Данил Иванов
О чём молчали камни

"Мы не наследуем землю от наших предков, мы берем ее в долг у наших детей." – Древняя пословица

Пролог

Моему сыну Мише

Эта книга родилась из тишины вечеров, когда за окном гасли огни, а ты, укутанный в одеяло, просил: «Папа, расскажи историю».

Сначала это были просто сказки – о мальчишках, которые ловили раков в реке и плавили свинец у костра, о заброшенных деревнях, где время остановилось, о степи, хранящей древние тайны. Но с каждым вечером истории становились длиннее, персонажи – живее, а их мир – всё более настоящим.

И вот однажды я понял: это больше не сказки на ночь. Это целая вселенная, рождённая из наших бесед перед сном, из твоих вопросов «а что было дальше?», из того особенного света в твоих глазах, когда ты слушал о приключениях Дениса, Жени и Батыра.

Каждая глава этой книги – это вечер, проведённый вместе. Каждая страница хранит частичку нашего времени, когда мир за окном становился далёким, а между нами оживали истории о дружбе, мужестве и тайнах, которые прячет бескрайняя степь.

Теперь я решил записать эти истории, чтобы они остались с нами навсегда. Пусть эта книга станет памятью о наших вечерах, когда мы вместе открывали неизведанные миры, лёжа в полутёмной комнате под шёпот вечернего ветра.

Твой папа

С любовью

ГЛАВА 1. Весенние костры

Степь просыпалась после долгой зимы. Апрельский ветер, пропитанный влагой и запахом оттаявшей земли, гнал по небу редкие облака, и солнце то пряталось за ними, то снова заливало степь ярким, но ещё не жарким светом. На пологих склонах холмов, окружавших посёлок Тобольский, проступала первая робкая зелень – чуть заметная, словно акварельный набросок на блеклом холсте. Снег почти везде сошёл, лишь изредка, в низинах и оврагах, виднелись грязновато-белые островки, последние напоминания о зиме.

Тобольский, на самом востоке Оренбургской области, терялся среди бескрайних просторов, будто затерянный мир, отрезанный от большой цивилизации. Степь окружала его со всех сторон – суровая, непредсказуемая, огромная. Летом она выгорала до желтизны, зимой покрывалась белым одеялом и превращалась в снежную пустыню, а сейчас, по весне, становилась зыбкой и непроходимой из-за паводков и разливов.

В этом затерянном уголке России, где ещё сохранились остатки прежней, нетронутой природы, жили своей размеренной жизнью люди, чьи судьбы тесно переплелись с историей этих мест. Среди них были и три мальчика, три неразлучных друга: Денис, Женя и Батыр.

На восточной окраине Тобольского, примерно в полукилометре от последних домов, раскинулся заброшенный карьер – последствие когда-то начатой добычи песка. Весенние паводки превратили его в настоящий лабиринт из ям, холмов, каналов и низин, наполненных талой водой. Местами эти лужи были настолько велики, что напоминали небольшие озёра, окружённые прошлогодним камышом и полынью.

С годами карьер превратился в неофициальную свалку. Жители Тобольского свозили сюда всё, что становилось ненужным: старую мебель, сломанную технику, отслужившие свой век автомобильные детали и прочий хлам. Для взрослых это место было символом заброшенности и запустения, но для местной детворы – настоящим каньоном, где можно было найти сокровища, построить тайные убежища и провести целый день вдали от родительских глаз.

В этот день, один из первых по-настоящему тёплых дней апреля, Денис, Женя и Батыр встретились у входа в карьер, уже имея чёткий план действий.

– Ну что, готовы? – спросил Батыр, поправляя потрёпанную кепку на своей коротко стриженной голове.

Батыр был самым крепким из троицы – кряжистый, жилистый, с тёмными глазами и всегда обветренной кожей. Он жил не в самом Тобольском, а в трёх километрах от посёлка, у самого Тобола, в старом вагончике вместе со своим дедом – угрюмым казахом, который редко появлялся в посёлке и к которому мало кто ходил в гости. В школу Батыр не ходил – то ли дед не пускал, то ли сам не хотел, но грамоту знал и читать-писать умел.

– Спрашиваешь! – ответил Женя, самый невысокий из троицы, с россыпью веснушек на курносом носу и вечно растрёпанными рыжими волосами. Он был самым дерзким, всегда готовым на любую авантюру, и первым бросавшимся в пучину приключений, не особо задумываясь о последствиях. Жил он по соседству с Денисом, и они вместе ходили в школу с самого первого класса.

– Кто последний зайдёт – тот девчонка! – выкрикнул Женя и первым сорвался с места, перепрыгивая через небольшой ручей у входа в карьер.

Денис – худой, высокий, с тёмно-русыми волосами, был самым осторожным в этой компании. Он всегда думал перед тем, как что-то сделать, взвешивал все "за" и "против", но в то же время не мог устоять перед соблазном приключения, если его друзья были рядом. Он жил в посёлке с тётей Галей и вместе с братом и сестрой, а родителей своих почти не помнил – они уехали куда-то, когда Денис был совсем маленьким, и с тех пор не возвращались.

Мальчики неслись по извилистым тропинкам между лужами и холмами, перепрыгивая через ручьи и огибая заросли молодого кустарника. Они знали карьер как свои пять пальцев – каждую яму, каждую возвышенность, каждый поворот. И всё же каждый раз, приходя сюда, находили что-то новое – паводок менял ландшафт, вымывая одни участки и наполняя другие.

– Сначала на свалку! – скомандовал Батыр, прыгая через очередную лужу. – За материалом!

Денис и Женя сразу поняли, о чём речь – им нужен был свинец, а лучший его источник – старые автомобильные аккумуляторы.

Свалка находилась в северной части карьера – настоящее кладбище ненужных вещей. Ржавые каркасы кроватей, облупленные шкафы с перекошенными дверцами, старые тракторные покрышки, горы битого стекла и жестяных банок. Здесь можно было найти что угодно, если хорошенько покопаться.

Мальчишки принялись за дело. Батыр ловко перепрыгивал с одной кучи хлама на другую, Денис методично разгребал завалы, а Женя просто нырял в самую гущу мусора, выволакивая оттуда то погнутую вилку, то разбитую лампу, то ещё какую-нибудь ерунду.

– Эй! Смотрите! – вдруг закричал Женя, расшвыривая в стороны куски старого линолеума. – Нашёл!

Денис и Батыр тут же подбежали к нему. Женя с победоносной улыбкой указывал на чёрную прямоугольную коробку, наполовину засыпанную землёй – автомобильный аккумулятор, покрытый грязью и ржавчиной, но всё ещё вполне целый.

– Вот это удача! – присвистнул Батыр, опускаясь на колени и помогая Жене откапывать находку.

– А он не потечёт? – осторожно спросил Денис, помня предупреждения взрослых о том, что аккумуляторная кислота может прожечь одежду и обжечь кожу.

– Да он сто лет как высох, – отмахнулся Женя, выдёргивая аккумулятор из земли. – О, тяжёлый какой!

Втроём, с видимым усилием, они вытащили свою добычу и, отряхнув от земли, внимательно осмотрели.

– Хороший, – одобрительно кивнул Батыр. – Из него выйдет много свинца.

– А взрослые не заругают, если узнают? – забеспокоился Денис. – Тёте Гале не расскажут?

– Да кому какое дело до старого аккумулятора? – фыркнул Женя. – Он уже сто лет как мёртвый, никому не нужный.

– Несём в наше место, – решил Батыр. – И побыстрее, потом для костра хворост собирать надо.

Аккумулятор был тяжёлым, и мальчишки несли его по очереди, сменяя друг друга каждые несколько метров. Наконец, они добрались до своего тайного места – небольшой котловины, скрытой от посторонних глаз зарослями паслёна. Здесь уже было видно следы их предыдущих посещений – тёмное пятно от костра, обложенное камнями, несколько коряг, служивших скамейками, и даже что-то вроде погреба – яма, накрытая досками и дёрном, где мальчишки хранили свои сокровища.

– Ставь сюда, – Батыр указал на плоский камень. – И давайте разбирать, дело к вечеру.

Они принялись за работу. С помощью найденных здесь же инструментов – старых отвёрток, зубила и молотка – мальчики начали разбирать аккумулятор, извлекая из него свинцовые пластины. Батыр ловко орудовал ножом, вскрывая корпус, Денис аккуратно вынимал пластины, а Женя отделял от них резиновые прокладки. Работа была грязной и тяжёлой – пальцы быстро покрылись чёрной, въедливой грязью, которую потом придётся долго оттирать. Но азарт перекрывал все неудобства.

– Ненавижу эти резиновые прокладки, – пыхтел Женя, пытаясь содрать с пластины особенно упрямую резину. – Они так прилипают…

– Ну дай мне, – Батыр выхватил пластину из рук Жени и ловким движением ножа соскрёб резину. – Видишь? Вот так вроде надо.

Тем временем Денис, поглядывая на облака, которые начали сгущаться, собирал дрова для костра. Батыр, самый хозяйственный из троицы, уже разжигал огонь. Сначала тонкие веточки, потом ветки потолще, потом сухие коряги, собранные вокруг. Огонь разгорался медленно – дрова ещё не до конца просохли после зимы, – но Батыр умело поддувал, пока пламя не набрало силу.

– Давайте банки, – скомандовал он, когда костёр превратился в жаркое, устойчивое пламя.

Каждый из мальчиков достал припасённые заранее консервные банки – старые, помятые, но для их целей вполне подходящие. С помощью гвоздя и молотка они пробили в банках дырки и просунули туда заранее заготовленные палки – получилось что-то вроде самодельных ковшиков с длинными ручками.

– Теперь самое интересное, – Батыр потёр руки в предвкушении.

Они уложили в банки свинцовые пластины и поставили их в самый жар костра. Теперь оставалось только ждать, когда металл расплавится.

Весеннее солнце начало клониться к закату, окрашивая степь в золотистые тона. Над карьером кружили вороны, изредка издавая хриплые крики. Где-то далеко, у самого горизонта, виднелись силуэты пасущихся коров. Воздух был свежим, пропитанным запахами молодой травы и влажной земли.

– Смотрите! – воскликнул Денис. – Начинается!

Из банок поднимался белёсый дым, металл медленно, будто нехотя, начинал плавиться. Свинец превращался в серебристую, тягучую массу, завораживающую своим преображением из твёрдого в жидкое.

– А я всё думаю, – задумчиво протянул Денис, наблюдая за процессом, – вот эти пластины… они же вроде как ядовитые, да?

– Да фигня это всё, – отмахнулся Батыр. – Мой дед говорит, что раньше вообще все пули из свинца делали.

– Это да, – кивнул Денис. – Но всё равно руки потом помыть надо. И в рот ничего не тащить.

Мальчики работали сосредоточенно, как настоящие мастера. Когда металл полностью расплавился, каждый приступил к своей части плана.

Денис заранее выкопал в земле форму ножа – длинную, узкую ямку с рукоятью, тщательно разравняв стенки и дно. Теперь, с замиранием сердца, он осторожно наклонил банку и тонкой струйкой влил расплавленный свинец в импровизированную форму. Металл шипел, соприкасаясь с влажной землёй, но заполнил форму ровно, идеально.

– Получилось! – выдохнул он с облегчением.

Женя действовал иначе. Накануне он нашёл на свалке старую форму для леденцов – металлическую, с фигурками зверей. Очистив её от ржавчины и грязи, он теперь заливал в неё свой свинец, получая маленькие, но очень детальные фигурки медведя, волка и лисы.

Батыр же задумал нечто особенное. Он давно мечтал о собственном кастете, как у героев фильмов боевиков, которые иногда показывали в клубе. И теперь, заранее отлив из глины форму с четырьмя отверстиями для пальцев, он осторожно заполнял её металлом, не отрывая взгляда от процесса.

Работа требовала терпения. Металл остывал не так быстро, как хотелось бы, но мальчики не торопили процесс, понимая, что спешка может всё испортить. Когда свинец затвердел, они осторожно извлекли свои творения из форм.

Результаты были разными. Нож Дениса получился грубоватым, с неровными краями, но вполне узнаваемым. Фигурки Жени вышли на удивление детальными и изящными – каждая шерстинка, каждый коготь были чётко видны. А кастет Батыра, хоть и выглядел внушительно, оказался с трещиной через всю поверхность.

– Ах ты ж… – разочарованно протянул Батыр, разглядывая свою работу.

– Может, слишком быстро залил? – предположил Денис. – Или форма сырая была.

– Ничего, в следующий раз получится, – утешил его Женя, хотя в его голосе проскользнули нотки гордости за собственные идеальные фигурки.

Они разглядывали свои творения, сравнивали, обсуждали, что можно было сделать лучше. Денис и Батыр не могли не завидовать Жене, чьи фигурки действительно выглядели как произведения искусства.

– Слушай, дай мне медведя! – попросил Батыр. – Я тебе… я тебе дедовский патрон принесу!

– Ага, как же, – усмехнулся Женя. – В прошлый раз ты мне то же самое обещал за выжигательное стекло, и где он, этот патрон?

– Последний раз не получилось, но в этот раз точно принесу! – пообещал Батыр, но Женя только покачал головой.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, и над степью разливались синие сумерки. Постепенно становилось не просто прохладно, а по-настоящему холодно – весна была в самом разгаре, но ночи ещё были зябкими, почти зимними.

– Давайте картошку запечём, – предложил Денис, доставая из рюкзака несколько клубней. – Вот с собой взял.

Они разгребли угли в костре, создав небольшое углубление, и бросили туда картофелины прямо в кожуре. Затем засыпали их углями и стали ждать, периодически переворачивая их палкой.

– А что мы завтра будем делать? – спросил Женя, подбрасывая в костёр новую ветку. – Может, на Тобол пойдём, порыбачим?

– Не, рано ещё, – покачал головой Батыр. – Дед говорит, надо ещё недели две подождать. Потом будет самая рыбалка.

– А помните, как в прошлом году мы плот строили? – вспомнил Денис. – Три дня мучились, а он потом за полчаса развалился!

Все засмеялись, вспоминая, как их самодельный плот, скреплённый бечёвкой и проволокой, распался на части прямо посередине реки, и им пришлось вплавь добираться до берега, подгоняемыми хохотом старших ребят, наблюдавших за их злоключениями.

– В этом году сделаем лучше, – убеждённо сказал Батыр. – Я уже присмотрел доски у сарая дяди Вити. Они там никому не нужны, просто гниют.

– Ага, и дядя Витя нам просто так их и отдаст, – скептически заметил Денис.

– А мы и не будем спрашивать, – подмигнул Батыр. – Сами возьмём, ночью!

Денис только покачал головой, но спорить не стал. Он знал, что всё равно пойдёт с друзьями, как бы ни беспокоился о последствиях.

Через некоторое время они извлекли картофелины из углей. Они выглядели ужасно – чёрные, обугленные, с потрескавшейся кожурой.

– Эх, сожгли, – расстроился Денис, разглядывая печальное зрелище.

– Да ну, – уверенно сказал Батыр, разламывая одну картофелину пополам. – Это только снаружи. Внутри нормальная, смотри!

И действительно, под обугленной кожурой обнаружилась белоснежная, рассыпчатая мякоть, исходящая ароматным паром.

– Эх, соли бы сейчас, – с сожалением вздохнул Денис, дуя на обожжённые пальцы.

– На! – Батыр вытащил из кармана спичечный коробок, в котором оказалась соль. – Иногда ношу с собой!

Они с наслаждением ели печёную картошку, счищая обугленную кожуру, макая белую мякоть в соль и обжигаясь. Никакая еда не казалась им вкуснее этих простых клубней, приготовленных на костре под открытым небом, вдали от взрослых, в кругу друзей.

Сумерки сгущались. В воздухе пахло влажной землёй, дымом костра и почему-то осенью, хотя весна набирала силу. Где-то далеко ухнула сова, а над их головами с севера на юг пролетела стая гусей, возвращающихся из тёплых краёв.

– Скоро каникулы, – мечтательно протянул Денис. – Что будем делать всё лето?

– Купаться, рыбачить, – перечислял Женя, – на великах кататься, в тайник наш лазить.

– И плот всё-таки сделаем, – уверенно добавил Батыр. – В этот раз не развалится!

– А ещё можно шалаш построить, – предложил Денис. – Не в карьере, а где-нибудь у реки, где никто не найдёт.

– Точно! – загорелся Женя. – И будем там прятаться от всех. Как Робинзон Крузо!

– Кто? – нахмурился Батыр.

– Не читаешь ты, Батыр, книжки, – покачал головой Женя. – Есть такая, про мужика, который на острове жил. Один.

– А, – протянул Батыр без особого интереса. – У меня дед такие истории рассказывает – не то что ваши книжки. Реальные.

– Какие? – заинтересовался Денис.

– Разные, – загадочно ответил Батыр. – Про степь, про Тобол, про то, как раньше жили. Интересно.

– Расскажешь как-нибудь? – попросил Денис.

– Расскажу, – кивнул Батыр. – Но не сегодня. В другой раз.

Костёр медленно догорал, превращаясь в тлеющие угли. Ночь окончательно вступила в свои права, и над степью зажглись первые звёзды – яркие, крупные, каких не увидишь в городе. Млечный Путь раскинулся от горизонта до горизонта, напоминая о том, как мал человек перед лицом бесконечности.

– Поздно уже, – сказал Денис, поднимаясь на ноги. – Тётя Галя меня убьёт, если я ещё позже приду.

– Давайте завтра здесь же встретимся, – предложил Батыр. – После школы. Я подойду.

Мальчики затоптали остатки костра, тщательно проверив, не осталось ли тлеющих углей, и принялись собирать свои вещи. Свинцовые изделия Денис и Женя завернули в тряпки и аккуратно положили в рюкзаки. А Батыр, после недолгих колебаний, решил закопать свой неудавшийся кастет – всё равно с трещиной, да и деду показывать такое точно не стоило.

Они вышли из карьера уже в полной темноте, освещая путь карманными фонариками. У водонапорной башни им предстояло разойтись: Денис и Женя должны были пойти налево, в посёлок, а Батыру – направо, через степь к своему вагончику у Тобола.

– До завтра! – крикнул Батыр, прощаясь с друзьями.

– До завтра! – откликнулись Денис и Женя в один голос.

По дороге в посёлок Денис и Женя шли молча, каждый погружённый в свои мысли. Звёзды мерцали над ними, а степь шептала что-то своё, понятное только ей. Изредка доносился далёкий лай собак из посёлка и рёв трактора, где-то едущего.

– Слушай, а ты веришь, что лето будет интересным? – вдруг спросил Женя, нарушая тишину.

– Конечно, – без колебаний ответил Денис. – Самым лучшим! Вот увидишь.

– А я иногда думаю, – продолжил Женя, пиная камешек на дороге, – что ничего интересного никогда не случится. Всё как всегда – купание, рыбалка, огород… Скукота.

– Случится, – уверенно сказал Денис. – Обязательно.

Он сам не знал, откуда взялась эта уверенность, но что-то внутри подсказывало – грядущее лето будет особенным. Будто в воздухе витало предчувствие каких-то невероятных событий, приключений, открытий. Будто сама степь готовила им нечто такое, чего они даже представить себе не могли.

Дойдя до своих домов, соседствующих друг с другом, друзья попрощались. Денис вошёл в дом, где его ждал выговор от тёти Гали и давно остывший ужин.

– Где тебя только носит, – ворчала тётя Галя, разогревая суп. – Опять с этим Батыром связался? Ох, доведёт он тебя до беды!

Но Денис только молча улыбался. Какие бы приключения ни ждали их впереди, он был уверен – они будут незабываемыми.

ГЛАВА 2. Первый плот

На следующий день после уроков Денис и Женя вышли из школьного крыльца, щурясь от яркого солнца. День выдался на удивление тёплым для конца апреля – в воздухе уже чувствовалось дыхание приближающегося лета.

– А где Батыр? – спросил Женя, оглядываясь по сторонам.

– Наверное, у стены ждёт, – предположил Денис.

Они обошли школьное здание и действительно нашли Батыра. Он стоял, прислонившись к бетонной стене, подальше от толпы выходящих из школы ребят, и терпеливо ждал друзей. Увидев их, он оттолкнулся от стены и пошёл навстречу.

– Наконец-то! – сказал он. – А я уж думал, вас на второй год оставили.

– Да ну тебя, – отмахнулся Женя. – Контрольная по русскому была, вот и задержались.

– Как написали? – поинтересовался Батыр без особого интереса к учебным делам.

– Нормально, – пожал плечами Денис. – Идём на карьер?

– Идём, – кивнул Батыр с загадочной улыбкой. – У меня сюрприз для вас есть.

Дорога до карьера заняла около двадцати минут. Мальчишки шли неспешно, наслаждаясь теплом, болтая обо всём на свете. Только когда они подошли к своему укромному месту в котловине, Денис и Женя ахнули от удивления. У их самодельного кострища лежала настоящая куча строительных материалов – доски разной длины, молоток, ржавые, но крепкие гвозди, моток верёвки и даже старая железная банка из-под краски.

– Откуда это всё? – присвистнул Женя, подходя ближе и ощупывая доски.

– Ночью сходил к дяде Вите, – невозмутимо ответил Батыр. – Взял то, что всё равно гнило без дела. А с утра по карьеру лазил – вот и нашёл всё остальное.

Денис и Женя переглянулись. С одной стороны, им было не по себе от того, что друг воровал, пусть даже никому не нужные доски. С другой стороны – как же хотелось наконец построить настоящий плот!

– А если дядя Витя заметит? – озабоченно спросил Денис.

– Да не заметит, – махнул рукой Батыр. – Там целая куча досок была, а я всего-то несколько штук взял.

– Ладно, – примирился Женя, – главное, чтобы плот получился лучше прошлогоднего.

– Получится! – уверенно сказал Батыр. – Я всё продумал.

Они принялись за работу. Сначала Женя, самый рукастый из троицы, разложил доски на земле, прикидывая, как лучше их соединить. Его руки будто сами знали, что делать – он быстро и ловко подобрал доски одинаковой длины для основы плота.

– Вот эти четыре – для каркаса, – объяснил он, указывая на самые длинные доски. – А эти короткие сверху прибьём.

Денис кивнул и принялся выпрямлять гвозди. Большинство из них были погнутыми, явно уже использованными, но при некоторой сноровке их можно было привести в порядок.

Батыр же взялся за молоток и, не дослушав объяснений Жени, начал колотить по доскам с энтузиазмом. Гвоздь загнулся почти сразу.

– Эх ты! – воскликнул Женя. – Дай лучше я. Ты держи доски, чтобы не шевелились.

– Сам справлюсь! – буркнул Батыр, но всё же передал молоток.

Женя работал методично и аккуратно. Каждый гвоздь он сначала слегка вбивал, проверяя, правильно ли лежит доска, а потом уже забивал до конца. Денис подавал ему гвозди и придерживал доски. А Батыр то и дело отходил в сторону, критически оценивая их работу, и давал непрошеные советы.

– Может, верёвкой ещё связать? – предложил он. – Для надёжности.

– Да подожди ты, – отмахнулся Женя, сосредоточенно забивая очередной гвоздь. – Сначала собрать надо, а потом уже верёвкой.

Работа шла неспешно. Приходилось то и дело отвлекаться – то доска треснула, то гвоздь согнулся, то Батыр, потеряв терпение, попытался помочь и только помешал. Но постепенно плот обретал форму. К полудню у них получилась довольно крепкая конструкция – четыре длинные доски, скреплённые поперечинами и дополнительно перевязанные верёвкой.

– Ну что, в воду? – предложил Батыр, потирая руки.

– Погоди, – Женя ещё раз проверил все соединения. – Кажется, держится крепко. Только аккуратно нести надо.

Они подняли плот – он оказался тяжелее, чем ожидали, – и понесли к ближайшей большой луже, которая летом почти пересыхала, а сейчас, после весенних дождей, представляла собой настоящий пруд.

Плот они спустили на воду осторожно, готовые в любой момент его выловить, если он начнёт тонуть. Но конструкция держалась на воде. Правда, немного накренилась в одну сторону – видимо, доски оказались разного веса, – но всё-таки плавала!

– Ура! – закричал Женя. – Получилось!

– Я первый! – Батыр уже прыгал на плот, едва тот коснулся воды.

Плот покачнулся, но выдержал нагрузку. Батыр осторожно сел в центр, стараясь не потерять равновесие.

– Держится! – обрадованно крикнул он. – Лезьте и вы!

Денис и Женя по очереди забрались на плот. Он заметно просел под их весом, но не тонул. Вода подтекала между досками, но не сильно.

– Весла бы ещё, – заметил Денис, окуная руку в прохладную воду.

– А руками грести можно, – сказал Женя и принялся грести ладонями.

Они медленно поплыли к центру пруда. Ощущение было непередаваемым – они плыли на собственном, своими руками построенном плоте! Солнце пригревало, вода поблёскивала.

– А давайте до берега доплывём и обратно, – предложил Батыр и вытащил из кармана помятую пачку папирос. – без курева скучно.

Он прикурил от спички, глубоко затянулся и довольно выдохнул дым. В этот момент плот качнуло, Батыр взмахнул рукой, чтобы не упасть, и пачка папирос выскользнула у него из пальцев.

– Ой! – воскликнул он и, не раздумывая, прыгнул в воду за утопающими папиросами.

Плот качнулся от его прыжка так сильно, что Денис и Женя едва удержались. Они с открытыми ртами смотрели, как Батыр барахтается в воде, хватая размокающую пачку.

– Ты что, с ума сошёл?! – закричал Женя. – Из-за папирос в ледяную воду прыгать!

– Это же последние! – отплёвываясь и фыркая, ответил Батыр. – У меня больше нет!

Денис и Женя помогли ему забраться обратно на плот. Батыр весь дрожал от холода, а с его одежды ручьями стекала вода.

– Совсем мокрый, – покачал головой Денис. – И как ты теперь домой пойдёшь?

– Высохну, – стуча зубами, ответил Батыр. – Надо костёр развести.

Они быстро догребли до берега. Батыр сразу же принялся собирать дрова, двигаясь энергично, чтобы согреться. Вскоре у них разгорелся хороший костёр, и Батыр, стащив с себя рубашку и брюки, повесил их сушиться на импровизированные жерди.

Денис и Женя сидели у костра, ёжась от прохладного ветерка и с удивлением глядя на Батыра. Тот в одних трусах ловко ворошил костёр, подбрасывал дрова, разворачивал одежду к огню другой стороной – и при этом не выглядел особенно замёрзшим.

– Слушай, – сказал Денис, – а может, я сбегаю домой, принесу тебе свои вещи?

– Не надо одежды, – отмахнулся Батыр. – Лучше чайник принеси, да сахару. А то всё-таки замёрз я, горячего хочется. И папиросы! – добавил Батыр.

– У нас дома никто не курит, – ответил Денис.

– Попробуй где-нибудь найти, – попросил Батыр.

Денис кивнул и помчался в посёлок. У дома он проскочил мимо сарая. Султан, завидев его, сорвался с места и бросился к Денису.

– Не сейчас, – сказал Денис, но всё же потрепал пса за ухом и, не сбавляя хода, вбежал в дом.

В зале рядом с тётей Галей сидел дядя Саша – её брат, приехавший в гости.

– Денис, как дела? – спросил он.

– Отлично всё, – ответил Денис.

– На работу к нам пойдёшь на каникулы?

– Не знаю, ещё не решил.

Он прошёл на кухню и быстро собрал всё нужное: чайник, стеклянные кружки, аккуратно завернул их в полотенце, прихватил банку с сахаром и несколько конфет из коробки, которую тётя Галя берегла на особый случай. Чай насыпал в ладонь, пересыпал в газетный кулёк и плотно завернул.

Выходя из дома, на крыльце он заметил оставленную дядей Сашей пачку сигарет. На миг замялся, бросил взгляд на дверь, быстро вытащил одну, сунул в карман – и бегом рванул к друзьям.

Когда он вернулся, Батыр уже разводил новый костёр поменьше, специально для чайника. Его одежда висела на самодельных жердях и дымилась от близости к огню.

– Во, молодец! – обрадовался Батыр, увидев чайник. – А воду взял с собой?

– Нет, не подумал, – ответил Денис.

– Ничего, – сказал Батыр. – Придётся воду из пруда брать, где плавали. – Сейчас горяченького заварим!

Он набрал воды, поставил чайник на угли и принялся ждать, когда закипит. Тем временем Денис выложил конфеты на чистый камень и развернул газетку с чайными листьями, а Женя нашёл три более-менее ровные коряги, чтобы сидеть было удобнее.

Когда чайник закипел, Батыр заварил крепкий настой прямо в нём, добавив туда же сахар.

– Эх, заварки бы настоящей, дедовской, – вздохнул он, разливая горячий подслащённый чай по кружкам.

Но даже этот простой напиток показался им невероятно вкусным. Сидеть у костра и наслаждаться чаепитием после испытания плота – что могло быть лучше?

– А сигарета у тебя есть? – вспомнил Батыр.

Денис достал из кармана добытую сигарету. Батыр увидел фильтр и просиял:

– О, с фильтром! Это хорошие! Спасибо!

Он поднёс сигарету к углю, прикурил и глубоко затянулся, с явным наслаждением.

– Дай и нам попробовать, – попросил Женя.

Батыр передал сигарету Жене. Тот осторожно затянулся и тут же начал кашлять, передавая её Денису. Денис тоже попробовал и закашлялся ещё сильнее.

– Ха-ха-ха! – весело смеялся Батыр, забирая сигарету обратно. – Не привыкли ещё! А я с десяти лет курю.

Он сидел у костра, посапывая, в одних трусах, и курил, как будто и не был полчаса назад мокрым и дрожащим от холода.

Солнце начало садиться, окрашивая небо в розовые и оранжевые тона. Батыр нехотя начал одеваться – одежда была ещё немного влажной, но вполне сносной.

– Ну что, расходимся? – спросил он, натягивая рубашку.

– Пошли, – согласился Денис. – А плот? Что с ним делать будем?

– Оставим здесь, – решил Женя. – Завтра ещё поплаваем.

Они затушили костёр и отправились домой. У водонапорной башни Батыр, как всегда, свернул направо, к своему вагончику, а Денис с Женей пошли в посёлок.

Некоторое время они шли молча, потом Женя вдруг сказал:

– А Батыр, он какой закалённый! Как будто и не замерзал вовсе.

– Вольная жизнь делает людей крепкими, – философски заметил Денис.

Дома его ждал вечерний ужин – жареная картошка с луком, стакан молока и спокойный разговор с тётей Галей о школьных делах. После ужина Денис лёг в постель, усталый, но довольный. День удался на славу – плот получился и чаепитие у костра запомнится надолго.

За окном шумел ветер, а в голове ещё крутились планы на завтра. Может быть, они усовершенствуют плот, добавят борта или сделают мачту? А может, отправятся в дальнее плавание по Тоболу?

Засыпая, Денис улыбался. Лето ещё не началось, но у них уже были первые приключения!

ГЛАВА 3. Путешествие в Кайракту

Прошло две недели с их последней встречи. Весна уверенно переходила в лето, превращая степные травы в золотистое море, колышущееся под тёплым ветром. Батыр словно растворился в воздухе – ни весточки, ни следа.

Денис и Женя коротали выходной день, бредя по пыльным улочкам деревни.

– Странно всё это, – задумчиво протянул Женя, пиная камешек. – Куда он мог деться?

– Может, дед не пускает? – предположил Денис.

– А может, они вообще уехали? – Женя остановился, прищурившись от солнца.

– Нет, – покачал головой Денис. – Вагончик на месте. Дядя Саша на прошлой неделе плот на тракторе возил к Тоболу – я его попросил перевезти наш плот поближе к реке. Говорит, по дороге видел вагончик.

Они продолжали идти по деревне, размышляя вслух.

– Слушай, а когда купаться-то начнём? – оживился Женя. – Лёд давно сошёл, на улице почти как летом!

– Вода ещё холодная, – рассудительно ответил Денис. – Недельку подождать надо.

Проходя по деревне, друзья решили отправиться на Табун-гору за кварцевыми камнями. Путь их лежал мимо водонапорной башни – не той, что стояла напротив их улицы, а дальней, на противоположном краю деревни.

Внезапно воздух прорезал пронзительный свист.

Денис и Женя синхронно обернулись, озираясь по сторонам. Откуда донёсся звук, понять было невозможно.

– Эй, лоботрясы! – раздался знакомый голос откуда-то сверху.

Задрав головы, ребята увидели на самом верху водонапорной башни фигуру Батыра.

– Давайте наверх! – крикнул он, помахав рукой.

Женя, не раздумывая, полез первым по ржавой лестнице. Денис последовал за ним, стараясь не смотреть вниз.

Оказавшись на площадке, оба замерли. Высота была головокружительной – метров двадцать, не меньше. Сердце Дениса забилось чаще, когда он увидел, как далеко внизу остались крыши домов. Женя побледнел и инстинктивно отступил подальше от края, вцепившись в перила.

А Батыр преспокойно сидел на самом краю площадки, свесив ноги в пустоту и улыбаясь так, словно находился на обычной скамейке.

– Привет, – сказал он, протягивая руку для рукопожатия.

Друзья осторожно поздоровались, стараясь не делать резких движений. Денис присвистнул, оценив открывшийся вид. Весь Тобольский лежал как на ладони: в центре виднелись магазин, контора, школа и клуб. Даже Тобол просматривался – серебристая змейка, извивающаяся с востока на запад, пока не терялась в дымке горизонта.

– Чего так долго не появлялся? – нарушил молчание Женя, усевшись подальше от края.

– Дела были, – пожал плечами Батыр. – Охота, рыбалка. Всё по угодьям мотались.

– Мы уже думали, ты после того купания заболел, – усмехнулся Денис.

– Да ну! – отмахнулся Батыр. – Я вообще не болею.

В этот момент внизу показались две девочки, неспешно прогуливавшиеся мимо башни.

– Кто это? – заинтересовался Батыр.

– Сёстры из города, – шёпотом ответил Женя. – К бабушке в гости приехали. Вика и Катя.

– Симпатичные какие, – с волнением проговорил Денис и даже сделал шаг к краю, но тут же отпрянул назад, вспомнив о высоте.

– Это ты как, отсюда видишь? Ничё се! – подколол его Женя.

Но Денис не обратил внимания, продолжая внимательно смотреть вниз.

– Пойдём знакомиться? – предложил он.

– Потом как-нибудь, – отрезал Батыр. – У меня дело есть.

– Сначала самолёты, да? – парировал Женя с улыбкой.

– Какие самолёты? – удивлённо нахмурился Батыр.

– Да ладно, забудь, – Женя смутился, и улыбка сползла с его лица.

– В общем, слушайте, – Батыр понизил голос. – В Кайракту поплывём. Я у деда карту нашёл. Там точно что-то отмечено – какие-то закорючки, обозначения. Надо проверить.

– В Кайракту?! – в один голос воскликнули друзья.

– На плоту поплывём. На нашем, – кивнул Батыр, посмотрев на Дениса. – Я видел, как твой дядька привёз его к реке. Теперь он там, где и должен быть.

– А почему на дедовской лодке не поплывёшь? – спросил Женя.

– Дед меня убьёт, – покачал головой Батыр. – Да и потом, у нас же есть собственный плот! Своё всегда лучше.

– Где карта? – деловито поинтересовался Денис.

– Вот, – Батыр похлопал себя по карману. – При мне.

– Когда выдвигаемся?

– Прямо сейчас, – сказал Батыр и добавил: – Только еды возьмите дома. По пути может перекусим. Давайте, не будем время терять.

– Покажи карту-то хоть, – попросил Женя.

– Да не торопитесь вы! – недовольно отмахнулся Батыр. – На месте посмотрим.

– Мы на пять минут домой забежим, – предложил Денис.

– Какой дом?! – возразил Женя. – Тебя там сразу засекут. Я один сбегаю, возьму что надо. Давайте прямо сейчас двигать, чего время терять?

Спустившись с башни, ребята почти бегом направились на другой конец деревни. Через десять минут они уже были на своей улице.

– Идите на зады, – скомандовал Женя. – А то тётя Галя точно Дениса спалит.

Батыр и Денис послушно свернули на окраину и направились к задам – месту, куда жители сваливали навоз и где трактористы парковали свою технику. Ждать пришлось недолго – запыхавшийся Женя появился через несколько минут с рюкзаком за плечами.

Он хотел было рассказать, что тётя Галя спрашивала о Денисе, и что он соврал, будто тот скоро вернётся, но передумал. Незачем волновать друга раньше времени.

Обойдя деревню вдоль задов, они вышли к грейдеру. Перейдя дорогу и миновав свою водонапорную башню, троица направилась к реке. В степи, вдали от любопытных глаз, ребята почувствовали себя увереннее. Шагая по просёлочной дороге, они через час добрались до Тобола.

Батыр привёл их к зарослям высоких кустов на берегу. Раздвинув ветки, он показал спрятанный плот.

– Давайте поедим, – предложил вечно голодный Батыр.

– Давай, – с готовностью откликнулся Денис.

Женя согласился нехотя – еда для него всегда была делом второстепенным. Он достал из рюкзака хлеб, копчёное сало, колбасу, лук и пару солёных огурцов.

– Может, костёр разведём? – предложил Денис.

– Да какой тебе костёр! – недовольно отмахнулся Женя. – Похаваем быстренько и дальше двинем.

Ребята расселись прямо на траве. Копчёное сало таяло во рту. Денис, закусывая его луком, блаженно мычал. Батыр довольно улыбался, быстро жуя и хрустя огурцом.

– За это я вас и люблю, – сказал он с набитым ртом. – За вашу деревенскую еду.

– А чё, дед тебя не кормит, что ли? – язвительно поинтересовался Женя.

– Кормит, конечно. Только у нас в основном рыба – сушёная, вяленая, копчёная.

– А чего рыбу с собой не взял? – поинтересовался Женя.

Батыр только пожал плечами.

После еды Батыр закурил, предварительно покрутив головой – не видит ли кто. Затем они столкнули плот в воду. Батыр взял длинную палку, заранее припасённую для этой цели, и стал отталкиваться от дна. Плот медленно поплыл. Течение подхватило его, унося всё дальше от берега.

Батыр снова закурил, передав палку Жене.

– Что-то ты зачастил, – заметил Женя, взяв шест и продолжая управлять плотом.

– На воде люблю курить, – задумчиво ответил Батыр. – Но дед не разрешает. Обещал сделать мне трубку – говорит, трубку можно, а не эту гадость из деревни. Табак дед сам выращивает.

Батыр замолчал, глядя на воду, затем снова затянулся и продолжил:

– А знаете, дед всегда старался держаться от Кайракты подальше. Когда мы ходили на охоту или рыбалку, он никогда там не останавливался, всегда обходил стороной. А меня это место всегда влекло, но дед был категорически против. Почему он избегает Кайракту, мне не ясно. Вот и решил наконец сам туда попасть.

Женя и Денис переглянулись с подозрительной опаской. Женя на некоторое время перестал управлять плотом, и каждый задумался о своем.

Они плыли неспешно. Денис прилёг на тёплые доски и задремал под мерное покачивание. Когда Денис открыл глаза, вокруг уже вечерело. Батыр всё ещё спал, тихонько похрапывая. Оказывается, он тоже уснул.

Вода блестела в лучах заходящего солнца. Посёлок Тобольский давно остался позади. Вдали тёмной полосой вырисовывались холмы, среди которых выделялась Змеиная гора. О ней ходили всякие легенды: то ли там древний колдун похоронен, то ли проходили сражения ещё в татарские времена. Но самое страшное – змеи, которые якобы водились там целыми клубками.

– Всё, давай палку, – сказал Батыр, незаметно проснувшийся. Он взял шест у Жени и стал направлять плот к берегу.

– Ты уверен, что нам туда надо? – с сомнением спросил Женя, когда плот ткнулся в песчаный берег.

– Конечно! – Батыр ловко спрыгнул и уже карабкался вверх по склону.

С вершины холма открывался захватывающий вид. Огоньки далёких деревень мерцали, словно упавшие на землю звёзды. Внизу, под холмом, петлял узкий рукав реки.

– Так, ищем ориентиры, – деловито заявил Батыр, разворачивая карту. – Крестик должен быть где-то здесь!

Внезапно в кустах раздался шорох. Кто-то – или что-то – двигался неподалёку.

В сумерках троица, пробираясь сквозь высокую сухую траву, добралась до Кайракты. Мёртвая деревня встретила их гнетущей тишиной. Лишь вороны каркали, срываясь с прогнивших крыш покосившихся домов. Запустение сквозило во всём – в облупленных стенах, сломанных воротах, в ветках деревьев, пробившихся сквозь провалившиеся крыши.

– Ну и местечко… – пробормотал Женя, озираясь с опаской.

– Да ладно тебе, романтика же! – усмехнулся Батыр. – Я чувствую, здесь точно что-то есть.

– И ты правда в это веришь? – скептически уточнил Денис.

Батыр лишь пожал плечами. Они прошли мимо полуразрушенного сарая, откуда внезапно донеслось странное шипение – словно разъярённая кошка, только во много раз громче.

– Это что было? – Женя резко обернулся.

– Кошка, наверное… – попытался успокоить его Денис, хотя сам почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Какая кошка? – нервно возразил Батыр. – Тут давно никто не живёт.

Он заметно ускорил шаг, и друзья последовали его примеру.

Вскоре перед ними возникла заброшенная мельница. Её полуразрушенный остов печально возвышался среди степи, а у подножия чернел узкий лаз в подвал. Батыр первым направился к нему.

– Говорят, мельники раньше заколдовывали муку, чтобы не портилась, – сказал он с показной смелостью. – Может, и тут что-то осталось?

Хмыкнув, он полез в темноту. Денис и Женя переглянулись и нехотя последовали за ним.

Внутри пахло сыростью и тленом. В углах что-то тихо поскрипывало. И вдруг воздух прорезал чей-то голос – хриплый, словно из самой земли:

– Уходите…

Все трое замерли. Батыр резко обернулся:

– Кто здесь?

Ответом было только гулкое эхо. Затем послышался шорох – кто-то явно крался в темноте рядом с ними.

– Ладно, валим отсюда на фиг, – выдохнул Женя.

Но едва они выбрались из подвала, как сотни ворон взмыли с окрестных деревьев, оглушительно каркая и кружась над головами. А потом раздался смех – тонкий, пронзительный, нечеловеческий.

– Кикимора… – едва слышно прошептал Денис.

И тут они побежали. Не разбирая дороги, друзья мчались прочь из проклятой деревни, пока не выбились из сил. Впереди показался старый дом с покосившимся крыльцом. Выглядел он зловеще, но ребята всё же остановились рядом.

– Давайте хоть глянем, что там, – предложил Батыр, тяжело дыша.

Они толкнули скрипучую дверь и шагнули внутрь…

И оказались на знакомой улице. Перед ними был родной Тобольский. Никакого дома, никакой степи. Только их деревня в вечерних сумерках.

– Чё… чё это сейчас было? – выдохнул Женя, оглядываясь по сторонам.

Но никто не знал ответа. Они стояли посреди своей улицы, дрожа не то от холода, не то от пережитого страха, и каждый думал об одном: что же на самом деле произошло в заброшенной Кайракте?

ГЛАВА 4. Погреб

Когда Денис и Женя, вымотанные приключениями в Кайракте, наконец оказались на знакомой улице Тобольского, им казалось, что они действительно пробежали все восемнадцать километров до заброшенной деревни и обратно. Ноги гудели, в горле пересохло, а сердца всё ещё колотились от пережитого ужаса.

Они шли молча, каждый погружённый в свои мысли, пытаясь осмыслить произошедшее. Что это было? Сон? Галлюцинация? Или они действительно побывали в той проклятой деревне, где время и пространство подчинялись каким-то другим законам?

– Слушай, – вдруг остановился Женя, оглядываясь по сторонам. – А где…

Он не договорил, но Денис сразу понял. Они синхронно обернулись, всматриваясь в пустую улицу за своими спинами.

– Батыр! – громко позвал Денис, и его голос эхом отозвался от стен домов. – Батыр, ты где?

Тишина. Только далёкий лай собаки да шелест листьев на деревьях.

– Когда ты его видел в последний раз? – спросил Женя, и в его голосе слышалась нарастающая тревога.

Денис нахмурился, напрягая память:

– В том доме… когда мы вошли в дверь… он был рядом… или нет?

– Я не помню! – Женя схватился за голову. – Чёрт, я ничего не помню! Мы бежали, потом дом, потом… мы тут. А Батыр…

– Может, он где-то отстал? – предположил Денис, но сам не верил в свои слова. – Может, ещё идёт?

Они постояли ещё несколько минут, вглядываясь в сумерки, но никого не было. Улица была пуста, и с каждой секундой тишина становилась всё более зловещей.

– Что нам делать? – тихо спросил Женя.

Денис медленно покачал головой. В голове крутились обрывки мыслей, но все они были хаотичными, бессвязными. Идти к деду Батыра? Но что сказать? Что они отправились в Кайракту, и там произошло что-то непонятное, и теперь Батыр пропал? Старый казах и так относился к посторонним с подозрением, а тут ещё такая история…

– Никому не будем рассказывать, – решительно сказал Денис. – Пока не поймём, что произошло.

– А если с ним что-то случилось? – Женя кусал губы от волнения.

– Ничего с ним не случилось, – твёрдо ответил Денис, хотя сам в этом не был уверен. – Батыр не из тех, кто просто так пропадает. Он… он найдётся.

Но слова звучали неубедительно даже для него самого.

Дом тёти Галины был совсем рядом, но мальчишки, не сговариваясь, свернули в другую сторону – к бабушке Люсе. Там, в тёплом уюте её дома, можно было прийти в себя, подумать, а может быть, даже найти какие-то ответы.

Баба Люся встретила их на крыльце, словно ждала. Она вытирала руки о фартук и внимательно всматривалась в лица мальчиков.

– Ой, да что это вы такие бледные? – забеспокоилась она. – И где это вас носило? Галя уже два раза прибегала, спрашивала.

– Мы… гуляли, – неуверенно ответил Денис.

– Гуляли? – Баба Люся прищурилась. – До такого времени? И почему вы как привидения какие-то?

Денис и Женя переглянулись. Рассказывать правду было нельзя – баба Люся либо не поверит, либо поднимет такой переполох, что узнает вся деревня. А дедушка Батыра точно придёт разбираться.

– Устали просто, – пробормотал Женя. – Далеко ходили.

Баба Люся ещё некоторое время изучала их лица, но потом махнула рукой:

– Ладно, проходите. Чаю поставлю, авось отойдёте.

Двор бабушки Люси был не просто место – это был целый мир. Здесь время словно остановилось несколько десятилетий назад. Старая телега с облупившейся краской стояла у сарая для баранов, её деревянные колёса потемнели от времени и растрескались. Вокруг расположились различные пристройки: курятник, гусятник, старая нерабочая баня. А в стороне, ближе к картофельному огороду, стоял отдельный погреб с массивной деревянной дверью.

За основным домом росли яблони и вишни. А в одном из уголков двора, под навесом, стоял забытый сундук с железными оковками – настоящий реликт прошлого. Денис знал, что там хранились древние вещицы: пожелтевшие фотографии людей в старинной одежде, странные монеты с непонятными надписями, ржавые ключи от давно утерянных замков.

Но больше всего Дениса привлекал отдельно стоящий погреб. Точнее, то, что в нём хранилось.

Они прошли в дом. Денис и Женя стояли, не зная куда себя деть. Из старенького радиоприёмника "Маяк" лились мелодии вечерней передачи – сначала знакомые позывные под песню "Подмосковные вечера", а затем характерное "Московское время…". Эти знакомые звуки успокаивали, создавая ощущение домашнего уюта и безопасности.

Баба Люся хлопотала на кухне, заваривая чай и доставая из печи свежие оладьи.

– Садитесь за стол, – велела она, расставляя кружки. – И не врите мне – старая, но всё равно вижу.

Денис опустил глаза в кружку с горячим чаем. Что сказать? Как объяснить то, что сами не понимали?

– Баба Люся, – осторожно начал он, – а бывает так, что… ну… человек может оказаться в одном месте, а потом внезапно – в совсем другом?

Старушка прищурилась и отложила ложку, которой помешивала сахар.

– Это что ещё за вопросы такие? – спросила она подозрительно.

– Да так, интересно просто, – поспешно ответил Женя. – В сказках же такое бывает.

– В сказках многое бывает, – медленно проговорила баба Люся. – Но жизнь – не сказка. Хотя… – она задумалась, глядя куда-то в сторону окна. – В наших краях всякое случается. Степь – она особенная. Древняя. Много в ней тайн скрыто.

– Каких тайн? – тут же спросил Денис.

Но баба Люся только покачала головой:

– Не к ночи будь сказано. Ешьте лучше, пока горячее.

Они поели в молчании, каждый думая о своём. Денис всё время ловил себя на том, что прислушивается – не послышится ли знакомый свист Батыра? Не появится ли их друг в дверях, растрёпанный и усталый, но живой и невредимый?

Но вечер тянулся, а Батыр не появлялся.

– Баба Люся, – сказал Денис после ужина, – можно мы в погреб сходим? Проверим… ну, как там всё.

Старушка взглянула на него с удивлением:

– В погреб? С чего это вдруг? Там делать нечего – только соленья да картошка.

– Да так, интересно, – пожал плечами Денис. – Давно не были.

– Ну и что там интересного? – не унималась баба Люся.

Денис не знал, что ответить. Он и сам не понимал, зачем ему нужно в погреб. Просто какое-то внутреннее чувство подсказывало, что ответы нужно искать именно там.

– Только осторожно там, – предупредила баба Люся. – И дверь за собой закрывайте, а то мыши забегут, – помолчав, она добавила: – Хотя нет, я с вами туда зайду, прослежу за вами. – Она взяла керосиновую лампу из дома.

Они вышли во двор и направились к погребу. Баба Люся подошла к большому камню рядом с погребом и достала из-под него большой ключ. Она отперла массивную первую дверь, и та открылась со скрипом. За ней оказалось просторное помещение – словно небольшой дом внутри погреба. По стенам стояли полки с банками и всякой утварью, а в центре возвышалось ещё одно строение – внутренний погреб, увенчанный плоской крышей, на которую можно было забраться.

– Вот видите, – сказала баба Люся, зажигая керосиновую лампу. – А там, за той дверью, – она кивнула на дверь внутреннего погреба, – лестница вниз, в настоящий подвал. Но туда лучше не лезть – темно там и сыро.

Денис оглядывался по сторонам. На крыше внутреннего погреба лежали различные предметы, укрытые тряпками и брезентом. Денис вспомнил, что играя в прятки, он любил забираться на эту крышу и что там лежало что-то очень интересное.

– А можно на крышу погреба залезть? – спросил он.

– Зачем это тебе? – удивилась старушка.

– Да интересно, что там наверху.

Баба Люся махнула рукой:

– Лазь, только осторожно. Там всякий хлам лежит.

Денис подтянулся и забрался на плоскую крышу внутреннего погреба. Среди свёртков и узелков лежал он – старинный компас в потёртом кожаном футляре.

– Баба Люся, – сказал он, стараясь, чтобы голос звучал как можно более небрежно, – а можно посмотреть на твой компас?

– На какой ещё компас? – нахмурилась старушка.

– Ну вот на тот, что тут лежит, – Денис приподнял компас.

– А зачем он тебе? – подозрительно спросила баба Люся. – Лучше не надо, – добавила она.

– Да так, интересно посмотреть. Никогда настоящего компаса не видел.

Баба Люся помедлила, но потом разрешила взять компас. Денис осторожно спустился с крыши внутреннего погреба, держа компас в руках. Он был тяжёлым, холодным. Латунный корпус потемнел от времени, на крышке были выгравированы какие-то символы.

Денис открыл крышку, и его сердце ёкнуло. Стрелка компаса беспокойно дёргалась, словно искала что-то, медленно поворачиваясь то в одну, то в другую сторону.

– Видишь? – сказала баба Люся. – Крутится как ненормальная. Дед твой, царствие ему небесное, ещё говорил, что компас этот особенный. Достался ему от отца, а тому – от деда. Мол, не простой это компас, а для особых случаев.

Денис почувствовал, как по спине пробегает холодок. Особенный компас. Для особых случаев. А сейчас как раз такой случай – Батыр исчез, и они не знают, где его искать.

Он взглянул на Женю и увидел, что тот тоже напряжённо смотрит куда-то в сторону.

– Гляди! На стене! – вдруг прошептал Женя, дёрнув Дениса за рукав.

Денис обернулся и замер. На кирпичной кладке стены, в свете керосиновой лампы, ясно виднелся узор из трещин. Но это были не обычные трещины – они образовывали сложный геометрический орнамент, который словно светился слабым фосфоресцирующим светом.

– Что это? – выдохнул Денис.

– Да ерунда какая-то, – отмахнулась баба Люся, но в её голосе слышалась неуверенность. – Трещины обычные. От сырости.

Но трещины были явно не обычные. Они складывались в узор, который напоминал карту или схему. Денис провёл пальцем по одной из линий, и ему показалось, что под пальцем что-то тепло пульсирует.

И тут в дальнем углу послышался шорох.

– Это просто мыши, – неуверенно пробормотал Денис, но сам чувствовал, как учащается сердцебиение.

Шорох повторился, но теперь он был громче. Потом раздалось лёгкое шуршание, словно кто-то осторожно разворачивал старую бумагу. Огонёк лампы дрогнул, хотя в погребе не было ни малейшего сквозняка.

– Ты это слышал? – прошипел Женя.

Денис кивнул, не отрывая взгляда от тёмного угла. Компас в его руках вдруг потяжелел, а стрелка начала медленно поворачиваться, указывая в сторону шороха.

И тут по погребу разнёсся тихий, едва различимый шёпот. Слова были неразборчивы, но они звучали удивительно близко, словно кто-то стоял рядом и говорил прямо в ухо.

Баба Люся вздрогнула и подняла лампу повыше:

– Ой, мать честная, что за чертовщина? – пробормотала она.

Шёпот усилился. Теперь в нём можно было различить отдельные звуки, обрывки слов. И вдруг Денис ясно расслышал:

– …Батыр…

Кровь застыла в жилах. Он повернулся к Жене и увидел, что тот побледнел как мел.

– Ты слышал? – шёпотом спросил Денис.

Женя кивнул, не в силах произнести ни слова.

А шёпот продолжался, становясь всё отчётливее:

– …ищите его, ищите…в старых местах.......

Стрелка компаса в руках Дениса вдруг резко дёрнулась и замерла, указывая точно на север.

– Всё, хватит! – крикнул Женя. – Мы это проверили! Харэ!

Он схватил Дениса за рукав и потянул к выходу. Денис, всё ещё сжимая компас, нехотя последовал за ним. На полпути к выходу он обернулся и увидел, что баба Люся стоит как окаменевшая, глядя в тёмный угол.

– Баба Люся! – позвал он. – Идём!

Старушка вздрогнула и быстро пошла за ними, высоко держа лампу.

Снаружи баба Люся поставила лампу на стол дрожащими руками и опустилась на лавку.

– Что это было? – спросила она, глядя на мальчиков испуганными глазами.

– Не знаем, – честно ответил Денис. – Мыши, наверное…

– Какие к чёрту мыши! – вспылила старушка. – Я прожила в этом доме очень долго, и никогда ничего подобного не слышала!

Денис посмотрел на компас в своих руках. Стрелка теперь опять беспокойно дёргалась. Но он помнил, как она указывала на север в погребе.

– Баба Люся, – сказал он решительно, – дай мне этот компас.

– Зачем? – удивилась старушка.

– Просто… может пригодится.

– Да на что он тебе? Сломанный же!

– Может, я починю, – неуверенно ответил Денис.

Баба Люся внимательно посмотрела на него, потом на Женю, который всё ещё был бледен и нервно кусал губы.

– Нет, – твёрдо сказала она. – Не дам. Компас этот… он не простой. И не детская это игрушка.

– Но…

– Никаких "но"! – отрезала баба Люся. – И вообще, что это вы все про компасы да про особые места спрашиваете? Что у вас случилось?

Денис опустил глаза. Рассказать правду он не мог, но и обманывать бабушку не хотелось.

– Ничего не случилось, – тихо сказал он. – Просто… просто интересно.

Баба Люся ещё некоторое время изучающе смотрела на них, потом вздохнула:

– Так, компас верни мне. И в погреб больше не лезьте. Видите, что творится. Я положу на место потом.

Позже, когда баба Люся проводила их до калитки, Денис всё думал о компасе. Шёпот в погребе, стрелка, указывающая на север, слова о поисках Батыра – всё это не могло быть случайностью.

Он уже принял решение. Компас нужен ему. Не сегодня, не завтра, но обязательно он заберёт его. Потому что только этот странный предмет может привести к Батыру.

– Что думаешь? – тихо спросил Женя, когда они отошли от дома бабы Люси.

– Думаю, что Батыр где-то на севере, – ответил Денис. – В каких-то старых местах.

– А компас?

– Компас поможет его найти.

– Но баба Люся не даст.

Денис остановился и посмотрел другу в глаза:

– Тогда мне придётся взять его без разрешения.

Женя нахмурился:

– Ты хочешь украсть у бабы Люси?

– Не украсть, – твёрдо сказал Денис. – Взять взаймы. Чтобы найти Батыра. А потом верну.

Они дошли до дома Дениса в молчании. На улице уже была глубокая ночь – тёмная, тихая, полная теней. У калитки Женя остановился:

– Слушай, нам нужно обязательно вернуться в Кайракту и поискать Батыра.

– Согласен, – кивнул Денис. – Но как? И когда? – Он помолчал, глядя в темноту. – Кайракта на западе, а Батыр где-то там, – Денис махнул рукой в сторону севера.

– Да причём тут север? – раздражённо спросил Женя и добавил: – Стрелки компасов всегда указывают на север, – и вдруг спохватился: – И это… а плот?

– Что плот? – не понял Денис.

– Плот там остался!

– Да и чёрт с этим плотом, – махнул рукой Денис.

Он посмотрел на север, где в темноте терялись степные просторы. Где-то там мог быть их друг. Живой или…

– Найдём мы его, – сказал он с уверенностью, которой сам не чувствовал. – Обязательно найдём.

Попрощавшись, Денис вошёл во двор и остановился перед дверью, смотрел, как Женя бредёт домой. Ночь окутала деревню – стрекотали кузнечики в траве, где-то вдалеке стрекотали сверчки, и только эти мелодичные звуки нарушали тишину. Он прислушивался к этим ночным звукам и мельком подумал о Жене. Как же тот потерял свою обычную дерзость в этой ситуации – не совсем узнавал он своего друга. В буднях такой шустрый, а тут…

Дома тётя Галя устроила ему разнос за поздний приход, но Денис слушал вполуха. В голове крутились обрывки того, что произошло за день: Кайракта, исчезновение Батыра, шёпот в погребе, компас со странной стрелкой.

Лёжа в постели, он смотрел в потолок и планировал. Завтра он пойдёт в школу, как ни в чём не бывало. Но при первой же возможности вернётся к бабе Люсе и заберёт компас. Он знал, где старушка прячет ключ от дома, знал, в какое время она обычно уходила в магазин.

Компас укажет путь. Денис был в этом уверен. И тогда они найдут Батыра, где бы он ни был.

Засыпая, Денис всё ещё слышал эхо того шёпота из погреба:

"…ищите его, ищите…"

Он будет искать. Обязательно будет.

ГЛАВА 5. Обычный день

Утро выдалось серым, но тёплым. Лужи на дороге после ночного дождя сверкали, как разбросанные зеркала, отражая бесконечное небо. Денис с Женей шагали в школу, но мысли Дениса то и дело возвращались к вчерашнему вечеру – к погребу бабы Люси, странному шёпоту и компасу со стрелкой, что указывала на север. Туда, где мог быть Батыр.

– Спорим, я дальше тебя прыгну? – предложил Женя, разглядывая самую глубокую лужу на их пути.

Денис встряхнулся, отгоняя тревожные мысли. Может, стоит на время забыть о загадках и просто подурачиться?

– Спорим! – тут же откликнулся он и с разбега плюхнулся в воду, окатив брызгами друга.

Женя ответил тем же, и через минуту оба уже были мокрые по колено. Лужи – это святое. Холодная вода и смех постепенно развеяли утреннюю тоску. Они бы и дальше там плескались, но шум привлёк нежелательное внимание.

Из-за ближайшего забора с подозрительным шипением вылезла гусиная шея.

– Шшш! – угрожающе прошипел гусь, вытягивая шею вперёд, словно готовясь к атаке.

– Ща я его! – крикнул Женя, всё ещё в игривом настроении после водных процедур, подобрал камешек и запустил в птицу.

Гусь увернулся, но тут же развернулся и с диким гоготом бросился на мальчишек. Они с визгом рванули прочь, а за ними с шумом понеслось всё гусиное стадо. Беглецы пронеслись по улице, свернули за угол и замерли, тяжело дыша и хохоча.

– Гусей я не очень, – выдохнул Денис, улыбаясь. – Они ж щипнуть могут.

– Да не ссы, ушли мы от них! – Женя хлопнул друга по плечу.

Они пошли дальше, и после приключений с гусями ребятам захотелось продолжить дурачиться, когда Женя вдруг остановился:

– Эй, смотри!

На тротуаре впереди медленно шёл пожилой мужчина в старой шляпе, с тростью в руке. Он то и дело оглядывался по сторонам, словно кого-то высматривая.

– А если он секретный шпион? – задумчиво произнёс Денис.

– Тогда мы обязаны за ним проследить! – с жаром подхватил Женя.

И началась слежка. Мужчина медленно шёл по улице, иногда останавливаясь у заборов, как будто что-то изучая. Он провёл их через несколько улочек, мимо чьих-то палисадников, к магазину, где постоял немного и пошёл обратно. Мальчишки следили за ним с полной серьёзностью, на время забыв обо всём на свете. Время тянулось незаметно, пока не прозвенел далёкий звонок в школе.

– Ой-ё! – спохватился Женя. – Мы же опоздали!

Пришлось нестись со всех ног, но на урок они всё-таки опоздали. Учительница встретила их суровым взглядом.

– Где были? – строго спросила она.

– Мы… это… – замялся Женя.

– Следили за шпионом! – гордо добавил Денис.

Класс заржал. Учительница только вздохнула и велела сесть на места:

– Ну садитесь уже, шпионы.

Остаток дня прошёл на удивление удачно: контрольную перенесли, в столовой выдали пирожки с мясом, а на перемене удалось выиграть в ножички у старшеклассников. Такая полоса везения подняла Денису настроение, и когда прозвенел последний звонок, он почувствовал прилив решимости. Раз день складывается так хорошо – может, стоит попробовать добраться до компаса?

После школы, вместо того чтобы сразу идти домой, Денис свернул на улицу бабы Люси. По его расчётам, старушка должна была идти в магазин в это время – он давно изучил её распорядок. Сердце забилось чаще от предвкушения.

Он спрятался в кустах на противоположной стороне улицы и принялся наблюдать за домом. Но планы не сработали. У бабы Люси кто-то был в гостях – во дворе слышались голоса, а сама она какой-то женщине показывала что-то в огороде.

"Ну всё, – разочарованно подумал Денис, – это может затянуться надолго."

Он подождал ещё немного, но никто никуда не собирался. Лишь через несколько минут баба Люся со своей гостьей зашла в дом, и компас приходилось оставить до лучших времён. Неудача слегка подпортила настроение, и Денис вяло поплёлся домой.

Дома он быстро справился с обязанностями – накормил свиней, прибрался во дворе. После ночного дождя поливать огород не требовалось. Делал всё механически, мысли блуждали где-то далеко. Нужно было что-то, что помогло бы отвлечься от неудачи и тревожных мыслей о Батыре.

Схватив банку, он сел на велосипед и направился к реке. Там, среди густых камышей, было его тайное место – кусочек песчаного берега, где можно было побыть наедине с собой и привести мысли в порядок.

Он развалился на тёплом песке и попытался наслаждаться тишиной. Тихое урчание воды у берега, птичьи трели, солнце, которое всё-таки решило показаться из-за туч и уже ласково грело – всё это постепенно успокаивало. А ещё здесь можно было заняться полезным делом.

Денис сел поудобнее, снял обувь и глубоко зарыл одну ногу в песок. Медведки – отличный товар для обмена, а сегодняшний день требовал ещё успеха.

Медведки не заставили себя ждать. Почва под ногой зашевелилась, и через мгновение что-то цапнуло его за палец. Денис дёрнулся, но ногу не вытащил – нужно было терпеть. Вот ещё укус! Потом ещё. Боль отвлекала от грустных мыслей. Ещё чуть-чуть…

Раз! Он дёрнул ногу вверх и тут же поймал здоровенную медведку, которая бешено сучила лапками, вцепившись в его палец.

– Ух ты! – Денис с трудом отлепил её и сунул в банку. Медведка была большая, чёрно-рыжая, злобная – ценнейший экземпляр! Её можно будет обменять на что-то стоящее.

Удачная добыча подняла настроение, и он, довольный, сел на велосипед и вернулся домой. Вечер подкрадывался незаметно – небо снова заволокло густыми облаками, и воздух стал прохладнее. Полина как раз возвращалась с дойки коров, а между её ногами суетилось добрый десяток кошек – рыжие, полосатые, чёрные, все тёти Галины любимцы.

– Ну что вы все тут крутитесь под ногами! – улыбаясь, делано ругалась Полина. – Дайте хоть пройти спокойно!

Потом она налила молоко в две большие миски, и кошки жадно принялись пить, толкаясь и мурлыча от удовольствия. Денис услышал приветственный лай Султана – большой дворовый пёс радостно завилял хвостом, увидев хозяина. Знакомые звуки дома окончательно успокоили нервы.

– Привет, – поздоровался Денис с Полиной и зашёл в дом.

В доме пахло жареными беляшами – тёплый, аппетитный аромат заполнял кухню и напомнил, как он проголодался. Тётя Галя, как обычно, слегка поворчала:

– Где тебя опять носило? – но тут же поставила перед ним тарелку с вкусно пахнущими беляшами. – И опять свет отключили, представляешь? Хорошо хоть газ есть.

– Как день прошёл? – спросила она, усаживаясь рядом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.