# Право на месть. Часть первая

Вячеслав Марченков

В книге "Право на месть Часть первая" рассказывается о встрече двух криминальных авторитетов в летнем кафе. Они ведут неспешную беседу, вспоминая прошлое и обсуждая свои дела. Однако внезапно происходит нечто неожиданное, что кардинально меняет ход событий. Параллельно с этим повествуется о девушке, которая находится в глубоком душевном кризисе и размышляет о самоубийстве. Но случайная встреча с молодым слепым парнем заставляет её переосмыслить свои планы. Эти две линии пересекаются, открывая новые грани сюжета и вовлекая читателя в мир сложных человеческих взаимоотношений и внутренних переживаний.

> Месть – это удовлетворение чувства чести, как бы извращенно, преступно или болезненно это чувство подчас ни проявлялось.

> Йохан Хёйзинга

## Первая глава

### Незаконченный ужин

Летний июльский вечер, обещал быть погожим. Высоко в небе, там, где вдали красовались заброшенные, недостроенные высотки, между раскидистыми деревьями неуёмно резвились стрижи, а на клумбах цветов, разбросанных витиеватым рисунком вокруг летней веранды кафе, мирно порхали разноцветные бабочки. Тишину и покой райской идиллии лишь изредка нарушали шуршащие по сухому гравию дорожек, просыпанных между клумбами, человеческие шаги. Да весёлый, иногда детский смех отдыхающих в парке людей. С десяток высоких молодых парней спортивного телосложения, одетых, несмотря на тёплую погоду, в короткие кожаные куртки и синие спортивные костюмы, не спеша расхаживали по ним, словно ястребы, зорким взглядом осматривая окрестности, при этом нервно поглядывая в сторону прохожих. В то время, как на веранде, среди мелькавших то и дело официантов, суетившихся вокруг круглого массивного стола, сделанного неизвестным мастером из красного дерева и уставленного всевозможными блюдами преимущественно из мясного меню рядом с креплёными напитками, в витых из толстых ивовых прутьев креслах, удобно расположились те, ради кого и устраивалась эта идиллия. По всему было видно, что они давние знакомые, или даже приятели. Один из них, был похож на тюремного пахана. В разноцветной рубашке, выглядывавшей из-под красного пиджака, с лысеющей головой и закрытыми веками на коих красовались синие буквы в виде надписи «Не буди». Разомлев от летней жары, он откинул на спинку кресла свою правую руку, где виднелась наколка, в виде дуги под солнцем, с броской кличкой «Якут» и терпеливо ожидал последнего штриха услужливых официантов. А второй, в не менее яркой футболке, с массивными, волосатыми ручищами, изрисованными тоже вдоль и поперёк наколками, да лицом, напоминающим средневекового разбойника. Выпучив огромные глазищи, он с любопытством осматривал стройные ножки молодой девушки, разливающей напитки в хрустальные фужеры.

– Сева! А ведь замутил я отсюда!

Не открывая глаз, медленно процедил первый.

– Да ну?

Тягуче пропел второй, взглянув на товарища.

– Сегодня нам, Сева, подадут угря жаренного на углях. Ты пробовал когда-нибудь это изысканное блюдо?

Меняя тему, поинтересовался пахан.

– Нет!

Коротко ответил ему приятель. Вернувшись к зрительному удовольствию.

– А кто тебе такое погоняло накинул? Почему Лось, а не медведь или лев? У меня вот всё просто, Якут. Потому что я десятку там отбарабанил.

Не утруждая себя посмотреть на собеседника, вновь спросил пахан. Сева, оторвав, наконец-то, взгляд от ног официантки, повернул голову в сторону говорившего и пробурчал:

– На тюрьме, смотрящий! Меня поначалу к отморозкам кинули. Я и разнёс эту хату.

– Ха, ха, ха!

Весело заржал его приятель. После чего, открыв веки, мутным взглядом посмотрел на Лося и серьёзно вымолвил:

– Не стать тебе вором Сева.

– Почему?

Отозвался он.

– Потому, что Лось валежник ломает.

Заключил пахан. Тот непонимающе посмотрел на товарища, но видимо, поразмыслив, тактично промолчал. А между тем, официанты, сделав своё дело, удалились и Якут, взяв в руки рюмку, наполненную холодной водкой, промычал:

– Ты всё сделал, как я тебе говорил?

– Да! Концы в воду! Я же тебе рассказывал об этом!

Подтвердил Лось, берясь за фужер.

– Жаль, конечно! Да делать нечего!

Раскачивая головой, сокрушался пахан. И, осушив рюмку, занюхал водку лимоном, после чего положив кусочек в рот, морщась, добавил:

– И чего ему вздумалось убрать его?

– Не знаю!

Налегая на салат, поддержал разговор собеседник.

– Да, времена меняются. И даже мне туго разобраться, кто из нас вор в законе? Он или я?

Лось вновь непонимающе взглянул на Якута, не решаясь поинтересоваться, о ком тот говорит, как взгляд его в страхе застыл на межбровье собеседника, где ярко красовалась красная точка.

– Ты чего?

Только и смог произнести тот. Как, точка стала багрово красной, и из неё брызнул фонтанчик очень похожий на вино, а Якут, дёрнувшись назад, завалился набок, вместе с ивовым креслом. Лось, не понимая, что происходит, в удивлении открыл рот, из которого в ту же секунду, вместе с жёваным мясом, выпорхнули, словно бабочка, его белёсые мозги. Уткнувшись головой в жаркое, он, так и не попробовал в этот вечер изысканного блюда из жареного на углях угря.

## Вторая глава

### Случайный знакомый

Словно подыгрывая ужасному настроению девушки, моросил мелкий дождь. Заунывно и тоскливо пел в полуголых ветвях деревьев, разбросанных по обочине, ветер, растаскивая под ногами ещё неубранные дворниками кучи мусора, смешанные с ворохом грязно-жёлтой осенней листвы. И всё вокруг казалось безнадёжно потерянным, разбитым, как эта недолгая жизнь, прожитая под нескрываемым презрением окружающих да насмешками знакомых. Под вечно скрывавшей её лицо с уродливой бурой опухолью на правой щеке, маской, сделанной наподобие занавески.

– Зачем она нужна, эта жизнь? Кто решил подарить её в наказание за чьи-то грехи?

Вопрос за вопросом вихрем проносились в непокрытой, черноволосой голове, хрупкой молодой девушки, медленно идущей вдоль оживлённой автомобильной трассы к переходу, нещадно манившему её на другую сторону. Туда, к мчавшимся на огромной скорости поездам. Туда, к свободе и концу всему. А может быть началу чего-то новому, известному лишь ему, удобно расположившемуся там, высоко, в мутном, дождливом небе. Рассуждала про себя девушка, не замечая спешащих мимо людей, накрывающих усердно свои головы разноцветными зонтами, словно прячась за ними не только от дождя, но и чужих, не столь важных проблем. Она остановилась и подняла голову в серое небо. Тотчас, поверх повязки, на её глазах появились прозрачные капли. И было не понять, то ли они от дождя, а то ли от сдерживающих долгое время слёз. А из округлой груди чуть слышно вырвалось надрывно и хрипло, словно скрип старого, векового дуба;

– Как же я устала? Как же мне всё надоело?

Но в, тот же, миг её левой ноги что-то коснулось. Она почувствовала лёгкое прикосновение похожее на удар тонкой ветки и услышала позади мягкий, приятный голос:

– Извините, ради бога! Я, похоже, заблудился. Здесь, по-моему, раньше переход был.

Девушка обернулась, увидев перед собой, беспомощно стоявшего в тёмных очках на лице и длинной тростью в руках, молодого, слепого парня. Он явно, запутался в новой, незнакомой ему обстановке.

– Здесь что-то изменилось? Скорее всего, переход перенесли в другое место?

Пытался оправдаться, за неловкое поведение, он.

– Скажите, я прав?

Девушка вышла из задумчивого оцепенения и, пытаясь помочь инвалиду, собравшись с мыслями, тяжёлым грудным голосом ответила:

– Да! Вы правы! Переход перенесли отсюда уже полгода назад. Теперь построили новый, надземный. Он метров триста отсюда. Вам помочь?

– Если я вас не слишком отвлекаю, то сделайте одолжение, проведите меня до него. Я запоминаю быстро дорогу, если её, конечно, не перестраивают. Мне нужна железнодорожная станция. Хотел сделать сюрприз приятелю, да вот заблудился.

Продолжал оправдываться парень.

– Тогда мне придётся вас взять под руку.

Не решаясь прикоснуться к парню без разрешения, предложила девушка.

– Да! Да! Конечно!

Протягивая ей руку, согласился тот. И девушка, осторожно взяв юношу под руку, медленно повела его к переходу, о чём-то невзначай, снова спросив. А парень, непринуждённо, и слегка улыбнувшись, ответил на вопрос, с удовольствием соглашаясь на продолжение разговора.

## Третья глава

### Пьяный дебош

Так, в один миг, простая случайность в корне изменила намерения Алевтины – имени, данном ей при рождении, а в быту просто Али, разорвать порочный круг насмешек и издевательств, в коем находилась она эти долгие годы. Впереди вновь, тонким лучиком надежды засияла другая, неведомая, но совсем иная жизнь, которую, ей, вместе со знакомством с Женей, даровали небеса. И Аля искренне в это поверила. А в молчаливое подтверждение этому, юное сердце девушки, какой-то необыкновенной энергией, грел сердце номер его телефона, лежавший в нагрудном кармане осенней ветровки. Так, погрузившись на этот раз в более приятные мысли, Алевтина не заметила, как свернула во дворы старых пятиэтажек, юркнув в подъезд одной из них и, поднявшись на третий этаж, постучала в дверь двухкомнатной квартиры, где она проживала вместе с отцом, мамой и десятилетней сестрёнкой по имени Лиза. На стук открылась дверь, и в проёме появился силуэт матери. В старом истрёпанном зелёном халате, она казалась похожей на бабушку, измотанную годами и нуждой. Хотя ей было всего лишь сорок пять лет.

– Ты где шлялась?

Грубо поинтересовалась она, глядя куда-то под ноги,

– По делам ходила.

Сухо отозвалась девушка, на что мать запричитала, возвращаясь на кухню:

– Выходной день, а у вас всё не как у людей. Все деловые стали. Даже у сестры твоей и то, дела.

– Ох, господи!

Тяжело выдохнула она. И тут же, с кухни, послышался нетрезвый голос отца:

– Кто там?

– Аля пришла!

В ответ бросила мать.

– А, уродина явилась.

Повысив голос, проговорил тот, добавляя:

– Нашлялась, сучка еврейская!

– Зачем ты так?

Попыталась успокоить его женщина. Однако хмель уже полностью завладела мужчиной, и он злобно закричал:

– А ты меня не поправляй! Вы одного поля ягода. Что ты, стерва еврейская, что она. Я из-за вас жизнь свою под откос пустил, суки! Ишь, учить меня вздумала.

В это время Алевтина разулась и хотела, молча, удалиться в свою комнату. Однако слова отца больно ударили ей в душу и она, завернув на кухню, выпалила:

– Ты посмотри на себя в зеркало. Увидишь настоящего урода.