Анжелика Нилова
Ось миров

Посвящаю самому первому и ценному читателю:

моей маме – Антонине.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

. Две минуты до полуночи

Глава 1

Пантелей вскинул руку, повторяя рисунок, проступавший в глубоком ночном бархате. Линии прочерчивали небо. Бесконечное количество пересечений. Какие-то чётче, какие-то – едва различимы. Лира даже забыла про ледяной ветер и волнение, зачарованно глядя вверх с приоткрытым ртом.

– Это?..

– Пересечения миров, – сказал Пантелей, продолжая всматриваться в очертания. – Думаю, есть система.

Лира подошла ближе, оставляя между ними всего пару шагов. Она глянула вниз. Россыпь разномастных домиков терялась в ночи. Праздничная поляна с озером за ней слабо светила огоньками, люди едва различались. Позади здания, на крышу которого они взобрались, – бескрайняя, никому не интересная пустошь.

Пантелей выманил её на самый высокий корпус главного здания в разгар праздника Хатмы, их мира. Не сказать, чтобы Лира любила вечеринки. Она предпочла бы включить музыку погромче и потанцевать в комнате без зрителей. В удобном спортивном костюме, а не зелёном платье до колена, что пришлось надеть. Но присутствие Пантелея… Отец предостерегал её. Каждый раз одёргивал, ловя случайные взгляды в его сторону.

– Здесь есть пледы, – неожиданно выдал парень.

Лира опустила взгляд, украдкой посмотрев на Пана. Пшеничные волосы взъерошены больше обычного, тёмно-синие глаза в сумерках почти чёрные и выдают усталость. И, конечно же, привычная классика: брюки, голубая рубашка и налёт безразличия.

Первое, что она поняла, что они слишком близко. Второе, что замёрзла. Он развернулся к высоким выступам крыши, где примостились большие подушки с вместительным ящиком и стопки книг. Пан молча прошёл к подушкам, плюхнулся на одну из них и вытянул из ящика два пледа.

– Садись, – он кивнул на вторую.

Лира отогнала строгий призрак отца. Перекинув песочно-русые волны через плечо, она приняла плед, укуталась в него и села на соседнюю подушку, на деле оказавшуюся не такой мягкой. Зелёные глаза с солнечным ободком вокруг зрачка вобрали темноту, потеряв яркость. Она снова посмотрела на линии неба, невольно вслушиваясь в доносящуюся с поляны музыку.

– Есть система, – задумчиво проговорил Пан, нарушая задумчивую тишину.

Лира покачала головой.

– Я вижу хаотично излинованный лист.

– Нет, – он наклонился к ней, снова вскидывая руку. – Всё повторяется квадратами. Вглядись. И рисунок симметричный.

– Не понимаю, как ты это видишь, – наконец, сказала Лира, отводя начинающие болеть от напряжения глаза. – Получается, их можно классифицировать?

– Я не знаю, – простецки пожал он плечами.

– Ты же ключевик! – воскликнула она. – Ты знаешь всё!

Пантелей по-доброму усмехнулся.

– Это не так работает, – мягко проговорил он. – Я знаю только то, что уже известно.

Парень слабо улыбнулся, откинув назад голову и глядя на неё сверху прикрытыми глазами. Каждый хранитель выполнял свою функцию, следовал данному от рождения предназначению. Кто-то, как Лира, был рядовым бойцом. А кто-то, как Пан или его мать, обладали особым даром.

Она закрыла глаза, пытаясь отогнать всё, что мучило. Праздник Хатмы подарил лишь чуть-чуть спокойствия. Лира забыла о переживаниях, пока они шли сюда по безлюдной, непривычно тихой улице и забирались на крышу. Её волновал Ким, перетягивая все мысли на себя. То, что он молча бросил Хатму, отдавалось болью. Лучший друг, практически неотделимый от неё. Но факт оставался фактом.

– Я… – Лира набрала побольше воздуха, собирая всю решимость. – Я хотела спросить.

Пантелей заинтересовано глянул на неё. И улыбнулся, как бы давая согласие.

– Н-нет, прости.

Стало не по себе. Она дёрнулась, желая встать. Пан сжал предплечье с силой, но не причиняя боли, чтобы остановить.

– Что ты хотела?

– Узнать… о Киме.

Она немного испуганно посмотрела на него. Хватка пальцев ослабла, рука соскользнула.

– Понятно, – Пан помолчал. – Как ключевик я не могу знать, почему люди поступают так и иначе.

– Да, – Лира поёжилась. – Я подумала, ты что-то слышал, ты же в совете.

– Мной пользуются как справочником. Я не в лучшем положении и почти не бываю на собраниях.

– Ясно, – Лира почувствовала себя неловко. – Извини. Просто… Мы дружили с детства. Я надеялась, ты что-то слышал.

Пан наклонился. Их лица поравнялись.

– А ему могло надоесть? Жить здесь, быть действующим хранителем, – пояснил он, встретившись с непонимающим взглядом.

Лира оцепенела.

– Нет, не думаю.

– Не думаешь, потому что самой такое в голову никогда не придёт?

Девушка непонимающе уставилась на Пантелея. В ответ ключевой хранитель отвёл взгляд и снова выпрямился, вернувшись к созерцанию неба. И это позволило Лире выдохнуть. Она уже не понимала, зачем пошла с ним, тем более, зачем позволила коснуться сокровенных переживаний.

– Совсем холодно? – безучастно спросил он спустя долгие минуты терзаний. – Думаю, нам пора.

Лира почувствовала спасительное облегчение и быстро поднялась, скидывая плед. У лифта Пан удержал её за руку.

– Если узнаю что-то, скажу, – он внимательно смотрел ей в глаза, произнося фразу тихо, с упором на каждое слово. И, ухмыльнувшись, пренебрежительно добавил: – Если ты мне веришь, конечно.

– Буду верить, – в свою очередь пообещала Лира, ухватившись за долгожданную надежду.

***

Когда лифт открылся, Лира дрогнула. Она хотела попятиться, но пути к отступлению были отрезаны. Пантелей же напустил ленивое безразличие, засунув руки в карманы. На одном из диванчиков просторного холла первого этажа сидели лицом друг к другу шатен с собранными в хвост волосами и женщина с выцветше-рыжими длинными волнами. Они удивлённо уставились на них.

Пантелей коротко глянул на Лиру и вышел из лифта первым. Он смело встретил взгляд Артура Маймур, отца Лиры. И проигнорировал осуждающий Александры.

– Лира, милая, – мужчина с маской доброжелательности протянул дочери руку, подзывая к себе.

Лира, взволнованная, двинулась к отцу. Пан коротко улыбнулся ей на ходу, но девушка не решилась посмотреть в его сторону. В неловкости она опустила взгляд, прижала к бокам руки и засеменила к отцу.

– Праздник уже закончился? – сдержанно спросил парень скорее из вежливости, когда Маймур скрылись.

– Оставь девочку в покое, Пан, – холодно кинула женщина, скрещивая руки на груди.

Пан раскатисто рассмеялся.

– А на празднике ты была такой мягкой и заботливой матерью, прям мечта! Но настоящей ты мне больше нравишься, – он ожесточённо кивнул на неё.

Мать предостерегающе сверкнула голубыми глазами.

– Ты даже не выдержал всего праздника. Я всего лишь просила остаться до десяти! – прошипела она.

– Я ушёл без двадцати, – Пан обыденно пожал плечами. – Округлил немного.

Хмыкнув, он расслабленно двинулся на выход мимо предельно напрягшейся Александры. Когда он вышел, женщина закатила глаза и вышла следом.

***

Шесть месяцев бегства. Полгода в чужих, постоянно меняющихся мирах. Ким скользил по ним налегке, постоянно оглядываясь. Здесь он задержался достаточно, чтобы наследить.

Он специально выбирал невзрачные места и тёмное время суток. Каштановые волосы ерошил колкий ветер, карие глаза слезились. Подняв воротник кожаной куртки повыше, он опасливо вгляделся в замершие силуэты, ни один из которых не походил на человеческий, и как можно ниже опустил лицо. Лишь бы никто не узнал! Ну или не помог узнать. Нахохлившись, он быстро двинулся прочь.

Продрогнув и почти не чувствуя рук, Ким, наконец, увидел вдали огни оживлённой улицы. Надеясь наткнуться на круглосуточное кафе, прибавил шагу. Немногочисленные вещи аккуратно распределились по карманам вытертых джинсов и чёрной кожанки.

Надежды быстро оправдались. Юркнув в кафе, парень ощутил блаженство. Из холодной сырости он попал в уютное тепло. Шатен осмотрел пустой зал, заполненный мягкими пёстрыми диванчиками и прямоугольными столиками. Коротким кивком ответив на приветствие официантки, уверено прошёл в конец и занял место у окна.

Он сразу заказал двойной эспрессо, скинул куртку и закатал рукава синей рубашки. Скользнул взглядом по розоватым порезам на левом запястье и со вздохом раскатал обратно.

– Доброй ночи, Ким.

Напротив опустился мужчина лет тридцати пяти. Вся поза выражала спокойное ликование. Каштановые прямые волосы до плеч, обычно собранные в хвост, распущены. В светло-карих глазах застыла непоколебимая расчётливость. Такой съест и не подавится.

– Не соглашусь, Артур, – Ким откинулся на спинку, недовольно забарабанив пальцами по столу. – Полагаю, моё путешествие окончено.

Артур тихо рассмеялся.

– Ты достаточно отдохнул, не считаешь?

– Напряжённый выдался отдых.

Они молча смотрели друг на друга, пока официантка перемещала кофе с подноса на стол. Ким раздражённо пристукивал ногой, стиснув зубы. Артур выглядел напускно доброжелательным.

– Как твои дела? – спросил Артур, когда девушка ушла.

– Сойдёт. Как Лира?

– Скучает по тебе. И, кажется, сдружилась с Платоновым. Хотя не могу с полной уверенностью утверждать.

– Пантелей ещё не вылетел с Хатмы? – Ким удивлённо вскинул брови.

– Нет, но он всё ближе. Александра ещё надеется на его благоразумие.

– И что, Лира очень сблизилась с ним? – спросил парень, шифруя любопытство в пренебрежительном тоне.

– Не думаю, – Артур задумался, опустив взгляд. – Он мог бы быть хорошим хранителем, но юношеский максимализм и привычка делать всё наперекор сгубили.

– Платонов всегда вёл себя осторожно. Да, проходили слушки, но ничем не подкреплялись.

Артур надменно усмехнулся. Маска доброжелательности рухнула, выдав с потрохами скрытого хищника. Прелюдия кончилась.

– Тебя примут безоговорочно как героя, – наконец, сказал он, наклонившись к парню.

– А кто я сейчас? – Ким насторожился.

– Отреченец, – как само собой разумеющееся бросил мужчина.

– Что? – Ким сжал кулаки, вспыхнув, но тут же вернул самообладание. – Впрочем, да, какой ещё вариант был? Только выставить беглеца отреченцем.

– Родословная подсказала. Очень удобно, – победно вскинул голову Артур.

– Мои родители мертвы, – холодно процедил сквозь зубы парень.

– Учитывая семейный темперамент, это не странно. Или ты считаешь, что мы их убили?

– Отреченцы сами выбирают судьбу в нелучших мирах, – уклончиво ответил Ким, грустно глянув на остывающий кофе.

– Твой ответ? – больше не церемонясь, отрезал Артур.

– Да, – Ким вздохнул и, отхлебнув кофе, поморщился. – Для разнообразия побуду героем.

***

– Ты почувствуешь магию, как эйфорию, – вкрадчиво проговорил мужчина с тёмно-русой шапкой волос.

Он сосредоточенно вглядывался в прикрывшую глаза Лиру, держа перед ней круглый медальон из чернённого золота. Она блаженно улыбнулась, втягивая влажный воздух, веющий с озера. Ещё вчера уставленная столами с напитками и едой поляна сегодня напоминала о прошедшем празднике только висевшими между деревьями гирляндам лампочек.

– Маймур! Ты серьёзно? – воскликнул мужчина, роняя медальон в траву и щёлкая пальцами у носа девушки.

Лира дрогнула и испугано распахнула зелёные глаза. Уютная дремота рассеялась. Она поёжилась от холода, идущего от воды.

– Пока не научишься стряхивать магию, никто не отпустит тебя на задание, – строго сказал этот мужчина в коричневом свитере и светлых джинсах.

– Прости, Антон.

Лира привыкла заниматься в классе и пожалела, что надела васильковые штаны и оранжевую свободную футболку, как и о своём вранье, что не замёрзнет, когда тот предложил переодеться. Теперь приходилось держать марку, боясь признать поражение.

Девушка скользнула взглядом по заколдованному медальону и остановилась на жестяной коробке со множеством подобных вещичек. Украшения, статуэтки, книжечки, даже корявые обломки палок. Учебный инвентарь, тщательно собранный по разным мирам. Пользоваться им умели только наставники. Больше ни в чьём присутствии артефакты не звучали.

– Смотри, – Антон выпрямился, подняв перед собой ладони, – магия изменяет тебя. Это вмешательство. Ты была сосредоточена, пока не посмотрела на медальон. Потом как будто заснула. Это – резкое изменение, которое ты должна сразу ухватывать.

– Что делать, когда ухвачу?

Антон загадочно улыбнулся, опуская руки.

– С этого момента магия не работает. Ты её рассекретила. И знаешь, что рядом кто-то, кто хочет на тебя повлиять, – мужчина задумался, посмотрев вверх. – Правда, маг не всегда близко к артефакту. Бывает, вещи работают автоматически, как наши. Но не во всех мирах. Поэтому?..

Поймав выразительный взгляд Антона, Лира тихо рассмеялась и продолжила:

– Поэтому надо изучать законы мира до того, как отправишься туда.

– Именно! – победно заявил мужчина. – В следующий раз продолжим.

Лира облегчённо выдохнула, мечтая о горячем чае.

***

Она не заметила, как уснула, укутавшись в плед. Сквозь тяжёлые образы сна до Лиры донёсся стук. Пытаясь стряхнуть дремоту, она смутно осознавала, где находится. Комната. Её комната. Где же ещё? Гость становился настойчивее. Приходя в себя, Лира быстро пригладила волосы и протёрла глаза. Она направилась к двери, пошатываясь. Необходимости спрашивать, кто там, девушка не видела.

– Доброе утро.

Пантелей быстро скользнул по помятой одежде взглядом и с усмешкой демонстративно посмотрел в глаза. Как всегда чёрные брюки и рубашка с длинным рукавом, только сейчас бледно-зелёная.

– Ага. Что? – Лира, зевая, повалилась плечом на дверной проём.

– Ким вернулся, – быстро бросил Пантелей и пошёл прочь.

Лира, ошарашенная новостью, замерла, проглотив зевоту.

– Ага, – в оцепенении проговорила она, медленно закрывая дверь. – Спасибо.

Глава 2

Через час после появления Платонова собрали общий совет. Александра гордо объявила, что Ким участвовал в важном расследовании. Дымка таинственности намекала, что скоро в их мире произойдёт что-то важное.

Ким появился на пороге Лиры спустя неделю, с загадочной улыбкой тряхнув пакетом с пледом и термосом. Сейчас он вытянулся на мягкой траве у озера. Чёрный спортивный костюм резко выделял его на фоне зелени. Лира лежала рядом, повторяя цветом сарафана синие воды.

– Было же там хоть что-то интересное! – просмеявшись, воскликнула девушка.

– Единороги, ага! – усмехнулся Ким. – Обычный мир. Нужно было кое-что вызнать. Я пока не могу рассказать, но скоро все узнают.

Лира мягко улыбнулась и перевела взгляд на небо. Бесконечные линии не появлялись днём, только ночью с высоты исследовательского корпуса, но она всё равно продолжала приглядываться. И воображение дорисовывало картину.

– О тебе с Платоновым ходят слухи, – как бы между прочим заметил Ким.

– О-о-о! – Лира приподнялась на локтях. – Я тебя умоляю! Кто их распускает?

Парень хохотнул.

– Слышал мельком от твоего отца.

Лира прищурилась. Ким сел, скрестив ноги.

– Так что-то есть?

– Нет, – Лира вернулась к созерцанию неба. – В праздник Хатмы прогулялись, чуть-чуть пообщались, всё.

– Понятно, – Ким быстро поднялся, отряхиваясь. – Пошли, у меня дела.

– Уже? Мы и часу здесь не посидели!

– А куда деваться?

– Ладно. Иди. Я ещё посижу, а потом закину к тебе пакет.

***

Ким взбежал по крыльцу в вестибюль, выглядывая Пантелея. Никто из встречных не мог сказать хоть что-то вразумительное. На глаза попалась Александра, около окна просматривавшая записи в тонкой коричневой папке.

– Где Пан? – бесцеремонно бросил он.

Александра медленно подняла голубые глаза, нехотя отрываясь от бумаг.

«Да уж, основополагатель!» – фыркнул про себя Ким. Он всегда считал, что из него связующее расы с Хатмой выйдет получше, чем из Платоновой. Да, она держит ось силы хранителей, несёт их отголоски, ощущает каждого и может посвятить в действующих хранителей, наделить защитой. Основополагатель проводит обряды имянаречения, мистерии. Но лидер должен быть лидером. Уж он-то смог бы вдохновить, смог бы вести за собой.

– Зачем тебе?

– Хочу поговорить, – добродушно заявил парень, нарвавшись на резкость.

– Конечно, – саркастически прыснула Александра. – Хочешь вытянуть из него что-то.

Ким не видел смысла отрицать.

– Я хочу увидеться с ним до того, как…

Женщина смерила его уничижающим взглядом, заставив замолчать.

– Успокойся, Ким. У него нет ничего нужного тебе.

Ким низко нагнулся, очаровательно улыбаясь. Он вгляделся в её глаза. «Главное, не переборщить», – мелькнула мысль одновременно с лёгким головокружением. По мозгу пробежали едва ощутимые иголочки. Александра сдержанно вздохнула, отводя помутневший взгляд.

– Он наверняка на крыше исследовательского.

***

Ким забрался по железной лестнице и оттолкнул крышку люка. Ключевик действительно был там. Он развалился на двух сдвинутых подушках бордового цвета с кипой журналов рядом, глянцевые страницы которых подхватывал ветер.

– Ну что ещё? – недовольно простонал Пантелей, откидывая журнал. Он надеялся, что на крыше его не достанут.

– Не ворчи, Платонов, – Ким огляделся и присел на покатую крышку ящика. – А здесь мило! Сюда водил Маймур?

Пантелей усмехнулся, закинув руки за голову и нарочито расслабленно покачивая ногой.

– Пришёл о ней поговорить?

– Ну-у-у, нет, – промурчал Ким. – Насчёт Лиры вопросов нет. Хотел узнать, как ты поживаешь.

– О-о-о! – Пан наигранно вскинул брови. – Польщён.

– Очень жизнерадостно для того, кто скоро сменит ПМЖ, – усмехнулся Ким.

Пантелей испытующе смотрел на него и развивать тему явно не собирался.

– Ну конечно, все свои перспективы ты знаешь, – Ким пожал плечами. – Просто объясни, что и зачем ты сделал?

– Ты был на последних советах, должен знать.

– Там озвучивают только один вариант событий.

– Так верь ему. Или не верь. Как хочешь, в общем.

Ключевик демонстративно вернулся к просмотру журнала. Ким решил получить ответы привычным способом. Едва наклонившись вперёд, он снова ощутил головокружение и отступил.

– Понятно, – он встал и направился к люку, когда на ум пришёл никогда не работавший подход. Прямота. – Ты экспериментируешь с кровью хранителей?

Пантелей хохотнул, явно развеселившись, но в следующий момент стал предельно серьёзным. Он медленно поднялся, засунув руки в карманы.

– Не твоё дело, – процедил он сквозь зубы.

– Хорошо, – Ким добродушно улыбнулся и ушёл.

***

Вернувшись к себе после очередной встречи с наставником, в очередной раз доказавшей её бесполезность, Лира какое-то время сидела в тишине с пустой головой. Она почти забыла про общее собрание. От смеси одиночества и неудач становилось тошно. Лира глянула на всё те же васильковые штаны, только на этот раз в комплекте с чёрной кофтой, и решила, что сойдёт.

Она прошла по длинному коридору к лифту, но, замерев с занесённой перед кнопкой рукой, свернула к лестнице. Быстро сбежав по ней, она ухватила фигуру отца у выхода из вестибюля.

– Папа!

Лира нагнала Артура, тронув его плечо. Тот, явно спешивший, обернулся и улыбнулся дочери.

– Скоро начало, надо идти.

– Я хотела узнать, сколько ты ещё будешь в Хатме.

– Недолго, если не возникнет ничего экстренного, – уклончиво ответил мужчина.

Лира кивнула и отступила. Вестибюль наполнялся людьми. Хранители возбуждённо переговаривались. Девушка села на край подоконника, как всегда заняв наблюдательную позицию.

– Спровадила отца? – с ехидцей заметил Пантелей, неожиданно опустившийся рядом.

Лира натянуто улыбнулась, коротко глянув на него.

– Он скоро вернётся в свой мир.

– Не дуйся, Маймур. Против Артура я ничего не имею. Но, возможно, теперь тебе не придётся делать вид, что не замечаешь меня.

Лира уже открыла рот, чтобы оправдаться, но Пан ретировался в сторону Александры, появившейся в сопровождении статного старика. Виктор – единственный, кто доживал финальный третий век, отпущенный хранителям. Он оставался в Хатме, хотя мог выбрать любое место. Остальные, ушедшие в отставку, рассасывались по разным мирам.

Артур оказался рядом с появившимися, как полноправный член руководящего состава. Пантелей не спешил к совету, но занял позицию в первых рядах. Ким помахал Лире из другой части помещения. Девушка пробралась к нему. Александра вытянулась в струну, Артур же выглядел излишне расслабленным. Старик лишь привалился к стене, никак не выражая отношения к происходящему.

– Пантелей, подойди.

Мягкий голос Артура в наставшей тишине и нервном предвкушении прозвучал внушающе. Лира глянула на Кима. Его лицо выдавало понимание происходящего. Платонов с бесстрастным выражением двинулся к мужчине, остановившись в трёх шагах.

– Закатай рукава, мальчик мой, – попросил Артур.

Пан выпрямился, напустив на себя деловитый вид, расстегнул пуговицы манжет с усмешкой превосходства и аккуратно подвернул голубую ткань. Он не отводил взгляд от матери. Закончив, ключевик опустил руки с победным выражением. Артур подошёл ближе и, взяв за локоть сначала одну, потом другую, внимательно осмотрел сгибы.

– С поличным, – как-то наигранно печально заключил отец Лиры. – Кому и за что ты давал кровь?

Грудь спазмировало. И не только у Лиры. Несколько капель крови хранителя могли подарить расцвет целой галактике или уничтожить десяток. Лира закрыла глаза и качнула головой. Ким сочувственно погладил девушку по спине. Пан гордо выпрямился и отвечать не собирался. Артур кивнул тюремщикам, уже выжидающим за его спиной. Непонимание и разочарование наполнили воздух.

– Хранители! – дрогнувшим голосом начала Александра. – Пантелей пройдёт обряд отречения и отправится в концлагерь. Я… простите.

Она обхватила себя рукой, прижав ко рту платок. Вперёд вышел Виктор.

– Каждый сам решит, как относиться к этому, – его голос скрипел, но звучал уверенно и доверительно. – Просто помните, что ошибки бывают. Свои или чужие. Подумайте над этим и вынесите пользу. Пантелей понесёт наказание. Он пройдёт обряд принудительного отречения. Его кровь, у кого бы она ни была, в каком бы из миров не находилась, потеряет силу.

Лира неверяще посмотрела на Кима. Его наполняла решимость.

– Пошли, – подхватив девушку под руку, шепнул он. – Есть кое-что интересное.

Он потянул её в сторону спального корпуса. Всё внимание перетянул на себя Пантелей, позволяя им ускользнуть незаметно.

– Пока они не оклемались, нужно прибраться у Пана, – нетерпеливо шепнул Ким на ходу.

***

Лира решила ничего не уточнять. Быстро оглянувшись, Ким достал из заднего кармана ключ. Он открыл дверь, втолкнул Лиру и юркнул следом. Обилие книг, тетрадей и бумаг занимали все поверхности комнаты. Парень выудил из-под кровати дорожную сумку.

– Нужно собрать всё. Начни с кровати, я займусь остальным, – внимательно посмотрев в глаза Лиры и увидев в них упёртость, он озабочено добавил: – Может, обойдётся малой кровью.

Не подействовало.

– Мне всё равно, куда его сошлют. Объяснись, – жёстко потребовала Лира, не отводя взгляда.

– Слушай, мне это нужно, – умоляюще начал Ким. – Что-то здесь должно помочь выяснить, что произошло с родителями. Потом мы всё отдадим, обещаю. Но если они найдут это сейчас, я останусь ни с чем.

– А что произошло с родителями? – Лира прищурилась.

Ким уронил голову на грудь. Они теряли время.

– Мне было тяжело говорить. Их убили.

Теперь сработало. Лира молча перехватила сумку и начала быстро, но аккуратно укладывать бумаги. Ким пересматривал книги на стеллаже, ящики с вещами. Они уже управились, когда ручка дёрнулась.

– Ч-чёрт! – почти беззвучно выругался Ким.

Лира с размаху вручила ему сумку. Открыть дверь пришедшие явно не могли.

– Дай ключ! – твёрдо приказала она. – И лезь в окно.

Глаза Кима округлились. Третий этаж. Не оставляя времени на мрачные прогнозы, он распахнул окно и приметил выступы. Только он исчез, Лира открыла дверь, дав выход гложущим чувствам.

– Простите, – она опустила глаза перед отцом с Александрой, выглядевшим удивлённо при виде её. – Я думала, смогу понять. Я знала, где ключ.

– Милая, – Артур приобнял дочь. – Иди к себе, я постараюсь зайти позже.

Поцеловав Лиру в макушку, он принял ключ из её рук.

***

Ким добирался до своей комнаты безлюдными путями. Он старался не попадаться на глаза, если кто-то появлялся. Лира уже ждала на его диване с бордовой обивкой, подобрав ноги и обхватив себя руками. Её отсутствующий взгляд наполнился суровым оттенком, когда парень закрыл дверь. Ким кинул сумку на пол и опустился на колени возле неё.

Его комната, как и комната любого хранителя, могла похвастать только шкафом, стеллажом и столом для ноутбука. На чём спать, каждый выбирал сам. Лира предпочла кровать, а вот ему нужно было как можно больше пространства, поэтому небольшой диван, раскладывавшийся до полноценного койкоместа, спасал.

– Я не герой. Я сбежал, – начал он, вытаскивая книги, блокноты и разрозненные бумаги. – Узнал, что родители убиты. Хотел поговорить с советом. Мельком услышал, что они следят за мной с рождения. Тогда решил уйти.

Лира внимательно слушала, наклонившись вперёд и не сводя с него глаз.

– Зачем они следили за тобой? – спросила девушка, когда Ким затянул паузу, вглядевшись в какую-то бумагу.

– Они что-то говорили про активность. И что родители знали.

– Хочешь сказать, они причастны к их смерти? – девушка недоверчиво прищурилась.

– Доказательств нет. Я только знаю, что на меня есть увесистое досье, – он достал из сумки папку, проглядел и кинул на пол.

– Тебя выставили героем-сыщиком!

Лира вскочила. Ким поднялся следом.

– Мне предложили вернуться, и я вернулся. К тебе, – он приблизился к ней вплотную.

– Прекрати! – Лира скользнула мимо, оказавшись в середине комнаты, и раскинула руки. – Что ты собираешься с этим делать?

Ким пожал плечами.

– Для начала изучить и решить, насколько записи важны.

Лира вздохнула, сокрушённо покачав головой. То, что она узнала, резонировало с её мироустройством.

– Тогда давай разбираться, – в конце концов, предложила девушка.

Ким улыбнулся и вернулся к добыче.

***

Настоящий хаос. Азы строения миров. Психология. Астрология. Исследования крови. Даже автомеханические чертежи. Ким устало привалился к стене, сцепив руки в замок на животе, и вытянул ноги. Он недовольно пялился на стопки записей. Лира продолжала всматриваться в папки, бумаги, блокноты, пытаясь разобраться в разных почерках. Большинство записей принадлежало одной руке, но встречались и другие манеры, которые не всегда удавалось понять.

– О-фи-геть, – пробормотал Ким. – Чёрт ногу сломит.

– Кто хочет, разберётся, – со сдерживаемым раздражением бросила Лира. Она наскоро просматривала всё, что оказывалось в руках. – Я часто натыкаюсь на информацию про волны и сдерживающие силы. Странная формулировка: силы, сдерживающие силу.

– Тупая тавтология, – Ким раздражения не сдерживал.

– Не уверена, – Лира посмотрела на него мутно-зелёными от усталости глазами. – Похоже на выдержки из старых книг.

– Хорошо. При чём тут я? – парень упёрся кулаками в бёдра.

Девушка кончиками пальцев помассировала голову.

– Вспомни точнее, что они говорили.

Ким мысленно вернулся туда. Он пробежал по коридору к комнате, где собирался совета. Разозлённый, взъерошенный. Он нашёл на столе записку:

«Диана и Руслан Гундилович убиты. Слишком много знали о тебе, жертва эксперимента».

Ким не хотел рассказывать про послание Лире. Не был уверен, что это не просто оскорбление. Он сжал кулак, неосознанно сминая записку, и бросился к совету. Александра и Артур перешёптывались в темноте совещательной комнаты. Их напряжённые позы затормозили Кима.

– В нём всколыхнулась активность. Это то, о чём говорилось, – сверкая глазами, говорил основополагатель.

– Сейчас дело не в способностях Кима, – с едва сдерживаемым раздражением кинул отец Лиры. – Пантелей перешёл черту. Ты слишком много на него ставишь, Саша. Он не оправдает ожиданий.

– Не трогай его! – вскипела Александра, зашипев на Артура.

– Нам всем это аукнется! С Кимом нужно быть аккуратнее. Он единственный подаёт сигналы. Убери Пантелея подальше!

Ким вынырнул из воспоминаний. В тот вечер он быстро рассовал по карманам нужный минимум вещей и сбежал.

– Что я проявляю активность, а Пантелея нужно держать от меня подальше, – спокойно ответил парень Лире.

– Думаешь, что-то с тобой сделал он?

Лира задумчиво наклонила голову, а Ким рассеяно пожал плечами.

– Не знаю, но Александра его явно прикрывала. Он имел доступ ко всем знаниям миров. И достаточно наглости поступить, как хочет.

– А она как основополагающий хранитель чувствует каждого и способна предугадать угрозу, – возразила Лира.

– Пантелей – её сын. Вряд ли она верит в его виновность, – сверкнул карими глазами Ким в ответ.

– Я спать, – неожиданно заявила Лира и встала. – Завтра важная встреча с наставниками.

– Хорошо, – Ким мило улыбнулся, мгновенно переключившись в режим любезности. – Удачи.

***

Вернувшись в комнату, Лира не легла спать. Мозг лихорадочно работал. Он будто вспухал в голове, распирая череп. С возвращения Ким вёл себя странно. Лира потёрла виски. Она пыталась уложить в голове информацию, которую удалось выхватить из записей.

Пять волн рождений. Каждая отмечена всего несколькими фразами. Лира села за стол и отодвинула ноутбук, освобождая место. Она не взяла ничего, но чувствовала необходимость разобраться. Как минимум, вытащить зудящие мысли и спокойно уснуть. Достав записную книжку в чёрной обложке, она открыла её и задумалась.

«Первая волна. Без ограничений. Поражения.

Вторая волна. Вмешательства. Разрушение.

Третья волна. Полная блокировка. Отказ.

Четвёртая волна. Тонкое перемещение.

Пятая волна. Имянаречение. Мистерия».

Большинство записей повторяли общеизвестные факты. Законы рождения, развития и смерти миров. Свойства крови хранителей. Процесс перемещения по мирам. Интереснее были вычерченные схемы расположения галактик. Воспроизвести по памяти она их не могла. На каких-то только точки, будто раскиданные хаотично. На других несколько аккуратно выведенных линий. Где-то множество линий с отметками-кругами или точками в местах, где они соприкасались.

Перенося всё из головы в блокнот, Лира вздрогнула от заигравшей внезапно музыки. Она тупо уставилась на электронный будильник. Несколько минут она медленно проворачивала мысли в сторону события, из-за которого он дал о себе знать.

– Ммм! – громко простонала она, роняя голову на руку. – Встреча.

Приняв душ похолоднее, она с трудом вернулась в реальность. Наставники ждали уже через двадцать минут. Нужно успеть собраться физически и морально. Прочесав волосы, Лира собрала их в высокий хвост. Тёмно-синие слаксы и бледно-розовая блуза с рукавом три четверти аккуратно висели на вешалке в послушном ожидании с негласной пометкой «для важных мероприятий». Только привычным белым кедам Лира не могла отказать.

Пробежав через коридор, соединяющий спальный корпус с учебным, девушка взлетела на второй этаж. Анна, тонкая брюнетка в закрытом платье до колена в тон серым глазам, и Антон в джинсах и синей рубашке-поло уже ждали.

– Пошли, – с милой улыбкой сказала Анна вместо приветствия. – Сегодня мы на улице.

Антон прошёл вперёд. Анна пропустила Лиру и закрыла дверь в класс.

– Что с тобой? – Антон поравнялся с девушкой. – Ты спала?

– Ммм, – Лира растеряно скользнула взглядом по окну. – Нет. Засмотрелась фильмами.

– Конфискуем ноут, – в шутку бросила Анна через плечо. – Тебе нужен график с полноценным сном. Перемещения по мирам выматывают.

Лира неловко улыбнулась и поёжилась. Они вышли из здания. Анна приблизилась к девушке и на ходу обняла за плечи.

– Прости, Лира, – она сочувственно посмотрела на неё. – Сама бы ты не решилась. Скоро начнётся отречение.

Лира резко остановилась и бросила испуганный взгляд сначала на одного наставника, потом на другого. Она не собиралась наблюдать за принудительным отречением. И уж точно не хотела быть на нём в одежде для особых случаев.

– Ты должна присутствовать, – со спокойной настойчивостью произнёс Антон.

Лира не стала возражать и двинулась вперёд. Она больше не замечала аккуратных чистых домов и ярких цветочных клумб около них. Деревня мечты. Так называл её Ким. Пёстрая, сказочная, пронизанная светом и теплотой.

***

Преодолев коридор, тюремщики завернули Пантелея направо и остановились около первой же двери.

– Душ, – кинул один из мужчин угрожающего вида и встал рядом с дверью, отсутствующе уставившись в стену. Второй достал из кармана потрёпанную книжечку.

Пан безразлично пожал плечами. Маленькая, пахнувшая мылом комнатка вмещала раковину, тумбу с ванными принадлежностями, душевую кабинку и выглядела как издевательство. Парень открыл кран холодной воды на всю, посмотрел на него задумчиво несколько секунд и закрыл. Вздохнув, он рывком сел на тумбу.

Он глянул на себя в зеркале напротив. Растрёпанные светлые волосы, мятая жёлтая рубашка с закатанными рукавами. Под потухшими глазами тёмные круги. Кожа выглядела серовато. Или освещение подкачало?

Пан потёр глаза, пытаясь преодолеть тяжесть, давившую на макушку. Он редко выбирался из Хатмы в другие миры. И не сказать, чтобы хотелось. Только когда появлялось желание пополнитить коллекцию книг и журналов или по просьбе Александры. А вот маме он сказал бы пару слов. И далеко не приятных. Благодаря ей его упекли сюда. Теперь выкинут в мерзкий мир-тюрьму, где предстоит провести оставшуюся жизнь.

Решив, что чем быстрее всё закончится (или начнётся?), тем понятнее будет, что делать дальше, Пан вышел из душа. Перешагнув порог тюрьмы, он с наслаждением втянул воздух. Они обогнули здание и прошли по ровному ковру травы. Обряды отречения хоть и проходили очень редко, но всегда собирали мало хранителей.

Пантелей осаживал разбушевавшееся сердце. Всё можно выдержать. Немного потерпеть взгляды, молча осуждающие за предательство, и начнётся новая жизнь. Долгая, бессмысленная, но новая.

В поляну тщательно подобранными камнями врезался узор с кругом в центре и овальными линиями во все стороны, бесконечно пересекающимися и идеально симметричными. Хранители называли это геометрией. Порталы, перемещающие по мирам.

– Пантелей, не бойся, подходи!

Артур манерно махнул рукой на центр узора, участливо улыбаясь. Пан предпочёл гордо вздёрнуть голову и с усмешкой пройти на указанное место. Тишина давила напряжением. Те, с кем недавно он небрежно общался, сейчас смотрели на него как на непростительно оступившегося. Или не так. Может, как-то иначе. Разбираться не было желания.

Мышцы спазмировало от напряжения, губы плотно сжались. Александра воздержалась от появления на отречении. Обряд проводил Маймур. Он начал незаметно, по-прежнему улыбаясь. Посмотрев Пантелею в глаза, Артур мысленно влился в него. Дыхание сбилось от мерзкого ощущения невидимого холодного касания, прорвавшего все преграды. Касание стало настойчивее, вцепилось во внутренности, перевернуло всё, вытащив самые потаённые мысли и чувства.

Маймур прощупал его.

Стены рухнули по щелчку, связь с Хатмой разорвалась. Пустота захлестнула. Незнакомое чувство незнания мира охватило паникой. И острая незащищённость. Война проиграна. Поражение сдавило кольцом, осело в районе солнечного сплетения.

– Ты больше не хранитель, Пантелей Платонов. Хатма больше не твой дом. От имени всех хранителей миров я отказываюсь от тебя. От имени Хатмы я отказываю тебе в защите.

Эти слова стали завершающим аккордом. Тяжесть с макушки скользнула внутрь, парализовала мозг. Тысячи иголочек пробежали по мышцам, тело сжалось. Ударная волна выбросила из солнечной Хатмы в гнетущую серость другого мира.

Глава 3

Кожа покрылась противными мурашками, мышцы затекли. Ким размял шею, растёр плечи. Проморгавшись, он снова уставился на кипу бумаг перед ним. Странные сокращения с кучей пометок над строчками и под ними. И цифры, кое-как вмещёнными в узкие интервалы между слов. Они всё больше действовали на нервы. Чутьё подсказывало, что эти пять не поддающихся расшифровке листов – то, из-за чего он вернулся.

Ким не мог решить, насколько близко подпустить к информации Лиру. Было в ней что-то, что не он никак не мог понять. Появилось за полгода, что он отсутствовал. Всегда обычная девочка, не обладавшая способностями, вырастила что-то в себе. Выросла сама. Возможно, проявилась присущая хранителям харизма. Может, она ещё не подозревает? Или он не знает чего-то? Но Лира точно не станет ничего скрывать от друга детства.

В задумчивости парень зацепился взглядом за яркую обложку книги по психологии, которую прихватил из последнего мира. Магия там существовала на примитивном уровне, ограничиваясь возможностью улавливать эмоции. А вот психологическая литература процветала.

На обложке замерла зажмурившаяся, широко улыбавшаяся девочку с мягкими волнами русых волос. Она смешно морщила носик, вздёрнув плечи, в бледно-розовом платье и рисованном рванном круге голубой волны. За пределами круга разбросаны письменный стол кислотно-жёлтого цвета, обутый в ролики, крысёнок с чёрной розой и слоновьими ушами.

Задумчиво хмыкнув, Ким потянулся за книгой. Он думал о том, насколько безумно она выглядит. И сможет ли передать кому-то это безумие. Он легко использовал способность внушения в любом из миров. Даже там, где магия достигла совершенства и укоренилась на уровне быта. Ни один маг не мог распознать вмешательства в сознание. Смогут ли хранители?

Ким опустил книгу на колени, медленно набрав полные лёгкие воздуха. Всколыхнулась привычная волна воодушевления. Он мысленно представил «жертву». Стол на роликах и кольцо воды будут якорем. Так он называл образы, по которым судил, вышел ли его маленький трюк. Парень ощутил кокосовый аромат шампуня и сладковатых духов. Он аккуратно отодвинул воображаемую ширму, ловя за кончики водоворот чувств и мыслей Александры.

Усмехнувшись ровному течению внутри основополагателя, Ким снова посмотрел на книгу, пытаясь во всех подробностях перенести образы в подсознание женщины. Убедившись, что нужные элементы на месте, он закрыл глаза, кодируя их.

***

В комплекте с лаврами героя шёл трёхмесячный отпуск в Хатме. Ким расхохотался, когда полный контроль выдали за отдых, но спокойно принял. Возможность не тратить силы по мирам позволяла заняться делом.

Просторное светлое помещение столовой с десятком длинных овальных столов окутывало ароматами кофе и выпечки. Окинув помещение взглядом, Ким заприметил Лиру в дальнем углу, в одиночестве ковыряющую еду в тарелке.

– …бред какой! – услышал он возмущённый голос Александры и быстро изменил маршрут.

Он замедлился около их с Артуром столика как бы невзначай. Артур наклонился вперёд, нахмурившись.

– Стол на колёсиках, крыса и розовое кольцо? Просто выспись нормально! – возмущённо кинул тот, уставший от причитаний основополагателя.

Ким усмехнулся и ускорился. Непонятно, почему голубая вода стала розовой, но можно праздновать победу. С лучезарной улыбкой он опустился напротив Лиры. Парень переместил с подноса на стол тарелку с салатом, омлет и кофе с молоком. Последней он поставил поближе к Лире слойку, густо посыпанную пудрой.

– С клубникой. Как спалось? – весело начал он, принимаясь за салат.

Лира мельком глянула на подношение и вернулась к ковырянию рисовой каши с орехами.

– Эй! – Ким нагнулся к ней, стараясь посмотреть в глаза. – Поговори со мной, подруга.

– Меня затащили на отречение Платонова, – кинув ложку, она отодвинула тарелку и зябко потёрла ладони.

– Ммм, – протянул парень сочувственно, давя всколыхнувшееся любопытство. – Как прошло?

– Как положено. Поставили в центр геометрии, папа объявил, что от него отказываются. Потом закинули в концлагерь.

Ким удивлённо вскинул брови.

– Почему Артур проводил отречение? Должна Александра.

Лира пожала плечами, по-прежнему не глядя на Кима.

– Наверно, очень переживала.

Ким глянул в сторону Александры. Она откинулась на спинку стула и с улыбкой слушала что-то оживлённо рассказывающего Маймура. Он вспомнил полное спокойствие, на которое наткнулся вчера в ней, но не озвучил мыслей.

Лира вздохнула, печально посмотрев на слойку. Зелёные глаза отдавали серостью, кожа бледная, под глазами залегли тени.

– Ты спала?

Девушка удивлённо посмотрела на него, будто только сейчас заметила.

– Что? А… Не помню.

Лира поставила тарелку с нетронутой кашей на поднос. Она потянулась к белоснежной чашке с кофе, но Ким перехватил её.

– Нет, кофе тебе не нужен. Иди поспи, я всё уберу. А вечером загляни ко мне. Есть кое-что интересное.

Лира кивнула и выдавила слабую улыбку. Поёжившись, она пошла к выходу, плотнее кутаясь в длинную белую кофту.

***

Лира рухнула на кровать, не раздевшись. Не смотря на выжавшую сознание усталость, сон не приходил. Девушка пыталась вспомнить, когда она спала последний раз, но мысли постоянно скакали, унося в другую сторону. Она думала о Пантелее. Как разговаривала с ним на крыше. О том, что уже тогда он был предателем. Если бы не его дар ключевика!.. Эмоции собрались комом в горле, не давая дышать.

Обдало жаром. Лира стянула кофту и кинула на пол. Она перевернулась на живот, отпихнула подушку подальше и уставилась на узор тонкого терракотового ковра. Мысленно твердила, что нужно спать. Уговаривала себя уснуть. Глаза с трудом закрывались, перед ними вставали разные почерки из бумаг, которые она старательно изучала в комнате Кима.

Сознание постепенно подхватывали и кружили мутные картины сновидений. Лира витала от события к событию, отдалённо осознавая себя наблюдателем своих же снов. Она пыталась всмотреться в размытые знаки, но сфокусироваться ни на чём не могла. События сливались в неразличимое пятно образов, голосов, ощущений.

Состояние невесомости прекратилось будто нечаянно. Лира не заметила, как стала частью сна, не понимая, что спит. Окутал тёплый аромат кожи и сандала, закружило очарование близости, ощущение силы, обаяния, ощущаемые физически, оседающие на теле, сладко убаюкивающие. Лёгкое касание к щеке… Охватил нежный трепет, она стала этим прикосновением: бесконечным, родным, неотделимым от мира. Дыхание остановилось. Несовершённый выдох разлился теплом по мышцам. Вдали неотвратимо застыло что-то важное, замершее терпеливо, но отчаянно. Что-то, от чего она отмахнулась с призрачным чувством вины, приказав ждать.

Очарование вмиг сменилось пробирающим до глубины души холодом. Взмахом руки вырвало в другой мир: чужой, враждебный, промёрзший.

Лира зажмурилась, пытаясь кричать. Голос тонул в пустоте. Сознанием завладел ужас, оглушило предчувствие гибели. Ударил едкий запах, пробрался в лёгкие. Девушка распахнула глаза. Горло сжал животный страх. Лира машинально озиралась по сторонам. Перетекая в воздухе, к ней вились плотные клубы дыма. Мгновение – и глаза застила щиплющая серость.

***

Тяжело вздохнув, Ким преодолел импульс распинать записи по комнате. Он закрыл глаза, набрал полные лёгкие воздуха и медленно выдохнул. Это успокаивало странным образом. Восстановив равновесие, парень снова уставился на злосчастные пять листов со схемами и сокращениями. Он понимал только цифры и слово «волна» в заголовке каждого.

Он по-прежнему видел странные наброски со стрелочками, линиями и неуклюжими человечками из кружочков и палочек. А ещё много кругов, которые где-то обводили отдельные объекты, а где-то – сразу несколько, выделяя в отдельную группу. Нужна помощь. Кто-то, кто мог подтолкнуть к ответам.

Ким усмехнулся, приглаживая каштановые волосы перед зеркалом. Гладкие и мягкие, они всегда аккуратно ложились. Одёрнув чёрную рубашку-поло, он аккуратно сложил листы в несколько раз, чтобы поместить в карман джинсов. Окинув взглядом загромождённую добытым комнату, закрыл дверь на два оборота, на всякий случай несколько раз дёрнул ручку. Убедившись, что она надёжно заперта, парень двинулся по пустому коридору.

Белые стены раздражали. Хатму строили явно не поклонники уюта. Только заброшенные домики, что изредка использовались для уединения, вносили какое-то тепло. Хранители предпочитали комнатки рядом друг с другом. Ким не нарушал традиции. Общество необходимо, если желаешь чего-то добиться.

Поднявшись на почти незаселённый последний этаж, Ким оглядел коридор, освещённый только лунным светом. Единственный этаж спального корпуса с окнами. Здесь жил руководящий состав и приближённые к нему. Но их едва ли набиралось десять человек. Да и самих действующих хранителей вряд ли больше сотни. Закрытая раса, не впускающая в свои ряды никого.

Ким медленно прошёл мимо дверей, вслушиваясь и вглядываясь в каждую. Он не знал, за какой искать. Многие казались ничего не скрывающими. Из-под нескольких пробивался слабый искусственный свет, но никаких звуков. Парень попятился к противоположной стене. Уткнувшись в подоконник, он остановился и ещё раз задумчиво обвёл взглядом одинаковые двери из светлого дерева.

Он медленно выдохнул, закрыл глаза. Сосредоточившись на ощущениях, Ким позволил раскатиться внутри подъёмной волне силы. Он зацепился карим взглядом за первую дверь, проникая за неё сознанием. Пусто. Следующая комната тут же кольнула его уверенной расчетливостью. Ким усмехнулся. Отец Лиры. Потом он ухватил смятение и задумчивость. Он узнал Александру сразу, хоть ей не были присущи эти чувства. Три комнаты после ответили пустотой. Когда Ким коснулся следующей, в него проникло спокойствие. То спокойствие, которое ощущаешь, пережив не одно тяжёлое событие. В него вплеталась смиренность с неизбежным.

Ким зажмурился, разделяя себя и ощущения, ища границы своего сознания. Отцепив нити, идущие от других, он почувствовал облегчение, смешанное с досадой. Момент, когда он мог понять любого человека, проникнув в самые потаённые уголки души, закончился.

Смело шагнув к комнате, он постучал, стараясь сделать это так, чтобы услышал только старик. Виктор приоткрыл дверь почти сразу и внимательно посмотрел на него выцветшими серыми глазами. Седые мокрые волосы, аккуратно зачёсанные назад, гордая осанка, бледная морщинистая кожа. Будто вспоминая, кто перед ним, старик немного рассеяно улыбнулся.

– Я Ким Гундилович, – на всякий случай сказал парень, изобразив покорность. – Я хотел поговорить.

Старик кивнул и отошёл в сторону, жестом закостенелой руки пригласил войти. Скромную обстановку разбавлял красно-жёлтый ковёр во весь пол. Из мебели только простая односпальная кровать и пустой письменный стол со стулом, задвинутым до предела. Одежда разложена аккуратными стопками вдоль стены, как и книги.

– Я редко принимаю гостей, – не на публику его голос звучал более хрипло.

Старик прошёл к столу и выдвинул стул, указав Киму на кровать. Тот сел на самый край, по-ученически сложив руки на коленях. Он держал спину нарочито прямо, плечи – напряжёнными. Ким неловко улыбнулся, надеясь, что вышло искренне.

– Позвольте спросить, – парень опустил взгляд. – Кто был до нас?

Губы старика тронула улыбка. Такой реагируют на детские вопросы в стиле «Почему вода прозрачная?».

– Вас потянуло на философию, молодой человек? – он откинулся на спинку стула, задумчиво посмотрев в потолок. – Говорят, до нас не было ничего. Беспредельная пустота. Потом взрыв. Формирование миров. Мы – один из них.

– Нет, – Ким наклонился вперёд. – Я имею в виду, наши предки – кто они? Прошлые поколения.

Губы старика дрогнули, как будто Ким коснулся неприличной темы. По лицу проскользнула строгость, но тут же вернулось снисходительное добродушие.

– Хранители пережили многое. Мы участвовали в сотнях войн как примирители. Ты знаешь историю, мой мальчик. Наша сила зародилась в стремлении помогать вопреки всему. Все поколения положили жизнь на утверждение справедливости. Благодаря нам зародились миллионы миров. Не меньшее количество – выжило. Каким-то мы помогли испустить последний вздох.

В его голосе звучали гордость и убеждённость, непоколебимость в идеологии своей расы. Ким медленно поднялся, запустив руку в карман и скользнув пальцами по шероховатой поверхности бумаги. Не уверенный до конца, он не имел других вариантов. Поколебавшись доли секунды, парень выудил аккуратно сложенную стопку и протянул Виктору. Старик выражал подозрительность и любопытство, но не пытался даже сделать движение, чтобы взять предложенное.

– Я нашёл это в комнате Платонова, – по-деловому спокойно проговорил Ким. Козырь пошёл в ход, он больше не видел смысла держать маску, которая ничем не помогала. – Вы знаете, что это?

Виктор заметно похолодел, уставившись в карие глаза Кима. Его руки сжались в кулаки, пустив волну напряжения по мышцам. Губы вытянулись в плотную линию.

– Простите, Виктор, но вы вынудили меня.

Недовольно роняя протянутую руку, парень ухватился за установленный зрительный контакт. И без того мутные глаза старика стали стеклянными. Виктор вальяжно откинулся на спинку стула, утратив осанку, лицо разгладилось. Сознание его было похоже на механизм со стальными прутьями, в котором всё надёжно фиксировалось. Ким окунулся в окостенение мыслей, которое настолько въелось с возрастом, что даже его молодые суставы грубели.

Наконец, старик спокойно взял и развернул листы. Он с ностальгической грустью пробежал взглядом по записям и усмехнулся. Заботливо сложив листы, по-отечески поманил Кима пальцем. Когда тот наклонился к нему, Виктор обхватил его затылок ладонью, притягивая к себе. Как только рука соскользнула, парень медленно выпрямился, недоумённо уставившись в стену. Закрыв глаза и сделав глубокий вдох, он снова посмотрел старику в глаза.

– Забудь, что я заходил, – твёрдо проговорил он. – Меня здесь никогда не было.

***

Лира тяжело заснула и тяжело просыпалась. Она с трудом отсоединила сон от реальности. Медленно сев в кровати, зажмурилась. В голове пульсировало.

Холодный душ немного помог прийти в себя. В теле осталась залёженность, но мыслительный процесс привычно запустился. Больше никаких навязчивых тем. Сон привёл чувства в порядок.

Вспомнив о договорённости с Кимом, Лира натянула светлые джинсы и любимую белую футболку свободного кроя. По дороге в его комнату она заглянула в небольшую кухню. Холодильник, микроволновка, кофеварка и чайник – стандартный комплект. Для всего остального существовала столовая.

– Ты была на отречении?

Деликатный оклик заставил замереть в дверях. Артур сдержано улыбнулся дочери.

– Да, – Лира виновато опустила голову. – Наставники настояли.

– Я не хотел, чтобы ты присутствовала. Тебе было тяжело смириться.

– Не тяжелее, чем остальным, – честно ответила девушка. – Не волнуйся. Я в порядке. Ким же вернулся.

– Рад, что ты снова беззаботна. Хорошо, что Ким здесь. Ты собралась к нему?

– Да. Хочу прихватить кофе.

Артур кивнул вместо прощания. Задерживаться он не собирался и быстро покинул девушку. Сделав два кофе с молоком, Лира прихватила несколько кубиков сахара в блюдце, которое поставила на одну из кружек. Комната Кима была на этаж ниже. Лира осторожно спустилась по лестнице, стараясь ничего не расплескать и не уронить.

Удивила приоткрытая дверь. Лира легонько толкнула её ногой и вошла. Ким сидел посередине пола, обложенный бумагами, книгами и блокнотами. Он скрестил ноги, упершись локтями о колени. Пальцы запущены во взъерошенные волосы, спина сгорблена.

– Ким?

Лира наклонила голову, обеспокоенно вглядываясь в него. Когда ответа не последовало, она поставила кофе на стол и закрыла дверь. Присев на корточки рядом с другом, легко коснулась его плеча, снова позвав по имени. Ким оторвал руки от головы и глянул. После прищурился и застонал:

– Голова кружится.

Лира осторожно помогла встать. Бумага шелестела под ногами, пока они медленно двигались к дивану. Ким сел, закинув голову назад. Лоб нахмурен, губы плотно сжаты.

– Я принесла кофе, – тихо проговорила девушка, положив руку ему на предплечье.

– Я кое-что интересное нашёл, – он поднял голову и рассеянно посмотрел на неё. – Помнишь короткая запись про волны?

– Помню, – мягко ответила Лира, подавшись немного вперёд.

– Волны – это… ммм… – он задумался, пытаясь подобрать слово. – Поколения. Мы пятая волна. Хм. Эпоха. Рождение расы. Имянаречение и мистерия. Четвёртые перемещались фантомно.

Его глаза сияли озарением, почти безумным блеском и выражением, что она поймёт без слов. Лира опустила голову, задумавшись. Для неё это оставалось невразумительными обрывками фраз.

– Там было про тонкое перемещение.

– Лира! – Ким заёрзал от нетерпения. – Они отправлялись в миры не физически!

Глаза девушки расширились.

– Что это значит?

– Ну, – Ким задумался, его руки замерли на уровне груди. – Это значит… без тела. Не было наших обрядов. Они жили здесь, а по мирам летали душами.

Лира зажмурилась.

– Фантастика какая-то.

– Нет! – Ким помотал головой, лихорадочно сверкая глазами. – Это правда. Они это умели.

Лира выдохнула, пытаясь собраться с мыслями. Невероятно! Но, если существует магия, а артефакты работают в Хатме, почему нет? Хранители и не такое видали. Ким сполз на пол и начал нетерпеливо перерывать бумаги. Победно выцепив пару листов, он забрался обратно.

– Вот!

Он вручил ей их, тыкая в надписанный «5 волна». За заголовком шли обведённые слова «Имянаречение» и «Мистерия». Под первым написано «Сила» и стрелочка к «Кровь». Под вторым красовался схематичный рисунок. Человечек и «Х», обведённые в круги. Между ними черта, входящая в оба круга с жирно прорисованными точками на концах.

– Хатма, – еле слышно шепнула Лира, глядя на «Х». – Мистерия прикрепляет к Хатме. Это понятно. Что означают «Сила» и «Кровь»?

– Пятая волна – это мы. Если соотнести, в нашей крови сила.

Он тыкнул во второй лист с надписью «4 волна», где в круг было обведено «Тонкое перемещение». Ниже в другой круг заключены Хатма и человечек, около него что-то похожее на тень, от которой шла стрелка за пределы круга, к нескольким линиям, образующим клетки с пересечениями. Несколько пересечений были отмечены кружками.

– До нас было поколение, о котором не говорят.

Девушка подняла взгляд на друга. В её лице читалось удивление, недоверие, растерянность. Но вместе с тем – и желание понять.

– Попробуем? – шепнул Ким, наклонившись к ней.

Его глаза расширились, лихорадочно сверкая.

– Что попробуем? – настороженно переспросила Лира.

– Перемещение. Нужен сопровождающий, я – могу! Я… – он неожиданно осёкся, глаза поблёкли. – Кажется, мне нужно поспать. Возьми записи, давай завтра обсудим.

Ким сжал её руки, державшие бумаги. Лира, ошарашено смотревшая на друга, слабо кивнула. Неожиданно его взгляд потеплел, губы тронула мягкая улыбка. Кончики пальцев скользнули по её щеке, замерев лёгким прикосновением на шее.

– До завтра, Лира.

Лира только и смогла, что снова оторопело кивнуть и молча выйти из комнаты. Ким зажмурился, ладонями сдавив голову, будто это могло остановить противное головокружение. Перед глазами снова и снова прокручивалось случившееся перед уходом от Виктора.

Как старик растерянно огляделся, потёр шею и придвинулся к столу. Как Ким обречённо вздохнул, с некоторым сожалением глядя на старого хранителя. Тот привычно скользнул правой рукой под стол. Перед ним возникла тонкая книга в бархатистом чёрном переплёте. А к ней приклеен жёлтый стикер. Он предостерегающе кричал: «НИКОМУ!». Тогда Ким наклонился, кончиками пальцев развернул лицо Виктора за подбородок, так, чтобы видеть его глаза.

– И про книгу забудь! – прошипел он

Кое-как смял листы, запихнув в карман, и выудил книгу у по-детски растерянного старика, непонимающе глядящего как будто сквозь него.

Глава 4

Искры мерцали в темноте. Хранители стояли широким кругом, за долгое время не проронив ни слова. Они наблюдали за пламенем. В молчаливом почтении никто не смел шелохнуться. Воздух пропитался скорбью.

Когда всё прогорело, Александра шагнула к центру, встав у дотлевающих углей. Потонувшие в сумерках фигуры различались почти интуитивно. До основополагателя долетали слабые отсветы бывшего костра.

– Каждый из нас уверен, что в последний путь его проводят верные и преданные друзья, – со спокойной грустью начала женщина, обхватив кисть одной руки другой. – Мы друг для друга семья. Виктор искренне верил в нашу сплочённость и помогал проникнуться философией Хатмы. Он верил в непоколебимость миссии и приходил на помощь любому, – Александра опустила голову и помолчала. – Его время пришло. Он заслужил свой покой.

Смерть редко появлялась в мире хранителей, превращаясь в таинство. Слова Александры звучали вкрадчиво. Она обвела взглядом склонивших головы хранителей, глубоко вдохнула воздух с оттенком дыма и продолжила:

– Простите, что трогаю другую тему в столь важный момент, но все понимают, что мы остались без ключевого хранителя. Никто не может заменить Пантелея, потому что никто не подходит по структуре духа.

– Разве мы не можем вернуть Пантелея? Ситуация безвыходная, – перебил надрывной мужской голос, но разглядеть спрашивавшего в задымленной темноте было невозможно. – Думаю, он уже всё понял.

– Для тебя приемлемо вернуть человека, нарушившего святость крови хранителей? – мягко, но категорично ответил другой голос.

Артур вышел к Александре. Он предостерегающе смотрел на говорившего, скрестив руки на груди. Ответа не последовало. Он утонул в неловкости.

– Мы должны справиться без ключевика. Понимаю, это усложнит и без того непростые задачи. Да, понадобится больше времени, но мы будем справляться сообща, – снова вступила Александра, кинув на Артура быстрый благодарный взгляд. – Вернём практику общих собраний.

– Это пища для размышлений, – подытожил Артур. – Вы имеете возможность всё обдумать и внести предложения. Но не сегодня. Сегодня мы провожаем верного друга, наставника и боевого товарища.

Больше никто не решился нарушить торжественность момента. Александра грустно улыбнулась и кивнула в знак окончания обряда. Наблюдая, как все медленно двинулись к спальному корпусу, она содрогалась при мыслях о возобновлении советов. Хранителей слишком мало. Треть из них стабильно находится в других мирах.

Заменить Пантелея, мгновенно выдававшего несколько вариантов ответа на любой вопрос благодаря связи с знанием Хатмы, должна группа хранителей. Она будет тратить на анализ ситуации и поиск решения минимум неделю, перерывая множество книг.

– По крайней мере, библиотека не запылится, – мягко сказал Артур, кладя тёплую руку на её плечо.

– Читаешь мои мысли, – сухо проговорила Александра и двинулась за остальными.

***

Прислонившись плечом к стене у входа в руководящий корпус, Александра резкими движениями перекидывала ключ за ключом в большой связке. В библиотеку можно попасть через второй этаж. Когда она не пользовалась спросом, узкой двери, будто ведущей в чулан, хватало. На утреннем совете решили, что в первую очередь хранитель будет пытаться решить проблему своими силами. Если не выходит, обращается к группе помощи, пока состоящей из руководства и наставников. Если совсем плохо, созывается общий совет.

Все как один ключи на связке имели вытянутый стержень. Александра помнила, что библиотечный имел зазубрины на стержне. Если память подведёт, придётся проверять каждый.

Ключ с зазубринами легко провернулся, дверь поддалась со скрипом. Александра приоткрыла её ровно настолько, чтобы юркнуть внутрь. В огромном помещении с вытянувшимися по обе стороны высокими стеллажами книг царил пыльный мрак. Даже ощущались нотки заплесневелой сырости. Женщина простонала, прижимая руку ко лбу. Ещё не хватало, чтобы важные книги испортились.

Свет едва рассеивал темноту с высоты закрученной лестницы, уводящей на второй этаж. Там полки длиной в стену вмещали часто используемые экземпляры. Несколько столов позволяли работать на месте, но в основном книги забирали к себе.

Женщина осторожно пошла вперёд. Вглядываясь в темноту, она пыталась вспомнить расположение выключателей. Виктор следил за библиотекой, пока было нужно. В основном здесь хозяйничал её сын. Пантелей обожал книги. Возможно, приличное количество перекочевало на его любимую крышу.

Александра сделала мысленную пометку заглянуть туда. В его комнате не удалось найти ничего, кроме автомобильных журналов, непонятно откуда взявшихся в Хатме. Он редко отправлялся в миры и, должно быть, каждый раз прихватывал с собой сумку макулатуры.

– Александра!

Женщина вздрогнула, ощутив болезненный удар сердца в рёбра.

– Ким, чтоб тебя! – вспылила она, прижимая руку к груди и сгибаясь пополам, чтобы выдохнуть.

Ответом стал весёлый смех Кима, перевесившегося через перила второго этажа.

– Знаешь, где включается свет? – выпрямляясь, спросила она строго.

– О! Конечно.

Ким легко сбежал по лестнице и нырнул под неё. Эхом разнёсся ряд щелчков, помещение осветилось. Александра в очередной раз вздохнула. Вот и новый пласт работы.

Массивные стеллажи чёрного дерева были беспорядочно набиты книгам. Основополагатель прикинула несколько вариантов, как побыстрее навести порядок. Она в несколько секунд перебрала в уме людей, которые смогут заняться структурированием. Киму же их хватило, чтобы преодолеть огромное помещение и остановиться в нескольких шагах от неё.

– Нужно поговорить, – деловито произнёс он, заводя руки за спину.

В классических брюках и белой рубашке он смотрелся выгодно. Александра, одевшая сегодня спортивный бледно-голубой костюм для запылившегося помещения, поёжилась.

– О чём разговор?

Она выправила осанку, запуская руки в карманы. Запах плесени начинал раздражать. Глаза Кима немного расширились, выражая довольство собой.

– Сделай меня ключевым хранителем, – медленно и чётко проговорил он, плохо скрывая восторженность идеей. – Я хочу. Я готов.

Один уголок его губ взлетел в улыбке. Он открыто смотрел в глаза Александры, осмысливающей сказанное, и предвкушал свою будущую значимость. В конце концов, Александра закатила глаза, невольно вскинув руки.

– С ума сошёл, – проворчала она, недовольно уставившись на парня.

Самодовольство сползло с Кима. Его лицо приобрело выражение суровой сосредоточенности.

– Что? – почти угрожающе переспросил он, не веря реакции основополагателя.

– Это выжжет тебя! – сквозь зубы процедила Александра, наклонившись. – Структура духа ключевика должна открываться огромным объёмам информации. Как я наложу на тебя эту ответственность? Ты умрёшь через несколько лет. В лучшем случае, тебе снесёт крышу.

Ким побледнел.

– Я смогу, – прорычал он в ответ.

Его глаза опасно сверкнули.

– Не сможешь, – Александра стала безэмоциональна. – Хочешь, сделаю тебя наставником. Ты открыт людям и настроен на то, чтобы их чувствовать. Хотя и это не твоё. Но ломать структуру…

Александра вздохнула, отворачивая голову. Она старалась выдохнуть раздражение, подыскивая ёмкие слова.

– Ким, – она серьёзно посмотрела ему в глаза. – Пантелей легко переносил одиночество. Он любил перерывать большие пласты информации. Это дар. Врождённый талант. Он родился ключевым хранителем.

– Хотите сказать, я тупой? – парень неестественно выпрямился, по-прежнему держа руки за спиной.

Он сверкал карими глазами с высоты своего роста, высокомерно глядя на Александру.

– Нет. Хочу сказать, что у тебя другой талант.

– Какой?

Александра усмехнулась.

– Повторяю, могу сделать тебя наставником.

– Любой хранитель под это заточен, – прошипел Ким. – Не хочу быть, как все.

– О! – глаза Александры расширились, и она засмеялась. – Понятно. Тщеславие. Так знай, что моему сыну не было легко. И мне не легко.

– Всё чушь, – усмехнулся парень. – Мне будет легко.

– Нет! – безаппеляционно заявила Александра и быстро направилась к выходу из библиотеки.

Ещё чуть-чуть – и он бы узнал, что ещё может сделать основополагатель, кроме соединения хранителей с сутью Хатмы.

***

Ким преодолел библиотечную лестницу, перепрыгивая по две-три ступени, и вылетел через дверь в сторону спального корпуса. Внутри пульсировали досада и злость. Крепко сжав зубы, он смотрел вдаль, не замечая ничего вокруг. Он не смог принудить её, потому что не хватило самообладания. Эмоции застили сознание.

– Ким, – выдернул из оцепенения неуверенный голосок вместе со скользящим прикосновением к руке.

Ким тут же стряхнул лишнее, возвращая внутреннее равновесие. Он мягко улыбнулся, в долю секунды окидывая изящную фигурку Лиры. Она была красива, но не заботилась о себе. Вечные спортивные штаны и свободные футболки. Сегодня девушка хотя бы отдала предпочтение розовому верху и зелёному низу. Вот бы переодеть её в платье! А вот немного небрежные песочно-русые волосы до поясницы всегда выглядели очаровательно.

– Я тебя искал, – промурлыкал Ким, засунув руки в карманы и прислонившись к стене.

Лира скептически приподняла бровь.

– Судя по виду ты хотел меня как минимум сжечь.

Парень мягко рассмеялся.

– Нет, что ты! – он доверительно посмотрел в её глаза. – Неприятный разговор с Александрой.

– Ммм… – Лира виновато отвела взгляд. – Прости.

Она облокотилась рядом.

– А ты как? – сменил тему Ким.

– Не знаю. С обучением ступор. Наверно, мистерию отложат.

– В чём ступор?

– Не отслеживаю магию на себе.

– О! – Ким неловко провёл рукой по волосам, не зная, что сказать. – У меня как-то само собой получалось.

– Не важно, просто нужно время. – Кажется, Лиру это мало волновало. – В честь чего такой наряд?

Ким усмехнулся.

– Говорю же, был у Александры. А ты… – он замялся. – Ты подумала?

– О чём? – Лира посмотрела на него с искренним непониманием.

Ким разочарованно вздохнул и отвёл взгляд. За окном сгущался вечер. Поляна пустовала. Неужто она правда забыла?

– О путешествии, – он снова посмотрел на неё, но не нашёл понимания. – Фантомные перемещения, Лира.

На последней фразе его голос упал до шёпота, а её глаза расширились.

– Я думала, ты не серьёзно. Ты был не в себе, – ровно ответила девушка.

– Думаешь, я псих, думаешь, я бредовал?

Ким позволил раздражению и бессильной злости прорваться. Лира осталась абсолютно спокойной, не дрогнув даже на долю секунды. На её лице лишь едва проступило любопытство. Ким всмотрелся в зелёные глаза с интересом, чуть наклонив голову. Он никогда не замечал за собой притяжения к ней. В общем-то, он никогда ею и не интересовался, считая заурядной. Но вдруг за спокойствием скрывается что-то другое? Что-то, что толкнуло к ней Платонова.

– Я не думаю, что это безопасно и… правильно, – нарушила Лира затянувшуюся паузу.

– Лира, это важно для меня.

Ким почти умолял. Он готов был упасть на колени. Не получать же отказ ещё и от неё! Лира же серьёзно смотрела ему в глаза, ничего не отвечая.

– Пожалуйста, – жалобно шепнул парень, наклоняясь ближе.

Она упрямо не отводила взгляда, никак не реагируя на слова. Отчаяние захлестнуло Кима, всколыхнув знакомую подъёмную волну. Он зацепился за зрительный контакт, внутренне делая шаг вперёд, к ней. Он жадно потянулся к её мыслям, готов был с упоением окунуться в эту загадку. Но увяз в пустоте. Его будто засасывали зыбучие пески. Он пытался устоять, но постоянно проваливался. Воодушевление сменилось испугом, осев противным головокружением.

– Что с тобой?

Лира обеспокоенно положила руку на его плечо, когда парень сморщился и потёр лоб.

– Кружится.

Ким сполз по стене, Лира опустилась рядом на корточки.

– Ким, – вкрадчиво произнесла девушка. – Я волнуюсь за тебя. Тебе нужно к целителю.

Ким улыбнулся, роняя руки.

– Всё хорошо, я был, – не задумываясь, соврал он. – Просто переутомление.

***

После того, как Лира помогла Киму добраться до комнаты, она вернулась к себе. Поборов желание хлопнуть дверью, девушка медленно её прикрыла. Это выбивало из колеи. Сумбур в мыслях, в делах, отсутствие отдыха и хоть кого-то, кому можно выговориться. Раньше она обратилась бы к Киму, но сейчас он был одержим странными идеями.

Лира легла на пол. За дни, лишённые уединения, энергия скопилась комом. Импульсивно начав отжиматься, она почувствовала окостенение мышц от долгого бездействия. Слишком многое требовало внимания. Она не знала даже своего отношения к внезапно свалившейся информации. Никто не давал времени подумать. Она должна сейчас научиться различать магию. Именно сейчас – окончательно определиться с фантомными перемещениями. Сейчас и только сейчас разобрать мысли по полочкам, привести себя в порядок. Прямо сейчас решить, верить ли новому Киму. Иначе пять минут – и сумасшествие.

Когда дрожащие руки подкосились, она рухнула на живот, тяжело дыша. Изнеможение выбило из головы мысли, позволяя им едва заметными тенями вспыхивать где-то вдали и затухать от бессилья. Из забытья вырвал стук.

– Войдите, – отчётливо произнесла Лира, поднимаясь на ноги и выравнивая дыхание.

– Привет.

В двери показалась Александра в голубом костюме. Она улыбнулась, бегло оглядев комнату, и вошла.

– Привет, – Лира отряхнула штаны, хотя на них не было ни пылинки. – Садитесь.

Она кивнула на кровать и тоже прошла к ней. Александра вела себя сдержанно, стараясь выглядеть дружески, но разница в возрасте и статусе не располагали к дружеским беседам.

– Как ты? – она посмотрела на девушку с неестественной, напускной теплотой. – Как твои успехи?

– Не очень. Мистерия откладывается. Я не справляюсь с магическими воздействиями.

– Ммм, – протянула Александра немного разочарованно, отводя взгляд. – А твоё самочувствие? Всё в норме?

Лира непонимающе посмотрела на женщину.

– Всё хорошо, – неуверенно ответила она.

Лира начала нервничать. Она не понимала, что вызвало вопрос. Александра пожала плечами, будто спрашивая «Ну что ещё я могу предложить?», и снова добродушно улыбнулась. Только это добродушие было совсем другого качества.

– Как вы могли не понять, что он творит? – спокойно проговорила Лира, не задумываясь, как это может прозвучать.

Александра вздрогнула, во взгляде мелькнуло подозрение. Она поёжилась, явно подбирая слова.

– Слишком много точек сходится во мне, я не всегда улавливаю, что и откуда приходит. Или от кого, – объяснила она будто ребёнку. – Мы мало общались с сыном неформально. В основном он выполнял свои обязанности или пропадал в укромных местах. В комнате, на крыше, зоне отдыха, где-то ещё. Я… упустила этот момент. Всё сложилось, как сложилось.

В завершении она пожала плечами и грустно улыбнулась.

– Вы ведь общались с ним? – с надеждой спросила женщина.

– Не по делу только однажды, – Лира искоса глянула на неё. – Мы не дружили.

– Он что-то рассказывал тебе?

Александра наклонилась и положила руку на плечо девушки. Прикосновение было почти невесомым, но уверенным.

– Про пересечения миров, – девушка нахмурилась, вспоминая. – Толком ничего.

– А! – Александра рассмеялась, погрузившись в воспоминания. – Пану нравилось всё неизведанное. Он отдыхал за книгами. Цеплялся за сложные схемы.

– Так это только домыслы?

– Нет, конечно, пересечения существуют. В мире всё упорядоченно, система должна быть. Но это не так важно. Важнее то, как пересекаются судьбы. Намного интересней! Кстати, как у Кима дела?

Лира внимательно посмотрела на основополагателя, размышляя, хочет ли акцентировать внимание на смене темы. Решив, что у Александры есть причины не говорить о сыне, она ответила:

– Думаю, вы видитесь с ним чаще, чем я.

– Только по делу. У друзей связь глубже, вы друг о друге больше знаете. Ким в последнее время стал раздражителен, – сквозь заботу в голосе пробивалось любопытство.

– Недосып, – только и пожала плечами Лира.

– Я волнуюсь за него. Миры накладывают психологический отпечаток. Неизвестно, где он бывал. А отсутствовал долго.

– Он умеет справляться с воздействиями миров.

– Определённо. Но всё же скажи мне, если появится что-то… – Александра снова наклонилась к Лире и заговорщически добавила: – ценное.

Лира опешила, уставившись на неё. Александра снова улыбнулась своей преувеличенно-добродушной улыбкой и удалилась. Стряхнув ощущение странности происходящего, Лира пересела за ноутбук. Он включился за несколько секунд, выставив фото её и Кима, сидевших рядом и довольно улыбавшихся. Она запустила почту, быстро отбила сообщение и, отправив, снова выключила ноут. Её ожидала встреча с наставником.

На том конце Ким довольно усмехнулся, закрывая электронное письмо от Лиры.

«Я подумаю. Встретимся завтра, за завтраком.

– Лира М.»

Глава 5

Раздражение постепенно растворилось в спокойствии. Размеренный вдох влажным воздухом пустил по телу изнеженность. Слабый шелест воды и листьев убаюкивали. Лира закрыла глаза и ещё раз глубоко вдохнула. Впервые за долгое время она ощутила блаженную безмятежность. И она с треском разлетелась в несколько мгновений.

– Не понимаю, в чём дело, – пробормотала Анна, задумчиво рассматривая округлый серый камень, который только что забрала из ладони девушки.

Лира вздохнула, невидяще уставившись на раздражающе искрящееся на солнце озеро. Хотелось взвыть, колотить руками по земле. Потом неплохо бы разреветься в голос. А в конце обхватить себя руками, свернуться калачиком и, тихонько всхлипывая, уснуть.

– Давайте ещё раз, – вытряхивая из головы спланированный сценарий, твёрдо сказала Лира.

Она потянулась за камнем, ощущая призрачную тошноту. Анна послушно отдала артефакт, с интересом наблюдая за подопечной.

Девушка набрала полные лёгкие воздуха, скользнув глазами по закрытому серому платью Анны в тон глазам. Она всегда выбирала высокие горловины, длинные рукава и прямые юбки до колена. Предельно простой крой роднил все платья её гардероба, различаясь только цветами.

Лира крепко сжала гладкую поверхность камня, готовясь с его холодом принять волну изнеженности. Стараясь выловить тонко проскальзывающую в сознание иллюзию безупречности, девушка напряглась. Промах. Снова. Она не ощущала воздействия.

– Ну-ка дай, – Анна требовательно протянула руку к камню. Когда он оказался на её ладони, наставница поднесла предмет к глазам. – Ерунда какая-то.

Устало вздохнув, Анна уронила руки на колени. Она закинула голову назад, разминая шею.

– Что случилось? – осторожно спросила Лира, меняя положение.

Затёкшая нога начала противно ныть.

– Он накрылся! – мрачно провозгласила Анна, разводя руками. – Магия кончилась.

Лира удивлённо приподняла бровь, непонимающе глядя на неё. Тёмно-серые глаза выражали даже не усталость. Анна была выпотрошена. После отречения ключевика наставников постоянно привлекали к собраниям совета, не снимая обязанности учить.

– Ладно, он не первый, – она кинула камень обратно в коробку. – Видимо, Хатма подавляет чужеродную магию.

– Чужеродную? – Лира задумчиво наклонила голову. – Хранители не владеют магией. Мне казалось, мы не можем противопоставлять себе какую бы то ни было.

– Ну… – Анна вытянула ноги, ложась на спину. – В общем, да. У нас нет магических способностей. Но есть особенности физиологии. Наша кровь заряжена силой. Напомни, как её можно использовать.

Лира со вздохом пожала плечами. Такие моменты пошатывали веру в толковую подготовку к работе. Она не видела смысла мусолить одни и те же темы, когда есть более существенные препятствия к мистерии.

– В основе любого обряда или ритуала как основной элемент.

– Это знает любой трёхлетка. А механизм?

Лира задумалась. О детях. Она выросла в Хатме. И Ким. И ещё несколько вместе с ними. Был Пантелей. И… Как же его звали? Темноволосый коренастый мальчик, который всегда всех задирал.

Лира отмахнулась от попыток вспомнить его имя. Он исчез, когда ему едва исполнилось двенадцать. Лире тогда было меньше десяти.

А где сейчас дети? Она не видела никого младше себя. Она осталась единственной не прошедшей мистерию. А значит, одна не участвует в делах хранителей. Общие советы – да. Но её не просили даже о помощи с библиотекой, хотя та была очень нужна.

– Лира, – настойчивый голос Анны вырвал из раздумий. – Не вспоминается?

– Кровь используется как источник энергии. Её потенциал высвобождают, чтобы получить мощный заряд для осуществления… задуманного.

Наставница внимательно смотрела на Лиру, обхватив колени руками.

– Всё, – невнятно добавила та, чувствуя себя неуютно.

– Чем ты занимаешься на досуге? – строго спросила Анна.

Лира окончательно растерялась. Она не знала, что ответить. Рассказать, как отжималась, пытаясь разгрести мысли? Или как пыталась удержать в рамках едущего в просторы безумия друга? А может, о том, как размышляла, что, возможно, Ким никуда не едет?

Она зажмурилась, чуть слышно застонав. Она почти согласилась. Чёрт. Вчера она дала Киму надежду на это безумие. Говорят, идеи заразны. Видимо, у бредовых озарений один из симптомов – провалы памяти. А зная Кима, можно полагать, что теперь у него есть лазейка. Трещина, которая скоро превратится в приличное отверстие.

– Простите, – в конце концов, выдавила Лира, избегая оправданий и стараясь хоть немного расслабиться.

– Хорошо. Это будет твоим заданием. Воспользуйся библиотекой, подумай и в следующий раз расскажешь всё, что узнаешь.

Лира только молча кивнула в ответ, уставившись на свои коленки.

***

Столовую Лира обошла стороной, твёрдо держа курс на библиотеку. Главный вход на первом так и не открыли, сделав основным запасной на втором этаже.

– Привет, пап, – улыбнулась девушка, аккуратно прикрывая дверь.

Отец сидел за столом при входе. Мягкий зелёный оттенок стен и приглушённый тёплый свет располагали к чаю и уютным разговорам, но не к кропотливому изучению книг. Открытая комната по типу балкона отделялась светло-коричневой балюстрадой. В два ряда вытянулись столы, устроив на себе по паре ламп с гибкими ножками, излучающими холодный свет, хоть как-то настраивающий на рабочий лад.

Из обстановки выбивались только плотно состыкованные четыре стола, заваленные бумагами и кипами книг. Книги держались, видимо, благодаря клятве не разваливаться. Иначе, беспорядочно уложенные без соблюдения размеров они уже рухнули бы от одной лёгкой вибрации, пусть и от еле прикрытой двери.

– Здравствуй, девочка моя.

Артур, одетый в чёрную водолазку, облокотился о стол и тепло улыбнулся дочери.

– Мне нужно разобраться в механизме работы крови в ритуалах, – без церемоний озвучила Лира.

– Нашей?

Лира кивнула, и отец встал. Он задумался, побарабанил пальцами по столу и жестом пригласил за собой. Лира спустилась по закрученной лестнице в полумрак огромного помещения. Громоздкие стеллажи впечатляли количеством книг, умещавшихся в каждом. Запах пыли смешался с влажностью, неприятно отдавая бумагой.

– Мы думаем перегнать всё в электронный формат, – тихо заметил Артур, осторожно заглядывая за каждый стеллаж по дороге. – Сейчас здесь бардак. Но работа требует больших человеческих вложений, которых у нас нет.

Лира молча слушала, оглядывая мрачные высокие полки. У некоторых прямо на полу лежали хаотично набросанные стопки.

– Я могла бы помочь, – робко предложила она, отрываясь от разглядывания окружения.

– На тебя есть другие планы, милая, – снисходительно улыбнувшись, заметил мужчина. – Подожди здесь.

Он завернул к полкам и стал просматривать корешки. Он задумчиво приложил пальцы к губам, потом выцепил обычного размера книгу. Наскоро пролистав её, убрал обратно и повернулся к полкам позади. Пролистал ещё несколько книг от тонких брошюр до внушительных справочников, пока победно не улыбнулся, пристраивая подмышкой тонкое издание в плотной обложке. Он прихватил ещё одно, которую просматривал одним из первых, и вернулся к дочери.

– Вот эта определённо, – вручил он Лире последнюю, – А вот эта, – он пролистал её, открыв на странице, где схематично описывались какие-то процессы, – наверняка будет тебе интересна.

Лира мельком скользнула по изображениям взглядом, любопытно прищурившись. Очень похоже на схемы из бумаг Кима. При воспоминании о друге внутри что-то щёлкнуло и упало. Предстоял либо неприятный разговор, либо дурацкая попытка фантомного перемещения. Лира искренне надеялась, что ничего не сложится, если жребий выпадет на последнее. Наскоро поблагодарив отца, она прижала книги к животу и, раздумывая, где бы побыть в недосягаемом никому одиночестве, быстрым шагом покинула библиотеку.

***

Александра раздражённо хлопнула дверью. Сложив на груди руки, она прижалась спиной к стене, чуть сгорбившись. Она задумчиво постукивала пальцем по плечу, глаза сумасшедше бегали, не видя ничего вокруг. Выпрямившись, женщина запустила пальцы в волосы и обречённо застонала.

Перед глазами стояла комната Виктора, изворошённая за все дни с момента сожжения. Односпальная кровать, наскоро застеленная коричневым покрывалом. Стол под окном, вплотную придвинутый к стене. На него она перенесла перетряхнутые стопки вещей с пола, какие только смогла вместить. На стул у другой стены свалили письменные принадлежности. Рядом – стопка книг.

Александра дёрнулась и направилась к выходу из корпуса. Губы сжаты в тонкую линию, опасно сверкающие глаза чуть прищурены. Она твёрдо чеканила шаг, стремительно преодолевая белоснежный переход с огромными окнами. Однообразие дверей исследовательского корпуса вырвало из раздумий. Расположенные на одинаковом расстоянии, они не имели никаких опознавательных знаков. Четвёртый этаж давно не использовался. Можно не опасаться посторонних глаз и ушей.

Достигнув конца коридора, она на всякий случай огляделась. Полная тишина, даже слышно, как течёт ток в проводке. Резким движением достав ключ из кармана, Александра настороженно вслушалась ещё раз, замерев с ним у замочной скважины. Через два щелчка кабинет открылся. Она плотно закрыла дверь, повернув внутренний замочек, и включила свет. Лампы отозвались не сразу. Сначала шикнув на неё, они с мерцанием засветились.

Под окном, плотно завешенным клеёнчатой тканью, стоял металлический стол с микроскопом и подставкой с рядом пустых колб. По обе стороны выстроились сероватые шкафы. Помещение преодолевалось вдоль и поперёк всего несколькими шагами, но этого хватало.

Женщина прошла в угол к мерно гудящему холодильнику с затемнённым стеклом. Дёрнув дверку, она наклонилась, проглядывая стройные ряды тех же колб, что стояли на столе, но наполовину заполненных красной, едва просвечивающей золотым жидкостью. Они плотно заняли верхнюю полку. Каждая аккуратно подписана на жёлтой наклейке.

Трижды отрывисто постучали, после паузы добавив ещё один внушительный удар. Вздохнув, Александра быстро подошла ко входу, остервенело повернув замок, и вернулась к холодильнику. Выцепив взглядом нужную пробирку, она отточенным движением достала её, бесцеремонно захлопнув дверцу.

– Что-то нашла? – вальяжно поинтересовался голос за спиной.

– Нет, – холодно отрезала Александра, прислонившись к столу.

Она бросила на Артура Маймур короткий взгляд, мельком подметив самодовольный взгляд, засунутые в карманы чёрных брюк руки и мерзкую чёрную водолазку. Она опустила колбу, имевшую красный цвет, но отличавшуюся отсутствием золотого свечения.

– Не светится, – заключила она. – Все светятся, а она – нет.

Артур взял колбу из её рук, поднял на свет лампы и стал разглядывать с ленивым любопытством.

– Значит, кровь теряет силу после смерти обладателя. Теперь мы это знаем точно, – он усмехнулся и вернул сосуд в холодильник. – Узнала, куда твой сын дел «добро»?

– Отмалчивается, – Александра напряглась. – Концлагерь его не пугает.

– Может, выбрать мир пожёстче?

– Куда уж жёстче! Он в одном из худших.

В ответ Артур с рассеянной улыбкой пожал плечами. Он повернулся к двери и уже взялся за ручку, когда в глазах заиграли искорки любопытства.

– Тебя ещё беспокоят психоделические явления? – озорно кинул он через плечо.

– Ооо! – Александра закатила глаза. – Каждую ночь снится этот бред.

Усмехнувшись, Артур вышел.

***

Пока Лира добиралась до лифта и поднималась на последний этаж, не покидало чувство вины. Она оглядывалась по сторонам, давя тревогу. Карабкаться по лестнице с книгами было неудобно. Сложнее оказалось у люка. Зафиксировав книги на верхней ступеньке, она упёрлась в него и толкнула. Солнечный свет резко обрушился, и она пошатнулась. От страха упасть по голове побежали иголочки. Металл лестницы больно впился в кожу. Восстановив равновесие и облегчённо выдохнув, девушка ослабила хватку рук.

С силой потерев ладони о бёдра, Лира оглядела пустое пространство. Всё те же подушки и сундук. Дыхание сбивали порывы ветра. Она постояла, привыкая к яркому свету, закрыла люк и прошла к подушкам. Осторожно опустилась на одну из них. Костяшки побелели от того, как крепко она сжала книги.

Она положила их рядом. В сундуке по-прежнему покоились два пледа. Лира вытянула один. При свете она разглядела тёмно-синие на чёрном полосы. Укутав ноги, девушка облокотилась на стену башенки. Подняла голову, прищурилась. Никаких линий. Только прозрачное голубое полотно.

Лира опустила взгляд на книги. Выцветшую жёлтую с понятным названием «Свойства крови» отложила подальше и скользнула пальцами по бархатистой чёрной обложке без названия. Положила на колени, открыла первую страницу. Размашистая надпись «Хатма. Легенды первородных» сбивала с толку.

Первородные. Лира приоткрыла рот, наклонившись ближе к странице. Она с осторожным любопытством прищурилась, всматриваясь в незнакомое слово. Оно будто приобретало форму, округляясь и сходя со страницы. Девушка едва дышала, пытаясь ухватить загадочное послание. Ни прохладного ветра, ни слепящего света больше не было. Она растворялась в буквах.

Стоп! Лира зажмурилась, захлопывая книгу. Она замотала головой, скидывая очарование.

Книга.

Артефакт.

Отец вручил ей артефакт. Но он показал схемы! Те самые, что могли стать ключом к их с Кимом конфликту. Медленно выдохнув и настроившись, Лира снова открыла книгу. Она сразу ощутила волну безмятежности, отводящей внимание, но теперь твёрдо произнесла внутреннее «Нет». Магия рассеялась. Лира смахнула её, как невесомую ткань. Книга позволила прочесть себя.

***

Чёртова книга!

Ким широко замахнулся и запустил её, тонкую, в бархатистом переплёте, в стену. Та ударилась ребром, оставив острую вмятину, и, отлетев обратно, распахнулась. Ким тяжело дышал, со злостью глядя на сероватые страницы. Он крепко сжал кулаки. Так, что мышцы трясло. Он цеплялся за то, что сказал Виктор. Он понимал, что книга – ключ. Он собирался провернуть фантомное перемещение, но не знал механики. Кого просить прочесть то, что так рьяно берёг старик? Александру?

Ким посмотрел на наручные часы.

– Ооо, чёрт, – снова ругнулся он. – Лира!

Время завтрака только что прошло. Ким поспешил в столовую, надеясь, что из-за его забывчивости Лира не заупрямится. В голове то и дело пульсировало, что он не смог пробраться в её сознание. Он отмахивался от этого, говоря себе, что виной усталость.

Влетев в столовую, Ким упёр руки в бока и недовольно оглядел пустые столики. Никого. Подумав немного, он развернулся и быстрым шагом направился к комнате подруги. Оказавшись около неё, нетерпеливо постучал. За те несколько секунд, что прошли до момента, как дверь приоткрылась, Ким бегло оглядел коридор, притопывая ногой и постоянно меняя положение рук.

– Привет, – неуверенно проговорила она, окидывая его удивлённым взглядом.

– М-можно?

Ким внутренне поёжился. Мерзкое чувство. Он так редко испытывал неуверенность в себе, что она казалась чем-то сверхъестественным. Девушка отошла в сторону, пропуская его. Он осторожно вошёл и убрал руки в карманы, втянув голову в плечи.

– Ты чего?

Он мягко улыбнулся, посмотрев ей в глаза. Надо брать себя в руки.

– Прости, забыл про завтрак.

– Ты из-за этого? – Лира тихонько рассмеялась. – Это мне извиняться, я так и не добралась до столовой.

Ким удивлённо вскинул брови, прикидывая, когда она в последний раз ела. Выглядела девушка уставшей и рассеянной.

– Понятно, – решительно заключил он, порывисто сжал её руку и стремительно потянул за собой.

Лира только открыла рот. От неожиданности в голову не пришло ни одного возражения. Ким привёл её в столовую и усадил за столик у окна.

– Жди, – безаппеляционно завил он и скрылся.

Лира прокашлялась и сложила руки на столе. Она всмотрелась в слепящую голубизну неба и снова не увидела ничего, что хотела бы. Ким быстро вернулся и поставил перед ней яичницу и кофе с молоком.

– Сейчас! – задумавшись, добавил он, дошёл до раздачи и взял столовые приборы.

Положив вилку и чайную ложечку, сел напротив, серьёзно глядя на неё. В ответ Лира смущенно улыбнулась.

– Давай! Держу пари, ты со вчерашнего обеда не ела, – строго проговорил Ким, наклоняясь вперёд.

– Я не помню, – призналась Лира, беря вилку. – Не пялься на меня, кусок в горло не полезет!

Ким хохотнул, разваливаясь на стуле и переводя повеселевший взгляд на окно.

– Думаю, стоит попробовать, – задумчиво произнесла девушка, ковыряя вилкой яйца.

Ким заинтересованно посмотрел на неё, не веря услышанному.

– Ты про?.. – начал он и осёкся, поймав решительный горящий взгляд. – Надеюсь, это останется между нами.

Лира кивнула.

– Но на какое-то время.

Ким открыл рот, готовый возразить, но девушка предостерегающе покачала головой. Он опустил взгляд, решив, что разберётся после.

– Это может быть важно для всех, – спокойно проговорила Лира. – Но если ты кого-то подозреваешь относительно смерти родителей…

Ким изобразил самую очаровательную улыбку, на которую был способен.

– Конечно. Как скажешь.

– Я научилась различать магию, – как бы невзначай проговорила она, разглядывая еду.

– Ооо! – Ким негромко несколько раз хлопнул в ладоши и навис над столом, упёршись в него локтями. – Поздравляю, подруга. Значит, тебе осталось чуть-чуть до мистерии.

Лира в ответ слабо улыбнулась, кинув на него взгляд.

– Нет. Я не буду это афишировать. Пока.

Ким от удивления открыл рот, вскинув брови.

– Что? Почему? – ошарашено спросил он, когда способность говорить вернулась.

– Для задуманного мне нужно быть… – Лира подняла зелёные с солнечным оттенком глаза к потолку, подбирая слова. – Свободной или что-то вроде того. Мистерия прикрепляет к Хатме, чтобы хранителю было куда вернуться. Точнее, упрочняет врождённую связь с нашим миром, чтобы окрепла связь с источником силы.

Парень прищурился на Лиру.

– Папа подкинул одну книгу, – разъяснила она. – Артефакт под магией, отводящей внимание. Легенды первородных. В ней разъяснения обрядов и их значений.

– Ты из-за неё согласилась? – Лира кивнула, и Ким понизил голос до нетерпеливого шёпота. – У меня тоже есть одна книга. Под такой же магией. Я долго не был в Хатме, мне не приходилось сталкиваться с воздействием. Я, можно сказать, сильно сдал.

Ким признавал свою слабость нехотя, но уже понял, что с Лирой по-другому не выйдет. Она будет помогать, пока уверена в его искренности.

– Что за книга?

Внешне девушка оставалась безразличной к происходящему. Кима охватила волна раздражения. Как будто они не готовились к чему-то грандиозному!

– У меня в комнате. Глянешь?

– Хорошо, – пожав плечами, невзначай бросила Лира и отхлебнула кофе.

***

Ей понадобилось пять минут. И они прошли с момента, как Лира лёгким движением подняла книгу с пола в комнате Кима, до того, как она, прислонившись к стене со скрещенными ногами, пару раз зажмурилась. После нехитрой процедуры девушка быстро забегала глазами по страницам, перелистывая одну за другой.

Ким и не сводил с неё глаз. Он недыша опустился напротив, подобрав под себя ноги. Густые волнистые волосы Лиры в свете солнца отливали белым золотом, рассыпанным по тонким плечам. Она выглядела на свои девятнадцать, но была по-детски хрупкой, что не позволяло воспринимать её всерьёз.

Ким заёрзал от нетерпения, когда Лира оторвалась от книги и горящими глазами посмотрела на него. Он не решался говорить, видя, как прокручивает девушка мысль за мыслью. Она захлопнула книгу и подвинулась к Киму.

– Где ты её взял? – оживлённо спросила она.

Парень напрягся.

– У Виктора. За день до смерти. Он отдал её мне, – упрямо не отводя взгляда, проговорил он.

Лира наклонилась к другу ближе, сцепив руки в замок.

– Там вся история хранителей. Ким! Практически с сотворения миров. Из этой книги основные формулировки в бумагах. Из той, что дал мне отец, взяты схемы.

– Это отвечает, как летать фантомно?

Лира молча кивнула, серьёзно глядя на него.

– Завтра вечером встретимся на крыше исследовательского. В семь. Прихвати её, – она положила книгу ему на колени. – Не забудь.

Ким проводил Лиру взглядом. Затем посмотрел на бархатистую обложку, приятно ощущающуюся под пальцами. Открыв книгу, он скользнул взглядом по витиеватым буквам: «Рождение Хатмы. Пересечение Миров».

Глава 6

Книга не далась полностью. Ким часто жмурился, стряхивая рассеянность, пытался вникнуть, но будто читал строку через три. Магия артефакта почти не ощущалась. Действие возникало обрывочно.

Не сразу стало понятно, что такое проводник фантомного перемещения. Они с Лирой долго вчитывались в обе книги. Она глотала страницы целиком, он скакал по открывавшимся строчкам. Пробовали читать вслух, но внимание Кима незаметно ускользало всё на тех же моментах.

Тяжелее всего он решался в один из вечеров толкнуть дверь в кабинет Александры.

– Я согласен, – мрачно проговорил он без приветствий.

Мозаичная геометрия кругами расходилась под ногами Кима. Александра удивлённо смотрела на него из-за массивного стола. Недалеко, под окном, стоял диван с мягкой зелёной обивкой и множеством небольших разноцветных подушек.

– На что? – Александра медленно опустила толстенную книгу с золотыми рёбрами страниц.

– Быть наставником, – перебарывая себя, сосредоточенно ответил парень.

Ким испытующе смотрел на неё исподлобья, надеясь на отказ. Руки в карманах неосознанно сжались в кулаки. Александра довольно усмехнулась. От одежды из-за стола виднелся только верх чёрного цвета с круглым вырезом на широких лямках.

– Хорошо, – она пожала одним плечом. – Переспи с этим, а на завтраке подойди к Антону.

Кабинет качнулся. Ким потёр лоб, прогоняя странное щекочущее ощущение из центра мозга. Не попрощавшись, он вышел.

***

За завтраком Ким молча поставил поднос с кофе и овощным салатом напротив Антона. Он плюхнулся на стул, уставившись на наставника в серой футболке, замершего с хлебом, поднесённым ко рту. Ким молча сцепил руки в замок и положил на них подбородок.

– Ну? – наконец спросил Антон и закинул хлеб в рот.

– Александра должна была поговорить с тобой, – сухо ответил парень.

– Поговорила, – пожал плечами Антон. – Ешь и пойдём.

Ким молча принялся за салат. Антон иногда поглядывал на него оценивающе, расправляясь с бутербродом и ягодным морсом. Закончив завтрак, он пригласил Кима в учебный корпус.

Когда они дошли до холла учебного, Антон завернул Кима под широкую лестницу. Приевшиеся белые стены оборвались за неприметной дверью с тонкой резьбой. Узкий коридор за ней обивали тонкие деревянные панели, обилие света исчезло. Через высоко расположенные мелкие окошки проникало солнечных лучей столько, чтобы различать желтоватый цвет стен. Наставники жили в уютной пристройке, которая резко контрастировала с деловитостью основного здания Хатмы.

Коридорчик вильнул вправо. «Ещё чуть-чуть», – напряжённо мелькнуло в голове. Пока оставалось расстояние до двери, пока рука Антона не потянула деревянную ручку, был шанс отказаться. Но Александра уже перещёлкнула выключатель. Да и бросить эксперимент с перемещением не позволяла гордость. Условившись идти до конца, Ким запретил себе подобные мысли. Он верил в правильность происходящего и оставил право на отходной путь.

Они оказались в небольшой комнате со стенами кремового цвета. За приземистым столом на больших мягких подушках бордового цвета сидела Анна в лёгком домашнем костюме из свободных хлопковых штанов и кофточки с длинным рукавом светлых тонов. Скрестив ноги и опираясь локтями о стол, она заинтересованно бегала глазами по строчкам книги, что лежала перед ней. Ким впервые видел её с собранными в пучок волосами. Несколько прядей неуклюже выбивались из причёски. Заметив вошедших, она коротко кивнула и вернулась к чтению.

– Туда, – Антон быстрым жестом руки указал направо, где была ещё одна дверь.

За серой простенькой дверью скрывалось несколько массивных шкафов с книгами и стол посередине. По углам ютились высокие тубы и перевязанные тёмными лентами карты. На столе аккуратно разместились артефакты. Через окно практически во всю стену комнату освещал солнечный свет, приглушенный шторой. Антон ждал около стола, пока Ким осмотрится.

Ким быстро отодвинул любопытство, решив, что сможет в любое время изучить комнату сам. Сложив руки на груди, он кинул на Антона небрежный взгляд.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил тот.

Ким пожал плечами.

– Несколько иначе, но я пока не понял, что изменилось.

– Скоро поймёшь, – Антон доброжелательно улыбнулся. – Главное качество наставника – ощущение другого. Его состояния, чувств, мыслей. Эмпатия.

– Через неё работают артефакты?

Антон удивлённо поднял брови.

– Да, именно. Александра открыла границу ощущения в твоей структуре. Главное, что ты должен понять, что теперь не всё, что ты чувствуешь и думаешь, чувствуешь и думаешь действительно ты. Особенно, когда кто-то рядом.

– Да-да, суть в том, чтобы ощущать другого и направлять правильно, – отмахнулся Ким.

Мужчина пропустил это мимо. Он взял со стола один из артефактов, похожий на жгут. Тонкий, из грубой резины.

– Ты верно ухватил суть. Мы управляем артефактами благодаря эмпатии. Магию ты отследить сможешь. В принципе, теперь это ключевая особенность – никакое воздействие на тебя не ляжет. Возьми.

Антон протянул жгут, нахмурившись. Тот несколько удивился, не ожидая, что всё произойдёт так быстро. Он принял артефакт, заранее настроившись на отражение воздействия. И поражённо замер. Теперь он не ощущал его. Он его видел. Маленькая, будто из плотного дыма змейка обвивала артефакт. Она с силой вжималась в жгут, но не могла шевельнуться. В жёлтых глазах-точках застыли злоба и страх.

– Ч… что?

Ким выронил артефакт, продолжая зачаровано на него смотреть.

– Так выглядит магия, – усмехнулся Антон. – Не вся, но конкретно этой вещи. Поизучай, – он обвёл рукой стол, – позже поговорим. Только шторы не открывай, солнечный свет всё выветривает.

Мужчина вышел. Ким продолжал смотреть на валявшийся у ног жгут. Змейки он не видел, пока снова не взял артефакт в руки. Положив его обратно, он стал по очереди брать предметы. Вскоре парень понял, что чем сильнее магия, тем чётче очертания. Слабая выглядела как кляксы.

Кожаный коричневый ремешок в руках мгновенно стал тёмно-серым, испугано распахнув круглые мутные глаза. Очаровательную женскую серьгу-капельку с бриллиантом хищно сжимала в лапке однокрылая птица, похожая на скелет. Она не сводила с Кима глупых глаз-бусинок. Магия видела наставников, как и они её.

Один за другим, Ким осмотрел все артефакты. Выдохнув, он сделал пару шагов назад, запустил пальцы в волосы и невидящим взглядом уставился на плотную штору.

***

– Ты выяснил что-то ещё о родителях?

– Что? – Ким вынырнул из размышлений.

Лира буравила его взглядом, нависнув над столом. Сегодня она изменила себе, надев голубой сарафан длиной ниже колена. Волосы, аккуратно причёсанные, девушка закинула на одно плечо. Лира уже собрала на поднос полусъеденный обед, собираясь уходить.

– О родителях, Ким, – она строго посмотрела на друга. – Ты говорил, что хочешь узнать подробности смерти родителей.

Ким отвёл глаза. О родителях он не думал с момента, как сказал Лире о них.

– Пока не вышло. Занят был.

Кинув на друга осуждающий взгляд, девушка подхватила поднос и пошла в сторону мойки. Ким озабоченно выдохнул, нервно постукивая подушечками пальцев по столу.

– Лира! – окликнул он, быстро собрал почти не тронутую еду и поспешил следом.

Она поставила поднос на столик около мойки и повернулась к Киму с непроницаемым лицом.

– Не дуйся, – максимально доброжелательно сказал парень и поставил поднос. Он подхватил девушку под руку и увлёк из столовой.

– Это был твой главный аргумент, Ким, – с плохо скрываемым раздражением кинула Лира. – Ты не знаешь, кто может быть замешан.

Ким резко выдохнул, поражаясь, как умудрился приплести это. И ещё больше тому, что Лира, воспитанная в почтительном отношении к старшим и беспрекословной вере главным, купилась.

– Не знаю, с какой стороны подступиться, – небрежно кинул он. – Но! – он неожиданно остановился, разворачивая девушку к себе. – Я понял, как действует проводник!

Ким постарался сказать последние слова как можно тише, но с трудом сдерживал восторг. В глазах Лиры промелькнул интерес. Её мышцы под его пальцами немного расслабились.

– И как? – почти безразлично спросила она.

– Всё дело в эмпатии.

Ким увёл девушку к окну. Он наклонился предельно близко, разглядывая золотистый ободок вокруг зрачков. В солнечном свете зелёный цвет почти искрился.

– Эмоциональный уровень наставников?

– Да. Артефакты работают через него. У них есть душа и тело. Как у тебя, грубо говоря. Через эмпатию можно вступить в… связь.

Ким запнулся перед последним словом, вспомнив, как увяз в попытке прикоснуться к сознанию Лиры. На мгновение ему стало интересно: вдруг тот случай не следствие усталости? Он силой подавил уже готовые выплеснуться силы.

– Попробуем? – еле слышно прошептал парень с мольбой и сжал плечи Лиры.

Та набрала полные лёгкие, с сомнением вглядываясь в лицо друга. Она напряжённо прокручивала что-то в голове.

– Лира, – предостерегающе произнёс Ким, наклонившись ещё ближе, так, что их носы почти соприкоснулись.

Серьёзность на лице девушки сменилась растерянностью. Парень отшатнулся, отпустив её плечи.

– Хорошо, – выдавила Лира. – Встретимся вечером. На крыше.

– Нет! – ухватился Ким за готовность окончательно сдаться. – Пошли сейчас.

Лира с сомнением посмотрела на него, что-то прикидывая.

– У меня нет при себе книг, – наконец выдавила она.

– И не надо, так попробуем, – решительно проговорил парень, подхватывая подругу под руку.

Он не оставлял ей пространства для отступления. И это работало. Судорожно вздохнув, вскоре Лира подстроилась под его шаг.

***

– Так уж и согласился! – расхохотался Артур, развалившись на диванчике возле подобравшей ноги Александры.

Сегодня он сменил жуткий наряд библиотекаря на привычные чёрные брюки и белую рубашку с коротким рукавом. Тёмные волосы рассыпались по зелёной обивке, глаза сверкали.

– Да. Пришёл и согласился, – как ни в чём ни бывало ответила Александра, одёргивая синюю кофту и оранжевую юбку-солнце. – Видимо, заскучал.

– Ну понятно, что его никто не выпустит из Хатмы в ближайшее время. Решил найти занятие по силам.

– Тебе не интересно, почему он ничего не пытается выяснить?

Артур небрежно пожал плечами, бегло осматривая кабинет Александры.

– Думаю, он просто увлёкся чем-то другим. Не зря же так порывался в ключевики. В последнее время он часто видится с Лирой.

– Нашёл дочери достойную пассию? – фыркнула женщина.

– А почему бы и нет? Будет всегда на виду, – почти промурчал Артур, удобнее устраиваясь на диване. – К тому же, может, на их детях результат будет очевиднее.

Александра в ответ усмехнулась, думая, что, может быть, призвание Лиры стать хорошей женой. Хорошего хранителя из неё определённо не получалось.

***

Пустой коридор легко подхватывал и разносил шорох самых аккуратных шагов. Анна почти не дышала, настороженно оглядываясь. Ладони крепко прижались к скользкой ткани серого платья. Хотелось вдохнуть поглубже, прогнать давящее волнение.

Оказавшись у двери в конце коридора, девушка аккуратно коснулась кончиками пальцев холодного дерева, которое тут же подёрнулось еле заметной рябью. Наклонив голову набок, Анна сжала губы в тонкую линию и вгляделась с неё, расступавшуюся мелкими кругами под взглядом. Круги становились шире, сливались, пока не образовали один огромный. Рябь медленно расползалась к краям, прячась в тонких щелях.

Анна шагнула назад, быстро осмотрела коридор ещё раз и потянула из-под платья тонкую серебряную цепочку на шее. Позволив себе глубокий вдох, она внутренне ругнулась, так громко разнёсся он по пустому помещению. Стянув через голову цепочку с идеально отшлифованным деревянным стержнем, она снова дотронулась до двери. Ничего.

Наставница ухватилась двумя пальцами за основание стержня, мгновенно помутневшего. На конце вытянулись постоянно менявшие форму зубья. Анна медленно выдохнула, решительно вставила его в замочную скважину и подождала пару секунд, пока перестроится магия. Как только дверь открылась, она юркнула внутрь. Выключатель щёлкнул справа. Анна вздрогнула от шипения не сразу засветившихся ламп.

Внутренне порадовавшись, что окно завешано, девушка наскоро просмотрела содержимое шкафов, но нашла только колбы, несколько микроскопов и шприцы. Открыв холодильник, Анна удивлённо прищурилась. Всю верхнюю полку занимали колбы, наполовину наполненные золотисто-красной жидкостью.

– Наша кровь.

Она наугад вытащила колбу.

– Артур Маймур, – пробубнила девушка под нос и поставила обратно.

На полке ниже стояло только две колбы. «Пантелей Платонов» и «Виктор Белава». Единственные, что не имели золотого свечения. Выдвижной серый ящичек в самом низу был закрыт.

– Вот блин, – еле слышным шёпотом разочарованно выдавила Анна.

Артефакт был слишком толстым для этого отверстия. Закрыв холодильник, она встала посередине помещения и внимательно огляделась, постукивая вальцами по бёдрам.

– Значит, кабинет.

Она выключила свет и вышла. Снова коснулась двери, заставляя рябь вернуться. Пройдя к лифту, прислушалась к звукам. Убедившись, что в нём пусто, нажала на кнопку. С опозданием поднялась дрожь в руках. Прислонившись к приятно холодящей стенке лифта, она крепко сцепила пальцы в замок, стараясь успокоиться.

Стряхнув остатки нервоза и приняв обычный вид, Анна спокойно вышла из лифта. Она оглядела практически пустой вестибюль. На угловом диванчике под окном тихо переговаривалось трое, ещё один выходил.

– Аня! – зацепился за неё добродушный холод мужского голоса. – Уже уходишь? Можно тебя на пару слов?

Анна повернула голову на звук. Артур Маймур.

– Артур, добрый день.

Она остановилась, непроизвольно закрыв ладонью солнечное сплетение и ощутив деревянный стержень.

– Здравствуй, – мужчина без церемоний положил ладонь ей на талию и подтолкнул к выходу. – Как дела с мирами?

– Безумно много спорных ситуаций. Времени во многих случаях в дефиците, возвращаться для самостоятельных разборок нежелательно. Мы с Антоном почти не спим.

– О, по тебе видно, – Артур удивлённо вскинул брови, изучая её лицо, и тихо рассмеялся. – Прости, не хотел допускать колкостей. А что Гундилович?

– Я его пару дней не видела. Думаю, он долго будет привыкать к новой роли.

Вовлечённая в беседу, Анна непроизвольно шла туда, куда вёл Артур. Они уже преодолели выход из корпуса, оказавшись в свете улицы.

– Может, выделить пару исследователей, которые помогут в лабораториях? – сбавил тон мужчина, чуть ближе наклонившись к девушке.

– М? – Анна удивлённо посмотрела на его улыбчивое лицо. – Нам ещё ни разу не понадобились лаборатории.

Артур лукаво усмехнулся, перехватывая её непонимающий взгляд с тенью тревоги. Его рука соскользнула, в один шаг он переместился. Они оказались лицом к лицу.

– Милая, думай о последствиях, – почти прошипел он. – Всегда думай о последствиях.

– К чему это вы? – Анна выправилась, чувствуя, как каменеют мышцы.

– О том, что не всё происходящее касается тебя. Ты девочка любопытная, но каждому своё. Ключевика нет, моя дочь всё ещё в отстающих. Разве это не важные проблемы? – вкрадчиво проговорил Артур, будто высекая каждое слово на коре её головного мозга.

Анна шумно вдохнула, поёжившись.

– И помни, что положение любого может кардинально измениться уже в следующий миг, – добавил он более доброжелательно.

Вглядевшись в непроницаемый взгляд девушки, Артур спокойно ушёл. Простояв в оцепенении несколько минут, Анна помотала головой, прогоняя дрожь. Только теперь трясла злость, а не молчаливая паника.

***

Лира прошла по крыше, медленно вдыхая прохладный воздух. Здесь он был другой. Как будто с запахом льда. Ким, взобравшийся через люк следом, закрыл его с грохотом и стремительно прошёл к подушкам и с размаху плюхнулся на одну из них.

– Эй, Лира! – позвал он и постучал по месту рядом, отодвигаясь на край.

Лира обречённо вздохнула и поплелась к нему. Придерживая юбку синего платья, она аккуратно села и с лёгким укором посмотрела, по-доброму усмехнувшись.

– Ммм, кстати, – её брови мило взлетели вверх. – Я недавно разговаривала с Александрой, она выспрашивала о тебе.

– И что хотела знать?

– Как ты себя чувствуешь.

Ким прищурился. Это то, о чём он перестал думать с момента, как в руки попали записи Платонова. Сделав мысленную пометку вернуться к выяснению планов на него руководящего состава позже, парень откинул лишние мысли.

– Хорошо сегодня выглядишь, – перевёл он тему.

Лира в ответ настороженно улыбнулась, чуть опустив голову. Она ничего не ответила, выжидающе глядя, и Ким тихо рассмеялся.

– Правда, очень хорошо! – почувствовав неловкость, он поспешил заполнить тишину. – Чаще надевай платья, тебе идёт.

– Я люблю удобную обувь, – она кивнула на лодочки на небольшом каблуке. – А кеды с платьями смотрятся не очень.

Ким растёкся по подушке и положил голову на плечо девушки. На миг она напряглась, потом расслабилась, опустившись чуть ниже, чтобы им обоим было удобно.

– Так про какие линии рассказывал… – Ким запнулся, почувствовав, как сердце сбилось с ритма, странно сжавшись.

– Пантелей? – закончила она за него.

– Да, он, – более сухо добавил Ким. – Чем вы тут занимались?

Лира заливисто рассмеялась.

– Ничем. Поговорили сначала стоя, потом сидя. Мне стало холодно, у него были пледы. Я к нему и не приближалась особо. Ты же знаешь, меня папа вечно стращал.

– Хм-м-м-м, – задумчиво, чуть игриво протянул Ким. – Значит, не приставал.

– Знаете, господин Гундилович, я думаю, что слухи о его славе среди женщин несколько преувеличены! – поддразнивая, высокопарно выдала Лира.

– Отчего же? Разве господин Платонов дурён собой? – подыграл Ким, забавно округляя звуки, на что Лира снова рассмеялась и покачала головой.

Они замолчали. Перед Лирой промелькнул профиль Пантелея в темноте, заворожено вглядывавшийся в небо. Тогда она засомневалась в том, что о нём говорят. Она не поверила бы, если сначала увидела его таким, а потом услышала всё, что знала.

– И что те линии? – перебил Ким ход её мыслей.

– В темноте их хорошо видно. Сейчас не разглядишь.

В голосе Лиры скользнула грусть, заставившая парня резко выправиться. Он сел, серьёзно посмотрев на неё.

– Что у тебя к нему? – Ким перекрыл раздражение холодностью.

Глаза Лиры удивлённо распахнулись.

– Что?

– Не дури, ты поняла.

Он выпрямился, что позволило смотреть на неё сверху вниз. Лира рассмеялась, потерев плечи.

– Ким, ты повёлся на слухи? Между нами ничего не было. И у меня к нему ничего нет. Даже если бы было – можно не волноваться, он слишком далеко.

Лира снисходительно улыбнулась, сжав руку Кима. Он внимательно вгляделся в её лицо, будто решая, можно ли верить. Но ни глаза, ни улыбка с намёком на нежность ничего не выдавали.

«А что у неё ко мне?» – впервые мелькнуло в голове, и он отвёл глаза.

– Что с тобой? – её тон стал заботливым. – Ты иногда будто выпадаешь. Как будто… не в себе.

– Я не псих, – на автомате отмахнулся парень, даже не вдумываясь в слова подруги.

Лира вздохнула, убирая руку.

– Я этого и не имела в виду… Ну так что? Ты хотел попробовать перемещение, – вернула Лира разговор к первоначальной теме.

– Лучше в другой раз, – Ким встал, протягивая ей руку, чтобы помочь подняться. – Я устал от беготни и уговоров.

Лира виновато отвела взгляд.

– Хорошо. Давай позже.

Глава 7

Размашисто захлопнув дверь, Ким склонился над столом, крепко вцепившись в края. Костяшки побелели. В мышцы отдавала ломота, но хотелось услышать хруст дерева в ладонях. Ким уткнулся лбом в стол. Мысли перебивало негодование, смешанное со злобой, обидой, ненавистью. И ощущением собственной никчёмности. Хотелось сделать хоть что-то, чтобы почувствовать себя иначе, вычеркнуть сцену ревности из сознания.

– Чёрт! – сквозь зубы ругнулся парень, трясанув стол, и вылетел из комнаты.

Вторгнувшись в умиротворённый полумрак кабинета Александры, он в пару шагов оказался у стола основополагателя и перегнулся через него, яростно сверкая глазами. Александра только лениво подняла недовольный взгляд. Она полусъехала в кресле, положив голову на согнутую руку, и пролистывала какие-то бумаги, мелко исписанные неразборчивым почерком.

– Объяснись, – устало потребовала она, не отрываясь от записей.

– Что стало с моими родителями? – усмехнувшись, ровно спросил Ким.

Его голос звучал неестественно спокойно относительно угрожающе напряжённых мышц.

– Они умерли, – пожав плечами, безразлично бросила женщина.

По телу прошёл электрический ток. Рывком он смёл со стола всё. Даже выбил бумаги из рук Александры. Та на несколько секунд замерла, удивлённо приподняв одну бровь. Затем обречённо вздохнула и выпрямилась в кресле, демонстрируя чёрную шёлковую блузку, и неспешно закинула ногу на ногу.

– Тебе даже плевать на собственного сына! – холодно парировал Ким, крепко сжав кулаки.

– Не тебе об этом судить, – всё также лениво и безразлично ответила женщина.

– Я тебя знаю. Я знаю, что у тебя внутри.

– Ой ли?

Женщина гордо вскинула голову.

– Где же сочувствие и доброжелательность, госпожа основополагатель? – прыснул ядом Ким.

– Что тебе нужно? – Александра легко качнула головой, будто стряхивая колкость.

– Кто убил моих родителей?

Александра вскинула руки и расхохоталась, запрокидывая голову. Затем как ни в чём не бывало снова безразлично уставилась на Кима.

– Думаете, я тут у вас в кулаке? – зашипел Ким, прищурившись. – Думаете, я попался и никуда не денусь?

– Да куда ж ты денешься после того, как стал наставником? – издевательски спросила основополагатель, наклоняя голову.

Она смотрела на него с нескрываемым злорадством. Ким вспыхнул. Невыносимый жар расплескался по мышцам. Жар и… бессилье. Только сейчас он понял, в какие условия поставил себя сам.

Он вылетел из кабинета ещё более яростно, чем влетел в него. Волна эмоций стёрла время. В комнату Лиры он даже не постучал. Распахнув дверь, в упор приблизился к девушке, с открытым ртом замершей с полотенцем, которым промакивала мокрые вьющиеся волосы.

– Сейчас, – безапелляционно завил Ким, на что Лира только и смогла, что нерешительно кивнуть, испугано отшатнувшись от него.

Парень вернулся к двери и резким движением закрыл.

– Что… случилось? – пытаясь прийти в себя, неуклюже спросила Лира. Она только вышла из душа в излюбленных зелёных спортивках и просторной молочного цвета футболке.

– Не важно, – немного успокоившись, кинул Ким, осматривая комнату. – Давай на кровать.

Больше не задавая вопросов, Лира села на застеленную светлым покрывалом постель. Ким напряжённо плюхнулся рядом, вглядываясь в неё.

– Куда ты меня направишь? – тон Лиры звучал слишком тихо и спокойно, но руки нервно мяли полотенце.

– В последний мир, где был. Там есть магия. Во всех проявлениях.

– Хорошо, – Лира неестественно выпрямилась, будто пыталась казаться выше. – А законы?..

– Смотри мне в глаза и плыви по течению, – скомандовал парень, перебивая, на что она лишь кивнула, еле заметно улыбнувшись.

Ким подхватил её руку, которая казалась холоднее, чем обычно. Всмотрелся в глаза, полные решимости. На секунду дрогнув перед вязкостью того раза, он сделал рывок. Теперь он ощущал всё иначе. К обычному воодушевлению примешалось что-то другое. Волнение, любопытство, осторожность. Они будто принадлежали ему, но казались незнакомыми. Он отшатнулся от чувств, подступающих пятнами, а потом принял.

Это была она. Лира. Раньше он раскладывал эмоции логически. С позиции наставника он проживал их как собственные. Тепло и покой, заряженные чем-то ещё, накрыли волной. Чем-то, чему он не мог дать определения, но это прорастало внутрь, даря другое ощущение себя.

Вера. Он верил в себя, в свою исключительность. Нет. Она верила. Это была вера Лиры, её тепло. Эти чувства наполнили его. Он выпустил её руку в растерянности.

– Я… – он по-детски рассеяно посмотрел на подругу. – Извини, я не знаю, что дальше.

Лира улыбнулась, обретая новое, раньше не замечаемое парнем свечение. Глаз, рук, улыбки…

– Мы начали. И это здорово, – как-то по-особенному тепло ответила она.

***

Они разработали целую систему, как обмануть наставников. Никто не должен был знать, что Лира научилась различать магию, но уже третье занятие доводило до истерики, показывая, что никакие уловки не нужны. Девушка по-прежнему оказывалась жертвой воздействий.

С каждым разом взгляд серых глаз Анны становился всё серьёзнее.

– Мы не можем пустить на задание без подготовки! – Анна нервно теребила жемчужный браслет. – В любом мире опасно, если не умеешь распознавать магию. Подчинят на раз-два. И что мы будем делать, когда начнут выкачивать твою кровь? Мы даже отсоединить от расы тебя не сможем.

Лира виновато отвела взгляд. Они занимались в классе, сидя напротив друг друга. Анна была в синем платье, которое от других её нарядов отличал исключительно треугольный вырез. Лира даже не подумала переодеться для занятия, оставшись в домашних спортивках и футболке.

– Как только касаешься предмета, – немного помолчав, продолжила Анна мягче, – он вступает с тобой в связь. Окутывает. Ты должна уловить этот момент. Просто почувствовать. И отказаться взаимодействовать с ним.

Анна встала из-за парты. Лира разглядывала руки, давя вину и никчёмность. На скрип доски она обернулась. Наставница раскрыла створки, окинула взглядом чертежи и потянулась за губкой.

– Подождите, – Лира встала следом, перегибаясь через парту, чтобы лучше разглядеть множество зарисовок в виде точек и линий на доске. – Что это?

– Давно не мыли доску, – задумчиво протянула Анна. – Говорят, Платонов баловался этими теориями.

– Пересечениями?

– Да. Все миры соприкасаются. К чему он пришёл, неизвестно. Может, ни к чему, но в его голове крутились какие-то схемы особых связей. Что-то вроде классификаций миров по параллелям.

– Что такое параллель?

– Миры в одной плоскости.

Анна замолчала, скрестив руки на груди. Она проглядывала схемы.

– Как определяется… плоскость?

– Я с Паном не общалась. Всё, что знаю, рассказывал Виктор. Они близко общались с ним, много времени проводили вместе.

– Как думаете, он правда?..

– Лира, за ним много грехов, – снисходительно улыбнулась Анна. – Не знаю насчёт крови, но и без неё было, за что других, как минимум, разжаловали.

Лира разочаровано опустила взгляд. Хотелось, чтобы её разубедили, но одна приятельская прогулка вряд ли могла изменить человека. Анна отложила губку, передумав стирать. Она прошла к Лире и села на парту рядом.

– Что мы с тобой будем делать, девочка? – по-матерински тепло спросила она.

В ответ Лира вздохнула, откидываясь на спинку стула. Она повернула голову к окну, где раскинулись разномастные домики. Обилие солнца пронизывало Хатму. Лира не помнила ни одного дождя или облачности. Всегда солнце. Всегда свет.

– Я не знаю, – еле слышно ответила она.

– Тебя что-то удерживает. Ты как будто ловишь магию, но пропускаешь сквозь себя. Вступаешь с ней в полную связь.

Лира удивлённо посмотрела на наставницу. Анна задумчиво её разглядывала. Но не физически. Её взгляд был рассеянным, она смотрела внутрь неё. По коже пробежали мурашки.

– Что вы имеете в виду? – робко спросила Лира, желая избавиться от пробравшихся внутрь серых глаз Анны.

– Ничего, не обращай внимания, – с мгновенно прояснившимся лицом весело ответила Анна. – Будем пытаться ещё. На сегодня мы закончили.

***

Аня задумчиво закрыла дверь, устало прислонившись к стене рядом.

– Нам сегодня дали выходной, – спокойно заметил Антон, развалившийся на подушках.

На стопке разномастных книг стояла его любимая глиняная чашка. Девушка в ответ застонала, зажмурившись.

– Я не знаю, что делать с Маймур.

Она проплелась к нему и опустилась рядом, обхватив одну подушку и крепко прижав к себе.

– Никаких результатов?

– Да. И я всё больше склоняюсь к тому, что двоечники мы с тобой, а не она.

Антон удивлённо приподнял бровь и переместился ближе, облокачиваясь на стол одной рукой. Он молча смотрел, ожидая, пока Анна соберётся с мыслями.

– Обычно магия воздействует на хранителя, – начала она, приподнимаясь на локте. – А он в свою очередь снимает её с себя. Лира будто с магией на равных. Я перерыла всё, но не понимаю процесса.

– На равных с магией? – Антон нетерпеливо поёрзал, наклоняясь к Анне.

– Да! Она взаимодействует с ней. Как такое может быть?

Антон прищурился.

– Нигде про такое не написано?

– Даже близко.

На какое-то время повисло молчание. Оба смотрели в окно. Анна размышляла о причинах, Антон укладывал в систему знаний новую информацию.

– Во всяком случае, тебе надо отоспаться, – в конце концов, заключил он. – И советую начать сейчас!

Аня благодарно улыбнулась и, обессилено поднявшись, направилась в свою комнату.

***

– Я поняла, что не так.

Без приветствий Лира плюхнулась на стул рядом с Кимом, с грохотом поставив на стол поднос.

– И тебе здравствуй, – удивлённо посмотрев на девушку, выдавил Ким. – Объяснишь?

Лира прыснула от смеха, отодвинув овсянку и чёрный кофе. Она сложила руки на столе и загадочно улыбнулась.

– Я поняла, почему не получилось. Нужен навигатор.

– Навигатор?

Ким отщипнул кусочек от булочки, посыпанной сыром.

– Да. Что-то, что направит тебя туда, куда нужно меня сопроводить.

Ким рассмеялся.

– Мысль понятна. Реализация – нет.

– Помнишь схемы? Точки и линии?

– Ну.

– Это карта. Навигатор.

Ким замер, сопоставляю это в голове.

– И зачем Платонов проводил исследования? – медленно жуя, спросил он.

Лира пожала плечами.

– Может, у него были свои цели. Например, втихаря перемещаться, куда нужно.

– Но с ним всё равно не будет крови. Фантомы бестелесны.

– По картам можно перемещаться через геометрии, никого не ставя в известность, – с готовностью ответила девушку, нетерпеливо глядя на друга.

– Хм. В этом что-то есть. Но я не умею читать такие карты.

– Тебе нужно понимать их интуитивно. Через свою структуру. В общем, хватит обсуждать, пора делать!

От рвения Лиры Ким удивлённо открыл рот. Не успев сесть, она снова подскочила, подхватывая поднос.

– Стой, стой, стой! – запротестовал парень. – Сначала съешь хотя бы половину. Только без спешки.

Несколько секунд Лира непонимающе смотрела на него, воспламенившаяся догадкой. Потом медленно перевела взгляд на поднос, будто осознавая, что находится в столовой. Усмехнувшись, она опустилась обратно на стул и взялась за кашку с кофе.

***

Это была не карта, а лабиринт! Лира оказалась права относительно интуитивного восприятия, но, лишённое хоть какой-то логической основы, оно заводило в тупик. Раз за разом Ким окунался в сознание Лиры, аккуратно отодвигая эмоции. Её нетерпеливость сливалась с его собственной, мешая обрести опору. Пробираясь через эмоции девушки, он лишь на несколько секунд ухватывал путь к цели.

– Всё, хватит! – после очередной попытки Ким протестующе вскинул руки от переизбытка чувств и неразличимых мыслей, не принадлежавших ему. – Я что-то делаю неправильно.

Лира расстроено рухнула на кровать. Они сидели в её комнате уже… а сколько? Он потерял счёт времени.

– Не так легко, как казалось, – разочарованно процедила она.

– Перемещения казались тебе лёгкими? – прыснул парень. – Изначально ты считала это нереальным, потом – сумасшествием. Я пропустил какую-то стадию?

Лира рассмеялась, легонько шлёпнув его по ноге.

– Попробую вызнать что-нибудь у Антона или Ани, – сказал Ким, вставая, и посмотрел на девушку.

Лира ухватила его краешком взгляда, улыбнувшись. Она лежала на боку, обхватив себя руками и подобрав ноги, и казалась маленькой и хрупкой. Киму захотелось нагнуться к ней и обнять, защитить от всего. Загнав порыв обратно, он резко развернулся и вышел, ругая себя за глупые мысли. Он впервые испугался за неё. За то, что может случиться, если что-то пойдёт не так.

***

Комната наставников пустовала. Ким задумчиво огляделся и сел на подушку, скрестив ноги. Упершись в стол локтями, он положил подбородок на руки, сцепленные в замок. Он хотел подумать обо всём, но мысли перескакивали с одного на другое. Он должен понять систему перелёта. Вырваться из-под контроля Александры. Разобраться, что чувствует к Лире. И чем она может ответить.

– О, привет! – вырвал из размышлений бодрый голос.

– Привет, Аня.

Парень очаровательно улыбнулся, окидывая её взглядом. В пределах этой комнаты девушка позволяла себе ходить в домашнем светлом костюме и шишкой на затылке.

– Тебя не было несколько дней. Передумал идти в наставники? – Аня подошла к узким полкам около окна и выставила на них несколько чистых чашек, поправив глиняные статуэтки животных на верхней.

– Путь назад я себе отрезал, – Ким поднялся. – Пробовал эмпатию, что-то не очень выходит.

– Не так просто, как кажется, правда? – усмехнулась Аня и села за стол, жестом предлагая ему вернуться на место. – Как ты направлял энергию?

– Энергию? – Ким удивлённо вскинул брови. – Ну, я шёл интуитивно.

– У кого нет цели, бьёт без промаха, – рассмеялась девушка. – Ты должен чётко понимать алгоритм, научиться действовать по схеме. И только потом будет получаться интуитивно.

– И какова схема?

Аня улыбнулась и, удобно устроив одну из подушек под поясницей, откинулась назад.

– Сначала научись отличать свои чувства и мысли от чужих. Затем – считывать по желанию. И только потом эмпатия заработает, как надо. Ты сможешь направлять подопечных.

Ким стиснул зубы. Три этапа. Он ещё раз прокрутил в голове слова Анны, прикидывая, сколько это займёт.

– А что выйдет по времени? – озвучил он вопрос, теряясь в догадках.

– Первое – самое лёгкое. Думаю, недели хватит. Считывать с других сложнее. Обычно на это уходит пару месяцев, чтобы хватать не по верхам, а проникать в суть. Последний…

– Так. Стоп, – Ким хлопнул ладонями по столу и устроился удобнее под удивлённым взглядом наставницы. – Мне нужен экспресс-курс.

И он внимательно посмотрел в тёмно-серые глаза, проникая за мутнеющую гладь. Лицо Анны разгладилось, дыхание выровнялось, безмятежность просвечивала сквозь расслабленную улыбку. На него обрушился чёткий контроль. Не расчетливый, а спокойный. Полное, очаровывающее понимание себя и жизни. Непоколебимость в себе.

– Ну дава-а-а-ай, – нетерпеливо, но сосредоточенно прошептал Ким, – где ты, то самое ощущение? В подсознании?

Мастера прекрасно знают своё дело, на автомате выполняя привычные действия. Ким потянулся вглубь, нащупывая. И поймал. Опуская контроль, как затворку, он позволил Аниному пониманию эмпатии втечь в него. И усмехнулся. Как просто! Он снял с неё нужную информацию, усвоил в своей структуре и, вложив в девушку мысль о своих незаурядных способностях, выскользнул.

Аня заморгала. Она поёрзала на подушках, оглядываясь, будто задремала.

– Спасибо.

Победно улыбнувшись, Ким удалился. Он желал понять Лиру, углубиться внутрь её сущности, сломать все границы между ними. А нужно было окутать, взять под контроль. И провести по нужному пути, который он совершал физически, как хранитель, перемещаясь через геометрию.

***

На этот раз всё было серьёзно. Лира плыла по мутным волнам инструкций Кима.

– Просто расслабься и доверься мне.

Он аккуратно уложил её на сдвинутые подушки. Для эксперимента выбрали уединённую крышу.

Девушка подчинилась. Она легла на бок, подложив руку под голову. Внутренности стянулись в тугой узел. Тревога пульсировала в висках. Сегодня линии едва прочерчивали небо. По одной из них ей предстояло пройти.

– Закрой глаза, – убаюкивающим голосом продолжил Ким. – Откройся мне. Представь, что сознание освобождается от тела.

Девушка постоянно сбивалась, рассеивая внимание от физического к тонкому. Реальность пошатывалась, приобретала неестественные краски. Лира зажмуривалась, а когда приоткрывала глаза, всё возвращалось в норму. Охватывало волнительное головокружение вперемешку с чувством вины. Нужно было рассказать. Хотя бы правящим хранителям. Хотя бы папе.

– Ты должна быть предельно внимательна. – Ким напряжённо посмотрел в её глаза. Он волновался не меньше, но предвкушал то, что должно случиться. – Я рядом. Слушай свои мысли. Чувствуй меня.

Он сжал её руку, стараясь не выпускать нить связи. Как только Лира медленно выдохнула, внутренне разрешая Киму делать всё, что посчитает нужным, то почувствовала рывок и расширение. Будто спала и не спала одновременно. Раскинулась на недостижимые раньше просторы. Она ощущала себя не физически, а больше частью воздушных потоков, смешанных с плотным радужным светом. Она растерялась, запаниковала: отсутствие привычного ощущения тела сбивало с толку.

«Держать!» – щёлкнула мысль. В её голове не её мысль. Как магия, которую учили преодолевать при подготовке к странствиям, но…

«Собраться!». Импульсы шли от Кима. Лира хватанула воздуха полные лёгкие. Захватила наполненность чем-то другим. Она постаралась оглядеться, но бесполезно: всё затмевал размытый, физически ощутимый свет.

Волшебное ощущение свободы закончилось почти мгновенно. Лире показалось, что её закружило. Как головокружение, но скручивало тело целиком. Запретив себе паниковать, Девушка призвала все силы, только бы остаться спокойной. «Ким рядом. Всё хорошо», – внушала она себе. Её прессовало. Она будто рассыпалась взрывной волной на сотни километров, а затем собиралась до крошечного тельца.

Мысли вихрились, бегали иголками внутри черепа. Лира медленно открыла глаза, пытаясь всмотреться в мелькавшие размытые силуэты. Сквозь гул начинали обрушиваться смазанные звуки голосов, свиста, гудения и писка. Глаза заслезились, она быстро заморгала, чтобы прогнать резь. Картинка отстроилась. Вокруг сновали люди. Оживлённый поток двигался по широкой улице. Совсем рядом проносились автомобили, похожие на те, что она видела в книгах Платонова.

Лира потянула носом воздух, но не почувствовала ни запаха, ни свежести. Кожа не ощущала ничего. Она не могла сказать, холодно ли на улице, хотя проходящие мимо были в куртках. Девушка обеспокоенно огляделась, охваченная паникой. Эмоции обострились, будто простреливали голову одна за другой.

– Всё в порядке? – участливо раздалось совсем рядом.

Лира оглянулась на голос. Рядом стоял парень лет двадцати пяти. Выше её на голову, в коричневой кожаной куртке и вытертых джинсах. Его резко выделяли тёмные медные волосы и невероятно светлая кожа. Он держал руки за спиной, нагнувшись к ней. Так близко, что она остро ощущала его физическую силу на коже.

– Ммм, – Лира задумалась, приходя в себя, пытаясь унять множество всколыхнувшихся разномастных чувств. – Да.

– Вы потерялись? – снова спросил парень, изучая её и любопытно наблюдая, как она растерянно оглядывается.

– Да, – бездумно ответила Лира, кивнув.

Мужчина выпрямился, приподняв одну бровь.

– Откуда вы?

Лира пожала плечами и поёжилась, ощущая себя неуютно.

– Издалека. Похоже, не там свернула. Всё в порядке, я найдусь, – она неловко улыбнулась.

Глаза незнакомца недоверчиво прищурились.

– Могу помочь. Я работаю неподалёку, – он махнул рукой в сторону.

Лира снова улыбнулась, на этот раз увереннее.

– Спасибо, но нет необходимости. До свидания.

Незнакомец хотел сказать что-то ещё, но, подумав, попрощался в ответ. Лира двинулась вперёд, восхищённо оглядываясь по сторонам. Огромные витрины пестрили манекенами в яркой одежде, кафе подкупали видимым уютом. По обе стороны от широкой дороги вытянулись серые многоэтажки. Ликование заполнило мысли, поднявшись будоражащей волной.

«Получилось», – отчеканило в голове.

«Получилось, – отдалось эхом издалека. – Он тебя не достал?»

«Нет», – автоматически ответила Лира будто сама себе и замерла.

Ким в твоей голове, – снова донеслось откуда-то издалека с призвуком знакомого смеха. Лира усмехнулась.

«Тяну обратно», – снова всколыхнулось в голове. И сознание потухло.

***

Лира будто вынырнула из ледяной воды. Грудь пронзило холодом. Она шумно хватала воздух, но лёгкие залежало отдавали болью, не позволяя вдохнуть глубоко. Девушка немигающе уставилась в небо, не чувствуя, как режет глаза от напряжения. Тело сжалось бессчётным количеством узлов, пропитавшаяся потом одежда противно липла к коже.

На мгновение всё затмила паника. Душа тяжело оседала в теле, память медленно прокручивала смазанные, неподвижные образы. Девушка не могла понять, где находится: веяло холодом, отчуждением. Только когда сознание тяжело пронзило тело, слившись с ним, щёлкнуло понимание происходящего.

«Боже, как мерзко», – подумала Лира, унимая ледяную дрожь. Она старалась взять под контроль бешенное дыхание. По коже вкрадчиво прополз ветерок, подняв волну противных мурашек. На неё лёг плед, даря приятное тепло.

– Ну как? – Ким навис над ней, заинтересовано вглядываясь в потемневшие глаза.

– Ки-им… Противно, – отмахнулась Лира жутко заспанным, будто чужим голосом.

– Какой-то момент я жутко испугался. Ты не дышала, – обеспокоенно признался он. – Я тебя чувствовал, но не знал, всё ли идёт правильно.

Внезапно Ким рывком подхватил Лиру за плечи, крепко прижав к себе. Та замерла в удивлении. Она неуверенно подняла руки, но оторопение не дало закончить ответный жест. Парень выпустил её так же неожиданно и, стушевавшись, отпрянул.

– Ничего не болит? – спросил Ким, исподтишка поглядывая на неё.

Лира отрицательно покачала головой. Парень обыденно вздохнул, но на его лице читалось облегчение.

– У нас получилось, – усмехнулся Ким.

– Не хотела бы я это повторить, – Лира медленно села, потирая шею.

– Что ты чувствовала? – спросил он и, немного подумав, сел рядом.

– Странно. Ни холода, ни запахов. Только эмоции. Их было так много.

– Это была твоя душа, тело ведь осталось здесь.

Лира глубоко вдохнула. Она уставилась куда-то вдаль, будто не слыша его.

– Но возвращаться… Холодно и страшно. Я не сразу вспомнила, кто я и где.

– Ты ненадолго умерла, если можно так сказать. Я побоялся оставлять тебя там дольше. Но между нами держалась связь, – его глаза загорелись, он аккуратно развернул Лиру к себе лицом, положив руки на плечи. – Мы разговаривали. Ты мне отвечала.

Лира опустила глаза, ощущая покалывающее тепло под ладонями Кима.

– Я замёрзла.

– Пошли. Сделаю чай!

Ким довольно подскочил и помог ей подняться следом.

Глава 8

Скоро обаяние нового мира вытерло тяжесть возвращения. Восторг снова и снова охватывал Лиру. Необычность стройного ряда многоэтажных домов, яркость витрин и смазанные пятна автомобилей очаровывали. Во сне она слышала гул голосов и гудение моторов, окуналась в манящую энергетику.

– Я хочу вернуться туда! – с горящими глазами шепнула она за завтраком Киму.

Сегодня девушка отдала предпочтение зауженным джинсам и жёлтой футболке с круглым вырезом. Ким приподнял бровь, верный камуфляжным штанам сафари и чёрной футболке. Он не понимал энтузиазма Лиры. Наверно, потому что за время отсутствия сменил десяток миров, чтобы замести следы. Как рядовой хранитель он быстро перестраивался под энергии каждого из них. Лира постоянно была в Хатме, пару раз погостив в ничем не примечательном мире, выбранном родителями, когда они отошли от дел.

– Ты же открещивалась от новых перемещений, – спокойно заметил Ким.

– Ну да, – она поставила на поднос пустую тарелку. – Но я передумала. Оно того стоит.

– Прекрасно! – саркастически заметил парень. – В ближайшие дни я не могу.

Он быстро собрал недоеденные омлет, картофельный салат и кофе и поспешил уйти. Не желая разбираться с внезапно накрывшим раздражением, Ким отодвинул лишние мысли. Он избавился от подноса, засунул руки в карманы и побрёл в комнату наставников.

Аня пыталась увидеться с ним последние несколько дней, но встречи постоянно срывались. Антона вынужденно забрали в мир к кому-то из хранителей. К кому-то, кто, по слухам, совершенно посыпался на задании. От его помощи достаточно быстро отказались без объяснений.

Ким прошёл по коридорчику пристройки наставников и только потянулся к ручке двери, как та распахнулась, больно пройдясь по пальцам.

– Чёрт! – сквозь зубы ругнулся парень, пару раз тряхнув кистью.

– О! – Аня хмуро посмотрела сначала на него, потом на руку. – Прости, я не специально.

– Ничего страшного, – соврал Ким, заталкивая обратно мат.

– Я про тебя забыла, – созналась девушка, сегодня одетая в закрытое алое платье мелкой вязки. – Но время есть. Сейчас дам тебе информацию и побегу.

Она развернулась, возвращаясь в комнату, и быстро прошла к двери хранилища артефактов. Ким двинулся следом, закрывая за собой.

– Как дела? – шаря на верхней полке дальнего шкафа, спросила Аня.

– Хорошо, – безразлично кинул Ким, прислонившись к двери.

– Как Лира? – наставница стянула какую-то книгу и начала просматривать.

Ким внимательно вгляделся в неё, пытаясь угадать причины вопроса.

– Должно быть, тоже хорошо, – в конце концов, ответил он, гася снова всколыхнувшееся раздражение.

Аня дружелюбно улыбнулась, закрывая книгу.

– Вы поссорились?

– С чего ты взяла? – прищурился парень.

– Обычно о близких друзьях знаешь больше. Вы много времени проводите вместе.

– Это намёк?

Аня рассмеялась.

– Нет! Что ты! Лира и землетрясения не заметит. Сомневаюсь, что между вами что-то есть, если ты не сказал ей всё напрямик.

– В смысле?

Ким оттолкнулся от двери и подошёл ближе.

– Она так и будет пропускать мимо твои чувства. Маймур имеют удивительную особенность не думать о личном.

– Мои чувства?

– Ты же к ней неравнодушен.

Она улыбнулась, и Ким сделал пару шагов назад.

– Это не касается дела, – холодно заметил он, решив ничего не отрицать. На всякий случай.

Ким подошёл к столу с артефактами, аккуратно касаясь их кончиками пальцев и наблюдая за реакцией магии.

– В последнее время я всё чаще думаю о родителях, – как бы между прочим бросил он.

Аня дёрнулась, кинула на парня быстрый взгляд и замерла. Тот быстро ухватил её реакцию. Она раздумывала, ввязываться ли в разговор.

– Они были хорошими хранителями, – наконец, грустно произнесла девушка, возвращаясь к просмотру очередной книги.

– Странно, – отстранённо проговорил Ким и продолжил разглядывать артефакты, краем глаза ловя рассеянные движения Анны. – Я думал, хорошие хранители не отрекаются от расы.

– Всё не так однозначно, – Аня захлопнула книгу и задумалась. – Не всегда уходят, потому что хотят.

Она отвернулась, возвращая книгу на место и беря следующую. Ким внимательно смотрел на тонкую спину, по лопатки скрытую тёмными прямыми волосами. Аня не хотела продолжать, но ей было, что сказать.

– А как ещё уходят? – после затянувшегося молчания вступился Ким.

– Из-за противоречий, – сухо проговорила девушка. – Когда не согласны с методами. Или из-за своих косяков, которые не хотят признавать.

– Как в случае с Пантелеем, – вставил Ким, понимая, что это дополнение к его родителям не имеет никакого отношения. – Почему мама с папой ушли?

– Им были не по душе эксперименты, что тогда проводили, – ответила Аня, давая понять, что не готова продолжать. – Вот эта книга, – она подошла к Киму, тыкая пальцем в содержание. – Почитай про на интерпретацию магии и трансмутацию. В первом случае тебе нужно понять, как охарактеризовать воздействие, исходя из визуальных данных, во втором – как наставник может взаимодействовать с ним и куда направить.

Ким подхватил книгу, с интересом уставившись в неё. Это тянуло на более высокий уровень, чем итак имевшаяся возможность считывать людей. Наставники не просто видели магию, они умели управлять ею.

***

– Ты можешь объяснить, что происходит? – серьёзно спросила Лира, подкараулившая его на выходе из пристройки наставников.

– О чём ты? – не сбавляя шаг, безразлично бросил Ким.

– Именно об этом! – возмутилась девушка, нагоняя. – Ты то улыбаешься, то бесишься. То ищешь меня, то сбегаешь.

Ким остановился и прищурился на неё.

– К чему ты клонишь?

– Ты «вдруг» остыл к перемещениям, – максимально тихо ответила та. – Что происходит? Ты ничего мне не рассказываешь! Абсолютно!

– Да, тебе понравилось в том мире, но это риск. Говорю же, ты не дышала. И возвращалась с болью. Я чувствовал.

– Что за глупости! – Лира закатила глаза. – Когда тебя это останавливало?

– У нас получилось. Точка. Я не хочу рисковать тобой, – и он двинулся дальше.

– А я хочу! – возразила Лира. – Давай рискнём ещё раз. Для закрепления. Ты же рулишь процессом.

– Ну хорошо! – сдался Ким. – Но это – последний раз. И давай у тебя или у меня.

– А если кто-то придёт? – Лира победно улыбалась.

– Притворимся, что нас нет, – раздражённо кинул Ким. – Мне пора, зайду к тебе часов в девять.

***

К моменту, когда Ким постучал к Лире, голова прояснилась. Новая информация надёжно улеглась, всколыхнув воодушевляющее самоудовлетворение и пробудив научный интерес. Теперь у него был козырь в рукаве. Точнее, скоро будет.

– Привет! – Ким широко улыбнулся открывшей Лире.

– О, старый добрый Ким, здравствуй! – Лира улыбнулась в ответ и отошла, запуская. – Рада видеть тебя в хорошем настроении.

– Ага! – Ким огляделся. – Я больше не беспомощен и снова прекрасен.

Лира рассмеялась, протягивая ему чашку кофе.

– Вижу, ты подготовилась, – он благодарно принял её, беззастенчиво посмотрев в глаза девушки.

– Конечно, – та чуть наклонила голову, тепло улыбнувшись.

Ким сел в изножье кровати и облокотился на спинку. Он похлопал по покрывалу, приглашая Лиру к себе. Она легла, кладя голову ему на колени.

– Думаю, сегодня будет быстрее, – игриво улыбнулся он, сжимая её руку.

– Только подержи меня там подольше.

– Хорошо, – пожал плечами Ким. – У нас вся ночь впереди.

Лира закрыла глаза. Её захлестнуло колкое тепло. Мысли сбились. Она попыталась вдохнуть, но провалилась в темноту. Уже знакомое ощущение себя как чего-то огромного и бестелесного обрушилось слепящим светом. Открыв глаза, она проморгалась, привыкая к тусклому свету высоких фонарей. Подступила паника, но быстро осела. На этот раз вспышки не произошло, состояние легко поддавалось контролю.

– Привет.

Напротив неё появился мужчина. Всё тот же рыжий, только теперь в шерстяном пальто тёмно-синего цвета и отутюженных брюках.

– Привет, – Лира неловко шагнула назад. Она оказалась в том же месте, только не в разгар дня, а ночью в абсолютно безлюдном пространстве. – Кажется, мы уже виделись.

– Да, виделись, – рыжий оставался предельно спокоен, только немного поёжился от холода. – Своим появлением вы сотрясаете всё пространство.

Лира удивлённо открыла рот. Слова не находились, даже мысли замерли.

– Кто вы?

Мужчина подошёл почти вплотную, вглядываясь в её глаза. От него исходила ровная сила, внушающая доверие. Она окутывала волной тепла.

– Что?.. – Лира тряхнула головой, пятясь в попытке избавиться от наваждения. – Вы что-то со мной делаете!

Раздражение охватило, неприятно заискрившись. Незнакомец приподнял бровь, удивлённо оглядывая её.

– Я не специально. Выходит само собой. Но вы это ощущаете. Никто не ощущает, – его голос прозвучал добродушно, с нотками раскаяния и удивления.

Лира подошла к нему ближе, расслабившись. Он смотрелся почти инопланетно с броской копной тёмно-рыжих волос, практически белой кожей и резко выделяющимися тёмными глазами. По переносице рассыпались веснушки, немного задев щёки.

– Меня зовут Лира, – она протянула руку, успокоившись.

– Феликс Власов, – он аккуратно пожал её пальцы, и быстро отпустил. – Я целитель.

На мгновение в сознании девушки всё пошатнулось, приобретая неестественные, почти слепящие краски. Россыпь солнечно-жёлтого, пронизанная белыми искрами. Она зажмурилась и быстро поморгала, оглядываясь. Мир снова шатнулся и пришёл в норму.

– Ммм…

– Всё в порядке? – Феликс нагнулся к ней, вглядываясь в лицо.

– Да, кажется. Ерунда. Такое бывало.

– Я плохо знаком с магическими реалиями. Кто вы?

– Хранитель.

– Не слышал о таких.

Лира в ответ улыбнулась.

– Покажете окрестности?

Феликс задумчиво оглянулся.

– Мне нужно на смену. Прогуляемся? – рассеянно проговорил он.

– Хорошо, – пожала плечами девушка, и они двинулись через дорогу. – Расскажите об этом мире, Феликс.

Мужчина удивлённо вздёрнул брови. Вопрос озадачил.

– Об этом мире? Ну… Не очень хорошая социальная политика, развитая торговля, распущенные нравы, – он остановился, настороженно глядя на внимательно слушающую его Лиру. – Вы серьёзно?

Девушка растерянно улыбнулась, кивнув.

– С какой вы планеты? Пять-четыре?

– Что? Я…

Феликс расхохотался.

– Лира, вы серьёзно? – снова спросил он, будто не веря сам себе. – Это же Булычев!

– Не знаю, кто это.

Лира двигалась в заданном направлении, окончательно растерявшись. От красок того раза практически ничего не осталось. В витринах с трудом угадывались расцветки одежды на манекенах.

– Простите, – Феликс посерьёзнел. – Я не специально. Кир Булычев. Классный писатель-фантаст.

– Буду знать, – как бы между прочим ответила девушка.

Хотелось глубже вдохнуть. Она предполагала, что воздух холодный с привкусом сырости, но не могла ощутить его. В основном с двух сторон от широкой проезжей части тянулись закрытые магазинчики. Иногда по дороге пролетала машина.

– Сменщику резко стало плохо, – невпопад начал Феликс, желая разрядить обстановку. – Попросили выйти. Я недалеко живу. А где вы остановились?

– Я не отсюда. Мне нужно побыть здесь несколько часов и меня… ммм… заберут. Мой друг.

Феликс непонимающе посмотрел, но промолчал. Они дошли до примитивного прямоугольного здания, вместившего около десяти этажей и выглядевшего крайне уныло. Больница. Лира с интересом оглядывала выкрашенные белой краской коридоры. На каждой – синяя табличка с номером, именем врача и названием профессии. По бокам от кабинетов тянулись металлические чёрные стулья с редкими людьми. Кто-то уставше развалился, кто-то нервно подёргивал ногами, погрузившись в глубокую задумчивость.

Феликс пригласил Лиру в комнату для персонала, скинул пальто и задумчиво посмотрел на неё.

– Не холодно?

– Я не чувствую, – запросто ответила девушка.

Она не заметила оторопения Феликса, пока оглядывала серые шкафчики, простой стол с кучей чашек и тумбу с микроволновкой и чайником на ней. Справа устроился выцветший голубой диванчик, вдоль стен – несколько стульев.

– Во всяком случае, накиньте, – он протянул ей белый халат. – Так положено.

– Хорошо.

Лира натянула оказавшийся большим халат. Он сел на ней мешковато, рукава полностью закрывали ладони.

– Если подкатаете, будет удобнее, – кивнул мужчина на длину рукавов.

Пожав плечами, Лира послушалась. Она продолжала заинтересовано оглядываться, пока Феликс стягивал тёмно-синий свитер и надевал белый с серыми вставками халат, идеально севший на его мужественную фигуру. Лира заинтересовано вгляделась в его лицо, пытаясь угадать возраст. Тридцать? Или меньше?

– Не знаю, что с вами делать, Лира, – честно признался Феликс, придерживая дверь. – Брать вас с собой не уместно.

– Тогда зачем вы привели меня сюда? – оглядываясь, спокойно спросила девушка.

– Я не думал, что вы одни в незнакомом… мире, – он запнулся, снова удивлённо подняв брови.

В его голове всё ещё не укладывалось то, о чём девушка говорила как о само собой разумеющимся. Лира улыбнулась.

– Всё в порядке, – заверила она.

Феликс провёл её к кабинету с белыми буквами на синей табличке, на которые Лира не обратила внимание. Слева бледно-зелёная кушетка, по центру – громоздкий стол, справа – раковина и стол с боксами. Девушка аккуратно села на кушетку. Феликс сразу открыл на всю окно и встал рядом, придерживая раму. Он глубоко вдохнул воздух с улицы, закрывая глаза.

– Тяжело так работать? – искренне поинтересовалась Лира, наблюдая за ним.

– Только первое время, потом привыкаешь.

– Вы используете целительские способности?

Феликс кивнул, улыбнувшись. В улыбке сквозила гордость то ли за себя, то ли за что-то более объёмное. Лире не получилось ухватить суть, но мужчина начинал ей симпатизировать добротой и открытостью.

– Когда вас заберёт ваш друг? – спросил он, закрывая окно.

– Он свяжется со мной, – пожала плечами девушка. – Жаль, не получится лучше осмотреться здесь.

– Хм, – Феликс задумчиво посмотрел на неё. – Забегайте в светлое время суток, что-нибудь придумаем.

– Вы сказали, что своим появлением я сотрясаю пространство, – Лира выправилась, на лице проступила серьёзность. – Что это значит?

– Не знаю, как объяснить ощущения. Всё как будто замирает на мгновение, а потом словно случается землетрясение, но не физическое. В общем, не знаю, – он рассеянно отвёл глаза, не в силах подобрать слова.

– Кажется, я поняла, – Лира выглядела немного разочарованной. – А когда я исчезаю?

– Думаю, это ощущается также. По крайней мере, я не могу точно утверждать, что это связано с вами, хотя очень похоже, – честно признался он.

Лира встала и сняла халат.

– Спасибо, но мне пора.

– С вами уже связались? – подозрительно спросил Феликс.

– Нет, я свяжусь.

Она двинулась к двери, прикидывая, где по дороге может встретиться уединённое место, откуда Ким спокойно заберёт её.

***

Грудь пронзило холодом и тупой болью. Сквозь них Лира с трудом набрала полные лёгкие воздуха, пытаясь отдышаться.

– Больше никаких перемещений, – металлом резанул голос Кима.

Лира часто заморгала, ухватываясь за смысл слов. Комната поплыла пронзительно-синей рябью.

– Что?

Она пошевелила онемевшей шеей и приподнялась на локте. Девушка прищурилась, фокусируясь на друге. Он сидел, привалившись к спинке кровати, в упор глядя карими глазами с напускным безразличием.

– Я больше не буду в этом участвовать, – пояснил парень.

– Почему? – Лира села, преодолевая мерзкую залёжанность мышц. – Ты же был за путешествия.

– Это пустышка. Мы ничего не добились.

– Нет! – горячо запротестовала она. – Мы сделали прорыв. Такие перемещения защищают нашу кровь, она не попадёт в плохие руки!

– Четвёртая волна вымерла из-за них, – холодно парировал Ким и встал.

– Что? С чего ты взял?

– Виктор знал всё. Он рассказал, что это равносильно болезни.

Лира неверяще замотала головой.

– Именно, дорогая подруга, – спокойно парировал Ким. – Я не буду потакать твоему лёгкому увлечению.

– Ким! – девушка вскочила, сморщившись и застонав от боли. – Какому увлечению?

– Видимо, очень харизматичному.

Сарказм, сочившийся из парня, заставил замолчать. Лира только удивлённо раскрыла рот, уставившись на Кима потемневшими от усталости глазами.

– Я не понимаю тебя. Феликс не опасен.

Ким горько засмеялся.

– Какая прелесть. Насколько близко вы познакомились?

– Прекрати истерить!

Лира вспыхнула, от бессилия сжав кулаки.

– Ты дура! – злость прорвалась сквозь холодность Кима ударной волной. Он приблизился к напрягшейся девушке, наклонившись к ней. – Ты вокруг себя ничего не замечаешь!

– Ч-что я должна?..

Голос Лиры сорвался сначала до шёпота, потом исчез совсем, заглушенный яростным поцелуем. Ким порывисто прижал её к себе. Девушка одним движением высвободилась, отлетев в другой конец комнаты. Тяжело дыша, она ухватилась за край стола. На плечах горели следы от его рук.

– Ким!.. – только и смогла возмущённо воскликнуть Лира, пытаясь отдышаться.

Много. Слишком много всего. Мысли и эмоции сбились сплошным комом, мешая вдохнуть. Обдало жаром. Сосредоточенный, испытующий взгляд Кима впился в её глаза. Пугающе сосредоточенный. Нутро будто встало на дыбы, сначала затмив сознание яркой вспышкой, потом рухнуло опустошением. К горлу подступила тошнота.

Ким качнулся, схватившись за голову. Он с размаху сел на кровать, застонав, и запустил пальцы в волосы, начав их ерошить.

– Мне плохо. Уйди, – тихо, но твёрдо потребовала Лира.

Парень кинул на неё пустой, отдающий безумием взгляд и поплёлся к двери, не выдерживая траекторию. Лира быстро откинула мысль довести его до комнаты. В конце концов, его затмения – его проблемы.

Глава 9

Ким плёлся к себе, стараясь разогнать туман в голове. Он хотел доказать, чего стоит. Показать истинные способности, заставить трепетать, потонуть в аплодисментах. Чтобы Лира непременно оказалась в первых рядах. И исчезла вяжущая пустота в её взгляде.

Он не мог проникнуть в неё. Любая попытка выжимала, дотягивалась до тёмных уголков и резко встряхивала. Как будто он был на ладони у неё. Раздетый и неприглядный во всей наготе мыслей и помыслов.

– Ким? – неуверенно позвал женский голос.

– Ммм?

Он обернулся, едва шатнувшись. Аня. В привычных для неформальной обстановки светлых домашних штанах и кофте.

– Ты в порядке? – девушка подошла к нему, обеспокоено касаясь лба тыльной стороной руки.

– Ерунда. Очень устал, – соврал парень, стараясь взять глаза Ани в фокус и как бы невзначай отвязаться от раздражающего прикосновения.

Аня поёжилась, обхватывая себя руками. Она неуверенно посмотрела в сторону. Ким почувствовал, как ум понемногу проясняется. Болото, в которое он опять угодил, когда пытался проникнуть в сознание Лиры, медленно отступало. Только сейчас он заметил, что за окном ночь.

– Я кое-что хотела тебе показать, – наконец выдавила Аня, с мольбой посмотрев. – Обещай, что это останется между нами.

Энтузиазм всколыхнулся и затмил усталость.

– Обещаю. Никому и ничего, – с готовностью ответил Ким.

Аня кивнула. Жестом руки она пригласила его за собой. Вывела из корпуса и снова поёжилась на прохладном воздухе. Тёмно-фиолетовое небо усыпали яркие звёзды. Вглядеться в ночную красоту не дало мгновенно захватившее головокружение. Ким поспешил приковать взгляд к земле.

Они двинулись быстрым шагом вперёд, мимо неразличимых в темноте домов, а Аня сосредоточено вслушивалась и оглядывалась. Пару раз Ким пытался завязать разговор, но она ясно дала понять, что не намерена вести светские беседы.

– Тюрьма? – поражённо воскликнул Ким, а Аня шикнула на него.

– Не кричи, – процедила она и достала из кармана две крупные бусины неразличимого цвета. Одну протянула Киму. – Позволь ей сделать тебя невидимым.

Ким удивлённо посмотрел на Аню и послушно взял предмет, окраска которого в темноте казалась глубоко-синей. Как только она коснулась его кожи, мгновенно откликнулась магия. Тонкие голубоватые волны въедались в сгустившуюся ночь. Они окутали парня тёплой невесомой тканью. Когда он поднял глаза, привыкнув к магии, то не увидел Ани. Он настороженно оглянулся.

– Не пугайся, – прозвучал шёпот совсем близко и его запястье обвили прохладные пальцы, потянувшие дальше.

Дверь в тюрьму едва приоткрылась. Коридор не был освещён, но слабое свечение магии всё же позволяло понимать происходящее и обходить стороной массивные тумбы, отдающие бледно-синим в окутавшем Кима свете. Они спускались по закрученному покатому коридору. Ни одной двери, только сплошная каменная стена, от которой начинало мутить. Коридор грозил никогда не закончиться, окутывая безысходностью. Хотелось закончить путь, но ни о чём спрашивать Ким не решался. Нужно идти до конца. Тайна вот-вот откроется.

Наконец, он почувствовал лёгкий толчок в грудь и остановился. Ким оглянулся. За спиной коридор монотонно уходил вверх, впереди – спускался вниз той же спиралью. Он бы вопросительно посмотрел на Анну, но не знал, где она.

Его снова потянуло вперёд, на этот раз осторожно и медленно. Вскоре Ким понял, почему. Лёгкие сдавило, будто он пытался дышать в ледяном ветре. Ощущение быстро уступило место ослепляющему радужному свету, внезапно сменившемуся густой темнотой.

– Здесь магия полностью блокируется, – в полный голос проговорила Аня. – Убирай артефакт.

Ким засунул предмет в карман, и тьма отступила. Первой он увидел Аню, стоявшую рядом и в заградительном жесте протянувшую перед ним руку. Парень осмотрелся. Огромная комната с кладкой из тяжёлых серых камней, от стены до стены, от потолка до пола которой раскинулся прозрачно-синий шар из плотной энергии. Они с Аней стояли в уголке, а она удерживала его подальше.

– Смотри, не касайся! – предостерегла девушка.

– Что это?

– Тюрьма, – обыденно ответила Аня, как будто каждый день проводила экскурсии здесь. – О ней знает только Александра, хотя именно в такие места помещают людей вроде её сына.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.