# Записки колдуна – Дневник Чарльза Ли Рея том 2 новое начало

Тори Рей-Роуз

Чарльз Ли Рей попадает в параллельную реальность по своей воле. В этом мире его сын, погибший от горя, всё ещё жив. Здесь он только родился, и рыжий 33-х летний колдун спасает его, вытаскивая из магазина игрушек.

Чарльз оказывается в 1986 году, где его ждут события, которые изменят жизнь колдуна. Он часто забывает своё прошлое и начинает всё сначала, с ребёнком на руках. Герою предстоит раскрыть множество тайн, связанных с его семьёй, прошлым и настоящим.

Вступление

Шаг назад был неизбежен. Ведь Чарльз хотел всеми способами вернуть к жизни единственного сына. Три года назад Глен трагически погиб, после того как совершил своё первое и последнее убийство на почве ревности. Что происходило между Джессикой и тем пацаном, которого убил Глен, остаётся загадкой. Ну, Чарльз не хотел лезть в эти дебри и очень пожалел об этом, так как после убийства соперника Глен ушёл в себя и увял на глазах. В итоге он умер. Но убитый горем отец каждый день вызывал его с помощью обрядов и разговаривал с ним. Именно нужно вернуться в прошлое, в 1988 год. Но эта реальность была немного другая. В ней Глен уже успел родиться от Тиффани. В этом времени девушка забеременела от своего жениха прежде, чем тот замутил с Сарой Пирс. Так вот. Чаки очнулся, перешагнув через портал. Он тут же всё забыл, когда оказался в моменте, когда он убегал от детектива Майка. И, как и положено, скрылся в магазине игрушек. Неожиданно убийца услышал плач младенца, и у него в голове мелькнула мысль о том, что с ребёнком на руках в него вряд ли будут стрелять. Отыскав малыша среди рыжих кукол, он взял его на руки и быстрым шагом отправился к машине сообщника.

Немного сбавив скорость, Чарльз завернул ребёнка в свое старое пальто, пропахшее кровью и табаком и бог знает чем ещё. Засранец Эдди, уже хотевший было отъехать, заметив его, закатил глаза и подъехал ближе. Чарльз забрался на заднее сиденье, бережно держа ребёнка на руках.


## Глава 1- Погоня, кольцо и младенец

-Ты, придурок, чего встал? Поехали! Нас же догонят , идиот!

Но Эдди вопросительно и с отвращением взглянул на свёрток в руках напарника, как бы говоря: «Что за кусок пищащего дерьма у тебя в руках?»

И Эдди спросил:

– Какого хрена, Чаки?

Эдди был немногословен, его словарный запас был гораздо скромнее, чем у Чарльза. С детства он всегда следовал за Чарльзом, восхищаясь им, но понимая, что ему никогда не стать таким, как Чаки. Эдди просто плыл по течению, считая, что это приносит ему удовольствие. Но так ли это было на самом деле? Впрочем, это не имело значения.

Сейчас же он совершенно не понимал Чарльза. Как убийца мог рисковать своей жизнью, а в самый ответственный момент спасать ребёнка? И как можно было быть настолько безответственным, чтобы обречь своего сына на жизнь вне закона? Эдди не понимал, но тем не менее Капуто нажал на газ и попытался как можно быстрее скрыться от копов.

Эд следил за дорогой и постепенно стал ускоряться и его безумно выводил игнор со стороны своего сообщника, а так же то, что в данный момент он сосредоточен на каком-то куске плоти, которого нельзя было назвать полноценным ребенком, такое и было отношение к Эдди к детям, он считал их словно за животных.

– Эй, Чак, слушай меня! Нельзя быть таким безответственным! Ты мой зад подверг опасности.

Эдди уставился на Чарльза и чуть было не потерял управление, когда машина резко слетела на встречную полосу, но всё же он успел перехватить руль и вовремя съехать.

– Куда мы вообще гоним?

– Я сам был на волосок от смерти, – сказал он. – Отвези меня домой. Нам больше некуда идти. Под «нами» он имел в виду себя и сына. Он сразу же привязался к ребёнку, как будто был в долгу перед ним.

– С копами я разберусь сам, – добавил он. – Пусть этот придурок Майкл посадит меня под домашний арест.

– Какой… Какой сука домашний арест?

Казалось, что Капуто решил сегодня исчерпать абсолютно весь свой словарный запас, ведь долгое время был молчаливым и удобным. Но он желал высказаться и быть услышанным.

Резко затормозив, он заставил старую тачку дёрнуться вместе со всеми пассажирами внутри, затем он кулаком ударил по рулю.

Чаки, что с тобой? Ты всегда был мозгом нашей банды, а теперь из-за этой «игры в родителя» стал просто дураком! Послушай, это говорит твой лучший друг. Тебя не посадят под домашний арест. В лучшем случае посадят, а в худшем убьют.

– Притормози, придурок! Ты напугал ребёнка. Меня не посадят, у меня сын. И не смей меня осуждать, кретин, – Чаки прижал малыша к груди, обеспокоенно глядя на него. – Всё хорошо, малыш, папа здесь. Ещё раз так сделаешь – об стекло убью.

Мужчина тяжело выдохнул и прошептал что-то. На его пальце блеснул маленький обруч.

– Эдди, не вынуждай меня использовать кольцо. Ты знаешь, что это может для тебя значить. Я сделаю из тебя собачку, если ты сейчас же не уедешь, – Чарльз редко пользовался кольцом. Почти никогда. Но сейчас он твёрдо решил превратить своего друга в раба. Если тот не уедет от копов прямо сейчас…

Эдди закатил глаза, он уже привык, что Чарльз часто воспринимает его как собачку и без кольца. Нахмурившись, он бросил на друга осуждающий взгляд, ясно давая понять, что с места не сдвинется.

– Ну давай, давай же. Ты этого не сделаешь…

– Ты хочешь, чтобы нас поймали? Чего ты добиваешься, чёрт тебя дери? – Чарльз вытянул вперёд руку с кольцом, а другой крепко держал ребёнка. Кольцо выглядело неприметным: простое серебряное с четырьмя маленькими камушками – зелёным, красным, голубым и фиолетовым.

– Я хочу, чтобы ты перестал выпендриваться, Чак.

Эдди посмотрел на руку мужчины, разглядывая кольцо, и тяжело вздохнул. Он оставался скептиком и думал, что Чарльз просто сошёл с ума. Но он даже не подозревал, что произойдёт…

– Ясно, ты хочешь, чтобы я выбросил моего сына… Ты не оставляешь мне выбора. Сила стихий, магия затмит голос разума, подчинит мне, высосет волю, – тихо, но уверенно говорил Чарльз. Он никогда раньше не изучал другую магию. Знания пришли к нему вместе с кольцом. Он был в каком-то трансе и знал, что и как нужно сказать.

Яркая вспышка ударила Эдди в затылок. Через двадцать секунд его тело обмякло, глаза приобрели жёлто-оранжевый цвет, и он без слов повёз друга домой.

– Будь нянькой моему сыну, если меня не будет дома .

– Слушаюсь, хозяин…

– Иди уложи сына.

## Глава 2. Детектив, откровения и чёрные слёзы.

Утро началось с раздражающего звонка в дверь. Я уже знал, кто может быть за ней – чёртов детектив Майк. Той ночью он зассал в меня стрелять, потому что у меня в руках был ребёнок. Не скрою, спас я его для прикрытия, но затем что-то во мне перевернулось. Да вы уже и так это знаете, не буду повторять по нескольку раз. Я не спеша встал со стула, на котором я сидел, качая сына в старой колыбели. Уставший от погони малыш наконец заснул, и я закурил сигарету. Пока я полз до двери, детектив продолжал настойчиво и громко трезвонить в звонок, едва не разбудив моего сынишку. Слава Дамбале, спит он крепко. Я открыл дверь, так как этот гадёныш не угомонился бы. Он хотел было достать пистолет, но тут же слегка растерялся, и это меня позабавило, но после бессонной ночи с ребёнком моё лицо не выражало ничего, кроме глубокой усталости и похуизма ко всему, что сейчас произойдет. Однако детектив отпустил своё оружие, увидев моё глубоко отсутствующее выражение лица. Перевести меня в чувство только мог плач моего сына. Откуда я узнал, что это мой сын? Да, честно говоря, хрен его знает. А если быть еще честнее, мне подсказало моё чутье, а еще странная записка от моей бывшей, которую я нашёл, принеся ребёнка домой. Записка была небрежно брошена на одеяла, когда я заворачивал младенца в пальто. Я их даже не снимал, потому что было не до этого… Я стоял в дверном проёме, покуривая сигарету и смотря на этого балбеса, который охотился на меня с самого начала 80-х.

– Ну, чего застыл? Заходи, давай поговорим. И пистолет убери… Не переживай, сегодня я настроен дружелюбно. Можем даже чай выпить, пока ребенок не проснулся.

– Какой чай? Где ребёнок? Что ты с ним сделал?

– Он всего лишь спит… Можешь посмотреть, я его не похищал, знаю, что ты мне вряд ли поверишь, но сам посмотри, зачем мне врать…

Майк, разумеется, не разулся, протоптав грязными ботинками по ковру. Он прошёл мимо меня, бросив нервный взгляд на тлеющую сигарету в моей руке. Я даже не пошевелился, чтобы ее потушить. Мне было, честно говоря, плевать. Пусть хоть весь дом спалит, лишь бы малой не проснулся.

В комнате царил полумрак. Единственным источником света был бледный луч уличного фонаря, пробивавшийся сквозь щель в зашторенном окне. Майк замер у детской кроватки, вглядываясь в спящее лицо младенца. Он дышал ровно и глубоко, маленький кулачок был крепко сжат. Детектив постоял так несколько секунд, затем медленно выпрямился и повернулся ко мне. Напряжение исчезло с его лица, сменившись чем-то похожим на облегчение.