# Йоу, это библиотекарша

Елена Ночь

Пышная блондинка Эльвира – библиотекарь, чья жизнь состоит из книг, чая и азиатских сериалов. Она не стесняется себя и бодро ведет видеоблог, даже с танцами.

Но она и не думала, что привлечет красавчика-миллардера. Стоп. Или его привлекло странное наследство, свалившееся на нее?

Впрочем, привлекло оно и могущественных врагов.

## Глава 1: Наследство из тумана


Осенний воздух в провинциальном городке Пряновск пах прелыми листьями, дымком из печных труб и тишиной – тем особым запахом, который бывает только в местах, где время течет неспешно и лениво. Золотисто-багряный ковер из кленовых листьев шуршал под ногами редких прохожих, а небо светилось ровным матовым светом.

В этой уютной, сонной атмосфере жила полненькая блондинка с высокой прической Эльвира Краснова.

– Эй, йоу! Снимаю новый тренд! – поскакала она по главной городской лестнице в главном парке, около которого стояла библиотека.

Эльвира, хоть и была пышечкой, но беззастенчиво прыгала перед камерой. Никто не понял бы, что это она же, увидев ее на рабочем месте в библиотеке. Она тихо сидела в уголке, изучала старые книги и разгадывала все тайны вселенной.

Точнее, у нее были три страсти: постоянно переписываться в чате клуба любителей книг, манги, аниме и азиатских сериалов – дорам, смотреть все вышеназванное и изучать древние фолианты.

Ее светлые волосы были собраны и зачесаны наверх, где их концы были изящно завиты. Высокая прическа делала ее интеллигентной и чуть более высокой. Глаза у Эльвиры были синие. В ее взгляде читалась глубокая, сосредоточенная мысль и тень мечтательности, будто часть ее постоянно пребывала не здесь, а в мире сюжетов и историй, которые она так любила.

Работала Эльвира в пряновской центральной библиотеке им. Н.В. Гоголя.

Природа обнимала это здание, стараясь смягчить его официальный вид. Здание тонуло в зелени раскидистых старых кленов и лип, посаженных еще при закладке фундамента. Их мощные ветви летом создавали прохладную, шепчущую на ветру беседку, а осенью засыпали крыльцо и асфальт. Ранней весной у библиотеки пробивались сквозь прошлогоднюю листву нежные побеги ландышей, а летом буйно цвели сирень и жасмин, наполняя воздух у входа сладким, пьянящим ароматом. Сюда не доносился шум центральной улицы – лишь пение птиц, стрекот кузнечиков и размеренный гул провинциальной жизни где-то в отдалении.

Само здание было памятником советскому неоклассицизму – солидное, двухэтажное, из темно-красного кирпича, с высокими окнами и массивными белыми колоннами у входа, которые немного выцвели от времени и непогоды. Наверху гордо красовалась гипсовая эмблема: раскрытая книга, окруженная лавровыми ветвями. Ступени крыльца были слегка стерты поколениями читателей, а массивная дубовая дверь с медной ручкой-скобой вечно поскрипывала, встречая каждого посетителя низким, гостеприимным стоном.

Внутри царствовала особая, ни с чем не сравнимая атмосфера. Воздух пах старыми бумажными страницами, кожей переплетов, древесной пылью и едва уловимыми нотами сухих цветов, которые старейшая и самая почетная работница Марфа Семеновна ставила в вазочке на абонементе.

На первом этаже царил негромкий, деловой гул. Главный зал с высокими потолками, украшенными лепниной в виде виноградных лоз, был заставлен массивными дубовыми стеллажами. Между ними стояли такие же тяжелые, темные столы для чтения. Здесь было тихо. Иногда доносились звуки шелеста страниц, скрипа стула, кашля или стука клавиатуры.

Парадную лестницу на второй этаж охраняли два гипсовых бюста – Льва Толстого и Антона Чехова, с которых Эльвира регулярно сметала пыль.

Второй этаж был другим – более светлым, жилым и творческим. Помимо читального зала с современными стеллажами и мягкими креслами-мешками, здесь располагался «Клубный зал». Именно здесь по средам и в выходные дни проходили мастер-классы по вышивке крестиком и плетению макраме. А по четвергам, вечером, здесь было тихо. В центре зала собирался кружок, зажигалась настольная лампа с зеленым абажуром, и начинались вечера чтения. Кто-то неспешно, с толком и расстановкой, читал вслух классику, а остальные сидели с закрытыми глазами, слушая, вязали или просто пили чай из огромного электрического самовара, стоявшего в углу. Члены клуба чтецов и слушателей наслаждались магией живого слова.

И всегда, в любой день, здесь была Эльвира. То склонившаяся над реставрацией фолианта в своем тихом углу, то помогающая детям и взрослым разобраться со схемой вышивки, то несущая на второй этаж поднос с душистым чаем и печеньем для участников вечера чтения. Эта библиотека была для нее не просто работой. Это был ее храм, ее крепость и ее тихая, уютная вселенная, полная тайн и историй, ждущих своего часа.

Сегодня на работе в библиотеке Эльвира склонилась над старым фолиантом – трактатом по алхимии XVIII века. Ее тонкие, ловкие пальцы в белых хлопковых перчатках с почти хирургической точностью наносили кисточкой специальный состав на потрескавшийся корешок.

Параллельно она яростно спорила в открытом чате:

Магическая яшма: Элла, уже нашла философский камень?

Эльвира: пока только камень преткновения! Латинский перевод явно сделан с арабской версии, а не с греческой, вот и вся магия. И чернила… состав нестандартный. Чувствуется железо-галловый компонент, но есть какой-то странный оттенок.

Белая змея: да, сразу обидно, что у древних авторов не было систем контроля версий, где на сервере можно посмотреть все изменения файла и до перевода и после.

Токкеби: Как будто у нас не бардак даже со всеми возможными системами.

– Эльвирочка, вам письмо! – проскрипел удивительно громкий голос старушки Марфы Семеновны, хранительницы абонемента.

Эльвира вздрогнула, оторвавшись от спора о древностях. Посмотрела на стоящую перед ней женщину в очках с диоптриями, как донышки от бутылок, и в неизменной вязаной кофте.

– С курьером привезли. Без марки, – многозначительно добавила Марфа Семеновна, вглядываясь в плотный конверт из шероховатой бумаги. – На вас, милая, неожиданно свалилась слава? Или долги?

– Вряд ли, Марфа Семеновна, – улыбнулась блондинка Эльвира, принимая конверт. – Со славой у нас в городе туго, а долги обычно приходят в конвертах попроще.

– Ну-ну, – не отступала старушка. – От кого бы это? У вас заграничных женихов не объявилось? А то смотрю я на вас, все в своих книжках да в этих дорамах.

– Марфа Семеновна, да что вы! – Эльвира покраснела. – Скорее уж, из налоговой.

Поблагодарив любопытную хранительницу абонемента, которая неохотно отошла, явно надеясь стать свидетельницей момента вскрытия, Эльвира вскрыла конверт острым бумажным ножом. Внутри лежало несколько листов с официальным логотипом «Адвокатская контора» и размашистой подписью в конце.

Она начала читать, и буквы поплыли перед глазами. Фразы «глубокая скорбь», «последняя воля», «единственная наследница» сливались в один невероятный, оглушительный смысл.

– Не может быть, – прошептала Эльвира.

– Что? Что такое, детка? Неужто и правда налоговая? – тут же появилась над ней Марфа Семеновна.

– Нет, – Эльвира с трудом выдохнула, глядя на нее широко раскрытыми глазами. – Моя тетя Шарлотта умерла. И оставила мне особняк. Особняк Голицининых.

– Голициных?

– Да нет, откуда ж у нас такие звезды мирового масштаба. Было бы так, отреставрировали бы давно. ГолиЦИНИНЫх. Старая развалюха, прибежище хиппи и сквотеров.

После работы Эльвира немедля отправилась осматривать наследство.

Туман уже начал стелиться над рекой. Где-то там, в конце дороги, ждал ее новый, незнакомый дом.

Она достала телефон, чтобы поделиться новостью с подругами из чата, но вместо этого набрала номер, указанный в письме.

– Алло? Петр Александрович? – голос прозвучал неуверенно. – Это Эльвира Краснова. Я получила ваше письмо про мою тетушку.

– Примите мои соболезнования, уважаемая Эльвира, – ответил спокойный, бархатный голос. – Шарлотта Николаевна упомянула вас в завещании как единственную родственницу, которой можно доверить ее наследие.

– Но я простой библиотекарь. Я не смогу содержать такой дом! Налоги, ремонт…

– Не беспокойтесь, – мягко прервал ее адвокат. – Я остаюсь без своей главной клиентки, а вы – с большим наследством. Позвольте мне стать вашим помощником. Я уже присмотрел несколько антикварных вещиц в доме, продажа которых покроет первоначальные расходы. Полагаю, нам стоит объединить усилия.

Эльвира молчала, глядя на туман над рекой. Это было страшно и невероятно заманчиво.

– Хорошо, – наконец сказала она. – Я подумаю.

– Конечно. Жду вашего звонка. И, Эльвира, – голос адвоката стал чуть серьезнее, – будьте готовы. Некоторые вещи в том доме могут вас удивить.

Он положил трубку. Эльвира осталась стоять на крыльце, сжимая в руке телефон и глядя в туманную даль, где ее ждало наследство, полное загадок.

Чат заметно оживился.

Магическая яшма: ЭЛЬВИРА, ТЫ ГДЕ??? ТЫ ПРОПАЛА!!!

Диджей лисьи ушки: Наверное, наконец-то до дорамы с ОППАми дорвалась, зависла) Эльвира: Ребят вы не поверите. Мне только что письмо принесли. Я, кажется, стала наследницей. Особняка.

Девятихвостый: ЧТО??? Как в дораме? Фото особняка! Немедленно!

Белая змея: Подожди, это не развод? А налоги? А коммуналка? Там же, наверное, печное отопление и призраки!

Эльвира: Не знаю. Туманно все. Буквально. Иду смотреть. Если пропаду – ищите в самом большом доме на горке.

Таксист, молодой парень в растянутой худи, проводил по Эльвире заинтересованным взглядом, –тебе на горку? К тому самому дому с колоннами? – свистнул он. – Там же одни привидения живут. Или отбитые тиктокеры заселяются, чтоб снять видосик про «НОЧЬ В САМОМ ЗАБРОШЕННОМ ДОМЕ РОССИИ». Ты кто из них?

Эльвира фыркнула, поправляя свой огромный кардиган. – Я новая хозяйка. Так сказать, свежеиспеченный лорд поместья.

– Ничего себе! – парень оживился. – Значит, будешь там вечеринки закатывать? А то у нас в Пряновске кроме клуба «Рассвет» тусоваться негде. Можно, я потом друзьям расскажу, что тебя возил? Буду как личный водитель эксцентричной миллионерши.

– Пока что я больше похожа на личного дворника будущего музея пыли, – рассмеялась Эльвира, глядя в окно на приближающиеся мрачные ворота.

Особняк и вправду выглядел как декорация к хоррору. Но не страшному, а такому, над которым потом смеются с друзьями.

– Ну, удачи тебе, лорд-девушка! – крикнул ей вслед таксист. – Если что, зови, эвакуируем!

Ключ скрипел в замке так громко, что, казалось, его слышно на весь Пряновск. Эльвира толкнула тяжелую дверь плечом, как настоящая героиня дорамы, идущая на штурм вражеской крепости.

Внутри пахло не просто пылью, а пылью с историей. Эльвира сделала глубокий вдох. –Ну, привет, – сказала она тишине. – Я ваша новая соседка. Буду жить наверху. Постараюсь не шуметь.

Ее голос прозвучал глухо и одиноко. Она достала телефон и начала снимать сторис, водя камерой по залу.

«Всем привет из моего нового жилища! – шептала она в камеру. – Как вам атмосфера? Готовьте попкорн, сейчас начнется шоу «Ревизорро в готическом особняке». Первое впечатление: паутины много, Wi-Fi, подозреваю, нет. Зато простор для творчества!»

Она прыгнула в кучу сухих листьев, нанесенных ветром в угол, чтобы посмотреть, как они хрустят, и сняла это. Было весело и немножко жутко.

Внезапно скрипнула дверь. Эльвира вздрогнула и выронила телефон. На пороге стоял тот самый адвокат, Петр Александрович. Он выглядел как актер, играющий адвоката в дорогом сериале: идеальное пальто, умные глаза и легкая улыбка.

– Простите, что напугал, – сказал он. – Дверь была приоткрыта. Поздравляю с новосельем! Как вам владения?

– Огромные! – выдохнула Эльвира, поднимая телефон. – И очень креативные в плане интерьера. Стиль «заброшенный чердак» в тренде?

Петр Александрович рассмеялся. – Думаю, ему нужен небольшой апгрейд. Давайте я покажу вам то, о чем говорил по телефону.

Он повел ее по комнатам, деловито комментируя:

–Вот этот комод, например. С виду – рухлядь. А на самом деле – раритетный образец мебели мастеров Осиповых. Коллекционеры драться за него будут. А этот треснувший бюст тети Шарлотты? Отличный арт-объект для какого-нибудь хипстерского кафе в Москве.

– Вы хотите распродать мою тетю по частям? – ужаснулась Эльвира, но глаза ее смеялись.

– Я хочу сохранить вам целую крышу над головой, – поправил он. – Продадим пару безделушек – починим протечки. Еще пару – проведем нормальное отопление. Так что не переживайте.

К вечеру адвокат уехал, пообещав прислать рабочих. Эльвира осталась одна. Она разожгла камин (это оказалось невероятно крутым и атмосферным занятием), накрылась пледом и устроила видеозвонок своей подруге Кате.

– Ты где это?! – завизжала Катя, увидев фон в виде камина и темного зала. –Дома, – гордо ответила Эльвира и повернула камеру. – Вот моя спальня, вот гостиная… Нравится?

Закончив звонок,Эльвира решила осмотреть кухню. И вот тут веселье кончилось. На старом дубовом столе, покрытом слоем пыли, кто-то написал пальцем два слова: «Эльвира УХОДИ».

Эльвира замерла. Это был не розыгрыш. Пыль вокруг надписи была нетронута. Она медленно обернулась, вглядываясь в темные углы огромного дома.

Эльвиру заинтересовала странная картина. Она была под старину, на ней был какой-то лорд в белом парике и в расшитой золотом одежде того времени. Но на картине на комоде сзади персонажа лежал мобильный телефон. Эльвира не удержалась и провела по нему рукой.

Она не успела рассмотреть картину. Как вихрь ворвался в ее дом шумный мужчина, неземной красавчик в дорогом костюме и с часами, стоящими явно не меньше ее особняка. Он был с двумя телохранителями и одной телохранительницей, которая явно была над ними начальницей – раздавала им указания знаками руками, была одета с иголочки, хоть сейчас снимай «людей в черном» и была с неизменно пафосно-каменным лицом.

«Надо починить уже двери и ворота, сколько еще и кого будет сюда врываться!» – Негодующе подумала Эльвира. А если я тут магические ритуалы начну проводить, голая плясать?

Впрочем, она узнала ворвавшегося. Это был эксцентричный местный миллионер, Александр Завидов. Его лицо регулярно мелькало в бизнес-новостях, которые она иногда листала в читальном зале. Молодой, дерзкий миллиардер-девелопер, скупавший все на своем пути. Его черты были резкими, почти высеченными из мрамора: высокие скулы, твердый подбородок, губы, сложенные в тонкую, холодную линию. Но больше всего поражали глаза. Светло-серые, как зимнее небо, абсолютно непроницаемые и лишенные всякой теплоты.

Приближаясь к Эльвире, он вытянул вперед телефон, на котором что-то воспроизводилось. Охранники остались стоять в дверях.

Эльвира присмотрелась в экран.

«Йоу, подписчики, снимаю новый тренд» и ее прыжки по ступеням.

– Миленько. – он развернул телефон к себе. Счев приветствие достаточно информативным, он убрал телефон в карман.

– Уважаемая Эльвира! – продолжил он торжественно. Я Александр Завидов. Вам досталась вот эта вот развалюха. Никому она не нужна. И мне тоже. Она даже не включена в реестр памятников – снести и забыть. Но вот землю под ней я с удовольствием куплю, мне она нужна для стройки бизнес-комплекса и развлекательного парка, все остальное вокруг я уже купил. Как насчет двух миллиардов рублей?

Не торопитесь – он картинно выставил ладонь вперед, словно она готова была бы мгновенно броситься на это безумное по деньгам предложение. Он щелкнул пальцами и его спутник-девушка в темных очках и с гарнитурой, поднесла и вручила бумаги.

– Au revoir, не мешаю думать.

Шумные пафосные посетители удалились.

## Глава 2. Вот это находка

Эльвира перевела взгляд на картину, которую сочла до этого странной.

Но теперь на ней мобильного телефона не было. Лишь просто комод.

«Ладно, тетя Шарлотта, – прошептала она. – Если это ты так шутишь с того света, мне твои шутки не нравятся».

С библиотекарской дотошностью изучив картину Эльвира заметила, что часть краски реагирует на свет и температуру. Так вот как исчезают с картины предметы. Разумеется, она не могла не заглянуть за картину и, да, там был рычаг.

– Вот это поворот. – прошептала она.

Потянув за скобу, она услышала тихий щелчок. Панель отъехала, открывая узкую темную лестницу. Пахло оттуда не сыростью, а чем-то странным и дорогим – старым деревом, воском и сухими цветами.

С фонариком телефона в дрожащей руке Эльвира начала спускаться. Лестница вывела ее в небольшое подвальное помещение. И тут у нее перехватило дыхание.

Это была не прачечная. Это был рай. Небольшая, но невероятно уютная комната, заставленная стеллажами. А на них… Книги. Но какие! Роскошные фолианты в переплетах из сафьяна и бархата, с золотым тиснением и инкрустацией. Она подошла ближе, читая названия дрожащим шепотом: «Искусство любви», «Запретный плод Венеры», «Ночные исповеди маркизы».

– Да она была не чудачкой, она была гением! – ахнула Эльвира.

Это была коллекция редчайших эротических трактатов и романов! Бесценное сокровище для любого библиофила.

Эльвира прикоснулась к бархатной обложке одного из томов.Кожа под пальцами была нежной и чувственной. Она открыла книгу. Иллюстрации, изысканные и откровенные, заставили кровь прилить к щекам. Это было не пошло, а искусно, красиво и возбуждающе. Она представила, как здорово было бы изучать эту коллекцию не одной. С тем, кто смотрел бы на нее не осуждая, а с интересом и пониманием. Чьи пальцы касались бы не только страниц, но и ее руки. В подвале стало душно и очень жарко. Внезапно, она представила миллионера Александра Завидова на этом месте.

«А что? Могу же я запросить не два миллиарда, а один миллиард и десять свиданий с ним. Раз уж ему так надо. Он вон, какие кубики накачал себе – вспомнила она его фото топлес с рекламой нишевого парфюма в журнале. А мне одна разница – я что два миллиарда неудачно вложу и потеряю, что один. Нет. Уж лучше оставить особняк. На стримах заработаю, на вечеринках для молодежи, опять же – вон, таксист подсказал».

Она взяла с полки небольшой томик в кожаном переплете без названия. Это оказался дневник. Дневник тети Шарлотты. На первой же странице она наткнулась на загадочное: «Они снова спрашивают о записях. Не отдам. Пусть следят сколько угодно, но ключ к силе только у меня»

Позвонила подруга.

– Ну что, нашла у себя призраков? – сразу спросила Катя, которая работала диджеем в том самом «Рассвете».

– Нашла, но они оказались термочувствительной краской.

– Ого! – в голосе Кати послышалось неподдельное уважение. – Старинная старина в связке с технологиями! Круто!

– Я возвращаюсь. Вряд ли тут будет рабочая ванная. Да и завтра на работу. Я кое-что с с собой прихватила. Тебе понравится. Если это то, что я думаю, возможно я буду первым библиотекарем – археологом с нобелевкой. Ладно, шучу. Ну с какой нибудь премией. Ты представляешь, спрятанные от всяких церковников греховные эротические старинные книги – да еще и от какого-то тайного общества.

Чат тоже хотел знать все подробности

Токкеби: Ну что, лорд-девушка, как владения? Много паутины?

Эльвира: Ребята. Вы не представляете. Я нашла РАЙ.

Девятихвостый: О, она влюбилась! В того адвоката-красавчика! Говорила же!

Эльвира: НЕТ! Лучше! Я нашла библиотеку. Тетушкину коллекцию. Такие книги, такие обложки. Такие иллюстрации. (Смайлик с перегревающимся мозгом).

Магическая яшма: ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ??? ЭРОТИЧЕСКУЮ БИБЛИОТЕКУ НАШЛА И МОЛЧИШЬ??? ФОТО!!! НЕМЕДЛЕННО!!!

Белая змея: Эльвира, дыши. И прикрой дверь. Мало ли кто тоже захочет поизучать древние фолианты.

Эльвира решила не брать такси и перед воротами особняка тем вечером предстала странная картина. Из ворот вышла пышка Эльвира с высокой прической, на которой было платье-футляр цвета бордо и большой вязаный кардиган. За плечами у нее висел холщовый мешок, который она разыскала в особняке где-то в куче, оставленной строителями-ремонтниками. Она несла домой самые ценные книги из коллекции.

В любимом чате образовалась настоящая свалка-базар.

Девятихвостый: фотки, где же фотки?

Диджей лисьи ушки: Да и погорячее, погорячее

Эльвира: да подождите вы, я даже еще не ужинала сегодня. И сначала вообще научная работа, а потом фотки для всех.

Токкеби: ну мы в любом случае рады за тебя. Фото всего в кучу, где видны только обложки – уже впечатляет.

Белая змея: экранизировать будешь?

Эльвира: порнуху? Вы дураки что ли?

Но несмотря на радость от находки таких редкостей у Эльвиры пока еще оставалась проблема – как уплатить налог за наследство. Если она не сможет этого сделать – объявится еще полгорода родственников, отсудят у нее найденные книги и прощай нобелевка.