Энн Нейроли
Сияющая пыль на планете Пушистик

Где находится Пушистик?

Каждый житель Земли хоть раз бывал на небольшой планете Пушистик. На ней не бывает голода, слёз и печали. Солнце светит ярко, а зелёная трава покрыта слоем ослепительного блеска.

С возрастом всё меняется. Окружающий нас мир теряет краски, становится проще и логичнее. В нём больше нет места говорящим животным, вечному празднику и безграничному счастью. Всё начинает служить законам и правилам. Именно так пропадают чудеса, а люди забывают планету Пушистик.

Один мальчик как-то сказал отцу:

– Мне приснился сон. Я гулял вдоль голубой реки по полю с разноцветной травой. Я бегал вокруг дерева – оно было похоже и на дуб, и на берёзу одновременно. Когда я подходил к нему, то появлялись мои любимые запахи: печенья со сливочным маслом и карамели. Внутри чистой реки плавали рыбки цвета северного сияния. Они выстраивались в колонны, как солдатики, а потом плыли прямиком в свои подводные дома. Рыбки разговаривали, пели и смеялись! А самое интересное, что земля под ногами была похожа на пушистую сахарную вату.

Отец сразу написал об этом месте небольшой детский стишок, который выложил в интернет. Не успел пройти месяц, как взрослые, один за другим, писали ему, что тоже видели такой мир. Они помнят это место.

Но нашёлся лишь один-единственный старик с длинной седой бородой, который утверждал, что точно знает истину. Он говорил, что всё это не просто сон, а настоящая планета, до которой не добраться обычному человеку, о которой не прочитать в книгах и не увидеть в новостях. Тогда никто не воспринял его слова всерьёз.

Но старик знал, что, если кто-то увидел планету Пушистик во сне, значит, дети уже родились. Он поднял глаза на стену и увидел надпись: «Лишь раз в сто лет на Земле рождаются компаньоны». В этот момент стоящий рядом робот зажужжал и выдал письмо:

«Дорогие Земляне!

Если вы читаете это, значит, пуштарианцы нажали синюю кнопку вызова помощи с планеты Земля. Население планеты Пушистик может быть в опасности. Просим вас откликнуться на призыв и отправить туда компаньонов.»

– Пора, – сказал себе старик, глядя на карту планет.

Он достал из железной шкатулки медальон. Как только его рука коснулась чёрного металла, медальон покрылся сетью трещин, а по центру его пронзила молния. Из неё, как лава, разливался белоснежный свет.

Глава 1. Недетские мечты

Прошёл месяц с того дня, как старик из компании «Компуш» выложил в сеть письмо с планеты Пушистик. Статья называлась так:

«Избранные уже среди нас! Этим летом! В парке! Ждём всех!»

Большинство родителей помнили этого старика ещё со времён своей юности. Теперь же все дружно хотели увидеть именно своих детей избранными, особенными. Теми, кому предстоит полететь в неизведанную галактику.

– Не проходите мимо! Только у нас и только сегодня всего за парочку хрустящих купюр вы можете купить волшебный калейдоскоп! – кричал невысокий мужчина в голубой мантии с коряво вышитыми на ней бумажными звёздами.

Голос чудака надрывался, и посетители с недоверием, но с большим любопытством, оборачивались на него и крутили пальцем у виска.

– Пап, ну пап! – потянула Поля отца за рукав. – Может, мы купим волшебный… как же его там? Клиноспок?

– Калейдоскоп! – Дима закатил глаза. – Как можно не знать это слово?

– Скажи ещё, что ты знал. Тогда купи ты и покажи, как пользоваться, – хитро улыбнулась девочка.

– Разводи малявок.

Папа не отвечал на вопросы детей. Он высматривал сцену, которая была обозначена на карте красным крестиком.

Дима нахмурил брови. Он нашёл себе новое занятие – пинать камушки, попадавшиеся ему на пути.

– И зачем мы сюда припёрлись? Тут одни мошенники! – сказал он, не поднимая глаз от земли.

– Как тогда ты объяснишь это? – пропищал голос сестры.

Мальчик поднял голову, его взгляд упёрся в большой светящийся шар. Окружённый разноцветными шатрами, каруселями и ряжеными клоунами, шар выглядел особенно современно. Он крутился вокруг своей оси, как будто был сделан из стекла. Внутри него порхала огромного роста балерина в розовых пуантах и пушистой пачке.

– Ой, отстань от меня.

– Волшебствооооо… – Поля рассматривала, как маленькие блёстки, будто снежинки, кружат вокруг балерины.

– Ты и сама знаешь, что это не магия. Вон, смотри, – показал он пальцем на летающие с помощью моторов доски, которые держали шар.

– Ты очень скучный.

– Я не верю в сказки. И я не подписывался на детский утренник для маленьких девочек! – Дима отпустил руку отца. – Я останусь тут. На этой лавке. И буду ждать, когда она, – тут он посмотрел на сестру. Её большие зелёные глаза налились слезами. Непонимающая улыбка сменила безграничную радость. Брату стало так сильно её жаль, но он продолжил, – наиграется в эту волшебную ерунду.

Отец, который долгое время терпеливо молчал, вдруг сказал:

– Так, дети, это не ерунда. Это конкурс, в котором должны участвовать все. Ну, от шести до шестнадцати лет. Не я придумал и не мне это менять. Кто знает, может, именно вы те самые «избранные»? – он пальцами показал в воздухе кавычки.

– Паааап, ну какие волшебные страны… Ну ты же взро-о-ослый! Как ты можешь в это верить? – сын уже начинал беспокоиться о состоянии своего отца, но вспомнил, что взрослые иногда бывают страннее и наивнее, чем дети.

– Я знаю, что это правда, – он посмотрел на Диму и положил руку на его плечо. – Я тоже помню это… помню те голубые реки с запахом миндаля. Когда я читал тот стих, мне казалось… что я вернулся в прошлое. В детство.

После его пламенной речи Дима немного остыл.

– Может, ты и прав. Но я не очень верю, что мы, пап, будем избранными. Шансы так же малы, как знания Поли о классическом футболе.

– Да я бы и не хотел, чтобы вы ими стали. Меня мама попросила вас сюда привести. А её обязали на работе. Всё это, – он развёл руками невидимый воздух, – гигантская ответственность для ваших сверстников. Не желаю вам такого.

Вокруг царила утренняя атмосфера волшебства. Солнце светило так ярко, что люди у кофеен прикрывались лёгкими полупрозрачными зонтиками. Колесо обозрения украсили свисающими на серебристых цепях бумажными ромашками. Небольшие пухленькие роботы на колёсах развозили лимонно-персиковые лимонады и угощали гостей сочной малиной в шоколаде. Мороженщики, торговцы сладкой ваты и мармелада бродили по аллеям в бело-голубых костюмах, напоминая межгалактических путешественников. Магию этому роботизированному миру в век научных открытий добавляла музыка из старых детских фантастических мультфильмов.

Медленно шагая через праздничный хаос, каждый член семьи думал о своём. В голове Поли возникали картинки того, что вот-вот она окажется «той самой девочкой», которой суждено узнать главную тайну последних десятилетий. Она придёт в школу, и все – абсолютно все – будут завидовать ей.

Тем временем мысли Димы занимал только предстоящий турнир по биологии. Два года старательной учёбы, изучения книг до глубокой ночи, олимпиады и наконец-то – турнир за денежный приз! Наконец-то он сможет сам купить себе футбольную форму, ради которой ежедневно учил виды, классы, подвиды и семейства всего живого на Земле.

Величественную сцену с тёмно-синим занавесом, как в театре, установили в самом центре парка. Вдоль неё кучками стояли семьи с детьми. Дима пробирался сквозь них, как сквозь густой лес в поисках белых грибов. Он искал, где бы ему присесть и открыть книгу, выигранную вчера в библиотеке.

Вокруг были слышны речи чужих родителей:

– Ася, на сцене веди себя прилично! – говорил женский голос ребёнку.

– Надеюсь, это будет наш Тимоша! – прохрипела старая бабушка, растрёпывая макушку рослого мальчика, который безразлично играл в приставку.

– Мам, я точно знаю, что это буду Я! – почти кричала девочка.

– Осторожно, не капни шоколадом на белую блузку! – строго произнёс чей-то отец.

На сцене стоял большой трон, украшенный пластиковыми конфетами и разноцветными стёклышками. Сверху гордо сидел седовласый старик с длинной бородой. Он вскользь разглядывал толпу. Дима подумал, что на вид ему около ста лет. Одной рукой дед почёсывал длинную бороду, а другая рука в чёрной кожаной перчатке крепко держала какую-то штуку, похожую на медаль.

Рядом с ним стояла молодая девушка в красивом вечернем платье; её глаза выглядели немного растерянно, а руки нервно сжимали папку с бумажками.

Когда старику поднесли микрофон, парк накрыла тишина. Дима поднял голову и понял, что его семья оказалась далеко. В толпе виднелась папина красная кофта, но идти к нему навстречу он не стал. «После сцены найдёмся, он всё равно за меня переживать не будет», – подумал мальчик.

«Он очень самостоятельный, – говорил о нём отец своим друзьям, – мы никогда за него не боимся, когда он идёт гулять».

– Послезавтра мне исполнится восемьдесят семь, а я по сей день не нашёл себе последователей. Мне было восемь, когда на улице ко мне подошёл старик и попросил приложить мою руку к Луностоуну, – он поднял дряхлую, трясущуюся тёмную ладонь. – И я бесстрашно сделал это. Я до сих пор чувствую ток, который прошёл по моему телу. Луностоун засветился и раскрылся.

Старик поднял ту самую странную медаль. Не было похоже, что она скрывала в себе хоть какие-то тайные силы и знания. Тем более, что она может светиться. Дима увидел, как на глазах у старика выступили слёзы, а потом заметил на себе его мокрый, стеклянный взгляд. Казалось, что странный дед разговаривает только с ним, игнорируя остальную толпу.

Тело быстро покрылось мурашками. Только в этот момент его начали посещать мысли, что стать избранным – не такая уж и плохая идея. Проблема была в том, что Дима не мог понять, что именно ему принесёт такая известность. Он станет популярным? Или же, наоборот, это всё ещё сильнее увеличит пропасть и усилит непонимание между ним и одноклассниками?

– Незнакомая мне тогда девушка, а теперь – Катерина Ивановна, оказалась моей напарницей. Мы не смогли отправиться на Пушистик, и я не знаю, правда ли там всё так, как написано в этой книге. И не знаю, что происходит там сейчас. Ах, да…

Теперь он достал из большой сумки коричневую кожаную книгу и продолжил:

– Я не мог прочитать то, что написано тут о жизни той планеты. Ведь только побывав там, можно это сделать. Но я знаю и верю, что всё внутри – чистая правда. Лишь поэтому я стал избранным. Дети, которые будут выбраны сегодня, должны сделать больше, чем я. Чем Катерина Ивановна. Ведь Пушистик необходимо курировать. Хоть иногда. Это первая заповедь дневника. Каждый ребёнок и родитель, стоящие сейчас тут, должны понимать важность происходящего! Это не просто титул. Это сложная, серьёзная работа, которой дети посвятят всю оставшуюся жизнь. Именно поэтому не люди будут выбирать будущих компаньонов. Их выберет сама планета Пушистик.

Слушая старика, сомнения Димы почти исчезли. Он уже верил и в Пушистик, и в его жителей пуштарианцев, и даже в то, что странный дед в театральном костюме не сбежал из психушки. Старик явно ещё не успел потерять рассудок. Да и книга выглядела уж слишком старой и серьёзной.

Ведущая подошла ближе к микрофону. Он издал звонкий, оглушающий сигнал, после чего девушка сказала:

– Сейчас я буду называть номерки и имена. Детям нужно выходить на сцену по одному. Без родителей! – в зале послышался гул. Она отвлеклась, ещё больше растерявшись. – Нуу… нужно выходить по одному. А потом, если что, я позову родителей, чтобы всё подробно рассказать. Начинаем с номера… номер один.

Высокая девочка в блестящей футболке быстро пробежала на сцену. Дима сразу её узнал, ещё когда она стояла в толпе. Это была Таня – его одноклассница. Волосы девочки, как всегда, были аккуратно подстрижены под каре, а на ремне белых джинсов висели разноцветные мягкие, пушистые игрушки.

Ведущая, если так можно было её назвать, отодвинула занавес, и на сцене появился большой экран с дыркой, куда старик прикрепил Луностоун. Девочка коснулась медали рукой, и… ничего не изменилось. Экран остался глубоко-чёрным и мрачным.

Таня, ни капли не расстроившись, сошла со сцены, где недовольные её результатом родители уже ждали девочку, чтобы поскорее увести из парка. «Позор-то какой», – услышал Дима голос её папы.

Дима спокойно засел в углу с книгой. После третьего номера он перестал следить за происходящим. Дети продолжали подниматься на сцену и, не получая результата, спускаться. Они не испытывали никаких эмоций, кроме волнения перед выходом на сцену, ведь на них пристально и жадно смотрела целая толпа взрослых.

А вот их родители и опекуны сходили с ума, кто как мог. Они кричали на детей, просили ведущую проверить повторно. Жаловались, что дети плохо моют руки или недостаточно хорошо прижали ладонь.

Старец непоколебимо восседал, не обращая никакого внимания на их крики. Он точно знал: даже от лёгкого касания экран хоть чуть-чуть, но загорится.

– Номер сто шестьдесят два, – крикнула девушка.

Опустив глаза, Дима посмотрел на свой браслет. Мальчик растерянно встал со стула. Эмоции нахлынули, ему хотелось уйти. От побега останавливала лишь эта чудо-книга, которая манила своей таинственностью. Она стала для него теми тайными знаниями, которые он всегда хотел найти и использовать, чтобы стать полезным для кого-нибудь.

Старец привстал с трона и подошел ближе, будто что-то чувствуя, будто видя то, что не видели другие.

Дима почти коснулся рукой Луностоуна, как вдруг услышал за спиной голос:

– Не бойся, просто пробуй. Мы тебя любим!

Обернувшись на звук, он увидел отца и сестру, которые стояли у сцены. На лице папы сияла добрая улыбка. Сладкое миндальное молоко пролилось по телу Димы, ему редко удавалось встретить поддержку родителей. Конечно, он всегда знал, что они сделают ради них с сестрой всё, но они слишком редко выражали это словами.

Лёгким и безнадёжным движением руки Дима лишь слегка коснулся медали, как по экрану сразу пролетели стрелы, похожие на молнии. От испуга он отшатнулся назад. Экран снова потемнел.

– Не бойся, Дима, – старик подошел ближе, – уверенно коснись Луностоуна! Кажется…

Своим повторным движением он прервал старика, и по парку пронёсся удивлённый, восклицающий ропот.

– Это я? – Дима растерянно смотрел по сторонам. Глаза старика заблестели.

Ликование прервала выбежавшая на сцену Поля, её лицо было красным от слёз.

– А как же я? – кричала она, вцепившись в рукав толстовки брата. – Дима, ты бросишь меня на Земле одну?

Глава 2. Время принимать решения

С момента, когда на сцену к Диме вышла Поля, прошло не больше десяти минут, но время так быстро летело, что мальчик не успевал осознавать происходящее. С каждым мгновением в парке становилось всё громче: кто-то радовался, кто-то отчаивался, а кто-то, наоборот, не терял надежду, так как конкурс ещё не подошёл к концу.

Поля с заплаканными глазами стояла молча. Спрятавшись за спину брата, она не давала ему вникать в слова старика.

– Ты мне мешаешь, – прошептал он. – Почему ты везде за мной ходишь? Иди к папе.

– Я не могу, Дима, мне страшно.

– …итак, вот этот дневник. Но я могу дать его только после нашего следующего разговора. К тому же после того, как мы найдём второго избранного, – сказал старик, начиная отходить от ребят.

– Ребятки, давайте-ка пока спустимся. Сейчас они будут искать второго ребёнка, – отец протянул руку дочери, чтобы помочь спуститься.

Его всё ещё не радовала новость о том, что его сын оказался избранным ребёнком, но, глядя на его улыбающееся лицо, тревога потихоньку отступала.

Поля рванула обратно к медали и уже хотела было коснуться экрана, но девушка остановила её руку и продолжила речь в микрофон:

– Прошу немного спокойствия. Номер сто шестьдесят два. Ой. Три, – девушка снова начала запинаться и нервничать.

И снова десять, пятнадцать, двадцать детей, на которых никак не реагировал Луностоун.

Поля крепко держала брата за руку, ожидая свой номер. Она всегда казалась ему младше, чем есть на самом деле. В свои девять лет сестра иногда вела себя, как совсем маленький ребёнок, что жутко его бесило. Ему хотелось сестру-двойняшку, ровесницу, чтобы с ней можно было играть и соревноваться на равных. А ещё лучше – брата. А вообще, было бы круто, если бы он был старшим… «Он бы точно защищал меня», – подумал Дима и снова посмотрел на сцену.

По иронии судьбы на ней стоял Айк – школьный задира из параллельного класса. От мысли, что он тоже может стать одним из избранных, у Димы затряслись руки, и сильно забилось сердце, а по телу пробежала дрожь, как будто он упал в крапивный куст. Но и Айк оказался в пролёте.

В толпе было шумно, но родной голос Поли ярко зазвенел в ушах брата: «Мой номер». Она со всей своей лёгкостью рванула на сцену, никого не дожидаясь. Её жгуче-чёрные волосы с кудряшками на концах развивались на ветру, как пружинки. Широкие серые джинсы и белая футболка с большим тортом прямо на животе сидели на ней очень забавно. При всей своей детскости, на сцену она вылетела с единственной мыслью – не отпускать брата одного.

Дима казался ей безобидным, наивным и слишком добрым. Она боялась за него. Боялась, что он будет там совсем один, и его снова будут обижать, и ему никто не поможет. Она же не знает, кто живёт на этом самом Пушистике…

– Прислоняйте ладонь сюда, – сказал старик, видя, как Дима пробирается сквозь толпу. – Давайте.

«Давай!» – подумал про себя брат, сам того не ожидая.

– Горит! Горит! – быстро зашумела толпа.

И снова этот гул. То ли ликование, то ли разочарование.

На сцену с сияющей улыбкой выскочил Дима, он схватил руку сестры и поднял её высоко вверх.

– Это мы! – кричал он, не думая о том, что, скорее всего, он снова выглядит слишком глупо и по-детски.

На сцену повалил дым, заиграл баянист, и два молодых парня, стоявших по углам, загромыхали хлопушками. Но атмосфера праздника царила только вокруг сцены, а на ней старик с серьёзным видом объяснял отцу, куда и во сколько подходить завтра.

– До завтра вы должны принять решение, – сказал старик детям.

– Решение? – Дима недоверчиво смотрел на него.

– Нас же выбрал Луностоун, – добавила Поля.

Старик достал из дневника небольшую бумажку. Она не была похожа на что-то старое… Это оказался напечатанный и сложенный вдвое буклет.

– Виктория набрала на компьютере, – чуть смущаясь, сказал он, указывая на ведущую, – тут немного вводной информации. Самую малость. Остальное завтра! – старик был строгим и серьёзным. В отличие от ряженых в синие костюмы звездочётов мужиков, он действительно напоминал волшебника.

Мира, мама ребят, уже ждала их дома. Разговаривая по телефону, она успела испечь шоколадный торт, пожарить картошку фри и рыбные палочки. В самый центр стола она поставила огромную тарелку с нарезанными хрустящими овощами.

– Да, мам, дети скоро придут, – говорила она в трубку. – Что? Поля звонила тебе в слезах? Нет, мам, мы не сильно ругаемся с мужем! Просто… дети слишком впечатлительные. Тем более наша Поля.

Мира трудилась в космической промышленности, забывая о своих обязанностях дома. С тех пор, как космос стал доступным, а космический туризм разрастался, она собрала свою группу людей, которые отправляют на орбиты специальных роботов. Это были металлические коробки с рожками для сбора мусора, оставленного жителями Земли.

Ей всё чаще приходилось улетать на станцию «Космоклин», потому что работы с каждым годом становилось только больше. В одиночку отец не справлялся, и детям приходилось наблюдать постоянные ссоры между родителями.

Первой в дверь залетела Поля. Её глаза горели ярче звёзд на ясном небе.

– Мама! Ты видела? Видела? Это будем мы с Димой! МЫЫЫ!

– Конечно же видела! – радостно крикнула мама, как только все трое оказались в дверях, – мои ж вы детки!

Дима завалился за стол и схватил морковную палочку.

– Почему ты так переживаешь? – спросил его отец.

– Причин много. Не хочу…

– Ты никуда не полетишь, если не захочешь.

– Д… Я не об этом, – он достал из кармана смятый буклет, открыл и разложил его на столе.

БУКЛЕТ ДЛЯ СЧАСТЛИВЧИКОВ

Уважаемые Дима и Поля, в это столетие именно вы станете теми детьми, которые обязаны охранять планету Пушистик и заботиться об её благополучии. Это не только большая честь, но и большая ответственность.

Для начала я должна сказать, что:

1. Вы можете отказаться от своих обязанностей. Да, вы можете. Обязанности не передадутся другим детям. Планета Пушистик будет нуждаться именно в вас.

*за всё время ни разу никто не отказался, так как Камень Л, или, как вы его знаете, «Луностоун», не выбирает случайных людей. Но мы по закону обязаны предоставить выбор.

2. Вы не имеете право обсуждать этот лист или наш разговор с третьими лицами. Даже ваши родители, которые, наверняка, сейчас тоже читают этот буклет, должны хранить тайну. Так что рекомендуем и им воздержаться от распространения информации в целях вашей же безопасности.

Теперь о минусах:

(Да, это были плюсы)

1. Вы будете очень быстро взрослеть. А, следовательно, быстро стареть.

*мы пока не можем найти ответ на этот вопрос.

2. Ваши предшественники (мы) не летали на планету Пушистик. А значит, что вам нужно будет полететь. Если вы не летите, то это не значит, что вы отказываетесь и лишаетесь титула «Компаньон». Отнюдь нет, но вы там нужны.

3. На планете сложный язык, поэтому у вас будут датчики-переводчики. Изучая книгу, вы узнаете о том, что даже с датчиками не всем он дается просто.

Сегодня вам нужно решить две вещи:

1. Готовы ли вы оставить на некоторое время свои идеи, планы, школу и мечты, чтобы заняться изучением этой планеты? (Если нет, то скажите сразу, чтобы мы провели с вами работу, иначе у вас будет психологическая травма. Завидую вам: у нас не спрашивали).

2. Готовы ли вы полететь на планету Пушистик? (Если нет, то у нас и у пуштарианцев будут проблемы. Мы не давим, но предупреждаем).

Все подробности и ответы на ваши вопросы при встрече.

Буклет составлен Викторией Ракитовой.

Текст: Екатерина Ивановна Бордо.

– Выглядит серьёзно… – удивлённо протянул отец.

– Нет, а что ты хотел? Это же не какая-то шутка. А настоящее космическое путешествие. Лично президент сказал это по новостям! – ответила ему мама.

– Всё, о чём я хочу сейчас думать: что я возьму с собой на Пушистик! Вы только вслушайтесь, как звучит, – Поля залезла на стул и встала на носочки, – ПУ-ШИ-С-С-С-ТИК. Вау…

– Ты совсем несерьёзная! Не понимаешь, какая это ответственность? – проворчал брат и ткнул пальцем себе в грудь, – вот я понимаю!

– Это по-пу-ляр-ность, – сестра радовалась и строила ему рожицы.

– Прекрати говорить по слогам. Это так по-детски.

– Алё, я ребёнок! – она спрыгнула со стула. Ей казалось, что руки превратились в крылья самолёта. Поля раскинула их в стороны и начала, как циркуль на игле, кружить по кухне. – Дима, запрыгивай ко мне. Приём-приём.

Брат, оставив буклет на столе, пошёл в свою комнату.

– Что с ним? – спросила мама.

– Я не знаю. Он такой весь день, – отец достал очки и взял в руки буклет.

– Он не был рад выиграть?

– Был, ещё как. На сцене он был очень счастлив. Я не видел его таким уже давно.

Поля продолжала кружить, но ноги уже заплетались.

– Странно. Может, переживает? Если так, то эта поездка будет полезной. Пора учиться принимать решения.

Поля упала.

– Космонавт пал… Пора реанимировать, – сказал отец.

В комнате Дима рассматривал свою доску, на которую недавно прикрепил новые картинки. Это была магнитная доска целей. Когда-то, отец сказал ему: «Если ты будешь держать перед глазами то, к чему стремишься, то стараться будешь ещё сильнее». Теперь, помимо его фотографии на море, где папа дал подержать ежа, на доску он поместил: ярко-синюю футбольную форму, мяч с автографом всемирно известного футболиста, учебник биологии, на который он приклеил жвачкой значок кубка, который выиграл на детском литературном лото.

Рядом с кучкой футбольных целей (а биология была частью его футбольных целей), он наклеил стопку книг, золотую цифру «100», корону и школьный портфель. Проведя ладонью по своему имени, из его глаз потекли слёзы, а внутренний голос прохрипел: «Мальчишки не плачут».

Глава 3. Сначала разберись с землянами

– Как дела в школе? – спросила мама Полю, которая рисовала огромную космическую тарелку.

– Норм.

– Ты знаешь, о чём я, – мама положила руку на рисунок, чтобы дочь остановилась. – Ты же знаешь, да, что такие космические тарелки – это выдумка из мультиков?

– Жаль… – она вытянула рисунок из-под маминой руки, разорвала его и протянула ей чистый, белоснежный лист, – тогда нарисуй настоящий.

– Что с Димой? – уже прямо спросила мама, усаживаясь на кровать.

– Ничего особенного. Просто… он немного скучный.

– В смысле?

– Он любит учиться, все перемены сидит с учебниками в столовке. А ещё… Ну, ладно, неважно.

– Расскажи, раз начала, – улыбнулась мама.

– Нет. Димка меня прибьёт, – она чуть задумалась, – точно прибьёт. Ну, ладно, не прибьёт, но заберёт у меня… А, ой.

– Так, – мама встала, – это уже какие-то тайны. Давай так. Расскажи хоть что-то.

– Он дал мне свой аккаунт в нейросети для учёбы. Я оттуда уже полгода списываю домашку… И сочинения… И даже то, которое ты повесила на холодильник. Вчера.

В комнате пахло лилиями. Это был любимый запах Поли. Каждый раз, возвращаясь от бабушки летом, она привозила с собой один или три цветочка, чтобы «комната наливалась ароматами природы». Именно так Поле говорила бабушка, и она цитировала это при каждом удачном и неудачном моменте.

Запах цветов добавлял в комнату сказочную атмосферу. Нежно-зелёный плед на кровати и куча розовых и жёлтых подушек сверху. «Специфический у тебя вкус, конечно, для девятилетней современной девочки», – сказал Дима, когда она постелила на пол найденный в заброшенной квартире советский ковёр.

Мама смотрела на дочь, а на фоне виднелись её рисунки, которые та делала вместе с искусственным интеллектом. Они были на межгалактические темы, которые, как и интерьер, не подходили её возрасту.

– В общем так, – Мира выдохнула и улыбнулась, – я не буду тебя ругать, но ты знаешь, что мне нужно взамен.

Улыбающаяся мама становилась похожа на принцессу из мультиков, вокруг которой летали сияющие звёздочки. Это успокаивало Полю, и она была готова рассказать всё, что знала.

– Шантаж? – брови Поли взлетели на лоб.

– Считай так.

– Значит, отмечу, что это шан-таж.

Иногда мама не понимала свою дочь, но её это не сильно беспокоило. Несмотря на внешнюю игривость, активность и мечтательность, девочка была очень послушным ребёнком. Родителей никогда не вызывали в школу. В субботу и воскресенье, когда мама была на Земле, они с Полей ходили на службу в храм. Её мягкий характер выливался не только на людей, но и на зверей. Когда-то отец пообещал, что научит её всему, что знает сам, если она точно решит, что хочет идти по его стопам.

– Поля…

– Ладно, ладно. Кажется, я в ло-ву-ш-ке. В общем, ему очень нравится его одноклассница Таня. Её там за что-то дразнили, и он начал им отвечать. – девочка слегка призадумалась. – Если честно, мам, его не очень любят в классе. Вот и стали сразу обзываться.

– Обзываться?

– Ну. Заучкой. Занудой. Изгоем. Лягушкой.

– Лягушкой?

– Ну, типа, он с лягушками дружит больше, чем с людьми. Биология…

– Это не первый раз? Почему ты не…

– Нет. Но первый раз, когда его побили.

– Побили? – лицо мамы начинало краснеть. То ли от удивления, то ли от страха.

– Чуть-чуть. Его толкнули… – Поля решила не говорить, что его ещё и пнули.

– Ты знаешь этих ребят по именам?

– Не надо. Моему скучному брату от этого ещё сильнее влетит. Маменькиных сыночков не очень любят в наше время.

«Слишком умная у меня дочь», – подумала Мира, но вслух сказала другое:

– Тебе надо поменьше общаться с бабушкой…

– Это непробежимо. Ты сделаешь хуже.

– Непробежимо? Какие-то новые словечки двадцать третьего века?

– Ну, я имею ввиду, что это факт, – сказала Поля и хлопнула ладонью по столу.

– Неопровержимо? Ты это хотела сказать?

– Главное, что ты поняла.

– С трудом, но ладно. Вернемся к Диме. Как думаешь, мне стоит с ним поговорить?

Мама совсем не знала, как подойти к своему взрослеющему сыну и сказать, что знает о его проблемах в школе. Отец постоянно говорил, что парень должен справляться со всем сам или идти к психологу. Он считал, что родители не могут понять ребёнка, но материнское сердце подсказывало другое.

– Ты подставишь меня. А ещё обидишь его.

В гостиной, где сидел отец, пахло какао.

– Ты снова сделал его только себе? – спросила Мира мужа, закрывая дверь из комнаты Поли.

– Что это? Решила освоить новую профессию художника?

– Очень смешно! Поля дала мне. Хочет, чтобы я нарисовала ей примерную картинку космических летающих аппаратов – КЛА.

– Да она не на шутку загорелась!

– Это сейчас меня волнует меньше всего, – она села к мужу на диван. – Я думаю… Точнее, нет, Поля сказала, что у Димы в школе проблемы – его дразнят.

– Я думал, что эти времена прошли.

– Это было и будет всегда, – сказала мама, вытирая слезы рукавом белого свитера. – Может, ему пойдёт на пользу вся эта история?

Отец кивал.

Сначала Мира ни на шутку напугалась, что всё так сложилось. Для неё дети были слишком маленькими. Но она, как никто, знала, что космический туризм был развит настолько сильно, что даже младенцу было бы достаточно безопасно лететь в одиночку.

– Мой друг пару месяцев назад вылетал за Солнечную Систему с сыном. Как раз куда-то в район Альфы Центавра. Сказал, что всё вполне безопасно. Да, путь длинный, но вполне проверенный ещё с конца двадцать первого века.

– Проблема в том, что это даже не другая звёздная система… Это вообще другая галактика, на которую не летают обычные люди. По крайней мере, так мы думали раньше!

Отец был прав, туманность Андромеды, хоть и была самой исследованной из-за близости ко Млечному Пути, но космические туристы пока туда не добрались. Несмотря на это, учёные ещё в конце двадцать второго века нашли способы быстро преодолевать такие расстояния.

– Когда-то и полёт на Альфу Центавр был невозможен. Почитай старинные книги…

– А теперь мы разгребаем завалы грязи в нашей Солнечной системе! Спасибо туризму. Ты знаешь, сколько мусора остается от подобного туризма по Галактике?

– Не знаю, – он уткнулся в электронную газету, – и знать не хочу.

Поля устроилась на своей кровати, закинув ноги на мягкую игрушку – длинноного робокота, которого собрала на уроке в школе. Взяв планшет, она быстро набрала: «Как живут на разных галактиках». На экране замелькали пёстрые картинки: зеленые человечки, роботы, космические тарелки, разных форм планеты, туманы и прочее.

– Ого, – прошептала она сама себе под нос.

Девочка открыла статью с названием «Странники». Эти существа, похожие на людей, путешествовали по разным планетам и системам. Это сильно напугало Полю, но видео она всё же включила.

«У них нет дома, но есть специальные устройства, которые передаются по наследству. С помощью этих устройств, они открывают порталы, путешествуют по звездам. Могут оказаться даже в вашей семье!» – говорил лысый мужчина в коричневом пиджаке, пока на фоне красовались непонятные созвездия.

Поля читала, пока глаза не начали уставать. Где-то говорилось, что это миф, а где-то, что огромная опасность. Её мысли заполнили блуждающие странники, которые стучали в дверь её комнаты. Укутавшись в плед, она взяла ручку и выписала особенности, которые подчеркнул мужчина в пиджаке. Он больше всех внушал ей доверие.

Как распознать бездомного странника в космосе:

Их кожа слишком горячая из-за особенностей крови.

У них почти нет волос.

Стопы немного больше и шире, чем человеческие.

У них много мышц из-за особенностей строения.

Странники наделены большим умом.

Как правило, носят рваную одежду.

Солнце напекало головы ребят, которые без кепок играли в анти-футбол. Летающим мячом сегодня управляла пятнадцатилетняя Сия Михеева. Следующим должен был быть её младший брат – одноклассник Димы.

– Ненавижу эту скучную игру, – сказал Дима Тане, которая сидела рядом с ним, тыкая пальцем в планшет.

– Я тоже. Бессмыслица. Почему ты не хочешь предложить им поиграть в обычный футбик?

– Они не умеют. Там бегать надо.

Ребята одновременно посмеялись.

Наблюдать за игрой было скучно. Пять человек от одной команды и пять от другой бегали за летающим мячом, которым управлял человек, не принадлежавший никому. Он играл сам за себя. Суть игры была в том, чтобы не дать мячу попасть в ворота.

– Счет 3:0:0! В пользу Сии! – выкрикнуло электрическое табло.

– Ну что за бессмыслица! – повторил Дима еще раз. – Я пойду.

– Куда ты?

– Не знаю. Домой, наверное. Мне скоро уезжать на встречу с теми странными стариками.

Таня как раз хотела узнать у Димы, когда они пойдут на встречу, и, что там будет. Особенно хотелось знать – улетит ли он куда-то с Земли. В её близком окружении ещё никто не летал дальше Солнечной Системы.

– Дим, – окликнула она его, – ты расскажешь мне?

– Я не знаю. Наверное нет.

Таня закусила губу. Ей стало неудобно. Она всегда была его единственным другом. Ещё с детства она чувствовала, что ему нужна защита. Нужна больше, чем ей.

Когда Дима спрыгнул с трибуны на детской площадке, он услышал крик:

– Эй, космический мусор, куда собрался?

Ему хотелось повернуться, но, уткнувшись в землю, он начал медленно считать камни под ногами и сдержался.

– А кто еще может быть у мусорщицы! – крикнул второй голос.

Он шёл вперёд, не поднимая глаз, пока не увидел знакомые жёлтые кеды с зелёными шнурками.

– Мам, – он поднял голову, – почему ты тут?

В её глазах он рассмотрел блеск от скопившихся в уголках слёз. Мама всегда была слишком чувствительна. Поэтому он и не рассказывал ей о своих проблемах.

– Тебя дразнят из-за меня?

– Нет! – удивленно сказал Дима, – не из-за тебя. Это они просто так шутят…

Она обняла его за плечи.

– Ты можешь рассказать мне всё. Я же так тебя люблю.

Он хотел. Ему хотелось рассказать, как в первом классе он споткнулся на лестнице. Именно тогда, в первый раз, он дал им повод смеяться над собой. Он хотел рассказать, как у доски не нашёл Аляску, а потом все тыкали в него пальцами (хотя они и сами не знали). Хотел рассказать, что, когда папа приехал за ним на своей рабочей машине с большой собакой на белом фоне, все тыкали в него пальцем. Ведь почти у всех родителей его школы были летающие скоростные автолёты. Или хотя бы недорогие двухместные минилёты.

– Всё нормально. Меня их тупое мнение не волнует, – врал он, – но я всё равно боюсь, что теперь надо мной будут смеяться больше.

– Смеяться над тем, что ты настолько особенный, что Сам Бог счёл тебя достойным охранять природу планеты Пушистик? Да как вообще дети могут смеяться друг над другом! Мы должны любить друг друга!

Мама не удивлённо посмотрела на сына. На работе все спрашивали о том, как это – растить избранных детей, которым суждена великая миссия. Их фото крутили по новостям. От безумных репортёров спасал только закон о «личной неприкосновенности». Ведь за его нарушение людям грозило десять лет в местной тюрьме или три года исправительных работ на любой планете Солнечной системы, где активно шла колонизация. Даже на той, где нет никакого намёка на жизнь.

– Да. Я для них странный. Понимаешь? Не такой, как все! А теперь ещё и «зубрилка на Луне».

– Зубрилка на… это, как «Незнайка на Луне»?

– Ну, видимо. Я ненавижу школу. Но теперь ещё больше я ненавижу лето. В школе у них есть только перемена, чтобы смеяться. А тут у них целый день.

Глава 4. Екатерина Ивановна

Вся семья, держась за руки, стояла у большого белого здания. В этот раз Дима решил надеть свою любимую рубашку в чёрную точку, но он всё ещё играл роль, что ему не важен новый статус «избранного».

– Кос-ми-че-ски круто! – руки Поли тряслись от счастья, а скулы сводила улыбка.

– Здесь этажей семьдесят, не меньше, – сказал папа.

– Думаете, это настоящие созвездия? С неба? – девочка рассматривала узоры на окнах.

Дима закатил глаза.

– Мы точно не перепутали? На ней загорелся Луностоун?

– Бе-бе-бе, – сказала она и показала язык, – раз такой умный, скажи, как вон то называется.

– Я тебе что, звездочёт?

Сзади послышался знакомый голос, это была Виктория. На ней, как всегда, была красивая одежда, похожая на школьную форму.

– Так, сегодня семья в полном составе? А с вами мы ещё не знакомы, – она протянула руку маме.

– Я Мира.

– Приятно познакомиться.

– Взаимно. Мы не могли с вами встречаться ранее? Вы никогда не работали с космическим мусором?

Виктория, вежливо улыбаясь, проигнорировала вопрос и добавила:

– Прошу сюда. Это наш приёмный этаж. Справа сидят администраторы, принимающие гостей, а слева – те, кто принимает особых посетителей. Нам как раз налево.

Первый этаж был полностью белым. Люди, одетые в чёрные широкие брюки и молочные рубашки, активно стучали пальцами по клавиатуре и отвечали на звонки. Атмосфера напоминала место, куда все хотели попасть, дозвониться, прийти и посмотреть хотя бы одним глазком, но каждый раз слышали в ответ: «Нет, у нас не музей!»

– Проходите в лифт. Нам на сорок седьмой.

– Никогда не была на сорок седьмом! – удивлённо крикнула Поля.

– Мы живём на пятьдесят первом, – сказал ей брат.

– А на сорок седьмом я не была.

Он снова закатил глаза и почувствовал, как мама нежно толкнула его в бок.

Первым, что бросилось в глаза Диме, была необычная дверь: металлическая, со сканером сбоку и странной дыркой. Виктория вставила туда непонятную железную длинную штуку и, только потом, приложила руку к сканеру.

– Это что? Те самые замки? – спросил отец.

– Да, Екатерина Ивановна доверяет только им.

– Никогда не видел такие.

– Это тоже называется ключ, как и код, который мы все вводим на входе домой. Только он механический, – она показала зубчатую штуковину.

– Невероятно, – сказал отец и поправил очки на переносице.

Кабинет был больше похож на жилую комнату. Весь вечер накануне дети обсуждали, как может выглядеть их офис. «Может быть, там будут летающие роботы? Я видела таких в фильмах!» – говорила Поля, а Дима тем временем ожидал увидеть что-то похожее на космическую станцию из музея космонавтики древней Российской империи.

Офис оказался куда проще: белые стены, старинный интерьер с деревянной мебелью, которую уже не производят несколько столетий. И главное – огромные книжные стеллажи.

– Да у вас тут целый исторический музей, – сказал отец, неуклюже задев вазу.

– Я рада, что вам нравится. Значит, не будете скучать. Присаживайтесь сюда, Помощник 7.0 принесёт вам напитки. А я провожу детей.

Поля посмотрела на папу. И он всё понял.

– А мы не можем пойти с ними?

– Никак. Вы же читали буклет?

– Да, конечно, но… они же совсем дети.

– Не такие, как вы думаете.

Виктория увела их вглубь комнаты, где была ещё одна дверь.

– Вчера в парке она кое-как говорила, – шепнул отец своей жене, – запиналась через слово, а сейчас…

– Рада видеть вас, дети! Меня зовут Екатерина Ивановна, можно просто Катерина. Присаживайтесь на диван.

Пока Катерина рассказывала детям о том, как сегодня ей пришлось ехать через весь город, в кабинет зашёл старик. Он не представился, а сразу начал задавать вопросы:

– Успели прочитать буклет?

– Да, – ответил Дима.

На входе он попросил Полю говорить меньше, тем самым давая ему понять, что от них требуется.

– И у меня есть вопрос, – продолжил мальчик.

Старик посмотрел на бабушку Катерину и кивнул головой в ответ.

– Мы должны лететь на Пушистик? Скажите честно.

– Давайте для начала я вам немного о нём расскажу?

Теперь кивнул Дима.

– Планета Пушистик – очень старая планета. Мы пока не знаем, сколько ей лет, потому что попасть на неё могут только избранные люди. Иное – исключено. Мы верим, что раз в сто лет Всемогущий Бог выбирает «компаньонов», которые могут полететь туда, чтобы помочь жителям, которых мы называем пуштарианцами.

Поля долго слушала молча.

– Я не могу больше терпеть! – вырвалось у неё, – можно спросить?

Старик засмеялся в голос.

– Конечно, спрашивай!

– Сколько вам лет?

Диме стало стыдно. Он злобно посмотрел на Полю и сказал:

– Ты знаешь, что такое тактичность?

– Девочка права, – сказала Катерина, – мы ждали этот вопрос. Мне семьдесят пять.

– Мне восемьдесят семь.

Поля хорошо знала математику. Не нужно было напрягаться, чтобы понять, что это невозможно.

– Ничего не схо-ди-тся. Вы говорили, что раз в сто лет. Тогда, вам должно быть сто двенадцать лет, – она показала пальцем на старика.

Дима впервые посмотрел на сестру с удивлением. «Дурочку она, видимо, только играет», – подумал он.

– Всё верно. Давайте я немного расскажу о нашей миссии. Я думаю, что ответы станут понятны, – Екатерина Ивановна продолжила рассказ.

– О том, как и когда она, эта планета, появилась, мы не знаем. Раньше люди не могли туда попасть. Сначала космос не был освоен. Но после Гагарина мир узнал, что отправиться туда всё же возможно. Просто миру нужно время. Из дневников мы узнали, что всего через пять лет после прибытия Юрия Алексеевича Гагарина советский мальчик вместе со своей сестрой и космонавтами тоже отправились в космос. Эта информация хранится в строжайшем секрете, и вам тоже запрещено её рассказывать всем подряд. К сожалению, мы не знаем, как сложилась их судьба. Тогда ещё они не вели дневников.

Екатерина Ивановна достала два коричневых тома и заметила жадный до знаний взгляд мальчишки. Дима смотрел на них, как на сокровища, которые должен был получить. Открыв дневник, она показала на надпись: «Первые дети в космосе».

– Насколько нам известно, только через сто лет после них начинается дневник.

– Получается, мы всего лишь четвертые? – испуганно спросил Дима.

– Это не так, – Катерина достала второй дневник, – наши предшественники собрали тут всё. Абсолютно всё, что было до двадцатого века: упоминания, дневники, отсылки. Мир долгое время скрывал, что есть такие дети. Только в двадцать первом веке, ближе к концу, уже взрослые Рая и Платон решили рассказать миру о планете Пушистик.

– Я слышал эту историю, – сказал Дима, – мама читала мне книгу – «Бродившие по галактике». Про чудака, который доказывал всем, что есть планеты с другой жизнью.

Старик влез в разговор:

– И я её читал. Ту книгу. Не думаю, что это вымысел. Слишком много совпадений. Люди тогда ему не поверили. И лишь когда в наше время, мальчику приснился сон, я решил в поддержку раскрыть все карты.

Екатерина Ивановна продолжила:

– Наставники, такие как мы для вас, искали новых детей через сновидения. Но с новыми технологиями, это стало очень сложно. Запрет на контроль сновидений стали вводить детям в два года вместе с прививкой от галлюцинаций. А «потенциальным компаньоном» становятся только с шести лет.

– Что вы знаете о Пушистике? – спросил Дима, когда в комнате повисла короткая пауза.

– Пока мы не так много знаем об этой планете. По большому счёту, вы должны стать хранителями информации. Но есть один нюанс.

– Прочитать книгу можно в любой момент, – отвечать за Катерину продолжил старик, – но вы не поймёте ничего, что связано с населением планеты, пока не слетаете туда сами. У нас есть ещё кое-что.

Он достал небольшую коробку из сейфа, в которой лежали два крошечных серебряных чипа.

– Их, Луностоун, дневники, капсулы для заморозки и доступ в это здание – всё это получают наследники, то есть вы. Вы – наши наследники.

– МЫ? – Поля вскочила с дивана.

– Да, – снова засмеялся старик, – разве это не было очевидно таким смышлёным ребятам?

– Но как до сих пор никто не рассекретил всё это? Как не украли чипы или капсулы? И что это вообще за капсулы такие? – Дима рассматривал содержимое коробки.

– А теперь об этом, – сказал старик, – сложно будет вам объяснить, но я попробую. Дело в том, что, рождаясь раз в сто лет, компаньоны не могут пересекаться. Мы не знаем, почему так устроено. Но в двадцать первом веке учёные, которые тайно работают на нашу организацию… Кстати, она называется «Компуш», – он протянул им значки. – Так вот, учёные создали капсулы заморозки. Они замораживают человека на время от одного года до сорока лет. Уже много столетий это даёт проводникам возможность лично передавать информацию и обучать новых избранных.

– Как работает эта капсула?

– Всё просто! – Екатерина Ивановна показала на необычного вида дверь, – вон там находится лифт в бункер. Да-да, в бункер. Под землёй находятся две капсулы, похожие на маленькие кровати с крышками, как в ракетах и современных самолётах. На пульте вы вводите дату пробуждения, и она сама вас усыпляет.

Она уже хотела рассказать конкретнее, что она распыляет капельный дым, как работает организм и прочее, но старик перебил ее, понимая, что это слишком объёмная информация для ребят:

– Думаю, пока что детям хватит и этого. А всё остальное где?

– В дневнике, – устало ответил Дима.

– То есть, если в моей карте по здоровью ранняя старость, – спросила Поля, – то я могу её обмануть и заморозиться? И быть вееееечно мо-ло-дой.

– Тебе девять, – напомнил брат.

Она снова показала ему язык.

– Да. Можете, но лучше не играть с этим просто так. Важно заморозиться так, чтобы к моменту, когда родятся новые дети, вы были в здравом уме.

– А если я украду дневники и сбегу? – спросил Дима.

– А ты собираешься?

– Нет.

– В том-то и дело. Избранными становятся только те, кто точно этого достоин.

Дима посмотрел на сестру, которая ковыряла цветочек на сандалии и спросил:

– Она?

– В общем, мы и так сказали вам многое. У нас есть робот, он будет отвечать на ваши вопросы. Через него можно связаться с нами, купить билеты и так далее. А ещё он хорошо читает стихи девятнадцатого века.

– А это мне зачем? – спросила Поля и её брови снова улетели на лоб, – если надо учить, то я, наверное, откажусь от всего э-то-го.

– Это ради прикола, куриная ты голова, – ляпнул брат.

Глава 5. Свиппи

– Как же его включить… – Поля тыкала по кнопкам, расположенным на спинке робота.

Он напоминал большого серебристого пингвина на ножках. С глазами лягушки.

– Ручки, как у настоящего человека, – сказала сестра и подняла его серебристую и тонкую руку. – А посмотрите, какие милые голубые ладошки! Я так люблю голубой!

– Он немного странноват. Я думала, что он будет похож на человека или маленького человечка, – сказала мама.

– Мне он очень нравится! – крикнула Поля, – а эти глазки на голове! Они такие ми-лы-е!

– Вон там камера, – Дима постучал по одному из «зрачков», – но старик сказал, что она не записывает, это его «глаза».

– Нашла! – Поля нажала на кнопку.

Робот запищал. Черный экран резко замигал и стал голубым, на нём появилась улыбка.

– Меня зовут Свиппи, – жужжа произнёс робот, а по его электро-мордочке пробежали точки, похожие на блёстки. – Я рад служить, Дима и Поля.

Поля подпрыгнула и, как всегда, начала кружить вокруг себя.

– Мы летим на Пушистик! На Пушистик! Я так люблю Свиппи и Пушистик!

– Я рад, когда вы рады.

– Нам дома только робота не хватало, – сказал папа и вышел из комнаты.

Вдруг робот начал странно шипеть. На его животе появилась тоненькая щель, из которой медленно выходило что-то, похожее на лист бумаги.

– Он печатает, – радостно крикнул Дима, а потом сел обратно, снова сделав недовольное лицо.

– Почему ты просто не можешь у-лы-ба-ть-ся? Ты же умеешь, – сестра бегала вокруг робота, как пчёлка вокруг цветка.

– Не хочу. Папа говорит, что, где технологии, там жди беды.

– Папа уже старый. Он хочет жить, как наши предки. Поэтому у тебя до сих пор нет скутлёта..

– Откуда ты знаешь, что я его хочу?

Скутлёт был его мечтой. Чёрный скутлёт с матовой плёнкой и небольшим моторчиком мог подняться на пять метров над землёй и лететь со скоростью обычного самоката. Мелочь, но каким же популярным он мог стать с его помощью.

После уроков ребята отправлялись на парковку недалеко от школы, где оставляли велосипеды, велолёты, самокаты, лётоботы, скутлёты и многое другое, что было разрешено водить с восьми лет. Они летали в парки, устраивали соревнования и обменивались обновлениями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.