Наталья Цветкова
Записки у изголовья массажного стола

Благодарности

Спасибо всем моим учителям. Особенно Игорю Трофимову, который за ручку привёл меня во всё это.

1 

Предисловие

Эта книга получилась случайно. Она почти вся собралась из текстов, которые я писала по мотивам своих ответов на вопросы пациентов и их родителей, если это дети, или владельцев, если это животные. Когда много раз говоришь одно и то же, хочется уже один раз записать, чтобы люди могли спокойно не торопясь прочитать. Тем более, что всего не расскажешь, даже если весь сеанс вместо работы читать лекцию – аудиокнига «Записки у изголовья массажного стола» получилась длиной в несколько часов.

Тексты эти я публиковала в фейсбуке и телеграме целый год с тэгом #записки_у_изголовья_массажного_стола. За это время мой стол сломался, и его место заняла функциональная кровать. Изголовья, у которого всё начиналось, уж нет. Но записки остались, и когда я посмотрела на них, я поняла, что это почти готовый черновик книги. Нужно только разложить тексты по разделам и дописать то, чего не хватает по смыслу. Добавилось ещё 15 глав к 52, что уже были написаны.

И вот, книга готова. Это никакая не истина в последней инстанции, я сама через какое-то время буду согласна не со всем, что в ней написано. Это так, потому что она отражает мои представления, какие они есть летом 2023 года. Я учусь, набираю опыт, сейчас я не такой специалист, каким была несколько лет назад, и через несколько лет буду опять другая.

Так как эта книга – личное мнение, здесь нет ссылок на научные публикации. Но это не значит, что я их не читаю.

Вот сейчас, наверное, читателю стало интересно, сколько лет я уже работаю и меняюсь как специалист, работающий руками, где училась и кто я вообще такая. Я биолог по образованию и сути. Люблю живое, вижу везде его, и живое мне интереснее всего. Что это, как оно живёт, и как можно помочь ему развернуть листья, расцвести и стать таким, каким оно может быть. Внутри биологии моя специальность – эмбриология, наука о зародышах. О том, как потенциальное становится реальным, как структуры тела живого существа появляются и проявляются.

Учиться работать с людьми руками я начала в декабре 2014 года, в апреле 2015 у меня появился первый пациент за деньги. Училась я у разных людей и разным подходам, и продолжаю это делать. Кроме семинаров про работу с людьми руками, я учусь техникам работы с вниманием.

Ещё одна сфера моих интересов, связанная с работой – мифология и культурология в связи с мифологией. Какая тут связь, и почему это важно, я попробую рассказать в следующей книге.

Полный список курсов, на которых я училась, а также рассказ о том, как и с чем я работаю, и с какими жалобами можно приходить, можно найти на моей странице.

Эта книга начинается с рассказа о том, с какими проблемами и жалобами имеет смысл приходить к специалистам, работающим руками. Не только ко мне, нас очень много, и мы очень разные. Возможно, вы удивитесь, как много случаев, в которых работа руками с человеком бывает полезной. Это далеко не только «болит спина» или «сколиоз».

Дальше я рассказываю немного о том, как и почему работает то, что мы делаем. И что мы вообще делаем, с какими структурами организма, и как.

И третий раздел – мой любимый. Он про меня, про коллег, про всех, кто работает с людьми руками. Это остеопаты, краниосакральные терапевты, биодинамические терапевты, массажисты, мануальные терапевты, прикладные кинезиологи и представители других направлений и школ. Общее у них (у нас) одно – мы берём в руки тело человека и что-то делаем не только с телом, но и со всем человеком целиком. Последняя часть этой книги – о том, что вы хотели бы про нас знать, но не всегда успеваете или решаетесь спросить.

Вопросы, комментарии и впечатления об этой книге можно отправить мне по электронной почте tsvetna@gmail.com.

2 

Обычные причины визита к «ручным» специалистам

Начнём с простого. Первая часть этой книги – рассказ об обычных причинах, которые приводят людей к специалистам, работающим руками. Прежде всего, это боль. В спине, голове, при движении, в покое и т.д.

Вторая частая причина – ограничение подвижности. Невозможность завести руку за спину, ходить обычной походкой и т.д. Иногда подвижность ограничивается болью: досюда могу, а дальше больно. А иногда боли нет, просто не получается сделать какое-то вполне обычное движение.

Третья группа распространённых жалоб – неправильное положение чего-нибудь.

И четвёртая группа часто встречающихся жалоб – разные обстоятельства и факты, которые крайне редко приводят к появлению жалоб, но зато фиксируются объективными методами исследований. Люди часто считают результаты исследований более вескими причинами обращения к специалистам, чем субъективные жалобы. Это дважды неверно: и жалобы важнее, и «объективные причины» часто бывают не важны. Об этом последняя глава этого раздела – «Псевдопричины».

1 

Боль

Раздел о том, какая бывает боль и почему важно различать её оттенки. И о некоторых самых распространёных «местах боли»: голове и спине.

1 

Как характер болевых ощущений связан с их причиной?

Пациентов, которые жалуются на боль, я расспрашиваю всегда по одной схеме:

1) давно ли начало болеть?

2) стало болеть после чего-то (травма, болезнь, роды, операция, важное событие в жизни) или просто с течением жизни?

3) когда болит сильней: утром, как встали, ночью, после нагрузки, после дня с минимальной подвижностью, при любом движении больной рукой, ногой, шеей, боль постепенно усиливается (или ослабевает), если движения повторять (например, идти), после еды и т.д.?

4) где именно болит: можете ли показать пальцем или ладонью, или нет чёткой локализации боли, или то тут, то там?

5) как можно ослабить боль: определённой позой, теплом, холодом, открыть больное место так, чтобы одежда его не касалась, надеть или снять рюкзак, носить обувь на определённом каблуке, поесть вообще или определённой еды, отказаться от определённой еды или напитков?

6) как именно болит? Ноет, дёргает, жжёт, сводит, ломит, тянет, сжимает, крутит, простреливает и т.д.

С помощью ответов на эти вопросы я строю гипотезу о том, что именно болит и что нужно сделать, чтобы оно перестало или стало болеть меньше. Нужны не только ответы на вопросы, ещё я вижу всего человека и собственно больное место.

Например, если вдруг я вижу характерный подагрический сустав, а человек говорит, что он заболел после поездки на дачу, где были шашлыки, я не буду применять к нему мануальные техники, потому что нет смысла, нужно поменять диету, и всё.

«Как именно болит» связано с тем, что, собственно, болит. Например, боль с ощущением тяжести в больном месте, а иногда и как будто холода или вязкости заставляет предположить отёк или застой лимфы. Боль и тяжесть в голове может быть при нарушениях ликвородинамики (движения спинномозговой жидкости – ликвора). Боль, как будто просунули жгучую нитку, бывает, когда болит оболочка нерва. Больно и горячо – это может быть острое воспаление.

Боль утром, которая проходит по мере того, как человек начинает двигаться («расхаживается») часто связана с отёком. Если так болит голова – возможно, с проблемами венозного оттока из полости черепа, а может, с зависимостью от кофеина или гипотонией, если «расхаживаться» включает в себя завтрак с кофе или чаем.

Боль при движении, даже в конкретной мышце, редко означает проблему в этой мышце, обычно это такой способ мозговых систем, управляющих движениями, «запретить» то или иное движение, надо думать и искать, как снять этот «запрет». Не очень сильная, ноющая боль в месте, которое было травмировано (даже много лет назад) бывает признаком напряжения надкостницы или связок.

Боли в области сердца, особенно, при прекрасной кардиограмме – совсем не пустые жалобы, а возможные признаки напряжения перикарда, пищевода, грудины и связок, окружающих всё перечисленное. Но не только. А боль «в области почек» часто оказывается болью в мышцах, напимер, квадратных мышцах поясницы.

Боль при почечной колике сложно с чем-то спутать, но если вы переживаете, не почка ли болит, можно поставить одну руку тыльной стороной кисти на больное место, а вторую сжать в кулак и слегка стукнуть по ладони. Если резкого усиления боли не произошло – болит не почка, по крайней мере, не почка из-за камней или песка.

Истинная боль в мышцах, вызванная их перегрузкой, знакома всем, кто хоть раз в жизни слишком усердно тренировался – ощущения на следующий день – это оно. И всем, кто слишком рьяно брался за улучшение растяжки, знакома боль в мышцах из-за микротравм (маленьких разрывчиков волокон). А кто очень долго смеялся, знают боль в мышцах щёк и живота от слишком частого или интенсивного сокращения прямо сейчас.

2 

Бывает ли боль «без причины», когда ничего не повреждено?

Боли вообще без причины не бывает. Бывает, что человек лжёт и говорит, что у него что-то болит, когда на самом деле он боли не чувствует нигде. Такие случаи мы рассматривать не будем, ограничимся правдивыми пациентами. И посмотрим, какие бывают причины боли, болевых ощущений.

Есть известная формулировка «боль – это предупреждение», то есть возникновение боли означает, что если ещё немного продолжить то, что делаешь, получишь травму. Это верно в небольшом количестве случаев, например, когда медленно прищемляешь себе палец дверью.

Бывает и прямо наоборот – с утра что-то при движении болит, а через полчаса расходился, и всё прошло. То есть наоборот, надо было продолжать делать то, что делать больно, чтобы стало лучше. Что изменилось за полчаса? Улучшился отток лимфы в больном месте, уменьшился отёк, крови по капиллярам стало легче течь, улучшилось локально кровоснабжение, ткани перестали испытывать дефицит кислорода, молекулярный каскад, приводящий к «включению» болевых рецепторов, стал работать слабее. Второе, что произошло – человек переключил внимание на повседневные дела, судьбы мира, работу, общение, и перестал замечать боль. Это возможно, если боль слабая.

Более загадочный пример: человеку было больно заводить руку за спину, начнёт движение, дотянется до поясницы, и всё, острая боль, дальше никак. Человек пришёл к терапевту, тот что-то поделал несколько минут, и рука стала спокойно заводиться за спину, человек смог сам достать лопатку. Понятно, что если бы были повреждены мышцы, связки или кости, такого быстрого эффекта не было бы, не может даже растяжение зажить за несколько минут. И если бы дело было в отёке, за несколько минут радикально ничего не может поменяться. Что-то поменялось в управлении мышцами мозгом, это может произойти практически мгновенно.

Ещё бывает, что у человека болит, например, желудок, или сердце, или почка, а профильный врач говорит, что с «его» органами всё в порядке. Гастроскопия и УЗИ показывают прекрасное состояние желудка, ЭКГ – сердце «хоть в космос запускай», почки на УЗИ – как на картинке в атласе. Это не человек придуривается, это боль ощущается не там, где проблема. Как так выходит и почему так бывает часто, в большинстве случаев, прямо скажем – отдельная тема. Об этом как раз следующая глава.

3 

Где болит, там и повреждение? Обычно это не так. Почему?      

Иногда болит именно там, где повреждение. Например, свежий перелом или растяжение ох как болят. Боль при родах тоже ощущается именно там, где происходит самое интересное. Зуб, в котором кариозная полость добралась до нерва, тоже болит вполне локально, и любой человек может показать стоматологу, который зуб болит. Хотя с зубом уже бывает по-разному, иногда боль ощущается на участке челюсти намного больше места, которое занимает этот несчастный зуб с дыркой. И после того, как один зуб успешно пролечили, перестаёт болеть не только он сам, но и участок челюсти, который болел «за компанию». Почему болит не только сам больной зуб, но и окружающий участок челюсти? Боль передаёт нерв, в данном случае, тройничный. Когда нерв долго передаёт интенсивные болевые сигналы, мозг может начать интерпретировать их так, будто «зона поражения» больше, чем есть. И это касается, конечно, не только зубов.

Вторая причина боли не там, где повреждение – слабая способность мозга определять, где точно болит. Это характерно для боли в животе (а именно – в висцеральном листке брюшины). Напротив, боль где-то на поверхности тела или в мышцах или костях ощущается точно. Особенно на поверхности кожи. Реакция на неожиданный укол или удар – отдёрнуть, например, руку или ногу. Чтобы это сделать, нужно точно знать, где тебя укололо, и в каком направлении в этот момент двигалась, например, нога. И отдёрнуть её в противоположную сторону.

Сотни миллионов, даже миллиарды лет животные жили без медицины, и если заболело что-то в животе, можно было только лечь и подождать, когда пройдёт (или нет). Может быть, поесть какой-нибудь травы. Но смысла отличать дизентерию от аппендицита или рака желудка не было. Поэтому наша нервная система и не умеет точно определять, где болит в животе. При этом мы легко отличаем боль в мышцах живота (например, наутро после слишком интенсивной тренировки мышц пресса) от боли где-то внутри живота при отравлении, например. А боль при родовых схватках можно перепутать с болью при кишечной инфекции.

Причина головной боли иногда таки в голове, а иногда – «везде», когда голова болит от голода, интоксикации или высокого или низкого давления. Уровень глюкозы, например, низкий во всём кровеносном русле, но от голода болит именно голова.

И самое обычное дело – боль где-то в руке, ноге, пояснице, шее, где угодно из-за того, что где-то совсем в другом месте некорректно работают какие-то мышцы или напряжения связок какого-то сустава или нескольких неравномерны. А другие мышцы стараются скомпенсировать эту неправильность работы мышц и напряжения связок. И, во-первых, перенапрягаются и перегружаются, и становятся болезненными и «каменными», а во-вторых, нарушается биомеханика суставов, и движения в них начинают сустав повреждать. Такие боли вообще не там, где проблема, появляются не сразу после возникновения, собственно, проблемы. Как говорят, «дисфункция должна созреть». Разгадывание таких загадок, почему болит в данном месте – одна из самых увлекательных задач терапевта.

4 

«Хорошая» и «плохая» боль

Рассказ о том, как боль может быть хорошей, и что в ней хорошего – в главе «Хорошая боль» (часть «Терапевт и с чем его едят», раздел «Во время сеанса»). А сейчас – чуть-чуть о том, как вообще возникает боль.

Восприятие какого-то сочетания сигналов от рецепторов как боли – очень, очень сложный механизм. С кучей вариаций. И рецепторы разные работают по-разному, и есть специальные болевые, а есть другие, сигнал от которых интерпретируется как боль, если он слишком сильный. И болевые рецепторы разные. Как минимум, есть быстрые и медленные. И есть ещё система антиноцицепции – обезболивания естественным путём. Ноцицепция – ощущение боли, а антиноцицепция – отмена или «заглушение» этого ощущения. Антиноцицепция обеспечивается, в том числе, работой опиоидных рецепторов и, соответственно, секрецией нейромедиаторов, которые эти рецепторы «включают». А ещё некоторыми гормонами, например, адреналином, окситоцином и кортизолом. В общем, наше ощущение боли – не частное мнение группы рецепторов, а скорей результат голосования в парламенте, который вполне место для дискуссий, есть и право вето, и кулуарные договорённости.

С практической точки зрения нам интересно, не только какие именно физиологические механизмы обеспечивают ощущение боли, а при каких условиях возникает боль, о каких процессах в организме она говорит.

Самый простой вариант – боль, вызванная ишемией тканей, то есть нарушением их кровоснабжения, и, как следствие – кислородным голоданием. Все знают такую боль, мы чувствуем её, порезав палец, или содрав коленку. Или во время инфаркта миокарда, что случается, к счастью, гораздо реже. Когда порезан палец, перерезается и часть капилляров, и участок пальца испытывает острый дефицит кислорода. Но капиллярная сеть очень густая, и капилляров избыточное для нормального кровоснабжения количество. Поэтому снабжение тканей пальца кислородом и глюкозой, а также «уборка» метаболитов быстро восстанавливается. И если в ранку не попала грязь, болеть порез перестаёт гораздо быстрее, чем заживает.

А если грязь попала, началось воспаление, место вблизи пореза или даже весь палец опухли и покраснели, в возникновении боли участвуют вещества, которые выделяются в тканях при воспалении. Они полезны, помогают убить всех микробов и вылечиться, но действуют также на болевые рецепторы.

Поэтому острое воспаление – это больно, будь то порез или ангина. А вот хроническое воспаление – больно не всегда, например, хронический тонзиллит, болезнь Крона и куча всего ещё. Потому что ощущение боли – сложный «консенсус».

Что делать с болью в тех вариантах, что я описала – понятно. Или именно с болью – ничего, а всё лечение направлено на скорейшее заживление и предотвращение инфицирования или подавление начавшейся инфекции. Или, если уж очень больно, можно принять обезболивающие. И подождать, когда восстановится сеть капилляров или будет уничтожена инфекция.

Ещё вариант «ишемической» боли – спазмы. Сильное и длительное сокращение мышц одновременно увеличивает потребность в кислороде и глюкозе и ухудшает условия капиллярного кровотока. Если речь о спазме гладкой мускулатуры сосудов, кислородное голодание испытывают уже ткани, по которым кровь должна поступать по этим сосудам.

Почему мозг даёт сигнал мышцам сократиться так, чтобы получился спазм? Или почему мышцы, сократившись, не могут быстро расслабиться? Ответы в принципе разные для гладких и скелетных мышц. Скелетные мышцы – это мышцы, которые прикреплены к костям или иногда к сухожилиям, которые, в свою очередь, прикреплены к костям, например, к сухожильной мембране таза. Скелетными мышцами мы при должной сноровке можем управлять. А гладкие мышцы находятся в стенках сосудов и органов ЖКТ, поднимают волоски на коже и т.д. Ими мы не можем сознательно управлять напрямую.

В целом, часто мышцы, сократившись, не могут расслабиться из-за метаболических нарушений или дефицита, например, магния. А причины, по которым мозг даёт мышцам команду работать в режиме спазма, бывают очень разными: смотря какие мышцы, скелетные или гладкие и смотря, в каких ситуациях.

Что можно со спазмом или постоянным напряжением мышц сделать руками? Самое простое – размять непосредственно «каменные» мышцы массажем. Это бывает приятно, но эффект получается коротким, потому что причина такого «поведения» мышц сохраняется. Получить более стойкий результат можно, если разобраться, зачем и почему мозг держит эти мышцы в напряженном состоянии. Иногда это реакция на эмоции – все эмоции имеют телесную, двигательную компоненту, и, как «мимическая маска» на лице, есть рисунок напряжения мышц в теле, соответствующий часто или постоянно испытываемым эмоциям. В том числе, из-за временного «разрушения» этого «мимического скафандра» бывает, что люди на массаже плачут или рассказывают вдруг массажисту что-то из серии «сам не знаю, почему я об этом говорю». Не только поэтому, ведь массаж – это ещё и контакт человека с человеком.

Второй вариант постоянного перенапряжения мышц, от которого аж больно – одним мышцам приходится компенсировать избыточный тонус или наоборот, физиологическую слабость других мышц, и работать в режиме, к которому они не приспособлены, в том числе, не с теми рычагами, котоыре обеспечивают оптимальную биомеханику – чтобы получить «то же» движение, приходится сокращать мышцу сильнее. Это прекрасный вариант для работы руками с человеком. Наверное, в каждом подходе и методе есть техники для терапии такого мышечного напряжения. Специалисты, работающие в разных парадигмах, будут воздействовать на фасции, связки, мышцы, периферические нервы, рефлексы головного мозга (не те, о которых книга Павлова, но тоже), «флюидное тело» и т.д. В результате так или иначе должен случиться миофасциальный релиз или изменения в управлении движениями (см. часть «Как это работает» и главу «Управление движениями» в разделе «Нарушения подвижности» части «Обычные причины визита к «ручным» специалистам»).

Отдельно надо сказать про боль, которую «поставляют» нам оболочки нервов. Нерв состоит не только из нейронов (и клеток глии), ещё в нём есть ткани, обеспечивающие его механическую защиту. Очень важно, чтобы нерв не порвался, не передавился и т.д. А нервная ткань сама по себе очень нежная и мягкая. Механическую защиту головного и спинного мозга обеспечивает специальная жидкость, твёрдая мозговая оболочка, кости черепа и позвоночник. А периферические нервы располагаются среди костей, мышц, сосудов и т.д., и их тоже нужно защитить. Поэтому у нервов есть оболочки. Нерв – довольно плотная и прочная штука, напоминающая верёвочку.

И вот эти оболочки, сделанные из соединительной ткани (для простоты скажем – напоминающей сухожилия, но помягче), тоже иннервированы. У нервов есть нервы! И нервы нервов очень чувствительны к механических раздражениям, потому что об опасности повреждения нерва надо сигнализировать громко и заранее. Как ощущается механическое раздражение оболочки нерва, знает каждый, кто хоть раз «удачно» приложился локтем. С меньшей интенсивностью, но то же самое бывает, если оболочка нерва где-то придавилась, или немного прилипла, или что-то ещё ей кажется не так.

Ещё нервы умеют доставлять болевые ощущения далеко от места, где их что-то придавливает, задевает и т.д. Классика – боль в локте, запястье, кисти при механическом раздражении оболочек нервов, проходящих в шее. Нервы в руку идут из шейных сегментов спинного мозга. Они выходят между шейными позвонками, проходят между лестничными мышцами шеи, потом между ключицей и первым ребром, и дальше в руку. Так что есть сразу несколько «узких мест», где риск придавливания или механического раздражения нерва выше.

Есть ещё головные боли разнообразного происхождения, о них см. главу «Головные боли» этого раздела.

И ещё есть вообще странная боль, которая вообще не означает никакого повреждения, или все повреждения давно зажили, а всё равно болит. В ряде случаев это такой «запрет» ЦНС на совершение какого-нибудь движения. Про такие случаи (они очень распространены) – глава «Управление движениями» (раздел «Нарушения подвижности»).

5 

Острая боль

В целом острая боль – повод для обращения к неотложной медицинской помощи. Если вы упали, ударились, подвернули ногу и т.д. – отправляйтесь в травмпункт. Вы либо получите срочную помощь, либо узнаете, что она вам не нужна, и можно спокойно ждать, когда травма заживёт и/или обращаться, в том числе, к специалистам, работающим руками.

Если резко и сильно заболел живот, что-то в грудной клетке или даже голова (голова – прямо очень сильно и не проходит быстро или сопровождается симптомами инсульта) – вызывайте «Скорую». Либо вам помогут, либо скажут, что ваше состояние не требует срочной медицинской помощи. Не нужно ждать, пройдёт ли само, особенно, если такое с вами в первый раз, иногда значение имеют часы.

Если у вас болит зуб – идите к стоматологу, сама собой дырка в зубе не зарастёт.

А вот если врачи вас осмотрели и провели нужные исследования и «ничего не нашли», или назначили лечение, оно проводится, но боль остаётся, скорей всего, вам поможет сочетание правильной физкультуры, работы «ручных» специалистов и, возможно, изменение питания, травы, гомеопатия, китайские, тибетские, аюрведические методы. Нужно искать. И это уже история про хроническую боль.

С какими видами острой боли хорошо справляются «ручные» методы? Во-первых, любая боль при движении. Если у вас ничего не болит, пока вы держите голову ровно, но как только вы повернули её до какого-то градуса, так сразу ОЙ – это она, острая боль при движении.

Во-вторых, острая головная боль (мигрень – тоже). Когда голова сильно болит, куда-то идти сложно. А если она болит, например, раз в неделю, можно выбрать день без острой боли и таки сходить. Только не на «правку атланта», а к нормальному остеопату или мануальщику.

В-третьих, острая боль «без причины». Вы были у врачей, они вас обследовали и сказали, что всё нормально. Но болит всё равно. Может, где-то в грудной клетке, или в животе, или рука-нога-спина-бок, что угодно, но формально вы здоровы. Грыжи на МРТ – не в счёт, они практически никогда не причиняют боли и есть у большинства взрослых людей.

Иногда бывает даже боль «без причины» после операции, которая прошла прекрасно, и восстановительный период – тоже. У меня был яркий случай такого, боль прошла после работы с ликворной системой, я думаю, что она была ответом на общий наркоз. Почему такой ответ на наркоз и при чём тут ликворная система – не знаю.

В-четвёртых, когда «заклинило» шею или поясницу (реже – грудной отдел). Это тоже классический случай для работы руками.

В-пятых, сильные менструальные боли. Гинеколог смотрел, никаких новообразований и т.д. нет, но каждый раз в начале месячных больно так, что хоть кричи (иногда и кричат). Это хорошо поддаётся «ручной» терапии, важно найти специалиста, которому вы сможете доверить такую деликатную проблему и кому вам достаточно комфортно или хотя бы не страшно позволить прикасаться к репродуктивным органам. Если вы вообще не готовы к такому, ищите специалистов, которым достаточно положить ладонь под крестец или на промежность в одежде. Скорей всего, это будет кто-то, работающий краниосакральными техниками. В любом случае, нормально заранее спросить, как всё будет.

6 

Головные боли

Головные боли – очень частый пациентский запрос. Иногда специалист, работающий руками – первый, к кому обращаются за помощью, а иногда пациент приходит после терапевта и невролога.

Причин у головной боли огромное множество, и часто их сочетается несколько у одного человека. Обычная история – когда есть одна или несколько постоянно действующих причин, которых всё-таки недостаточно для того, чтобы голова заболела. Но когда к ним добавляется ещё одно воздействие, голова начинает болеть, даже если это воздействие само по себе слабое.

Самый простой случай – головная боль из-за интоксикации. Так голова болит, например, во время острых инфекционных болезней, в том числе, грипа. Клетки организма, повреждённые инфекционными агентами, гибнут, иммунная реакция включает в себя повышение уровня цитокинов. Но люди с такой головной болью почти никогда не приходят к специалистам, работающим руками, они лежат дома с температурой. Или не лежат, но понимают, что голова пройдёт сама, когда они выздоровеют от инфекции. Так обычно и получается.

Но хроническое воспаление может быть фактором, провоцирующим головные боли. И ещё состояние, которое называют «мозговым туманом» или «ватной головой», когда вроде ничего не болит, но не получается сосредоточиться, плохое настроение, и голова «мутная». В таких случаях нужно разбираться, что это за воспаление. Если локальное, устранять его причину, например, пищевую непереносимость. Или лечить инфекцию, например, гепатит. Если это то, что называется общим уровнем воспаления или модным сейчас термином нейровоспаление, нужно снижать уровень воспаления разными способами, от подбора питания и приёма БАДов и фитопрепаратов до психотерапии (да, так тоже можно).

Какую пользу в таких случаях может принести специалист, работающий руками? Например, улучшить ликвородинамику – движение спинномозговой жидкости. Она вырабатывается клетками, выстилающими полости внутри головного мозга – желудочки, протекает по системе желудочков (всего их четыре) и вытекает в пространство между мозгом и твердой мозговой оболочкой. Состояние слоя клеток, с которым ликвор соприкасается непосредственно, и собственно его движение важно для состояния человека по многим параметрам, в том числе, бывает связано с головной болью.

А ещё можно руками улучшить кровообращение и движение лимфы в брюшине и брыжейках, и убрать напряжения связок внутренних органов, которые мешают им двигаться как положено на вдохе (когда диафрагма толкает их вниз) и выдохе (когда диафрагма временно больше не толкает, и они возвращаются обратно). Органы, в том числе, кишечник, от этого работают лучше, если там был воспалительный процесс, его интенсивность снижается, и головные боли из-за интоксикации и/или воспаления уменьшаются тоже. Это не всё влияние на головную боль с помощью работы с внутренними органами (см. также главу «Внутренние органы: как и зачем мы с ними работаем», часть «Как это работает?», раздел «С чем вы работаете?»).

Вопреки шутке «Как может болеть голова? Это же кость!» как раз кости черепа и прилегающая к ним твёрдая мозговая облочка (ТМО) распрекрасно умеют болеть (см. также главы «ТМО» и «Кость и надкостница» раздела «С чем вы работаете?»» части «Как это работает?»). В отличие от собственно нервной ткани, которая лишена болевых рецепторов. Понятно, почему – если дошло до механического повреждения мозга, ощущение боли уже ничем животному не поможет. ТМО, швы и кости черепа, как и другие фасциальные структуры, болят, когда в них есть неравномерные напряжения, компрессируются (сдавливаются) или механически раздражаются оболочки нервов и т.д. При воспалении, конечно, тоже, но воспаление оболочек мозга – менингит – часто острое заболевание, с ним тоже не приходят к специалистам, работающим руками. Бывает и хронический менингит, пациент с ним вполне может прийти к «ручному» терапевту. А терапевт должен понять (возможно, не сразу), что тут недостаточно его усилий.

В целом ТМО – очень благодарная структура для воздействия руками (см. также главы «Твёрдая мозговая оболочка» раздела «С чем вы работаете» и «Что такое КСТ» раздела «Группы методов»). Кости черепа и надкостница, как и ТМО, могут долго удерживать механические напряжения. А нарушение нормальной подвижности относительно друг друга височных костей и затылочной влияет на венозный отток из полости черепа и не только. Ещё – от глаз и участков вокруг глаз, где образуются «синяки» или «мешки» под глазами. Затруднение венозного оттока, в свою очередь, вызывает ухудшение условий для удаления от клеток мозга продуктов метаболизма. Это может проявляться не только головной болью, но и тяжёлым пробуждением утром, отсутствием бодрости, ощущением, что не выспался, даже если по времени сна достаточно и т.д. Иногда люди так живут годами.

Есть понятие «головная боль напряжения», когда голова болит после или даже во время большого эмоционального напряжения или в шумном помещении и т.д. В таких случаях головная боль часто сильная, и люди часто используют анальгетики (НПВП). Это препараты, имеющие массу побочных эффектов, но зато работающие быстро. Но они не решают проблему, и даже могут её усугублять. Работа руками с ТМО, сосудами головы, сосудами вообще, вегетативной нервной системой хорошо помогает при таких головных болях (см. главу «Вегетативная нервная система» раздел «С чем вы работаете?» части «Как это работает?»).

Ещё головные боли напряжения, а также вообще хронические головные боли провоцируются неравномерным натяжением связок, соединяющих шейные позвонки, прежде всего, два верхних и затылочную кость, и связок височно-нижнечелюстных суставов. Выровнять натяжения этих связок – тоже нормальная задача для специалиста, работающего руками. Важно, чтобы методы были мягкими, без хруста, сильного вытягивания, резких движений и т.д. Есть приёмы, которые пациент может научиться делать самостоятельно, их дают, например, специалисты, работающие по методу Маллигана.

Бывает, что голова болит при высоком или низком артериальном давлении. Тут, конечно, задача в том, чтобы нормализовать давление, тогда и голова сама пройдёт. «Ручными» методами можно снизить давление. Что приятно – не ниже нормального уровня. Есть несколько подходов к тому, как это делать. Можно сдвигать баланс вегетативной нервной системы в сторону большей активности парасимпатического компонента (см. главу «Вегетативная нервная система», раздел «С чем вы работаете?»» части «Как это работает?»). Можно работать с эндотелием сосудов, влияя на ренин-ангиотензин-альдостероновый каскад (нет, я не знаю, как это возможно, и никто не знает, но умею делать, и другие умеют). Можно влиять на тонус мышечной стенки сосудов. Например, устраняя механическое раздражение шейных симпатических ганглиев и/или каротидного синуса, мы останавливаем поток нервных импульсов, запускающих рефлекторное сокращение мышц в стенках сосудов, которое логично приводит к повышению давления.

Головная боль при пониженном давлении бывает при состоянии, название которого часто ругают – вегето-сосудистая дистония (ВСД). Не знаю, чем диагноз ВСД хуже диагноза «ринит» (насморк по-латыни). По сути речь о том, что тонус сосудов нарушен из-за неправильной работы ВНС или неправильной реакции гладких мышц сосудов на сигналы ВНС. Так бывает. С ВНС можно работать руками, и головные боли это часто облегчает.

И самый интересный, самый мучительный и самый загадочный тип головных болей – мигрень. Есть препараты, купирующие приступы, нет общепринятого и доказательного метода лечения. То, что легко и быстро или медленно, но надёжно помогло одному пациенту с мигренью, может вообще не помочь другому. Каждый случай мигрени – другой, и нужно искать, что именно для вас ослабит или решит проблему. Мне помогло довольно сильно измениться самой. Я решила, что я, пожалуй, откажусь от некоторых черт личности взамен на отсутствие приступов мигрени. Тем более, что ничего хорошего в этих чертах не было.

Что можно сделать с мигренью руками? Можно снизить частоту и интенсивность приступов, можно купировать приступ. Регулярной работой, примерно раз в 1 – 3 месяца, можно вообще убрать приступы, но если прекратить сеансы, они могут возобновиться.

7 

Боль в спине

Я читала, что самая частая причина обращений к «ручным» специалистам – боль в спине. Спина – довольно длинная часть тела, и вдоль всей спины идёт позвоночник. У большинства людей на спине видны остистые отростки позвонков. Поэтому боль в спине, особенно, если она ощущается ближе к середине спины, а не к боку, часто связывают с позвоночником. И чтобы понять, в чём причина боли в спине, делают МРТ соответствующей части позвоночника. И находят межпозвонковые грыжи. Но проблема почти всегда совершенно в другом. Грыжи межпозвонковых дисков есть у большинства людей, и почти никому не доставляют неудобств. Иногда доставляют. Но очень редко (см. также главу «Псевдопричины», она в конце этой части книги).

А что тогда болит в спине, если не позвоночник? Одна группа случаев – боль, возникающая в какой-нибудь мышце или нескольких мышцах при каком-нибудь определённом движении или вообще при любом, или трудно найти движение, при котором не больно. Эту группу можно тоже условно разделить на две:

1) «запрет» на движение со стороны ЦНС, ощущаемый как боль; и

2) боль в истинно перенапряжённых мышцах.

Про «запреты» ЦНС на движение я подробно рассказала в главе «Управление движениями» (раздел «Нарушения подвижности» этой части).

А боль в перенапряжённых мышцах возникает, когда каким-то мышцам приходится работать просто слишком много и (или) не в том режиме, к которому они приспособлены. Такое случается, когда другие мышцы, участвующие в каком-то двигательном акте, например, в походке или поддержании вертикальности тела, не включаются, как надо. И оставшимся участникам приходится работать «за себя и за того парня».

Например, мышцы живота не включаются, как положено, не отвечают усилением сокращения на увеличение нагрузки. И мышцам поясницы приходится брать на себя непропорционально большую часть работы по поддержанию вертикального положения тела. Так бывает, например, ближе к концу беременности, когда мышцы живота «выключены», чтобы их сокращение не спровоцировало преждевременные роды. У женщин в конце беременности, бывает, болит поясница: мало того, что центр тяжести смещён, ещё и мышцы живота не помогают мышцам поясницы удерживать тело вертикально. И после родов не всегда мышцы живота восстанавливают свою функцию самостоятельно, бывает, что им нужно помочь. «Ручные» методы для этого хорошо подходят. А если к ним добавить правильно подобранные упражнения, будет совсем хорошо.

Беременность – не единственная причина, «выключающая» мышцы живота. Я видела не работающие как надо косые мышцы живота и у молодого мужчины с красивым мышечным рельефом, работающего фитнес-тренером. Большие мышцы – не то же самое, что правильно функционирующие. Причин, из-за которых мышцы не включаются в движение как положено, очень много (см. также главу «Управление движениями»), и в разных методах и подходах есть разные техники для диагностики и терапии таких нарушений.

Вторая группа причин боли в пояснице – нарушения работы пищеварительных органов и напряжения фасциальных структур брюшной полости. Это связки и капсулы внутренних органов и брыжейки, см. также главу «Как мы работаем с внутренними органами» (раздел «С чем вы работаете?» части «Как это работает?»). В таких случаях боль чаще не возникает при движении, а наоборот, сильней всего с утра после сна, а когда человек «расходился», боль проходит или становится слабее. Также она может усиливаться или ослабевать в зависимости от того, что человек ест. Продукты, вызывающие воспалительные реакции кишечника аутоиммунного или другого характера, будут усиливать боль в пояснице.

И ещё поясница часто начинает болеть или начинает болеть сильнее на фоне или после сильного эмоционального стресса. С одной стороны, потому что на фоне сильного стресса здоровье вообще ухудшается (см. также главы «Правда ли, что всё от…» раздела «Из-за чего появляются боль и ограничение движений?» этой части и главу «Высокий уровень стресса» части «Когда ещё можно приходить?»). А с другой стороны, потому что эмоции всегда имеют двигательное выражение. И если человек «застревает» в какой-то эмоции, мышечные, а также фасциальные напряжения, соответствующие ей, вызывают такую же перегрузку мышц с последующей болью, как и «выключение» других мышц, участвующих в двигательном акте.

Кроме поясницы, часто болит шея. Здесь эмоциональные причины приводят к боли, наверное, даже чаще, чем в случае поясницы. Типичная реакция на эмоциональное напряжение (страх и не только) – «втянуть голову в плечи». Поднять плечи, а голову выдвинуть вперёд, как гусь, который шипит. Если человек испугался, втянул голову в плечи, увидел, что опасность миновала или вообще показалось, и снова расслабил плечи, всё будет хорошо. Но бывает, что человек постоянно живёт как будто под грузом каких-то опасений, или занят ответственным проектом, и работает с большим напряжением, чтобы всё получилось. Бывает, что из-за неумения общаться человек часто провоцирует агрессию в свой адрес, и оказывается в очень недружелюбной среде, что, естественно, повышает его уровень стресса. Бывают и разные другие сюжеты, заставляющие человека постоянно, хотя бы по чуть-чуть, но втягивать голову в плечи. Шея от этого болит часто, и нередко – ещё и голова.

Шейные позвонки – самые лёгкие, тонкие и нежные, шея тонкая, и на ней сверху – тяжёлая голова. Поэтому при каких-то резких изменениях скорости, например, даже при небольшой автомобильной аварии, когда один автомобиль стукнул в задний бампер другой, голова на шее ведёт себя как грузик на тонком упругом стержне. И получается хлыстовая травма шеи. Даже если ничего не порвалось и нет растяжения связок, связки, окружающие позвонки, могут очень долго сохранять напряжение, и возникшее, чтобы скопменсировать резкий рывок, и причинённое этим рывком. Это влияет на состояние окружающих мышц, оболочек нервов, сосудов и т.д. И в том числе, может приводить к болям в шее из-за напряжения мышц, которые пытаются скомпенсировать неравномерное напряжение связок. Не могут, конечно, и перенапрягаются.

Похожим образом возникает боль, вызванная нарушением нормальной подвижности шейных позвонков, когда один немного «прилип» к другому, например.

Реже, но бывают боли как бы в грудном отделе позвоночника, когда болит или некомфортно себя чувствует спинная сторона грудной клетки. Боль в спине примерно на уровне лопаток – характерный признак напряжений дыхательной диафрагмы. В этом случае боль похожа на усиленное ощущение зуда или «неудобства» и обычно усиливается, когда человек расправляет спину и плечи, встаёт ровно и красиво. Бывает ещё, что боль как будто в грудном отделе позвоночника связана с напряжениями связок перикарда, сердечной сумки. И с диафрагмой, и с перикардом очень удобно и эффективно работать руками. Но причины, из-за которых возникли напряжения диафрагмы и перикарда, часто бывают связаны с эмоциями или глубже – с представлениями о мире и о себе, и стилем мышления. Тогда они будут возникать через какое-то время (может, и длительное), пока человек не поменяет что-то в своём мировоззрении. Только не на словах, «умом я понимаю», а по-настоящему, всем своим существом.

И ещё частая история про острую боль в грудном отделе – фасеточный синдром. Фасетками называют суставы, которыми рёбра прикреплены к грудным позвонкам. Как и в любом другом суставе, в фасеточном кости могут сместиться в такое положение относительно друг друга, что утратят свою нормальную подвижность. И человеку становится больно дышать, а часто и вообще находиться в вертикальном положении. Фасеточные суставы легко и быстро вправляются руками, и потом ещё нужно немного «успокоить» ткани, чтобы всё пришло в норму быстро.

2 

Нарушения подвижности

В этом разделе говорится сначала о подвижности суставов, а в последней главе – о том, что и как вообще движется в нашем теле. Движется всё и движется разнообразно!

1 

Что такое нормальная амплитуда движений?

Каждый сустав состоит, как минимум, из двух костей, а также из соединяющих эти кости связок. Некоторые связки просто соединяют кости между собой, а некоторые переходят в мышцы, которые обеспечивают движение костей сустава относительно друг друга. Сустав сгибается и разгибается, иногда одна кость в нём вращается вокруг своей оси, иногда кости в нём движутся чуть-чуть и по сложной траектории.

У костей, образующих сустав, есть суставные поверхности. Они определённой формы, и как раз их форма и определяет, какое движение в данном суставе технически возможно. Так же, как форма передаточных валов, рычагов и других деталей определяет, как они будут двигаться в составе общего механизма. Связки и мышцы удерживают кости сустава таким образом, чтобы их суставные поверхности могли двигаться друг по другу. Если одна суставная поверхность «теряет» другую, это называется вывих.

Таким образом, у сустава есть направление подвижности и нормальная амплитуда движения. Например, коленка или суставы пальцев сгибаются в одной плоскости, плечевая кость вращается в плечевом суставе, бедренная – в тазобедренном и т.д. У некоторых суставов амплитуда движений большая, та же плечевая кость может вращаться, и мы можем направить руку и вперёд, и почти назад, и вбок, и вниз, и вверх. И ещё можем висящую вниз руку прокрутить так, чтобы локость смотрел и почти вперёд, и в сторону туловища. А у некоторых суставов совсем маленькая амплитуда подвижности. Например, в крестцово-подвздошных сочленениях, соединяющих крестец и подвздошные кости таза, движение происходит маленькое-маленькое.

Но в любом случае хорошо, когда сустав может совершать движения во всех направлениях и с полной амплитудой, предусмотренной его биомеханикой. Зачем это нужно, кроме очевидного – обеспечения нам возможности ходить, есть, дышать, махать руками и т.д. комфортно? Тем более, что как-то ходить, есть и делать всё остальное нужное в быту можно и с амплитудой движений в суставах, очень далёкой от полной. Если коротко: чтобы улучшить питание всех тканей сустава и вокруг него, чтобы не перегружались другие суставы, и чтобы управление движениями мозгом было оптимальным.

2 

Почему все не могут гнуться, как йоги?

Как известно, есть люди гибкие, есть средние, а есть вообще не гибкие, как деревянные Буратины. Почему так? Понятно, что если хочешь стать гибким, надо заниматься растяжкой или йогой, например. Но всё-таки, что мешает сесть на шпагат или хотя бы положить лоб на выпрямленные коленки? Если кто-то так может, значит, любой человек, не имеющий дефектов строения суставов, тоже в принципе должен мочь. Но нет. А у некоторых людей наоборот, гиперподвижность суставов, они пальцы выгибают «наоборот» так, что смотреть страшно.

Обычно непоготовленному человеку принять какую-нибудь йоговскую позу или сесть на шпагат мешает боль. Бывает, что движение само по себе не выглядит сложным, но не получается, потому что только начал сгибаться или растягиваться, повторяя за инструктором, и стало больно. Чему стало больно? Обычно боль ощущается в связках или суставах, и люди говорят, что связки «не растянуты». Но у гибких людей связки такой же длины. И связки сами по себе почти нерастяжимы, иначе при бы сокращении мышцы связка, которой мышца крепится к кости, просто растягивалась, общая длина конструкции из мышцы и связки оставалась бы той же длины, и никакого движения не получалось бы.

Секрет гибкости и растяжки – совсем не в связках, а в правильной биомеханике движения и реакции мышц на растягивание. Если понаблюдать за группой на занятии йогой или растяжкой, легко заметить, что сами движения инструктора и учеников разной степени продвинутости различаются, особенно, новичков и тех, у кого нужные позы получаются хуже всех. Они просто выполняют не одно и то же движение. Хороший инструктор и его продвинутые ученики выполняют движение, адекватное биомеханике суставов, которое технически возможно и не повреждает суставы. Чтобы научиться совершать именно такое движение, недостаточно простых попыток копировать то, что показывают, нужны объяснения и другая помощь. Если человек ещё не освоил именно нужное движение, пусть и с маленькой пока амплитудой, он делает не то, что показывают. И пытается согнуться и растянуться, нарушая биомеханику суставов, а если слишком в этом усердствует, невзирая на даже боль, занятия вместо пользы приносят вред.

Вторая часть – реакция мышц на растягивание. В общем и целом скелетные мышцы всегда находятся в некотором тонусе. В том числе, разгибатели, например, локтевого сустава – во время сгибания руки в локтевом суставе. Сустав сгибается, мышцы-разгибатели растягиваются, но и немного сокращаются, получается похоже на резинку – мы растягиваем её, преодолевая силу, которая сжимает резинку до «расслабленной» длины, и чем сильнее растягиваем резинку, тем трудней тянуть. Для мышцы это называется работой в уступающем режиме. В идеале интенсивность сокращения мышцы в уступающем режиме позволяет совершить полное движение, например, сила сокращения в уступающем режиме трицепса плеча позволяет полностью согнуть руку в локте. Если же мышца в уступающем режиме сокращается слишком сильно, не уступает, то и движение не получается довести до конца. В том числе, потому, что одновременно и мышцы, которые его совершают не включаются в полную силу. А это уже происходит из-за того, как мышцами управляет мозг. Не сознание, а мозг, он вовлечён в управление движениями почти весь так или иначе.

Есть ещё третья составляющая гибкости и подвижности суставов, она касается движений туловища, особенно, наклонов вперёд и разворотов вбок. В данном случае важно состояние внутренних органов, см. главу «Внутренние органы: как и зачем мы работаем с ними» в разделе «С чем вы работаете?» части «Как это работает?».

3 

Зачем нужна полная амплитуда движений в суставе?

С тем что такое нормальная амплитуда движений в суставах, разобрались. А зачем и почему нужна возможность совершать в суставах движения полной амплитуды?

Понятно, что если движения в каком-то суставе, и даже одно из движений в нём, ограничены очень сильно, почти совсем невозможны, это неудобно. Мешает ходить, например, или одеваться-раздеваться. Или поворачивать голову, и приходится разворачиваться всем корпусом. Или не гнётся совсем палец на руке, и этой рукой сразу мало что можно делать. Есть такие движения, сильное ограничение которых делает человека инвалидом. Такие случаи не вызывают вопросов: каждому ясно, что ситуацию нужно исправлять, насколько это возможно.

А есть движения, которые в принципе можно даже вообще не делать, и жить это вроде бы не мешает. Например, спокойно можно обойтись без замыкания рук в замок за спиной, когда одна идёт над плечом, а вторая – снизу, мимо поясницы и выше к лопаткам. И где-то на уровне лопаток руки встречаются, и могут ухватиться друг за друга. Или не могут, потому что не дотягиваются, у кого как. Казалось бы, какая разница? Так делать не нужно в быту, и работа в большинстве случаев от невозможности этого движения не страдает.

Но если человек не может соединить так руки в замок за спиной, это означает, что у него ограничено вращение плечевой кости в плечевом суставе, а может, и другие движения в плечевом суставе. Интересно, что то же вращение плечевой кости может быть ограничено при поднятой вверх руке и совершенно свободно происходить, если рука висит вдоль тела или отведена в сторону и т.д. Уже то, что человек может вращать плечевую кость, когда рука висит вдоль тела и не может делать вроде бы то же самое, когда рука поднята вверх, говорит о том, что причина органичения – «не в железе, а в софте», то есть сам сустав не повреждён (например, воспалением) или его повреждение (например, небольшой артроз) не мешает движениям. И связки, мышцы и все остальные структуры, которые задействованы в этом движении могут быть в порядке. И всё ограничение движения в части случаев – из-за нарушения управления мозгом движениями. Это не грубое органическое нарушение вроде инсульта или ДЦП, а небольшое и функциональное. То есть мозг тоже в полном порядке, но почему-то «решил», что такое-то движение делать нельзя. Больно или человек не умеет. И не может научиться, что интересно, хотя другие движения вполне может освоить.

Когда какое-то движение Х становится невозможно вообще или в какой-то степени, меняются паттерны всех остальных движений, в которых участвуют структуры, каким-то образом задействованные в движении Х. Так как тело человека (и любого живого существа) – биомеханически единая система, задействовано примерно всё примерно во всём. И есть большие паттерны, в которых непосредственно участвуют мышцы всего тела, например, дыхание и походка. А раз участвуют мышцы, значит, для управления мозгом этими движениями важно и состояние связок, надкостницы, оболочек нервов, всего, на что механически влияет сила сокращения соответствующих мышц. Даже когда эти мышцы сокращаются для осуществления совсем другого паттерна. Например, грудобрюшная диафрагма участвует и в паттерне дыхания (это все знают), и в поддержании вертикального положения тела (это уже менее распространённое знание). И, кстати, вращение плеча тоже задействовано в дыхании. Если плечевой кости «запрещено» вращаться вообще или в каком-то положении руки, или в каком-то диапазоне градусов, перестраивается и паттерн дыхания таким образом, чтобы вращения плеча избежать. И становится ограниченным, может возникнуть ощущение «не могу вздохнуть полной грудью». Это уже вызывает дискомфорт. И чтобы человек мог задышать как следует, и как его душа просит, нужно вернуть полную амплитуду вращения в плечевом суставе. И мозг «снимет запрет» на другие движения, которые вроде бы делаются не в плечевом суставе и не руками, но для которых важна свобода вращения плеча. Походка, кстати, тоже. Или не «снимет», если есть ещё суставы, движение в которых ограничено, и нужно «освободить» и их. Ограничено мозгом же, это как самая кафкианская бюрократия, только ещё хуже.

Ещё есть суставы, которыми мы как бы не двигаем осознанно, например, те, что соединяют рёбра и грудину или рёбра и отростки грудных позвонков. Если ограничено движение в этих суставах, тоже не получится полного вдоха, а может быть и больно, это называется «фасеточный синдром». Боли в области позвоночника или при дыхании при небольшом ограничении движения рёбер в фасеточных суставах может не быть, но влияние на дыхание и через него на множество произвольных движений, а также на осанку – есть.

Частично, а иногда и полностью, свободу движения в суставах человек может обеспечить себе сам, систематическими упражнениями. Но не всегда самостоятельно получается всё. Почему и какова роль «ручных» воздействий и упражнений, см. главу «Роль ручной работы и упражнений» части «Что с чем и как можно и нельзя сочетать».

4 

Что ограничивает движение?

Понятно, что у каждого движения, которое в принципе может совершить человек, есть разумные пределы, обусловленные биомеханикой суставов и прикреплением мышц. Например, локоть в принципе нельзя согнуть перпендикулярно его обычной траектории сгибания – и локтевой сустав на такое не способен, и мышц для такого движения нет.

Что, кроме биомеханики и тонуса (и реакции на растягивание) мышц может ограничивать движение так, что его амплитуда намного меньше обычной и/или меньше, чем у этого же человека была раньше? На самом деле, ничего другое не может, вопрос только в том, почему снижена способность мышц реагировать на растяжение увеличением своей длины или почему нарушена биомеханика сустава, то есть кости располагаются не так, как надо, всегда или в определенные моменты движений. Сейчас напишу про истории вроде «раньше мог завести руку за спину и потрогать лопатку, а теперь не могу».

Во-первых, что значит «не могу»? Я при таких жалобах спрашиваю, что происходит, когда вы пытаетесь. И показать, как это происходит. Если взять пример с заведением руки за спину, рука может просто «не идти» дальше. Вы пытаетесь, тянете ладонь выше, а она просто остановилась и не идёт. Другой вариант – в какой-то момент движения становится больно, при этом может не быть ощущения, что движению как таковому что-то мешает, если бы не боль, можно было бы продолжить его. Или человек не может сделать какое-то движение активно, но если делать его пассивно, например, тянуть его руку за спину дальше, движение спокойно и безболезненно продолжается.

Почему такое происходит? Более простой теоретически и сложный и трудоёмкий практически вариант – из-за травмы или по другой причине связки стали короче или где-то образовались лишние соединения между ними, или мышцы были повреждены (разрезаны, разорваны) и не восстановились. В таких случаях нужна длительная реабилитация, обязательно включающая в себя двигательную часть, человек должен совершать движения в повреждённом суставе. О роли двигательных практик в такой реабилитации есть прекрасная, по-моему, книга Леонтьева и Запорожец «Восстановление движения» о реабилитации раненых Второй мировой с повреждениями рук. Замечательное открытие, сделанное авторами, состоит в том, что лучше всего движения восстанавливались при работе руками, которую пациенты совершали с энтузиазмом, которая имела для них важный смысл. В книге это было изготовление деревянных оконных рам для восстановления разрушенного Сталинграда. А гимнастика совсем не пошла. Но гимнастика там была из серии «поднимите руки, а теперь махните, а теперь опустите». Я думаю, что практики, в которых движения более осознанные (Фельденкрайз и т.п.) подойдут лучше. Но и практическая деятельность нужна, мозгу нужно заново научиться управлять рукой, которая была повреждена. «Ручной» работой тут можно вернуть в той или иной степени связкам их изначальную длину и форму. И ещё можно помочь мозгу заново научиться управлять движениями, например, руки. Заново учиться нужно потому, что долгое время управление движениями повреждённой части тела идёт под лозунгом «Ничего нельзя!». От всего будет больно, любое движение может повредить ткани ещё хуже. И нужно буквально показать мозгу, что от такого-то движения уже ничего плохого не будет, чтобы оно стало «разрешённым».

Второй вариант – когда сустав или мышцы не повреждены совсем или повреждение совсем небольшое и давно зажило, но всё равно «рука не поднимается» или больно её поднимать. То есть вроде как нет причин для проблемы, а проблема есть. В данном случае «проблема в голове». Не в смысле, что пациент придуривается и делает вид, что чего-то там не может или ему больно, а в смысле, что мозг «запретил» какое-то движение. Почему, не всегда можно понять. Такие «запреты» так же загадочны, как цензура Фейсбука – кого-то банят за фотографию цветущего растения, а кто-то пишет и пишет всякое кровожадное и злобное, и хоть бы что. «Бан» движения мозгом может выглядеть как «досюда поднимаю руку, а дальше не могу, не идёт» или «досюда поднимаю спокойно, а дальше больно», или боль при каком-то одном определённом движении, например, положить ладонь под затылок и лёжа на спине попытаться положить локоть, как он сам ложится под действием силы тяжести. «Забаненными» оказываются движения легко доступные обычному человеку, не типа «сесть в лотос», а типа «поднять руку через сторону вверх».

Разными «ручными» методами можно «разбанить» движение. Работают такие методы быстро, за несколько минут. Если стало можно свободно делать движение, которое было невозможно сделать 10 минут назад, дело в «запрете» мозга, состояние самой мышцы или связки не может измениться так быстро. Так быстро можно и механически изменить положение костей, но параллельно или последовательно нужно будет и «напомнить» мозгу, что такое-то движение теперь возможно. Система управления движениями сложна и многослойна, и завязана на сенсорную «карту» тела, на которой «отмечено» каждое сухожилие, мышца, нерв и т.д. И если каким-то образом показать, что данное движение не повреждает ткани, ничего в нём нет плохого, мозг «снимает бан». Такие штуки делают, например, специалисты PDT-R, но не только. Некоторые, а может, и многие, мануальные методы тоже «снимают бан», хотя не преподносятся как работающие именно с ЦНС.

И самый простой способ «разбанить» движение самостоятельно – медленно и вдумчиво делать его до начала боли. Стало немного, совсем чуть-чуть, крошечку больно – возвращаетесь обратно, и снова пытаетесь сделать движение. В идеале, если вашей чувствительности достаточно, движение нужно доводить до момента, когда оно становится немного другим. Это не боль, но какое-то изменение. Можно и нужно чуть менять траекторию, если чувствуете, что так можно увеличить амплитуду безболезненного движения. Постепенно вы сможете делать движение без боли со всё большей амплитудой. Не всегда этого достаточно, но это всегда полезно. Это применимо только к случаям, когда боль возникает, когда движение доходит до какой-то амплитуды, а в остальное время боль в этом месте отсутствует.

5 

Управление движениями

И причины появления боли и ограничения произвольных движений, и как и почему с этим помогают справиться разные «ручные» методы, становятся понятнее, если немного узнать о том, как устроено управление движениями человеческого тела, как и тела любого животного.

Тема огромна и сложна, и, как всегда, многое ещё не изучено. На практике мы пользуемся гипотезами и концепциями, частично основанными на научных данных, а частично созданными на основании клинического опыта, практических наблюдений и общих представлений о функционировании живого организма.

Основные мысли следующие.

1. Нет движений, которые делаются одной мышцей, кроме тиков типа «глаз дёргается», всегда участвует много мышц, которые должны включаться параллельно и последовательно.

2. Управление движениями – это многоуровневая система, задействующая все отделы головного мозга и спинной.

3. Одна «нога», на которой стоит управление движениями – задачи, которые так или иначе решает организм с помощью движений, включая поддержание позы и осанку.

4. Управление движениями осуществляется на основании потока информации от множества механорецепторов, также учитывается зрительная и слуховая информация. Это вторая «нога», на которой стоит управление движениями.

Немного разверну каждый из пунктов.

1. Все движения, которые мы совершаем, и сложные вроде ходьбы, кувырков или письма, и простые, как дыхание или «поднять руку вверх» – это паттерны, результат совместной работы множества мышц. Каждая из мышц-участниц должна работать в нужном режиме в каждый момент двигательного паттерна. Это похоже на игру оркестра или музыкальной группы – чтобы музыка получилась, нужно, чтобы каждый исполнял свою партию чисто.

Если какие-то мышцы не включаются в нужный момент или недостаточно сильно сокращаются, или недостаточно растягиваются, чтобы дать мышцам-антагонистам сократиться как надо и совершить свою работу, или теряется подвижность суставов, или нарушается правильное расположение костей в суставах (не до вывиха, а чуть-чуть) паттерн искажается. Движение начинает совершаться не так, как надо.

Это может создавать избыточную нагрузку на мышцы. Во-первых, потому что из-за изменения расположения костей нарушаются оптимальные рычаги, а во-вторых, если из нескольких мышц-участниц какие-то работают вполсилы, остальным приходится работать «за себя и за того парня». Я очень сильно упрощаю.

Если движение в суставе совершается не так, как «предусмотрено» его конструкцией, это может приводить к избыточной нагрузке на хрящи суставных поверхностей, и получается отёк и механическое повреждение хрящей. Поэтому артроз – это как мозоль. Мозоль – результат длительного натирания участка кожи, а артроз – результат длительной работы сустава с нарушенной биомеханикой. Артроз не возникает сразу, как нарушилась биомеханика сустава, и мозоль не образуется сразу, как вы надели слишком узкие туфли или взяли в руки весло. Мозоль нельзя вылечить, если не устранить натирание, то есть сменить обувь или дождаться, когда ладони адаптируются к трению весла – образуются так называемые сухие мозоли, которые не доставляют дискомфорта, хотя и представляют собой измененённые участки кожи. И артроз нельзя вылечить, не исправив биомеханику сустава.

2. Для сложных паттернов вроде походки есть «базовая схема» и возможности её варьирования. На примере походки это примерно так. Есть базовый паттерн, нейронная сеть для которого расположена в спинном мозге, и работает даже когда человек не может по своему желанию ходить. Такую автоматическую ходьбу, которая запускается движением опоры под ногами, как на беговой дорожке, используют в реабилитации людей, которые потеряли возможность ходить самостоятельно, например, из-за инсульта.

В нормальной жизни мы никогда не ходим автоматически, паттерн походки всегда приноравливается к внешним условиям, меняется в зависимости от настроения, самочувствия и т.д. По гололёду люди ходят не так, как по песку. Хождение по сложной поверхности вроде узкой лесной тропинки, из которой там и тут торчат корни и на которой попадаются камни, шишки и ветки – отдельная история, приспособлением походки к таким сложным условиям занимаются те же нейронные сети, что работают у кошки, которая пробирается по столу, заставленному посудой. По походке мы можем отличить старушку от молодого парня, женщину-танцовщицу от мужчины-штангиста, кокетничающую девушку от спешащей бизнес-вумен, весёлого человека от грустного и т.д. Хотя все эти люди «просто идут».

И если понаблюдать за прохожими, легко заметить, что все ходят по-разному. Кто-то косолапит, кто-то шаркает, кто-то весь как будто подпрыгивает при каждом шаге, кто-то припадает на одну ногу и т.д. Это искажения паттерна походки из-за нарушения порядка и силы включения мышц. Из-за чего мышцы работают именно так – отдельный вопрос. Короткий ответ – так решили какие-то нейронные сети в головном мозге.

3. Почему нейронные сети «так решили»? Потому что есть иерархия задач управления движениями. Только на первый взгляд кажется, что у каждого движения задача одна, и она очевидна. Если я иду, моя задача – дойти из точки А в точку В. Если я тянусь к пирожку на полке, моя задача – взять с полки пирожок. Но на самом деле это лишь одна из трёх целей, которые преследуются при каждом «конструировании» двигательного паттерна на основе базового с последующим модулированием, как описано выше.

Леопольд Бюске в своей книге «Мышечные цепи» пишет о трёх законах, которым подчинается тело: равновесие, экономия (эргономичность движений в том числе) и комфорт (отсутствие боли в том числе). Когда всё хорошо, приоритетным является равновесие, далее следует эргономичность движений, а комфорт есть по умолчанию – ничего не болит. Когда что-то пошло не так, на первое место выходит избегание боли. Процитирую Леопольда Бюске: «Человек готов сделать всё, чтобы не страдать от боли. Он будет пускаться на любые хитрости и уловки, он согнётся, он уменьшит свою подвижность до такой степени, чтобы его защитные адаптации, хотя и менее экономичные, позволили ему вернуть утерянный комфорт». Вот по такому принципу и развиваются компенсации, о которых будет в главе «Почему со мной такое случилось?» (часть «Из-за чего появляется боль и ограничения движений?»).

Тут, конечно, интересно, откуда организм знает, что если вот так сделать – будет больно. И поэтому так делать нельзя, а надо как-то извернуться, чтобы всё-таки реализовать поведение, нужное для достижения какой-то цели на уровне всего организма, например, убежать от врага или поесть.

Возможно, это когда-то было больно, потому что была сломана нога. Но перелом давно зажил, и не больно, но «след» остался. Возможно, никогда не было больно, но было страшно, например, в момент сокращения большой ягодичной мышцы слева почти в лицо внезапно влетел голубь. Так как мозг работает по принципу «совпало – значит, связано», а про логику ничего не знает, большая ягодичная слева может быть «заблокирована», чтобы больше голуби в лицо не влетали. А может и не заблокироваться, и чаще всего ничего не блокируется, иначе мы бы не могли уже буквально шагу ступить нормально.

Ходить можно и не включая большую ягодичную, но будут перегружаться гамстрингеры, мышцы задней поверхности бедра. В норме они только помогают большой ягодичной разгибать бедро, при ходьбе это происходит ближе к отталкиванию «задней» ногой от земли и во время него. А без большой ягодичной гамстрингерам приходится работать и за неё тоже.

4. Но кроме таких «глупых» оснований для искажения биомеханики есть и «умные». То есть организм может искажать паттерны движения, нарушая их эргономичность, чтобы действительно уберечься от риска реального повреждения тканей. Как нейронные сети, управляющие движениями, точнее, те, что модулируют базовые паттерны, узнают о том, есть такие риски или нет? Кроме «старой памяти», есть и поток свежей информации. В мышцах есть рецепторы, реагирующие на растяжение мышцы. Они входят в рефлекторные дуги, которые обеспечивают усиление сокращения мышцы при увеличении нагрузки на неё. Это происходит не просто непроизвольно, но и незаметно для человека. Например, пассажиры в метро стоят и держатся за поручни. Поезд тормозит, руки у всех напрягаются сильнее, но никто не отрывается от телефона, не прерывает разговора и т.д. Люди даже не заметили, какую работу успешно совершили вместе их нервная и опорно-двигательная системы.

Все фасциальные структуры напичканы механорецепторами. Фасциальные структуры – это и сухожилия, и надкостница, и «пленки» на мышцах, и твердая мозговая оболочка, и оболочки нервов, и связки внутренних органов. Такой огромный чувствительный орган, распределённый по всему телу. От этих рецепторов идёт постоянный большой поток информации в мозг о силе натяжения всех фасциальных структур, механическом раздражении их, сдавливании и т.д. И двигательные паттерны, как и описывал Бюске, изменяются при необходимости, например, так, чтобы исключить или минимизировать растяжение какого-то участка оболочки нерва, чтобы он не порвался. Или чтобы не допустить слишком сильного растяжения и так натянутых немного слишком сильно связок, соединяющих верхние шейные позвонки с затылочной костью. И так далее.

Человек не осознаёт, как у него натянуты связки, и не раздражаются ли механически оболочки нервов. Если бы весь этот поток информации хлынул в сознание, мы бы не могли заниматься ничем.

Распускание лишних и неравномерных напряжений фасциальных структур – очень большая часть всей работы, которую делают «ручные» специалисты. Делать это можно очень по-разному и можно иметь любые представления о том, почему твой способ работает. Главное, чтобы состояние фасциальных структур поменялось. И тогда рецепторы принесут другую информацию в мозг, и необходимость оберегать организм от повреждения и боли исчезнет.

А вторая часть «ручной» работы – «демонтаж» уже неактуальных «следов» настоящих или только кажущихся (показавшихся) повреждений. Это тоже достигается разными способами, и это работа напрямую с мозговыми системами управления движениями.

6 

Что ещё двигается в теле, кроме костей в суставах?

Короткий ответ: ВСЁ!

Кровь, лимфа, ликвор, первичная и вторичная моча, желчь, слюна, прочие секреты всех желёз внешней секреции – текут. Слизь в дыхательных путях и фаллопиевых трубах тоже течёт, потому что её гонят реснички эпителия. Они как вёсла, только движется вода, а не лодка. Бьётся сердце, у кишечника есть перистальтика, лёгкие расширяются и сжимаются. Правда, лёгкие это делают пассивно, за счёт работы диафрагмы, межрёберных и других дыхательных мышц.

Лёгкие – не единственный орган (пара органов), которые двигаются пассивно в процессе дыхания. Кроме них так же пассивно двигаются и все органы брюшной полости (желудок, печень, кишечник, поджелудочная железа) и почки. Когда диафрагма, образующая «дно» грудной клетки, сокращается, она из выпуклого в сторону головы купола становится более плоской. И воздух «эффектом вантуза» всасывается в лёгкие. Одновременно диафрагма толкает в сторону ног всё содержимое брюшной полости и почки. Почки, например, во время выдоха на несколько см выше, чем во время вдоха. Почки сдвигаются просто «вниз», в сторону таза и ног, а органы брюшной полости двигаются по более сложным траекториям, так как их движение органичено связками сложной формы. В целом можно сказать, что эти органы при вдохе и выдохе как бы разворачиваются то в одну сторону, то в другую. Эти движения называют мобильностью.

Если связки органов, соединяющие их друг с другом, стенкой брюшной полости и диафрагмой, в каких-то местах теряют эластичность, или образуются спайки, органы не могут совершать «предусмотренные проектом» движения под давлением диафрагмы. И это неполезно для их функционирования. Для хорошего кровообращения и лимфооттока внутренним органам нужен такой постоянный «массаж» диафрагмой. И, кстати, снижение способности внутренних органов двигаться внутри брюшной полости мешает наклону туловища вперёд (привет гибкости и растяжке!). После простой работы висцеральными техниками, только со связками органов, брыжейками и другими фасциальными структурами брюшной полости глубина наклона вперёд может сразу увеличиться на несколько см, я видела до 10.

Ещё так же пассивно двигаются, скользят между мышц, костей, связок, сосудов и т.д. нервы. При любом движении с участием скелетных мышц это происходит. А если нерву что-то мешает свободно скользить, появляются боли в разных местах по ходу этого нерва, нарушается работа мышц и бывают разные другие неприятности. Нерв можно освободить, «отлепить» от окружающих тканей, устранить сдавливание нерва из-за отёка или неправильного положения, например, костей, и станет хорошо.

Ещё менее очевидные движения – движения костей черепа и твёрдой мозговой оболочки, окружающей головной и спинной мозг. Между костями черепа есть швы, и кости подвижны относительно друг друга, хоть и с маленькой амплитудой. Их движения не видны глазом, но механическими датчиками их зафиксировали. Кости черепа двигаются, и череп, как цветочек, то как бы немного раскрывается, то закрывается. Чуть-чуть, немножко. Очень небольшие движения, но важные.

Никто не знает, что двигает кости черепа. Есть несколько объяснений, но все они так себе, и ни одно не содержит ответа на вопрос, почему же движется то, что в данной версии двигает кости черепа. Но эмпирическим путём выяснили, что недостаточная амплитуда или неправильная биомеханика движений костей черепа связана с ухудшением самочувствия и настроения. А если помочь костям черепа «научиться» двигаться, как положено, проходят, например, головные боли, улучшается эмоциональная регуляция и т.д. Никто не знает, как и почему, но это работает. И мы этим пользуемся.

Есть ещё разновидности «квазиподвижности» – какие-то феномены, которые «руками» ощущаются как движения, но не связаны с подвижностью каких-либо анатомических структур или тканей тела. «Руками» в кавычках, потому что это интерпретация мозгом каких-то ощущений, которые терапевт получает, положив руки на тело пациента. О таких вещах можно говорить только на цеховом языке, все попытки объяснять их и их эффекты понятийным и теоретическим аппаратом нормальной физиологии выглядят нелепо. Немного о них – в главах «Остеопатия, КСТ, биодинамика и другие странные штуки» и «Что такое краниосакральная терапия (КСТ)?» раздел «Группы методов» части «Как это работает?».

Но главное – всё и должно двигаться. А если вдруг перестаёт, человеку становится нехорошо. «Если разом осушить бутылку с пометкой «яд«, то рано или поздно, почти наверняка, почувствуешь легкое недомогание» (с)

3 

Неправильное положение

1 

Почему встают криво позвонки?

«Смещение позвонков» или «подвывих позвонков», которые нужно исправить – довольно частый запрос для «ручной» работы. Первое, что тут приходит в голову – взять и поставить позвонки как надо, прямо руками. Так же, как вправляют вывихи суставов. Но позвонки соединены друг с другом не так, как, кости в большинстве суставов, например, кости фаланг пальцев. Кости фаланг имеют суставные поверхности, обращённые друг к другу и покрытые тонким слоем гиалинового хряща. Хрящ этот гладкий, и суставные сумки межфаланговых суставов наполнены жидкостью, поэтому поверхности костей скользят друг по другу, когда мы сгибаем и разгибаем пальцы. В принципе так же, только сложнее устроены коленные, локтевые, тазобедренные и другие суставы.

Позвонки соединены друг с другом по-другому. Каждый позвонок состоит из тела и отростков. Тела позвонков соединены друг с другом межпозвонковыми дисками. Диски эти тоже состоят из хряща, но не гиалинового, а волокнистого, он как бы прилепляет теоа позвонков друг к другу. И тела позвонков не скользят друг по другу, а только немного наклоняются и разворачиваются друг относительно друга. Если купить у мясника шею какого-нибудь животного, например, индейки или барашка, сварить и снять мясо, можно увидеть шейные позвонки, соединённые межпозвонковыми дисками так крепко, что даже в варёной шее позвоночник сохраняет целостность, не разваливается.

Отростков у каждого позвонка несколько. Всегда есть остистый отросток в виде арки, направленной в сторону спинной поверхности тела. Арки эти вместе с длинными связками образуют «амфиладу», в которой лежит спинной мозг – спинномозговой канал. И именно их, и только их мы можем увидеть и прощупать под кожей. Также всегда есть боковые отростки и суставные отростки. Рёберные отростки, к которым крепятся рёбра, есть только у грудных позвонков. И вот суставные отростки позвонков имеют суставные поверхности, покрытые гиалиновым хрящом. И суставные отростки образуют суставы между позвонками. Таким образом, каждый позвонок соединён с соседом сверху и соседом снизу в трёх местах с каждым: межпозвонковым диском и двумя суставными отростками.

Всё сказанное выше относится к типичным позвонкам. Есть исключения. Первое – позвонки крестца и копчика, они срослись. Второе – два верхних шейных позвонка: атлант (первый) и эпистрофей или аксис (второй). У атланта нет тела, поэтому он ни с кем не соединяется межпозвонковым диском. Атлант имеет форму колечка. А у аксиса есть не только тело, которым он через межпозвонковый диск соединяется с третьим шейным позвонком, но и зубовидный отросток, на который надет атлант, как колечко детской пирамидки. Этот отросток – и есть бывшее тело атланта, которое аксис «присвоил» в процессе эмбрионального развития. Структура из «палочки» зубовидного отростка и «колечка» атланта способна на гораздо большую амплитуду вращения, чем обычное соединение позвонков через диск и суставные отростки. За счёт сустава из атланта, аксиса и затылочной кости (это единый сустав) мы совершаем большую часть поворота головы вправо-влево. Суставные поверхности позвонков и затылочной кости тоже покрыты гладким и скользким гиалиновым хрящом. А затылочная кость своей «нижней» частью так же надета на зуб второго шейного позвонка, как и атлант.

Что за «смещение» возможно для позвонков? Мы не рассматриваем тяжёлые травмы, когда позвонки под воздействием большой силы сдвигаются друг относительно друга и ломаются. Часто при этом повреждается спинной мозг, что приводит к параличам и потере чувствительности. Рассмотрим варианты, с которыми человек достаточно благополучно живёт, и у него может даже не быть никаких жалоб, то есть человек не испытывает острого дискомфорта.

Что это может быть технически? Какая-то пара суставных отростков может прилипнуть друг к другу своими суставными поверхностями. Обычно суставные поверхности скользят друг по другу, как два мокрых стекла, и так же, как стёкла, могут прилипнуть друг к другу, если жидкости между ними стало слишком мало или их сильней обычного сдвавили. Позвонок в этом случае встаёт наискосок, как будто застыв в какой-то фазе движения. Или позвонки могут и без такого прилипания, по другой причине утратить способность возвращаться в нейтральное состояние. То есть в такое, когда нагрузка на оба межпозвонковых диска, с которыми позвонок соединён, равномерна и симметрична.

Как руками вернуть позвонкам ровное состояние? Есть разные варианты. Первый описан в начале этого текста – просто взять руками и затолкать позвонок, вставший криво, в ровное положение. Или хрустнуть шеей или поясницей. Это небезопасно, особенно, шеей. И одно из жёстких противопоказаний к таким манипуляциям – страх пациента. Если вам страшно, с вами так делать нельзя, откажитесь. Бояться не стыдно, стыдно по глупости устроить себе травму.

Бывает, что это работает, но почти всегда позвонок через какое-то время возвращается в прежнее положение (см. также главу «Надолго ли эффект?»). Потому что силы, которые «вывели его из равновесия», никуда не делись, продолжают действовать, и снова сдвигают позвонок. Хорошо бы убрать тканевые напряжения, которые сдвигают позвонок в неровное положение. Позвонки соединены друг с другом мощными связками, позвоночник в целом очень прочная и стабильная структура. Но капля камень точит, и напряжения относительно тонких фасциальных структур вроде тех, что в брыжейках или перикарде могут потихонечку сдвигать соответственно, поясничные и грудные позвонки. Хорошо бы найти, что сместило позвонок и устранить это напряжение. Это достаточно успешно делается руками в самых разных подходах.

Неадекватная работа крупных и мелких мышц, которые сгибают и поворачивают туловище или шею с головой, тоже может приводить к «смещению позвонков». Восстанавливая нормальное управление движениями со стороны спинного и головного мозга, устраняем силы, смещающие позвонки из ровного нейтрального положения.

Отдельно стоит сказать о шее. Шея тонкая, а на конце у неё тяжёлая голова. А люди ещё и изобрели разные быстрые средства передвижения, перемещающие наши тела с такой скоростью, на которую они вообще-то не рассчитаны. Значение имеет, конечно, не скорость, а ускорение, потому что сила воздействия на связки и мышцы, соединяющие шейные позвонки равна массе головы и шеи умноженной на ускорение транспортного средства, в котором едет человек. Поэтому при резком торможении или разгоне, или при ударе получается хлыстовая травма шеи. Из-за резкого сокращения мышц и других мер, которые предпринимает организм, чтобы защитить голову и шею от повреждения, получается и долго потом сохраняется неравномерное натяжение связок и напряжение мышц. С хлыстовой травмой шеи тоже очень удобно, легко и эффективно можно работать руками. И восстанавливая адекватное управление мозгом движениями, и распуская тканевые напряжения, влияющие и на натяжение связок, и на работу мышц. Это всё очень мягкие методы с минимальным, почти неощутимым пациентом механическим воздействием, или вообще без него.

И популярный вопрос «Вредно ли щёлкать или хрустеть шеей или пальцами?». Это такой же вопрос, как «вредно ли сморкаться?». Можно сказать, что и сморкаться вредно, частыми высмаркиваниями травмируется кожа крыльев носа, и можно занести сопли в евстахиеву трубу и среднее ухо, и вместе с ними инфекцию. С другой стороны, после того, как человек высморкался, дыхание часто становится более свободным. Но если насморка нет, то и сморкаться никто не будет, и чтобы исключить вред от сморкания, нужно вылечить насморк. Суставы щёлкают, и хочется похрустеть шеей или пальцами тогда, когда есть характерное ощущение невозможности довести движение до какого-то «логического завершения». Похрустишь – и амплитуда движения становится больше, оно начинает «получаться», это приятно. Чтобы не хотелось похрустеть пальцами или шеей, нужно сделать так, чтобы шея или пальцы и так двигались свободно.

2 

Осанка – что такое нарушения, почему и как с этим работают

Все знают, что осанка должна быть хорошей, ровной и красивой, а сутулиться, горбиться и кособочиться не надо. Голову тоже надо носить гордо, не тянуть шею вперёд, не клонить вниз, не кривить вбок. И держаться нужно не только ровно, но и без напряжения, ходить и стоять, как будто аршин проглотил, тоже некрасиво. И ноги при ходьбе надо ставить ровно, не косолапить, не ходить вперевалочку, как утка. Кстати, утки очень сильно косолапят. Походка должна быть от бедра, свободная! (с) Но походка – отдельная тема.

Легко сказать, но трудно сделать! В принципе, человеческое тело приспособлено к ровной симметричной осанке, и если мы видим выраженную асимметрию, разную высоту плеч, усиление изгибов позвоночника – скорей всего, что-то не так.

Изгибов позвоночника всего три: шейный и поясничный лордозы, изгибы выпуклостью в сторону живота, и грудной кифоз, изгиб выпуклостью в сторону спины. Эти изгибы формируются по мере роста ребёнка, сначала шейный, и годам к трём – поясничный. У малышей такая забавная походка как раз из-за того, что поясничный лордоз у них пока не сформировался.

Лордозы и кифоз нужны, в том числе, для того, чтобы позвоночник хорошо амортизировал нагрузку при ходьбе, беге и прыжках. А ещё – для создания таких рычагов для мышц, чтобы их работа была максимально эффективной. Норма здесь достаточно широка, но если изгибы позвоночника выражены слишком слабо или слишком сильно, нагрузка на межпозвонковые диски становится больше и/или в нефизиологичном направлении. Например, при слишком сильном лордозе, особенно, поясничном, сторона межпозвонковых дисков, обращённая к животу, сдавливается сильней, чем обращённая к спине, это ухудшает питание дисков и может приводить к их истончению. Если усилен грудной кифоз, человек сутулится или горбится, ему становится, естественно, неудобно дышать.

Если мы смотрим на позвоночник сзади и видим не прямую линию, а изогнутую, это называется сколиоз. Не всегда отклонение какого-то участка позвоночника от вертикали вбок – проблема. Бывает физиологичный сколиоз, который ничему не мешает, тело приспособилось так жить, и, возможно, ему даже так удобнее. Наши тела в целом не симметричны, это норма. И только когда асимметричность превышает некий предел, она становится проблемой.

Нарушения осанки, помимо того, что это некрасиво, приводят к неправильной нагрузке на мышцы и неудобным условиям для их работы. И могут влиять на состояние внутренних органов.

Хорошая красивая и правильная осанка – дело привычки и тренировки. Не обязательно ходить с книгой на голове. Достаточно придавать своему телу максимально ровную осанку, какую вы можете и стараться запомнить «изнутри» это положение лопаток, поясницы, плеч и т.д. Если при этом смотреть в зеркало, создаётся связь между тем, что вы ощущаете и тем, как вы выглядите. В общем, всё так же, как при обучении, например, танцам. Любые занятия, требующие осознавания положения тела и управления им с ориентацией на внутренние ощущения, улучшают осанку. Заодно в процессе этих занятий укрепляются мышцы, участвующие в поддержании тела вертикально, и хорошая осанка становится естественным состоянием, а не результатом постоянных усилий.

Но не всегда тренировки достаточно. Бывает, что какие-то напряжения или неадекватная работа мышц или фасциальных структур вызывают нарушение осанки, и пока эти напряжения существуют, стоять и ходить ровно не получится.

Отчего такие напряжения возникают? Например, как ответ опорно-двигательной системы на какие-то эмоции. Прежде всего, страх, тревогу, гнев, грусть. Если человеку станет менее страшно, тревожно или грустно сейчас, или исчернут напряжения, существующие как «след» этих чувств в прошлом, осанка может измениться и сразу сама, а если нет, то тренировками выстроится достаточно быстро.

Например, из-за высокого уровня стресса дыхательная диафрагма может оставаться напряжённой целиком или в каком-то участке достаточно долго. Если попросить человека с такой диафрагмой выпрямиться и развернуть плечи, он почувствует дискомфорт или даже боль на уровне лопаток, часто между ними. «Ручными» методами диафрагма легко приводится в ровное состояние. Другое дело, что она снова станет «скукоженной», если мы никак не повлияли на общую реакцию организма, включающую её «сжатие». Хорошо бы в этой общей реакции разобраться и поработать так, чтобы уменьшить её остроту или вообще необходимость. Это тоже делается руками, но обычно требуется и большая внутренняя работа пациента.

Если есть постоянный дискомфорт из-за состояния какого-то внутреннего органа, тело часто старается как будто «намотаться» на проблемное место, как будто это центр притяжения. Иногда – наоборот, и, например, гастритный желудок как будто расталкивает тело. С внутренними органами легко и приятно работать руками (см. главу «Внутренние органы: как и зачем мы с ними работаем»).

Поддержание вертикального положения тела – результат работы множества мышц. Дыхательной диафрагмы, кстати, тоже. И если какие-то из этих мышц не работают, как положено (см. главу «Управление движениями»), осанка нарушается. Например, на работу множества мышц влияет состояние височно-нижнечелюстных суставов (ВНЧС) и сустава из затылочной кости и двух верхних шейных позвонков (C0-C2).

Сколиоз – сложная и загадочная проблема. И к тому же имеющая тенденцию усугубляться из-за привычек, которые возникают оттого, что сколиоз уже есть. Например, люди часто носят сумку всегда на одном плече потому, что с другого плеча она всегда сваливалась. Если сумка тяжёлая, разная высота плеч может усиливаться. Силы, которые при сколиозе отклоняют позвонки от вертикали, удивительно мощные. Настолько, что ломаются и лопаются стальные конструкции, которые пытаются вставлять в спину для удерживания позвонков ровно. Причин, «запускающих» сколиоз, очень много. И механическое воздействие во время кесарева, которое почему-то не скомпенсировалось само, и генетические нарушения, и состояние тех же ВНЧС, и много-много чего ещё. Не всё можно исправить, но всегда можно сделать лучше, чем было.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.