Рай обетованный
Александр Валериевич Кожевников

© Александр Валериевич Кожевников, 2025

ISBN 978-5-0067-9271-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Рай обетованный

На небесах только и разговоров, что о море (с) х\ф «Достучаться до небес.»

– Рай обетованный, – сказала Лина, оборачиваясь, – почти девственно чистая планета.

Келлар, изучая отчёты о деградации энергосетей, с отвращением потягивал из тубы чуть тёплый рацион номер три. Суп пюре со вкусом криля и более чем стойким привкусом рециркулированной воды. Вентиляция гудела, разнося запахи озона и пыли. Орбитальная станция «Глубина» висела над мрачным, серым, словно изъеденным ржавчиной спутником газового гиганта. Изрезанного вдоль и поперёк бороздами, ущельями и кратерами. Часть кратеров тускло поблёскивала прозрачными куполами. Геотермальные солнечные электростанции, фузионные реакторы, антенные поля. Горнодобывающие и перерабатывающие комплексы, заводы, криохранилища, транспортные хабы. Обсерватория. Космопорт.

Гляциологические станции, детекторы частиц, агрокультурные и рекреационные купола. Подлёдные исследовательские базы, радиационные убежища, центры управления. Системы рециклинга, опреснительные модули, центры подготовки, склады. Здесь, на краю чужой системы, за сотни световых лет от поглощенной когда-то туманностью прародины, жили колонисты.

– Рай? – Он фыркнул, отодвинув тубу. – В последнем «раю», куда нас занесло, мы чуть не остались без кожи, помнишь?

Он машинально потёр шрам на предплечье, вспоминая агрессивные микроводоросли в океанах Центавра-Прайм.

Его адаптивные механизмы постоянно сбоили в сухой и искусственной среде.

Лина, его партнерша, переносила станционную жизнь легче. Но Келлар видел, как она подолгу смотрит на голограммы океанов – синих, бескрайних, непохожих на замкнутые аквакультурные бассейны «Шара».

– Информационное общество, пост-индустриальная стагнация, – Лина тоже приложилась к его полупустой тубе, – до сих пор делят ресурсы и бултыхаются в своих консервных банках на планетарной орбите. Зато экология, нам и не снилось. Много воды, зелени, гор, пустынь, чистейший воздух, никакого терраформирования. Настоящий живой криль, а не этот концентрат! – пустая туба полетела в утилизатор.

– Продолжай, я заинтригован!

– Примитивная реактивная тяга, не осилили даже термояд. Разработки ЯРД в зачаточном состоянии. Мы засекли пару их скаутов – они еле-еле доползли до границ системы. Ведём пассивное наблюдение.

– Пассивное? – поднял бровь Келлар. – Судя по твоему лицу ты уже готова нырнуть туда с головой!

Он знал этот чуть флуоресцирующий блеск в её глазах. Они мерцали также, когда она нашла в архивах ролики о подводных городах их далёкой прародины. Прошитая глубоко в генах тоска по водной стихии.

– Готова! А что? – она вызывающе тряхнула чёлкой.

– Где ты это раскопала? – спросил он.

– Помогала восстанавливать данные на одном носителе из архива, – она улыбнулась, – и совершенно случайно скопировала их себе.

– А если тебя спалят?

– Дальше Плуто не пошлют… Не перебивай! – она сделала вид, что сердится. – Так вот, около тридцати лет назад там пошёл на вынужденную наш ремонтник. Данные об инциденте засекречены. Данные о жертвах засекречены. Данные о координатах засекречены, сектор объявлен запретным для полётов, всем кораблям, проходящим рядом, включая гражданские, рекомендовано использовать стелс-режимы, частотно-импульсные спецификации прилагаются. В аварийных случаях рекомендуется заглушить двигатели и дрейфовать до прибытия спасательной группы. В случае неизбежности входа в атмосферу рекомендуется катапультироваться в спасательной капсуле на безопасную орбиту. В случае невозможности занятия безопасной орбиты рекомендуется активировать системы самоподрыва корабля.

«Жертвы?» – Келлар нахмурился. – «Значит, экипаж не выжил. Или… выжил, но о них предпочли умолчать. Как с «Туманом -7» или «Бриз Эпсилон». Он попытался вспомнить всех пропавших без вести за последние десятилетия в этом секторе.

– Ну, что скажешь? Не молчи! – требовательно затормошила его Лина.

– Н-у-у-у… Такой себе рай… – он усмехнулся. – С таким же успехом можно отдыхать на стеллараторе с нестабильными магнитными ловушками. Или, как это раньше говорили? На гексогеновой бочке?

– Раньше говорили – на пороховой бочке. – Лина прикусила губу – Гексоген появился позже…

– И что же ты предлагаешь?

Лина оживилась, выводя на браслет коммуникатора голограмму с картой сектора. Красная мигающая сфера – запретная зона вокруг орбиты третьей планеты. Синяя точка – текущее положение их «Глубины». Зеленая пунктирная линия – «ошибочный» прыжок. Голограмма мерцала, отражаясь в ее глазах. Словно неведомая ей самой синева океанов.

– Мы, м-а-а-ленькая, но гордая круизная яхточка, отправляемся в свадебное путешествие, только ты и я. – Лина томно подмигнула ему. – Перед входом в прыжок имитируем сбой системы навигации и трек выбрасывает нас на границе запрещённого сектора. Далее имитируем неполадки в двигателях…

– Дай угадаю, – усмехнулся Келлар, – а на любые попытки прийти к нам на помощь мы имитируем неполадки со связью?

– В космосе случается всякое… – кивнула она. – А поскольку, напоминаю, мы всего лишь круизная яхта, у нас нет систем самоподрыва. К тому же мы – тупые гражданские и ничего не знаем об этом секторе.

– Надеюсь, что их средства слежения так же примитивны, как их двигатели, – покачал головой Келлар, прикидывая манёвр торможения в плотной атмосфере – А каковы шансы, что нас не сожгут как мусор?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.