Последний из рода. Врата Небес
Amrita del Sol

© Amrita del Sol, 2025

ISBN 978-5-0067-9110-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Последний из рода. Врата Небес

Пролог

Мужчина стоял на высоком холме, который заливал солнечный свет, воздух был свежий и прохладный, но не морозный и не пробирал до костей. Пахло уже чем-то теплым, приятным и ароматным… как цветы… Пахло весной!

Правда мужчина жмурился от необычной яркости солнечного света, и даже прикрывал глаза ладонью. В центре холма росли цветы… Они казались ему смутно знакомыми, но их название хранилось где-то далеко и в глубине разума. Пытались всплыть в памяти и другие детали. Что за раскрас? Почему они так пахнут? Будто кофе с карамелью и корицей? Или просто их запах навевает ему такие ассоциации?

Он что-то помнил про них… но сейчас забыл. Вроде у этих цветов был какой-то смысл и символизм? И тут раздался мелодичный голос, будто переливался колокольчиками на ветру, со смешливыми нотками.

– Пришла пора!.. – засмеялся голос, расширяясь и заполняя собой будто все пространство. – Вот, и весна! А тебе пора выбирать!

– Что выбирать? – не понял мужчина, он оборачивался и не мог найти нигде рядом с собой обладателя этого голоса.

– Сам знаешь… – послышалось издевательское хихикание. Голос явно был женским.

– Ничего я не знаю! – буркнул он. – И ничего не понимаю! Чего тебе нужно?

– Ох, Йольсон, Йольсон! – мужчина даже представил себе как обладательница этого красивого и завораживающего голоса, покачала головой. – Все ты прекрасно понимаешь… но просто не хочешь признавать… пришло время!

– Твои загадки мне не помогают в понимании тебя, кто бы ты не была! – возмутился мужчина. – Я логик, а не мистик. Так что не наводи тумана!

– Йольсон, ты всегда был букой… – тяжело вздохнул голос, а потом добавил: – Но, вроде ты раньше был умным!

– Я и сейчас умный! А кто ты призрак или демон, я не знаю! Так что хватит морочить мне голову! – мужчина стал раздражаться, ему не нравилась эта игра. Он не понимал ее. – Говори, прямо! Что ты хочешь от меня, дух?

– Понимаю, почему ты меня совсем не узнаешь, – и прямо из воздуха стало материализоваться тело… Из полупрозрачной и сверкающей, одновременно капельками росы и радуги, дымки, появился образ юной девы. Высокая. Казалось выше мужчины. Стройная как фарфоровая статуэтка. Светлые волосы в лучах солнца золотились и сверкали, а задорные глаза цвета свежей весенней листвы лучились искорками смеха и веселья. – Я богиня Весны и Любви – Эдель.

– Разве ты существуешь? – отпрянул Йольсон от богини как от прокаженной.

– А как ты думаешь, раз я тебе приснилась? – ее губы растянулись в озорной и соблазнительной улыбке. Сама она хоть и показалась в материальном теле все же двигалась одновременно словно текучая вода или дым, с грацией кошки.

Эдель стала обходить его по кругу. А потом подошла со спины, и будто прильнула к нему, а ее ладонь прошлась по его руке вверх, и осталась на плече. Йольсон напрягся, хоть она и оказалась богиней, но он ей не доверял.

– Какой ты недотрога, Йольсон, – засмеялась она, когда он дрогнул от ее близости. – А ты сорви цветок, и сам все узнаешь… – нежно прошептала Эдель ему на ухо, и воздух от ее дыхания защекотал его волосы на шее. Ее голос будто завораживал и гипнотизировал.

Потом, он сам не понял как и зачем, Йольсон нагнулся и сорвал цветок. А потом его засосало в портал, и ему привиделись невероятные вещи… Такие вещи, что от потрясения мужчина проснулся.

Глава 1. Весна в Ша’Данаре

В последние дни в столице стало жарко! Эта еще не та плавящая кости и разум жара летом, но все-таки… Весна уже пришла. А это означало, что скоро сезон самой настоящей торговли будет в самом разгаре. Иностранные купцы, особенно с северных стран, не любили приезжать в такую восточную и жаркую страну как Ша'Данар летом. Они не выдерживали такой жары. Да, и весной перепадали кое-какие благословенные редкие дожди.

Уличная торговля обычно замирала зимой и летом, и никто не любил эти два сезона. Как и воры. Где нет толкучки, толпы и шума, тяжело промышлять воровством. Еще и городской страже попадешься! Раньше сразу казнили, потом отрубали руки.

Сейчас милостью благословенного шах-султана Захира аль-Джафар Дар'Захир такие зверские и жестокие законы смягчили. Только если попался… тогда уже не лишаешься головы или кисти, но зато любого преступника могли продать в рабство. И если обычных рабов, милостью того же шах-султана было запрещено продавать иноземцам и на тяжелые работы жестоким хозяевам, то такой же закон не запрещал делать этого в отношения всякого отребья.

Но, есть хотели все без исключения. Как и выживать. А сиротам не приходилось выбирать. Благо не у всех сирот было такое преимущество как у сестры с братом. Хоть и слабый, но все же, магический дар огня, уберег их от самых ужасных и жестоких людей этого города на дне его жизни.

– Файрин! – выдернул из мыслей девушку брат. – Нам нужно уже начинать обчищать карманы.

Сам же он жевал сворованное сморщенное яблоко с лотков базара. Этот считался экзотичным фруктом, который славился своей свежестью и кислинкой. Но во рту парня, мякоть была суховатой, пожелтевшей и крошилась как сухая и безвкусная дыня. Он быстро обглодал фрукт, не отставив сердцевины, и выкинул в сторону только маленькую ветошь.

– И почему люди готовы отдавать за них баснословные деньги!? – пожал плечами парень. Теперь ему хотелось пить. – Файрин!

– Отстань, Риэль! – недовольно фыркнула сестра. – Не раздражай меня!

Она наблюдала за рыночной площадью, через пустую глазницу окна в одном четырехэтажном доме. Они часто здесь бывали. Нужно сначала разведать обстановку. Не стоило соваться на площадь, когда там расхаживала городская стража. Риэль был младше ее на два года, и как любой представитель мужского рода, он не мог спокойно усидеть на месте, и сначала делал что-то – а потом только думал головой.

Рыночная площадь находилась рядом с портом. Здесь также находились постоялые дворы, харчевни и разные развлечения для иноземцев и просто богатых заезжих.

Дворец Ал'Махар, где сейчас восседала династия Дар'Захир, находился дальше по берегу. И это понятно, как захотят великие и солнцеликие делить соседство с грязными горожанами и вонючим рыбой, специями и рыночными торговцами, и работорговцами. Вид из дворца должен выходить на красивое и лазурное море, а на другой стороне на зеленый и пестрый от ярких цветов и благоухающей красоты сад.

– Файрин! – снова ее позвал Риэль. – Ты знаешь, что мы не должны злить Сарука! Касим говорит, что в последние дни он просто бешенный шакал на всех кидается. Мы ему еще за последнюю неделю ничего не занесли.

– Пусть Сарука заберут шайтаны! – огрызнулась девушка. – Касим сам нас учил не лезть на рожон. Он сам говорил, что не будет давать взятки стражникам ради простых воров. Сейчас, когда первая неделя праздничного открытия торговли пройдет, можно будет спокойно и шнырять по улицам базара. А сейчас там толпами ходит городская стража. Или ты хочешь угодить в рабство, пустая твоя собачья голова!

– Ладно, не ругайся ты так! – обреченно вздохнул Риэль. – Что будем голодать, а весь улов отдадим Касиму?

– Мы можем подработать во «дворе удовольствий и праздника», – пожала плечами она. – Нас хотя бы накормят.

– Чем протухшей рыбой и сухой лепешкой? – передернул плечами от отвращения брат.

– Это лучше чем голодать! Или попасться городской страже!

– Рамзи и Тахир нам могут помочь, они могут отвлекать…

– Я сказала нет! – рявкнула, сама не ожидая, на брата, Файрин.

– Но, я уже не маленький! – Риэль вскочил с корточек, на которых сидел до этого. – Ты не можешь мне вечно все запрещать! И что нам дадут эти три медяка за работу факиром во «Дворе удовольствий и праздника»? Все гости больше глазеют на танцовщиц!

– Зато мы поедим бесплатно! И это решено! – топнула ногой девушка. – Это лучше, чем голодать.

– Но, Сарук может нам устроить взбучку, – не унимался он. – И Касим сказал…

– Сарук! Касим! Хватит, я сказала! – Файрин не хотелось поднимать на него голоса, но она не выдержала. Зима и так была долгой и голодной. А тут еще Риэль и его мужской бунт. – Я твоя старшая сестра, и я буду решать! Не «Песчаные Крысы» будут заливаться слезами, и кидаться в ноги стражникам целуя их пыльную обувь, чтобы тебя освободить, если ты попадешься!

– Ты просто трусиха! – Риэль не хотел оскорблять так сестру, но у него вырвалось само, и притом в животе у него урчало.

А Рамзи и Тахир знали гостевые дворы, куда можно было с легкостью проникнуть. Даже, если чтобы стащить хоть какую-то годную пищу. Жаренное мясо, тушенные овощи, свежую лепешку и свежие фрукты. Вонючую рыбу он больше уже не мог видеть, а сухая лепешка вставала поперек горла.

Риэль увидел только насколько даже смуглое лицо Файрин побагровело от злости, и прежде, чем она смогла ему что-то сказать, или запустить в него огнем, он быстро выскочил из помещения, а потом быстро побежал по коридору, и вниз по лестнице, чуть не сшиб какого-то захудалого нищего торговца. В этом здании кто только не останавливался.

Несмотря, на то, что Риэль был на полголовы выше Файрин, она все еще могла задать ему трепку, да и не мог он никогда по-настоящему поднять руку на свою сестру. Она заботилась о нем с тех пор, как умерли родители. Ей всего было двенадцать. Но она не позволила забрать их в рабство, и сама нашла покровительство у уличной банды воров – «Песчаных Крыс».

Файрин считала, что лучше смерть чем рабство. Но, с возрастом сестра стала как наседка, и стала бояться почти всего. Ему же Фарин говорила, что раньше она просто не понимала до конца, чем они рискуют. Да, и детей не посылают орудовать в такие места, а многие люди, как и стража, детей часто прощают, поймав на воровстве.

А вот, и они уже далеко не дети, и вполне могут получить самое суровое наказание.

Просто Касим говорит, что хороший уличный вор не может попасться, а если ты попался – так значит ты не так хорош!

Риэлю было уже двадцать лет. Обычные горожане в его возрасте уже женились и заводили детей. Но, у него не было такой роскоши, и не было денег, чтобы выкупить себе невесту. И нечем было кормить детей. Да, и вообще, не было даже такого желания – как жениться.

А вот, Файрин уже давно нужно было выйти замуж. Она уже почти старая дева – ей двадцать два года! В ее возрасте некоторые уже по две-трое детей рожают.

Возможно, Сурак прав, нужно было выдать Файрин замуж еще пять-шесть лет назад! Женщины не приспособлены для уличной жизни и такого промысла. У них в голове что песок, особенно с возрастом и много страха появляется на пустом месте.

А ведь Касим, нашел как-то жениха для Файрин, когда ей было семнадцать лет. Торговец соседней страны. Ему было тридцать лет. Еще довольно молодой на вид. Не самый богатый торговец, и не самый бедный. Но, Файрин только сморщила нос, и чуть не подожгла тогда и торговца, и Касима и Сурака. И это благодарность за то, что они собрали для нее хоть какое-то приданное. А сам торговец наслал на них проклятия, убегая так, что тюрбан с его головы почти упал на ходу.

«Ничего Файрин не понимает в доброте… – покачал головой Риэль и тяжело вздохнул. – А теперь, она уже старая дева, да еще знатная воровка. Никто ее теперь замуж не возьмёт. Даже в наложницы не возьмут. Теперь, если она вдруг лишится ноги, глаз или руки ее даже во „Двор удовольствий и праздника“ не возьмут», – потом его передернуло от таких мыслей. Собственную сестру и в такое место! Нет, ему теперь придется всю жизнь ее кормить!

Парень уже направлялся через рыночную площадь в сторону широкой улицы постоялых дворов, где его должны были ожидать Рамзи и Тахир. Может если им повезет, то какой-нибудь щедрый дурак расщедриться и на чашу вина им. Он все еще мог играть с такими праздными торговцами и в камни. И довольно часто ему везло.

Риэль заметил, что городской стражи на площади действительно много, и подавил в себе желание – срезать мешочек с деньгами у нерасторопного остолопа, который засмотрелся на красиво раскрашенную посуду в одной лавке.

Файрин же наблюдала за фигурой брата, и качала головой. Она молилась Лунной богине, чтобы та сберегла ее глупого и импульсивного брата от наглого воровства на глазах у стражи на площади. Только когда, маленькая фигурка в бежевой и коричневой одежде скрылась вдаль по улице от площади, девушка спокойно выдохнула. Но на сердце у нее было не спокойно. Ей с каждым годом было тяжелее влиять на брата. А уж, защитить Риэля от него самого, она не могла.

Глава 2. Бывший Хранитель Севера

В замке было промозгло несмотря уже на наступившую весну. Родовой замок снежных драконов – Фрост-Драгар-Хейм – обветшал и был слишком стар, чтобы проводить какие-то реновации. Хотя, на самом деле, у единственного наследника замка просто не было денег и помощников для таких дел.

Даже титул Хранителя Севера и «Врат Небес» больше не приносил ни денег, ни каких-то привилегий. Никто больше уже не ожидал нападения на Артзар, и многие расы, в особенности, те – у кого век был короче драконьего – вообще о войне с тварями Хаоса и Тьмы из другого измерения, практически ничего не помнили. Для них та война, которая произошла тысячу лет назад, казалась уже больше старой легендой, чем историей.

Проснулся Йольсон от очень странного сна. Редкие сны обладают силой предвидения, и редкие сны настолько красочные и яркие как реальность.

Из-за запаха того цветка во сне, ему очень захотелось кофе с корицей и карамелью. Но, если он прикажет Йохану приготовить ему такой кофе, слуга явно заворчит, что такие дорогие покупки как корица с карамелью доведут хозяина до полного разорения.

Мужчина свесил ноги с кровати, надел тапочки и в одной ночной сорочке вяло поплелся к стулу, где висел его парчовый, вышитый серебряными нитками домашний халат. Было холодно, дрова в камине давно погасли. А дрова тоже находились в пункте экономии у Йохана.

Йольсон поспешно укутался в халат, пусть и старый, и изношенный. Но не так много у него сохранилось вещей своей семьи, помимо замка. Многое пришлось продать еще во времена его юности. Больше всего его родители держались за этот замок, и свой титул. К титулу Йольсон испытывал двоякие чувства.

В юности он часто обижался на своих родителей за «откровенную глупость», по его мнению. Раньше его род снежных драконов правил целой страной! И их ветвь восходила к древним королям. Теперь, Норфалис – всего лишь доминион, который входил в состав королевства Артзар.

Конечно, Артзар не нападал и не отбирал территорию Норфалиса. Хотя, в древности оба королевства попеременно то воевали, то объединялись в союзы против кого-то. Но после войны с тварями Хаоса и Тьмы, Норфалису досталось больше всего! И разруха, экономическое бессилье, голод, холод – вынудили бывших потомков северных королей принять руку помощи от более южного, но стратегически важного партнера. Прежде всего, потомки северного королевства как истинные правители беспокоились о благополучии собственного народа, поэтому им пришлось смирить свою гордость и сложить с себя серебряную корону. Взамен им дали почетные титулы Хранителей Севера и «Врат Небес».

Мужчина вздохнул, и тряхнул головой, прогоняя от себя въедливые мысли. Это виноват тот сон! Еще одно глумливое напоминание о том, что он последний из рода снежных драконов.

Являлась ли к нему на самом деле сама богиня Весны и Любви – Эдель?..

Хоть и во сне… Или это просто глупые тоскливые и слезливые мысли, которые у него иногда возникают просто сформировались в такое!..

Стоит ли вообще доверять своим снам? Особенно таким? И вообще стоит ли доверять таким коварным богиням, которые хотят тебя женить? От богинь, да и в целом от женщин – одни неприятности и беды!

«И вообще, – недовольно подумал Йольсон. – С каких пор, я верю в богов? В науку – да! В изобретения, в силу артефактов… Но, в богов! Да, что еще может быть глупее веры в богов, чем вера в любовь!? Я уж точно даже в юности в своей не верил в такие вещи! А сейчас и подавно!».

В халат пришлось кутаться еще полчаса, пока Йохан не принес поднос со скромным завтраком в его покои. При этом ворча, что снова приходится экономить на всем. И вообще, помимо Кирана – мальчишки «на побегушках» и Греты, которая заменяла и уборщицу, и кухарку, – для такого замка явно не хватает прислуги. Йольсон только отмахнулся, решив проигнорировать ворчание старого слуги, который совмещал функции: дворецкого, лакея и камердинера.

Хотя, Йольсон давно одевался сам, как и мылся, брился и даже штопал свою одежду. Он вообще не переносил, когда его кто-то трогает, когда кто-то стоит слишком близко к нему, нависает над ним или дышит на него.

Также Йольсон уже с детства проявлял «чудеса» по степени независимости и самостоятельности. А в подростковом возрасте сознательно выполнял многие вещи без помощи слуг, которых становилось все меньше и меньше из-за финансовых трудностей семьи. Еще когда ему было девять лет, Йольсон понимал и видел, как его родители отчаянно боролись и сопротивлялись как былое величие Фреяард Нортгардов, бывшего королевского рода крошится, тает и исчезает словно снег по весне.

В детстве такое положение дел его немного пугало, в годы юности – злило, постепенно… и он привык…

Поэтому годы, проведенные в Королевской Академии, он вспоминал со смешанными чувствами. Там учились не только талантливые и умные люди, но и отпрыски богатых и влиятельных господ Артзара, как и редкие студенты по обмену из разных стран. Будучи потомком бывшего королевского рода, который не только утратил статус, но и значительно обеднел, Йольсон не мог понять, как ему вести себя и каких принципов держаться.

Да, с одной стороны, некоторые молодые люди искали его дружбу и расположение, приобретая наперед выгодные связи и влияние – так поступали почти все отпрыски богатых и влиятельных домов. Только Йольсон знал, что ничего такого он не мог им по-настоящему предложить.

Как потомок Хранителей Севера и «Врат Небес», Йольсон получил особую стипендию. И умудрился сохранить ее до конца обучения, несмотря на его нелюбовь к некоторым профессорам, и предметам. А также, он не любил умников и «ходячих энциклопедий», которые показухой своих интеллектуальных способностей, раздражали его не меньше, чем те, кто предпочитал только спорт, боевые дисциплины и рисовались своими мускулами перед каждой девицей.

Он так и не отличился особенно выдающими показателями или успехами в учебе. Хотя, наверное, он вообще не хотел ни с кем и ничем делиться. Ему было спокойнее всего в одиночестве. Сам по себе, или «себе на уме», – как часто Йольсона называли за его спиной студенты Академии, да и некоторые профессора.

Всякая там любовь, отношения и девушки его не интересовали. Как и развлечения, он любил сидеть за книгами либо у себя в комнате, либо в библиотеке Академии. А если везло, все время торчал в свободных лабораториях и что-то там химичил и экспериментировал. Любил разбирать и собирать всякие механизмы и артефакты. Пытался что-то улучшать. А чаще, вначале, просто ломал. Но, зато набирался понимания и опыта.

Во-первых, чтобы ходить на ярмарки, в студенческие пабы, бильярд и заседать в карточных играх – нужны были деньги. А денег у него не было.

Во-вторых, ухаживать за барышней, нужны тоже деньги. Нужно же угостить ее лимонадом, шоколадом, устроить пикник и что они там еще устраивали, когда таскались за девками?.. Подарить ей ленты, веер или брошку – это были расходы, которые он не мог себе позволить.

Конечно, будучи замкнутым, скрытным, стыдясь своей «бедности» и стесненным в средствах, Йольсон прослыл высокомерным, странным, холодным и неприятным типом.

Но, также выросшим и воспитанным при этом в семье с выдающимися корнями и титулами, он не привык оправдываться, просить помощи и жаловаться. Это ему было чуждо. Поэтому, в целом, за весь период обучения в Королевской Академии, он так и остался загадочным и непонятым.

Хотя, если признаться до конца, если он и не водил крепкую дружбу и близкое общение с кем-то, но были и студенты, с которыми он время от времени общался, уважал, а иногда и восхищался их талантами и способностями.

Глава 3. Сон богини

Тот сон все не выходил у Йольсона из головы, но не потому, что, он верил, что богиня нашла ему «суженную». Сам факт того, что цветок перенес его куда-то как порталом – вызывал больший интерес.

Порталы как магические места были редкостью. И славились тем, что могли перебросить в другие измерения. Предметы как порталы – обычно рукотворные артефакты. И они скорее были тоже редкостью, но не такие как магические или аномальные места.

Такие артефакты стоили недешево, и были больше роскошью, которые потом передавались из поколения в поколения. Да, и большая часть артефактов-порталов переносили на небольшое расстояние. Либо внутри страны или собственного мира.

Те яркие сполохи образов, которые он мельком увидел во сне после того, как его перенес портал – вызывали у него смутные и непонятные эмоции и предчувствия.

Йольсон работал над своим прототипом световых ламп и световых излучателей. Пока для разгонов токов требовалось колоссальная энергия пара. Благо, лед был в большом доступе.

Но, тогда приходилось тратить уголь, а Йохан ему бурчал и выговаривал за неэкономное потребление ресурсов замка. Учитывая, что большая часть замка просто пустовала. Вся мебель и дорогие предметы интерьера были занавешены тканями и простынями. Вообще Фрост-Драгар-Хейм был больше похож на замок с приведениями, чем на бывший родовой замок королевской династии Фреяард Нортгард.

Конечно, Йохан бурчал не просто так чтобы позлить Йольсона. Он понимал, что молодой господин слишком увлечен наукой, в которой сам не видел смысла. Кроме разве хлопот и расходов. Слуга считал, что наукой должны заниматься в Академии те бездельники-богачи, у которых есть на это средства. По мнению Йохана, молодой господин никого никогда не слушал, даже своих покойных родителей, которые если были бы живы обязательно вкрутили своему сыну мозги на место.

Сам же единственный оставшийся в роду снежных драконов, просто не обращал внимание на вечно недовольное бурчание своего слуги. Йольсону не приходилось выбирать. Во всем замке работало всего три человека, не включая его. Конечно, для определенных работ, ему иногда приходилась нанимать на какие-то другие услуги как ремонт какой-то части труб, связанных с канализацией и водопроводом для замка. Но, это были редкие и разовые работы.

Сад давно был заброшен. Многие цветы и растения, за которыми ухаживала мать, погибли. Остальные росли в разнобой и разноцветьем, выживало то растение, которое было приспособлено выжить в скальной и горной местности Норфалиса, с его суровыми зимами.

Да, Йохан, Грета и Киран – были не только слугами, но единственной семьей для Йольсона. Они не ушли как остальные слуги, а могли. Ведь, жалование слуг такого уровня должно быть больше. Йольсан сам просил их, если им будут предлагать работать прислугой и за это предлагать большее месячное жалование, то он не обидится и все поймет. Но, эти трое упорно оставались с ним… По крайней мере, до сих пор.

Они также являлись его дальними родственниками. У благородных господ было принято обустраивать и помогать своим менее благополучным родственникам. И среди покинувших его слуг, были те, кто был в более близком родстве с Йольсоном. К сожалению, или к счастью, их родство не делало их снежными драконами. В них были только крупицы крови, недостаточные даже для превращения в настоящего дракона. Единственное преимущество состояло в том, что они старели медленнее чем обычные люди, и также меньше болели или заражались какой-то болезнью. Короче, здоровье у них было крепче.

Как раз работая над установкой, и размышляя о войне с тварями из другого измерения тысячелетней давности, Йольсон прокручивал в голове некоторые моменты из сна. Возможно, и стоит пойти и проверить… этот цветок… на горе. Для него это вообще, как прогулка для обычного человека…

– Молодой господин себе все зрение скоро посадит! – послышался дребезжащий и недовольный от ворчания голос Йохана. – Лучше бы вы женились! Жена бы вас оприходовала и заставила за собой ухаживать, на улице гулять, свежим воздухом дышать. Да, и на нормальную работу заставила бы вас найти.

Слуга занес скромный ужин на подносе. Горячий суп и краюшка хлеба. Если им повезло, то это хотя был бы если не наваристый бульон из мяса, так хоть из рыбы, а не обычная похлебка из варенных овощей, оставшихся в погребах из прошлого сезона.

– Спасибо, Йохан! – снова проигнорировал его Йольсон. – Передай пожалуйста, чтобы Грета перец не жалела. Я знаю, что она сама не любит острые специи, но так хотя бы вкус какой-то есть, раз мяса нет в самом супе.

– Так мяса нет, потому что у нас даже охотников нет! – возмущался слуга. – Я старый. Киран занят. То пол метет, то дрова колет, то дымоход чистит. А вы как господин, могли бы иногда и на охоту ходить, раз денег нет у мясника закупаться. Вот, ваша матушка, бедная ее душа! Пусть Боги принимают и заботятся о ней! Не смогла вас заставить жениться! А нужно было силой вас заставить. Чем вам госпожа Фрейла не угодила? Хорошая семья. Отец богатый торговец. Ну, подумаешь, драконьей крови всего половину. Так, ваша бы прибавилась, точно бы драконята народились! Да, где ее взяться чистой драконьей крови во всем Норфалисе?! Все погибли тогда! Почти все! Кроме ваших родителей… – качал головой Йохан, убирая всякий хлам и мусор в комнате. – Хоть газеты бы почитали!

– И что там интересного пишут в газетах? – хмыкнул Йольсон. Он был рад бы сменить тему, и до этого просто игнорировал слугу.

– Да, вот почитайте! – слуга постучал по подносу, и Йольсон заметил, что рядом с хлебом лежит газета. – Можешь, вас это к чему-то полезному сподвигнет!

– И к чему же?

– К женитьбе, например!

– Йохан, я не понимаю твоих загадок! – покачал головой молодой господин. – И видишь, я еще не снял перчатки и очки, значит я еще занят. Будь добр прочитай ту новость, чтобы я понял, что ты имеешь в виду. А я обещаю, что сразу после прочтения примусь за обед, пока суп не остыл. И Грета не огрела меня своей сковородкой, потому что я попросил снова его подогреть.

– А она вас точно огреет, а защищать я вас не буду!

– Это потому, что ты тоже ее боишься.

– Так кто ее не боится? – буркнул Йохан. – Вон Киран возле нее даже на цыпочках ходит, если ей покажется, что он лишнюю крошку или яблоко стащил со стола.

– Так новость-то в чем? – Йольсон все-таки решил пока закончить возиться со своей установкой, и решил снять перчатки, очки и фартук.

Ему действительно не хотелось слышать громкие крики и проклятия в своей адрес от Греты, если он спуститься к ней на кухню и попросить ее разогреть ему суп.

Старый слуга, пошарил у себя на груди, и нашел ниточки, которые придерживали очки, водрузив их на нос, он стал разворачивать газету и читать отрывок:

– По указу короля Вартзара Огнемудрого, всем драконам, которым приснилась богиня Весны и Любви – Эдель, рекомендуется – найти цветок Аморит – и жениться в ближайшее время. Судя, по числу драконов, которым приснился почти один и тот же сон, Совет короля считает – это важным предзнаменованием или пророчеством, которое надлежит исполнить, чтобы боги и дальше благословляли, и охраняли наш мир и наше благое королевство Артзар, которое почитает волю наших богов. Мы чтим и храним наши…

– Что!? – Йольсон чуть не выронил свои очки из рук. – Найти цветок? Богиня? Эдель? – он стоял словно громом пораженный. – Так значит этот сон снился многим?

– А вам тоже снился, господин!? – Йохан перестал читать газету, в его глазах отразились искры радости и надежды. – Вам нужно жениться! Нет, сначала найти цветок! Хвала богине Эдель! – слуга сложил ладони друг над друга на груди в молитве.

– Не думаю я жениться! – рассмеялся Йольсон. – Не говори, мне что ты веришь в такую чушь!? Просто Совету короля при дворе видимо больше нечем заняться. Видимо, он просто никак не может женить некоторых из своих сыновей! Вот, и газеты пишут всякую чушь!

– Не зли богов, мой мальчик! – покачал головой и тяжело вздыхая старый Йохан. – У них весьма своеобразное чувство юмора, они довольно мстительны к непочитающим их людям!

– Да, да, конечно! – хмыкнул насмешливо Йольсон, и принялся за свой обед. – От твоих новостей я совсем утомился и проголодался. Можешь сжечь эту газету для растопки моего камина вечером перед сном.

Глава 4. Песчаные крысы

После выступления в качестве факира во «Дворе удовольствия и праздника», Файрин без удовольствия жевала вяленую рыбу со вчерашней лепешкой. Хорошо, хоть один из гостей расщедрился и купил ей бокал холодного чая, настоянного на фруктах. Конечно, сочетания вкуса еды были так себе. Но, она никогда не жаловалась на то – что доставалось бесплатно.

Судя по все более многочисленным гостям этого любимого заведения среди иноземцев, купцов прибывало все больше. Риэль никогда особо не понимал почему его сестра так «любит» просиживать в этом месте так много времени. Хотя Файрин ему это очень часто повторяла, но у такого балбеса как ее брат, память была как песок, так же быстро утекала через руки, как у него через голову.

Во «Дворе удовольствия и праздника» можно было спокойно наблюдать и прислушиваться к людям и их разговорам. Это очень помогало. Файрин уже знала к какому купцу не стоило «переходить дорогу», кого можно облапошить чуть больше, а кого можно обмануть без каких-то последствий. Девушка выучила этот урок на своих ошибках и по наблюдению за другими людьми. Она знала, к кому в какой день лучше не соваться, потому что купец будет лично показывать свой товар кому-то из приближенных слуг высокородных. И тогда, городская стража будет ожидать незадачливого вора за ближайшим углом.

Но Риэль был беспечным и его интересовали только дела «Песчаных крыс», к остальному в жизни он не проявлял особо интереса. Он считал себя приемником Касима.

Но, Касим был опытный и мудрый, не зря он правая рука Сурака. А эти двое могут спокойно позволить себе набрать других «уличных крыс» хоть завтра. Сирот всегда хватало в Зара'Хаде, да и сюда стекались все банды со всего Ша'Данара. Конечно, где как не в столице, они считали им повезет больше.

Но, близость правящей семьи и городской стражи Зара'Хада, делало пребывание любого, кого посчитают бандитом или преступником в самой столице – кощунственным и опасным. Законы здесь соблюдали строже, чем в любом другом месте Ша'Данара. Иначе немилостью Солнцеликого Захира аль-Джафар Дар'Захира снесли голову самому визирю и главе городской страже за плохую службу шах-султану и самому Солнцеликому Отцу за осквернение и допущение грехов и пороков в священном городе как Зара'Хад.

Династия Дар'Захир, отвоевала у прежней династии власть над Ша’Данаром уже как более 157 лет, также считала, что ее власть священна и освещена покровительством единого и единственного бога – Солнцеликого Отца.

Первый шах-султан приказал уничтожить храмы и статуи других богов, и запретил впредь поклонятся «демонам и джиннам». Такого почитателя других божеств отправляли сразу на костер или на плаху. С приходом новой династии люди, как всегда, разделились на тех, кому все равно, и они просто выживают. И на тех, кто считал завоевателей пришлыми и их новые законы жестокими, а новую религию как попирательство их божеств. Третьи были согласны с новыми правителями, им нравились их суровые законы, они видели в них справедливость. Единая религия объединяла, женщины стали более скромными и уважительными, а в рабстве в основном находились бывшие преступники. Меньше людей стали вымогать взятки.

Как по Файрин, то многое поменялось внешне, люди же просто приспособились, и стали более изворотливыми и в торговле, и в вымогании взяток. Но свое мнение держала при себе. Никто не интересовался мнением женщины, а воровки и подавно.

Задумавшись, и медленно потягивая холодный фруктовый чай, Файрин не заметила, когда к ней приблизился Тахир.

– Файрин! Я везде тебя ищу! – молодой парень казалось взмок от пота, тяжело дышал, и чуть ли не сгибался пополам. Его голос казался взволнованным, а глаза испуганные, хотя лицо у него раскраснелось видимо от быстрого бега по дневной жаре.

– Что случилось? – нахмурилась Файрин, она мысленно вздохнула, подумав, что ее срочно разыскивает Касим или Сурак.

– Там… Риэль… – все еще пытался отдышаться Тахир. – Там… Риэля… Его схватила… городская стража!

– Что!? – девушка резко вскочила, чуть не опрокинув стакан с чаем, и схватила парня за ворот рубахи. – Что ты сказал!? Что с Риэлем?..

***

«Песчаные крысы» собирались на окраине у доков. Здесь в основном шлялись чернорабочие и грузчики. Городская стража не любила патрулировать эти места: воняло рыбой и морепродуктами, водорослями, гнилыми досками. А еще сборище всякой чернорабочей черни: начиная с работников доков с косыми, кривыми и бандитскими рожами, до озлобленных своей долей рабов, – не прибавляло любви и уважения к стражам порядка.

Вот, и сейчас собралась в одном из крытых складов главная часть банды: главарь Сарук, со своей правой рукой Касимом, и те, которые считались на хорошем счету у главаря. Остальной сопливой мелюзге, провинившимся или не особо опытным – нечего было делать на собрании. Остальным просто передавали поручения и приказы: что делать, с кем быть и куда идти.

– Как так получилось? – голос Файрин дрожал то ли от гнева, то ли от слез. А может и от того и другого. – Разве Тахир и Рамзи не были с ним рядом?

Суровый взгляд черных как ночь глаз главаря из-под кусистых бровей направился на двоих парней, которые были на пару лет старше Риэля.

– Рассказывайте! Да, поживее! – окликнул испуганных парней Касим, он был высокого роста, и плечистее даже Сурака. Но нравом был мягче, хоть и кричал на всех почти всегда.

Лучше было наслышаться брани и мата от Касима, чем неожиданно получить под дых от Сурака. Тот редко бил и бранился, зато был скор на расправу. С главарями других банд не церемонился, как и с кем-либо еще пониже в подчинении. Сурак мог перерезать глотку, или вонзить нож между ребер.

Он был главарем довольно известных «Песчаных крыс», чья история насчитывает около 200 лет, получается до правления нынешней династии. Его избрал предыдущий главарь Шади. А самих «Песчаных крыс» создал легендарный Джамар, который по легенде обладал даром приручения огня и призыва джиннов.

Одна из главных причин почему Сурак взял под свое попечительство сирот Бахир, потому что Файрин и Риэль обладали даром приручения огня. И Сурак как и Касим считали это хорошим знаком и своего рода благословением самого Джамара. Маги огня сейчас не часто встречались. Да, и их дар в отличии от былых времен казался крохотным.

Несмотря на то, что династия Дар'Захир и их религия порицает магию и вызов джиннов, сама секретная служба шах-султана молча набирает ассасинов из таких «проклятых», как называют их священнослужители Солнцеликого Отца. Говорят, что предыдущая династия Шамсаридов и проиграла из-за того, что ее воинов с даром стало меньше. Несмотря на то, что «правоверные» твердят, что Шамсаридов за грехи и пороки наказал сам Солнцеликий Отец.

– Мы… просто… как всегда проводили время на площади, – начал чуть ли, не заикаясь Тахир. – Высматривали кого можно обокрасть.

Он был ровесником Файрин. Он был худой, нескладный, чуть выше Файрин, с вечно виноватым лицом, особенно если рядом были Касим и Сурак. Хотя девушку он тоже немного побаивался. Если ее разозлить она могла и огнем кинуть. А ходить с опаленными бровями никому не хотелось.

– Риэль сам виноват! – нетерпеливо выкрикнул Рамзи.

Он казался коротышкой, и был на полголовы ниже девушки, хотя норова ему было не занимать. Когда он распылялся, его мог укротить только сильный подзатыльник от Касима или резкое слово от Сурака. Рамзи был старше всех остальных трех. Ему не раз доставалось от Файрин, но он считал ниже своего достоинства боятся девушку, даже ту, которая может вызывать огонь.

Файрин метнула в него злой взгляд, и ее кулаки сжались. Касим предостерегающе посмотрел на девушку, и покачал головой, сдерживая ее гнев.

– Поясни! – громко потребовал Касим. – Вы должны за ним следить и прикрывать его. Он самый младший из вас!

– Он вечно рисуется! – буркнул Рамзи. – И он давно не ребенок. Никого не слушается как упрямый мул! Если у него дар самого Джамара, то это не значит, что такие же мозги.

Казалось, рука Файрин метнулась очень быстро, что Касим еле перехватил ее. И пламя ударило прямо под ноги Рамзи. Тот заорал будто его убивают.

– ХВАТИТ! – резко рявкнул Сурак. – Ссорой и дракой не поможешь!

– Надеюсь, он не ограбил никого из «достопочтенных господ»? – устало спросил Касим, все еще держа за руку, трясущуюся от злости на Рамзи, Файрин. – И не перед самом носом у стражи? Иначе, Лунная богиня нам не поможет, как и взятку на стражу из-за такого не наскребешь.

– Нет! – помотал головой Тахир, хотя стоял он, чуть втянув голову в плечи, и сжимая свои руки. – Это был обычный купец. Только вот оказался нанял себе охрану. Поэтому Риэль и попался.

– Все учу! Учу! И без толку! – провел устало по лицу Касим свободной рукой. – Сколько говорит, что нужно хотя бы один день изучать того, кого вы собрались обокрасть. – Вы же не из деревень понаехали же в большой город! Бестолочи! Рвань уличная! Вы оба!

Тахир и Рамзи послушно встали в стойку и стали слушать.

– Передайте всем остальным, чтобы сегодня не высовывались лишний раз. И на площадь, базар и на все улочки, который рядом не совались сегодня!

– Слушаюсь, господин! – почти одновременно заговорил юноши.

Тахир даже слегка поклонился. А Рамзи лишь кивнул головой. Но, побежали они со склада чуть ли не прытью. Подальше от сверлящего гнева черных глаз главаря.

– Ну, а ты, девка останешься с нами! – Касим развернул к себе разгневанную девушку. – И не смей спорить, или выпорю тебя кнутом!

– И что мне ничего не делать? – прошипела в ответ Файрин. – Он мой брат!

– Уж точно, ничего сгоряча делать не нужно! – наконец-то отпустил ее руку Касим. – Вы с братом вспыльчивы как все племя Джамара. – Но, мозги же в отличии от брата у тебя есть?

– Есть, – обиженно буркнула она, потирая свою руку, в том месте, где ее стальным хватом держал Касим.

– Ну, если есть, будем думать, как теперь вытащить этого неблагодарного мальчишку! – добавил помощник главаря. – Ох, и натворил дел же этот тупой мул, Риэль. Придется тебе потом до конца жизни отрабатывать за его ошибки.

Глава 5. Планы

Йольсон сам не верил, что делает это! Он полетел на гору, точнее это был небольшой холм. В горах Норфалиса, и на их вершинах снег лежал круглый год. Потом, чтобы не втоптать своим драконьим телом цветы на холме, он решил спуститься пониже и взобраться на холм пешком.

С полета своим зрением Йольсон действительно увидел цветы, но что это были за цветы он не знал. Может, это просто самые обычные подснежники или эдельвейсы. Может, все просто сошли с ума! Может, всем драконам приснился одинаковый сон, просто потому что им с детства вбивают голову женитьбу на суженной и продолжения драконьего рода. И это просто массовый психоз или даже массовой гипноз.

Но, цветок, если и был здесь… тот цветок… По старой легенде, цветок, который произошел от того, что когда богиня Эдель гуляла по свежей весенней траве, она заплакала, потому что сильно скучала по своему любимому, а потом наступила босой ногой на что-то колючее, то бусинка крови и ее слезы, вместе сотворили магию – и там пророс само воплощение чистой и верной любви – Аморит.

В принципе, самому Йольсону было все равно насколько легенды правдивы и по отношению к цветку, или к богине, или к его истинной суженной. Его заботил сам факт, что цветок может оказаться порталом.

Порталы места – были редкостью, вещи – артефакты как порталы – дорогой покупкой, а живые объекты как порталы казалось существовали в сказаниях и легендах.

Мужчина шел медленно, будто сомневаясь сам в своем поступке. Зато по пути он вдыхал свежие ароматы молодой травы и диких цветов, которые казались более свободными с насыщенными запахами разных трав. Солнце нежно грело лицо, а весенний ветерок слегка трепал белоснежные волосы Йольсона.

«Возможно, Йохан прав, – вдруг посетила его голову необычная мысль. – Мне нужно чаще бывать на свежем воздухе. А то я не только живу как отшельник, но и как затворник».

Наконец-то, он взобрался на небольшую площадку холма. Вдали, виднелись верхушки настоящих гор, и белоснежные пики сияли в полуденном солнце. Горная цепь четко вырисовывалась на фоне ярко-синего неба, своими темно-зелеными и сине-сизыми боками – это был целый хвойный лес из сосен и елей.

Мужчина удивился, но площадка была изрядна уже протоптана, было видно некоторые цветы и трава были смяты. Значит, некоторые драконы все же отважились и были здесь. И сорвали цветок?.. Йольсон смотрел на белоснежные цветы, немного высокие, похожие чем-то на звездный пион. В их нежных лепестках словно по жилистым ниточкам бегали искры света. Значит, аморит все-таки не выдумка! Но, это пока лишь цветок. Способен ли он перемещать к кому-то… Рисковать пока он не хотел.

Йольсон надел перчатки, достал из холщовой сумки, довольно широкую стеклянную колбу из кожаного чехла, и присел немного над цветком. Потом выдохнув, он дотронулся до стебля, зажмурил глаза, но ничего не почувствовал.

«Значит, перчатки все-таки пригодились!», – радостно подумал Йольсон. Потом, он крепче взялся всеми пальцами почти возле основания растения, и потихоньку выдирал его вместе с корнем.

«У меня на тебя большие планы», – эта мысль приятна грела его совсем неромантичную душу.

Когда цветок был бережно помещен в колбу, в чехол и убран в холщевую сумку, мужчина встал, вздохнул полной грудью воздух и улыбнулся замечательному дню.

***

В этот раз в доках, в убежище «Песчаных крыс» были трое: главарь, его помощник и девушка.

– Что ты выяснил? – спросил Сурак. Он хмурился. Вся эта ситуация с поимкой одного из его членов банды городской стражи, ему не нравилась.

– Ну, только то, что пока нашего бестолкового Риэля держат в подземной тюрьме, – рассказывал Касим.

– Как он? Его сильно избили? – голос Файрин звучал взволнованно, и от переживания она просто засыпала вопросами. – Можно ли его выкупить?

– Я не знаю, как он выглядит, – раздраженно фыркнул Касим. – Меня туда, знаешь ли, не впускали. – А насчет выкупа… эти продажные шакалы хотели с меня три шкуры содрать.

– Сколько они потребовали? – все еще хмурился Сурак. Он сидел на удивление спокойно, но выглядел задумчивым.

– Мешочек золота! – и Касим в сердцах плюнул на пол. – Столько почти главаря неместных уличных банд требуют.

– Золота! – вырвалось удивленно и испуганно у девушки.

Она знала, что Сурак может им с братом много простить. И не сомневалась, что главарь вступится за них на улице перед другими бандами, даже перед главарями, и любыми другими обычными людьми, если они не высокородные.

Но, мешочек золота за обычного члена банды!? Даже, хоть и с даром огня. О чем стража не должна догадаться, иначе они могут упрятать Риэля в какую-нибудь школу ассасинов. И это не всегда добровольно. Файрин могла понять, если бы мешочек золота требовался за выкуп самого Сурака, на крайний случай Касима, но за ее бестолкового брата?..

– Мазхар ибн Суфайр, и так с нас каждый месяц сдирает двадцать серебряных, чтобы «закрывать глаза» на таких как мы и наш промысел. У меня нет даже и половины мешочка золота в этом месяце. – Голос главаря звучал жестко и сурово. – Возможно, командир городской стражи все-таки раскусил, что наш Риэль обладает даром вызывать огонь… Тогда, поэтому он и завышает цену…

– Но, Мазхар ничем это не выдал, – качал головой и ворчал Касим. – А мне на него пришлось потратить два серебряных полумесяца за то, чтобы он сытно поел во «Дворе удовольствий и праздника». Он выпил чащу холодного фруктового вина, хотя этот шакал находится на службе. И его религия не поощряет распитие спиртного.

– Нам придется выяснить, не выставляет ли кто из работорговцев скоро на рынке невольников торги за вызывателя огня, – продолжал рассуждать Сурак. – Если мы не можем выставить мешочек золота…

– Если стража продала работорговцам Риэля, то на торгах они сдерут еще больше! – Касим так распалился, что не заметил, как перебил главаря. Но тот сделал вид, что ничего не заметил. – Да, и скорее всего продадут незаметно школе ассасинов. У тех деньги всегда есть! У них есть доступ к кошельку главного визиря.

– И что же нам делать? – Файрин старалась не вмешиваться, когда говорили главарь и его помощник. Но, ситуация начинала казаться безысходной.

– Мы можем помочь ему только сбежать… – начал Сурак, он пристально посмотрел в глаза девушки. – Но, если ты хочешь помочь брату – назад дороги не будет. Если наш план удастся – вы с Риэлем должны бежать из города. И никогда не возвращаться. Возможно, вам лучше бежать из страны.

– Но, куда мы побежим? – Файрин была на все согласна, но сейчас ее жизнь слишком быстро и слишком опасно менялась. Она чувствовал себя загнанной в угол.

– Куда-нибудь в северные страны! – сказал Касим. – Я слышал, там нет рабства. Да, и я могу купить вам места на корабле. Не в каюте и не самые лучшие. Но, вы сможете помогать команде, а я замолвлю словечко капитану одного судна. Которое может уже завтра отплыть. Они ждут только одного мелкого купца. И заполняют свои трюмы провиантом и питьевой водой. Но, это все – чем я могу вам помочь.

– Спасибо Касим! – девушка уже хотела кинуться на шею этому мужчине, который в некотором роде заменил им с братом отца и учителя.

– Рано благодаришь, девочка, – оборвал их разговор главарь. – Если вы с братом снова попадётесь и не сможете толком сбежать, ни я, ни Касим больше не сможем вам помочь. Вас скорее всего казнят. А я буду отрицать, что вы члены моей банды. За мной будут следить, и после даже вашего успешного побега. И еще долго мне не простят, за то, что я вам помог. Сама знаешь, как это бывает, когда городская стража начинает постоянно придираться и задираться, а потом требует большую дань.

– Я понимаю… – Файрин смотрела с благодарностью на тех, кто заменил ей семью, и растили их с братом как могли и умели. Не дали умереть от голода, или от побоев, от тюрьмы, и от городской стражи. Она знала, что они действительно сделали все, что смогли. – И благодарна вам! Я готова.

Глава 6. Побег

Сегодня был жаркий день! Морской запах не заглушал вонь свежей рыбы и морепродуктов, а также всевозможных специй, дорогих, но удушливых парфюмированных масел, пота, и разномастный запахов восточной еды.

Все это разнообразие запахов и какофония звуков, которые сопровождали базар и улицы портового города, и одновременно столицы Ша'Данар – Зара'Хада, – раздражало и одновременно будоражило Йольсона. Он знал, что в таких местах нужно внимательно следить за своими вещами, но яркие краски и звуки восточной страны будто гипнотизировали его, и его глаза постоянно разбегались от различных товаров из разных стран, а также из-за абсолютно разношерстной толпы, казалось, что люди из многочисленных островов и других континентов решили устроить торги именно здесь.

Йольсон заранее договорился с капитаном корабля, чтобы тот его дожидался. Пришлось ради этого отдать немного денег. Хотя, и так приходилось туго в последнее время. Но, еще больше разориться придется сегодня на торгах невольников. То, что ему было нужно, не считалась законным ни в Норфалисе, ни в остальном Артзаре. Так что придется раскошелиться.

«Главное, чтобы алхимическое заклинание и работа артефакта не подвели, – думал Йольсон, и появилась складка между бровями. – И нужно, успеть сесть на корабль, а там… полагаться на удачу!».

Он уже провел здесь два дня. Если еда и постоялый двор еще были сносны, но вот запахи и жара ему не нравились. Капитан корабля успел договориться за еще одну дополнительную серебряную монету с одним работорговцем.

Если все пойдет по плану, то уже через недели две он будет исполнять то, к чему шел все эти годы. Йольсону всего лишь нужен был маг огня.

А то, что он задумал дома… Ни один маг огня не согласится сделать то, что нужно было Йольсону. Наверное, ни за какие деньги, вознаграждение или миссию, в которою он сам верил и последовательно приводил в план, с тех пор как уехал учиться в Академию.

Конечно, будь у него много денег для осуществления плана, все продвигалось бы быстрее и заняло меньше времени… Но, чего уж там!

Назад дороги не было.

Раз уж он опустился до того, что ему пришлось приехать сюда, чтобы купить раба – мага огня. И ему еще повезло, среди невольников оказался такой. Значит не зря ходили все эти слухи про Ша'Данар. Потому что Йольсон редко выбирался из Норфалиса. А в других странах, помимо Артзара не бывал.

Если полеты в образе дракона и виды ландшафтов с высоты птичьего полета считаются за путешествия и посещения других уголков мира…

Торги начались после обеда, когда на площади собралась уже внушительная толпа народа. А значит, для продажи невольников возникала большая вероятность в покупателях.

Йольсон плохо вслушивался в ведение торгов, ему было неинтересно. Если ему понадобился раб, это не значит, что он одобрял рабство.

А если верить законам этой страны, то рабство здесь претерпело изменение с приходом новой религии. Сейчас в рабстве можно было держать только бывших преступников. Конечно, богачи покупали рабов только для тяжелых работ, и то предпочитали воров и карманников, остальное по дому делали слуги.

У восточных народов, часто в качестве слуг брали родственников, чтобы хоть так им помогать и кормить не задаром. Все же знали, что за даром, люди никогда не бывают благодарны.

Те, кто нарушал закон более серьезными преступлениями, чем воровство или мелкое мошенничество: убийц, насильников и отъявленных мерзавцев обычно продавали в рабство владельцам шахт и всяким, кто проводил бои без правил. Где существовала только победа или смерть, а потом снова и снова каждый день, пока лучший боец вконец не выдыхался и не был убит рукой нового фаворита.

Йольсон плохо понимал местную речь, он знал всего лишь пару слов и выражений. Изучения иностранных языков никогда его не прельщало, и он никогда не думал, что ему может пригодится общаться с иноземцами.

Он был слишком поглощён своими разработками, опытами и планом, чтобы тратить свое время еще на то, что могло ему не пригодиться. Ну, кроме этого раза…

Хорошо, что у него с собой есть артефакт для понимая чужой речи, а также артефакт мог перевести и его речь. И этот артефакт был в виде медальона на его шее. Он специально не стал его украшать, и использовать никакие дорогие материалы и драгоценные камни. Меньше привлекает внимание – меньше желание украсть.

Он только напрягся, когда увидел, что какой-то с виду Ша’Данарский купец, указывал на молодого парня в кандалах, и в его быстрой речи Йольсон уловил выражение «вызывает огонь» и «дар огня».

Невольник ничем особо не отличался от местных. Только в его глазах был какой-то огонь вызова, и он совсем не вел себя как раб. Голову держал прямо, узкий подбородок упрямо торчал вперед. Был довольно высок по сравнению с местными, но не выше самого Йольсона.

Худощавый юноша, карие глаза, которые не казались глупыми, но и не отличались пронзительным взглядом, скорее ищущим и рыскающим по толпе. Его губы были разбиты в кровь, на левой скуле синяк, а под правым глазом фингал. Но, кривая улыбка на молодом самодовольном лице показывало, что его дух еще не сломлен. Это было к лучшему, маг со сломленным духом часто лишался своих магических сил.

Но, капитан корабля говорил, что у этого торговца… Йольсон совсем забыл его имя. Местные имена были для него в новинку, и единственное что он помнил это только названия страны и столицы. И вроде имя шах-султана… Хотя сейчас это вообще неважно.

Капитан говорил, что среди невольников только один с даром огня. И Йольсон уже приготовил мешочек золота, который он отдаст в конце торгов за этого раба. Капитан сказал, что торговец дал слово, что работорговец не продаст никому кроме него этого раба. И это будет в самом конце, когда почти все разбредутся и не станут соперничать с ним в торгах. Он ненавидел торговаться и не умел. На базар всегда дома ходила Грета, и иногда Киран.

Йольсон подвинулся ближе к первому ряду стоявших купцов, и к деревянному помосту, где стояли прикованные к цепям невольники. Он начал понимать, и узнал за эти два дня, проведенные здесь, что верить словам Ша’Данарского купца глупо. А уже тем более, верить словам работорговца еще глупее.

– Саад аль-Махури, ты ведь не сказал, что у тебя есть «вызыватель огня»! – пробурчал купец. – Ты же знаешь, что о таких ты должен сообщать нам!

– Простите, господин Джафар ибн Хатим, – чуть ли не упал до земли со своим поклоном, работорговец. – Я не знал, что вы уже вернулись в Зара’Хад! Так бы я никому кроме вас и не продал его!

– Что это значит? – возмутился Йольсон, и чуть не схватил за шиворот этого мерзкого Саада или как там его? – Мой человек договорился, что вы продадите этого раба мне.

– Что за непочтительный иноземец?! – прошипел злобно купец.

– Не знаю, господин, – также возмущался Саад, будто первый раз слышит про такой уговор. И его такими словами только оскорбляют. – Это видимо какой-то свихнувшийся иноземец. Я первый раз его вижу. И ничего ему не обещал, – конечно он врал.

Капитан, который пришел к нему договариваться, явно рассказал, как выглядит его иноземный покупатель.

Они увидели Йольсона, который возвышался над ними почти на две головы. И сразу рядом появились двое охранников купца. Купец и работорговец были довольно низкорослые мужчины с обрюзгшими животами и большими черными бородами, но охрана подоспела более внушительная.

Появились еще два охранника из свиты работорговца. Конечно, охрана была более мускулистая, более рослая, с саблями, и нескольким ножами за поясом. Рожи их были не лучше некоторых рабов, которых поймали на более серьёзных преступлениях чем воровство и кража.

Технически Йольсон мог бы справится с ними. Конечно, нужно было превратиться в дракона и просто превратить их в лед. Но, он не мог просто так напасть на них, в их же стране, нарушая их закон. Да, и дома, в Артзаре его никто по голове не погладит. Скорее будет политический скандал. Да, и сам Йольсон никогда не любил ввязываться в драки.

– Мне не нужны проблемы, – процедил сквозь зубы Йольсон, понимая, что такая ситуация не в его пользу. – Но, я могу пожаловаться в вашу… гильдию… работорговцев или торговли, что вы нарушаете сделки!

– Что ты возомнила о себе, иноземная собака! – начал возмущаться купец.

– Шакал! Как ты смеешь оскорблять, достопочтенного господина Джафар ибн Хатима! – брюзжал, хорошо имитируя негодование работорговец, и его слюни разлетались в стороны, в точности как у верблюда, которых недавно видел первый раз в жизни в живую Йольсон. – Я скромный, и законопослушный! Саада никто еще так не оскорблял!

Пока ругающиеся на него и плющие ему в ноги, купец и работорговец, придумывали хитросплетенные кружева ругательной речи, присущей жителям Ша‘Данара, Йольсон благодаря своему росту заметил, как на помосте рядом с тем юношей появилась еще одна фигура.

Человек был одет во все черное, серое и коричневое, явно чтобы смешиваться с окружающей обстановкой. На голове был тугой капюшон, похожий на платок, и на лице платок, который прикрывал все лицо кроме глаз. Незваный и незаметный человек стал рядом с юношей, и что-то пытался делать с цепью. Йольсон сразу догадался, что его пытаются освободить.

– Да, вы посмотрите! – закричал Йольсон, указывая туда этим безмозглым тупицам. – Вашего раба хотят освободить! Или украсть!

Купец первый обернулся, а потом закричал. Все остальные тоже обернулись. Две фигуры: невольник и того, что скрывал лицо, остановились в нерешительности. Охрана побежала чтобы перехватить их, но по толпе прошлась какая-то волна.

Послышался крик, потом еще, и тут будто вся толпа подхватила его. Кажется, что с глухим и ревущим стуком обрушилось. Йольсон обернулся назад и увидел, что на краю площади загорелось какое-то здание, толпа бежала в противоположную сторону, в их сторону, и сносила других людей как волна на своем пути.

Охрана пыталась удержать толпу, чтобы они не затоптали их хозяев, но люди уже повалили их, и в панике почти втоптали их на мостовую площади.

Йольсон, заметил, что невольник почти освободился с помощью своего подельника. Может быть, поэтому его лицо было таким самодовольным изначально.

Йольсон стал превращаться уже в прыжке, он понял, что не выдержит напора толпы, и ему нужно было срочно действовать, он не мог упустить свою добычу. А этот случайный или не случайный пожар помог разрешить его проблему. Он перепрыгнул свалившихся на землю работорговца и его охрану, запустил в него мешочком денег, и на ходу сказал:

– Все-таки, первый уговор вступает в силу сейчас!

Потом, его тело стало удлиняться, расширяться, покрываться чешуей, и он уже почти в полете схватил за цепь того невольника, с которого еще не успели снять кандалы, а только общую цепь, которая была прибита за кольцо в полу, рядом со столбом, и потащил свою добычу вверх. Ему повезло, что он чуть не врезался в постоялый двор.

Толпа заревела еще пуще прежнего увидев над головой белого дракона и кинулась в рассыпную, подальше от дракона и от горевшего здания. Пришлось набрать высоту, пролетев на юг несколько метров, потом он развернулся и полетел на север, к морю и порту.

Глава 7. Летающая ящерица

На площади было многолюдно. Торги уже давно начались, но у Файрин не было возможности приблизиться к Риэлю. Сарук и Касим с другими «Песчаными крысам» должны были отвлечь охрану работорговца, и у Файрин будет шанс.

Девушка не ожидала, что этот шанс выпадет раньше. Она увидела только то, что работорговец и купец начали ожесточённо спорить о чем-то с каким-то высоким беловолосым иноземцем. Тогда половина охраны работорговца отошла к нему, а другая была сосредоточена на самом споре. Поэтому Файрин как истинная песчаная крыса наконец-то смогла подобраться незаметно к Риэлю, и сразу принялась резать цепь, хорошо, что Касим снабдил ее специальным инструментом. Для того, чтобы разрезать цепь обычным ножом, понадобился бы весь день, и то если нож не поломается.

Но, и у нее, и без этого сердце выпрыгивало из груди почти каждую секунду. Конечно, она злилась и хмурилась на побитое лицо Риэля. Скорее всего не удержал свой глупый и дерзкий язык, когда его поймала стража. С братом она разберется позже. А сейчас его нужно освободить. Руки у нее потели, сердце подпрыгивало, а голова немного ощущалась как после целого дня, проведенного на жаре. Просто, она так и не смогла заставить себя заснуть, готовясь ко всему этому… Если и ее поймают!.. Нет, не хотелось об этом думать.

– Быстрее Файрин! – глаза у Риэля блестели от возбуждения и страха.

– Как могу! – буркнула на него она, хотелось бы ему задать трепку! Сам попался! А еще и «быстрее»! – Лучше смотри в оба, и предупреди, если кто-то заметит! Я не могу одновременно осматривать толпу и резать цепь!

Не прошло и пяти минут, когда она услышала чей-то странный голос, и только потом будто поняла, что он прокричал:

– Да, вы посмотрите! Вашего раба хотят освободить! Или украсть!

– Чертов шакал! – злобно буркнул Риэль. – Тебя заметили!

Сердце у Файрин замерло, и она увидела, как все стали оборачиваться на них. Но потом послышались какие-то крики и шум! А потом она почувствовала будто горячую волну воздуха. Люди стали кричать «Пожар! Пожар! Берегись!» и бросились в их сторону.

Девушка сразу поняла, что это сделали «Песчаные крысы», и мысленно поблагодарила их и Лунную богиню. Она не стала терять времени зря, пока толпа бежала и давила людей от страха, Файрин перерезала цепь с удвоенной силой. Им помогло то, что деревянный помост находился прямо под стеной здания, и был выше над землей в половину человеческого роста. Такую высоту делали специально, чтобы другие люди могли увидеть живой товар за чужими головами с разных концов площади.

И когда осталось буквально несколько надрезов в несколько волосков волос, она услышала испуганный крик Риэля:

– Вот, шайтан! Этот иноземец мчится на нас!

Файрин резко вскинула голову, и ее глаза расширились от удивления и изумления. Она не могла отвести взгляд. На них мчался очень высокий и бледнолицый беловолосый мужчина. Его глаза засверкали как молнии, стали гореть фиолетовым светом. Его тело стало удлиняться и увеличиваться. Он протянул руки, которые уже превращались в какие-то странные и страшные когтистые лапы, которыми он выдернул цепь с кандалами Риэля.

Другая цепь лопнула, а Файрин выронила инструмент, но как, бывало, еще в детстве, защищая младшего брата, она загораживала его собой. Так и тут на уровне инстинкта, она успела схватиться за Риэля, когда основная цепь лопнула.

А в следующем прыжке, у странного и пугающего иноземца появились большие широкие крылья, и вот они с братом резко полетели вверх. Риэль издал что-то нечленораздельное: то ли ругательство то ли крик, а его сестра взвизгнула от испуга.

Их тела чуть не врезались в стену от здания, точнее их ноги. Риэль и Файрин как опытные уличные воры, привыкшие к быстрому бегу и перепрыгиванию крыш на улицах Зара’Хада, сами вжались и подтянули ноги. Файрин зажмурилась, а когда открыла глаза, они поднялись еще на большую высоту. Потом их понесло в сторону юга, а потом, когда она подняла глаза и увидела над собой огромного зверя! Похожего на большущую белую ящерицу с крыльями!

Зверь стал отклонятся в сторону, и Файрин поняла, что они летят в обратную сторону. В сторону порта и моря!

– Что это за магия или колдовство!? – прокричала она через ветер брату.

– Не знаю! – прокричал в ответ Риэль. – Я не позволю себя съесть какой-то огромной ящерице! Держись крепче, а то упадешь!

– Мы полетим за море? – смотрела с некоторым страхом на приближающую воду, порт и корабли Файрин. Она не знала, сможет ли столько держаться голыми руками за брата. А у Риэля не было выбора, он был связан кандалами, за цепь которых сейчас держала огромная когтистая лапа зверя.

– Какого шайтана! – закричал Риэль, увидев, что они стали снижаться чуть ли не в воду. – Береги ноги!

Тут Файрин инстинктивно поджала ноги, увидев, приближающую на себя палубу какого-то корабля. А потом они упали на ноги, но потом перекатились сразу на бок. Зверь их выбросил прямо на деревянный пол. Риэль выругался, скорее всего что-то ушиб себе, а Файрин ушибла себе поясницу.

Когда она смогла открыть глаза, то, увидела, как крылатая ящерица словно сжимается и снова превращается в человека. И он довольно изящно успел опустится, будто просто сошел с невидимых воздушных «ступеней» на землю.

– А ты кто такой? – проговорил беловолосый иноземец без особого интереса, но с тяжелым выдохом будто увидел маленького ребенка, которого нужно наказать за шалости. – Хотя с тобой разберусь потом…

Йольсон увидел, как чуть ли не вся команда высыпала на палубу после их появления. И он увидел чернобородого капитана, который от постоянного солнца и морского ветра был почти коричневого цвета.

– Вот, как видите, я не опоздал! – обратился он к капитану. – Нам лучше быстрее отчалить, а на площади пожар. Вдруг огонь перекинется на порт и корабли, и то и другое из дерева. А все это быстро горит.

Чернобородый капитан недовольно посмотрел на Йольсона, потом на двух валяющих на палубе людей. Он наверняка не мог не заметить в небе огромную белую летающую ящерицу. Работорговцы, пожар, дракон и рабы – ему и его команде действительно лучше убраться и отчалить быстрее, чем наведается городская стража, и личная инспекция от самого визиря. Если они не хотят умереть от пыток или перерезанного горла за столько нарушенных законов Ша’Данара!.. Нет, им лучше здесь не появляться несколько лет!

Да, и с драконом лучше не связываться и отвезти его куда надо! Драконы могут быть опасны, а спалить деревянный корабль им ничего не стоит. А его корабль, это его дом и то, что приносит ему прибыль и деньги.

– Чего встали как мулы! – вдруг заорал капитан во весь голос и на всю палубу! – Отдать швартовы! Мы отчаливаем сейчас!

Йольсон подошел ближе к уже поднимающимся с пола Файрин и Риэлю.

– Ты мой раб, теперь ты принадлежишь мне! – сказал он властным голосом.

– Пошел ты к шайтану! – плюнул ему под ноги Риэль. – Я никому не принадлежу! Я свободный человек!

– Я заплатил тому работорговцу! И отдал положенные деньги!

– Никто не видел твоих денег, бледнолицый демон! – прошипела Файрин стягивая со своего лица и головы платки. – У тебя нет документа о продаже и покупке раба! Твоя сделка незаконна и не действует!

Йольсон увидел перед собой лицо девушки. Она была смуглая как большинство местных женщин, но миндалевидные глаза были у нее янтарные, а не карие или черные. Темные волосы на солнце казались каштановыми с теплыми бронзовыми отблесками.

– Я его купил, и я его хозяин. Он здесь, и я его увожу домой, – казалось, что Йольсон проигнорировал то, что сказала девушка. – А ты можешь идти, или уже доплыть до берега пока не поздно. Потом расстояние между берегом и кораблем будет значительно дальше.

– Он не твой раб! – Файрин так резко вынула нож из складок своего одеяния, что беловолосый мужчина этого не заметил и не ожидал. Она встала между братом и этим мужчиной. – Он мой брат! И у него есть имя. И ты не запугаешь нас, бледнозадая ящерица!

Конечно, Йольсон опешил! Он не привык, чтобы женщина себя так вела. Он особо не общался с женщинами. Кого он знал: его мать – была настоящей леди, Грета – но она по-настоящему ему ничего плохого не сделала, только любит поворчать. А еще студентки Академии. Служанки…

А эта мелкая смуглая пигалица… выглядела и вела себя как настоящая бандитка, которая действительно пустит в ход свой нож. Если этого парня поймали на преступлении, возможна вся его семья преступники…

Тут проходил мимо капитан, все еще раздавая приказы, он заметил двух других и понял, что это были те два человека, которые должны были попасть к нему на корабль по договоренности с Касимом. А он был должен Касиму. Тот много раз его выручал.

Ну, и в ситуацию он попал! Обещал отвезти этих детей подальше от Ша’Данара, а этому беловолосому иноземцу обещал договориться с работорговцем. И кто бы знал, что все эти обещания и люди переплетутся в такой неожиданный морской узел?! Но, не обещал никого помогать удерживать. Так что ему теперь делать то?

Капитан не любил не выполнять обещания, и не хотел связываться с драконом. И он пробурчал, проходя мимо них, не смотря никому из них в глаза:

– Да, чтобы вас джинны в преисподнюю забрали! Сами разбирайтесь!

Глава 8. Озорная русалка

Корабль «Озорная русалка» уплыл от берега далеко, что тот превратился уже в размытую темную полоску. Попутный ветер ласково трепал паруса, морская пена собиралась маленькими полумесяцами, и снова разбегалась, а по бокам корабля и в небольших валах волн, исходящих от его курса, выпрыгивая, плыла рядом небольшая стая дельфинов.

Риэль и Файрин, никогда раньше не бывавшие в море, завороженно смотрели по сторонам, и смеялись над выкрутасами дельфинов. Они всматривались в синее покрывало, которое на солнце светилось всеми цветами лазури, а иногда серебрилось словно, пытаясь отражать как зеркало, но постоянный бег воды и волны, разрушал это своего рода магическое явление. Морской воздух и бриз приятно холодил кожу, в особенности после полуденной наступившей жары, которая принесла весна в Зара’Хад.

Вначале их даже сопровождали чайки, которые будто парили в невесомости над кораблем, будто могли удержаться на воздухе без взмахов крыльев. В порту чайки редко летали, больше слонялись в поисках, чтобы урвать рыбу или что-то съестное. Там они звучали мерзко, постоянно делая набеги на не убранную вовремя еду или товар. Здесь их крики были более приятны, и они походили на настоящих птиц.

Капитан корабля, которого как оказалось звали Кадир Рахман, сказал им, что было заплачено только за их проезд. Спать они будут вместе со всеми в кубрике – в общей каюте для команды. Так как «Озорная Русалка» – грузовое судно, то отдельных кают и нет, только для капитана, его помощника и для гостя, который оказался иноземец. Капитан Кадир сказал, что если они хотят есть, то придется помогать на корабле. Поэтому он дал разрешение взять Файрин инструменты для того, чтобы разбить кандалы Риэля, несмотря на протесты Йольсона.

– Я не работорговец, господин Йольсон, – нахмурившись, буркнул на него Кадир, и потом добавил: – Я помог вам найти мага огня и договорился с проклятым шакалом Саадом, хотя мне это претило. А больше с вами никакого договора не было. Честно говоря, я думал, что потом вы дадите ему свободу. Слышал некоторые из ваших северных стран так поступают благородно. Не припомню, чтобы откуда вы родом было рабство… Также я пообещал своему другу Касиму вывезти этих детей подальше от Ша’Данара. Туда, где они смогут жить в безопасности. Так получилось, что знай, что одному из этих детей грозит дальнейшая неволя, я бы не согласился вам помогать. А если вам что-то не нравится, вы можете улететь. Насколько я знаю, для вас это не составит труда.

И потом капитан Кадир скрылся в свое каюте, и очень долго после не появлялся.

Также Кадир Рахман наставлял детей:

– Я знаю Касима он мой друг. Но! Я знаю, чем он занимается и на кого работает. И знаю, кто вы такие. И если кто-то из вас вздумает обворовать меня, моего помощника или любого члена моей команды, я вас сразу выкину за борт на корм рыбам. Понятно? И не видать вам не новой земли и не новой жизни! Касим за платил только за ваш проезд. Будете спать вместе с остальной командой. За вашу еду никто не платил, поэтому будете отрабатывать. Драить палубу, помогать нашему повару, и любое поручение, которое вам скажет сделать мой помощник Фарух. И если вы ослушайтесь его – останетесь без еды на день. Уяснили? Затевать драки тоже запрещено! Сразу выкину вас за борт, крысята!

– А почему этот иноземец не улетает? – спросила его Файрин. – Я сама видела… да, и вы господин капитан. Он же огромный? Зачем ему плыть на корабле? Разве так не дольше?

– Не знаю, – пожал плечами Кадир. – Он очень странный иноземец. Они все странные… Нам не понять их обычаев. Возможно, на то есть причины.

– А куда мы плывем? – спросил Риэль, ему было наплевать на иноземца, и он готов с ним подраться, если придется. – Мне все равно что он превращается в огромную летающую ящерицу. Если он не может так далеко летать, значит он скорее всего не всесильный. Возможно его магия или колдовство ограничены. Если верить нашим сказаниям и легендам, то это джинны и демоны дают такую силу и магию, а взамен забирают его жизнь и душу потихоньку. Поэтому каждый раз, когда он использует колдовство, демоны выпивают его силы души.

– Не недооценивай своего врага, – хмыкнул Кадир. – Разве Касим не учил тебя этому, мальчишка? Я бы не советовал лезть драться с драконом.

– Драконом…? – переспросила девушка.

– Дракон – это большая летающая ящерица, как вы его называетесь, – усмехнулся Кадир. – Силы им дают не джинны и не демоны. Они такие рождаются. Дракон может запросто сжечь этот корабль своим огнем, – увидев их недоуменный взгляд, он пояснил: – Они плюются огнем, как факиры, только им не нужны масла и другие ухищрения. Они сами творят огонь. Один дракон может при желании испепелить огнем целый город!

– Тогда это действительно странно, что он сам не полетел куда ему нужно, а плывет на корабле, – пробормотал Риэль. – Я все равно не собираюсь его бояться и становится рабом!

– Вы можете, чем-то нам помочь, господин Рахман? – с глазами полными надежды попросила Файрин. – Может вы поговорите с ним? Он же не может правда сделать Риэля своим рабом?

– Я с ним поговорю, если смогу… – начал мужчина, потом вздохнул и добавил: – Но связываться и злить дракона я не буду. Это вы должны с ним говорить и убедить его. И не смотрите на меня такими выпученными и обиженными глазами, крысята! А ты, Файрин как девушка, должна уметь применить свои женские штучки, чтобы расположить к себе словами мужчину. Ни один мужчина, если он не самый отпетый мерзавец, не сможет устоять под напором женских жалоб, слез, истерик и улыбок!

– Не думаю, что он из тех – кого может убедить женщина, даже самая красивая, – буркнула недовольно девушка, она сама была не из тех женщин, которым нравилось кокетничать с мужчинами или из тех, кто умел использовать свои женские чары.

– А ты постарайся! Свобода и жизнь твоего брата стоит на кону! – потом Кадир устало провел по лицу рукой, и сказал: – Я только знаю, что господин Йольсон из тех мест, где рабство и торговля людьми запрещена законом. Он все равно не сможет заставить Риэля быть рабом. Можно же просто пожаловаться в… ну, не знаю, кто у них там главный… Но обычно во всех странах есть такие люди… как городская стража, визири или шах-султан. Он направляется в Артзар, а там точно есть король. А их король – это как наш шах-султан.

– Если у них запрещено рабство, зачем же он купил раба? – задумчиво спросила Файрин, нахмурив брови. – Может он сам преступник? Для чего ему раб?

– Драконы обычно происходят из влиятельных и высокопоставленных людей… Достопочтимых господ, как у нас говорят и высокородных. Я сомневаюсь, что он преступник.

– Значит он богат? И у него много денег? – почему-то заулыбался Риэль. – Может ему нужен слуга?

– Если он богат, у него должно быт много слуг! – раздраженно фыркнула сестра. – Если он покупает раба, плывет на корабле, не пользуется своим драконьим… не знаю, чем… драконьей магией, то… он что-то задумал!

– Все возможно, – кивнул головой капитан. – Я же говорю он странный. Но, это теперь ваши проблемы! Как я и сказал, я сомневаюсь, что он преступник. Вам нужно с ним подружится и узнать, что он задумал. Может вы сможете ему помочь, а он поможет вам.

– Он мне не нравится! – вспыхнула Файрин, тряся головой. – Даже если он не преступник и не задумал ничего ужасного. Я ему не доверяю!

– Так, послушайте меня, внимательно, крысята! – капитан сильно нахмурился и даже повысил голос. – Мне некогда возится с вами и вашими проблемами! Я Касиму пообещал только отвезти вас от Ша’Данара. А дальше Артзара не получится, потом я поплыву на острова, а там дикие и опасные нравы и законы, и уж точно не для женщин. Да, и не для мальчишек! Отстанешь от команды, и покажешься трусом: зарежут, прибьют или заживо съедят! Я вас туда не возьму! Легче вам догнивать тогда жизнь в темнице, чем быть заживо сваренным в котле на островах. Советую вам поговорить и договориться о своих условиях с этим иноземцем! Вы сходите в ближайшем порту Артзара! А господин Йольсон, если с вами договориться поможет вам устроить свою новую жизнь в новой стране. Где нет рабства, и к женщинам относятся лучше, чем у нас дома. Потому что если вас там поймают на том, чем вы раньше промышляли, то будете догнивать свою жизнь в темнице Артзара. У них законы не такие суровые как у нас, но за воровство и нарушение законов там тоже не прощают. А сейчас, Риэль иди драить палубу! А ты, Файрин, и не возмущайся мне, иди помогать готовить ужин повару. А если будете отлынивать, останетесь без еды!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.