Руслан Аксюта
От греха

Февральское подмосковное солнце тускло светило через рваную пелену облаков, но иногда все-таки проглядывало сквозь прорехи туч, посылая на землю одинокие ослепительные лучи, будто бы готовя мир к приближающейся весне.

Катя подошла к церковной ограде и остановилась в замешательстве. Залезла в сумочку, вытащила платок, попутно уронив на тротуар пачку тоненьких ароматических сигарет. Быстро подняла и оглянулась, не заметил ли кто. Вокруг было пусто. Катя повязала платок на голову, вздохнула и смущенно посмотрела на купол небольшой сельской церкви. В этот самый момент в тучах появилась очередная прореха, тонкий лучик солнца скользнул вниз и будто разбился на тысячу осколков о золотой купол, слегка ослепив при этом Катю. Она еще раз вздохнула, неумело перекрестилась, и через небольшую калитку вошла в церковный дворик. Внутри было все также пусто. Ну, оно и не удивительно, на часах почти полдень, служба сегодня будет только вечером – это Катя выяснила на сайте перед тем, как пойти сюда.

У входа в церковь на Катю зашипела сидящая там бабулька, мол, чего в брюках прешься, одеваются как…

– Да ладно, теть Тамар, не бушуй, – мягко осадил ее охранник, седой мужчина лет пятидесяти, с правильным, будто с советского плаката лицом, которое портили случайно рассыпанные крупные черные оспины: то ли шрамы, то ли ожоги.

– На вот, – обратился он к Кате, – надень и заходь.

Катя послушно взяла протянутый ей кусок ткани, обернула вокруг бедер и вошла внутрь. Позади снова послышался возмущенный голос бабульки, мол, креститься надо, когда в Дом Божий заходишь, но его почти сразу заглушило примирительное бормотание охранника.

Внутри было светло и благостно. Солнышко снова выбралось из-за туч и сквозь окошки под потолком освещало образа, весело играя лучами в золотых окладах икон. Пахло ладаном и еще чем-то смутно знакомым. Около одной из колонн стоял священник, Катя помялась немного, но потом сделала глубокий вдох и подошла.

– Святой отец, – она замешкалась, – в смысле, батюшка, мне поговорить надо с вами…

– Исповеди по воскресеньям, после службы, – ответил священнослужитель, обернулся и встретился глазами с Катей. Что-то в ее взгляде было такое, что заставило его насторожиться, – или тебе не на исповедь?

– Не знаю… – сказала Катя, – мне совет нужен…

Батюшка посмотрел на гостью внимательнее.

– Я вроде тебя тут раньше не видел. Тебя как звать-то?

– Катя…

– Екатерина, значит, – священник протянул руку для благословления, – меня зови отец Андрей.

– Очень приятно, – сказала Катя и неловко пожала протянутую руку.

Отец Андрей сперва оторопел, а затем рассмеялся. Катя заметила, что он практически ее ровесник, может чуть старше, просто из-за бороды выглядит солиднее.

– Ты первый раз во храме, что ль? Некрещенная?

– Крещенная, – возразила Катя, – просто давно в церкви не была.

– Лет тридцать? – насмешливо спросил отец Андрей, – ты чего хотела-то?

Катя тяжело вздохнула, потерянно оглянулась и сказала:

– Муж у меня… Вернее не муж, жених, мы не поженились еще… – потом опять вздохнула и стала развязывать платок, – душно тут у вас…

– Так! – решительно прервал ее священник, – давай-ка тут не это… Исповедь по воскресеньям, сказано же! Муж у нее! – но увидел мгновенно наполнившиеся слезами глаза Кати и снова сменил тон.

– Ну ладно-ладно, чего ты… Пойдем уж, только давай не тут, не перед образами… Иди за мной.

Катя послушно последовала за священником. Они зашли в небольшую комнатушку с обшарпанным письменным столом, микроволновкой, стареньким кулером и огромной иконой Михаила Архангела на стене. Обстановка напоминала нечто среднее между бедненьким офисом и каморкой охранника на какой-нибудь автобазе. Священник сел за стол и жестом указал Кате на небольшой стул напротив.

– Рассказывай, только давай не очень долго, мне еще к вечерней службе подготовиться надо.

Катя села, несколько секунд собиралась с духом, а затем начала:

– У меня, отец Андрей, вот какое дело… Жених мой, Антон, человек хороший, я его люблю, да… Мы уже почти год вместе, жениться собираемся… Но пугает он меня в последнее время, отец Андрей. Так-то он спокойный, рассудительный, но иногда как находит на него… Что-то ему скажешь или даже просто посмотришь не так – он, как бешеный становится. Глаза белые, чуть не пена изо рта.

– Бьет? – спросил отец Андрей.

– Да Господь с вами! – Катя уже освоилась в благостной обстановке и стала изъясняться соответственно, – ни разу на меня руки не поднял, даже в шутку… Орет, матерится, ну, не на меня матерится, а вообще,– Катя на секунду замешкалась, подбирая слова, – ну, типа там мир плохой, все тупые, ну, вы понимаете, наверное… Правда недели две назад переклинило его, он пепельницу схватил, да в стену с размаху швырнул. Пепельница вдребезги, я испугалась, стала плакать. А он, как черт, ой, извините, в общем, стоял напротив, смотрел на меня и скалился. Страшно…

– Таааак… – протянул отец Андрей, – когда свадьбу-то планируете?

– Да не знаем пока точно, – пожала плечами Катя, – через полгодика, может раньше. Но мне теперь как-то боязно.

– Вот не пойму я тебя, Катюша, – отец Андрей встал, налил стакан воды из кулера, протянул Кате, но та отрицательно помотала головой. – Вроде говоришь, что крещеная, а во храме поди с самого крещения не была.

Катя потупилась.

– Живете во грехе, – продолжил священник, – про венчание тоже поди и не думали. Чего ж ты ко мне то пришла-то, не пойму… Так, ну ладно-ладно, чего ты опять…?

Катя громко и прерывисто вздохнула, пытаясь сдержать слезы. Отец Андрей ещё раз предложил ей воды, но она опять отказалась. Выдохнула, достала из сумочки салфетки и зеркальце, осторожно вытерла подступавшие слезы, чтобы не испортить макияж, и пристально посмотрела священнику в глаза.

– Отец Андрей, вы знаете Галину Серебрянскую?

– Галину…? – задумался отец Андрей, – это москвичка что ли?

– Ну, да, – пожала плечами Катя, – она в Москве живет. У нее тут мать похоронена, на соседнем кладбище.

– Все, вспомнил! – кивнул отец Андрей. – Хорошая женщина, правда, бывает тут редко.

– Это сестра Антона. Она и сказала мне к вам обратиться за помощью.

– Так чем я тебе помогу-то? – удивился батюшка, – вам бы к семейному психологу, а не ко мне!

– Вот именно! – воскликнула Катя, – Галя говорила, что вы человек разумный, современный, а не обычный поп. Ой, простите…

Отец Андрей только усмехнулся.

– Я Антону тоже говорю, мол, пойдем к психологу, есть же курс, управление гневом вроде, я в кино видела, – продолжила Катя. – И подруга у меня ходила к одному психологу, правда по другому вопросу уже. Он ей так помог… А мне Антон говорит, не пойду никуда, чего ты из меня психа-то делаешь? Я ему говорю, так это же тоже доктор, он тебе лекарство какое пропишет, а он говорит, мол, не надо мне никакого лекарства… Нет, я понимаю, у него на работе, если узнают, могут проблемы быть, но я продумала, мы найдем психолога в другой части Москвы, конфиденциально все будет, никто не узнает… Ведь надо же что-то делать..?

Отец Андрей молчал и терпеливо слушал.

– А недавно Галя в гости заезжала, ну сестра его, вы помните, – торопливо продолжала Катя, – так она возьми и скажи, мол, это поди тебя бесы одолевают опять, а Антон прям как воспрял. Говорит точно, это все бесы! Иногда, говорит, прям будто со стороны на себя смотрю. Вроде и повод не серьезный, а ору, остановиться не могу… Он на самом деле хороший, справедливый, но если разозлить, как подменят…

– То есть бесы виноваты, да? – лукаво прищурился отец Андрей.

Катя вздохнула и второй раз за все время посмотрела священнику прямо в глаза.

– Я не верю, что это бесы, – сказала она твердо, – я думаю, что это он так ответственность с себя снимает. Мол, это все не я, меня подменили… – потом всхлипнула и спросила, – но я же не знаю, как на самом деле… Бывает такое, что бесы, а…?

Отец Андрей в третий раз протянул ей стакан воды, Катя наконец взяла его и разрыдалась. Тушь черными полосками потекла по щекам.

– Бывает что и бесы, – не стал ее утешать отец Андрей, – лукавый коварен, а вы как раз его паства, – затем увидев, как в ужасе замерла Катя со стаканом в вытянутой руке, добавил, – но скорее всего это не ваш случай. Я уже почти пять лет служу, – чуток преувеличил он для солидности, – ни разу не видел ни одного одержимого, это редкость большая. То, что у жениха твоего – сие есть гордыня простая. Мол, это не я смиряться не хочу, это бесы меня мучают. Эх, Катя, когда и правда бесы одолевают, так у человека никакой жизни нет, сплошной ад на земле, прости Господи!

– Правда? – оживилась Катя.

– Правда! – важно кивнул отец Андрей, – хотя точно не скажу, я ж его не видел, все с твоих слов же…

– А давайте мы к вам придем? – с надеждой в голосе спросила Катя, – он мне сказал к мозгоправу не пойду, а в церковь надо бы, а то с детства не был.

– Приходите, – усмехнулся отец Андрей, – Господь всегда рад чадам своим. Только вот что, жених-то у тебя крещеный?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.