Светлана Гофман
Пистолет и выстрел

Пистолет прожигал кожу льдом, нещадно давил на полураскрытую ладонь, будто издеваясь и смеясь. Средство обороны? Защиты? Кого ты собирался защищать, дурак? Хотелось выбросить оружие далеко в реку. Оно вдруг показалось ему таким липким и противным. Хотелось забыть всё как страшный сон. Сон… да, действительно, может быть, это всё и правда сон?

Детектив упал на колени перед собственным ребёнком прямо в лужу крови, испытывая ужасную боль. В один миг их совместная жизнь пронеслась перед ним как кадры старого кино. Если бы несколько часов назад он поступил иначе… было бы всё по-другому?..

***

Будильник настойчиво пытался поднять всех обитателей дома Шоу: детектива Якова и его дочь Лию, студентку юридического факультета.

– Ещё один прекрасный день в Бунсборо¹! Давайте выжмем из него максимум удовольствия с отличной музыкой на Радиостанции «Связь Перекрёстка»! – бодрый голос ведущего иногда прерывался помехами, но, так как это было единственное достойное радио во всём городе, выбирать не приходилось.

Яков снял с плиты турку, разливая кофе себе и дочке и напевая ненавязчивую мелодию себе под нос. В этот раз его посетила госпожа Фортуна: он даже не обжёгся о проклятую кофеварку, как делает это в каждый понедельник, вторник, среду и…да, и четверг. К счастью, в пятницу кофе всегда варила Лия.

– Дорогая, ты уже встала? – быстро взглянув на часы, глава семейства ахнул: через пятнадцать минут выходить, а его чудесное создание ещё в кровати. – Лия!

Быстрый шаг по лестнице на второй этаж. Короткий и ласковый стук в дверь.

– Милая, я вхожу… – осторожно, словно за дверью была не его родная кровиночка, а настоящий дьявол во плоти, Яков открыл дверь спальни.

– Я сейчас спущусь! – быстро отозвалась девушка, не позволяя отцу нарушить её личное пространство таким бесчестным вторжением. Единственное, что смог увидеть Яков, как его дочь шмыгнула носом и пыталась…отряхнуть его? Ему вдруг показалось, что голос Лии дрожал. Плачет? Хотел спросить, как она, но не стал. Только жалобно вздохнул и направился к лестнице, бросив на дверь последний грустный взгляд.

На лестнице остановился. Глазами проводил семейные фотографии. Последние кусочки родного тепла. После смерти жены всё будто перестало иметь значение. Он ушёл с головой в работу, почти перестал появляться дома, пока однажды не пришёл в пустую квартиру. Сильно перепугался. Вспомнил про дочь. И с того момента даже думать не смел о том, чтобы когда-то о ней забыть.

Когда Лия вернулась домой под утро, у них состоялся серьёзный разговор. Но не такой, который случается в семьях с трудными подростками и злыми родителями. Этот разговор был больше похож на беседу двух взрослых людей. Яков пообещал работать сверхурочно в будни, чтобы накопить ей на престижный университет; а по выходным гулять в парке. И ведь сдержал своё слово. В надежде, что станет для неё хорошим отцом.

– Ты чего тут стоишь? – украдкой спросила вышедшая из комнаты Лия. Яков взглянул на неё, будто только что вышел из транса: каштановые волосы, доставшиеся от матери, были спутаны в некоторых местах, а глаза, которые «подарил» ей отец судорожно бегали по сторонам, останавливаясь ненадолго то на Якове, то на их семейной фотографии.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Бунсборо, штат Мэриленд.

Вернуться