Кира Веʒава
Три волшебных яблока, или Сказка о девочке с большим носом

Посвящаю сыну Андрею

Глава первая, в которой мы знакомимся с Верочкой

Жила-была на свете девочка. Обычная девочка, худенькая, голубоглазая и с веснушками. Таких девочек можно везде увидеть. Но всё-таки эта девочка была не совсем обычная. Она совершенно не умела себя вести. В комнате у неё был беспорядок, тетрадки и учебники валялись повсюду: на столе, под столом и даже на кровати. Школьное платье у неё было мятое и запачканное, а в портфеле жил усатый таракан. Как вы уже догадались, звали девочку Верочкой. Читать и учить уроки Верочка не любила, убираться тоже не любила, а любила она с мальчишками бегать по двору, лазить по деревьям, гонять мяч и дразнить Леву Иванова, отличника из третьего «Б». Вдобавок ко всему Верочка была очень некультурная девочка. Соседям она показывала язык, с ребятами дралась, бабушке дерзила, а маме говорила за обедом: «Фу, какой невкусный суп… Он так противно пахнет… Ешьте его сами», – и, задрав нос, уходила из-за стола. Мама опускала глаза, бабушка качала головой, а папа был занят новостями. Хотя ему частенько хотелось одеть своей дочке на голову кастрюлю.

Однажды утром Верочка, как обычно, встала в школу. Встала она, конечно, на тридцать минут позже, отпихнула ногой кошку Мушку, пижаму запихала под кровать и отправилась в ванную чистить зубы. Она уже вся перемазалась пастой, посадила пятно на платье, когда вдруг увидела себя в зеркале. Вернее, увидела она не себя. А свой нос, который почему-то вырос, распух и стал похож на сырую картофелину. На самом кончике торчала большая бородавка. «Мамочки!» – закричала Верочка, бросила щётку, упала на пол и принялась дрыгать ногами. На шум прибежали бабушка, мама, папа с «новостями» и обиженная кошка Мушка. Бабушка всплеснула руками, мама побежала вызывать врача, а папа только и сказал: «Ну и ну…»

После обеда пришёл доктор, осмотрел Верочку и уверил, что это обычная простуда. Через неделю-две всё пройдёт. И выписал Верочке витамины. Потом он вежливо попрощался и ушёл, а Верочка высунула ему вслед язык.

На следующий день пострадавшей обработали горло и отправили в школу. В школе ребята стали смеяться над Верочкой и дразнить её. Мальчишки показывали на неё пальцем и кричали: «У Верки нос – до колен дорос», а девочки отходили в сторонку, улыбались и шушукались. И только Лёва Иванов, отличник из третьего «Б», подошёл к Верочке и пожелал скорейшего выздоровления. В ответ Верочка сложила ему большую фигу.

Домой Верочка возвращалась в ужасном настроении. Прохожие с любопытством разглядывали носатую девочку, и Верочка решила пойти другой дорогой, через сквер. В сквере никого не было, только на скамейке возле клумбы сидел очень старенький дедушка – с палочкой и в клетчатой кепке с козырьком.

– Ну-ка подвинься, дед, – сказала Верочка, которой тоже захотелось сесть на скамейку. – Расселся тут…

– Здравствуй, Верочка, – сказал старик. – Как твой нос? Не болит?

– А тебе-то что? – рассердилась Верочка. – И вообще, откуда ты знаешь, как меня зовут?

– Вот поживешь с моё, и ты будешь всё знать. Я даже знаю, как помочь твоему горю, – продолжал незнакомый дедушка. – Если ты послушаешь меня внимательно.

Верочка подумала-подумала, и говорит:

– Ну, давай уж, рассказывай. Так и быть, послушаю.

Тогда дедушка сказал, что нужно ровно в полночь зажечь в комнате фонарик. На свет слетятся разные мотыльки: и маленькие, и большие, и белые, и чёрные, и голубые. Их трогать старик не велел. «Дождись, – сказал он, – когда появится другой мотылёк, ни маленький, ни большой, а обычный, серого цвета». Его нужно бережно взять – так, чтобы крылышки не осыпались, и произнести волшебное слово. На самом деле это вовсе и не мотылёк, а добрая волшебница Досвидания, она-то уж точно знает, как сделать так, чтобы Верочкин нос стал прежним, аккуратным и с веснушками. Потом дедушка пропал, и Верочка подумала, что задремала. «Враки это всё – волшебницы, мотыльки», – решила она и отправилась домой.

К вечеру нос у Верочки заметно подрос, а бородавка покраснела. Бабушка хотела прижечь бородавку зелёнкой, но Верочка заревела и велела бабушке «проваливаться». К тому же нос стал невыносимо зудеть и чесаться. Наконец, когда все легли спать, Верочка нашла в кладовке старый фонарь на батарейках и спрятала под кровать. В это время кошка Мушка неотступно следовала по пятам и тревожно принюхивалась. Верочка завела будильник на двенадцать часов и заснула.

Ровно в полночь будильник громко зазвенел, и в комнату заглянула сонная мама. «Всё хорошо, Верочка?» – зевнув, спросила она. Верочка сделала вид, что крепко спит. Но лишь только в соседней комнате улеглись, она достала из-под кровати фонарик, включила его и положила на подоконник. Забралась под одеяло и стала ждать. Форточка была приоткрыта, и на белый свет фонарика потянулись мотыльки. Мотыльки были разные: маленькие и большие, светлые и тёмные, голубые и совсем прозрачные. У некоторых крылья были тонкие, как шёлк, а у других – матовые, как бархат. Они окружили фонарик и бились крыльями о стекло. По комнате струился лёгкий туман, сквозь занавески проглядывали звёзды, и Верочку сморило. Когда она очнулась, фонарик потускнел, мотыльки разлетелись по комнате, и последний из них, ничем неприметный серенький мотылёк направился к приоткрытой форточке, чтобы покинуть комнату.

– Это он, – спохватилась Верочка, схватила припрятанный под подушкой сачок и принялась гоняться за мотыльком. В конце концов несчастное насекомое было поймано. Верочка аккуратно извлекла его из сачка, прошептала волшебные слова «прости-прощай», и мотылёк на глазах превратился в женщину ослепительной красоты. Она была прозрачной и бестелесной, как видение, – тронь, и исчезнет. Но Верочка не умела удивляться:

– Ты можешь убрать этот нос? – спросила она.

– Здравствуй, девочка, – сказала волшебница. – Меня зовут Досвидания.

– Ну и имечко! Вот уж не повезло!

– Тебе не нравится твой нос? – спросила Досвидания.

– А тебе разве нравится? – разозлилась Верочка. – Верни мне мой нос, тётя!

Волшебница улыбнулась и сказала:

– Я верну тебе твой нос, но прежде ты выполнишь одно поручение. Ты должна найти для меня три волшебных яблока. И тогда твой нос станет таким, как прежде.

– А где же я их найду, эти яблоки? – расстроилась Верочка, которая не привыкла выполнять поручений, а тем более таких загадочных. Но волшебница ничего не ответила, она снова обернулась мотыльком и, только Верочка успела схватиться за сачок, выпорхнула в открытую форточку.

Глава вторая,
в которой Верочка отправляется за яблоками

На следующий день Верочка проснулась с головной болью. Шутка ли, скажете вы, всю ночь проболтать с волшебницей, да так и не вернуть своего курносого носа! Она первой пришла к завтраку и тихонько, пока никто не слышит, спросила бабушку:

– Бабуля, ты не знаешь, где достать волшебные яблоки?

– Ах, ты моя сладкая, яблочка захотела! Да вон же их целых мешок, папа вчера привёз… – всплеснула руками бабушка.

– Нет, эти не подходят, – Верочка с досадой махнула рукой.

Еле-еле высидев два урока, Верочка решила спросить учительницу про волшебные яблоки. Но потом, почесав свой большой нос, передумала:

– Подумает, что я того… мухоморов объелась.

В вестибюле ей встретилась подружка Катя, которая училась в третьем «Б» классе, а жила этажом ниже.

– Эй, здорово, Катька! Как думаешь, кто может ответить на любой вопрос?

Катя задумалась.

– Ну-у… У Маргариты Петровны спроси… Или вон, у ботаника нашего. У Лёвки. Он вроде всё знает. А что за вопрос? По математике, что ли?

– Нет, так просто, – отмахнулась Верочка. Катя пожала плечами.

«А что, идея!» – подумала Верочка и отправилась искать Лёвку. Лёвка нашёлся в библиотеке. Он читал какую-то толстую книгу, и вид у него был серьёзный, как у настоящего ботаника. Верочка, не сняв обувь и не обращая внимания на библиотекаря, направилась прямо к Лёве.

– Слушай, у меня к тебе дело есть.

– Во-первых, привет, – откликнулся Лёва. – А во-вторых, я читаю.

– Дело срочное! – настаивала Верочка. – Не знаешь, где найти волшебные яблоки?

– Волшебные яблоки… – Лёва задумался. – В сказке, наверное. Волшебные яблоки можно найти в сказке.

– Я так и думала! Ничего ты не знаешь, – съехидничала Верочка.

– Не веришь, возьми любую книгу со сказками. Там обязательно найдутся волшебные яблоки.

– Не верю, – сказал Верочка, хотела показать Лёве язык, но передумала.

Дома Верочка долго рылась в книжном шкафу и, наконец, извлекла оттуда старую книгу сказок. Книга была толстая, потрепанная, но с картинками. Когда Верочка её раскрыла, пыль поднялась в воздух, и Верочка громко чихнула. В комнату тут же заглянула встревоженная бабушка:

– Душечка, ты не заболела? – спросила она.

– Да ну тебя! – закричала Верочка. – Иди вон, посуду мой. Не мешай.

Верочка стала читать одну историю за другой. «Из-за этих яблок придётся небось всю книжку прочесть… а ребята на улице гуляют», – думала она, время от времени поглядывая в окошко. В первых двух сказках яблоки не нашлись, но Верочка так увлеклась, что не заметила, как наступил вечер. Тут ей попалась занимательная картинка – на ней была изображена дорога, ведущая через поле, густо заросшее кашкой и васильками. У дороги сидел симпатичный пёс. Пёс смотрел прямо на Верочку. Смотрел-смотрел, и вдруг подмигнул ей левым глазом.

– Ой! – воскликнула Верочка и захлопнула книгу. Потом снова открыла. Пёс по-прежнему сидел у дороги в той же дружелюбной позе. Тогда она тоже подмигнула псу и сама не заметила, как оказалась прямо возле собаки. Пёс показался ей знакомым. «Да это же Лёвкин Волк», – догадалась она.

– Волк, Волк! Как ты здесь оказался? – она потрепала собаку за лохматую шею.

– Я бы тоже хотел это знать, – послышался голос сзади. – Целый час здесь уже жаримся.

В зарослях кашки лежал Лёвка с травинкой в зубах. Солнце палило так, что будь здоров. Стоял чудесный летний день. «Надо же, – подумала Верочка, – а у нас-то осень на дворе».

– Это всё яблоки твои волшебные, – заявил Лёвка, достал из кармана платочек и стал протирать очки.

– Может, эта дорога и ведёт яблокам. Ведь куда-то она ведёт? – заметила Верочка. – Схожу-ка я погляжу. А ты лежи себе на здоровье.

Глава третья,
в которой Верочка знакомится с Бабой Ягой

Дорога плутала через поле, а потом круто свернула в лес. Сначала лес был реденький, почти прозрачный, и сквозь молодые березки проглядывало солнце. Потом стали попадаться мохнатые ёлки, осины и какой-то бурелом. Лес заметно помрачнел и стал гуще. Волк увязался за Верочкой и шёл след в след, время от времени тычась мокрым носом ей в щиколотки, отчего Верочка громко взвизгивала. Под ногами захлюпало, появились топкие лужицы, в которых плавали листья. Вдруг деревья расступились, и Верочка с Волком вышли на небольшую поляну. Посреди поляны стояла избушка на курьих ножках об одном окошке и вокруг себя поворачивалась. Из трубы струился небольшой сладкий дымок. Избушка стояла в самом болоте. Вокруг неё кружил целый рой прожорливых насекомых и кусал избушку за лодыжки, отчего она почёсывала одну ногу другой, а внутри что-то перекатывалось.

– Эй, изба, а ну-ка отворяйся! – не растерялась Верочка и кинула в избушку камешком. Камень попал точно в ногу, и избушка снова стала громко почесываться.

– Когда приходишь в гости, нужно стучаться. А если без приглашения, то придётся ещё и принести хозяевам извинения, – сказал Лёвка, который, оказывается, и не думал отлёживаться в поле.

– Умничай, умничай, ботаник, – сказала Верочка и задрала свой внушительных размеров нос.

Вот этот момент дверь распахнулась, и на пороге появилась бабка. Ну и неприятная же это была бабуля! Седая, косматая, неумытая, одетая в какие-то лохмотья. Одна нога у неё была деревянная, а нос был точь-в-точь, как у Верочки: большой и с бородавками. Она поглядела на Лёвку с Верочкой, принюхалась и спросила скрипучим голосом:

– С чем пожаловали, голубки? Аль заблудились?

– Ты, бабуля, не болтай. Ты нам лучше скажи, где тут волшебные яблоки растут?

– Ай-ай-ай, – Баба Яга покачала головой, – какие девицы пошли невоспитанные. У меня даже аппетит пропал, – бабка уронила слезу на завалинку. – Вот я давеча Ивана Царевича съела, так он такой вежливый был, даже полы подмёл, – бабка всхлипнула и скрылась в избушке.

Лёвка подошёл к двери и тихонько постучал. Бабка высунула нос в щёлочку.

– Уважаемая бабуля! Извините за беспокойство, не подскажете, где нам найти волшебные яблоки? – спросил он.

– А окно помоешь? – полюбопытствовала бабка.

– Верочка помоет. Она у нас специалист по мытью окон, – взялся убеждать бабку Лёвка, а Верочка подавала ему какие-то знаки и делала ужасные глаза.

Окно в избе было хмурое и доверху заросло паутиной. Верочка с несчастным видом тёрла стекло, а бабка угощала Лёвку пирогами.

– А что девице твоей нос не нравится? По-моему, нос хоть куда. У меня в молодости такой же был. Даже ещё больше! Все женихи в округе мои были, – вспоминала Баба Яга. – Болото моё штурмом брали. У меня волшебный отвар есть. Ежели выпьешь – первой красавицей будешь!

Верочка навострила уши. Бабка взяла с полки какую-то склянку, взболтала содержимое, пошептала и протянула Верочке:

– На-ка, моя голубушка. И никаких яблок не нужно будет, сразу похорошеешь! – бабка подмигнула Лёвке.

Верочка взяла склянку, заглянула внутрь и передала Лёвке. Лёвка тоже заглянул внутрь, потряс склянку, отчего со дна поднялся осадок, и заметил:

– Химия. Наверняка козленочком станешь, – предупредил он. – Или уши ослиные вырастут.

Бабка всплеснула руками:

– Поди ж ты, супротивник какой! Зенки протри! Аль не видишь: то зелье – из поганой лужи, а это – сама варила…

Верочка отняла у Левки склянку и капнула на язык:

– Ничего, сладенько… – и выпила. Сначала ничего не происходило, а потом Верочкины волосы вдруг стали рыжими, как ржаной блин, и лохматыми, а брови – кустистыми и сомкнулись на переносице.

– Мамочки! – завопила Верочка и бросилась на бабку с кулаками. – Ах ты, старая калоша!

Бабка с молодецким проворством вскочила на скамью:

– Это я – калоша? – возмущалась она, а у Верочки тем временем выпятилась нижняя губа, и из-под неё показался зуб.

– Не нравится? – бабка уселась на скамью и почесала в затылке. – Ну, что ж. Вот тебе тогда клубочек, пойдешь за ним и девицу свою поведёшь, – и с этими словами она достала из кармана клубок и протянула Лёвке.

Глава четвёртая,
в которой Верочка знакомится со Змеем Горынычем

Клубочек проворно покатился по тропинке, а Верочка с Лёвкой поспешили за ним. Волк мчался за клубком с громким лаем, пару раз хватал его зубами и пытался сгрызть, но Лёвка отгонял разыгравшуюся собаку.

– Интересно, как работает это устройство? – размышлял вслух Лёвка, – бабка дистанционно, что ли, им управляет? Или там механизм внутри?

– Какая тебе разница? Главное, чтобы он нас к яблокам привёл! – отвечала Верочка.

– Я его потом всё равно разберу, – говорил Лёвка, – как до яблок доберёмся…

Впереди показались высокие заросли кустарника, из которых вырывались тонкие струйки белого пара, как будто там кипятили несколько чайников. Лёвка велел Верочке с Волком залезть под цветущий куст бузины, спрятал клубочек в карман, а сам отправился поглядеть, что же творится в зарослях. Он пробрался сквозь кустарник и оказался на небольшой опушке. Повсюду торчали пеньки, а жухлая трава была усеяна костями. Чьи это были кости, Лёвка так и не сумел определить. Возле поваленного дубка сидел внушительных размеров Змей. У Змея было целых три головы: две преспокойно дремали на солнышке, выпуская клубы пара из круглых ноздрей, а третья, правая, глядела прямо на Лёвку. Змей заулыбался правой головой:

– Ну, здравствуй, Царевич! Всё утро тебя ждём, притомились уже, – заявила голова, в то время как остальные две продирали глаза, – придётся наложить штраф за опоздание.

– Боюсь Вас разочаровать, но я не Иван Царевич. Я Лев Иванов, ученик третьего «Б» класса средней школы номер восемнадцать, – сказал Лёвка недрогнувшим голосом.

– Да? – голова недоверчиво оглядела Лёвку. – А где Иван Царевич?

– Его Баба Яга вчера съела. За то, что он плохо пол подмёл, – Лёвка вытащил из кармана платочек и протёр запотевшие от пара очки.

– Жестоко, – сказала левая голова, – но справедливо. Узнаю бабкин почерк!

– Придётся, Лев Иванов, тебе сражаться за Ивана Царевича. Зря, что ли, мы тут с утра ждём. Доставай оружие, – головы, переглянувшись, уставились на Лёвку.

– Нет у меня никакого оружия. Я пацифист. Я – за мир во всём мире.

– Ну, я так не играю, – расстроился Змей, – придётся всё равно тебя поджарить. Не оставаться же голодным! Тем более что мы обед пропустили.

С этими словами средняя голова изрыгнула небольшое количество пламени прямо на Лёвкины кеды, кеды задымились, и Лёвка с громкими криками запрыгал по поляне, потом стащил дымящиеся кеды вместе с носками и забросил далеко в кусты. Услыхав крик хозяина, из кустов с громким лаем выскочил Волк, а следом показалась Верочка, лицо у неё было недовольное и заспанное. Увидев Верочку, Змей покраснел и смутился:

– Ах, я поражен в самое сердце! – закатив глаза, сказала левая голова.

– Какая пригожая девица, – добавила правая.

– Здравствуйте, мадмуазель, – сказали одновременно все три головы и расплылись в улыбке.

– Вы очень похожи на Бабу Ягу в молодости, – продолжала средняя голова, выпуская из ноздрей дым сердечками. – Я был влюблен, как мальчишка!

– Каждый день ходили к ней на болото с букетом полыни. Но она была неприступна, – добавила левая голова. – Послушай, Лев Иванов из третьего «Б», я согласен поменять эту обворожительную красавицу на твою трусливую жизнь.

– Пожалуйста, – сказал Лёвка, рассматривая свои босые ноги. – Нужна она мне. Я из-за неё ботинок лишился.

– Ах так! – закричала Верочка. – Чтоб тебя волки съели, трус несчастный! Правильно я тебе в прошлый вторник накостыляла. Надо было ещё и сумку твою в луже утопить!

Змей глядел на Верочку с нескрываемым восхищением:

– По рукам. Забирай своего бешеного пса и гуляй, откуда пришёл.

Лёвка с Волком скрылись в кустах. Змей привязал Верочку к старой осине и велел петь песню.

– Вот ещё, – сказала Верочка и показала Змею язык. – Обойдешься!

– Какая прелесть, – Змей улёгся на солнышке и закрыл глаза. – Пой, красная девица, а то я тобой пообедаю.

Верочка, которой очень не хотелось быть съеденной, запела фальшивым голосом: «От улыбки станет всем светлей, и слону и даже маленькой улитке…»

А Змей лежал на травке и помахивал в такт чешуйчатым хвостом.

Глава пятая,
в которой Лёвка знакомится с Колокольчиком

Тем временем Лёвка выбрался из зарослей и огляделся. Впереди простирался небольшой луг, заросший ромашками. По лугу пролегла разбитая колея, по которой, как решил Лёвка, ходили телеги, запряжённые лошадьми. Лёвка полез в карман и обнаружил, что потерял волшебный клубок. «Вот досада», – расстроился Лёвка, обшаривая сумку в поисках клубочка. По колее навстречу шёл мальчик, крепенький, белокурый, в широкой крестьянской рубахе.

– Привет! – сказал ему Лёвка. – Ты не знаешь, случайно, где найти волшебные яблоки?

– Здоров будь! – ответил мальчишка, с интересом рассматривая Лёвку. – Знаю. Только тебе их не достать. Кишка тонка.

– Спасибо, – поблагодарил Лёвка. – Это мы ещё посмотрим. Можешь проводить меня туда?

– Нее, – сказал мальчишка, – я туда не пойду. Что я, дурачок, что ли? Эти яблоки в тёмном саду растут. Их Леший караулит. Он тебя до смерти защекочет.

– Темнота! А где это сад находится? – поинтересовался Лёвка.

– На горе, вестимо. А гора – за царским замком, – мальчик указал куда-то на восток, а потом достал из-за пазухи волшебный клубочек. – Это не ты обронил?

– Я, – обрадовался Лёвка. – Верни, пожалуйста.

– Нее, – мальчишка сунул клубок обратно. – Что упало, то пропало.

– Давай договоримся: отведешь меня в сад, где яблоки растут, клубок – твой!

Мальчишка задумчиво почесал веснушчатый нос:

– Ладно. Только надобно шибче идти, а то скоро солнце сядет.

– Хорошо. Но мне сначала друга надо выручить из беды. Вернее, подругу. Меня Лёвка зовут. Лев Иванов.

– Колокольчик, – представился мальчишка.

Когда Лёвка с Колокольчиком высунулись из кустов, Змей с Верочкой играли в кости. Впрочем, Верочка была по-прежнему крепко привязана к осине. Но теперь она сидела на траве.

– Ты продул – сказала она. – Гони мне десять монет. Змей порылся в старом пне, заваленном трухой, и извлёк десять золотых блестящих монеток. Верочка ссыпала монеты в карман.

– Какая чудная у тебя подружка, – прошептал Колокольчик. – На Бабу Ягу похожа. Только маленькую.

– Да, похожа, – согласился Лёвка. – Настоящая Баба Яга, вредная и драчунья к тому же.

– На что она тебе тогда? – удивился Колокольчик.

– Я друзей в беде не бросаю, – ответил Лёвка серьёзно.

– Что-то я притомился, – сказал, зевнув, Змей и растянулся на траве, – давай-ка, дорогуша, пой мне песенку, хочу вздремнуть чуток.

Верочка скорчила недовольную рожицу и фальшиво затянула:

«Ой, цветёт калии-на в поле у ручья…»

Змей поморщился, но ничего не сказал, а перевернулся на другой бок.

Колокольчик зашептал:

– Ох, и дурно она поёт. Не уснуть Змее от такого пения. Будет ворочаться и мух ловить.

– А что же делать? – спросил Лёвка.

Но Колокольчик уже выбрался из кустов и совершенно бесшумно скрылся за деревом, к которому была привязана Верочка. Верочка вытаращила глаза и хотела что-то сказать, но Колокольчик приложил палец к губам:

– Тсссс… – и вдруг запел высоким звонким голосом: «Липа вековая над рекой шумит, песня удалая вдалеке звенит».

– Что это? – Змей навострил три пары ушей и уставился на Верочку.

– Голос… прорезался, – не растерялась Верочка и покашляла.

Змей недоверчиво огляделся по сторонам и принюхался. Потом почесал хвостом правый бок и снова улёгся.

– Добрая песня, – сказал он. – Душевная.

Колокольчик продолжал из-за дерева: «Луг покрыт туманом, словно пеленой… слышен за курганом звон сторожевой», – а Верочка стала в такт разевать рот, чтобы Змей не заподозрил подвоха. Она так старалась, что у неё свело нижнюю челюсть. Колокольчик пел с настроением, его лёгкий голос звенел над опушкой, и в конце концов Змей заснул с громким храпом, обдавая окрестности струями горячего пара. Лёвка выбрался из кустов и быстро освободил Верочку, перерезав верёвку перочинным ножом, который на всякий случай всегда носил с собой. Потом ребята юркнули в заросли кустарника и побежали в сторону луга.

– Бегите, я сейчас! – крикнул Лёвка друзьям, а сам вернулся и стал обшаривать старый пень. Вдруг там найдётся что-то полезное? Лёвка нашёл колокольчик на верёвочке, маленькую серебряную ложку, разбитое зеркало и тряпичную куклу. На дне пня обнаружились старые гусли. Когда-то они были покрашены в коричневый цвет, покрыты лаком и по деревянному корпусу шел красивый орнамент. Но от старости и небрежного обращения гусли выцвели, а кое-где даже появились трещинки. Дно корпуса было почерневшее, будто гусли занимались огнём. «Старьё», – подумал Лёвка и хотел было сунуть их обратно в горынычеву кладовую, но передумал и положил их в свою школьную сумку. Потом он быстро нырнул в заросли кустарника и побежал в сторону луга.

Глава шестая, в которой Верочка, Лёвка и Колокольчик идут в тридесятое царство

Ребята вышли на разбитую колею, которая вела прямо в тридесятое царство. Солнце уже клонилось к закату, стало прохладно и, откуда не возьмись, прилетел рой противных москитов.

– Когда Змей проснётся, он наверняка полетит в погоню, – сказала Верочка, прихлопывая очередного комара у себя на носу. – В сказках всегда так бывает. Сама читала.

– Нее, – возразил Колокольчик, – не полетит. Он уж давненько не летает. Толстобрюхий стал. Поковыляет, ежели только. А на что ты ему? Он завтра, чай, отловит зверюгу какую-нибудь, да и слопает с потрохами.

– Он сказал, что я красивая, – заявила Верочка, кокетливо хлопая голубыми глазами.

– Ну, не ведаю, – Колокольчик с сомнением поглядел на Верочку.

– Сейчас в глаз дам, – Верочка сунула кулак Колокольчику под нос.

– Я с девками не дерусь, – сказал Колокольчик. – Они хилые, покалечишь чего доброго.

Тогда Верочка размахнулась и поставила Колокольчику здоровенный фингал под глазом. Колокольчик потерял равновесие и полетел прямо в ромашки. Ромашки возмутились и засыпали Колокольчика белыми лепестками. Мальчишка поднялся, отряхнулся и сказал:

– И вправду дурная она у тебя. В другой раз не буду её выручать. Чтоб её Леший взял, – Колокольчик нахмурился и пошёл вперед.

Лёвка догнал его, и они продолжили путь вместе, не обращая на Верочку никакого внимания. Верочка надулась и плелась позади. Рядом бежал Волк, обнюхивая засохшие следы на дороге.

Между тем солнце почти зашло.

– Надо на ночлег устраиваться, – сказал Колокольчик. – Переночуем здесь, на лугу, а утром – в путь.

– Правильно, – поддержал его Лёвка. – В городе ночью всё равно ничего не разглядишь. Только заблудишься.

А Верочка ничего не сказала. Она стояла в стороне и поглядывала на Колокольчика.

Так они и поступили. Смяли дикорастущие ромашки и улеглись на них, как на перине. Лёвка положил под голову свою куртку, Верочка свернулась клубочком возле Волка, которого посадили на стражу, а Колокольчик лёг прямо на траве. Ребята быстро заснули и спали без задних ног до самого рассвета.

Колокольчик проснулся на заре, долго смотрел на гаснущие звёзды, а потом запел утреннюю песню. Волк радостно завилял хвостом и стал облизывать Колокольчику ладони. Лёвка открыл глаза, поглядел на Волка с Колокольчиком и снова закрыл. Потом потёр их и снова открыл. Потом снова закрыл. И снова открыл. Он никак не мог сообразить, как же он оказался посреди ромашкового луга.