродливых татуировок на теле. Не знаю, что она во мне нашла, но дождавшись конца её смены мы отправились гулять, а затем – ко мне. Не зря бельё свежее застелил.

По началу я был доволен. А сейчас – нет! Первая ночь обернулась каким-то хаосом! Видимо за столь лёгкое знакомство приходиться платить по-крупному. Кто ж знал…

– Крис! – вновь позвал я её, не услышав ответа в первый раз.

Вот теперь я был услышан. В ответ слева раздался людской крик, на который я ответил таким же рыком и воплем. Походу дела не сосед, и явно не голос Крис – её сладостные стоны я ни с чем не перепутаю, и они ничем не похожи на те, что раздаются рядом с моим ухом. Странно. Очень странною. Не помню, что бы мы договаривались о встрече где-то за городом.

Нужно напрячься, вспомнить всё то, что было после жаркой ночи… но в голову ничего не лезет, кроме влажной кожи Крис и её громких стонов, от которых соседи явно не спали вместе с нами.

Моя кожа испытала жар солнца. Сейчас что, ранее утро? Не могу вспомнить, что было вчера. Видимо хорошенько так приложились к бутылке красного, а затем смешали с пенным. Обещал же себе не мешать! Вот зараза! Однако, на то был отличный повод! Новый “Китаец” ждёт меня в автосалоне! Полторашка, самый хреновый кожзам, самый скрипучий пластик, самая убогая подвеска, но этот китаец – мой! Кредит, пять лет жизни, и сегодня моя задница опустится на скрипучее, но мягкое кресло. Я схвачусь за руль, который через пару лет облезет как старая кошка, и поеду домой. Счастливый как никогда.

Слева от меня вновь кто-то закричал нечеловеческим воплем. Солнце стало злее, кожу уже не просто обжигало – её будто пекло. Может я по пьяни завалился рядом с углями, или с мангалом? Не хотелось бы опять ходить месяц на перевязки, как после того раза на даче у друзей. Неловко вышло, но вырубаться под конец дня, когда уже почти все разошлись по койкам, – не самое лучшее занятие. Тогда рука покрылась волдырями, которые мне запретили лопать, но однажды в метро меня так плотно стиснули, что рукав белой рубахи вдруг стал влажно-серым, и поднялся такой запах, что наконец от меня отпрянул народ. Медсестре тогда пришлось срезать налипший рукав на мою кожу, сказав, что я сам виноват. Жалко рубаху, дорогая, комплект с брючками обошёлся почти в 15 рубасов, но что поделать. Да и пить меньше я не стал.

Так, если я сейчас не очнусь и не повернусь хотя бы на бок – я во второй раз такие муки, стыд и растраты не собираюсь переживать! Попробуем перевернуться… Странно… Руки связаны за спиной, да и походу дела я и не лежу на земле. Я стою. Вернее, вишу. Вишу в воздухе, вертикально. Все попытки дёрнуть руками или ногами ни к чему хорошему не привели. Что там придумала Крис? Опять мне играть “бревно” в пастели. Не хочу! Не буду! Хочу сам сверху!

– КРИС! – проревел я, и тут же умолк.

Сухое горло отдало болью, будто я пытался проглотить осколки, или горсть непотушенных фильтров. Как только я закряхтел, меня окружили свежие вопли. Но чуть тише. Видимо, народ уже уставал, а я даже и к пиву не притронулся! Так дело не пойдёт! “Китайца” надо отмечать с размахом!

Совсем рядом раздался незнакомый женский голос:

– Рамжешь салим куц!

Она говорила с интонацией, проговаривая каждую букву в непонятной мне фразе. Бабёнка явно лишку хватанула, больше ей не наливать! Но как только она умолкла, рядом со мной закричал мужчина. Он начал истошно кричать, и умолять отпустить его. Затрещал огонь, жар от которого почти полностью меня окутал. Горячий воздух наполнил лёгкие, и мне вдруг стало страшно за свою одежду… Кстати, а в чём я? А в чём я был вчера? Голый… Точно, вчера вечером я был голый, так как лежал в постели вместе с голой Крис. И что же получается…

Я поёжился, пробуя ощутить кожей хоть какие-то надетые на меня вещи, и что странно… ничего не ощутил. Я абсолютно голый? Даже нет трусов! Ну точно Крис что-то задумала.

Мужчина по левую от меня руку всё никак не мог угомониться. Я начал кричать ему в ответ, видимо, игра такая. Ну давай, покричим вместе.

– ААААА!!! БОЛЬНО!!! – подыгрывал я ему. – ОТПУСТИТЕ!!!

Запах жжёного мяса был настолько приторным, что у меня выступила слюна на губах. Случайно, а не моя ли кожа начала гореть? Как только эта мысль мелькнула в моих мозгах – я ощутил боль. Обжигающую, заставившую стиснуть зубы и закричать! Вот жешь… жопа! ММММ…. Больно то как! Пальцы на руках и ногах свернулись узлами, мышцы во всём теле сжались тугим канатом. Наконец, до меня дошло: я был связан и привязан к какому-то столбу.

Мужской крик вдруг достиг своего апофеоза, а затем начал медленно утихать в треске пламени. А вот это уже не смешно!

– Крис! Какого хрена здесь происходит! Крис! Ты сделала телевизор слишком громким! Выключи его, иначе соседи разозлиться и заявятся к нам без стука! И, наконец, развяжи меня, это уже не смешно! Да, я вчера перебрал с пивом. Да, я обещал тебе не пить по будням. Да, я еще и сигареты с собой взял в кровать, но ведь у меня должны быть слабости, которые мне нужно удовлетворить. Я не робот! Понимаешь? Мне тоже нужно иногда развлекаться! И… и я вчера перенервничал сильно, всё же покупка новой машины – всегда праздник в жизни мужчины. Для нас подобное событие – как для вас свадьба, или рождение ребёнка. Да что я тебе объясняю, всё равно ты не поймёшь. Крис, не молчи! Мляха-муха, развяжи меня…

Рядом раздались мягкие шаги по песку. Напортив меня кто-то встал, я услышал тяжёлое дыхание. А затем мне с лица стянули повязку.

– Ну наконец-то, Кристина… – начал я, и тут же умолк, как только глаза привыкли к солнечному свету.

Передо мной стояла не Кристина. Но тоже шикарная женщина в зелёной мантии, поверх которой был надет кожаный корсет, шикарно подчёркивающий узкую талию и довольно сочную грудь. В лучах солнца поблёскивали амулеты, висевшие на её шее, огромные серьги и лоб, покрытый бусинками пота. Длинные чёрные волосы были собраны в хвост и убраны за спину, однако несколько локонов просочились наружу и ниспадали со лба до самого подбородка, острого, как осиный кол. Симпатичная, спору нет, но вот её взгляд меня бесил. Смотрит на меня, как на массу коровьих фекалий. Да там еще по мимо отвращения и ненависть имеется. Ого! Что за цирк, где я?

Я на каком-то комикон-фесте? Или парни меня хорошо так напоили и вывезли за город, на сходку реконструкторов? И всё для того, чтобы я не покупал своего “Китайца”? Глупцы, я всё равно его куплю. Кредит одобрен, хоть и под конские проценты.

Женщина стояла на песке, её обувь как и подол мантии покрылись пылью. Мне в глаза затёк пот со лба. Почувствовав жжение, я невольно дёрнулся, зашипел и сплюнул. Опустив голову, я начал быстро моргать, пытаясь освободиться от болезненных ощущений, и когда они отступили, моё зрение прояснилось, а с ним и картинка, вид которой поверг меня в шок. Что за нахер здесь происходит! Это уже перебор! Явный перебор!

Я был полностью голым, даже причиндал не был прикрыт, болтался на виду у этой женщины, а она даже на него и не смотрела.

– Так, ну всё, – говорю я, начиная заводиться. – Отличная шутка, я оценил. Только вот я уже ладоней не чувствую, и меня несколько смущает мой внешний вид, ты так не считаешь?

Я вымучил на лице улыбку и посмотрел на незнакомку. А там – ничего. Как уставилась на меня тупым взглядом, так и смотрит.

– Ты слышала меня? У меня ладони уже посинели, я пальцы не чувствую…

Крепкий удар по моей щеке не дал мне договорить. Охренеть, это что еще за выходка? Влепила мне пощёчину и злится. Я опешил, повёл челюстью в бок и офигел от боли. Я наслышан о жестокости у реконструкторов, что в принципе они себе и не такое позволяют, и хорошенько поколотить друг друга это норма. Но чтобы так влепить, что искры из глаз и привкус крови во рту – я точно к такому дерьму был не готов.

– Ты охренела! – завопил я.

– Заткнись! – рявкнула она на меня.

Позади неё нарисовали трое мужчин. Как и она, они были облачены в зелёные мантии, но без корсетов. Их лица прятались в тени накинутых на голову капюшонов. У каждого на груди по огромному амулету с камнем. У крайнего слева камень горел зелёным, тот, что по середине имел – красный, а слева – голубой. Отличные побрякушки, прям волшебники 99 левела, мать их.

Когда они встали за её спиной и их дыхание она могла ощутить на своём затылке, мужчина слева протянул руку и положил ладонь ей на плечо.

– Ты уничтожила его амулет? – проворчал он.

– Да, – как-то неуверенно ответила она. – И он умер, а затем будто снова ожил.

– Тебе показалось. Заканчивай.

Затем троица развернулась и пошла прочь по песку.

– Ну куда же вы, – крикнул я им вслед. – Может вместе закончим. Вчетвером будет куда веселее! Да и моей девушки здесь нет, судя по всему. Не уходите, куда же вы!

– А ты куда смелее своих братьев, – говорит она. – Вместо слов – они кричали в ужасе.

– Какие еще братья, – прохрипел я, пытаясь рассмотреть окружающее меня пространство сквозь воспалённые глаза от жалящего пота. Будто очки надел на -5, девушку вижу, а вот за её спиной и далее – марево, как солнечным утром.

Я покрутил головой, и офигел. А затем улыбнулся. По левую от меня руку, откуда совсем недавно доносились мужские крики и стоны, стоял обугленный деревянный столб, на котором висело обугленное тело человека. Кожа чёрная, вся в трещинах из которых сочится маслянистая жидкость. Ну и декорации здесь. Чума просто! Тело прям похоже на настоящее, да и запах стоял… мяса.

– Дай угадаю, – говорю я ей, – свинку зажарили?

Её лицо – портрет злой бабы, даже уголки губ не дёрнулись.

– Ладно, – вновь говорю ей, – я тебе подыграю, ок. Что ты там хочешь заработать себе, очки игровые? Или мерч какой? Майку там? Давай всё сделаем красиво, я покричу, сделаю вид, что мучаюсь и вот-вот двину гони. Изображу агонию такой силы, что у тебя челюсть отвалится, но ты… – я смочил горло слюной, – но ты принеси мне пивка, холодного. Пожалуйста, а то я сейчас умру от жажды.

– Ты умрёшь от огня.

Ну вот опять. Дурацкие правила!

– Ну что ты такая душная, тебе жалко? А, ладно! Хорошо-хорошо…

Хорошо, будем играть по правилам.

Корчась на столбе, я немного простонал, покрутил головой, дёргал челюстью и высовывал язык, в попытке изобразить нестерпимую боль. Попытался рвануть в бок, для пущей оригинальности, но верёвки были так туго затянуты, что моя плоть отдала сильной болью, словно кнутом ударили. Зараза! Как туго меня привязали к столбу. Без чужой помощи точно не вырвусь.

– Ну всё, так пойдёт? – спрашиваю её.

Вместо слов она закатила глаза и начала поднимать голову. Затем она взяла свой амулет, висевший на груди, и зажала его между ладоней. Её губы шевельнулись.

– Постой, – визгнул я с улыбкой. – Постой, мать твою, сейчас я тебе такое выдам, что ни одна реконструкция не видала.

Она приоткрыла один глаз. Отлично. Сейчас будет шоу. Я напрягся в области таза. Мочевой пузырь откликнулся, и струя горячей мочи хлынула прямо к ногам девки.

– Ах ты гнусный ублюдок, – прошипела она, когда я выдавил последние капли. – Я убью тебя без капли сожаления. Ты заслужил!

– Пиво мне принеси, сука! – не выдержал я. – И развяжи меня. Мне надоели ваши игры!

– Рамжешь, – вновь из её уст раздалась ахинея, которую я слышал ранее.

Но продолжить у неё не получилось. В игру с двух ног вошёл я.

– Рамжечь… разжечь… потечь… – начал я кривляться.

– РАМЖЕШЬ САЛИМ…

– Посалим… засалим…

– Заткнись!

Опа, а вот и реакция. Не понравилось! Отлично, я не дам тебе нормально отыграть свою роль. Нашла себе грушу для битья, мля. Она даже открыла глаза, чтобы вновь взглянуть на меня. Зрачки – две чёрные точки внутри голубого ободка. Лоб сморщился, губы сжались гармошкой.

– Забыла заклинание? – спросил я иронично. – Давай помогу. Так, значит… Разжечь облить сук! Вроде так.

– Рамжешь салим куц! – быстро прокричала она.

В туже секунду она раздвинула ладони, освобождая амулет, который, к моему блин удивлению, завис в воздухе. Впаянный по центру красный кристалл вдруг ярко вспыхнул. Антружаненько прям. Видимо на батарейках, не иначе. Кристалл вспыхнул ярче, а я крикнул:

– Пиво хоть холодное?

Кристалл потух. Девушка зарычала.

– Замолчи!

– А то что?

Амулет продолжал витать в воздухе между её ладоней. Красивый фокус, как там – левитация?

– У тебя отличная игрушка в руках, – решил её похвалить. – Ну просто отвал башки, организаторы тебе явно должны будут выписать дополнительных очков за твой прикид. Развяжи мне руки, и вместе мы займём первое место. И кстати, что там за приз?

– Рамжешь салим куц!

– Ну, прекращай…

АЙ! МЛЯ! Больно то как!

Этот хренов амулет вспыхнул так ярко, что мне даже пришлось закрыть глаза, а затем мои ступни будто охватило огнём. Боль быстро поползла по ногам и в считанные секунды добралась до колен.

Я открыл глаза, быстро бросил взгляд вниз. Что за нахер… Мои ноги были действительно объяты пламенем. И я вдруг увидел себя всего объятым пламенем. Картинка в голове нарисовалась слишком жуткой. Мне даже стало дурно. Как представил себя всего объятым пламенем, так и закричал во всю глотку:

– Какого лешего ты творишь? Ты мне ноги газом залила и подожгла? Совсем ошалела!

– Рамжешь салим… – начала она, но вдруг поперхнулась. – Рамжешь салим…

– Прекрати, мне больно! Уже все волосы опалила, я считаю, этого вполне достаточно!

– Рамжешь салим…

– Да твою ж мать! Ты можешь угомониться?!

У меня в голове рисуется жуткая картина: огонь полностью сжирает моё тело – ноги, руки, торс, голова, и самое главное мой дрын. Всё полыхает ясным пламенем. И я ору. Кручу головой, как сейчас, и громко надрываю глотку. Ужасный образ всё никак не покидал мой разум, с каждой секундой становясь лишь хуже. И чем больнее мне становилось, тем красочнее картинка рисовалась в голове.

– Прекрати… – прохрипел я сквозь боль.

Она вдруг открыла глаза, улыбнулась. А затем опустила ладони. Амулет еще какое-то время парил в воздухе, а затем мягко лёг ей на грудь, полностью потухнув. Пламя несколько секунд пожирало мои ноги, а затем утихло. В воздухе стояла вонь палёных волос.

Я был зол как никогда. Эта свихнувшаяся деваха подпалила мне ноги и сожгла волосы, а сейчас стоит и смотрит на меня безумными глазами. Меня вдруг накрыло тяжелое дыхание, толи страх отпускал, толи адреналин. Точно не знаю, но в голове по-прежнему стоит картинка, на которой я горю. Полыхаю, как факел. Мой мозг явно перевозбудился. Нужно успокоиться…

– Умри, последний наследник рода Крейзеров! – закричала она, вскинув голову к небу и воздев руки. Переигрывает бабёнка, явно переигрывает. – Пусть пламя Рижских сожрёт тебя до костей и обратит в пепел.

Достаточно. Просто отпустите меня. Развяжите мне руки и дайте смочить горло прохладным пивком. Но, по правде говоря, ногам было больно. Если мои ступни покроются волдырями – я всех тут к херам засужу. Мне Китайца завтра забирать, и я бы хотел, чтобы этот день не был омрачён ожогами на ногах, мне еще не хватало брюки все заляпать.

Я вновь опустил глаза на свои ноги. Начал искать ожоги, но обнаружил кое-что другое. Интересное. Поначалу я даже испугался, да так сильно, что чуть сердце в пятки не ушло. Моё дыхание сбилось, на коже выступил холодный пот. Мой дрын… это был не мой дрын. Совсем другой. Не хочу вдаваться в подробности, да и не зачем… Короче, это не мой дрын, потому что он… ну… о не такой. Мой лучше, а этот будто опух от ожогов. Но ожогов на мне не было.

Затем мои глаза скользнули по телу выше – и я понял, что это не моё тело. Что за херня! Силиконовый костюм? Меня переодели?

Когда мой взгляд поднялся выше накаченного пресса, я увидел нечто странное. Прямо по центру моей груди был установлен стеклянный сосуд – что-то типа круглого аквариума, по краям обтянутого плотью, и вот в этом аквариуме на самом дне плескалась зелёная жидкость.

Отличный реквизит, я бы похлопал вам, да вот проблемка – мои руки связаны за спиной. Я почти поверил… Почти… Если бы через аквариум не увидел столб, к которому я был привязан.

Это полный пиз…

## Глава 2

А это что – мои рёбра?

Press F

Я смотрел на аквариум в своей груди и видел свои рёбра. Они были похожи на белые пальцы, плотно обхватившие аквариум. Безумие, другого на ум не приходит. Художник, нарисовавший это на моей груди, явно обладает талантом. Ребята хорошо подготовились, антураж и костюмы были просто на высоте. Да еще додумались спалить мне все волосы на ногах, за что придётся каждому прописать хороших таких люлей.

– Так… я не знаю как тебя зовут, – обращаюсь к девке, пытавшейся меня поджечь, – но мы уже отыграли все свои роли, пришло время отпустить меня. Не бойся, тебя я трогать не буду.

Она улыбнулась.

– У тебя получилось, – прошипела она, будто с досадой.

– Да? Супер! Ну теперь ты меня отпустишь?

– Тебе удалось меня обмануть, – она вдруг зарычала и закрыла глаза. – Но это был твой первый и последний раз. Пламя сожрёт тебя целиком.

– Что? Что было? Как я тебя обманул? Нет! Не переигрывай, это не прикольно!

Она схватила амулет, лежащий на её груди, и подняла в воздух. Зажав его между ладоней, она развела руки в стороны, и всё повторилось, как в тот раз. Её побрякушка повисла в воздухе, а впаянный в центре кристалл начал светиться. И что-то в этот раз мне было уже не до смеха.

– Рамжешь салим куц! – прошипела она.

И снова эта её чёртова мантра, после которой кристалл будто вспыхнул.

Пальцы ног обожгло. Зараза! Больно!

– Мне больно! Прекрати!

Где-то в стороне раздался топот. Я услышал тяжёлое дыхание, словно кто-то навернул километр и чуть не умер, не рассчитав своих сил. Боль уже добралась до колен, но мне удалось повернуть голову и увидеть пятерых человек в кожаных плащах, бегущих к нам. Среди них была девушка с ярко рыжими волосами. Симпатичная, не скрою, жаль только прелести прятались под рубахой, однако драные джинсы намекали на довольно стройную фигуру. Остальные – обычные мужики. Ну и образы у них, это ппц. Они что, каких-то бомжей отыгрывают. Их плащи были сшиты из кусочков разноцветной кожи, а на некоторых даже сохранились части надписей: всякие рекламные слоганы и названия брендов. Лоскутный плащ – дёшево и сердито.

– Отойди от него! – вдруг проревела рыжая бомжиха.

А вот это уже любопытно. Этот потный комикон начинал меня заводить. Одна хотела меня спалить, другая, видимо, спасти. Какая-то прям ролевая игра, на которую меня утянула Крис? Прикольно, что тут скажешь. Давно в моей скучной жизни не было подобного экшена.

– Да! – проорал я, и мой голос исказился болью. – Отойди от меня!

Мляха, и вправду больно!

Стоявшая передо мной деваха в зелёной мантии распахнула глаза и бросила взгляд в сторону моих спасителей. Их появление её явно застало в врасплох. Лицо исказилось гримасой призрения и ненависти. Она обернулась в их сторону и снова прошипела своё заклинание. Затем ещё раз, только гораздо громче и отчётливее.

И тут началось. Уж не знаю, что за спецэффекты они используют, но происходящее выглядело в разы лучше, чем на телевизоре в 4к. Один из мужчин в пальто превратился в факел. Он громко закричал, выбился из своей группы и начал прыгать на месте, пытаясь сбить пламя. А пламя там было адским! Его кожа зашипела, волосы в миг испарились. Поднялась такая вонь, что у меня к горлу подступил кислый ком.

Девушка с рыжими волосами на ходу вскинула руки, что-то прошептала и резко плеснула ладонями.

Вот всё, что было до этого – просто игры. То, что произошло сейчас – вот это по-настоящему уровень! Я даже представить не мог, как далеко у нас ушла мода в сторону столь красочных трюков на подобных скуфских сходках. Вот сидишь так весь день в интернете, гоняешь лысого, а вся жизнь проноситься за окном. Где-то ребятишки рилсы снимают, пугая самокатами прохожих, где-то полуголые тёлочки на камеру перед потными мужиками капусту рубят, а где-то в лесах за МКАДом взрослый народ моделирует персонажей из книг, да еще и научился изображать магию, как наяву.

Из рук рыжеволосой в сторону черноволосой выстрелила реактивная струя, поднявшая с земли весь песок. Меня обдало волной, смахнув с ног всё пламя и угомонив боль. Меня прилично так под отпустило, прояснился разум. Но я всё равно не имел никакого понятия, что мне делать дальше. Просить о помощи, или тупо дожидаться, когда меня снимут. Однако цирк продолжался.

Пыль еще не осела, но мне удалось разглядеть черноволосую девушку, отлетевшую от меня метров на десять. Она напоминала дворнягу, ударенную в живот злым хозяином. Скулящую, не понимающую, что с ней произошло, но пытавшуюся робко вскочить на все четыре лапы. Девчонки явно переигрывали, и ради чего? Ради меня? Это уже слишком. Да и паренёк тот что-то совсем выглядит хреново. Пламя продолжало пожирать его неподвижное тело, свалившееся мешком на землю. Может мне показалось, или всему виной жара, спалившая мне мозги, но я будто вижу… вижу кости на месте его ладоней… Это что за приколы?!

Или это не приколы…

Черноволосая сумела подняться. Вся грязная, что-то бормочет, будто спала всю ночь на вокзале. Костюмчик то явно испорчен, зелёная мантия больше напоминала половую тряпку, которой мыли асфальт, но как бы хреновенько она не выглядела, её силы никуда не делись. Вскочив на ноги, она тут же взялась за свой амулет и вновь приступила к колдовству.

Рыжеволосая дёрнулась. Наверно, заклинание было направлено на неё. Как они отыгрывают! Как они играют, загляденье! Ну прям будто пламя действительно проникло под доспех, вызвав боль, а затем рыжеволосой удалось справиться, топнув ногой и что-то проорав неразборчивое. Её будто всю встряхнуло – с плаща слетела пыль, рыжие волосы, собранные в хвост за спиной, вильнули, как хвост у собаки. Она зарычала, соединила ладони и громко проорала что-то неразборчивое. Вновь от её тела в сторону черноволосой ушла волна энергии, и на этот раз хорошо так бахнуло. Женщину будто машина сбила на полном ходу, она даже не успела пикнуть. Улетела прочь и пропала.

– Живо, – рявкнула рыжеволосая. – Снимите его со столба!

Ну наконец-то! Дождался!

– Да, ребята, можно побыстрее, мне ваши игры уже надоели!

– Заткнись! – рявкнул на меня один из мужиков.

Длинноволосый, угрюмый и здоровый – явно выше меня на голову. Он отделился от своей компашки и подбежал ко мне. Нырнул за спину, сверкнув огромным ножом, и начал что-то там делать. Не сложно догадаться – что. Вначале я почувствовал облегчение в руках. Тугие верёвки спали, позволяя крови хлынуть к затёкшим ладоням. Болезненные ощущения, но это всё ерунда по сравнению с тем, что мне пришлось испытать, когда он вспорол верёвки, держащие меня на столбе.

Я полетел вперёд, прямо лицом в песок. Даже руки не успел подставить! Вот сволочи, нельзя было подстраховать?!

– Вы совсем охренели! – прорычал я, сплёвывая песок на землю.

Мне удалось встать на четвереньки, и я уже был готов высказать в лицо этому амбалу всё, что я о нём думаю, как меня вдруг окружили мужики в кожаных пальто. Ну и обувка у них – улёт. Здесь и военные ботинки, и палёные кроссовки, обмотанные скотчем, и даже офигенные кеды от allstars алого цвета. Ориги, стопудова. Смотрю рыжая не испугалась надеть такой дорогой раритет на такую сходку.

– Быстрее, хватайте его! – закричала рыжая. – У нас не так много времени.

Они все дружно навалились на меня, подхватили подмышки и оторвали от земли. Это было так неожиданно и быстро, что у меня перехватило дыхание. Теперь я знаю, что чувствует рок-звезда, нырнув со сцены в толпу. Почти дюжина рук подхватила меня и поволокла вперёд, в сторону…

Наконец мне удалось разглядеть окружавший нас пейзаж. И увиденное вызвало у меня двоякие чувства. Какая-то чертовщина. Здесь и густой лес, и что-то похожее на деревеньку, только к моему ужасу каждый дом был объят пламенем и всюду валялись обугленные трупы. И ладно еще я мог принять это за маскарад чистой воды и бутафорию, созданную организаторами для антуража, но вот то, что я увидел впереди меня поистине впечатлило. Впечатлило так, что мне вдруг стало не до шуток.

Далеко на горизонте над ровной линией леса возвышались высотки. Они были окутаны лёгкой дымкой, но даже отсюда мне удалось разглядеть густую зелень, проросшую из стен и окон почти на каждом этаже. Прямо как в фильмах про апокалипсис.

А я вообще в какой стране?

– Ребята, – промычал я в полном недоумении, – а что происходит?

Меня, абсолютно обнажённого и потного, поволокли прочь, даже не удосужившись дать хоть какие-то объяснения. Я попытался вырваться из цепких объятий, и даже что-то получилось, но незнакомцы лишь сильнее сжали свои ладони на моих руках.

– Какого хрена вы творите? Отпустите меня!

Я снова дёрнул рукой, подтягивая к себе одно из мужиков. Он бросил на меня гневный взгляд и оскалил белые зубы. Ему явно не понравилось, что у меня силёнок куда больше, и, зарычав, он уже хотел врезать мне кулаком в лицо, когда его остановил женский голос.

– Не трогай его, – крикнула рыжеволосая, догоняя нас. – Пусть идёт на своих двоих, ничего страшного.

– Из-за него Милс погиб, – проворчал этот бомж с короткой стрижкой. – Была бы моя воля – я бы кончил его на том столбе! И за чем он нам?!

– Да! – воскликнул я. – Зачем я вам?! Отпустите!

– Заткнись!

Он был так груб со мной, что мне стало чуточку обидно. Я будто не существовал для него. Безделушка, с которой можно легко расстаться. Да и не каждый день на тебя кричит потный мужик в кожаном пальто. Моя значимость резко упала, но чувство, что всё происходящее исключительно ради моей персоны, меня не покидало. Мне уже было ясно, что на такое Крис не способна. Обычная продавщица маленького магазинчика, откуда у неё средства на такое шоу? Да и зачем ей вообще тратиться на меня после первой ночи… А может она наглухо больная девка? Ну и угораздило же меня влипнуть…

– Поторопитесь! – скомандовала рыжеволосая, и значительно ускорились.

Ускорились так, что я даже не успевал перебирать ногами.

– Что происходит? – кричал я, оглядываясь по сторонам. – Куда вы меня тащите?

Но они молчали. Они почему-то решили, что мне нужно отвечать! Похищение, да против моей воли – статьёй попахивает.

– Так, я не знаю, что здесь происходит, и куда вы меня тащите, но знайте – закон у нас один и он распространяется равно на всех! Мне сегодня вечером забирать машину из автосалона, новую! Китайца, мать его! Вы понимаете, что это значит? Вы хоть понимаете в какую кабалу я себя втянул? И это в здравом уме и памяти! И я хочу, чтобы этот день был идеальным, а потом и вечер! А потом и утро!

– Ты слишком болтлив для Крейзера! – гаркнула на меня рыжеволосая, хватая воздух ртом. – Я считала, что члены твоей семьи куда воспитание и сдержаннее.

– Какой нахой семьи? Ты вообще о чём?

– Ты же Яков. Яков Крейзер. Сын Игоря Крейзера.На её лице нарисовалось смятение. Возможно, мои слова вызвали у неё сомнения, которые она решила в миг развеять:

– Чё? Это организаторы мне такое имя придумали?

Она промолчала. Под ногами хрустел песок, голову припекало солнце. Держащие меня мужики, а их было пятеро, тяжело дышали и обливались потом. Горящая деревенька осталась позади, когда впереди – глухой лес. Меня насторожило отсутствие иных декораций. Как правило на подобных слётах имелась огромная парковка, трубила музыка на всю округу и шатался пьяный народ, стоит чутка выйти за пределы территории. Но здесь – пусто. Ни души. Ни машин. Да и тишина пугала.

– Рыжая! – позвал я женщину. – Прости, не знаю твоего имени. Но прошу, объясни мне, что здесь происходит?

– Не строй из себя дурака! И знай, твои фокусы против меня не прокатят!

– Какие еще фокусы? Пару трюков с картами – это всё, что я умею. Не более. Вы так и потащите меня голым в лес? Даже брюк не одолжите?

– Разве тебе нужна одежда? Для нас ты можешь выглядеть как угодно, – она улыбнулась, и смысл её улыбки мне был не понятен.

Что она имеет в виду?

Я снова посмотрел вперёд. До леса оставалось метров сто. К этому моменту мои ступни горели болью, я будто бежал по разбитому стеклу. Я снова попытался вырваться, но меня крепко держали. Стоило мне только дёрнуться, как все пять мужиков сжались как единый организм, сжимая меня будто в тесках. Их плащи хрустели, а ботинки громко ухали по песку.

А потом началось новое шоу. Красочное и зрелищное. У меня аж дух захватило! Лицо жаром обдало. Кровь ушла в пятки. Дрын скукожился так сильно, что мне даже стало стыдно. Ужас!

Мужской вопль почти оглушил меня.

Держащий меня за левую руку мужчина вспыхнул на моих глаза. Его волосы вмиг испарились, кожа посерела, а плащ будто начал плавиться и пузыриться. Едкий дым от его тела ударил в нос.

– Они догоняют! – закричала рыжая.

От вида пылающего мужика меня чуть не стошнило. Он наконец выпустил мою руку и принялся сбивать с себя пламя, громко вопя. Остальные замедлились, я вместе с ними, но женский вопль оказался хорошим пинком, и мы снова устремились вперёд с новым ускорением.

– Ему уже не помочь! – кричала рыжая.

Она прыгнула в сторону, перекатилась и быстро встала на колено. Из её груди вырвался реактивный поток и ушёл в ту сторону, откуда мы так стремительно уносили ноги.

Поднятая с земли пуль окутала её, и она пропала из виду, но ненадолго. Стоило мне моргнуть, как женщина в кожаном плаще вырвалась из лёгкой дымки и бросилась за нами. Её руки рассекали воздух, а рыжий хвост болтался за ней из стороны в сторону, словно его кто-то теребил руками. Выглядело красиво и эффектно, спору нет. Баба – огонь! Мне б такую.

Когда она поравнялась с нами, я решился спросить:

– Как тебя зовут?

– Тебя это не касается.

Жаль нет пивка. Снова отказ, и снова удар прямо в сердце. Да что не так с этими женщинами?

Мои ступни ощутили мягкую траву. Я бросил взгляд перед собой – и мы нырнули в лес. Сломя голову мы понеслись вперёд, огибая деревья, перепрыгивая узловатые корни и разбивая в хлам кусты. Мужики тащили меня голого через заросли, даже не обращая внимания на то, как тонкие ветки и крапива нещадно хлестали меня, вызывая дикое жжение.

– Остановитесь! – крикнул я. – Мне больно! Что вы творите?

– Что ты расплакался как девочка?

Рыжая прикалывается? Или издевается?

Не сбавляя хода, она опустила взгляд на мой причендал, улыбнулась и произнесла:

– Не переживай, здесь не за что беспокоиться.

Я окинул её взглядом. Сочная фигура, к которой так и хочется прильнул, но ответ мой будет симметричен, хоть мне и придётся солгать.

– Да и у тебя не за что глазу зацепиться.

Наверно, она прочла мой обман, так как мои глаза смотрели в одну точку. В одну большую точку чуть ниже подбородка, прячущуюся под рубахой в клетку.

Она фыркнула и увела взгляд вперёд.

– На твоём месте, – начала она, – я бы беспокоилась о запасе эфира. Попробуешь провернуть свой трюк с нами – и ты труп.

Очередная ветка звонко хлестнула меня по заднице, а попавшийся под ногой камень заставил меня взвыть от боли.

– Я не понимаю, что ты несёшь! – прорычал я сквозь зубы, готовый вспыхнуть от гнева.

Происходящее перешло все границы. Незнакомые мужики тащат меня через лес хрен знает куда и хрен знает зачем, а их рыжая подруга еще и угорает надо мной. Да кто они вообще такие? Что здесь происходит!

– Куда вы меня тащите? Зачем?

– Скоро всё сам увидишь.

– Я не хочу ничего видеть. Я не хочу ничего слышать. Отпустите меня! Мне пора уже за Китайцем ехать! Хорошо, я обещаю тебе – ты будешь первой женщиной, кого я прокачу на своём крутом авто. Договорились? Можем потом и в мачку заехать. Нет? Может ты любишь бургер-кинг? Ну хорошо, заказывай ресторан – я свожу тебя, мне не жалко, пару тыщ выброшенных на ветер меня не сделают бедным. Только давай прекратим весь этот цирк!

– Заклинания Крейзеров? – спросила она, выдавив на лице удивление. – Ты дурной?

Закончив с оскорблениями, она поравнялась со мной и, не сбавляя хода, начала тыкать своим пальцем в аквариум, нарисованный на моей груди.

– Эфир! – произнесла она надменно. – Твои запасы почти опустели.

– Какой к чёрту эфир! Ты про этот рисунок? Ты угораешь надо мной?

Я опустил глаза на аквариум. Капли пота струились по телу и затекали на грудь, прямо на изображение аквариума с зелёной жижей на дне. Пересекали его и двигались дальше к ногам. Я пошевелил грудными мышцами. Странно. Рисунок не шелохнулся, когда всё вокруг него пришло в движение. Плоть, мышцы, даже капли пота дёрнулись, но аквариум – нет. Что за чёрт! Вы шутите?! Мои руки держали мужики, и я не мог коснуться “этого” чтобы окончательно понять – рисунок это или нет. Правда хватило обычного взгляда на эту херовину, чтобы признать себе – это не рисунок.

Приплыли…

– Что происходит?! – потребовал я, не скрывая паники в голосе. – Это что, действительно аквариум у меня в груди? Какого хрена он там забыл!

## Глава 3

Из-за внезапного стресса моё дыхание участилось. Закружилась голова. А сердце заколотилось с такой силой, что… Постойте! А у меня вообще есть сердце?

Мужики тащат меня сквозь густой лес в неизвестном мне направлении, продолжая причинять мне невыносимы увечья различными кустами и ветками, но это не помешало мне вновь посмотреть себе на грудь. Так, это точно не картинка, теперь я уверен в этом на сто процентов.

Нет, на тысячу!

Иначе как можно нарисовать плещущуюся зелёную жижу на дне аквариума? Будто остатки скисшего пиваса в кружке, когда после выпитых трёх литров пытаешься влезть на стол и громче друзей проорать песню КИШа на всю квартиру.

Так, где сердце?

– Моё сердце! – прохрипел я, бросив взгляд на рыжеволосую. – Где оно?

– У таких как ты нет сердца, – усмехнулась она.

– Что ты несёшь? И что означает твоё надменное “как ты”?

– Бессердечный ублюдок, готовый лечь под каждого, кто предложит чуточку побольше, чем остальные. И ваша семейка за это поплатилась сполна!

Её милое личико прям так и кричало ненавистью ко мне, а каждая буква была пропитана желчью. Но я всё равно не понимал к чему она клонит. Несёт чушь какую-то, и не стесняется. Я ни разу не такой!

– Извинись! – потребовал я.

– Что? Да пошёл ты! Еще скажешь мне спасибо, что мы тебя вытащили из этой задницы!

– Спасибо, что голым тащите через лес! Босиком! Довольна?

Она фыркнула, окинула взглядом поросший деревьями и зеленью горизонт, затем обернулась. И только потом скомандовала:

– Вроде оторвались.

После её слов крысиные бега прекратились. Мужики сбавили ход, а я вместе с ними. Пятки горели, вся кожа чесалась. На моё вспотевшее тело тут же слетелись комары и мухи, которых я никак не мог прогнать; меня по-прежнему крепко держали.

– Отпустите меня! Дайте хоть почесаться!

Меня будто никто не слышал. А если и услышал, то мои слова восприняли совсем иначе. Мужики еще крепче ухватились за мои руки, да так, что кожа на запястье посинела.

Дальше мы двигались быстрым шагом. Спасибо что не бегом, но передохнуть мне так и не дали. Даже водички не предложили. Тащили сквозь кусты, не спросив у меня – нравится мне это или нет. Когда впереди выросла зелёная стена из густой листвы и сухих веток, один из мужиков откинул край плаща, запустил руку и вынул меч, на вид собранный из говна и палок. Ржавое лезвие было выточено из какой-то арматурины, а гарда и рукоять будто из руля автомобиля. Выглядело забавно, но шайтан-палка оказалась довольно острой.

Первым же ударом он срубил почти двухметровый куст и пошёл дальше, прокладывая нам путь. К мужчине с мечом подошла рыжеволосая. Следую за ним, она сказала:

– Иса, мы можем вернуться и найти наш старый путь.

– Нет, слишком рискованно. Мне не составит труда проложить новый.

Я увидел, как этот мужчина по имени Иса запустил левую руку в карман и достал вещь, похожую на компас. Посмотрел на неё, а затем одним ударом срубил еще несколько кустов.

Отлично, можно не переживать, проводник нас точно выведет куда-то. А куда – мне уже насрать. В любом случае домой поеду на такси.

Я, конечно, надеюсь, что всё происходящее – шутка Крис, и она вот-вот выпрыгнет из-за дерева с криками “Попался”! И я в ту же секунду пошлю её нахер! Далеко и надолго! Манал я таких баб с такими прибамбасами. Угораздило же меня в сорок лет связаться с молодухой. Ой мляяяя… Не живётся мне спокойно. Надо было с тёлкой на работе замутить, пусть чуть старше, пусть уже потрёпанная временем, но в голове – ровно! Хотя, и тут нет никаких гарантий. Бывают такие, что волосы дыбом и думаешь: тётя, как ты до своих лет то дожила?

Рыжеволосая вдруг резко вскинула руку, заставляя всех остановиться. Иса замер с занесённым мечом, будто парализованный. Я уже обрадовался короткой остановке, как вдруг пришлось хорошо так напрячься. Мы услышали звериный рык, а дальше было как фильмах – из кустов рванула тень. Она врезалась в Ису, и они вместе пропали из виду. Немедленно раздался истошный крик. Мужской, будто его резали живьём, или пытали, вгоняя иголки под ногти. Жутко, скажу я вам. Меня даже передёрнуло.

– ИСА! – взревела рыжеволосая, кружась на месте.

Меня наконец отпустили. Я размял затёкшие руки и плечи, огляделся. Трое мужчин обнажили клинки, напоминающие дворовые палки и заняли круговую оборону.

– ИСА!

– Уходим, ему уже не помочь! – дрожащим голосом заявил одни из мужиков.

– Еще раз ты произнесёшь подобное… – рыжеволосая поджала губы в неистовом гневе.

Девка выглядела разъярённой. Её глаза были готовы испепелить этого бедолагу всего лишь за одну фразу. Лицо исказилось гневом, вены вздулись. Она смотрела на мужчину еще несколько секунд, а затем всех нас обвела взглядом.

– Иса жив! – заявила она сквозь стиснутые зубы.

Как только она умолкла, в стороне снова раздался мужской крик.

– Туда! – скомандовала женщина, и мы бросились на крик.

Один из мужчин ухватил меня за руку и потащил с собой, что мне совсем не понравилось. Я уже намеревался вырваться, когда сзади почуял чужое дыхание.

– Если попробуешь убежать… – начала рыжеволосая.

– Да-да! Я уже слышал. Не переживай, пока я побуду с вами. А то что-то у меня нет никакого желания оказаться на месте Исы. Слушай, так может скажешь мне, как тебя зовут?

Мужской крик раздался совсем рядом. Мы пробежали пру метров, выскочили на открытую поляну, где перед нашими глазами предстала странная картина. Иса валялся в траве на спине, зажатый между лап странного зверя – вроде волк, но пятнистый как тигр, морда острая, а лапы и хвост – пушистые. С одной стороны, он выглядел мило, но вот когда его когти почти содрали часть плаща с тела Исы, мне он показался максимально опасным.

Так. Я всё равно не могу понять, какого хрена здесь происходит? Я попал на съёмку какого фильма? Типа Аватара… или очередного кринжового фильма за наши средства? Спасибо, не надо. Я ухожу! До свидания!

Я развернулся с мыслями уйти прочь, но перед моим лицом нарисовалось лицо рыжеволосой. Вот блин, ни на секунду не оставит одного. Прям как мамочка, не позволяющая в комнате закрыться хотя бы на пять минут!

– Послушай, я уже устал от этого цирка, – говорю я ей на серьёзных щах. – Если ты не дашь мне пройти… Я…

Она пихнула меня в грудь с такой силой, что я отлетел назад и рухнул задницей на траву. Продолжая стоять передо мной, она вскинула ладони на уровне своих губ и начала что-то нашёптывать. Спустя секунду я увидел то, что уже ранее видел. У неё на груди висел похожий медальон как у той девки в зелёной мантии. Медальон рыжеволосой оторвался от груди и взмыл в воздух, повис между ладоней и вспыхнул холодно-голубым светом.

А затем мне чуть башку не оторвало. Из груди рыжеволосой вырвалась струя энергии, уложившая меня на спину. Вот это трюк. Лицо обожгло, глаза вдавило так, что они чуть из носа не вытекли, как и мозги из ушей. Сравнить с ударом кулака нельзя, скорее похоже на то, когда в толпе на концерте тебя жмёт со всех сторон и вот-вот раздавит. Я даже не сразу заметил, что я не дышу.

Звериный рёв заставил меня очухаться. Я сделал глубокий вдох и поднялся на локтях, чтобы оглядеться. Рыжеволосая пробежала мимо меня. Я глянул ей в след. За мной на земле лежал Иса, а зверь отлетел метров на десять и валялся рядом с деревом. Видимо его подхватило реактивной струей и ударило со всей силой о широкий ствол. Бедный зверь, надо будет сообщить зоозащитникам о бесчинстве, которое вытворяют эти люди! Я найду на них управу!

Мою кожу одолели насекомые. Пока я лежал на земле, мошкара присосалась ко мне и начала жадно кусать и жалить. Я принялся быстро оттряхиваться, размазывая насекомых кровавыми следами, и тут вдруг мне на глаза попался мой аквариум. Наконец, мне выдалась возможность коснуться этой непонятной штуки.

Что за хрень… Я провёл по нему пальцами. На ощупь – холодное стекло, оно даже скрипнуло, стоило моей коже пройтись по поверхности. Я постучал кулаком – и глухой стук раздался в ответ. Я не выдержал и попытался оттянуть в сторону края плоти, прилегающие к аквариуму. И у меня ничего не вышло, кожа будто вплеталась в стекло, став единым целым. Мне стало плохо. Это уже не походило на шутку или розыгрыш.

Так, нужно успокоиться, глубокий вдох. Еще. Еще. Вот, хорошо, голова пошла кругом. Я посмотрел на свои руки. Кожа настоящая, не силикон, как мне показалось ранее. Я оттянул край на левой руке и отпустил. Кожа разгладилась. И я ощущал собственное прикосновение.

Наверно, я был на грани потери сознание. Так тошно мне еще не было никогда, ну если только в моменте, когда развод был неизбежен и я никак не мог поверить, что моей семье пришёл конец. Тогда хотелось впасть в полное беспамятство и забыться. Забыться так, чтобы никогда не вспоминать прошлое. Увы, прошлое с нами навсегда, а моё еще и уродливый шрам оставило на сердце. Сердце…

Так, мля, где моё сердце? Я опустил голову ниже, пригляделся. Это что такое? Это оно? Вы шутите? Сквозь рёбра мне удалось заметить пульсирующий комок мышц. На сердце мало походило, но функция была та же – качать кровь. Ужас. Что со мной произошло? А! Ответь те мне! Хоть кто-нибудь!

В приступе панике я начал задыхаться. Ко мне кто-то подбежал и грубо схватил за руку.

– Вставай, нужно идти дальше!

– Что со мной произошло? – спросил я рыжеволосую, пытавшуюся меня поднять с земли.

– Лучше спроси – что с тобой случится, если мы не уйдём от сюда! Давай, вставай!

Скрипя зубами, я повиновался. Ноги не слушались, как и руки, и мой подъём выглядел на безуспешные попытки младенца встать на ноги. Ко мне подошёл мужчина, он грубо схватил меня за вторую руку, и они вместе с рыжей оторвали меня от земли.

– Зачем он нам? – прорычал этот мужик, поглядывая на рыжеволосую. – Давай прикончим его здесь – и дело с концом!

Какой нахой конец! Я сейчас сам тебя здесь прикончу! Я попытался вырваться, но всё безуспешно.

– Нет! – вступилась за меня девка. – У нас задание! И мы должны доставить его целым.

– Какое задание? Доставить куда? Вы поймите, мне нужно домой, мне надо ехать, Китайца забирать…

Я умолк, увидев впереди Ису. Его паршивый видок вызвал у меня смятение. Не похоже было, что он играл роль раненого. Из огромной раны на плече сочилась кровь и заливала плащ до самого низа. Один из бомжей вёл его под руку, когда под ним оставался кровавый след. Он быстро побледнел, под глазами появились тени. Хромой поступью они двинули в нашу сторону, и вдруг быстро замер. Замерли все.

За моей спиной раздался аналогичный рык, который мы слышали совсем недавно. Я даже не успел оглянуться, как меня и мужиков, держащих меня под руки, опрокинуло набок, прямо в пыль. Рыжая отлетела в сторону. Раздались крики, началась возня. На короткий миг я смог ощутить вес хищника. Мохнатые лапы успели скользнуть по моей спине, используя меня опорой. Мне еще повезло, когти могли бы сорвать плоть, и что дальше – а хрен его знает!

Полосатый волк взобрался на одного из мужчин и вцепился ему в шею. Его ноги в кожаных ботинках забавно дёргались и скребли землю. Я быстро встал на ноги и испытал боль в ступне. Что там такое? Еще не хватало пятку располосовать в мясо! Опустив глаза, увидел меч. Видимо один из мужиков опрокинул.

Под истошный крик и звериный рык, я поднял меч с земли и принял решение, которое мне показалось забавным. Если это всё прикол – то и ничего страшного, если я попытаюсь перерубить хребет зверюшке. Быстро встав напротив полосатой твари, я вскинул меч и ударил.

Вот это зрелище! Вот это жесть! На вид совсем ржавое лезвие рассекло мех, плоть и даже хребет, залив всё вокруг кровью. Горячей и мерзкой на вкус. Животное дёрнулось, визгнуло и повалилось набок, продолжая дёргать лапами.

Опустив глаза, я увидел, что полностью залит кровь. Полностью! С ног до головы! И, судя по всему, кровь была настоящей. Да и зверюга явно была не плюшевой. Вот это поворот… Что же я наделал…

Из огромной раны зверя кровь продолжала хлестать в воздух, заливая валяющегося на земле мужчину. Он был жив. Он даже попытался сам встать на ноги, но к нему подбежала рыжая и еще один мужчина. Они помогают ему встать, а затем вместе двигают ко мне.

– Верни мне меч! – прорычала Рыжая, протягивая мне раскрытую ладонь. – И без фокусов!

– Да какие еще фокусы! – мой подбородок дрожал, я пытался держать ситуация под контролем, но получалось совсем хреново. – Фокусы – это вот ваш волк, – кончиком лезвия я указал на бедную зверюшку.

– Верни мне меч!

– Нет! – я сделал шаг назад. – Теперь он мой! Я не хочу быть на его месте!

Я посмотрел на истекающего кровью Ису.

– Лиза, его нужно убить!

Вот урод! Я спас его шкуру от острых клыков, а он предлагает меня убить! Ну хоть теперь имя рыжей знаю. Лиза. Ничего так. Пойдёт.

– Ладно, Лиза, – говорю я. – Я пойду с вами. Вы мне только расскажите, какого чёрта здесь происходит? ЧТО ЭТО ВСЁ! А это… – я провёл ладонь по телу, стирая с кожи липкую кровь, – действительно звериная кровь?

Лиза стояла в недоумении. Она явно не врубалась в мои вопросы, будто я спрашивал: сколько будет два плюс два.

– Ты сейчас серьёзно? – спрашивает она.

– Ты даже не представляешь себе, насколько я серьёзен.

– Тебя палкой по голове не били?

– Если только в детстве.

– Я имею ввиду сегодня, когда тебя привязывали к столбу.

Столб я не помнил. Я даже не помню утро. А вот что я хорошо помню – это ночь. Крис в красном кружевном белье уже ждала меня в постели на чистом белье. Я вышел из душа и голый двинул сразу к ней. Мою боевую готовность Крис оценила глубоким вздохом со словами: Вау. И чем ближе я к ней приближался, тем шире раздвигались её длинные ноги. Я набросился на неё как волк на кролика, жадно вцепился в её губы и запустил язык. Пока мы целовались, мои руки неустанно щупали мягкую грудь через лифчик, но слишком быстро меня это наскучило, и я полез внутрь, к мягкой и нежной плоти. Мне хотелось присосаться как младенец, и я не сдержался.

Насытившись, я вновь прильнул к её губам.

Деваха не теряла время зря, и слишком быстро я почувствовал тепло её ладоней на своём дрыне. Я слегка дёрнулся, испытав прилив сил и возбуждения. Помог ей избавиться от трусов, и медленно, смакуя момент, заполнил её внутреннюю пустоту.

А затем – провал в памяти. Я ничего не мог вспомнить.

– Ты знаешь, кто ты? – спросила меня Лиза.

Спасённый мною мужчина уже сам мог стоять на ногах. Рана на его шее была не серьёзной, но, если бы я чуть промедлил, волчьи зубы оставили бы его без кадыка, а потом и вовсе без хозяйства. Лиза отпустила его руку и двинула в сторону Исы, продолжающего держаться за друзей. Провожая её взглядом, я сказал ей:

– Меня зовут Федя, – я откашлялся и более серьёзным голос произнёс: – Фёдор Красных!

– Как? – воскликнула Лиза от удивления. – Кто-то явно приложился палкой к твоей голове.

– Да и не раз! – усмехнулся один из мужиков.

Да-да, как смешно. Я потёр затылок, но никаких шишек не нащупал.

Лиза осмотрела Ису, а затем подошла ко мне. Так близко, что я даже ощутил её дыхание на своём лице. Еще ближе – и она может ощутить кое-что другое на своей штанине. Девочка, поаккуратнее, я могу и сорваться.

– Ты – Крейзер Яков, из рода Крейзеров. Младший сын Игоря Крейзера. Твой отец предатель, отдавший с потрохами наш остров чёртовым Глансерам! Но, как видишь, они и твоего отца обманули. Обвели вокруг пальца, и хотели убить всю вашу семью. Выжил только ты, и то, благодаря нам! И за что тебе сейчас стоит переживать – так это за эфир, которого у тебя почти не осталось. Ты хоть понимаешь, в какой ты опасности?

Я опустил глаза на свой аквариум внутри груди и тихо произнёс:

– Нет.

## Глава 4

По правде говоря, мой воспалённый мозг отказывался верить в происходящее. Меня окружал сплошной бред. Будто это я, а не сосед обожрался палёной сивухи и сейчас где-то валяется на улице в луже собственной мочи, содрогающийся от удушья.

Может меня откачают… вот именно сейчас, и я больше не увижу грязных лиц этих незнакомцах в лоскутных плащах. Конечно, лицо рыжеволосой мне было симпатичным, и я бы хотел увидеть больше, но в контексте всего этого бреда – увольте. Отпустите домой и дайте выспаться!

Мне не хотелось слушать о каких-то Крейзерах, Глансеров, Херансеров. Мне хотелось закрыть глаза, затем открыть – и увидеть голую Крис в моей постели. На чистом белье! С пачкой сигарет! С бутылкой красного вина! Всё, больше мне ничего не нужно!

– Ну и что ты на меня уставился, будто я призрак?

Голос рыжей начинал меня раздражать. Я смотрел на неё и всё надеялся, что её образ резко растворится, превратится в дымку и быстро улетучится, а я, наконец открою глаза. Но ничего подобного не происходило.

– Да что с тобой!

Я вдруг ощутил приличный удар по щеке.

– Ты охренела! – взревел я.

Во даёт, распустила руки, да еще и довольная стоит. Её глаза смотрели на меня с удовлетворением, ей понравилось. Однозначно она была довольна тем, что мне врезала. Я зарычал. Хотел уже двинуть в её сторону, но что толку. Подымать руку на женщину – я ж не конченный придурок. Бабу всегда можно унять интеллектом. Физическая расправа – удел ментальных слабаков.

– Мне не нравится, что ты никак не можешь оторвать глаз от моего хрена, – улыбнулся я, потирая саднящую щёку.

– Что?! Я? Куда…

Мужики засмеялись, явно вгоняя деваху в красноту.

– Я смотрела на тебя…

– Нет! Не лги, ты только и смотришь на мой хер…

– Нет!

Она резко рванула ко мне и занесла руку для удара. Целилась снова в щёку, но мне удалось перехватить её руку в нескольких сантиметров от своего лица. Схватился я крепко. Сжал её запястье и резко дёрнул на себя. Как бы она не сопротивлялась, но наши тела соприкоснулись. Слились так плотно, что большая часть звериной крови на моей коже испачкала её пальто, джинсы и клетчатую рубашку.

Её глаза оказались в нескольких сантиметров от моих. Наши губы почти соприкоснулись, но я не позволил этому случиться. Я лишь произнёс:

– Ну вот видишь, сама же тянешься к нему. Не руками, так коленом.

Она вдруг зарычала как тигрица. Мне даже стало страшно за своё лицо, которое она могла содрать своими ровными белыми зубами. Но опасность пришла оттуда – откуда не ждали.

Женское колено хорошо прилетело мне межу ног.

Вот сука! Больно! Меня согнуло пополам, из лёгких вырвался воздух, с губ потекла слюна.

Окружающие нас мужики вновь засмеялись, а мне было далеко не до смеха. Я задыхался, пытаясь унять боль в районе живота.

– За что? – прохрипел я.

– Скажи спасибо, что еще не убила тебя!

– Спасибо! Вы очень любезны…

Мне удалось поднять глаза и увидеть, как она брезгливо осматривала свой прикид, который я испачкал кровью. Смотреть на это было забавно, и я даже смог улыбнуться.

Она немного отступила от меня, и вдруг как зашатается, будто словила солнечный удар. Её глаза поплыли как у пьяной, а затем она согнулась, почти как я. К ней подошёл одни из мужчин, и взял её под руку со словами:

– Лиза, что с тобой?

– Эфир… – промычала она. – У меня заканчивается эфир…

– Еще одна женщина, потерявшая голову в моём присутствии, – мне наконец удалось выпрямиться, и даже сострить. – Не переживай, я уже привык.

– Ты и вправду идиот? – огрызнулась она. – Ты действительно был в семье один такой дурак? Хотя нет, судя по тому, что вся твоя семья была казнена – я могу сделать только один вывод – мозги у вас были редкостью.

– Чего ты так завелась?

– Скорее! – проснулся мужик, держащий Лизу под руку. – Мы не можем так долго задерживаться, нас могут преследовать! Лиза, тебе нужно забрать эфир…

Я смотрел на Лизу, наблюдал за её беспомощностью и вдруг начал представлять, как снимаю с неё лоскутный плащ, расстёгиваю пуговицы на рубахе, затем помогаю снять джинсы, из которых так и вываливается сочный зад. Она стесняется, руками прячет груди в кружевном лифчике. И с каждым ударом сердца на её лице румянец становится всё краснее и краснее.

У меня вдруг у самого закружилась голова, ноги стали ватными, и мне пришлось опуститься на колено, чтобы не рухнуть на землю. Что со мной? Куда делись силы?

А Лиза как-то наоборот. Она вдруг приобрела дополнительные силы, позволившие ей вырваться из объятий мужика и резко подлететь ко мне.

– Ты совсем ошалел? – начала вопить она, и вмазала мне еще одну пощёчину.

– За что?!

Я удержался, только немного завалился на бок, уперевшись ладонями в землю. Силы реально покинули меня, и я даже не смог встать на ноги.

– Что со мной? – прохрипел я.

– Ты свои фантазии оставь при себе! – рявкнула она.

– Какие еще фантазии? Ты о чём?

– Ты действительно дурной, – фыркнула она, складывая на груди руки. – Вот так взять и потратить свои остатки эфира на такую гадкую иллюзию!

– Какую нахер иллюзию, я не понимаю тебя.

– Не лги мне!

Она опустилась на колено рядом со мной и схватила мой подбородок своей ладонью. Я был вынужден смотреть ей в глаза, сил сопротивляться у меня не было.

– Я видела твою иллюзию, – затем она наклонилась ко мне ближе и прошептала на ухо. – Я видела себя полуобнажённой.

Вот это поворот. Она умеет читать мысли? Она залезла ко мне в голову? Что вообще здесь происходит? Происходящее со мной становилось всё интереснее и интереснее.

Спорить я не стал, мне было абсолютно похер. Даже если она и сумела прочитать мои мысли – пусть знает о моих намерениях – в этом нет ничего криминального. Я много тёлок мысленно раздеваю, и если бы каждая знала об этом, может быть в моей пастели было бы куда больше женщин. Но мне стало любопытно, как она смогла прочитать мои мысли?

– Как ты узнала? – спрашиваю её прямо в лицо.

– Узнала? – с явным удивлением протянула она и засмеялась. – Я увидела. Ты же сам мне показал иллюзию.

Её лицо вдруг искривилось сомнением. Она прищурилась, вглядываясь в мои глаза, и, видимо ей удалось прочесть в них глубокое непонимание, которое я испытывал в данный момент.

– Я ничего тебе не показывал.

– Нет, ты показывал! Ты хотел посмеяться на до мной?

– Я хотел кое-что другое…

– Нахал! И дурак! Ты истратил почти весь эфир! – она потыкала пальцем мне в грудь, прямо в аквариум, звонко ударяя ногтем.

– Я не могу встать на ноги…

– Это и не удивительно. И скоро ты вообще умрёшь. Я только не могу понять, почему я тебе всё это объясняю. Твои родители решили утаить от тебя природу твоего существования?

– Не смей трогать моих родителей! – зарычал я.

Больная тема, которую я не хочу поднимать. И тем более давать поднимать её другим, у кого было ровное детство, в котором им целовали жопу каждый день. И продолжают целовать спустя почти сорок лет.

– Да я не хотела никого обидеть, просто меня удивляет то, что ты удивляешься своему состоянию. Твой эфир… он почти иссяк.

Вот сейчас я испугался по-настоящему. И лужица мочи под ногами уже не казалась каким-то приколом. Моё дыхание участилось, перед глазами всё поплыло. Будто я вот-вот вырублюсь от перепитого, заблюю всё вокруг и засну. Но нутро и желудок подсказывали мне обратное. Моя слабость никак не была связана с алкоголем или еще чем-то, что мы так любим вводить себе внутрь.

Если это какая-то новая реальность – мне придётся её принять, ибо я так и не понял, во что ввязался и как к этому причастна Крис. Может прозвучать дико, но я не исключаю вероятность того, что мне вкололи нечто настолько ядрёное, что моё сердце просто не выдержит. И никакой опыт прошлого мне не поможет.

– Этот эфир… – промямлил я, подбирая слова. – У тебя есть?

– Нет. Но я знаю, где его можно раздобыть. И самое обидное в этой ситуации, что мне придётся с тобой им поделиться.

– Спасибо! – я улыбнулся, по-настоящему. – И всё же, как ты увидела мои мысли?

– Я же уже сказала – я увидела твою иллюзию.

– Нет, ты увидела мои фантазии…

– Заткнись. Ты стал мне противен. И как ты вообще посмел мне такое показать?

– Какое?

– Я… Я не хочу об этом говорить. Идём!

Она схватила меня под руки и потянула вверх. Закряхтела, стиснула зубы и взревела. Но как бы не старалась, от земли мы не поднялись и на сантиметр. Видимо, сильная слабость распространилась на нас обоих. Спустя пару ударов сердца к нам подбежали мужики, и уже с их помощью я оказался на ногах. Нас с Лизой поволокли к туше зверя, валявшейся совсем недалеко.

Я не имел никакого понятия, что сейчас произойдёт, но, когда нас с Лизой уложили рядом с полосатым волком с перерубленной шее, я немного прихерел от услышанного.

Лиза взяла меня за руку, а затем потребовала от меня положить ладонь зверю на спину.

– Нет! – категорически ответил я. – Я этого делать не буду!

– Почему?

– Я не хочу касаться этого блохастого монстра! Чтобы у меня потом лишай появился? Нет, спасибо, идите нахер!

Я взглянул на шкуру зверя. Грязная, лоснящаяся, вся заляпанная кровью, продолжающейся рывками струиться из огромной раны. Выглядело максимально мерзко. Просто смотря на это у меня начался приступ рвоты. Кислый ком подкатил к горлу, меня изогнуло, а затем я прокашлялся.

– Ты должен положить свою ладонь на зверя! – приказным тоном потребовала Лиза. – Иначе ты умрёшь!

– Я никому ничего не должен! Я не хочу на добровольной основе заводить себе блох и мандавошек…

– Брезгливый аристократишка!

– Эй! – возмутился я. – Ты охренел! Я тебе…

Один из мужиков скользнул ко мне, схватил мою руку и обрушил на тело зверя.

Перед глазами взорвалась яркая вспышка. Я ощутил лёгкость в теле, будто провалился в глубокий сон и ничто меня не колышит. Ничто… Никто…

Я свободен. И это было офигенное чувство. Видимо, приход медленно отпускал. И хорошо. Это означало, что всё, что было ранее – галлюцинации. Когда меня полностью отпустить, я в грубой форме потребую от Крис объяснений, какого хера она со мной сделал. Притащил на свою голову бабу домой, а она вон как, без моего спроса решила подсадить меня на хрень какую-то! Ну уж нет, дамочка, вам придётся объясниться. А потом своими губами сгладить всё моё недовольство. Глубоко сгладить…

– Яков, открой глаза!

Вот блин, крепко держит! Мою ладонь что-то сдавливало, и я не мог проигнорировать сей факт. С трудом и болью мне удалось открыть глаза. Увиденное повергло меня в шок.

Меня окружал мрачный негатив – в смысле всё выглядело, как на фотоплёнке. Пятьдесят оттенок серого – это вот прям как раз про это место. Сама Лиза выглядела чёрно-белой с голубоватым лицом, а всё её тело окружала зелёная аура, колышущаяся, будто утреннее марево. Опустив глаза на свою ладонь, я увидел, что и сам объят зелёной аурой. Но как бы странно здесь всё не выглядело, чувствовал я себя прекрасно.

Мне удалось вскочить на ноги и оглядеться. Мы по-прежнему находились в лесу, только вот деревья казались безжизненными. Они были будто тени теней. Мёртвые и холодные. Я даже увидел мужиков. Они стояли неподвижно, замерев в тех самых позах, в которых стояли передо мной, когда мою руку силой водрузили на тело зверя. А вот и он сам, лежит перед нами неподвижной кучей.

– Где мы? – спросил я Лизу.

Она встала, огляделась.

– Стиксленд.

– Что?

– Это место называется – Стиксленд. Что-то типа мира мёртвых.

Лучше бы я не спрашивал. И что за дурь мне подкинула Крис, такого у меня еще не было ни разу. Только я обрадовался, что меня отпускает, как вдруг оказалось, что меня накрывает по новой.

– Стиксленд. Ок, хорошо. И кто придумал такое название?

– Не знаю. Еще давно. Поговаривают, что видели что-то похожее в журналах.

– В журналах? В каких еще журналах?

Ну и что я такого спросил? Состроила лицо, буду я херню полную спрашиваю.

– Тебе вот именно это сейчас беспокоит?

Честно, я куда не гляну, – меня всё беспокоит! Мои руки охвачены зелёным пламенем. Ты охвачена зелёным пламенем! А это что еще такое?!

Мне на глаза попалось не что странное, из-за чего моя челюсть немного отвалилась. Впереди, над деревьями на высоте почти полёта самолёта висел огромный зелёный шар, объятый таким же зелёным пламенем, как и мы. От шара прямо в землю бил колышущийся столб энергии.

Лиза проследила за моим взглядом. Она удовлетворила моё любопытство с такой сухостью, что мне стало не по себе.

– Это всего лишь космический эфир.

– Всего лишь?! А ничего что от него бьёт струя в землю?

– А как ещё духам добраться до него?

– Духам? Только этого мне не хватало…

– Да что с тобой, Яков. Ты будто с луны свалился! Если ты пытаешься изобразить дурака, чтобы мы от тебя отстали, так я вот тебя разочарую. Я всё равно тебя доставлю к отцу, и он вытянет из тебя всю правду. Он всё узнает, ты ничего не скроешь от нас.

Я уже собирался открыть рот и возразить её ахинее, но не смог. Лиза схватила меня за руку и потянула на себя.

– Быстрее, он может убежать, – проревела она, бросаясь в сторону деревьев.

– Кто?

– Тиграволк.

Мы нырнули в гущу серых и безжизненных деревьев и принялись оглядываться по сторонам. Я не особо понимал, что мы ищем, но вот Лиза рыскала глазами как ищейка, пытающаяся учуять след.

– Туда, – вдруг выдала рыжеволосая и вновь потянула меня на себя.

– Кого мы ищем?

– Духа.

– Духа? Ты серьёзно?

– А кого ты еще собрался искать в Стиксленде?

– Не знаю. Ну допустим – красивых девок, хорошее пойло. Наконец, может здесь где-то завалялись крепкие сигареты? Я готов на всё угодно, но никак не на поиски духов! Дерьмо! Полное дерьмо! Что вообще здесь нахой происходит? Блин… блин-блин-блин… Как крепко меня держит…

– Вот он! – воскликнула Лиза.

Я проследил за её взглядом, и лучше бы я этого не делал. Моя психика может этого не выдержать. Какие еще ужасы породит моё воспалённое сознание?

Впереди стоял тот самый зверь – волк в тигриной шкуре с мягкими лапами. Весь объятый зелёным пламенем, без единого пореза или ссадины, словно ему и не перерубали шею. Он казался обновлённым, свежим, заново рождённым. Животное тяжело дышало, массивное тело потряхивало. Возможно, он остановился, чтобы перевести дух, или сбился с пути. Но когда огромная морда повернулась к нам, без раздумий он вновь бросился в сторону зелёного луча, бьющего в землю метрах в трёхстах от нас.

Лиза снова потянула меня за собой.

Мы неслись сломя голову, и мне это нравилось. Я тащился от этой необузданной лёгкости и воздушности. Я был полностью пуст, и одновременно – заполнен до краёв. Переполнен различными эмоциями, пробуждающих во мне радость, смех, печаль, тревогу.

В целом, я не знаю, что со мной. Дикое состояние, из которого хочется выйти, но в самый последний момент ты себя останавливаешь, уговаривая остаться еще на одну секунду.

– Зачем мы за ним гонимся? – спросил я Лизу на ходу.

– Животное дарует нам эфир.

– Эфир? Зачем он нам?

– Ты шутишь, или действительно ничего не понимаешь? Подобный вопрос никогда бы не родился в моей голове, но твои глаза… твой взгляд, он не врёт. Я вижу, что ты ничего не понимаешь. И меня это пугает.

– Почему?

– Я боюсь, что мы взяли не того.

– Ну наконец-то! Я твержу тебе об этом последние полчаса, а вы упорно мне не верите.

Она фыркнула, затем улыбнулась. Мы пробежали метров сто, расстояние межу нами и зверем стремительно сокращалось, и я не знал, как объяснить нашу феноменальную скорость.

– Неужели ты и вправду сам не понимаешь, кто ты? – предположила Лиза, крепко держа меня за руку. – Твой “сосуд эфира” – яркое доказательство тому, что в наших руках тот самый человек, но вот сознание. Ладно, проехали. С этим вопросом будет разбираться мой отец. В любом случае, ты – наследник Крейзеров. А нам большего и не нужно.

Лиза отпустила мою руку со слова:

– Заходи слева и хватай зверя.

Как и потребовала Лиза, я поравнялся с тигроволком с левой стороны, когда Лиза бежала – справой. Я вытянул руку и опустил ладонь на загривок. Триумфальный момент, вызвавший во мне буру эмоций. Я был будто сверхчеловеком, сумевший разогнаться до скорости машины и на ходу поймать дикого зверя. Вот так всё просто – протяни руку и сожми ладонь.

Но нет, оказалось не так всё просто.

## Глава 5

Зверь был также осязаем, как и Лиза. Мои пальцы нащупали шерсть, я крепко сжал их, и… Ох! Лучше бы я этого не делал!

В следующий миг зверь брыкнулся и ударил задними лапами меня в грудь. Сильный удар, после которого рёбра и позвоночник пришлось бы по кускам собирать. Но не в этом измерении.

Я отлетел метров на десять. Рухнул на землю, но смог быстро вскочить на ноги, будто ничего и не было. Однако в груди засела обида. Эту битву я проиграл, но ничего, это всё опыт. Сейчас, только пыль отряхну – и снова в бой.

Лиза предприняла попытку остановить зверюгу, и это оказалась не лучшая её идея. Как и я, Лиза не выдержала прессинга задних лап, отлетела на пару метров и рухнула на землю.

Удивительно, но рыжеволосой не удалось подняться с такой же лёгкостью, как и мне. Она перевернулась на бок, упёрлась руками, и попыталась встать на ноги, но выглядела как дитё малое, еще не научившееся ходить.

Зверь задрал голову и громко заревел. Передние лапы заскребли землю, но это было скорее сохранившейся привычкой при жизни; когти ничуть не потревожили землю в этом мире, как и не придали ускорению, вдруг сорвавшегося с места хищнику.

– Поймай его! – крикнула мне Лиза, пытаясь встать на ноги, – иначе ты умрёшь!

Хороший стимул, ничего не скажешь. Типа хочешь жить – умей вертеться? Другого смысла я не вижу. Бывают такие трипы, когда ты блуждаешь по долгу в сознании, а тем временем твой желудок избавляется от содержимого. Освобождается стремительно, через рот. И вот ты уже второй час захлёбываешься своей рвотой, только потому что заблудился в сознании. А потом и вовсе – тьма окутывает тебя холодным одеялом. И закономерный итог. Да, так случается. Дерьмо случается. И сейчас я только и мог надеется на то, что мне удастся выбраться из этого безумного трипа.

– Как?! – кричу я Лизе. – Как его поймать?

Тиграволк сорвался с места и рванул в сторону мрачных деревьев. Негативное лицо Лизы исказилось от злости, она поджала губу и зарычала. Опять выслушивать её нытьё мне не хотелось, да и играть в беспомощного подростка у меня не было никакого желания. Раз уж я оказался в таком дивном мире – нужно веселиться на всю катушку!

Без каких-либо раздумий, я бросился за зверем. Лиза осталась позади, но краем глаза я заметил, как она встала на ноги и последовала за мной. Моё сердце сделало ударов десять, а после я увидел зелёный след, мерцающий между деревьев. Не уйдёшь, псина!

– Он сейчас нырнёт в эфирный поток, – задыхаясь обронила Лиза, преследую меня по пятам.

– Успокойся, не успеет!

Я скользнул между холодных деревьев, прыгнул в сторону, огибая выросший на моём пути куст и успел сделать шагов десять, как впереди полностью показался тиграволк. Он немного притормозил, огибая густую растительность, что сыграло мне на руку.

Я понятие не имею, как мне его поймать. Догонять – уже было глупо; четыре широких прыжка – и он в потоке. Можно было ему свистнуть, вдруг откликнется? Жучка, домой! А ну иди сюда, сука! Стой! В голове у меня родилась фантазия, где у меня в руках лассо из пеньковой верёвки. Прочное и тугое, быка можно остановить, или лошадь на ходу. И вот только мне стоило об этом подумать, как в своих ладонях я ощутил наличие предмета. Опустил глаза я обомлел. У меня в руках было именно то самое лассо, о котором я и подумал. Незамедлительно, я швырнул его в сторону тиграволка.

Повезло мне, или это было мастерство, заложенное в моих генах победителя по жизни, но голова зверя нырнула точно в пылающую зелёным пламенем петлю. Я резко дёрнул на себя верёвку. И ощутил мощь зверя. Конечно, мой трюк вынудил его притормозить, и не совершить прыжок веры в эфирный столб. Но силёнок у него было куда больше, чем у меня. Одни словом – он потащил меня за собой. Мои ноги вгрызлись в землю, и как бы я не тянул на себя – постепенно я проигрывал эту битву.

– Как тебе удалось? – раздался удивлённый голос Лизы совсем рядом.

Она была не то, чтобы удивлена. Она была искренне поражена увиденным. Глаза почти вылезали из орбит, рот широко раскрыт. Она ухватилась за верёвку чуть дальше моих ладоней – и мы вместе потянули на себя.

– Откуда у тебя верёвка? – Лиза продолжала засыпать меня вопросами, на которые у меня не было ответов.

– Да хер его знает… Тяни!

– Тяну!

Нам удалось непросто замедлить тигроволка. Зверь, почуяв удавку на шее, рванул из последних сил, и не смог. Завалился набок и принялся реветь, скрести когтями холодную, негативную землю.

– Быстро! К нему! – скомандовала Лиза и мы рванули с места.

Лиза первая упала на колени возле бедной зверюги. По её глазам я понял, что и мне предстоит это. Я опустился на колени и уставился на Лизу.

– Вытяни руки и хватай его за шею!

Я повиновался. Лиза тоже протянула руки, и вместе мы прильнули к огромной шее зверя.

– Что дальше? – спросил я.

– Соси!

– Что? Ты что такое несёшь?

– Соси силу!

– Откуда?

– Из зверя! Ты что, никогда не сосал?

– А я похож на того, кто сосёт?

Она зарычала. Зверь взбрыкнулся. Лиза закатила глаза, откинула голову. Через пару секунд её силуэт начал гореть ярче. Зелёное пламя, пожирающее её тело в бесконечности вспыхнуло с новой силой.

– Лиза! Я не понимаю!

– Делай как я! – прошипела она, не раскрывая глаз.

Я закрыл глаза и откинул голову. И вдруг произошло нечто необъяснимое. Тьма перед глазами начала медленно разрушаться. Появился белый свет, быстро впитавший в себя все мрачные тона. Взявшееся из ниоткуда тепло разлилось по моему телу, по коже. Даже мои кости ощущали тёплое прикосновение неизвестности. А затем я услышал женский крик, вырвавший меня из нирваны! Будто мать будет с утра в школу!

– Хватит! Ты его убьёшь! Яков, убери свои чёртовы руки!

Мне удалось разлепить веки. Мы по-прежнему были в мире негатива, или как его называет Лиза – стиксленд. Я опустил глаза и увидел почти потухнувшее тело зверя, на котором по-прежнему лежали мои руки, ставшие гораздо ярче и ядовитее. Я убрал ладони, особо не понимая возмущения Лизы. Что она имеет ввиду?

– Он и так уже мёртв, – сказал я, полностью усомнившись в её словах.

– Он мёртв в живом мире. А в стиксленде живёт его эфирный разум. Мы вобрали часть его силы, больше ему не понадобиться, чтобы спокойно добраться до млечного эфира. Но забрав всю силу, мы могли бы убить его окончательно, что категорически запрещено.

Удавка исчезла. Я спокойно встал на ноги и наблюдал за тем, как и зверь встаёт на все четыре лапы и спокойно уходит в сторону эфирного столба. Буквально через минуту он скрылся в зелёном столбе, превратился в яркую вспышку и вознёсся к небесам.

Я посмотрел на Лизу. У меня были только одна фраза на языке:

– Какого хрена здесь происходит?

– Теперь нам надо возвращаться.

– Куда?

Как только вопрос сорвался с моих губ, Лиза исчезала, оставив после себя лёгкую дымку. Я обернулся, развёл руки. Никого не было. Я остался здесь один. Охранительно! Ну просто зашибись! Впереди горел эфирный столб, будто намекая мне – давай, лети ко мне как мотылёк на яркий свет.

– АУ! – покричал я. – Здесь есть кто живой?

Глупый вопрос, когда находишься в мире мёртвых. Да, я остался один, но зато какие у меня возможности! Я могу нафантазировать всё, что угодно. Любую женщину! Любые параметры… Моя фантазия в миг воспалилась. И что самое интересное – здесь я не чувствовал ни тревоги, ни страха, ни чувства голода или сытости. Высокая волна эйфории накрыла меня и потащила вперёд, а я и не думал сопротивляться.

А что если… Я представил коллегу с работы – сочную деваху с прекрасной фигурой. Она давно мне строит глазки, но меня отпугивает множество факторов: дети, муж, собаки и кошки. Но однажды зайдя на её страницу в соцсетях, я увидел её в красном купальнике – и меня вдруг одолело невыносимое желание плюнуть на всё и ответить ей взаимностью. На том фото её купальник был немного сдвинут, обнажая незагорелые участки кожи – и вот такая тонкость меня сильно возбудила.

Стоило мне об этом подумать – как она возникла передо мной. Только вид её был скорее отталкивающим, чем желанным. Стоявшая передо мной девица была окутана тусклым зелёным пламенем, глаза казались мёртвыми, а её кожа в негативе выглядела посиневшей. Мерзость…

Сказать по правде, у меня в миг всё упало. Я приуныл. Не так себе я представлял нашу первую встречу на берегу.

– Ты что тут устроил!

Женские слова прозвучали так неожиданно, что я даже дёрнулся. Моя нафантазированная коллега в миг исчезла.

– Ты почему не возвращаешься?

Это была Лиза. Девушка стояла позади меня, скрестив на груди руки. Но прикол в том, что она была не одна. Рядом с ней стоял Иса, тот мужик, переживший нападение тиграволка. И, судя по всему, он не очень был доволен происходящим.

Иса был удивлён не меньше моего. Он начал оглядываться, не скрывая панического настроя. Его рот широко раскрыт, глаза почти лезут из орбит. Он объят зелёным пламенем, но не таким сильным, как наше. Он будто умирает. Медленно потухает, и он точно потухнет, как спичка. Вопрос лишь – как скоро?

– Лиза! – вдруг взревел он. – Ты что натворила?

– Иса, не переживай…

– В смысле – не переживай! Как я здесь очутился?! Объясни мне? Я же был живым, и мне ничто не угрожало!

Иса опустил голову и уставился на плечо, из которого в том мире у него текла обильно кровь.

– Я не понимаю, – протестовал он. – Рана не смертельная!

– Иса, твоя рана не смертельная, – успокаивала его Лиза. – Но у тебя было так мало сил, и твоя кожа… ты бледный, как белый лист.

– И что?

– Ну, я подумала…

– Что ты подумала?

– Яков не возвращался из стиксленда, я испугалась…

– И… погоди! Я начинаю вспоминать… Да как ты посмела?! Лиза!

– А что мне еще оставалось, мне нужно было сюда снова попасть! Без Якова мы не можем вернуться к отцу!

– А без меня значит – можем?

– Ты неправильно всё понял!

– Я вспомнил, как ты меня огрела по затылку! Лиза, ты совсем чокнулась?

– Мы вернёмся, и я тебя оживлю! Я обещаю. Успокойся!

– Я спокоен, но вон та штука меня тянет к себе, и я не могу ей противиться!

Вот это угарно. Вот это прикольно! Лиза реально убила его, чтобы вернуться за мной? Приятно. Много женщин из-за вас убивало? Наверно, нуль. Но это всё прикольно, конечно, но вот поведение Исы напугало даже меня. Мужик обернулся в сторону эфирного столба и побежал ему на встречу.

– Иса, остановись! – взревела Лиза ему в след.

Я снова представил лассо у себя в руках. Оно появилось незамедлительно, но Лиза не позволил мне его применить.

– Нет, – гаркнула она. – В этом нет смысла. Мы должны немедленно покинуть это место, иначе Ису не спасти.

– Но как, я не знаю!

– Ты серьёзно? – искренне удивилась Лиза.

– Да!

– Такие как мы бываем здесь часто, и ты хочешь сказать, что впервые посетил стиксленд?

– Да! Именно это я и хочу сказать!

– Всё просто: закрой глаза и представь мир живых.

Я немедленно подчинился. Закрыл глаза и представил свой мир. Комнату с кроватью, на которой лежала обнажённая Крис. Кухню. Сортир. Коридор.

– Ты почему еще здесь?

Видимо, Лиза дожидалась, когда я уйду первым.

– Не знаю! – рявкнул я от обиды.

Иса стремительно приближался к своему концу, и я вдруг ощутил ответственность за его жизнь. Лиза принесла его в жертву, только чтобы спасти меня.

– Я представил свою комнату, постель…

– И?

– Что “И”? Как видишь – я еще здесь!

– Попробуй представить лес, нас. Яков, поторопись! Иса сейчас покинет этот мир, и его смерть будет на моей совести!

– Да я пытаюсь! Так… Представить просто лес?

– Нет! Представь именно тот лес, в котором мы сейчас находимся. Только в красках! Яков, пожалуйста, быстрее! Иса в опасности!

– Не дави! Я не могу сосредоточиться, когда на меня смотрят!

Она отвернулась, бросив взгляд в спину убегающему Исе, а я вновь прикрыл глаза и…

Яркая вспышка. В ушах раздался звон жизни, запели птички. Послышалось неприятное оханье и возмущения мужиков, столпившихся вокруг меня. Я их увидел, стоило мне открыть глаза, и это не самое лучшее зрелище. Вместо приятного личика Крис – кривые рожи. Потные, вонючие, они с удивлением зырили на меня, а когда я издал первый звук – их руки потянулись ко мне. Они помогли мне встать.

Я оглянулся. Лиза уже подлетела к лежащему на земле Исе. Выглядел он не очень; бледный, губы раскрыты, глаза разинуты и смотрят в разные стороны, а из огромный раны на плече кровь не текла, что могло говорить только об одном. Иса стал медленно остывающим трупом.

К Лизе засеменили мужики. Они явно были встревожены и разозлены.

– Зачем ты его прибила! – вопили они.

– Зачем ты убила Ису? – спрашивали они.

– Затем, чтобы спасти меня! – рявкнул я на них.

Четыре глотки зарычали на меня. Их злые взгляды будто пожирали мою плоть и хотели извлечь из моего тела душу. Моя дерзость разозлила их, а мне было плевать. Пошли они к херам собачьим!

– Разойдитесь! – гаркнул я на них, когда они перекрыли мне путь к Лизе.

Трусливые ублюдки. Разбежались как шавки во дворе, стоило мне пригрозить им палкой.

– Он будет жить? – спросил я у Лизы, опускаясь рядом с ней на колени.

– Будет! Никуда не денется.

– Млечный эфир был от него в паре метров.

– Помолчи!

Лизины руки работали как угарелые. В считанные секунды она достала амулет, прятавшийся под жилеткой, зажала его между ладоней и принялась что-то нашёптывать, тихо, так, чтобы это слышно было лишь ей.

Вокруг нас воздух будто уплотнился, стал вязким. Я даже не успел удивиться, как из груди Лизы вырвался густой поток, толщиной с голову, и обрушился на грудь Исы.

Мужчина дёрнулся, весь сжался, и вновь обмяк.

Тело Лизы напряглось, её шёпот стал чуть громче. Но я всё равно не мог разобрать слов. Через мгновение всё повторилось. Мутный поток энергии ударил в грудь Ису, заставив его тело содрогнуться.

– Ну же! – ревела Лиза, разозлённая неудачей.

И вновь всё повторилось. Молитва, удар волны, скорченное тело, которое так и не задышало.

– Если я продолжу – мой эфир закончится, – голос Лизы звучал обречённым.

– Давай вернёмся в стиксленд и попробуем его поймать.

– Мы не успеем.

– Ну тогда…

Я собрал ладони в один огромный кулак и обрушил его со всей силой на грудь Исе. Затем еще раз. И еще. Стоявшие позади нас мужики взбрыкнули, принялись возмущаться. Даже Лиза удивилась. Но она удивилась еще больше, когда Иса закряхтел. Мужик весь содрогнулся, сделал глубокий вдох и начал кашлять, как курильщик со стажем, чуть не выплёвывая лёгкие наружу.

– Иса! – воскликнула Лиза. – Ты жив!

Мужские глаза наполнились слезами. Иса в изумлении уставился на наши лица, открыл рот, но слов так и не смог подобрать. Ему понадобилось еще немного прокашляться и прийти в себя, прежде чем он обрушил весь свой гнев на Лизу.

– Я тебе этого не прощу! – кричал он, пытаясь встать на ноги. – Ты убила меня!

– Нет! Я тебя оглушила, – оправдывалась Лиза, помогая ему встать.

– Не прикасайся ко мне!

Исе под руку попалась палка с пятнами крови. Он испытывал отвращение, глядя на неё, а затем замахнулся на Лизу, но не ударил. Поджав губы, он швырнул палку в сторону.

– Палкой по голове! – закряхтел Иса. – Ты с ума сошла? А чё не мечом? Сразу бы мне голову с плеч – и делов-то!

– Я только тебя легонечно оглушила…

– Оглушила? Да я чуть в поток эфира не вошёл!

– Мне надо было достать Якова! Отец не простит нам, если мы его потеряем.

– Ты доволен! – Иса посмотрел на меня с презрением и ненавистью. – Почему ты сразу не вернулся в мир живых? Пошутить решил!

– Ладно, мужик, успокойся. Ты жив, мы живы. Всё хорошо.

– Я был мёртв! Из-за тебя! Как я могу успокоится!

– Он прав, – вступилась за меня Лиза. – Все живы, у нас есть запас эфира. Никто не умер. Нужно возвращаться домой.

– Не умер, – проворчал Иса.

Мужчина отёр пыль с лоскутного плаща, а затем вдруг весь скривился.

– Зараза! – прокряхтел он, явно борясь с болью. – Лучше бы я умер! Там хоть плечо не болело…

– Потерпи, – бросила ему Лиза.

Трое мужчин подхватили Ису, еще один стоял рядом; его раненая шея была испачкана кровью, но чувствовал он себя неплохо. Лиза достала из кармана Исы предмет, похожий на компас, сверилась с ним и указал рукой направление. Её ладонь смотрела точно на возвышающиеся небоскрёбы над лесной полоской. Крыши двух башен прятались в густых облаках, парящих слишком низко. Это было странно и сложно объяснимо, будто мы сами были на высоте в несколько сотен метров. Да и внешний вид зданий вызывал у меня уйму вопросов. Я, конечно, видел заброшки, и не раз, но чтобы таких масштабов – это когда полностью остеклённое здание, на строительство которого грохнули бюджет мелкой европейской страны, стояло в полном запустении, да еще и почти полностью увитое зелёными тросами с пышной зеленью.

Здесь явно что-то не так.

## Глава 6

Высотки и высотки – ничего особенно. Подумаешь, не достроили пару небоскрёбов, ничего страшного. Снесём. Оболваним население – и вновь построим. Рабочая схема, что тут еще скажешь. Правда реальность всё же меня пугала. Этот лес… эти люди… этот тиграволк, почти убивший Ису. Да и сам Иса был куда реальнее, чем мой вчерашний вечер, с трудом всплывающий в голове. Может со мной что-то не так? Да нет, вроде, всё нормально.

Чувствовал я себя великолепно, тяжелыми веществами или мухоморами здесь и не пахло. Никакого отходняка. Наоборот! У меня будто открылось второе дыхание, а за ним – третье и четвёртое.

Невольно опустив глаза, я обратил внимание на свой аквариум в груди. Зелёной жижи в нём стало чуть больше. Я пошевелился на месте – и жидкость внутри сболтнулась. Забавно. Нахватало золотых рыбок и растений.

– Не трать попусту, – посоветовала Лиза, с улыбкой поглядывая мне на грудь.

– Знать бы еще – как!

– Ты полон сюрпризов, Яков, – подмигнула она мне. – Как тебе удалось заполучить лассо?

– Не знаю. Просто подумал, и бац, верёвка у меня в руках.

– Так просто?

Я уловил подозрение в её тоне. Она обошла меня, внимательно разглядывая. Но взгляд ниже пояса так и не опустила.

– Я вот сколько не пыталась, – продолжила она, – у меня ничего не получилось. Зачем ты лжёшь нам? Яков, зачем? Зачем ты из себя дурачка строишь?

– Лиза, я не вру! Зачем мне обманывать вас? Да и что я перед вами вообще оправдываюсь! Шли бы вы куда подальше! Я домой хочу, меня весь этот цирк уже окончательно доконал!

– Твоего дома больше нет, Яков, – сказала Лиза, – ваше имение сожгли, как и всех членов твоей семьи. Ты единственный, кто уцелел. И уцелел благодаря нам! Прошу не забывать об этом.

Если она пытается убедить меня играть по её сценарию – у неё довольно хорошо получается, естественно, правдоподобно. Ей бы в театре выступать перед огромной публикой, которая с широко раскрытым ртом будет впитывать каждое её лживое слово. Но против меня её приёмы не сработают. Я не верил ей. И я не верю в то, что вижу. Хоть картинка и выглядит довольно убедительной.

– Лиза, вы переигрываете. Вы слишком глубоко вжились в роль, а так нельзя. Посмотри, мои ступни стёрты в кровь, а эта кожа… – я потянул за край кожи на руке и оттянул складку. – Что это? Силикон? Моей коже нужен воздух, а в этом костюме я могу умереть. Вы можете просто довести меня до ближайшей станции, я сяду на автобус и уеду к херам от сюда… Мне даже не надо возвращать мои вещи. Можете себе оставить мой телефон, я не обеднею.

– Я не поняла ни единого твоего слова.

Лиза смотрела на меня, как на полоумного. Стоявшие рядом мужики состроили такие же тупые рожи и глазели на меня, не скрывая улыбок. Происходящее забавляло всех, кроме меня.

– Хватит! – вдруг выпалила Лиза. – У тебя не получиться нас обмануть. Я не хотела прибегать к грубости, но ты не оставил мне иного выбора.

Лиза взглянула на троих мужчин. Они поняли её без лишних слов. Три пары рук потянулись ко мне, как щупальца осьминога. Я даже не успел пикнуть, или отойти в сторону, как меня крепко схватила, заломили руки за спину и почти согнули пополам. Это было унизительно.

– Вы что, совсем охренели! – выдавил я, уставившись на землю.

– Уходим от сюда, – скомандовала Лиза, и меня потащили в неизвестном направлении.

Не знаю точно, сколько мы блуждали по лесу, мои ступни окончательно стёрлись в кровь; земля и травинки налипали толстым слоем, вызывая неприятное жжение, но не скажу, что было очень больно. Скорее неприятно, но терпимо, что, бесспорно, меня удивило. Смотреть перед собой я мог, но чаще приходилось опускать глаза, чтобы не наступить на корягу или торчащий из земли корень.

Изредка я вглядывался вперёд, но ничего необычного не замечал. Бывало, попадались довольно странные деревья с широкими листья, почти экзотические, такие в наших широтах не растут, я точно знаю, но, видимо бывают исключения.

А затем началось такое, во что мой разум отказывался верить. Это не было похоже на декорацию или съёмочную площадку – ни одна наша кинокомпания не вытянет такой бюджет. Не вытянет построить огромный город, даже если он из картона!

Мы вышли из леса и подошли к ржавому ограждению, тянущемуся вдоль неухоженной дороги. Мы ступили на потрескавшийся асфальт, успевший разогреться на солнце как сковорода, и быстро перебежали шестиполосную трассу, виляя между заброшенными машинами.

К моему удивлению нам на пути попадались и довольно дорогие иномарки, успевшие выцвести на солнце. У большинства отсутствовало остекление, внутри всё было покрыто мхом. Большая часть машин сгнили до дыр и лежали на днище, медленно пожираемые травой и узловатыми корнями, тянущимися прямо из трещин в асфальте. Покрышки будто испарились, оставив после себя на дисках мотки тонкой проволоки.

У меня сердце кровью обливалось. Как такое могло вообще случиться? Мне на глаза попалось несколько относительно свежих “немцев”, продав которые можно было купить квартиру. Но сейчас они больше напоминали гнилые бочку для разведения костра, рядом с которым могли согреться бродяги с вокзалов.

А это что еще такое? Пробегая мимо остова когда-то дорогого китайца, мне удалось разглядеть его автомобильный номер. Вся краска давно облупилась и осыпалась на асфальт жухлыми хлопьями, но выбитые цифры никуда не делись. Моё внимание привлёк регион – 54. И это число красовалось на всех номерах.

И снова моя фантазия пыталась бороться с реальностью. Я видел невозможное. Я видел то, что и в страшном сне мне не приснится, даже в бреду высокой температуры! Честно, я не знаю к какому региону относится это число, но больше чем уверен, что к очень далекому от Москвы. ОООчень!

Перебежав дорогу, мы скользнули в широкую щель, проделанную в высоком ограждении, и вышли к подножью города. Я поднял глаза, и моя челюсть почти отвалилась.

– Это что, улица под реновацию? – спросил я у Лизы, не веря своим глазам.

Перед нами стояли ряды заброшенных домов. Они мало чем отличались от тех же машин, раскиданных по дороге. Остекление отсутствовало, фасады полностью скрывались под одеялом зелени и толстых корней, ползущих по стенам от земли и до самой крыши. Бетонные джунгли – в прямом и переносном смысле. Город был явно мёртвым, но и одновременно живым. Из окна шестого этажа вылетели птицы и полетели в сторону леса, оставшегося за нашими спинами.

– Лиза, – прохрипел я, с трудом вывернув голову и глянув себе за плечо, – это уже не смешно.

Наверно, только сейчас меня по-настоящему накрыла волна страха. Вы можете подолгу смотреть на необъяснимое явление, но ваш мозг до последнего будет строить иллюзии, подходящие для объяснения необъяснимого. Сейчас мой мозг сдался, он даже не пытался объяснить мне, как это могло произойти. Перед моим носом был по-настоящему заброшенный город, оставленный людьми довольно давно. И такое не могло пройти мимо телевидения или соц. сетей. Обязательно, да всплыла информация, что целый мегаполис покидают люди из-за…

– Лиза, почему город заброшен? – спросил я.

– Отпустите его.

Меня тут же отпустили. Плечи взвыли болью, когда я начал вытягивать конечности вдоль тела. Наконец выпрямившись, я размял мышцы, поболтал руками. Мой взгляд снова приковали дома, тянущиеся в центр города. Я немного подался вперёд, пытаясь заглянуть глубже. Асфальтированная дорога, убитая временем и природой, тянулась в глубь серо-зелёного горизонта, размытого крышами домов. Некоторые дома успели обвалиться, засыпав дорогу кусками бетона и поломанными кирпичами.

Я смотрю на Лизу. Она предательски молчит, что-то пытливо выискивая взглядом на моём лице. Мне пришлось полностью смыть с себя всю серьёзность и изобразить дурачка, абсолютно не понимающего, что здесь происходит. И это получилось довольно легко.

– Ты не выходил из поместья? – спросила Лиза.

– Ну, считай… что да. Папа с мамой не выпускали меня в белый свет. Говорили, что я уродец, – я опустил взгляд на аквариум в моей груди. – Им было стыдно за меня. Вы первые, кто мня вывел в люди. Спасибо! Хоть жизнь увижу, а то всё поместье да поместье.

– Это не уродство! – почти огрызнулась Лиза. Не думал, что смогу её задеть за живое.

Милое личика с россыпью веснушек покраснело и скривилось. Злиться – это не её. В тени заброшенных домов она была прекрасна и желанна, но прикасаться к ней было опасно. Я бы мог сравнить ей с кактусом. Острые иголки могут ужалить слишком больно.

– Город заброшен уже больше двух сотен лет.

– Две сотни лет?! – присвистнул я. – Ого!

– Идём те, – прохрипел Иса, – у нас нет времени преподавать ему историю.

Лиза кивнула. И мы двинули в сторону центра города между девятиэтажками по разбитому асфальту. И что больше всего меня смущало – всем было пофигу, что я по-прежнему голый и босой. Кровь тиграволка давно засохла, став твёрдой коркой, под которой кожа начала зудеть. Мне вдруг захотелось помыться. Ну, хотя бы подмыться.

– Когда я смогу принять ванную? – спросил я у Лизы, проведя ладонью по своим рукам – грязным, как у бомжа.

Все вдруг засмеялись.

– Ванную? – переспросила Лиза, чуть успокоившись. – Можете тебе еще и баньку затопить?

– А что, можно? – переспросил я, проигнорировав её саркастический тон. – Не откажусь! Сегодня я – ваш гость, не забывайте это.

– Гость? Ну нет, здесь ты ошибаешься. Ты наш заложник.

– И что теперь, я не могу себе задницу подтереть? Или может мне мочиться прямо себе под ноги? Буду как обезьяна! А это всё – мои джунгли!

Последние слова я проорал на всю улицу, чем разозлил всех. Лиза шикнула на меня, а Иса пригрозил ударить меня, если я не заткнусь, и их тон был слишком серьёзным, чтобы их ослушаться.

– Да здесь никого нет, – попытался я отшутиться.

– Тебе откуда знать? – усмехнулась Лиза.

– А разве это не очевидно?

Я подошёл к окну на первом этаже дома и заглянул внутрь. Мрак. Увиденное вызвало во мне смешанные чувства. Квартира не была пустой. У стен стояли покосившиеся шкафы, на полу лежал покрытый мхом ковёр, а стены украшали множество уродливых картин. Почему уродливых? Сами картинки либо облупились и выцвели, либо полностью отсутствовали, разбухнув под дождями и превратившись в комочки, собравшиеся внизу рамы – такой же облезлой и уродливой, как и облезлые обои на стенах квартиры.

Жильцы явно покидали жилище в спешке. Это меня и напугало. Но отсутствие трупов немного успокаивало. Хотя, судя по обильной растительности, жильё пустует довольно давно, и за это время от тела ничего бы не осталось. Здесь и грызуны могли поработать, и птицы. И даже тиграволки. И хрен знает еще какие звери здесь обитают.

И чем глубже мы уходили, тем страшнее мне становилось. Представить происходящее шуткой Крис я уже не мог. Здесь что-то серьёзное. Здесь явно поработала команда людей, чей гонорар я бы и за несколько жизней не заработал.

– Лиза, мы сейчас в каком городе? Регион 54, это Волгоград или Омск?

Она засмеялась. А затем с улыбкой переспросила:

– Город? Такого понятия давно не существует. А ты забавный. У твоего отца имелась старая библиотека?

– Что ты имеешь ввиду?

– Города. Мне как-то повезло найти старый-престарый атлас, чудом сохранился, хозяйка держала его в пластиковом пакете, влага и насекомые не сумели до него добраться. Так вот на страницах этого атласа была изображена целостная Россия с жирными точками – городами.

– И что? Впервые в жизни увидела атлас?

– Впервые! А что?

– Да ничего. Странно это всё. У тебя в школе не было географии?

– Где? В школе? Ты сейчас действительно пытаешься выставить меня глупой? Если вы, ваше благородие, посещали школы и университеты, то это не даёт вам право считать других людей глупцами!

– Да я и не считаю!

– Моим образованием занимался отец, – с гордостью произнесла Лиза, – и поверь мне, десять лет своей жизни он провёл не впустую. А твой отец чем занимался?

– Я почти не видел его.

– Какая жалость. Служанки и наёмные учителя были тебе куда ближе твоих родителей?

– Откуда столько желчи в твоих словах? Я учился в обычной школе. Как и все мои сверстники.

– Ты опять мне лжёшь!

А может, я умер? Или всё еще нахожусь в глубоком сне. Или меня везут на скорой помощи с пеной у рта. Главное, чтобы врачи нашли меня в постели без крепкого дрына, или хотя бы в штанах, а то что они обо мне подумают. Лиза в серьёз воспринимала меня отпрыском какой-то знатной семьи, богатой, и, судя по всему, влиятельной. И все мои попытки доказать ей обратное вызывают лишь недоверие в мой адрес. Я не знаю, как мне быть. Играть в их глупую игру у меня нет никакого желания!

– Я не лгу тебе, Лиза. Вы поймали не того. Я – обычный сорокалетний парень в самом расцвете сил. Знаешь, как у нас говорят: в сорок лет у мужчины жизнь только начинается, и я хочу прожить её на полную катушку! И я уже начал свою новую жизнь, но вдруг появилась ты… и твои друзья.

Они вдруг дружно засмеялись.

– Сорокалетний? – с усмешкой рявкнула Лиза. – Да тебе на вид лет двадцать. Да и всех старших сыновей Крейзера мы знали в лицо. Ты если решил обмануть нас – так делай это с умом. Не думай, что мы думаем жопой.

– Да. Я вот думаю, что как раз вы и думаете жопой. Ты просто не знаешь, что такое – думать головой.

– Это уже слишком! – взревел Иса.

Мужик замер на месте. Некогда бледное лицо побагровело, губы сжались, обнажая ряды белых зубов. Его глаза сделались злыми, как и рот.

– Дядя, – произнёс я тихо, – полегче, так и до инфаркта недалеко.

Он подошёл ко мне так близко, что я учуял густую вонь его одежды, пропитанную потом. Его палец затрясся у моего лица.

– Не смей из нас делать дураков! Мы спасли тебя! Прояви к нам уважение!

– Спасибо! Я, вроде, уже говорил. Могу и в ножки поклониться. А хочешь, могу и ручку поцеловать.

Я ухватился за его ладонь, и широко улыбнулся, однако Исе удалось вырваться, резко рванув на себя рукой. Он положил ладонь на своё раненое плечо и произнёс:

– Если бы не моё плечо…

– То что?

Он зарычал как собака. Ладно, я человек воспитанный, издеваться над убогими и больными – не мой удел. Я промолчал, давая Исе выпустить пар и немного расслабиться. Мне пришлось отвести глаза в сторону и уставиться в окно, чем воспользовался Иса. Он толкнул меня в грудь, но вышло слабовато. Меня качнуло, не более. В его руках было столько слабости, что я даже не разозлился. Мне даже удалось сдержать улыбку, при виде которой Ису порвало бы еще раз.

– Прекратите! – взревела Лиза, отводя от меня Ису. – Вы что здесь устроили? Вы совсем ополоумели! Вы уверены, что за нами нет хвоста? Нет? Так какого хрена вы вытворяете? Живо, пошли вперёд!

– Грязный аристократишка совсем зазнался! – рявкнул Иса, вставая во главе отряда. – Еще раз пискнешь – я тебе зубы повышибаю, будешь насекомыми питаться до конца жизни!

– Чистый белок, – произнёс я спокойным тоном. – Не вижу в этом ничего плохого…

– Яков, прошу, – Лиза положила ладонь мне на плечо и крепко сжала пальцы, вгрызаясь ногтями в плоть, – успокойся!

– Да я спокоен, как удав. Я не виноват, что так сильно понравился Исе. Он всегда такой? Любит бросаться на симпатичных пар…

– Заткнись!

Покрасневшее лицо Лизы было куда убедительнее, чем слова. Она мотнула так сильно головой, что копна рыжих волос взмыла в воздух, как пламя от костра, которое мне удалось разглядеть и в её глазах.

– Ты мне не ответила, – напомнил я ей.

– Городов давно не существует.

– А что существует?

– Княжества.

– Княжества? Это как при Романовых?

– Кто? – удивилась Лиза, чем совсем меня не удивила.

Сейчас интернет завален короткими роликами, в которых тупые тёлки с Патриков не знают ответа на вопрос: два плюс два. Мне всегда казалось, что это прикол. Но чем больше я общался с чувихами с сайта знакомств, тем больше убеждался в обратном. И ладно, большинство не знают программу выше седьмого класса. Не знают про Сталина и Ленина, часто путая их с африканскими лидерами, проживающих в латинской Америке или на Кубе. У меня волосы вставали дыбом, когда очередная “красотка” открывала рот. Но про Романовых то знать обязан каждый! Эти кошёлки просят отвезти их в Питер, но когда спрашиваю у них: кто заложил первый камень – они отвечают: Елизавета пятая.