Коблан Калменов
Хронариус

Хронариус

Том 1 Глава 1 – Пролог

Мир изменился задолго до того, как Франц впервые взял в руки оружие.Потеряв родителей, он замолчал. Закрылся от тех, кто пытался протянуть руку. Отстранился от друзей, исчез для учителей. Он не хотел продолжать. Не хотел взрослеть. Не хотел даже просыпаться.

В его взгляде больше не было детства – только холод.

Но у каждого человека есть момент, который меняет всё.

И момент Франца настал.Судьба не спросила разрешения – она просто вошла без стука.С оружием, с кровью, с выбором.

В мире, где технологии взяли верх, закон утратил вес.

Он больше не управлял людьми – лишь стоял рядом, как призрак прошлого.

Улицы частично превратились в зоны анархии, где силу определяли не присяга и честь, а нейронные импланты, кредиты и имя в криминальных базах.

Полиция?

Почти ничего не решала.Отделения закрывались.Рапорты терялись.Влияние корпораций росло – и вскоре «закон» стал чем-то, что покупают на бирже.

Том 1 Глава 2 – Девочка

Франц возвращался домой, как всегда, около 18:50.

Работа находилась недалеко – один автобус в обе стороны, без пересадок, и он давно знал расписание наизусть.

От остановки до дома он шёл пешком по знакомому тротуару, протоптанному за годы до механизма. Этот путь был простым, почти успокаивающим: тени деревьев, глухие заборы частных домов и редкий лай собак, охраняющих своё спокойствие.

Он жил на окраине города, в районе, где много старых частных домов,

Где улицы редко патрулируются,

А окна чаще всего светятся неоновым синим светом телевизоров и усталых ламп.

Всё было как обычно.

Франц прошёл мимо частной академии —

Высокий, отшлифованный до блеска корпус с забором, покрытым глянцевым покрытием.

Эту школу построил один из местных богачей – якобы “для поддержки талантливых детей”,

Но все знали: здесь учились только дети избранных.

Маленькие вундеркинды с планшетами в руках, с охраной у ворот,

Вылепленные под будущее, которого их родители ещё даже не поняли.

Франц взглянул на ворота мимоходом и быстро отвёл взгляд.

Он знал цену этим местам. И знал, как мало у них общего с реальностью.

Как раз в это время школа закрывалась.

Огромные стеклянные двери с мягким шипением распахнулись,

И поток учеников хлынул наружу.

Дети, одетые в одинаковые тёмно-синие куртки с логотипом академии,

Смеялись, переговаривались, хлопали друг друга по рюкзакам.

Некоторые сразу прыгали в жёлтые школьные автобусы,

Стоявшие у ворот в идеально ровный ряд.

Других встречали родители – в чёрных машинах с тонированными стёклами,

В сопровождении личной охраны.

А кто-то – и вовсе уходил, сопровождаемый собственным водителем,

Словно деловой партнёр, а не ребёнок.

Франц прошёл мимо всей этой сцены, не замедляя шаг.

Он был как тень среди глянца.

И в этот момент – среди света, движения и дорогой одежды —

Он заметил одну фигуру,

Стоящую отдельно от остальных.

Среди всей суеты Франц заметил девочку —

Примерно десяти-двенадцати лет.

Светлые волосы, аккуратный рюкзак,

Ровная походка, уверенная для её возраста.

Она шла одна,

Не спеша, будто знала, куда идёт.

Она подошла к автомобилю, стоявшему чуть в стороне от основной зоны высадки.

Это была тёмная машина без опознавательных знаков.

У неё не было ни школьной эмблемы, ни родительской спешки.

Рядом с ней стоял мужчина в строгом чёрном костюме,

С прямой спиной и сдержанным выражением лица.

Он открыл заднюю дверь и вежливо кивнул.

– Госпожа Вайс. Я прибыл по распоряжению вашего отца. Пожалуйста, проходите, —

Сказал он с идеально ровной интонацией, как будто заранее выученной.

Но девочка не сделала ни шага.

Она осталась стоять на месте – ровно, прямо, уверенно.

В её голосе не было паники, но было недоверие.

– Я вас не знаю, – ответила она спокойно.

– 

Где Ханс?

Франц приостановился, притормозив шаг.

Он ничего не знал о девочке,

Но в её взгляде было слишком много осознанности

Для обычного школьного дня.

– 

Ханс сегодня не приедет, – сказал мужчина чуть тише,

На шаг приблизившись. Его голос был вежливым,

Но вежливость эта давила, а не успокаивала.

– 

Пожалуйста, проходите. Мы теряем время.

– 

Мы не можем стоять на виду.

Он оглянулся по сторонам.

Слишком резко, как будто чувствовал,

Что кто-то наблюдает.

И он был прав – Франц уже замедлил шаг,

Не спуская с них глаз.

Алиса стояла, как вкопанная.

– 

Я не поеду. Я буду ждать Ханса. Хоть до ночи.

Или позвоню маме. —

В голосе не было ни слёз, ни страха.

Только холодная уверенность, выросшая явно не за один день.

Рука мужчины чуть дёрнулась,

Словно он на мгновение колебался —

Сделать шаг вперёд или притвориться дальше.

Мужчина понял – он загнан в угол.

Огляделся по сторонам:

Все родители уже уехали, автобусы почти скрылись за поворотом.

Во дворе академии стало тише.

Он больше не играл роль водителя.

– 

Простите, – тихо бросил он,

И резко выхватил у Алисы телефон,

Сжав его так, что экран тут же треснул под пальцами.

Затем —

Одним движением

Перехватил её рукой за рот,

Второй начал заталкивать в машину.

Алиса начала вырываться, но он держал её крепко,

Перешёл на силу,

Одним плечом прижав её к сиденью, уже занеся колени внутрь машины.

Она дёргалась, но была слишком мала, чтобы вырваться.

И в этот момент

Раздался удар.

Глухой, быстрый, выверенный.

Мужчина даже не успел понять, что произошло.

Он отлетел назад,

Ударившись спиной о дверцу машины,

А телефон, который он держал, пролетел по асфальту, искрив углом.

Перед ним стоял Франц.

Молча.

Холодно.

С одной рукой, уже сжимающей куртку мужчины на уровне груди.

– 

Она сказала “нет”, – тихо сказал Франц.

– 

Ты не слышал?

Мужчина попытался что-то выговорить – оправдаться, объяснить,

Но Франц уже не слушал.

Следующий удар был в живот – не убить, но выбить дыхание.

А потом – локтем в плечо,

Чтобы рука, державшая девочку, онемела.

Мужчина упал.

И только тогда Алиса смогла снова вдохнуть полной грудью.

Франц повернулся к ней, опускаясь на одно колено.

– 

Ты в порядке?

Она кивнула.

В её глазах – тревога, но не страх. Она видела насилие раньше.

Но сейчас рядом был кто-то, кто остановил его.

Мужчина, валявшийся на асфальте, зашипел от боли,

Но всё же поднялся.

На его лице была не паника, а ярость.

И тут —

Из передней части машины,

Из-за водительской двери,

Вышел ещё один.

Высокий.

Молчащий.

Он до этого сидел тихо, даже не шелохнувшись.

Теперь же он стоял плечом к плечу с первым —

И оба начали двигаться синхронно,

Словно готовились к хорошо отрепетированной драке.

Франц замер.

Оценил: двое против одного.

Массивные, обученные, не новички.

В открытом бою – он мог выстоять.

Но не без ущерба.

А рядом была девочка, которую нельзя было бросить.

Он чуть шагнул назад. Не от страха – от расчёта.

Поставил себя между ними и Алисой.

Почувствовал, как её пальцы сжали его пальто —она инстинктивно пряталась за его спиной.

Он тихо наклонился к ней, не сводя глаз с противников.

– 

Слушай внимательно.

– 

Когда скажу – беги. Не назад. Не к школе. В переулок. Там, направо, потом снова направо.

– 

Увидишь людей – прячься. Звони в “911” и скажи, что ты была похищена.

– 

Я их задержу.

– 

Но ты?.. – начала Алиса,

Но Франц уже напрягся.

– 

Я справлюсь.

Он не смотрел на неё.

Он смотрел на цель.

И в следующее мгновение сделал первый шаг вперёд.

Франц уже готовился к схватке.

Мышцы напряжены, дыхание ровное,

Он чувствовал, как его тело входит в режим боя.

Но… бой так и не начался.

В следующее мгновение оба мужчины в чёрном резко дёрнулись

И рухнули на асфальт – почти одновременно.

Первый – с глухим хрипом, второй – с приглушённым стоном.

Их тела судорожно дрожали,

А на руках и плечах расплывались тёмные пятна,

Сквозь которые проступали пробитые мышцы.

– 

Шш-шпах! —

Последний звук эхом отразился между стен.

Из переулка вышли двое.

Высокие. Сильные.

Одетые в чёрные костюмы с белыми деталями – не классические, а функциональные,

Созданные не для показа, а для работы.

Они держали в руках травматические пистолеты,

Ещё дымящиеся от выстрелов.

Лиц не было видно —

На них были маски со встроенной оптикой и нейтрализатором дыхания.

Один коротко кивнул Францу.

– 

Цель нейтрализована. Без летального исхода.

– 

Девочка в порядке?

Франц слегка опустил руки,

Но не сразу расслабился.

Он кивнул.

– 

В порядке.

– 

Почти.

Один из бойцов подошёл к нападавшим.

Наклонился, проверил пульс.

– 

Живы. Успеем допросить.

– 

Вызовем транспорт.

Франц молча посмотрел на Алису.

Она держалась, но в глазах – смешанные чувства: тревога, растерянность… облегчение.

Франц ещё раз взглянул на тех, кто лежал на асфальте. Один из мужчин всё ещё стонал, другой уже почти потерял сознание.

К нему подошёл один из бойцов – тот, что был повыше и, похоже, старше. Он снял маску, приоткрыв резкие черты лица и взгляд, от которого трудно было отвести глаза – спокойный, но не пустой. Скорее… профессионально уставший.

– 

Парень, не звони в полицию, – сказал он спокойно. – Они здесь не помогут. Даже если приедут – только испортят картину.

Он вынул из внутреннего кармана чёрную визитку. Минимализм, гладкая поверхность, только имя, логотип и номер.

– 

Если это повторится – позвони нам,

– 

Сказал он, протягивая карточку. – Только не медли.

Франц взял визитку и внимательно посмотрел на неё.

Никакой фамилии. Только инициалы: PLC // Division 9.

В этот момент с конца улицы подъехал транспорт.

Глухой рёв двигателя – и чёрный фургон остановился точно напротив.

Он был тяжёлый, бронированный, с затемнёнными окнами.

Мягко открылись задние двери, и ещё двое солдат вышли,

Молча подхватив обезвреженных мужчин в чёрном и погрузив их внутрь.

– 

Контакт устранён. Свидетели – свои.

– 

Цель под защитой, – бросил один из новых бойцов.

Фургон закрылся с глухим звуком и тронулся, растворяясь в темнеющей улице.

Без сирен, без звуков. Без следов.

Франц остался с визиткой в руке и Алисой рядом.

Он долго молчал, глядя в ту сторону, где исчез автомобиль.

Потом опустил глаза на девочку.

– 

Всё в порядке, – тихо сказал он. – Они не вернутся. Но…

Он сжал визитку.

– 

Теперь у нас есть чей-то номер. И, похоже, новая дверь в этот мир.

После того как чёрный фургон скрылся в сумерках, на улице снова стало тихо.

Алиса стояла рядом с Францем, всё ещё крепко держа в руке телефон. Её пальцы дрожали, но голос, когда она заговорила, был спокойный:

– 

Мне нужно позвонить маме.

Франц кивнул, убрав руки в карманы.

Он не стал ничего говорить – только смотрел в сторону дороги.

Алиса нажала номер. Несколько гудков.

– 

Мам, это я… Всё в порядке, но… тут был человек… он хотел увезти меня, но один мужчина помог…

– 

…да, я в порядке… да, сейчас… жду…

Франц услышал голос на другом конце провода. Звонкий, тревожный. Но потом – облегчение.

Алиса положила трубку.

– 

Мама скоро приедет, – тихо сказала она.

Франц посмотрел на неё. Он кивнул.

– 

Тогда… жди здесь. Не отходи от ворот.

– 

Если кто-то подойдёт – кричи.

Она кивнула.Он развернулся. Шагнул в сумерки.Прошёл пару кварталов, пока не остановился у поворота.

Обернулся – и увидел:чёрная машина остановилась у ворот школы,и женщина – элегантная, тревожная, сильная —вышла из салона, подбежала к дочери и крепко обняла её.

Франц смотрел на них, словно убеждаясь, что завеса опущена.И только тогда позволил себе уйти окончательно.

Прошло два дня с того вечера.Никаких звонков. Никаких повторений.Жизнь, казалось бы, вернулась на круги своя.

Франц закончил последнюю смену и, как обычно,шёл домой по той же тропе, что и всегда.

Знакомый тротуар. Те же фонари. Те же дома с кривыми крышами.Но в голове – никакого “обычно” не было.

Сцена, где девочка храбро отказалась сесть в чужую машину,где он стоял между ней и опасностью,всё это прокручивалось в голове, будто чьё-то чужое воспоминание,но с каждой секундой становилось всё более его собственным.

Он даже не заметил, как мысли увели его дальше —в далёкое, давно забытое… детство.

Он вспомнил, как однажды в начальной школе одноклассники снова набросились на него после уроков.

Он не умел сдерживаться, но и не умел драться тогда.Они были грубы, как всегда.

Смеялись, унижали.

И тогда – вдруг – одна из девочек встала между ним и толпой.Тихо, но уверенно.

Словно говорила не с детьми, а с будущими преступниками.

– 

“Оставьте его. Он умнее вас.”И они отступили.

Он забыл её имя, или нет. Неизвестно. Но должно быть судьба их встретить еще.

Но никогда не забыл это чувство —когда кто-то стал твоей защитой,в тот самый момент, когда ты не мог справиться сам.

Теперь он понял, почему вмешался тогда,два дня назад.

Франц заметил дым, когда уже почти свернул к дому.Он остановился.

Поднял глаза —над крышами поднимался плотный, тёмный столб,заполняя вечернее небои искажая закатный свет до тревожных оттенков.

Он не хотел вмешиваться.

Честно.

Это был не его бой, не его адрес, не его дело.

Но внутри —что-то сжалось.Как тогда, две ночи назад.

Как будто сам воздух начал давить,и он не мог просто пройти мимо.

—«Чёрт…»

Он сжал кулаки, глубоко вдохнул —и побежал.

Поначалу быстрым шагом,а потом – уже по-настоящему,обгоняя прохожих,петляя через тротуары.

Вокруг – крики.Шум.Кто-то снимал на телефон.

Кто-то кричал в трубку:

– 

Горит! Это коттедж на Таррен-стрит, трёхэтажный! Там кто-то есть, кажется! Пожарные, быстрее!

Когда Франц подбежал ближе —он увидел его.Тот самый дом.

Огромный, массивный, словно особняк.

Белый фасад – теперь покрыт сажей.

Пламя вырывалось из одного из окон второго этажа,разбивая стекло и выплёскиваясь, как живая змея.

Огонь плясал по крыше,а внизу собрались десятки людей —кто в панике, кто в растерянности.

Франц задержался на краю толпы,взгляд его метался по окнам.

Тени. Где-то там кто-то был. Он чувствовал.

Франц остановился у ворот, тяжело дыша. Пламя ревело, будто живое. Он смотрел на горящий фасад – белый, трёхэтажный, с каменными балконами и высоким остеклением – слишком знакомым.

– 

Чей это дом?! – крикнул он. – Кто знает?! Чей это дом?!

Его голос прорезал гул толпы, перекрывая чужие разговоры, плач, звук сирен вдалеке.

Никто не ответил сразу. Но потом, почти одновременно, несколько голосов сказали:

– 

Это дом семьи Вайс.

– 

Вайс. Да. Той самой.

Франц застыл.

Он чувствовал, как у него внутри всё сжалось —

Словно сердце в попытке сбежать прижалось к рёбрам.

Он хотел ошибиться. Хотел, чтобы это был просто похожий фасад. Просто совпадение. Но судьба решила иначе.

Это был тот самый дом.

Алиса.

Без раздумий, без оглядки – Франц бросился вперёд.

Через ленту. Через толпу. В самое сердце пылающего здания.

По мере приближения к дому,

Франц заметил движение на земле.

Он резко остановился.В пламени, в отблесках дыма и хаоса —тела.

Трое. Нет, четверо.

Одеты одинаково – строгие костюмы, защитные гарнитуры.

Охрана.

Лежали неровно, кто-то лицом вниз, кто-то с залитым кровью воротником.

Некоторые ещё слабо шевелились —но большинству уже было не до помощи.

Франц стиснул зубы.

Он всё понял: это не просто пожар.Это – нападение.Спланированное. Хладнокровное.

Но сейчас было не время считать погибших.

Дверь дома была открыта.

Просто распахнута, будто сама смерть ждала гостей.

Франц шагнул внутрь – и ударился в стену дыма.

Он кашлянул, тут же накрыл рот рукой.Дышать – больно.

Воздух будто сжигал лёгкие изнутри.

Он опустился ниже, почти на корточки.

Сквозь клубы дыма – знакомые очертания мебели, лестницы, коридоров.Этот дом он уже видел однажды.

На фото, в досье, мельком во время сопровождения.

Но теперь – он горел.

Где-то в глубине – крик.

Тонкий. Детский. Сдавленный.

– 

Алиса… – прохрипел Франц, и сорвался вперёд.

Франц прижался к стене, закрывая лицо от жара,и именно в этот момент его накрыло:

Почему полиция не поможет.

Здесь не было времени на протокол.

Здесь каждая секунда – смерть.И если бы он позвонил полиция—когда те приедут, от Алисы останется только имя в отчётах.

И он вспомнил.Визитка.

Он судорожно начал шарить по внутреннему карману пальто,задев что-то твёрдое, обожжённое по краям – она.

Чёрная. Без имени. Только инициалы: PLC // Division 9.

Он вытащил её, достал телефон.

На экране мигали искры сигнала – дым мешал приёму,но связь была ещё жива.

Он нажал вызов.Один гудок. Второй.

– 

PLC, приём. PLC, приём. Вы слышите меня?!

Шум в трубке. Потом – щелчок.

– 

…1.0… 9900.01.. Вас слышим, говорите.

Голос был ровным, профессиональным.

Не удивлённым – будто они знали, что этот звонок случится.

– 

Это Франц Дарк.Дом Вайс. Таррен-стрит. Пожар. Нападение. Внутри девочка. Живая. Возможно, другие.

Короткая пауза.

– 

Принято.Время прибытия – 2 минуты.Не пытайтесь героизма, если риски превышают допустимые.

Франц усмехнулся криво, даже не отвечая.

– 

Поздно. Я уже внутри.

Маленькое тело Алисы лежало на полу,

Почти скрытое клубами дыма.

Она была в углу,рядом со стальными шкафчиками у стены,

– 

С открытыми дверцами, чёрными от копоти.Видимо, она пряталась внутри.И только потом – выползла.

Но сейчас она уже не могла встать.

Руки дрожали.Кожа блестела от пота, ресницы слиплись.Лицо было грязным, губы пересохли.

Глаза – открыты, но мутные.Она ещё была в сознании. Но едва.

Франц не думал.

Он рванул вперёд, почти на карачках.

Каждый вдох – как ожог.

Пламя лизало потолок.

Сверху обрушилась балка – но он проскользнул,

Как будто его вёл кто-то свыше.

Он подполз к Алисе.

– 

Алиса! Алиса, ты меня слышишь?

Она моргнула.С трудом.

– 

Ф… Франц?..

Голос – хриплый. Сломанный. Почти беззвучный.

Франц обнял её, почувствовав, какая она лёгкая.Слишком лёгкая.

Он сорвал с себя пиджак и обмотал её,

Прикрывая голову, плечи, руки.

Как можно плотнее.

Поднял на руки – и встал.Огонь уже обходил комнату кругом.Скоро потолок рухнет.

Выйти с человеком на руках оказалось в разы тяжелее,чем прорваться туда одному.

Франц чувствовал, как жар пробирается под кожу,как ноги заплетаются,как тело – несмотря на адреналин —становится тяжёлым, как свинец.

Он пригибался, маневрировал,закрывал Алисину голову локтем,плечом принимал на себя удары падающих щепок и углей.

Каждый шаг – как битва.Воздух будто состоял из огня и стекла.

Он кашлял, задыхался,в глазах темнело.

Всё внутри кричало: “Оставь. Отпусти. Не дойдёшь.”Но он шёл.

И вот —резкий свет. Свежий воздух. Гул голосов.

Он вышел.

Сквозь раскалённый дверной проём,

Словно из пасти чудовища —вынес Алису наружу.Дальше он не мог.

Колени подогнулись.Он рухнул рядом, аккуратно укладывая девочку на асфальт.

Они оба лежали.Дышали.Жадно, неровно, будто вынырнули с самого дна океана.

Алиса не плакала.Она жила.

Франц отвернулся, вгрызаясь взглядом в тлеющий фасад,и снова понял:

Он не мог не вмешаться.И теперь – уже никогда не уйдёт.

Гул двигателя вывел Франца из полубессознательного состояния.На улицу въехала та самая машина.

Чёрная. Матовая. Без номеров.Тяжёлые колёса, бронированный кузов.

Толпа начала шептаться —одни думали, что это спецслужба,другие – секретный отдел полиции.

Но ни тем, ни другим эта машина не принадлежала.

Она шла отдельно,но – к удивлению всех – прибыла с полицией и пожарными одновременно.Как будто координация заранее отработана.

Двери распахнулись.Из машины вышли люди в бело-чёрной форме.Логотип на груди – PLC Division 9.

Они не бежали – шли быстро, но точно,словно уже знали, что произошло.

Алиса, лежащая на асфальте, еле слышно шептала:

– 

…Папа… мама…

Франц посмотрел на неё.В глазах девочки – вопрос, отчаяние, надежда.

И тогда его взгляд метнулся к дому.

Он вспомнил:они были там.

– 

Чёрт…

Он резко попытался встать.Снова туда.Внутрь. За ними.

– 

Там ещё кто-то!..

Но его остановили.

Один из бойцов Проксимы схватил его за плечо.

– 

Ты не пройдёшь. Сейчас уже нельзя.

– 

Ты не понимаешь! – крикнул Франц, задыхаясь.

– 

Это её родители… они могут быть…

Боец кивнул, но не отпустил.

– 

Мы уже вошли.

– 

Если они ещё живы – мы найдём. Если нет… ты не должен умирать вместе с ними.

Франц замер.Он хотел рвануться.Но взгляд Алисы…

Он снова сел рядом с ней.Протянул руку.

Она взяла его пальцы слабо, но крепко.Огонь гудел. Пожарные забегали.

Команда PLC растворилась в дыму —а Франц остался на земле.

Живой. И злой.

Спустя некоторое время Франц сидел у машины профессиональных парней. Салон машины был тёмным и холодным.

Шум улицы оставался за бронированными стенами.Внутри – только свет мягкой панели и три человека.

Франц сидел напротив двоих агентов.

Оба – в бело-чёрной форме Проксимы.Один – молчаливый и напряжённый,второй – спокойный, но с цепким взглядом.

Водитель – не вмешивался. Глаза на дороге, уши на разговоре. Машина стояла, ожидала. Внутри – тишина, но не покой.

Агент с планшетом посмотрел на Франца.

– 

Кто ты?

Голос был ровный, без обвинения, но и без дружбы.Франц не ответил сразу. Он тяжело дышал.

Дым всё ещё сидел в лёгких. В голове – Алиса, её шёпот, её отец.

– 

Франц… Дарк.

– 

Кем ты ей приходишься?

– 

Никем. Просто… прохожий.

Агент немного приподнял брови.

– 

Прохожий, который бросился в горящий дом?

Франц сжал кулак.

– 

…Она одна. Была. Теперь – нет.

Второй агент, тот, что молчал, заговорил:

– 

Ты её спас.

– 

Но ты не полиция. Не врач. Не пожарный. Кто ты на самом деле, Франц Дарк?

Франц перевёл на него взгляд.

– 

Раньше – военный. Сейчас – никто. Я никому не обязан. И никому не служу.

Первый агент отметил что-то в планшете.

– 

Имел ли ты связи с семьёй Вайс?

– 

Отец, мать… знакомы тебе?

– 

Нет, – коротко ответил Франц. – Только Алиса. Случайно.

Агент взглянул на напарника.

– 

Девочка из богатой семьи.Отец имел значимое место в социальности вот причина инцидента.

Фургон замедлился.Свет от фар размыто отражался на мокром асфальте.

Они подъехали к перекрёстку, где начиналась оживлённая часть города,

Но изнутри фургон казался отдельным миром – тихим, сдержанным и тяжёлым.

Алиса лежала на медицинской кушетке, едва дыша.Пульс – слабый, но стабильный.Она была без сознания.

Франц смотрел на неё, будто пытаясь прочесть мысли девочки,

Будто надеясь, что она проснётся и скажет ему, как поступить.

Рядом – оба агента.Они переглянулись, и младший, с более жёсткими чертами лица, сказал:

– 

Полиция больше не вмешивается. Это “внутреннее дело”.

– 

Им уже дали инструкции. Всё будет оформлено как бытовое возгорание.

Франц прищурился.

– 

У вас всё отработано, да?

Старший агент не ответил сразу.Он просто кивнул.

– 

Мы действуем быстро, чтобы не было лишних слухов.

– 

Пока ты разговариваешь, кто-то уже заметает следы.

Франц посмотрел на Алису.

Её лицо – беззащитное, обожжённое, детское.Такое лицо нельзя оставить “в системе”.Такое лицо нельзя сдать в бюрократию.

Он встал и повернулся к агентам.

– 

Кто вы?

Они молчали.

– 

Я не передам вам её. Ни врачам, ни полицейским, ни вам.

– 

Если она пойдёт куда-то – то только со мной.

Оба агента – снова переглянулись.Старший чуть опустил взгляд, будто размышляя.

А потом сказал:

– 

Мы – Проксима.

– 

Ты спас её, но ты зашёл дальше. Теперь ты стал частью этого круга.

Франц сделал шаг ближе.

– 

Тогда… возьмите и меня. Я хочу знать, кто вы. Я хочу быть с вами. Я хочу защитить её.

Наступила короткая тишина.Младший фыркнул, но сдержался.

Старший посмотрел в окно, будто ища что-то в ночи.

А затем коротко кивнул:

– 

Тогда пойдёшь с нами.

– 

На собеседование.

Он поднял коммуникатор и произнёс:

– 

“Объект F: подтверждён. Требуется встреча с сержантом Гаррет.”

Затем повернулся к Францу:

– 

Добро пожаловать в зону, где законы не пишут – их перезаписывают.

Том 1 Глава 3 – Новая жизнь

Вечер в Валдемисе был обычным.

Все спешили домой.

Офисные здания медленно гасили окна,рекламные щиты мигали яркими слоганами,а в центре города пробки дымили выхлопами.

Так было каждый вечер.

Мегаполис жил своей жизнью:кто-то торопился в магазин за ужином,кто-то листал новости в транспорте,кто-то ждал такси под навесом у кафе.Город был полон людей.

На окраине Валдемиса, в секторе 11,

Где шум города стихал,

А фонари мигали неритмично,

Под старым бетонным мостом состоялась встреча.

Там не было свидетелей.

Только темнота, редкие всполохи фар вдалеке

И холодный ветер, что гнал по асфальту мусор.

Франц стоял один.

Алиса всё ещё лежала в клинике, в бессознательном состоянии,

Её дыхание было ровным, но слабым – врачи сказали: стрессовое отключение сознания.

Он знал, что должен быть рядом с ней.

Но вместо этого – он здесь.

Встретиться. Узнать.

Понять, во что он вляпался.

Перед ним стояли двое.Люди в чёрном, но не мафия.На их костюмах были эмблемы:

PLC- Не ограниченная корпорация Проксима.

По крайней мере, так значилось в их официальной легенде.Но в деле боролись с мафией наркоторговцев. На деле – это были люди, которым не писали законы.

Старший из них был высоким, с ровной спиной и резким взглядом.Второй – молчаливый, с шрамом на подбородке, держался чуть сзади.

– 

Франц Дарк? – спросил старший.

Голос был ровным, будто он проверял не личность, а товар на складе.

– 

Именно, – коротко ответил Франц, не меняя выражения лица.

Старшим был Сержант Гаррет.

Человек, о котором в Проксима ходили слухи.Он говорил мало, но каждое слово звучало так, будто за ним стоял целый протокол.

Гаррет внимательно посмотрел на Франца, взгляд скользнул по его лицу, по позе, по глазам.

Он уже знал, с кем имеет дело.

И уже решил – взять или нет.

– 

Ты не похож на героя, Дарк, – спокойно сказал Гаррет. – Но иногда именно такие люди нам нужны.

Франц не ответил.

Слова для него сейчас не имели смысла, Он уже выбрал.

Второй агент, стоявший рядом, был моложе – это был Даленн.

Он держал в руках планшет, куда вводил данные.

– 

Простая проверка. Формальность, – сказал Даленн, не поднимая глаз.

– 

Дата рождения, кровь, прошлое, армейский стаж. Всё по тебе известно.

– 

Но нам нужно услышать одно —

– 

Зачем ты здесь?

Франц посмотрел на них спокойно.

– 

Потому что иначе её не защитить.

Даленн усмехнулся.

– 

Ага. Классический мотив: спасение кого-то, чтобы забыть себя.

Гаррет поднял руку, давая понять, что хватит.

– 

Хорошо, Дарк. Ты пойдёшь с нами.

– 

Куда? – спросил Франц.

– 

Туда, где заканчиваются инструкции и начинаются решения.

– 

Пойдёшь в PLC. Девятый отдел.

Он сделал шаг вперёд.

– 

Будешь выполнять грязную работу. Будешь знать то, о чём не говорят по телевизору.

– 

Взамен – получишь возможность держать Алису под нашей защитой.

– 

И…? – спросил Франц, всё ещё ровным голосом.

Гаррет слегка опустил глаза, как будто проверяя самого себя, а потом сказал:

– 

И станешь одним из нас.

С этими словами, конечно, разговор не был окончен.

Франц понимал: соглашение с Проксимой – это не сделка в магазине.

Это не “да” и “нет”. Это вход без обратного выхода.

Но в тот момент он думал только об одном:

Алиса.

– 

Я заберу её домой, – сказал Франц, спокойно, но твёрдо. – Она не проснётся в больнице среди чужих. Это моё условие.

Гаррет долго смотрел на него.

Тишина висела, как сталь между зубами.

– 

Не по протоколу, – тихо сказал Даленн, глядя на планшет. – По правилам – она должна быть в охране до выяснения.

Франц не отступил:

– 

Если вы меня хотите, я заберу её домой. Сегодня ночью.

Гаррет опустил взгляд.

– 

Ладно, Дарк.

– 

Только учти: за девочку теперь отвечаешь ты.

Он посмотрел Францу прямо в глаза.

– 

Не как человек. Как агент.

Франц кивнул.

– 

Понимаю.

– 

Хорошо. Тогда ночью за вами заедет наш человек. В 03:00. Чёрная машина. Без опознавательных знаков. Не опаздывайте.

Даленн записал координаты.Они пожали друг другу руки – коротко, без слов.

И Проксима ушла в ночь, растворившись в тенях под мостом, оставив за собой только холодный воздух и ощущение, будто Франц сделал шаг туда, откуда пути назад уже нет.

Алиса открыла глаза.

Первые секунды – тишина. Потолок, мягкий свет лампы.

Не больница. Не подвал. И не те мрачные коридоры, в которых она провела последние дни.

Она лежала на диване.

Обычный диван.

Прямо перед ней – выключенный телевизор.

По бокам – два окна, за которыми плыла ночь, редкие машины, фонари.

В комнате было тепло. Слишком тепло – после холода клиники.Она осторожно приподнялась, чувствуя, как всё тело отзывается слабостью.

Пальцы дрожали, но не от страха – от переутомления.

– 

“Где я?.. Франц?”—Ответа не было.

Но в другой комнате – раздался звук.

Лёгкий скрежет посуды.И вместе с ним – тёплый, сладкий запах.

Горячий шоколад.Алиса знала этот запах с детства.

Он словно вытянул её из полусна в реальность.

Она с трудом села, ноги всё ещё подкашивались, но взгляд стал яснее.

Шёпотом, почти неуверенно, она позвала:

– 

Франц?..

Ответа снова не было.

Но через пару секунд из кухни вышел он.

Спокойный.С чашкой в руке.Он поставил чашку на стол рядом с ней и присел на корточки.

Франц передал Алисе чашку с горячим шоколадом.

Он молчал, просто наблюдал.

Смотрел, как девочка обхватила кружку обеими руками – дрожащими, тонкими, словно боясь, что тепло исчезнет, если отпустит.

Взгляд её был опущен. Губы дрогнули.

И в следующий миг…Слёзы.

Не истерика. Не крик.

Искренние, тихие слёзы, которые невозможно было сдержать.

Слёзы не страха.И не боли.

Слёзы, когда наконец не нужно притворяться сильной.

Франц не двигался.Не сказал ни слова.Он знал: некоторые вещи нельзя прерывать. Даже ради утешения.

Алиса сидела, глядя в чашку, из которой поднимался пар,и слёзы катились по её щекам, падали в шоколад, смешиваясь со вкусом жизни, которая больше никогда не будет прежней.

Она не всхлипывала.Не закрывала лицо ладонями.Просто плакала, словно тихий дождь, который всегда наступает после слишком долгого шторма.

Франц ждал.

Алиса вытерла слёзы ладонями. Но они всё равно текли.

Она смотрела в чашку, будто пыталась спрятаться в этом тепле.

И всё же, набравшись сил, задала вопрос, который жёг изнутри:

– 

Что… Ч-что стало с мамой и папой?

Франц не ответил сразу.

Он отвёл взгляд в сторону,его челюсть немного сжалась,пальцы на колене незаметно напряглись.

Он знал, что этот момент наступит.Но всё равно не был к нему готов.

Как сказать ребёнку, что мир, который она знала, уже сгорел?Он посмотрел на неё.

Тихо, ровно, без нажима, спросил:

– 

Ты уверена, что готова услышать правду?

Алиса кивнула.Но её плечи дрожали.Франц понял, что выбор сделан.

Он опустил глаза. И произнёс:

– 

Их больше нет.

Тишина.

Словно эти три слова были не просто звуком, а ножом, разрезавшим воздух.

Алиса сжалась.

Кружка дрогнула в её руках, и горячий шоколад чуть пролился на пальцы.Она даже не почувствовала ожога.

Слёзы снова пошли по щекам – уже другие.

Не слёзы страха.Не слёзы одиночества.Слёзы утраты.

Она зажала рот ладонями.Но звук всё равно прорвался.Тихий, глухой всхлип, будто сердце треснуло внутри.

Франц осторожно убрал чашку из её дрожащих рук,поставил на стол рядом, чтобы она не пролилась.

Не сказал ни слова.

Он просто подтянул девочку к себе,аккуратно, не ломая границы,но достаточно, чтобы она почувствовала —он рядом.

Её тело было лёгким, почти невесомым,но вся тяжесть мира в этот моментбыла именно на её плечах.

И Франц знал это.Он не пытался объяснить.Не говорил, что «всё будет хорошо».

Не говорил, что «нужно держаться».Он просто обнял её.

Тихо.Надёжно.Так, как обнимают в момент, когда слова уже не работают.

Он чувствовал, как она дрожит.

Чувствовал её слёзы, пропитывающие его рубашку.Но не отстранялся.Не спешил.

Просто сидел с ней в этой ночи,в этой маленькой комнате,где за окнами шёл равнодушный город,а внутри было место для того,чего в этом мире не хватает чаще всего—Поддержки.

После того, как Алиса заснула,

Франц долго сидел в полутьме,

Глядя в окно.В голове – список вопросов,которых он не мог проигнорировать.

Имущество семьи Вайс.

Дома, счета, активы – всё это по закону должно было перейти Алисе.

Но девочке всего десять.До шестнадцати – она не имеет права распоряжаться наследством.

Опекун – временный владелец.

Тот, кто держит ключи, но не хозяин.И вот тут начинается опасная часть.

– 

Любой, кто знает об этом,может попытаться «помочь»…или попытаться убрать наследницу.

Франц это понимал.Мафия уже пришла за её отцом.

Теперь они могут прийти за ней – не ради мести, а ради доступа к наследству.

Их мир был жестоким.В нём с бизнесом работали не только легальные схемы,но и оружие.

Франц думал долго.Часы на стене показывали 02:53 ночи.

Он перебирал в голове всё,

Что могло произойти дальше:

Если оставить Алису здесь —они придут.

Если передать её полиции —полиция слаба против таких врагов.

Если скрывать её самому —рано или поздно его найдут.

– 

«Проксима. Это единственный путь.»

В 03:00 ровно

За окном остановился чёрный седан.

Свет фар был выключен.Сигнала не последовало.

Но Франц и так знал – это за ним.Он тихо встал с кресла.

Подошёл к Алисе, которая спала на диване,

Заснув прямо в одежде.Франц аккуратно коснулся её плеча:

– 

Алиса. Проснись. Нам пора.

Девочка что-то пробормотала сквозь сон:

– 

Мммм… дай ещё… немного…

Её глаза даже не открылись полностью.Франц поднял её на руки.

Она снова уснула у него на плече.Так ничего и не поняв.

У машины стоял агент Проксимы.Без слов открыл заднюю дверь.

Франц посадил Алису внутрь.

Её дыхание было ровным,лицо спокойно,будто весь мир вокруг перестал существовать.Он сел рядом, и дверь закрылась мягко,почти бесшумно.

Агент улыбнулся, не глядя в зеркало заднего вида.

– 

Всё нормально, солдат.

Точнее – Францизус Дарк.

Местный, замкнутый. Идеальный кандидат для нас.

Метр 172. Рост замерен правильно, не переживай.

Голос был слишком спокойный для сверхсекретных дел.

Словно это не вербовка, а обычная ночная поездка.

Но за этой лёгкостью чувствовалась чёткая грань.

Он говорил ровно столько, сколько хотел. Ни словом больше.

Франц нахмурился.

– 

Откуда ты всё знаешь?

– 

…

– 

Сколько вас? Вы что, шпионили?

Агент не сразу ответил.

Сделал поворот, вывел машину на ровную трассу, за город.

Потом спокойно сказал:

– 

Знаем мы ровно столько, сколько нужно.Мы не шпионим, Франц. Мы наблюдаем.За всеми, кто может нам подойти.У тебя был выбор – вмешаться или пройти мимо.Ты выбрал первый вариант. Поэтому мы здесь.

Машина плавно набирала скорость.

– 

Не думай, что ты особенный.У нас список из тысячи.Но ты – в первой десятке.

Франц посмотрел в окно.

– 

И что теперь?

– 

Теперь ты поехал с нами.

И, поверь, это не самое страшное, что могло с тобой случиться.В салоне снова стало тихо.

Лишь ночная дорога, ровный шум шин и дыхание спящей Алисы.

…. – Франц не знал как ответить, или хотя бы продолжить разговор, поэтому и молчал весь оставшийся путь.

Машина шла по окраине города, где почти не было движения. Часы приближались к четырём утра. Ночь уже отступала, но это ещё не был полноценный рассвет – просто стало светлее настолько, чтобы разглядеть обочины, здания вдалеке, серые полосы асфальта. Уличные фонари продолжали гореть, свет фар отражался от влажного дорожного покрытия. Город позади постепенно растворялся, уступая место пустым кварталам и промышленным зонам.

В машине стояла тишина. Только шум колёс и редкие фразы по рации, но они не касались Франца и Алисы. Она спала, свернувшись под ремнём безопасности. Её дыхание было ровным, и Франц смотрел на дорогу вперёд, даже не пытаясь закрыть глаза.

Когда они наконец добрались до места, машина остановилась у массивных ворот. С первого взгляда было понятно – это не обычное здание, а объект военного типа. Высокие ограждения, колючая проволока по периметру, скрытые камеры, прожекторы, металлические панели на стенах. За воротами ничего не было видно – место изолированное, охраняемое.

У привратника стояли охранники, но когда они увидели машину и символ на кузове, только кивнули и продолжили свою работу. Агент за рулём спокойно достал удостоверение, показал его через окно, не говоря ни слова.

Без лишних вопросов ворота открылись, раздался короткий гул механизма. Машина медленно въехала внутрь, и ворота за ними снова захлопнулись, словно мир за пределами этого места перестал существовать.

Пока машина двигалась по внутренней территории, Франц смотрел в окно, не задавая вопросов. Внутри было всё, как он ожидал – но в то же время, масштаб вызывал удивление. Огромная площадка с разметкой, напоминающей стоянку для техники, тянулась вдоль основной дороги. И техника там действительно стояла – бронированные машины, дроны, лёгкие броневики, даже несколько тяжёлых грузовиков с усиленной защитой. По периметру двигались люди в форме, но не в стандартной армейской – на плечах нашивки “PLC”, жилеты с белыми полосами, каждый экипирован по высшему уровню.

Чуть дальше Франц заметил несколько зданий. По виду – одно из них медицинский центр, другое – склад. За ними шли жилые корпуса для личного состава. Территория была устроена чётко и эффективно, как часы: здесь всё служило конкретной цели.

По внутренним подсчётам Франц понял – на территории легко размещались не меньше 300 солдат, а всего, с персоналом, численность доходила до 600 человек. Для техники – огромный ангар, по объёму рассчитанный минимум на сотню машин.

Это была закрытая база. Не просто склад или тренировочный полигон, а полноценный узел операции. Проксиме здесь принадлежал целый автономный сектор.

Когда машина остановилась у одного из боковых входов, Алиса проснулась. Она не сразу поняла, где находится, но увидев Франца рядом, почувствовала себя спокойнее. Они вышли из машины вместе, и в этот момент агент, который вёз их всю дорогу, наконец представился.

– 

Я Фелтрас. В базе больше знают меня как «Защита», – сказал он, доставая из внутреннего кармана папку с документами. Голос его был лёгкий, почти с улыбкой, но в действиях не было ни капли расслабленности. Всё чётко, по делу.

Он открыл папку и повернул её к Францу, давая понять – всё о нём уже собрано.

– 

Младший агент. Сейчас подчинён Сержанту Гаррету. – Фелтрас слегка постучал пальцами по обложке, показывая уверенность, – И да, это твоя досье. Полный пакет. Собрал за один день.

Франц мельком глянул в папку, но не стал спрашивать, откуда те взяли все данные. Он и так понимал – Проксима не действует медленно. Если они что-то решили, информация появляется мгновенно.

Алиса стояла чуть позади, прижимаясь к Францу. Она молчала, но взглядом следила за каждым их движением.

Фелтрас листнул папку дальше и, не давая времени на паузу, добавил:

– 

И да, документы на Алису тоже оформлены. Она теперь в статусе «ребёнок под охраной Проксимы». Так что полиция, опека или кто-то ещё – трогать её не будут. Все вопросы автоматически передаются нам.

Франц кивнул. Он понимал, что это значит. Алиса теперь не просто девочка, попавшая в беду – она находилась под защитой структуры, которая действует параллельно государству. Это давало безопасность, но в то же время означало: выхода назад почти нет.

Алиса смотрела на Фелтраса, не до конца понимая формальности, но чувствовала – ситуация серьёзная.

Возможно из-за психологического удара или из-за того, что несколько ночей подряд она почти не спала, лицо Алисы было мрачным. Она стояла тихо, не отвечала на вопросы, не пыталась ни с кем говорить. Франц это видел, но не давил. Он знал, что иногда лучше не лезть с разговорами, если человек не готов.

Фелтрас тоже заметил её состояние, но сделал вид, что не придаёт этому значения. Он проверил часы и жестом показал Францу идти за ним. Они прошли через коридор административного блока, минуя несколько дверей, за которыми слышались шаги и тихие переговоры. Комнаты в здании были простыми: серые стены, минимум мебели, приглушённый свет. Здесь не было ни намёка на комфорт. Это место работало по другим принципам.

Когда они дошли до нужного кабинета, Фелтрас постучал два раза и открыл дверь. За столом сидел Гаррет Мор – сержант Проксимы, человек, который командовал многими отрядами в этой части структуры. Он не встал при их появлении, просто жестом пригласил пройти. На столе перед ним лежали уже другие документы, и Франц понял, что собеседование начинается прямо сейчас, без лишних вступлений.

Гаррет смотрел на Франца спокойно, без лишних эмоций.

– 

Садись.

Франц сел. Алиса осталась стоять у стены, опустив глаза. Её никто не трогал.

Гаррет открыл папку, бегло посмотрел на несколько страниц и начал говорить ровным голосом:

– 

Франц Дарк. Местный. Уровень подготовки выше среднего для гражданских. Личные качества: замкнутый, прагматичный, склонен к самостоятельным решениям. Потенциальный агент – условно допущен к программе.

Он перелистнул страницу.

– 

Связь с девочкой Алиса Вайс – особый случай. Её статус: “ребёнок под охраной Проксимы”. Родственные связи разорваны по независимым от неё причинам. Вариантов немного.

Франц слушал, не перебивая. Гаррет поднял взгляд.

– 

Почему ты хочешь быть здесь? Ответь прямо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.