Всеволод Цагараев
HOMO PIUS

Стервятник и маленькая девочка (фотограф Кевин Картер)

ПРОЛОГ

Мотивом для написания этой повести послужила фотография 1993 года, (см. выше) которая растрогала и повергла меня в шок. Автором ее является южноафриканский фотограф Кевин Картер, права на которую сегодня принадлежат известнейшему и весьма почитаемому издательству The New York Times. На ней изображен истощенный голодом ребенок, рядом с которым сидит стервятник.

Фотография получила широкую огласку и вызвала множество споров о роли фотографии в такой ситуации. Почему эта фотография так известна? Она – отражение гуманитарной катастрофы. Фотография стала символом голода в Судане и привлекла внимание мировой общественности к проблемам этого региона.

Многие задавались вопросом, должен ли был Картер вмешаться и помочь ребенку, или его долг был только в том, чтобы запечатлеть эту сцену?

Через несколько месяцев после получения Пулитцеровской премии за эту фотографию, Картер в возрасте 36 лет покончил жизнь самоубийством.

О чем говорит мне эта фотография? О гениальности Кевина Картера; он смог всего-навсего за одно мгновенье воссоздать реальную картину современной действительности, как-будто бы говорил, «Не все гладко в датском королевстве».

Я рискнул взять на себя смелость высказать свое мнение, начав с визуального воссоздания по новому картины, где вместо ангела с небес спускается робот по имени Мухаммед, в народе называемый Mr. Homo Pius, Мистер Благочестивый, и спасает детскую душу.

ГЛАВА I

Меня зовут Азиз. Мне 16 лет. Я родился и живу с мамой в Турции, в городе Стамбуле, благословенном городе, городе-истории, городе-музее, городе-сказке, который является свидетелем многих событий, происшедших на Земле с VII века до н.э. и по настоящее время.

Папа от нас давно ушел.

Любимым моим занятием с раннего детства было созерцание заката солнца, когда оно, всегда разное, величественное и необыкновенно красивое уплывало от меня на фоне тонущего во мраке небосвода. Эту картину я созерцаю почти каждый день вот уже много лет, лежа на золотом песке небольшого пляжа, расположенного неподалеку от нашего дома.

Была и остается другая особенность моего любимого места – я нахожусь одновременно на трех берегах: залива Золотого Рога, одной из самых больших и удобных естественных гаваней мира, впадающего в пролив Босфор в месте его соединения с Мраморным морем. И очень часто передо мной рисуются разные картины, как например, я, став преуспевающим бизнесменом, на своей комфортабельной яхте отплываю от родных берегов вместе с мамой и осуществляю кругосветное путешествие. В этих грезах проходила большая часть моего детства.

Мою маму зовут Лайла. Она самая красивая женщина на свете и она врач. Мама научила меня вести дневник. Как-то раз она заметила мне, – Азиз, – сказала она, – если ты каждый день будешь записывать хотя бы по нескольку предложений в день о своих впечатлениях, жизнь твоя будет более насыщенной и интересной. Но у нее очень большой недостаток – она замучила меня своим вниманием, ей все кажется, что я все еще беспомощный ребенок и меня нужно опекать круглосуточно. Иногда мы по этому поводу даже ссоримся.

У меня есть друг, он для меня и помощник и наставник. Его зовут Мухаммед. Он был и маминым помощником. Это робот, стилизованный под абсолютную копию человека с высочайшим уровнем искусственного интеллекта. Мы с ним почти никогда не расстаемся и мне с ним всегда комфортно.

Он учит меня всему. За 16 лет я в совершенстве овладел английским языком и владею им так же легко, как и турецким. Но самое интересное в том, что со мной он не только общается, но одновременно может помещать нас двоих в пространство в любую из исторических эпох, пройденных человечеством, а также генерировать будущие трехмерные пространства и действия , где мы с ним можем быть персонажами по тому или иному сценарию, заранее подготовленному Мухаммедом, в полностью захватывающей виртуальной реальности, и в атмосфере метавселенной, построенной с помощью искусственного интеллекта. В среде виртуальной реальности Мухаммед предстает уже не в образе робота, а аватара. И я меняю свой человеческий облик на аватара. Попадая в любую среду виртуальной реальности, я и Мухаммед можем общаться, быть действующими лицами и взаимодействовать с виртуальными персонажами из разных эпох и цивилизаций.

Я готов к поступлению в университет. После всех рассказов мамы о ее преинтереснейшей жизни и учебе в Великобритании, я ждал с нетерпением случая, когда смогу отчалить от родного берега и отправиться на учебу. Но сначала о маме и ее предпочтении в выборе учебного заведения.

История такова. Мама была влюблена в Сомерсета Моэма, английского писателя ХIХ-ХХ веков за его увлекательные рассказы, и многие из них она перечитывает до сих пор. Она была глубоко тронута потерей его родителей в детстве, и восторженно отнеслась к тому, насколько Моэм был точен в выборе своей профессии писателя.

И неожиданно мама, в ее 15 лет, приняла решение часть своей жизни посвятить присутствию самой себя в местах юности Моэма. Такой случай представился после того, как мама подала заявку на предмет ее предстоящего места обучения и названия учебного заведения. Она указала: Медицинская школа больницы Святого Томаса в Ламбете, Великобритания, где Сомерсет Моэм учился с 1892 по 1897 года, но никогда в медицине не работал, хотя и подавал большие надежды.

Моей же мечтой был Массачусетский технологический институт, находящийся на северо-востоке США, из-за его магического свойства – всегда привлекать молодых людей со всего мира к тому, чтобы сделать нашу планету более совершенной, разнообразной и эффективной. И еще по причине того, что этот институт заканчивал мой дедушка. Все было готово к отправлению в Америку, но мне вдруг захотелось рассказать о том, как протекала моя жизнь и ее особенностях. Почему? Потому, что она изобиловала крайне интересными сюжетами, так как гений человечества с помощью новейших технологий достиг той точки совершенства в познании мира, о которой можно только мечтать, и о чем хотелось бы поделиться. И это сказано не для красного словца.

Есть одно очень важное обстоятельство, о котором следует упомянуть; таким роботом и аватаром по имени Мухаммед, каким пользовался я, владели все без исключения дети на всех континентах мира. У каждого искусственного персонажа было свое имя и люди общались с ними легко и просто. Каждый робот имел свое собственное индивидуальное лицо, внешний образ в полный рост и свойственные только ему характерные черты поведения, одним словом, они были все разные, как и люди.

Свидетелями того, как проходили мои годы, были и остаются моя мама и Мохаммед. Но не было среди них моего папы, бросившего нас еще до моего рождения, что явилось поводом для беспокойства мамы на многие годы. Поэтому было решено забыть о нем навсегда.

Что же со мной происходило, в полном смысле этого слова? Моя интеллектуальная жизнь началась в утробе матери. Будучи в замкнутом пространстве и не очень этим довольствуясь, мне ничего не оставалось делать, как сопротивляться. И я беспокоил мамин животик толчками своих ножек, за что мне до сих пор стыдно. Но у мамы был хороший помощник- Мухаммед, и у него было наготове хорошее средство – музыка. Как только я начинал беспокоить ее своими ножками, он включал колыбельную Брамса или пользовался так называемым «эффектом Моцарта», отчего я становился совершенно обездвиженным. Ученые обнаружили, музыка замедляет сердцебиение ребенка и он успокаивается.

Музыка сопровождала нас с мамой повсюду: как только мама уставала от забот и присаживалась для отдыха, во время прогулок, приема пищи, домашних дел и перед сном. Репертуар был самый разнообразный, от музыки эпохи Возрождения до наших дней. Иногда мама сама напевала кое -какие мелодии и ее голос я не мог спутать ни с каким другим еще до появления на свет. Мама рассказывала, был интересный случай, когда они вдвоем с Мухаммедом обсуждали посвящение меня в музыкальную жизнь во время моего заточения в мамином животике, и при обсуждении он воскликнул, -“Лайла, я вспомнил прекраснейшую цитату о том, что утроба матери является первым концертным залом, а младенцы рождаются музыкантами” (Гратье, Тревартен, 2007). “Как хорошо сказано. Быть нашему Азизу великим музыкантом”, -заключил он.

Волны плескались у ног двух самых добрых существ на земле, сидящих у берега залива в широких и удобных шезлонгах. Слабый ветер приносил прохладу с севера, и доносил слабые звуки плачущей скрипки. Горизонт постепенно таял и уносил с собой все последствия дня. Наконец, небосвод с мириадами звезд и луна вступали в свои права и освещали по- новому все пространство вокруг. В шезлонгах сидели моя мама и Мухаммед. Я был живым свидетелем разговора о том, как Мухаммед может обезопасить жизнь моей мамы и меня, и с успехом способствовать завершению родов. Впоследствии, обладая невероятными способностями черпать информацию за очень короткое время, учитывая физическое и психологическое состояние мамы, как и ее клинические данные, каждый день ей ложился на стол краткий перечень рекомендаций.

Позвольте два слова во славу музыки и о некоторых проблемах.

На четвертом месяце беременности мамы ко мне впервые стали проникать извне первые звуки, в том числе и музыкальные. На шестом месяце беременности я мог шевелить головкой в ответ на включенную музыку, голоса или шум. А к последним месяцам беременности я смело различал голос мамы, вне зависимости от того, напевала она какие-либо мелодии или просто разговаривала.

Доказано – музыка повышает интеллект ребенка, звуковая стимуляция ускоряет созревание мозга, а “эффект Моцарта», заключающийся в том, что дети, слушающие музыку Моцарта во время дородового периода, повышают творческие и когнитивные способности. Музыку часто называют идеальным инструментом для укрепления связи между матерью и ребенком. Музыкальная терапия во время родов повышает толерантность к боли, увеличивает активность внутренних органов, а также сокращает продолжительность родов… Об этом и многом другом ни на минуту не забывалось.

И еще, cуществует множество клинических доказательств того, что материнская тревожность, депрессия и стресс, связанные с жизненными событиями во время беременности, влияют на развитие ребенка. К этим проблемам примешивалось и сильное беспокойство моей мамы из-за разрыва отношений с моим папой, несмотря на то, что было решено о нем забыть. Периодически возникали и другие проблемы , но мамин помощник всегда был рядом и решал эти и другие проблемы. Музыка, как лекарь, всегда была на первом месте.

И последнее; чтобы маму держать в тонусе, Мухаммед каждый день занимался с ней физическими упражнениями, релаксацией и не забывал йогу для беременных.

ГЛАВА II

Роды разрешились успешно. Я появился на свет 23 августа 2072 года и мама преподнесла в первый день моей жизни подарок, набор музыкальных инструментов: игрушечный барабан, погремушки, колокольчики, ксилофон и маракасы. До сих пор они находятся в моей комнате над кроватью, и я их берегу. Но не сбылось пророчество Мухаммеда, я не стал музыкантом, так как Аллах не наградил меня музыкальным слухом.

Тон моей жизни задал Мухаммед. Он где-то вычитал о том, что мозг человека в первые 1000 дней развивается крайне интенсивно, так, как никогда в другое время жизни ребенка, и подтвердил свои слова многими научными источниками. Мама заволновалась, но Мухаммед ее успокоил. «Не беспокойся, милая Лайла, -сказал он, -«мы легко решим проблемы развития и познания Азиза, но сейчас ты должна подумать о себе, своем здоровье и настроении». Слова, брошенные Мухаммедом относительно развития Азиза о первых годах его жизни, надолго засели в памяти Лайлы. Впервые она поняла, с этим шутить нельзя и стоит чаще прислушиваться к советам доброго Мухаммеда.

С первой недели после моего рождения я много спал. Отдыхала и мама. Все это время она пристально следила за мной, изучая мое поведение и слабости, приучая меня к правильному дыханию, особенно во время сна, и периодически клала меня на животик, чтобы я, поднимая головку в этом положении, приучался держать ее.

Всюду за мамой следовал Мухаммед. Его познания в области ухода за детьми не знали границ. Его возможности вести домашнее хозяйство, исполнять роль сиделки, обладать всеми знаниями медбрата, хорошо петь под собственный аккомпанемент на гитаре, рояле и прочих музыкальных инструментах, не знали предела, и все это лишь небольшая часть того, что он умел. Но для меня верхом его совершенства были полеты в пространстве, где он, превращаясь в трансформер с багажником за спиной и реактивным двигателем, взмывал ввысь и ориентируясь по навигатору, спешил в магазин, почту, рынок и другие места, в считанные минуты возвращался обратно. Сколько я просил его взять меня с собой, столько раз мне было отказано. Не помогали даже детские слезы.

Забот у мамы хватало: кормление грудным молоком и сцеживание молока, мои постоянные рыдания, казалось без всякого повода, распознавание голода, подгузники, прививки, и пр., пр., пр.

Незаметно пролетели пять недель и мама засобиралась выйти на работу. Ей необходимо было это сделать в соответствии с контрактом. Если бы я понимал, что я маму буду видеть значительно реже, я бы плакал круглые сутки. Но к счастью я ничего этого не понимал и поэтому все прошло спокойно. Маму заменил Мухаммед. Как- то незаметно вошло в привычку по вечерам собираться в комнате мамы и обсуждать вкратце итоги дня. Заканчивались эти посиделки колыбельными, которыми руководил Мухаммед. Наконец, мои глазки закрывались и он препровождал меня в мою комнату, всю ночь охраняя мой сон.

Почему я так скрупулезно останавливаюсь на этапах моей жизни и сопутствующих проблемах? Я понял, вырастить ребенка, не такая простая задача и она полностью ложиться на плечи родителей и государства. Мотивация родителей понятна – это их бесконечная любовь к своему чаду. В чем же мотивация государства и почему оно не жалеет средств для воспитания и ухода за детьми? Ответ очень простой, на каждый вложенный в ребенка доллар, ему, государству, возвращаются в 10 раз больше за их труд выращивания умных, толковых, образованных людей, способных изменять мир к лучшему. Это доказано. И как пример, подарок каждой семье чудо-робота, такого как мой Мухаммед.

Далее, если вам покажется скучным и неинтересным повествование о перипетиях моего будущего сложного взросления, не читайте эти строки, дабы не заснуть. Моя жизнь из месяца в месяц и из года в год представляла собой круговорот всяких событий, совершенно незначительных, но необходимых и интересных. Так, в свои полные четыре недели, я еще не мог играть со своими детскими игрушками, и для меня было победой хотя бы схватить игрушку, а привычка сосания большого пальца была моим излюбленным занятием. То, что мне нравилось, я непроизвольно запоминал и повторял – срабатывал рефлекс ощущений. Затем, между одним месяцем и четырьмя месяцами, процесс запоминания продолжился на те действия и поступки, которые происходили за пределами моего тела, например, однажды, потрясая погремушкой, я продолжал это делать в другое время из-за моей увлеченности этим процессом.

Впереди маячили и мамины тревоги: вакцинация от всяких болезней, правила поведения в ее машине – как и где сидеть, и не оставаться в ней одному, распознование по цвету стула состояние моего пищеварения и т. д. Жизнь частенько преподносит подарки и другого рода; лихорадку, кашель, затрудненное дыхание, рвоту. Но куда от них денешься. Главное, быть готовыми к борьбе с болезнями.

С пятого месяца жизнь мне улыбается – сыпятся на меня игрушки как из рога изобилия. Я кричу от восторга каждый вечер, когда мама и Мухаммед садятся на пол, кувыркаются и орут как сумасшедшие или запускают железную дорогу. Особенное удовольствие от соревнований по бегу на коленках мамы и Мухаммеда; я пытаюсь, но у мены ничего не получаеться; я совсем недавно научился самостоятельно сидеть. Взрослые устают, ложатся на спину и затягивают песни, длинные и мелодичные, а я ползая по их телам, пытаюсь им подпевать.

Я расту, увеличиваются мои дозы приема пищи. Мухаммед давно перешел к самостоятельному приготовлению детского питания, включая и твердую пищу. До просмотра мультиков еще очень далеко, так как Академия педиатрии пока не рекомендует из-за раннего возраста, и я довольствуюсь жужжанием пылесоса вокруг себя после каждого приема пищи, когда Мухаммеду приходится собирать остатки пищи с пола; сбрасывать все с моего обеденного столика остается пока моим развлечением. А что прикажете делать, если у меня прорезываются зубки. Хорошо, что рядом нет ничего колющего и режущего.

Мухаммед взвешивает на весах меня каждый месяц и отмечает, насколько я подрос. От этого он получает удовольствие и сообщает маме с великой гордостью. Когда мама на работе, мне не приходится скучать, я всегда занят играми за столом или на полу. После того, как Мухаммед рассказывает о сути той или иной игры, я вдохновляюсь и время летит незаметно. Но когда игра рассчитана на двоих и я проигрываю, мои слезы текут неудержимо. Утром и вечером мы, как правило, гуляем вместе наподалеку от нашего дома. Маршрут почти всегда одинаковый; сначала мы гуляем по набережной залива Золотой Рог, затем добираемся до места слияния залива с проливом Босфор и наслаждаемся живописными видами его противоположного берега, откуда начинается другая часть света, Азия, и восточная часть города Стамбула Чтобы в дороге мне не скучать, он поет, читает стихи или рассказывает сказки, всегда раэные и интересные. В конце концов я засыпаю в своей мягкой , слегка покачивающейся детской коляске.

Но иногда мне хочется его убить за нравоучения и советы, без которых как ему кажется, он не мыслит своей жизни. Так например, когда я ем, он просит жевать и глотать медленно и спокойно, или когда у меня полный рот того, что есть нельзя или не рекомендуется: изюм, попкорн, орехи, леденцы, виноград, отчего я даже один раз поперхнулся. Но ночью, когда я ворочаюсь во сне от той или иной боли и потому плохо сплю, он поглаживает мое тело и ласковым голосом говорит: «Все хорошо, Азиз, скоро все пройдет, это от того, что у тебя прорезываются зубы и ты растешь». Я успокаиваюсь и засыпаю.

Пройдут годы и впоследствии я узнаю, что в свои 8-10 месяцев я достигну интеллекта обезьяны, высшим достижением которой было и остается использование палки, чтобы добраться до банана и сьесть его. То же самое делал и я, когда, гуляя по скверу, пытался с помощью длинной тросточки приземлить воздушный шарик, неожиданно вспорхнувший из моих рук и застрявший между ветвями кустарника. Такое поведение говорит о намерении выполнить определенное действие и достичь цели. В это же время приходит понимание постоянства объектов, то есть они продолжают существовать, даже когда меня рядом с ними нет.