Иван Рудаков
Технозойская эра

Благодарности

Человек – социальное животное, я бы мог сказать, что сделал всё сам – но это неправда. Без поддержки друзей и близких – эта книга никогда бы не вышла.

Хочу выразить благодарности:

1. Греченко Александру Владимировичу – молекулярному генетику, скульптору – непризнанному гению современности. За позитив, смелость и моральную поддержку.

2. Клепацкому Василию Николаевичу – поэту, музыканту – лидеру группы «Electric November», признанному в узких кругах гению. Василий является автором методики «Искусство шланга» – ему посвящаю эту главу. Так же спасибо, Василий за поддержку, советы, дружбу и редакцию стиха Максика, который есть в этой книге.

3. Рудакову Владимиру Сергеевичу – врачу, программисту, моему брату. За свежие и оригинальные идеи и технические предложения.

Посвящается моему сыну – Давиду.

Когда-нибудь ты оценишь эту книгу.

Предисловие

#include <iostream>

#include <future>

#include "kindergarten.vrm"

#include "basicSchool.mod"

#include "igorKnowledge.lib"

#include "synthetic_dna.h"

#include "bio_ethics.h"

#include "hidden_memories.lib"

#include "trueLove.lib" // <– Подключаем модуль любви

int main() {

std::cout << "Запуск программы 'Сайберона'…\n";

std::cout << "Инициализация памяти…\n";

std::cout << "Загрузка модуля 'Любовь'…\n";

«До тех пор, пока человек находится

в состоянии борьбы с ветряными

мельницами – он из себя что-то

представляет».

В.Н.Клепацкий

Глава 1. Выпускник

Молодой человек, одевая лучший костюм, впивался взглядом в зеркало: «Ну, красавчик? – мысленно усмехнулся он, ловя в отражении тень сомнения. И тут же прогнал её:

«Ты – гений синтеза. Лучший выпускник курса! Горжусь тобой. Порви их!»

Взял портфель и с боевым настроем пошёл на работу.

В мире, где технологии разрушили границы между природным и искусственным – трудился молодой генетик Владимир Драгунов.

Он несколько лет назад закончил Университет и сейчас, работая в НИИ комплексных биотехнологий «Прометей-XXIII», занимался, вместе с напарником, созданием синтетических организмов и разработкой методов их интеграции с нейроинтерфейсами. Основные направления института: робототехника, биокибернетика и клонирование. Стоит ли говорить, о том, что эти разработки секретны?

Владимир был одним из немногих, кому открылся доступ к этим передовым исследованиям.

Заведя мотор машины, Владимир с удовольствием спешил в своё место силы – туда, где он превращал мечты в реальность. Тяжёлые тёмные монолитные блоки и затуманенные бронированные окна – придавали зданию зловещий образ, но это только видимость. Внутри – полная свобода мыслей и творчества; светлые стены, сияющие экраны приборов и такие же светлые сияющие лица сотрудников. Это было здание НИИ «Прометей – XXIII» – настоящая цитадель знаний человечества.

Глава 2. Личность

– Здарова, Володь! – Игорь крепко сжал ладонь своему напарнику, прервав тишину лаборатории гулким эхом.

– Привет.

– Ну, как вчерашняя твоя… Катя, кажется? Блондинка с нейросетью вместо мозгов?

Владимир лишь мотнул головой, утыкаясь взглядом в монитор с бегущими генокодами.

– Знаешь… Мы с ней как будто из разных Вселенных… У нас нет общих тем.

– Эх, не расстраивайся! – Игорь уселся на угол стола, загородив свет. – Просто не та планета попалась. Надо исследовать другие галактики! Знакомься, фильтруй, тестируй… Флиртуй, как спам! Обязательно найдется та, у кого биосовместимость с твоим занудством будет стопроцентная!

Уголок губ Владимира поднялся:

– Спасибо, брат. Это внушает надежду…

Володя не поверил словам Игоря, но был благодарен за поддержку.

Обладая лицом, которое не стыдно разместить на обложку научного журнала, атлетичной фигурой под белым халатом, и острым умом, способным разгадать тайну ДНК, Владимир был идеальным кандидатом для романтичных отношений, однако его личная жизнь напоминала лабораторию после неудачного эксперимента – сплошные пробирки разбитых надежд. Очередное свидание, очередной тупик.

Первые свидания часто превращались в допрос:

«Твоя зарплата – это до или после налогов», «Слышала, вы в “Прометее-XXIII” выращиваете органы? Моей подруге нужна новая печень…»

Никто не спрашивал о его мечтах или почему у родителей-блондинов может появиться рыжий ребёнок. Или почему Y-хромосома не меняется со времён динозавров? Его сканировали взглядом как биоробота на конвейере, оценивая по спецификациям: доход, авто, статус. Настоящий Владимир – с его тихой страстью к старым книгам о космосе и страхом не оправдать надежд отца-академика – оставался за бортом.

Никто не интересовался тем, кем он был на самом деле.

У Владимира были принципы, которые он давно прописал на невидимом листке и повторял перед каждым свиданием:

1) Он не любит, когда его оценивают за вещи, которыми он обладает, вместо того чтобы оценивать его личность;

2) Для него главное – искренность;

3) Он не сближается с теми, для кого он функция, а не человек.

– Слушай, Володь! – оторвавшись от паяльника, перебил его размышления Игорь.

– А?

– Мы с друзьями в пятницу на дачу валим. Там будет Лера – биотехнолог, реально умная, и пара её подруг, – Игорь сделал акцент, – Симпатичные! Присоединяйся.

– Посмотрим… – равнодушно ответил Владимир.

– Да, ладно тебе! Просто оттянемся! Без давления. Пиво, шашлык, разговоры о сингулярности… Даже если ты не найдёшь там никого – отдохнёшь и потусуешься с приятными людьми.

Владимир задумался на несколько секунд: новый дрон Игоря дёрнулся, чуть не цапнув клешнёй его за нос, но этот мир, в лаборатории, был безопасен и кристально ясен, чего не скажешь о живом – неидеальном мире, полном непредсказуемости, куда пытался затащить его Игорь. Но Владимир не хотел стать затворником, поэтому он, кивнув головой, ответил:

– Сойдëт… Иду.

Владимир часто делился с ним своими переживаниями, и у весельчака Игоря всегда был дельный совет.

Игорь был не просто коллегой. Он был якорем, удерживающим Владимира от погружения в пучину отчуждения; проводником, тащившим его из химических формул в шумную реальность; старшим братом, который мог и подколоть, и поддержать.

Пока Владимир копался в цепочках ДНК, Игорь за соседним столом творил хаос: паяльник шипел, припаивая нейроинтерфейс к миниатюрному дрону. Совершенствование искусственного интеллекта – было основной специализацией Игоря.

Глава 3. Локомотив науки

В загородном доме собралась молодёжная тусовка. Музыка, караоке, алкоголь, бильярд, кальян, сауна – всë что нужно для хорошего отдыха.

Владимиру быстро наскучила вечеринка. Возможно, виной были фальшивые визги девушки с розовыми волосами в микрофон караоке, перемешанные с техно-мусором, или нескончаемый спор о курсе биткоина двух парней за бильярдным столом.

Проходя сквозь густой сладковатый туман от кальяна и дешёвого парфюма, Владимир чуть не задел парочку, целующуюся в дверном проёме. Почувствовав себя чужим на этом корабле всеобщего веселья, он решил подняться на второй этаж, поближе к небу и тишине бесконечности.

На балконе курил Игорь, отгороженный от хаоса тонкой стеклянной дверью. Он напоминал портрет задумчивого учёного, работы русского художника-передвижника начала XX века. Игорь стоял, опираясь локтем о перила, и смотрел на горизонт, попивая вино из бокала, который держал небрежно, как пробирку. Длинные каштановые волосы были собраны в неаккуратный хвост, седина в бороде серебрилась в лунном свете. Очки съехали на кончик носа, а взгляд, устремленный в звёздное небо, казался одновременно рассеянным и невероятно острым. Казалось, он вычислял траектории галактик, а не отдыхал.

– Ну, что, дружище? – Игорь не повернулся, но его голос, хрипловатый от кальяна и вина, прозвучал четко. – Сбежал из ада? Или просто решил проверить, не превратился ли я в Будду?

– Честно говоря, ты выглядишь на тысячу лет. Я был уверен, что ты Будда.

– Ха-ха… Как тебе компания?

– Отличные ребята, а у Леры приятный голос, – послышался надрывный женский визг, – Только захотелось немного побыть в тишине.

– Почему ты всё время уходишь от людей? Женщин? Мы знакомы несколько лет. Неужели за это время у тебя с девушками дальше первого свидания дело не доходило?

– Ну, если не считать пары мимолетных связей – то да.

– Что ты им такое говоришь, что они бегут от тебя как от чумы? – продолжал пытливый Игорь.

– Я всегда говорю им три вещи:

1) У меня нет машины;

2) Я снимаю квартиру;

3) Работаю сантехником.

– Ха-ха-ха…– да ты стоик, с таким подходом тебе нужно подождать ещë пару лет, и ты созреешь для экспоната музея философов античности.

– Стоики – неглупые люди, уверен, что их стоит почитать…как минимум, Марка Аврелия и Эпиктета… Понимаешь, мне нужны настоящие чувства, чтобы девушка любила меня, а не мою зарплату из «Прометея-XXIII», – Владимир встал рядом с Игорем, и с силой схватился за перила балкона, пока костяшки пальцев не побелели, – Хочу чтобы мне не приходилось врать, изворачиваться, что-то строить из себя, и показывать достижения. Хочу спокойно заниматься любимым делом и иметь любящую женщину рядом.

Игорь понимающе покачал головой, но проницательно продолжил:

– Ты всегда выбираешь одних красоток, может стоит спуститься на землю и выбрать, не самую красивую, но симпатичную, которой ты искренне нравишься.

– Знаешь, я реалист, не летаю в облаках. И никогда не был высокомерным, – обидевшись, оправдывался Владимир.

– Я серьёзно – спустись на первый этаж, Лариса на тебя целый час пялилась, если не будешь нудеть разговорами о квантовой физике и молекулярной генетике, то она отдастся тебе уже этой ночью.

– Она не в моëм вкусе. Да, внешность тоже имеет для меня значение, – честно признался Владимир.

– Володя, я понял… – Игорь выдохнул сигаретный дым, – Тебе не нравятся современные женщины…

– Возможно…

– Если тебе не нравятся современные женщины, – произнёс Игорь с хитрой улыбкой, – Создай свою собственную!

– Что ты имеешь ввиду? – насторожился Владимир, – Искусственную девушку?

– Именно! – затянувшись сигаретой, ответил Игорь.

– Да, брось! – ухмыльнулся Владимир.

Игорь повернулся к Владимиру. Его глаза, обычно озорные, стали холодными и острыми, как скальпель:

– Володя! Ты же не просто генетик! Ты гений! У нас есть все технологии для этого! Криохранилище тканей, нейрогенераторы, инкубаторы последнего поколения! Брюнетку, блондинку… рыжую, с большой грудью, маленькой, толстую, спортивную, худую. Какую хочешь!

У Володи загорелись глаза:

– Синтетический геном человека?!

– Да!

– Киборги были, роботы были, клоны… Но искусственного человека ещë никто не делал!

– Мы сделаем. Для чего нужны учëные? Создавать что-то новое! Или ты предлагаешь остановить локомотив цивилизации? Эй, шеф, останови…спасибо…– мы выходим! Так?

Владимир в шоке стоял, глядя на Игоря. Игорь продолжал:

– Мы сделаем синтетический геном. С нуля. Как боги из глины. Только наша глина – углерод, азот, фосфор и наносборщики ДНК. Представь: идеальная совместимость. Ее ДНК будет сплетена под тебя. Ее разум – запрограммирован любить тебя. Ее тело… – Игорь многозначительно прищурился, – ну, тут ты сам знаешь, какие 'опции' выбрать.

Владимир что-то бурчал себе под нос, казалось, выводя в уме комбинации генов.

Игорь схватил его двумя руками за плечи и слегка потряс:

– Большая грудь, говоришь? Легко. Фигура фитнес-модели? Без проблем. Рыжие волосы и веснушки? Закажи палитру!

Молчание повисло густым туманом. Шум вечеринки исчез. Владимир смотрел на Игоря, как будто впервые его видел. В глазах мелькали искры – то ли ужаса, то ли восторга.

– Синтетический… человек? – прошептал он. – Из неорганики? Но… это же…

– …Грааль современной науки? – закончил Игорь. – Да. И мы его возьмем. Не для публикаций. Для тебя. Чтобы ты наконец перестал ныть и был счастлив.

Глаза Владимира загорелись решительным огнём. Он отхлебнул вина из Игорева бокала:

– Запишем как… «Проект: Адаптация нейроинтерфейсов для биокибернетических систем». Достаточно скучно, чтобы не привлекать лишних глаз… Загружу нужный прототип… Запустим ускоренный эмбриогенез…

Игорь продолжал, подхватив задачи:

– Я запрограммирую её разум на любовь к тебе. Загружу в неё знания всей цивилизации человека из моей библиотеки…

– Это реально! Завтра же возьмусь… – продолжал говорить Владимир скорее для себя.

– Нам выделят помещение с инкубатором. Без лишних глаз, спокойно сделаем своë дело, – планировал Игорь.

Владимир прервал его, резко протянув руку:

– По рукам.

Глава 4. Прототип

На следующий день Владимир рано утром приехал в лабораторию. Он был один – большой плюс работы в субботу, особенно когда делаешь секретные вещи. За окном плыл прохладный сентябрьский рассвет, окутанный серебристой пеленой дождя. Ветер гнал по асфальту мокрые листья, словно стараясь замести следы присутствия Владимира. Он открыл окно, впустив влажную свежесть и шелест дождя, сел за компьютер и стал создавать прототип. Владимир моделировал внешность будущей девушки – лепил цифровую скульптуру мечты. Где-то внутри, программа подбирала нужные комбинации генов для этой внешности. Ничего сложного – новая программа – совместная разработка с Игорем – «Фенотип-креатор». За эту программу они сейчас получали авторское вознаграждение по патенту от различных медицинских организаций. Она обычно использовалась для коррекции внешности и генотипа у будущих детей, лечения наследственных болезней. Ну, а сейчас с её помощью Владимир пытался узнать, какая комбинация генов ему нужна, чтобы позже их синтезировать.

Он решил создать девушку из своих фантазий: высокая (180 см), атлетичная подтянутая красотка скандинавского типа с примесью генов восточных и северных народов для необычного разреза глаз и выраженных широких скул, блондинка, с голубыми глазами, с красивой большой пышной грудью, округлыми подтянутыми ягодицами и сильными бёдрами. Фигура фитнес-богини. Владимир ещё подрисовал что-то на свой вкус, больше ориентируясь на эстетику, чем на строгий набор генов.

"С внешностью решил – теперь гены интеллекта".

У Владимира были отсканированы собственные гены. Недолго думая, он добавил свою комбинацию генов интеллекта в прототип.

"Так, здоровье…"

– Предоставь здоровье мне, – Игорь сзади положил руку на плечо Владимира, – ты опять пришёл в такую рань. Дай-ка посмотрю, что ты сделал… Свой интеллект?

– Я хочу, чтоб у нас были общие темы для разговора.

– Хм… Сомнительно… Предлагаю компромисс: отсканируем архитектуру моего ИИ; программа подберёт примерно соответствующие гены, но и некоторые твои гены мы оставим. Чуть разбавим, чтобы вы не утонули во взаимной скуке.

– Действуй, – быстро согласился Владимир, уступая место.

Игорь устроился за клавиатурой. Его пальцы летали, глаза выхватывали строки кода, он бормотал, чесал подбородок, снова погружался в цифровые дебри. Минуты спустя торжествующе щелкнул Enter:

– Готово! Можешь даже не проверять – шедевр.

– Нет, я всë таки взгляну. – Владимир наклонился поближе к экрану, – Так… Повышенная прочность костей…

– Да, ты же не хочешь, чтобы она пила горстями кальций на старости лет.

– А, это? Твоя программа предложила генетические модификации? Что за биоинженерные включения в геном: мускулы, кожа… Что там? – спросил Владимир, нахмурившись.

– Десятикратное усиление мышечных волокон и мгновенное уплотнение кожи при ударах и резком контакте с острыми или твëрдыми предметами.

– Как это работает? – переспросил Владимир, вглядываясь в геном.

– Для кожи – добавил генный каскад, имитирующий рефлекс морского ежа, – пояснил Игорь, тыкая пальцем в строки кода, и показывая на расшифрованную программой комбинацию генов – При резком тактильном воздействии – пуля, нож – специальные сенсорные белки в дерме мгновенно запускают реакции, которые секретируют и минерализуют кератиноподобный белок, формируя сверхпрочный защитный слой, точечно в месте удара. Твёрже стали! Рефлекс! А еще заложил кое-что на будущее – детекторный модуль на основе фоторецепторов медуз. Должен распознавать опасный всплеск излучения (бластеры, лазер) и запускать синтез отражающей, теплорассеивающей биоплёнки на поверхности кожи. Надеюсь, не пригодится. А мышцы…

– Мы кого создаём? Мне девушку или универсального солдата?! – возмутился Владимир.

– И девушку, и солдата, на всякий случай, – парировал Игорь, – В наше неспокойное время – такие улучшения не помешают. Кроме того, сэкономишь деньги на покупке кибернетических протезов в будущем. Они ей не понадобятся.

– Игорь? Твои модификации не сделают её уродиной?! – Владимир отодвинул Игоря с места, и стал вглядываться в изображение девушки на «Фенотип-креаторе», вращая его в разные стороны.

– Можешь вращать сколько хочешь, эти генные мутации никак не повлияют на здоровье, внешность или интеллект. Она такая же красотка как ты хотел. Девушка из твоих фантазий, – победоносно заключил довольный Игорь, – Ты мне ещё за это спасибо скажешь, – улыбнулся он.

– Ну… Ладно… – посмотрев ещё несколько раз на генотип и изображение, согласился сомневающийся Владимир.

– Володь, главное не забудь вырезать ей ген меркантильности! – отметил наблюдательный Игорь.

– Я бы с удовольствием, но этого гена нет. К сожалению, это приобретённое качество.

– Понял. Матрица готова – принимай работу…Теперь надо подумать, как мы еë соберём…

– …Давай разделим ДНК на две части: для сперматозоида и яйцеклетки. Потом в лаборатории соединим их, – предложил Владимир.

– Ты предлагаешь разделить еë ДНК на обе части и добавить в донорские половые клетки? Может проще сразу синтезировать эмбрион?

– Целиком? Как ты собираешься синтезировать эмбрион? Это не просто структурная клетка?

– Дай-ка подумать… – Игорь снова уткнулся в экран, строчки кода замелькали быстрее. – Нужно адаптировать алгоритм сборки ДНК под эмбриональную структуру… Займет время. Не мешай, займись чем-нибудь.

Игорь был квалифицированным программистом C/C++ – писать программы его страсть.

Владимир, чтобы не отвлекать Игоря, вышел в соседний кабинет. Звук дождя за окном успокаивал. Он стал раздумывать над дальнейшими этапами эксперимента. "Так, нужно запустить биосинтез на эл… как его… биосинтезаторе, подобрать нужный инкубатор, обеспечить секретность… "

Мысли текли в такт каплям за окном. Владимир решил отдохнуть от раздумий и включил телевизор в соседнем кабинете, там шёл какой-то фильм: Мальчик случайно раздавил жука на дороге и стал весело смеяться. Отец строго взял ребёнка за руку, отвëл в сторону и стал его отчитывать: "Тебе смешно! Ты только что убил жизнь. Даже такое маленькое, никчёмное создание, как жук, представляет великую ценность. Нет ничего дороже жизни! До тех пор, пока человек не научится создавать жизнь – он не имеет права забирать еë". -"Но, папа – человек уже умеет создавать жизнь, вы же с мамой как-то сделали меня". -"Глупый, это не в счëт. А ты попробуй с нуля создать жизнь из неживых элементов – из углерода и смеси газов! Это не может сделать никто! Только Гос.. "

– Получилось! – раздался возглас из соседней комнаты.

Владимир бросился к Игорю.

Игорь сиял:

– Тебе понравится результат! Пошли запускать этот радио электро… как его там – нашу алхимическую машину.

Глава 5. Синтез ДНК

Игорь и Владимир направились в святая святых – помещение с громоздким "Радио-Электромагнитным Биосинтезатором Роджер-III". Эта легендарная, но капризная машина десятилетней давности была способна на чудо: собирать сложные органические молекулы буквально из атомов неорганики, имитируя тигель молодой Земли – но в миллиард раз быстрее.

Первое, что сделал Владимир – проверил отсек с необходимыми ресурсами: порошкообразный углерод высокой чистоты, баллоны с жидким азотом, кислородом, водородом и фосфоросодержащие реактивы.

– Ресурсов достаточно! – отрапортовал он, сверяясь с таблицей. – Даже метан и аммиак для "первичного бульона" запасены.

Игорь тем временем загрузил цифровой прототип ДНК будущей девушки в бортовой компьютер устройства. Старый ИИ машины пискнул что-то невнятное.

– Ладно, дружище, сегодня поработаем по старинке, по ручному управлению, – пробормотал Игорь, отключая глючный голосовой интерфейс. – Володь, погляди на схему реактора. Готов запускать?

– Готов!

– Но… эмульгатор ферментов проверил? Ферментные кассеты для полимеразы и лигаз? – уточнил Игорь.

– Уже заменил. Будет как по маслу… Ну, почти. По конвейеру! – Владимир потер руки.

– Этап 1: Извлечь углерод! – скомандовал Игорь.

Владимир нажал на кнопку. Он знал все процессы досконально, но Игорь явно наслаждался ролью капитана этого алхимического корабля. Автоматический манипулятор высыпал точную дозу чёрного порошка в реакционную камеру.

– Этап 2: Запускаем электромагнитное поле. Стабилизация энергетического вихря! И… Ионизирующий импульс – уровень "Протоземля", 500 Зивертов в час!

Машина загудела глубже. За толстым кристаллическим нано-стеклом реакционной камеры заискрились и заплясали яростные, как в архейской грозе, миниатюрные молнии, подсвечивая углеродную пыль. Дозиметр зашкаливал, но кристаллическое нано-стекло, сплавленное при нулевой гравитации, было абсолютным барьером даже для такой адской дозы радиации.

– Этап 3: Подача водорода… Теперь кислород… Дозируем азот… Добавляю микродозы метана и аммиака – катализаторы древности! – Игорь отслеживал показания. – Володя, держи кнопку стабилизации давления. Вот так… Концентрации: O2 – 5%, H2 – 20%, N2 – 75%. Термокамера – скачок до 85°C, имитация гидротермального источника! Давление – 2 атм. Идеально! Твой выход, профессор Драгунов!

Владимир улыбнулся:

– Этап 4: Включаем инициатор! Ультрафиолетовая лампа – контакт!

– Очки, надень очки! – в суматохе вспомнил Игорь, быстро надел защитные очки и бегом отдал другую пару Владимиру. – И попкорна бы! Сейчас показывают кино: «Зарождение жизни на Земле»!

Владимир нажал кнопку. За стеклом вспыхнул ослепительный фиолетовый свет, озарив клубящиеся внутри газы и частицы углерода. Молнии стали ярче, чаще, напоминая зарождение жизни в древних океанах.

Игорь с восторгом прильнул к стеклу:

– Протозой как на ладони!

Владимир, не отрывая глаз от бушующей за стеклом стихии, поправил:

– Скорее Архей как на ладони!

Игорь саркастически фыркнул:

– Какая разница! Не хотел бы я оказаться в этом радиактивном кипятке за стеклом!

– Этап 5: Старт полимеризации! – скомандовал Владимир, активируя программу. – Запускаем ферментные кассеты! ДНК-полимераза – в бой! Лигазы – на стыковку! Фосфатные группы – формируйте "позвоночник"! Ферменты работали в миллион раз быстрее природных аналогов, сжимая эволюцию в часы.

Теперь уже не разобрать, кто что нажимал. Учёные, как зачарованные, следили за экранами. Главный монитор показывал виртуальную модель: под управлением программы и армии ферментов нуклеотиды выстраивались в чёткие цепочки – аденин к тимину, гуанин к цитозину – строго по загруженному прототипу. Фосфатные группы сплавляли их в прочный хребет двойной спирали. Вот собрался участок, ответственный за интеллект… Вот встроился сложный каскад генов для минерализации кожи… Вот гены сверхплотных мышечных волокон… Модель обрастала, как живая.

– Гляди! – прошептал Владимир. – Это же… целые хромосомные структуры начинают формироваться!

Игорь кивнул, не отрывая глаз:

– Ну как тебе наша "алхимия", а? Земля трудилась 4 миллиарда лет в грозах и радиации, а мы тут сжали время до часов… – В его голосе звучал не только восторг, но и тень трепета.

За стеклом реакционная смесь превратилась в мутноватую, но явно структурированную жидкость. Биосинтезатор издал мелодичный сигнал. Молнии погасли, УФ-лампа отключилась, термокамера вернулась к 38°C. На экране замигала зеленая надпись:

«СИНТЕЗ ПОЛНОГО ГЕНОМА ЗАВЕРШЕН. ОШИБОК НЕ ОБНАРУЖЕНО»

– Ура! – выдохнул Владимир, снимая ненужные теперь защитные очки.

– Фаза "ДНК" закрыта, – Игорь откинулся на спинку кресла, устало улыбаясь. – Теперь, друг мой, самое сложное – заставить эту ниточку кода стать жизнью. Готовь инкубатор. И выбрось пустую пачку от попкорна – неловко будет, если кто увидит.

Глава 6. Синтез эмбриона

Владимир отправился в криохранилище. Он достал из криокамеры небольшой криостат. Внутри покоилась, погруженная в жидкий азот, единственная крупная клетка – энуклеированная донорская яйцеклетка человека. Ее собственное ядро было аккуратно удалено для экспериментальных нужд, осталась только цитоплазма, наполненная митохондриями, рибосомами и другими жизненно важными органеллами, и блестящая оболочка.

– Шаблон готов, – сказал Владимир, возвратившись в лабораторию, осторожно помещая криостат в размораживатель. – Осталось самое сложное – создать не просто клетку, а организм. И не мышь…

Игорь тем временем извлек из биосинтезатора результат их многочасового титанического труда – микроскопический контейнер с единственной молекулой. Невероятно длинной, свернутой в компактную структуру, сиявшую под светом лампы едва уловимым перламутром. Это была синтетическая ДНК идеальной женщины Владимира.

– Наш шедевр, – прошептал Игорь, словно боясь спугнуть. Осторожно вернув контейнер в предназначенный для него слот аппарата, Игорь выдохнул: теперь нужно оживить его. Володя, запускай сканирование "шаблона". Нужно получить эталонную модель цитоплазматической структуры, мембран, органелл. До мельчайших деталей.

Владимир активировал прецизионный цито-скан. Лучи невидимого спектра пронизали размороженную яйцеклетку. На экранах замелькали данные: трёхмерные карты распределения белков, липидов, сахаров; точная геометрия митохондриальных сетей; структура кортикального слоя цитоплазмы. Информация потоком устремилась в компьютер биосинтезатора – инструкция по сборке фундамента жизни.

Пока шло сканирование, Владимир проверил отсеки биосинтезатора: аминокислоты, нуклеотиды (для РНК), липиды, ионы, АТФ, кофакторы – целый биохимический конструктор. Всё было на месте, стерильно и точно дозировано.

– Сканирование завершено! Эту клетку мы используем как шаблон, для сверки, а синтезируем полностью новую – объявил Игорь, изучая итоговую модель. – Сейчас проверю структуру митохондрий и их производительность для наших нужд. Ошибок быть не должно – загружу данные в Цитоконструктор.

Цитоконструктор – это программа Игоря, оснащённая искусственным интеллектом, которая проверяла клеточные структуры на биосовместимость и работоспособность и проектировала клеточный макет.

Через несколько минут Игорь озвучил результат анализа:

– Цитоконструктор предлагает заменить митохондрии отсканированной клетки для наших нужд на новые: они должны синтезировать больше АТФ. Донорские не справятся с нагрузкой. Усиленная мтДНК… Выход АТФ +70%, стабильность крист повышена. Как тебе такая структура? – обратился Игорь к Владимиру, приглашая его подойти.

– Так… Это похоже на митохондриальную ДНК гепарда, адаптированную под человеческую биохимию. Совместимость с ядерной ДНК?

– Симуляция метаболических путей показала 99.9% – лучшая работа мышц, больше производства энергии, – прочёл вывод программы Игорь.

– Хорошо, все остальные органеллы проверены? Клетка устойчива?

– Да, работа ионных каналов, стабилизация мембран, структура цитоплазмы – устойчива.

– Запускай! – выдохнув сказал Владимир.

– Загружаю параметры в сектор синтеза клетки, – по-деловому сказал Игорь, – Владимир, инициируй подачу базового раствора!

В соседней, стерильной камере биосинтезатора начал формироваться раствор, повторяющий по составу и вязкости цитоплазму. Температура – стабильные 37°C. Давление – физиологическое. pH – 7.4. Владимир добавил коктейль витаминов и микроэлементов.

– Запускаю программу самосборки мембран! – Игорь запустил сложный алгоритм. – Подача фосфолипидов, холестерола… Включаем электростатические поля для ориентации!

За толстым стеклом камеры происходило чудо. Под действием управляемых полей и ферментов молекулы липидов выстраивались, формируя идеальную липидную бислойную мембрану – основу будущей клеточной стенки. Процесс занял минуты, а не часы, как в природе.

– Мембрана стабилизирована! – Владимир отслеживал показания. – Переходим к цитоскелету и органеллам. Подача актина, тубулина… Запуск сборки рибосомальных субъединиц! Конвейер синтеза усиленных митохондрий по новому шаблону – активирован!

Как по волшебству (а на деле – под управлением сверхточных полей, ферментов и наноассемблеров машины) внутри формирующегося "клеточного пузыря" стали появляться структуры: нити цитоскелета, комплексы Гольджи, зачатки эндоплазматического ретикулума и новые, более плотные митохондрии с модифицированной мтДНК. Владимир управлял подачей "строительных блоков".

– Главный акт! – Игорь взял управление на себя. Его пальцы замерли над клавиатурой. – Интеграция генома. Активирую нанотранспорт!

Из специального порта в камеру выплыл рой микроскопических устройств. Они осторожно, как хрустальную вазу, несли молекулярный носитель с синтетической ДНК девушки. Преодолев мембрану (нанороботы временно создали в ней управляемый "шлюз"), они доставили драгоценный груз в центр клетки, где уже машина синтезировала искусственное ядро (оболочку и нуклеоплазму). Роботы разместили ДНК внутри, провели финальные "сварочные" работы на ядерной оболочке с помощью молекулярных манипуляторов, ферментов-лигаз и ретировались.

Наступила тишина. Ученые затаили дыхание.

И случилось чудо. Синтетическая ДНК, оказавшись в правильном микроокружении, среди работающих рибосом и запасов энергии, ожила. Запустились процессы транскрипции – синтез матричных РНК. Рибосомы, как усердные фабрики, начали считывать эти инструкции и строить первые белки по коду искусственного генома. Клетка начала дышать, метаболизировать, жить. Митохондрии, получив первые порции субстратов, начали синтезировать АТФ. Это была уже не просто структура – это был живой, полностью синтетический человеческий эмбрион на стадии зиготы, созданный на основе синтетического генома из фундаментальных элементов, и клеточного чертежа, доработанного ИИ.

Владимир и Игорь смотрели завороженными и счастливыми глазами на своё творение. Месяц назад, они так же радовались, что создали эмбрион синтетической мыши. Кто бы мог подумать, что так скоро они сделают эмбрион синтетической девушки!

– Мы… мы сделали это… – Владимир вытер со лба капли пота, не веря глазам, – из неорганики… Из глины…

– Из жизненных элементов, Володь, – поправил его Игорь, голос его дрожал от волнения. – Из всей мощи человеческого разума и этой старой железяки. Теперь… самое хрупкое. Ему нужно расти. Включи подготовку к инкубации!

Экран Биосинтезатора показал надпись: «СИНТЕЗ КЛЕТКИ ЗАВЕРШЁН. ОШИБОК НЕ ОБНАРУЖЕНО.» – Искусственный интеллект машины не догадался, что только что учёные произвели на свет искусственный человеческий эмбрион, он лишь знал, что конечный продукт соответствует заданным параметрам.

С ювелирной точностью биосинтезатор перенёс крошечный эмбрион в стерильную пробирку и заполнил ее защитной средой. Игорь направился в инкубаторную и через минуту принёс малоразмерный автономный инкубатор с питательным раствором для развития эмбриона на ранних этапах.

– В понедельник… – Игорь тяжело опустился на стул, глядя на запотевшее стекло инкубатора. – В понедельник выбью у Германа Всеволодовича новый полноразмерный инкубатор. Для… эээ… особо ценной линии трансгенных крыс. Очень перспективных.

– Главное, чтобы никто не узнал, каких именно "крыс" мы будем выращивать, – Владимир разместил пробирку с эмбрионом в отсеке малоразмерного инкубатора и запер его в свой несгораемый сейф. Усталость накатывала волной, но её перебивало невероятное чувство – они переступили порог, за которым осталось "невозможное". Почти 20 часов, с раннего утра до глубокой ночи заняла работа, которую никто до этого в мире не делал.

Глава 7. Эмбриогенез

В понедельник Игорь пошёл к начальству – просить помещение с инкубатором для проекта: "Адаптация нейроинтерфейсов для биокибернетических систем". По легенде он заключался в том, что Игорь с Владимиром синтезируют крыс, Игорь обучит их с помощью нейрогенератора, имплантирует нейроинтерфейс каждой в мозг, который будет дистанционно изменять их умственные способности, по команде оператора: для поисковых или военных целей.

Начальник – седовласый гладковыбритый мужчина среднего возраста в костюме сидел за длинным кабинетным столом.

– Да, Игорь, что за проект? – по-деловому уточнил директор – Герман Всеволодович.

Игорь рассказывал о преимуществах использования синтетических животных. Сколько они смогут открыть новых контрактов.

– …Синтез крыс с последующей имплантацией нейроинтерфейса для дистанционного регулирования их когнитивных функций, что может быть перспективно для военных или поисково-спасательных работ… – воодушевлённо рассказывал Игорь.

Герман Всеволодович внимательно слушал.

– …Нам нужен большой инкубатор, – продолжал он, – чтобы мы могли произвести сразу много синтетических крыс с последующей кибернизацией, их оснащения различными умственными и физическими параметрами. Управляемый динамичный интеллект! – важно подчеркнул Игорь.

– Сколько?

– Не меньше ста особей.

– Понимаю, но меня смущают твои нейроинтерфейсы… Не хочется привлекать специалистов из отдела кибернетики, пока самих крыс нет. Может для начала вам с Владимиром стоит создать синтетических крыс, с универсальными умственными и физическими параметрами для военных или спасательных целей.

– Эмм… Да, честно говоря, я и не хотел привлекать другой отдел. Я вполне могу разработать принципиально новый нейроинтерфейс сам…

– …Спасибо, Игорь, но не нужно. Для начала сделайте только синтетических крыс и обучите их с помощью Вашего ИИ. Проект достаточно серьёзный, мы не должны допустить ошибок. Вы сделаете крыс, а мы с отделом безопасности их протестируем. Всё ясно?

– Да, всё понятно.

– Не хочу тратить большой бюджет и использовать дорогие импланты, возможно синтетической биологии будет достаточно. Вы меня поняли, Игорь?

– Да, это лучшая идея, Герман Всеволодович, – Игорь искренне обрадовался, что начальник клюнул на крючок.

– Игорь, я впечатлён вашей прошлой разработкой. Мыши получились идеальными, выносливыми, здоровыми и послушными. Жду не менее блестящего результата от крыс. И, напоминаю, что человеческих генов в их интеллектуальной зоне, не должно превышать 8%, чтобы не нарушать биоэтический кодекс.

– Да, Герман Всеволодович, мы будем чисты перед Министерством гуманности…

– Отлично! Ха-х, – надеюсь ваши крысы будут не менее забавные, – позволил шутку директор, чтоб не выглядеть слишком строгим.

– Они такие маленькие, смешные… – отвлёкся Игорь, – то есть мы планируем их сделать контактными для людей. А если они будут понимать человеческие команды…

– Да-да-да. Именно, чтобы они хорошо понимали команды и могли пролезть куда им скажет хозяин.

– Нам нужна полная секретность. И герметичность помещения. Никаких лишних бактерий. Санитарный режим! Чтоб никаких посторонних не было. Любая мелочь может провалить эксперимент.

– Понимаю. Конечно.

– Агрессивные крысы будут отсеиваться, каждая линия будет проверена на жизнеспособность и способность выполнять задачи.

– Сколько времени вам нужно?

– Не меньше полугода.

– Отлично. Выделим вам помещение с инкубатором, биосинтезатором, зоной для клеток и тестирования животных. И, само собой, деньги на проект. Отчëты о проделанных работах будете отправлять каждый месяц. Насчёт конфиденциальности не беспокойтесь. Об этом проекте буду знать только я и отдел безопасности.

– Хорошо.

– Вот, ключи от кабинета, никто не будет вам мешать.

С этими словами начальник отдал две пластиковые карты.

Игорь вернулся и доложил об успехе Владимиру. Игорь перепрограммировал карты доступа, сменив их код, для большей безопасности. Владимир достал из сейфа, и принёс малоразмерный инкубатор с эмбрионом девушки. Через несколько минут парни уже осваивали новое рабочее место.

– Ну, что, дружище! – Игорь похлопал Владимира по плечу, – Здесь гораздо просторней, можно оборудовать лабораторию на свой вкус: у нас полная секретность!

Владимир восхищённо обвёл лабораторию глазами:

– Своя алхимическая машина, полноразмерный инкубатор, душевая…

– И место для вольного дизайна интерьера, – Игорь показал на голые стены лаборатории и пустое место в главном зале.

– Здесь можно неплохо освоиться, – покивал головой Владимир.

Игорь с радостью отдал новую пластиковую карту доступа Владимиру.

Мужчины приступили к подключению и запуску человеческого инкубатора.

Полноразмерный инкубатор представлял собой прозрачную камеру, чуть больше человеческого роста, с металлическими деталями и различными датчиками. К нему была подключена система жизнеобеспечения: подача кислорода и вывод углекислого газа и токсинов. Раствор, которым наполнялась камера – должен был постоянно циркулировать, обновляться и фильтроваться.

Внутри инкубатора формировалась благоприятная среда для развития плода, последующего его роста до биологической зрелости. Такого рода инкубаторы уже использовались для создания человеческого клона, их можно было перенастроить для различных нужд: выращивание органов или созревание различных животных. У наших учёных не должно было возникнуть проблем с его использованием – они знали этот прибор как свои пять пальцев.

Камера инкубатора заполнилась плацентарной жидкостью, запустился процесс формирования искусственной плаценты, подготовленный эмбрион поместили в раствор инкубатора. Датчики жизнеобеспечения подтверждали, что все показатели в норме и эмбрион прикрепился к плаценте.

По расчётам наших героев полный цикл: от формирования плода до созревания девушки, возраст которой биологически будет совпадать с 20-ти летней природной девушкой, займёт шесть месяцев.

– Это время пройдёт незаметно. Главное успеть правильно стимулировать еë мозговую деятельность на разных этапах и не забывай – она должна очнуться полная любви к тебе! – напомнил Игорь, – Нужно повозиться с созданием еë памяти и воспоминаний. Уже через 2 недели, нужно включать квантовый нейрогенератор. Ты пока понаблюдай за ней, а я пойду записывать сценарий еë детства.

– Хорошо.

– Есть какие-то предпочтения?

– Я думал над этим. Пусть она растёт в детдоме и не знает родителей. Вымышленные друзья из детского сада и школы.

– Да, уроки математики, ненавистная продлёнка и первая любовь… Выпускной.

– Пока рано, не торопись, хотя бы напиши еë детство. Сильно не увлекайся. Придумай что-нибудь со своей нейросетью.

– Этим и займусь. До встречи.

Глава 8. Органогенез

Пока в инкубаторе созревал эмбрион, Владимир решил обустроить помещение для комфортной работы. Он принёс игровую приставку, расставил растения, диван и стол для настольного тенниса – островок нормальности в сердце их секретного мира.

Дни тянулись долго, проходили все этапы органогенеза в ускоренном ритме. 3 раза в день, Владимир проверял показатели жизнеобеспечения, уровень гормонов, кислорода, питательных веществ, систему выведения токсинов в инкубаторе. Всë шло по плану.

Игорь оставил малоразмерный инкубатор для того, чтобы синтезировать лабораторных крыс для "прикрытия" и отчëтов.

Чтобы скоротать время, Владимир, периодически знакомился и ходил на свидания с девушками. Но ни одна девушка не видела его настоящего сокровища.

Его синий Додж Челленджер. Эта машина была для Владимира не просто транспортом, а воплощённой мечтой детства. Он помнил себя мальчишкой, завороженно глядящего на экран: рёв мотора, визг шин, трущих асфальт в облаке дыма, обводы кузова, будто выточенные ветром – американские масл-кары в боевиках были символом свободы, силы и крутой романтики. Именно таким был его Challenger. Синий, как вечернее небо над трассой, с белыми гоночными полосами, словно молнии, рассекающие кузов в асимметрии. Он купил его не для того, чтобы хвастаться, а для души, когда зарплата учёного позволила дотянуться до детской грёзы. Это был его личный символ свободы.

Несмотря на эпоху парящих машин на магнитных подушках, Владимир выбирал грубую музыку старого V8 под капотом, запах бензина и кожи, ощутимый удар в спину при нажатии на газ. Пятьсот лошадей? Даже больше! Гром этого гоночного танка из прошлого будил в нём что-то первобытное, что не могла дать бесшумная эффективность будущего. Настоящий характер! Он чувствовал себя не просто водителем, а пилотом своей судьбы, когда брался за штурвал этого стального зверя.

И потому он свято хранил свою тайну. На свидания он приезжал на метро или такси. Никто из девушек не должен был оценивать его по цене железа под капотом. Его "Додж" был священным, личным, его побегом от всего – даже от самого себя. Даже в будущем ретроавтомобиль такого уровня стоил приличных денег.

И вот сейчас, Владимир сидел на свидании в уютном, потерявшемся в городе, кафе с очередной красоткой. Разговор тёк вяло, пока она не ткнула пальцем в наболевшее:

– Кем работаешь? – спросила она, разглядывая маникюр.

– Я – сантехник, – уверенно ответил Владимир, наслаждаясь грядущей развязкой.

– Пффф… В смысле? – брезгливая складка появилась у неё между бровей. Она отодвинула чашку, будто он уже пах канализацией.

– Ну, я ремонтирую систему водоснабжения в домах. Устраняю засоры в трубах, ремонтирую канализацию… – Владимир сделал глоток сока, скрывая усмешку.

– Ясно…, – её взгляд метнулся к выходу, – И сколько, ну… в среднем ты получаешь?

– Мне хватает… И на оплату съёмной квартиры, и на повседневные расходы.

– У тебя есть какие-то… планы? Стремления? – голос её звучал, как у школьной учительницы, допрашивающей двоечника.

– Да, – кивнул Владимир, глядя ей прямо в глаза с наигранной простодушностью, – я хочу найти настоящую любовь. А у тебя есть мечты?

– Знаешь… Ты симпатичный парень… – она вдруг по-деловому наклонилась поближе и сказала в полголоса, – Я могу предложить тебе секс без обязательств. Я не против иногда… расслабиться с приятным человеком.

– О, супер. – Владимир чуть не поперхнулся соком от неожиданного поворота. – Я только "за"!

– Ну, тогда… – она замялась лишь на секунду, – Ты же понимаешь… я не какая-то, не могу так сразу. Найдёшь 20 тысяч мне на подарок? И я могу поехать к тебе.

– То есть? – Владимир медленно опустил стакан и серьёзно спросил, – Я думал, что я тебе просто нравлюсь – искренне. Почему за двадцать? Если я могу снять красивую, молодую проститутку за 10?

– Ну, я же не проститутка! – фальшиво возмутилась она.

– Ясно… понял, – Владимир откинулся на спинку стула.

– Если не хочешь – то нам не по пути…

– Не хочу.

– Да? Ну и ладно! – Она резко встала, сгребая сумочку. – Приятного вечера!

– И тебе, – бросил он ей вслед, глядя, как она семенит к выходу, даже не оглянувшись.

***

В лаборатории воздух пропитался запахом кофе, озоном и холодом металла, Игорь увлеченно копался в "Фенотип-Креаторе", перенастроив его под крысиный геном. Слайдеры танцевали под его пальцами.

– Володь, глянь какого мутанта я слепил! – позвал он, сияя от гордости.

Владимир оторвался от монитора с данными искусственной девушки и подошёл. Его взгляд скользнул по цепочке ДНК. Внезапно палец ткнул в сектор нейрогенеза.

– Стоп, Игорь. Тут перебор. Целых 80% адаптированных человеческих модулей интеллекта! Лимит Мингума для грызунов – 8%, не забыл? С такими показателями проект прикроют раньше, чем крыса чихнёт. Урежь!

– Да знаю я, знаю! – Игорь махнул рукой. – Просто баловался. Сделал крысу-вундеркинда. Удивительно – фенотип стабилен, нуклеотиды сошлись идеально, программа не ругается. – Он щёлкнул по иконке валидатора. Тот пробежал по геному и выдал зеленый свет: «СОВМЕСТИМО. ФЕНОТИП В ДОПУСТИМЫХ ПРЕДЕЛАХ (НИЗКИЙ РИСК АНОМАЛИЙ)». – Видишь? Система довольна. Гены адаптированы под крысу. Но да, по букве закона – перебор. Ладно, исправлю… Уверен, что тебе не нужен крысиный философ? Шекспира цитировать будет!

– Не в этот раз, Игорь. Сделаем девушку. Потом разберёмся с грызунами, – усмехнулся Владимир.

– Эх, жаль… Умный бы зверь вышел, – вздохнул Игорь, но послушно сдвинул слайдер с "80%" на скромные "8%". Супер-крыса на экране мгновенно потупела, хотя и осталась симпатичной.

– Вот, исправил! Скромненько и в рамках биоэтического кодекса, – буркнул он. – Сохраняю поверх исходного файла… – Его палец щелкнул по `Сохранить`. Исходная "заряженная" версия генома (v1) была безвозвратно заменена новой, "урезанной" (v2). Файл теперь содержал только законные 8%.

– Да, так гораздо лучше, – удовлетворенно кивнул Владимир и повернулся к инкубатору Тейзы.

В этот момент аппарат пронзительно запищал – замигал аварийный индикатор.

– Что там?! – Владимир бросился к инкубатору, сердце сжалось. Он быстро пробежался глазами по показателям. – А… Слава Богу! Это просто светодиод датчика сдох. Надо заменить.

Игорь подошел, быстро проверил системы.

– Точно, светодиод. Не критично, сейчас поменяю. Включи пока "Цитоконструктор" на компе. Вечер на носу – пора закругляться. Ночевать тут не хочу. – Он копошился у инкубатора, откручивая панельку.

Пока Игорь возился со светодиодом, Владимир щелкнул по иконке "Цитоконструктора". Программа мгновенно запустилась. На экране всплыло окно:

«Обнаружен активный геном в "Фенотип-Креаторе" (Крыса_Проект.fk Собрать клетку? [ОК] [Отмена]»

Не глядя, Владимир ткнул "ОК". Мощный квантовый компьютер тут же начал адаптацию клеточных структур. "Цитоконструктор" подхватил данные, которые "Фенотип-Креатор" держал в оперативной памяти – а это была старая, "заряженная" версия генома (v1) с 80% человеческими генами в интеллекте, которую Игорь исправил, но только что перезаписал на диске версией v2.

"Фенотип-Креатор" в соседнем окне тем временем завершил автосохранение и теперь гордо демонстрировал геном v2 – законный, с 8%. Идеальная картинка для отчетов: отдел безопасности, директор, Мингум и даже сами ученые будут уверены – крыса чиста.

– Готово? – спросил Игорь, закручивая последний винтик.

– Да, конструктор запущен, – ответил Владимир, отходя от компа.

Игорь вернулся к монитору. В окне "Цитоконструктора" горел статус: «ДНК ЗАГРУЖЕНА. ИДЕТ ПОДБОР МИТОХОНДРИАЛЬНОГО СООТВЕТСТВИЯ…».

– Отлично! – ничего не подозревая, обрадовался Игорь. – Хорошо, что в конструктор уже загружены данные о крысиной яйцеклетке. Не нужно тратить время на подбор образца, разморозку, цитоскан! О, смотри – метаболический тест митохондрий показывает 99.9% эффективности. Красота! Значит, сегодня точно уйду пораньше. – Он потянулся. – Володь, давай партию в теннис? Разомнёмся перед уходом.

– Давай!

Парни схватили ракетки, и мячик застучал по столу. За окном садилось солнце. Пока они играли, "Цитоконструктор" отрапортовал: «ПРОЕКТИРОВАНИЕ КЛЕТКИ ЗАВЕРШЕНО. ЦИТОСХЕМА ГОТОВА К БИОСИНТЕЗУ».

Завершая игру, Игорь вытер лоб:

– Так, планы: завтра синтезируем эмбрион этого крысиного самца. Отчёты будем вязать на него. А еще… Предлагаю наворотить стаю виртуальных крыс в симуляторе. Пусть бегают, едят, «размножаются». Идеальная подделка для директора.

– Гениально, – Владимир поймал мяч. – Виртуальные крысы с ИИ – чистая работа, никаких расходников. Главное – чтоб их "мозги" не переплюнули нашего настоящего грызуна. А то заподозрят. – Он иронично хмыкнул.

– Точно! – Игорь засмеялся. – А этого кадра назову… Максик. Звучит?

– Максик – отлично! – одобрил Владимир.

– А твою девушку? Уже имя придумал?

– Пока не родилась – не буду загадывать. Плохая примета, – Владимир потупил взгляд.

– Ну, твоя правда… Включай ей почаще классическую музыку – это полезно для мозга. И говори ей ласковые слова. Говорят, что в этот период они уже слышат, ведь органы слуха уже сформировались… – Игорь вздохнул, бросая ракетку на стол. – Ладно, я сваливаю. Хочу подышать воздухом, пока не стемнело. До завтра!

Он схватил свои вещи и вышел, оставив в лаборатории тихий гул машин и схему эмбриона крысы-вундеркинда, готовую к воплощению.

***

Парни синтезировали эмбрион крысы и поместили его в переносной малоразмерный инкубатор и подключили к системе жизнеобеспечения.

Лаборатория постепенно превращалась в их крепость. Игорь, вечно думающий на три шага вперёд, установил автоматические кормушки и клетки для крыс. «Так спокойней» – перестраховывался он. Так же в их лаборатории появились велотренажер, штанга с турником и брусьями. При желании можно было вообще не выходить из лаборатории. В ней были все удобства.

Всё это поместилось, потому что в их рабочем пространстве было три помещения: в первом – гудел радио электромагнитный биосинтезатор, во втором стояли инкубаторы и была зона отдыха (с тренажёрами), и третье – «крысиный питомник». Совмещённый туалет с душем, был отдельным маленьким помещением.

Игорь, выпуская клуб дыма в вытяжку над рабочим столом, вдруг затушил сигарету и полез под штангу. Владимир, наблюдая за его уверенными подходами, мысленно одобрил: "Игорь хоть и курит, но железо жмёт. Красавчик! Это лучше, чем просто пыхтеть". Сам Владимир терпеть не мог табака, но учить матёрого Игоря жизни не собирался, потому что уважал его.

***

Владимир продолжал ходить на свидания. Ресторан, мягкий свет, фальшивая роскошь. Новая знакомая листала меню с видом знатока.

– Мне… салат Цезарь, стейк из скумбрии, коктейль «Пина колада», тирамису и фирменное мороженное от шеф-повара… – Она закрыла меню, будто поставив точку. – А тебе?

Владимир поймал взгляд официанта:

– "Цезарь" и чайник "Эрл Грея", пожалуйста.

– Ну, расскажи о себе. Чем увлекаешься? – формально спросила девушка.

– Я люблю спорт, природу.

– А ты путешествовал? Любишь море?

– Да, был несколько раз…

Они ещë некоторое время беседовали, флиртовали друг с другом. Когда она закончила с десертом, Владимир, отдвигая пустую тарелку, наклонился:

– Как насчëт того, чтобы продолжить свидание в более уединённом месте? У меня… Тишина, вино…

– В смысле? Нет, ты знаешь, я бы не хотела уединяться. У меня есть парень – мы с ним занимаемся сексом. И секс у нас отличный, на данный момент я ищу просто друга.

– То есть ты пришла на свидание – поесть? – удивлённо спросил Владимир.

– Что? Ты жадный? – Она фыркнула, хлопнула салфеткой по столу. – Пока!

Её каблуки застучали к выходу. Владимир смотрел вслед, гася в себе смесь гнева и брезгливости: "Просто друг. Дружба ровно до последней крошки тирамису. Нет, спасибо. Я знаю цену настоящей дружбе".

***

Уже прошёл месяц. Плод был полностью сформирован, как будто девочке завтра будет ровно 9 месяцев и она должна была родиться.

Игорь уже закончил формулировать воспоминания на нейросети. Он периодически включал квантовую нейростимуляцию с речью "мамы" полной любви: "Смотри, дорогой она толкается, приложи ухо к животику… Я счастлива. Как думаешь она будет красоткой? Как еë назовём?"

Квантовый нейрогенератор – специальное устройство, которое передавало по квантовым волнам дистанционно информацию в мозг. Таким образом можно было обучить человека наукам и умениям – это безопасней, чем вставлять нейрочип хирургически. Но, у нейрочипов, в основном, было другое применение – если у человека повреждён участок мозга, то заменить его можно либо нейрочипом, либо выращенным участком мозга из стволовых клеток. Так как мозг будущей девушки был в порядке, то квантовая стимуляция мозга – являлась идеальным решением для её воспитания и развития.

Игорь обратился к Владимиру:

– Володь, она вот-вот родиться… Завтра. Придумал имя?

– Да… Сайберона.

– Уверен? Почему Сайберона?

– Кибернетический синтез. Сокращённо, или что-то вроде того.

– Ок, как скажешь. Будь готов к завтрашнему дню – у тебя ещë есть время подумать. Все-таки Сайберона – это слишком очевидно, и у неë появятся вопросы в будущем.

На следующий день, Владимир вернулся с принципиально новым решением:

– Игорь. Еë будут звать Тейза.

– Хммм… Неплохо. Почему Тейза?

– Это дань уважения грекам, как создателям наук. Сокращение двух слов: Техно – искусственный, Зоя – жизнь. Технозоя…но звучит слишком громоздко… Сократим до Тейзы и замаскируем секрет еë рождения… Еë будут звать Тейза. – закончил умозаключение Владимир.

– Угу, Володя. Извини, но я программист – мне нужна конкретика… Значит Тейза? Читается как Тэйза, через «э» – ударение на первый слог. Верно?

– Да, абсолютно так.

– Хорошо… Дальше – «Те» – это тэхнэ, то есть искусственный, «За» – это зоэ, зоя – то есть жизнь. А «й» – тогда что?

Владимир посмотрел на Игоря как на инопланетянина и продолжил, чуть ли не переходя на смех:

– Игорь, издеваешься? «Й» – это связующее между словами!

– Ха-ха-ха… Подколол, да? – рассмеялся довольный Игорь, – Окей! Это гениально, Володя. Звучит как древнегреческий миф! Разрешите поздравить Вас, Владимир, с рождением девочки Тейзы. – с этими словами Игорь пожал Владимиру руку.

Через пару секунд он поспешил исправить код для нейросимуляции у переменной: {name}, изменив её с Сайбероны на Тейзу.

В обычной жизни Тейза уже должна была родиться, но девочка продолжала ускоренно расти в инкубаторе. Она была погружена в состояние искусственного сна. Еë мышцы стимулировались с помощью электромагнитных импульсов для нормального развития. А нейрогенератор, каждый день проецировал симуляцию жизни. Она обучалась и росла с закрытыми глазами.

– Володя, я ещë не закончил формулировать еë биографию. Значит еë отдали в детдом, где-то в полтора года. Дальше она росла. Что мы будем делать с подростковым возрастом? Вдруг она захочет после выхода из инкубатора увидеться с друзьями детства.

Владимир помрачнел, его глаза как будто вылезли из орбит, кожа побледнела, а зрачки расширились. Он посмотрел на очертания новорожденной в инкубаторе: «Она ни в коем случае не должна узнать правду!»

– Сделай так, что она поссорилась с ними. Чтобы она никогда не возвращалась в прошлое, – решительно сказал он.

– Сделаем психологическую травму?

– Не слишком серьëзную, но достаточную, чтоб она никого из них не захотела видеть.

– Ок. Еë дразнили из-за прыщей и высокого роста. А мальчик, который ей нравился – обозвал еë уродиной при всех и стал встречаться с еë подругой.

– Да! То, что нужно. А подруги – завидовали ей, за глаза называли её проституткой, портили репутацию, распускали сплетни, хотя это не было правдой – она оставалась девственницей. – войдя во вкус, продолжал тему подростковой травли Владимир.

– Жес-то-кооо! – пропел от неожиданности Игорь, – Но, думаю, что твоя новая Галатея не сломается от такого детства.

– Достаточно, чтобы она порвала с прошлым навсегда?

– Вполне!

– Тогда делай своё дело, – покачал головой удовлетворённый Владимир.

Глава 9. Прикрытие в клетке

Так же учëные не забыли о своём «прикрытии». Крысёныш уже был синтезирован и бегал по лаборатории. Максик получился добрым и смышлëнным.

По итогу месяца Игорь должен был предоставить отчëт о проделанной работе. Он научил Максика нескольким трюкам и пониманию слов, посадил Максика в клетку и отнёс для демонстрации начальнику.

В своём кабинете, Герман Всеволодович пожал руку Игорю и представил сотрудника из отдела безопасности. Игорь растерялся. «Блин…Только не это… Этот вкусный запах духов… и как всегда аппетитная… Вот бы попробовать её хоть раз. Но она динамо!»– думал, покрасневший Игорь, когда его взгляд случайно пробежал по мускулистым и стройным ножкам «сотрудника» отдела безопасности.

Она была одета строго. Но её природная сексуальность как будто прорывалась через одежду. Приталенный пиджак, белоснежная сорочка, юбка-карандаш, облегающая все изгибы её объёмных бёдер и закрытые чёрные туфли на гигантских каблуках. И вроде всё прилично: густые каштановые волосы были аккуратно собраны заколкой-крабом на затылке, а очки (скорее для красоты, чем необходимости) подчёркивали неприступность. Только её нереально длинные, острые ногти с кроваво-чёрным блестящим лаком, и жаждущий огонёк в карих глазах, как будто дразнил: «Попробуй меня и умрёшь!»

Несколько месяцев назад, Игорь недвусмысленно намекнул ей о том, что она более чем в его вкусе. На что он получил ведро леденящего пренебрежения. Игорю казалось, что она была одной из тех женщин, которые специально привлекают внимание мужчин, а получив его – теряют интерес к своей жертве. Поэтому Игорь зарёкся: «Больше никогда, никогда! Не показывать свой интерес к ней».

И вот сейчас, Игорь скорее покраснел не из-за того, что возбудился от ножек «сотрудника», а от того, что снова показал ей свою зависимость от неё.

– Игорь, это Дарья Олеговна – старший специалист службы безопасности. Возможно, Вы уже знакомы. Я показал Дарье Олеговне Ваш отчёт. И сейчас мы готовы ознакомиться с первым результатом синтеза крыс.

Дарья протянула руку Игорю:

– Здравствуйте, Игорь Александрович. Ваши работы впечатляют! – она наигранно улыбнулась, подняв бровь.

Игорю показалось, что реакция Дарьи выглядела примерно так: «Ну-ка быстрее показывай свою крысу и я побегу. Есть дела поважнее!»

Игорь поздоровался, пожал руку, затем отошёл к дальнему концу кабинета, вытащил три предмета из карманов халата, и разложил их в разных концах стены. Потом он со вздохом подошёл к переноске, присел на корточки, и открыл дверцу.

– Д-да…Спасибо… Вот, вашему вниманию хочу представить синтезированную крысу – Максика. Он хорошо понимает команды и может находить потерявшиеся предметы. В дальнем конце помещения лежат три предмета: мячик, свисток, ключи. Максик, принеси ключи.

Крыса побежала к концу комнаты, взяла автомобильные ключи в зубы, и отнесла их Игорю.

Герман и Дарья зааплодировали. Игорь скомандовал:

– Максик, принеси свисток!

Маленький крысёныш без труда весело побежал к свистку, взял его в зубы и отнёс хозяину. Игорь наградил его кусочком мяса.

Игорь, взяв Максика в руки, продолжил презентацию:

– Так же хочу отметить, что у него отличные показатели здоровья, блестящая шерсть, он очень ласковый и контактный.

– Оооо…Как мило! – не сдержалась от умиления Дарья.

Начальник сказал под впечатлениями:

– Отлично. Синтезируйте таких сто особей, как планировалось. Они могут заинтересовать МЧС!

– Хорошо. Сделаем, как и планировалось! – уверенно ответил Игорь.

«Синтезируйте сто особей… Боже! Да, хоть тысячу!» – еле сдерживая истеричный смех, подумал он, выходя из кабинета.

***

Игорь вернулся в лабораторию вместе с клеткой Максика, и застал Владимира, рассматривающего Тейзу.

Владимир обеспокоенно сказал:

– Игорь, я не пойму это из-за раствора у неë такой оттенок кожи. Или она действительно, серебристая?

– Ошибок быть не должно – это наверно стекло инкубатора искажает цвет, – внимательно посмотрел Игорь и продолжил, – У меня хорошая новость – наш проект по крысам продолжается. Заказали сто штук, таких как Максик.

– Супер, – рассеянно ответил Владимир и продолжил тревожную тему, – А что, если у неë так и останется серебристая кожа?

– Не переживай, все показатели в норме, – Игорь ткнул пальцем в монитор компьютера инкубатора, – – полистай все параметры. Она будет ровно такой, как мы задумали!

– Ладно…

***

Месяц, сменялся месяцем. Нейросеть генерировала виртуальную жизнь Тейзы. Вот уже биологически ей 15 лет, 17 лет… Прошла осень, началась и подходила к концу долгая сказочная белоснежная зима. Владимир и Игорь стали замечать еë женскую красоту, половое созревание закончилось. Перед ними была молодая девушка. И вот ей уже 20 лет. К этому времени, Игорь, накачал Тейзу знаниями со всей его библиотеки: сотни терабайт информации о биологии, химии, математике, истории, физике, боевых специальностях, медицине… Мало, кто из людей обладал таким объёмом знаний.

Полгода прошло успешно и вот, парни, готовились встречать еë настоящее рождение – полностью сформировавшейся девушки.

Глава 10. Рождение

В городе царил запах талого снега и только что проснувшейся земли. Владимир втопил педаль газа своего стального зверя – машины мечты и рванул встречать появление на свет его девушки мечты.

В лаборатории Игорь проверял все показатели здоровья Тейзы: дыхание, сердце, состояние сознания. В данный момент она спала естественным сном. Инкубатор перевёлся в горизонтальное положение. Жидкость гомеостаза начала сходить, оставляя внутри инкубатора только циркуляцию воздуха и комфортную температуру. Приехав, Владимир закинул в шкаф наспех собранную одежду для Тейзы: весенние брюки, ботфорты, тёплую кофту и свой старый осенний лёгкий макинтош. Владимир рассчитывал как можно быстрее посадить Тейзу в машину, привезти её домой, где он организовал романтическую атмосферу.

Игорь заранее подготовил карту младшего лаборанта, у охраны не должно было возникнуть вопросов, кто заходил. Младший персонал довольно часто сменялся, и охранники уже перестали обращать внимание на их лица. Карты младшего лаборанта, отсутствие оружия, и сопровождение учёным было достаточно.

***

И вот… внутри инкубатора стало сухо и тепло. В соответствии с заданной программой, с глухим щелчком сдвинулись запоры, и прозрачный купол медленно пополз в сторону. Клубы пара и свежего ионизированного воздуха, шипя вырвались наружу из тесного инкубатора, наполнив собой лабораторию. Перед учёными предстала совершенно обнажённая девушка с серебристой кожей и платиновыми волосами. Несколько секунд с раскрытыми ртами, наши герои рассматривали еë.

Игорь первым не сдержал эмоций:

– Фиу… Вух… Какая красотка!

– Хватит пялиться на мою девушку, – шутливо сделал замечание Владимир.

Она была прекрасна. Потрясающая, спортивная мускулистая и одновременно женственная. Широкие бëдра, выраженные, большие груди. Её грудь была совершенна: упругая, тяжёлая, с сосками цвета розового кварца. Когда свет лампы падал на них, они мерцали внутренним сиянием, словно капли воды на крыльях стрекозы – след биоинженерных генов медузы. Владимир застыл, завороженный этой мягкостью и полупрозрачностью розового стекла. Они так и просились попробовать их кончиком языка. Её сильные, крепкие руки, проваленный овальный пупок, аккуратный животик с контурами пресса – всё указывало на безупречную красоту и дикую силу. То, чего так хотел Владимир. Лишь серебристая кожа нарушала его ожидания.

Опомнившись от опьяняющего первого впечатления, Владимир уже раздражённо крикнул:

– Чёрт возьми! И всë таки – у неë серебряная кожа… Я не пойму – почему?!

– Должно быть это биоинженерные включения генов – сверхвысокая прочность кожи при резких ударах. Думаю… что цвет – это необходимое условие этой модернизации, – рассудительно предположил Игорь.

Владимир провёл рукой по её предплечью: «мягкая, бархатистая, приятная на ощупь».

– Ладно… Всë равно – она очень красивая, – немного успокоившись, сказал Владимир, – Девушка из моих фантазий…

– Всё, тихо! Профессор Пигмалион, Ваша Галатея с минуты на минуту проснётся! – прошипев, остановил его исповедь Игорь, и схватил его за плечо.

– А-а-ах! – послышался первый вдох, грудь вздыбилась. Лёгкие впервые ощутили жжение атмосферного воздуха и одновременно она открыла глаза.

Яркие и кристальные как огранённый голубой лондонский топаз, вобравший в себя всю глубину океана и свет далёких звёзд.

Тейза часто заморгала, посмотрела в разные стороны, вспоминая, где она находится.

Через несколько секунд она приподнялась, держась за края инкубатора.

– Мальчики, – голос звучал чуть хрипло, как после долгого сна, – почему я голая? – первое, что сказала Тейза.

Игорь быстро накинул на неё лабораторный халат.

Это было упущение учёных. Продумав всё до мелочей, все забыли о том, как придётся оправдываться во время выхода их творения на свет.

– Володя, что это значит? Что Вы делали со мной? – возмущалась девушка.

– Тей… за… Мы…, – было проще сказать ей правду, но Владимир усилием воли выдавил это из себя, – Проверяли… ааа… новый нейростимулятор. Вложили в твой мозг знания… По… – он запинался, едва сохраняя дар речи –до сих пор не мог поверить, кого они создали!

– Математике! Ты же хотела… вспомнить школьную программу, – продолжил возбуждённый Игорь, стараясь сохранять контроль. Он тоже был в шоке.

– Дааа… Я помню математику. Знаю всю школьную программу, – вспоминала Тейза, – но зачем я была в инкубаторе.

Ребята смотрели на неё округлыми глазами и отвисшими челюстями, как если бы люди впервые увидели динозавра до появления парков юрского периода.

Игорь сымпровизировал ответ:

– Заодно, мы проверили, твоë здоровье. Ты же знаешь, что в инкубаторе – все необходимые датчики для диагностики… Лучше и безопасней, чем компьютерный томограф. Мы проверили – всё отлично! Даже более чем… – продолжал Игорь, – Здоровье как у чемпионки мира!

Тейза не понимала замешательство своих друзей, и вспомнив, что она была голой, списала их реакцию, особенно Игоря, на это. Она покраснела и отвела взгляд вниз, но в то же время почувствовала тепло внизу живота. Потом она вернулась в реальность, голова кружилась, а мир ей представился таким красочным, ярким. Она не помнила, чтобы всё вокруг ощущалось таким наполненным звуками, запахами и цветом.

– Я как будто заново родилась! – вдруг Тейза нашла точное описание её состояния.

Владимир и Игорь тревожно переглянулись.

– Но я… я не помню, как залезла туда, – недоумевала Тейза.

– Это побочный эффект нейростимуляции. Мы закачали тебя знаниями по точным наукам, взамен ты не помнишь события последнего часа перед тем, как залезла сюда, – выдумал ответ Владимир.

Конечно, никаких побочных эффектов от нейростимуляции не было, но никто не подумал о возможных вопросах Тейзы.

– Как ты себя чувствуешь? – уточнил Владимир у девушки.

– Я-я-я… В порядке. Небольшой туман в голове, но всë хорошо.

В одном лишь медицинском халате, Тейза шатаясь, обняв за шею Владимира, дошла до дивана и рухнула на него. Она соблазнительно скрестила ножки, Владимир замер перед ней, с изумлением, разглядывая серебро её кожи.

– Почему ты так смотришь на меня? – с удивлением спросила Тейза.

– Яяя… я просто не перестаю восхищаться твоей красотой, – уже честно сказал Владимир.

– Ооо… Любимый…как приятно! – расцветая в улыбке произнесла Тейза.

«Любимый! Есть! Как я долго этого ждал!» – радовался в душе Владимир.

Он как будто напитался энергией из невидимого реактора.

– Дорогая, – подскочил он за её вещами, – я подготовил для тебя одежду. Пожалуйста, примерь!

– Прям тут? При Игоре? – недоумевая улыбалась она.

– А… нет конечно, пойдём за ширму.

Игорь отошёл к своему рабочему столу, чтобы им не мешать.

Владимир смотрел как она переодевается, на переливы света её кожи, её натуральную растительность на лобке – его охватило жгучее возбуждение. Она, казалось, ловила вибрации его состояния и заводилась в ответ, ощущая его взгляд на своей коже. Двигалась медленно, позволяя как следует налюбоваться ей.

Наконец, она оделась.

– О, Володя. Я и не знала, что ботфорты так сексуально смотрятся на мне. У тебя хороший вкус. Ты – гений!

– Это ты гениальна… Настоящее чудо, – завороженно ответил Владимир, не отрывая от неё глаз.

– Ооо… Сколько сегодня комплиментов, – растаяла Тейза, – Ну, что? Куда пойдём?

Тейза покружилась вокруг себя, показывая свой наряд.

Глава 11. Первый раз

Тейза подошла к Владимиру и страстно поцеловала его. Они быстро добежали до припаркованного Доджа и скрылись в его салоне.

Вечером Владимир и Тейза ужинали у него дома. Он заказал еду из лучшего ресторана города, на золотых подсвечниках горели свечи. Запах воска смешался со вкусом дорогого красного вина. Лёгкая музыка и мягкая неоновая подсветка создавали атмосферу. Казалось, они знают друг друга сто лет, идеальная психологическая подстройка – Игорь постарался на славу. Владимир, до её появления на свет, изучил детали нейрогенерации об истории их знакомства и отношений, чтобы знать, что ответить на её предположительные вопросы.

Тейза не обращала внимания на недостатки Владимира: на то, как он запинается, смущается её пристального жаждущего взгляда прямо в глаза – плевать, это её самец, её мужчина, она знает каким сильным и мужественным он может быть.

Тейза вспоминала, как они оба рассматривали её в лаборатории, вместе со смущением, пришло возбуждение. Ей нравилось чувствовать себя желанной.

Она неожиданно спросила:

– Милый, – её голос прозвучал игриво, но с нотками вызова, – ты не ревнуешь… что Игорь видел меня тогда целиком?

Тейза задала этот вопрос с лёгкой иронией, дразня Владимира, но он, охваченный моментом, этого не уловил.

Он не ожидал такого вопроса, но деваться было некуда – такова была необходимость эксперимента. Он, смущаясь, честно и растерянно ответил:

– Н-нет.

– Правильно. Потому что я люблю только тебя и мне больше никто не нужен.

Она положила свою руку в его, и он поцеловал еë серебро.

Владимир уже привык к цвету кожи Тейзы. В их мире киборги и модные субкультуры с пигментированной кожей были обычным делом. Молодёжь использовала пигментаторы, раскрашивая себя в любой цвет палитры, и Тейза органично вписывалась в эту среду.

Насытившись ужином и выпив пару бокалов вина, Тейза стала гладить ножкой Владимира под столом и недвусмысленно кусать губы.

Владимир растерялся, но заглянул под стол: «О, Боже… как она красива, серебристая ножка, вся в мускулах, изящные изгибы, линии мышц… безупречное женское тело гладит меня! На её щиколотках идеально бы смотрелась золотая цепочка».

Владимир часто и возбуждённо задышал, он приоткрыл рот, кислорода не хватало, стало жарко – на его лбу выступил пот.

Тейза засмеялась. Она и сама уже утомилась ожиданием. «Этот чёртов инкубатор, Игорь, холод, дорога… Быстрее войди в меня уже!» – кричал её внутренний голос.

Тейза:

– Милый, я хочу настоящий десерт, – она отодвинулась от стола, потянув Владимира за воротник рубашки, к себе. Не будь школьником!

Она засосала его в очередной раз, в жадном поцелуе. Он впился губами в её верхнюю губу, затем – нижнюю. Ещё раз ощутил огонь её влажного языка. Пытался языком зацепить её язык, в итоге они лизали языки друг друга. Тейза начала стонать.

Владимир, поддавшись чувствам стал целовать её шею, зону декольте. Тейза извивалась в наслаждении. Он стянул с неё кофту, и её пышные груди вырвалась на свободу. Он подхватил их снизу, поддерживая руками, стал облизывать её розовые мягкие соски. Они набухли и словно тянулись к его губам, на встречу наслаждению. Он водил языком вокруг ареол, засасывал их как младенец, ощущая их приятную мягкость и воздушность на языке.

– А-а-ах…, – громко застонала Тейза, – Я так хорошо чувствую тебя. Ещё, оближи их, ещё!

Владимир впивался губами в каждый сосок по очереди, не обделяя вниманием ни один. Одновременно он сжимал и разжимал её груди, ощущая нежный бархат её кожи. Погружался в них лицом, целовал каждую её округлость.

– Мммм… дорогой… пошли в душ, я хочу смыть с себя этот инкубатор.

Она взяла его за руку, и они пошли в душ. Она быстро, небрежно избавилась от своей одежды, швырнув её в ближайший угол. Владимир с вожделением наблюдал за ней.

– Ну-же, малыш… Снимай… – её голос дрожал от возбуждения.

Она стянула с него одежду. Его возбуждённый член уже стоял наготове.

– Оооо! Как долго он этого ждал…– проговорила Тейза и присев на корточки поцеловала его головку.

Она по спирали одним движением прошлась по его члену языком снизу-вверх, потом она встала:

– Идём!

Они включили душ, встали под потоки воды. Владимир набрал гель в руку и стал мылить её тело. Он прошёл руками по её грудям, скользил вниз по её животу и нежно стал мылить её лобок, ощущая мягкость её природной растительности. Тейза стонала с каждым его движением. Он проходил рукой между её половых губ, умный душ направлял струи воды туда, где скользили его руки. Она повернулась попой к нему, прогнув спинку, приглашая его поласкать и как следует намылить её между ягодиц. Владимир с удовольствием сделал это, ощущая подушками пальцев все складки её нежной анальной звёздочки.

– О-о-х, да! Помой её как следует! – говорила сквозь стон Тейза.

Проведя несколько раз между её сочных холмов, Владимир не сдержался, сел на корточки и стал лизать ей сладкую вульву, впитывая её женский сок. Он с большим интересом посмотрел, как сказочно выглядит её розовая нежная раскрытая устрица, между её серебристых створок. Кристальные капли воды и её женской влаги блестели, как будто раскрывая её драгоценные сокровища, он жадно пытался достать их своим языком, погружая его в темноту её глубины. Тейза сладко стонала. Его язык скользил от клитора к анусу и обратно. Тейза вздрагивала от щекочущих прикосновений воды и его влажного, настойчивого языка.

Насладившись её женственностью, Владимир встал, Тейза нежно намылила его, она трогала его эрегированный член, ласкала его мошонку. Тейза присела на корточки и провела кончиком языка от его твёрдой промежности, по разбухшим яичкам, стволу до головки. Несколько раз она погрузила его член в рот. Потом она встала и намылила другие части его тела, пройдясь ладонью между холмов его крепкой подкаченной задницы.

Умный душ смыл остатки мыла, включилась сушка. Циркулирующий тёплый воздух быстро высушил тела. Владимир обнял Тейзу, она обхватила его тело сильными ножками, открылись двери, и он отнёс её в спальню. Нежно посадил на постель, не отрываясь от поцелуя. Тейза послушно раздвинула ножки, ожидая прочувствовать его мужскую силу внутри себя.

Владимир приблизился к ней, она легла на кровать. Он замер на мгновение, любуясь видом: её раскрытый розово-серебряный цветок сиял влагой в мягком свете, клитор трепетно пульсировал. От нее исходило почти осязаемое тепло, заставляя его руки дрожать от желания. Тейза приподняла бёдра навстречу, её взгляд говорил: «Войди в меня!»

Владимир с большим наслаждением сделал это. Тейза ощутила необычную тесноту и распирание внутри.

– А-а-а! – резко вскрикнула она.

Это было не похоже на крик удовольствия, скорее на крик от укола или удара. Мышцы влагалища Тейзы резко сжались, она слегка отпрянула.

Он начал чуть медленней двигать членом, и почувствовал, что внутри стало теплее и влажней.

– Что случилось, любимая?

– Как будто там что-то порвалось… не пойму…

Владимир вытащил член и увидел небольшие следы крови на члене, и на нежной вульве любимой девушки.

Тейза растерялась:

–Там кровь… Странно… месячные начались… Или натёр… Такое уже было, помнишь, когда я… Я снова лишилась девственности с тобой?

– Ооо, – милая в тревоге сказал Владимир, – …может я что-то натёр или первый раз нормально не порвал её… Что-то недорвалось в прошлый раз…

– Ха-ха-ха… перестань! Ладно, давай полежим немного… Сейчас боль утихнет.

– Я знаю, что слюна обладает антисептическим эффектом! – первое, что пришло в голову Владимиру.

– Да… я.., – не успела договорить Тейза.

Владимир смочил её влагалище языком внутри, нежно полизал там, где смог дотянуться. Тейза почувствовала, как слюна Владимира приносит облегчение и вместе с ним возбуждение.

– Оооо… ммм… спасибо! И клитор! Смочи клитор! – уже в страсти кричала Тейза.

Через несколько секунд, она стала извиваться тазом в неконтролируемых движениях, и сжала на несколько секунд бёдрами голову Владимира.

– Ооо… Да, любимый. Я кончила!

Они пролежали ещё некоторое время в объятьях друг друга, потом Тейза сказала:

– Милый, я готова! Войди в меня сзади, только медленно, очень нежно.

Она встала на коленки, потом опустила спинку и опёрлась на локти, выставляя свою шикарную попку перед Владимиром. Он нацелил своё эрегированное копьё в её влагалище и медленно вошёл до упора, стараясь не делать резких движений. Медленно и не спеша он входил в неё, его член двигался от основания до шейки головки, почти выходя из сладких объятий половых губ Тейзы, но ощущение охвата члена половыми губами так нравилась обоим. Он не спешил, но довольно быстро дошёл до оргазма, успел вытащить член, и извергнуть тёплый залп спермы ей на попку и поясницу.

– Ммм…даа, войди ещё раз хочу кончить! – кричала Тейза.

Владимир снова вставил в неё, смазанный спермой член. Сделал ещё несколько глубоких толчков – Тейза снова стала дрожать в оргазме.

– Даааа…Да, мой мальчик! Это было сказочно.

Когда они засыпали, Тейза закрывала глаза со странным чувством приятной удовлетворённости и лёгкой боли.

Глава 12. Майские Трещины

Весна началась и закончилась, и вместе с ней закончился их конфетно-букетный период. Сперва они не могли насытиться друг другом. Почти каждый день был пропитан романтикой и сытным сексом. Так прошёл март, апрель, и вот, к концу мая, их сказка начинала вянуть. Идеальность Тейзы, сначала опьяняющая, стала для Владимира душной клеткой. Восторг сменился пресыщением. Скука, как тихая ржавчина, разъедала его чувства.

Ни Владимир, ни Игорь не учли в своих расчётах одну простую человеческую черту, присущую всем, кто любит по-настоящему: ревность. Как-то в кафе её взгляд, острый как скальпель, поймал Владимира на мимолётном скольжении по фигуре официантки. "Понравилась?" – язвительно упрекнула Тейза, её серебристые щёчки стали больше и темнее от появившегося багрянца. Это могло бы возбудить, если бы не её укол, – "Хочешь к ней?" В её глазах горела не только ревность, но и паника – страх быть недостаточной. С каждым приступом ревности, её реакция была непредсказуема – от ледяного молчания до горьких упрёков. Да, Игорь вложил в неё сильный характер. Но ночи одиночества в «детдоме» (эти навязанные, но такие реальные воспоминания!) сформировали главную потребность: быть единственной и нужной безраздельно. Ей хотелось быть всем для своего человека.

«Работа» – его спасительное алиби – именно там он искал глоток воздуха без её серебристого совершенства.

Там было, чем заняться: обучать Максика новым командам, отслеживать его здоровье, помогать Игорю с легендой. Прикрытие Игоря работало безупречно. Часто Игорь присылал отчёты о крысах – как видео, сгенерированное его нейросетью, или принимая видео-звонок на голографе, на заднем фоне с помощью дополненной реальности он показывал клетки, заселённые синтетическими крысами или их тренировки в огороженной зоне. Постепенно их селективный отбор склонился к заветной сотне.

– Игорь, может уже пора синтезировать реальных крыс? – настороженно спросил Владимир.

– А-а-а! – махнул рукой Игорь, – Тебе оно надо? Возиться с ними, кормить? Наша виртуальная модель и так показывает, что 10% из них агрессивны и не соответствуют нужным параметрам. А это значит, что их пришлось бы усыпить. А я… я не палач… В детстве у меня погиб хомяк… не хочу смотреть на смерть невинных грызунов. Поэтому, пока это возможно – показываем виртуальных крыс в отчёте.

– Это разумно, – понимающе кивнул Владимир.

Владимир проводил на работе всё больше времени – его квартира наполнилась едким дымом ссор, с короткими периодами перемирья, где его ждал исступлённый секс. Словно Тейза чувствовала, что теряет его, и пыталась удержать единственным доступным ей способом – телом.

Влюблённость Владимира прошла, и теперь дома – лишь творение его рук, запрограммированное на обожание. «Может ли хоть одна природная девушка… полюбить меня? Просто так?» – сомнение превращалось в навязчивую идею, грызущую изнутри каждый раз, когда он ловил на себе заинтересованный взгляд случайных женщин.

Глава 13. Выгодный заказ

Герман Всеволодович вызвал в свой кабинет Игоря. Директор сиял.

– Игорь, отличные новости! – начал он сразу с сути, – МЧС готовы заказать у нас всю сотню искусственных крыс для поисково-спасательных работ. Приготовь свою армию грызунов к понедельнику! – его тон не допускал возражений.

– К понедельнику… – озадаченно повторил его слова Игорь.

– Ну, да. А что такое?

– Но… Нам критично провести финальные стресс-тесты, – бегло пытался найти выход Игорь, – Возможно, не все крысы восприимчивы к приказам. Уровень агрессии, устойчивость к физическому дискомфорту… Без этого есть риск, что в полевых условиях они…

– Игорь, – директор его перебил, резко стукнув по столу, – оставь эти проблемы МЧС. Пусть они нам заплатят и сами возятся с грызунами. Ты свою работу сделал – спасибо. Отправим им партию крыс и забудем о них.

– Нам, нужно чуть больше времени… Через три месяца они будут готовы…

– Игорь, они нужны сейчас! Нет у нас трёх месяцев. Я достаточно долго финансировал этот проект. МЧС заплатят – можешь делать что хочешь, устраивать эти стресс-тесты до следующего заказа!

– Эмм… Герман Всеволодович, – он замялся, – мы вложили столько ресурсов в их… социализацию. Моделирование уникальных поведенческих связей… Это не просто расходный материал!

– Понимаю, – Герман смягчился, в его глазах мелькнул азарт. – Но хорошая премия, – он многозначительно поднял палец, – очень согреет душу! – Он рассмеялся и хлопнул Игоря по плечу.

…Хорошо, – Игорь сделал глоток воздуха. – Я подготовлю крыс к понедельнику. – Его голос прозвучал чужим и плоским.

Глава 14. Короткое замыкание

Игорь собрал все свои силы в кулак и медленно выдохнул. Через несколько дней тщательного планирования, он был готов. План должен сработать. Сегодня.

Утром, с показной неспешностью, Игорь отнёс Максика в переноске в карантинную зону автономного ветеринарного кабинета. Он посадил крысёныша в герметичный бокс с системой жизнеобеспечения. Медицинский компьютер бокса сделал диагностику здоровья Максика и не нашёл в нём ничего подозрительного. В электронном журнале кабинета Игорь написал: «Плановый карантин образца: синтетическая крыса Максик. 24 часа».

Вернувшись в свою лабораторию, Игорь ощутил липкий холод пота на спине: время. Пальцы пролетели по клавиатуре – он вошёл в систему видеонаблюдения его сектора НИИ, найдя уязвимость в протоколе обновления архива. Он знал, что у него есть лишь 15 секунд до запуска рутинной проверки целостности данных. Нажав Enter, он отключил камеру слежения и запустил скрипт: загрузил заранее сгенерированное двухчасовое видео пустующих коридоров, которое должно было скрыть его реальное перемещение в секторе на этот период. Счетчик в углу экрана отсчитывал: 14… 13… Готово! Система видеонаблюдения вернулась в штатный режим, показывая безупречную, но ложную картину спокойствия.

Сердце колотилось, как колокол, когда он втаскивал в лабораторию контейнер из криохранилища. Холодный пар клубился над ёмкостями с серыми комочками – нежизнеспособные зародыши крыс и неудачные клоны из архива отдела клонирования животных. Быстро, почти механически, он распределил их по пустым клеткам вивария. «Вот и ДНК» – сказал он шёпотом, вытирая крупные капли пота на лбу. Пустой контейнер он оставил по центру клеток вивария.

Он подошёл к сейфу у рабочего стола и извлек из него капсулы – небольшие, металлические цилиндры. Пирофорный лабораторный реагент на основе церия. Тот самый, что химики использовали для экстренной высокотемпературной утилизации опасных биологических отходов. Игорь аккуратно разместил капсулы в углах клеток, под ковриками-подстилками. Пальцы дрожали, когда он подключал миниатюрные электрозапалы капсул к клеммам перепрошитого блока управления автоматической кормушки. «Искра здесь… перегрузка там…» – он знал цепь как свои пять пальцев. Таймер на блоке замигал: 03:02:12. Провода были тщательно замаскированы, спрятаны за панелями. Разлёт искр от пирофора не только запустит огонь, но и гарантированно выведет из строя проводку и камеры в отсеке, уничтожив всё в помещении.

"Всё…" – выдохнул он, обводя взглядом лабораторию. Нет места для сомнений. Надежда на автоматику и точный расчёт. «Система пожаротушения сработает, когда мне нужно» – хладнокровно подытожил Игорь.

Вечером Игорь покинул НИИ как обычно. Дома, поздней ночью, он подключился через домашний компьютер по защищённому каналу к камерам видеонаблюдения и датчикам лаборатории. Каждая секунда тянулась вечностью. Ровно в 03:02:12 сигнал активировал электрозапалы капсул с пирофорным реагентом на основе церий-железного сплава. Раздался резкий звук удара, и из клеток вырвался сноп ослепительных, раскалённых искр. Они, как рой огненных пчёл, разлетелись по помещению. Мгновенно последовали хриплые щелчки и треск коротких замыканий – искры попали на открытые клеммы блока питания кормушки и в щель распределительной коробки. Яркая вспышка осветила комнату на долю секунды – это сгорела плата управления. Пламя, подпитанное воспламенившимся пластиком клеток и подстилки, жадно охватило виварий. Густой дым моментально заполнил помещение. Взрыв! – более мощное замыкание где-то в глубине щитка окончательно добило камеры наблюдения в отсеке. На графиках датчиков температуры и задымления взвились вверх до максимума указатели…

«Сработало!» Температура падала – система пожаротушения заливала помещение пеной и водой. Сигнал тревоги ушёл на пульт охраны. Игорь резко выключил планшет. Темнота комнаты поглотила его. Роль начинается…

Рано утром, играя недоумение, он втиснулся в толпу у дверей лаборатории. Запах гари, гасящего газа и плавленого пластика ударил в нос. Пожарные разгребали чёрный, залитый пеной угол вивария.

– Что случилось?! – обеспокоенно крикнул Игорь и раскашлялся от остатков гари в воздухе.

– Возгорание. Противопожарная система сработала вовремя. Пострадал только виварий… К сожалению, вместе с лабораторными животными – Пожарный махнул рукой в сторону угля и оплавленного металла.

После формального опроса Игорь первым делом рванул в ветеринарный отсек. Максик встретил его тихим шуршанием в боксе. «Фуух… Всё отлично…» – выдохнул Игорь. Затем – тяжелый шаг в кабинет Германа Всеволодовича.

Директор сидел за столом, лицо – каменная маска.

– Герман Всеволодович… я… в шоке. Остался только Максик. Остальные… – он сделал паузу, глотнув воздух. – Девяносто девять уникальных образцов… превратились в пепел.

– Как?! – директор вскочил, стукнув кулаком по столу. Чашка кофе на столе чуть не опрокинулась, расплескав половину. – Девяносто девять синтетических крыс?! Первых в мире?! Сгорели? Инвестиции! Научный прорыв – в труху! – Его голос дрожал от бессильной ярости, глаза сверлили Игоря. – Как ты допустил?!

Игорь беспомощно развел руками, опустив взгляд:

– Не знаю… Возможно, короткое замыкание… так предварительно… сказали пожарные – Игорь запинался от стресса.

Директор резко вдохнул, пальцы впились в край стола, взгляд, еще секунду назад безумный, стал ледяным и пронзительным:

– Доклад завтра… В 9:00 с полным анализом произошедшей ситуации и возможными рисками… Свободен.

Игорь вышел, оставив директора одного. Тот пристально уставился в окно, попивая остатки кофе. И, наконец, болтая пустой чашкой, тихо сказал: «Почему именно сейчас? Когда контракт уже был готов…»

Он нажал кнопку связи с секретарём:

– Вызовите ко мне Дарью Олеговну. Сейчас же.

Герман решил поручить Дарье расследовать этот случай. Она – прожжённая карьеристка: амбициозна, беспощадна к чужим ошибкам и имела полный доступ к системам аудита НИИ. Её отдел безопасности курировал журналы перемещений и доступов. Если Игорь что-то скрыл – она найдет след в цифрах. А уж мотивацию ей обеспечит сам факт поручения: раскрытый саботаж или халатность – верная ступенька вверх по карьерной лестнице.

Когда Дарья вошла, её взгляд был холодно-собранным.

– Садитесь, Дарья Олеговна, – директор жестом указал на стул. – В лаборатории Игоря Александровича произошёл пожар. Уничтожены девяносто девять синтетических крыс. Остался один. – Выясните, что произошло. Досконально. Любые записи, файлы, журналы. Показания датчиков. Видео. Закупки. Всё, что связано с этим… экспериментом. Я хочу знать правду. – Его взгляд впился в Дарью, ища малейшую реакцию. – Всё понятно?

– Всё понятно, Герман Всеволодович, – ровно ответила Дарья, посмотрев директору прямо в глаза. – Приступлю немедленно.

Глава 15. Шпионаж

Игорь зашёл в столовую НИИ и Дарья кокетливо поздоровалась с ним:

– Привет, Игорь. Как ты? – она обеспокоено провела ладонью по его плечу.

Игорь невольно задумался: «а ведь это первый раз она дотронулась до меня. Если не считать, случайных задеваний плечом при ходьбе».

– Привет, Даша, – Игорь расцвёл в улыбке, – да… Ты же слышала о пожаре в нашем отсеке… Почти все крысы погибли.

– Бедняжка, да я беспокоилась о тебе, – с придыханием сказала Дарья, – Ты не пострадал?

– Даша, спасибо. Всë в порядке, никто кроме крыс не пострадал.

Дарья обняла Игоря как обнимают родственников после долгой разлуки. Он почувствовал, как аккуратные холмы её бюста прижались к его телу.

«Это её первое интимное и трогательное прикосновение», – подумал Игорь. У него пошли мурашки по спине: «И всё-таки она проявляет интерес… настоящий?»

– Слава Богу. Игорь, садись со мной. Пообедаем вместе.

Дарья указала на свободный столик, Игорь охотно присел. Следом за ним, поставив поднос с едой, нагнулась Дарья. Её лабораторный халат был расстёгнут, под ним приталенный чёрный пиджак, с острым треугольником выреза, из-за которого была видна тёмная ложбинка смуглых подтянутых грудей. Игорь почувствовал прилив крови к вискам, разглядывая их, пока Дарья садилась. Она села полубоком, и её короткая юбка задралась выше колен, обнажив атлетичные мышцы ног, выдававшие её тренировки в спортзале. «Всё в ней дышало опасной притягательностью и как будто было создано для наслаждений» – уже смирился со своим поражением Игорь.

– Хорошо, что пожар не распространился по всему институту! – заметила Дарья

– Да, система пожаротушения сработала быстро. Но наши питомцы… Это ужасно… Почти все погибли… Кто бы мог подумать…

– Да, Игорь. Такое нельзя предугадать. Мне жаль твоих животных. Наверно, ты уже успел привязаться к ним. Я видела твой видеоотчёт – они были забавные…

Игорь пытался рассмотреть глаза Дарьи и понять искренность её слов, но за затемнённым стеклом её смарт-очков это было почти невозможно. Он только увидел чёрные стрелки в уголках её кошачьих глаз и игривые брови. Сами очки настораживали Игоря, он знал, что в любую секунду с их помощью Дарья могла мысленно дать им команду: произвести видеозапись, увеличить изображение, чтобы разглядеть мельчайшие движения его мимических мышц или просканировать его как рентгеном. Поэтому Игорь, с одной стороны, старался не говорить лишнего, с другой – быть как можно более естественным и дружелюбным, чтобы стереть все сомнения Дарьи. Каждый его жест, каждое микродвижение лица могли быть проанализированы и записаны. Он чувствовал себя под микроскопом. Игорь не мог понять для чего Дарья носит эти очки: для того, чтобы поддерживать образ недоступной красотки или с практической целью?

Дарья, будто поймав его взгляд на очках, с едва заметной улыбкой сдвинула их вверх на её каштановые волосы.

– Спасибо, Даша, за поддержку, – продолжил диалог Игорь.

– И что? Никто не выжил? – Дарья посмотрела ему в глаза с глубокой заинтересованностью.

– Только Максик.

Дарья провела длинными ногтями по тыльной стороне его ладони, оставив исчезающий белый след. Игорь почувствовал будто электрический заряд пробежал от его руки по всему телу, заставив его испытать трепет перед её женственностью.

– О, Максик, – голос Дарьи звучал тепло и сочувственно – Ты показывал его на презентации. А можно познакомиться с ним поближе? Покажешь мне его?

– Да, я как-нибудь принесу его в твой кабинет… – растерялся Игорь.

– А может у тебя в лаборатории? Я никогда не была там…

Игорь на мгновение замер.

– Посмотрим, – ответил он, стараясь звучать нейтрально.

– Пожалуйстааа, – протянула Дарья, – Мы давно работаем вместе, а я до сих пор не знаю где работает гений-учёный.

«Интересно: она меня хочет или преследует свои цели? А если она меня хочет – то это мой шанс!» – с азартом охотника заключил Игорь.

– Хорошо, Даша, как-нибудь покажу. Но не сегодня – окончательно сдался Игорь.

– Хорошо. Договорились, – Дарья улыбнулась, прикусив губу.

Глава 16. Размышления

Владимир, в пустой квартире смотрел телевизор и перелистывал каналы. Мало кто знал, что у Владимира, как и у многих коренных москвичей, была вторая квартира, которую он обычно сдавал в аренду. Она сейчас как нельзя кстати пустовала. Тайно от Тейзы и друзей он часто приходил сюда для того, чтобы побыть одному, привести свои мысли в порядок и отдохнуть от забот. Сегодня же эта пустота давила, эхом отдаваясь от стен.

Он замер, случайно наткнувшись на канал с дебатами. Выступал лидер организации "Антиклон":

– Клоны противоречат эволюции, и не угодны Богу! Единственное оправдание их существования может быть только их служение и функция резервуара для органов оригиналам и нуждающимся природным людям.

Его оппонент парировал:

– Вы говорите о всех клонах или только о нелегальных клонах?

– Я говорю и о тех, и о других.

– Уууу, – послышались возмущения зрителей.

– То есть Вы не согласны с законом? – продолжал оппонент.

– Послушайте, я понимаю к чему Вы хотите подвести, – продолжал, играя желваками лидер Антиклона, – Я соблюдаю закон и все члены нашей организации честны перед правосудием…

– …Но Вы только что…

– …Дайте мне договорить – я не закончил, – настойчиво перебил антиклоновец, – Я скажу чётко: легальные клоны должны служить человечеству, нелегалы – должны стать донорами органов.

– Но ведь закон так же конфискует органы нелегальных клонов. Тогда зачем вы нужны? И что Вы имеете ввиду под «служением»?

– Ещё раз: наша организация создана для того, чтобы следить за тем, чтобы закон соблюдался…

– Но Вы… – не унимался оппонент.

– …Подождите, – лицо лидера Антиклона покраснело от сдержанного гнева, а его очки запотели, – Вы так и будете меня перебивать? Вернитесь, пожалуйста, к дискуссии. Сегодня нелегальные клоны творят много преступлений, и это не только подделка документов, но и тяжкие деяния: убийства, изнасилования. Мы выявляем таких клонов и сдаём полиции.

– Да… Тогда скажите: за что убили недавно шестнадцатилетнюю девушку? Она была легальным клоном, но то, что от неё осталось, нашли в канаве без жизненно-важных органов. Что Вы на это скажете?

– Оооо! – гул возмущения прокатился по залу.

– Наша организация не имеет к этому отношения. Ищите маньяков, прочих психов, криминальные группировки – не надо приписывать нам все существующие преступления против клонов! Это провокация!

Часть зала зааплодировала.

Холодный пот пролился со лба Владимира, он не выдержал напряжения и выключил телевизор. Гробовая тишина стала единственным свидетелем Владимира.

"Резервуар для органов… нашли в канаве… почему этих радикалов до сих пор не запретили, – мысль о Тейзе, беззащитной перед этой истеричной ненавистью, внезапно поразила его сердце словно холодная сталь, – Смертельно опасно оставлять её одну! Нужно сделать ей паспорт – легализовать еë личность… Быстрее… Фальшивый чип? Нет… Надо обсудить с Игорем".

Глава 17. Рандеву

– Ой, какой забавный Максик… – Дарья присела рядом с клеткой, не сводя глаз с крысы, – Он так внимательно изучает газету… Тебе не кажется, что он умеет читать? – с озабоченностью спросила она.

Максик задумчиво водил мордочкой, рассматривая лицо пропавшей девушки-клона, на первой полосе газеты.

– Нет, что ты? У него есть несколько человеческих генов, но не настолько, чтоб он читал. А только для того, чтобы он мог понимать некоторые команды, – ответил Игорь.

Увидев, всë ещё удивлённое лицо Дарьи, он продолжал:

– Любопытство – часть исследовательского инстинкта, который присущ всем высшим животным.

– Хммм… Забавный крысëныш, – Дарья наконец отвела взгляд от Максика, устремив его на Игоря с игривым любопытством, – И чем вы с Володей занимаетесь в свободное от опытов время?

– Мы играем в пинг-понг. Сыграешь пару раундов?

– Я давно не… А почему бы и нет? – улыбнувшись согласилась Дарья.

Она стала играть в настольный теннис, под мерцающий свет мониторов, сперва неловко, но затем вошла в азарт и еë движения стали более естественными и точными.

Слегка вспотев, Дарья расстегнула несколько пуговиц на еë белой сорочке, так что было видно завораживающее декольте еë аккуратной и упругой груди, с частью кружевного чёрного лифчика.

– У тебя неплохо получается, – заметил Игорь прогресс в игре Дарьи.

– Классная игра мне нравится.

– Да, отличное решение для тех, кто хочет развить точность и ловкость. Неплохая альтернатива единоборствам для начинающих.

– Это почему?

– Тренирует реакцию! – отвечал Игорь во время игры, – Если у тебя хорошая реакция – ты увернёшься от удара и быстро нанесёшь удар. Потом главное, потренировать силу.

– Интересная теория… Давай сделаем паузу. Что-то у меня кружится голова… И я… взмокла, – неловко ответила Дарья.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.