Марина Север
Любовь в петле

Пролог

Сильная метель ослепляла, хлестала по замерзшим щекам колкими снежинками. Все вокруг утопало в снегу – он ложился мягким ковром, наметая глубокие сугробы, в которых вязли ноги.

Марина промерзла до костей. Ее коротенькая серая дубленка хорошо подходила для езды в машине, но не для прогулок в мороз. Она совсем не согревала, но почему-то сегодня Марина надела именно ее. Руки в пуховых белых варежках окоченели, пальцы не слушались.

Шапок она не носила, предпочитая им капюшон. Одной рукой она придерживала его у горла, чтобы не слетел, второй прикрывала нос и рот.

Метель была настолько сильной, что сносила Марину в сторону. Холодный снег попадал не только на лицо, но еще проникал под куртку, а потом холодными каплями стекал по груди.

Марина остановилась и осмотрелась: вокруг ничего не видно. Куда же она забрела? Где вообще находится?

Обернувшись, она увидела, что ее следы почти полностью замело снегом. Если она потеряется в этой степи, то обратную дорогу точно не найдет.

Марина двинулась дальше, защищаясь от липнущего снега. Медленно переставляя ноги, которые почти по колено проваливались в сугробы, она шла буквально вслепую. Вскоре, подняв голову, она заметила неподалеку какие-то темные очертания. Она не могла разглядеть, что это такое.

Пройдя метров сто, она остановилась как вкопанная. Рука, сжимающая капюшон на шее, ослабла, и ветер тут же сорвал его с головы.

Она стояла и разглядывала место, куда так неожиданно попала. Она оказалась перед черным забором, заваленным снегом, внезапно возникшим из белой мглы. Он терялся в метели и казался бесконечным. За забором из сугробов торчали кресты, как вечные стражи давно упокоенных тел.

Марина всегда боялась кладбищ. Она на похороны ходила только из уважения к близким, когда этого печального мероприятия никак нельзя было избежать. Ее сердце бешено застучало, голову сжало как тисками. Она отпрянула назад и хотела бежать обратно, но ее внимание привлекло какое-то движение. За одним из деревянных крестов промелькнуло что-то черное: то ли человек, то ли тряпка, висящая на оградке одной из могил. Этот черный балахон трепыхался на ветру. Марине вдруг показалось, что это человек, стоящий к ней спиной. Как загипнотизированная, она смотрела в одну точку и не могла отвести взгляд. Что этот человек делал на кладбище? Кто решился пойти в это мрачное место, да еще в такую погоду? Хотя в жизни чего только не бывает – она уже это поняла.

Марина всматривалась в незнакомца, но не могла ничего разглядеть, кроме вздымающегося на ветру балахона. Кто это, мужчина или женщина? Ничего не разобрать.

Она почувствовала, как внутри все сжимается, а по коже бегут мурашки: не от холода, а от страха. Ей казалось, что когда-то она уже видела человека в черном балахоне.

Марина подошла поближе к забору, не замечая, как жгучий снежный ветер треплет волосы и пробирается все глубже под одежду, и схватилась за него. Человек стоял неподвижно: не наклонялся, не топтался на месте, а просто стоял и смотрел на крест на чьей-то могиле.

Внезапно балахон взметнулся вверх, и человек резко повернулся в ее сторону. От неожиданности Марина отпрянула и упала в сугроб. Ветер тут же начал заметать ее снегом. Она поднялась, вновь взглянула на могилу с крестом, но ни черного балахона, ни того, кто был под ним, уже не было. Почувствовав внутри холод, она обхватила себя руками, но это не спасало от пронизывающего ветра. Марина накинула капюшон на голову и пошла вдоль забора, пытаясь выбраться из этого места. Раз есть кладбище, значит, должна быть и дорога к нему.

Сильный ветер подгонял ее в спину. Метель усилилась, заволокла все вокруг белой мглой. Марина не понимала, как оказалась рядом с кладбищем. Вечером она уснула в теплой кровати, а теперь ходит где-то в поле, возле забора с могильными крестами.

Сквозь вой метели послышался какой-то шум. Марина резко обернулась, пытаясь определить источник звука, но ничего, кроме забора, вдоль которого она шла, не было видно. Она начала пятиться назад, всматриваясь в белую пучину снега, боясь, что тот, кого она видела на кладбище, идет за ней следом. Медленно ступая в глубокий снег, Марина сделала шагов двадцать, когда ее спина уперлось во что-то твердое.

Марина замерла, боясь пошевелиться. Сердце сжалось от страха. Она быстро задышала, ее будто ошпарило горячей водой. Тело пылало, лицо обдало жаром, щеки горели уже не от мороза, а от огня. Постояв с минуту, Марина решилась посмотреть на то, во что уперлась спиной. Медленно, стараясь не делать лишних движений, она повернулась, щуря глаза от колючего снежного ветра. Перед ней был ствол темного дерева – толстый, с черной потрескавшейся корой, местами покрытой снегом.

Она выдохнула и почувствовала, как страх начал постепенно отступать. Постояв, девушка попыталась обойти дерево, которое росло возле забора.

Сделав несколько шагов, Марина увидела перед собой сапоги. Они находились на уровне глаз. Она медленно подняла голову и увидела тело повешенного. Веревка привязана к толстой ветке, петля затянута на горле, голова слегка наклонилась набок. Глаза были закрыты, лицо было одутловатым с синюшным оттенком. Ветер качал мертвеца как тряпичную куклу, осыпая его обильным снегом. Марина смотрела на него, пытаясь сдержать крик, который рвался наружу.

Судя по виду и одежде, это был молодой парень. Его лицо отекло, местами покрылось корочкой льда. Он был одет в желтую куртку, шапку и черные джинсы, на ногах – сапоги.

Марина в ужасе попятилась, но мертвец неожиданно резко открыл глаза и оскалился в жуткой ухмылке. Она отпрянула назад и, не удержавшись, упала на спину в глубокий снег. От охватившего ее ужаса она закричала. Горло зажгло от крика, а холодный воздух забрался в легкие, обжигая их внутри.

Она закрыла лицо руками…

Глава 1

Мороз разрисовал окна красивыми узорами, заставляя любоваться ими. Каждый день вырисовывалось что-то новое, таинственное, волшебное.

Это время года Марина очень любила. Зима накрыла деревню еще две недели назад. Снег шел несколько дней, а мороз был ощутим. Градусник показывал минус двадцать. Максим не успевал грести лопатой, расчищая дорожки к дому и место для парковки машины.

Снег начал идти еще в конце ноября. Как-то утром Марина проснулась и увидела, что за окном вся земля покрыта белым пушистым ковром. Первый снег всегда ложится неожиданно, даже когда его время пришло. Она заранее подготовила зимние вещи, поэтому не пришлось искать в шкафах шубу с дубленкой и сапоги с ботинками.

Марина несколько месяцев жила в деревне, уехав из просторной квартиры, которую они с мужем купили после свадьбы. Из-за ее странных снов ей пришлось вернуться в дом свекрови, чтобы во всем разобраться. И теперь она понимала, что сделала это не зря. Максим противился ее жизни в деревне, но она настояла на своем. Они даже какое-то время не общались. Марина была сильно обижена на мужа, за то, что он ее не понимал и не верил ей.

События в конце октября поменяли взгляды мужа на многие странные вещи, которые с ними случились. Он больше стал доверять жене, перестал осуждать ее и не пытался отправлять к психиатру.

Они столкнулись с сущностью, которая унесла жизни целой семьи. Каким-то чудом удалось выжить только одному, Антону Протокову. Мужчине, который отбывал последние месяцы в тюрьме. После того как Максим покинул больницу, где Протокову стало хуже, он почему-то был уверен, что сущность его все-таки убила. Но тот оказался живучим и выкарабкался.

После выздоровления Антона Протокова перевели обратно в тюрьму. Возможно, когда он выйдет на свободу, то вернется в дом матери: ведь тут осталось хозяйство, за которым пока присматривает соседка. К тому же ему достанется наследство от сестры Анны, умершей вместе со всей семьей. А наследство там немаленькое.

После того как они вчетвером изгнали злого духа девочки по имени Тоня, Сергей с Викой окончательно съехались и стали жить вместе. Видно, последние события на них сильно повлияли. Оба теперь не сомневались, что существует потустороннее зло, которое может неожиданно появиться, чтобы извести человека или целую семью, как это было с Протоковыми.

Марина осталась в деревне, чтобы разгадать загадку, откуда берутся эти существа. Самое страшное, что она всегда оказывалась в гуще необъяснимых событий. Именно она видит их первой, а существа пытаются дать понять, что им что-то от нее нужно.

Свекровь в видении сказала, что Марина взяла у нее дар. Но Марина этого не хотела. Она вообще не понимала, как можно взять чужое. После смерти матери Максима она по его просьбе надела сережки его матери, и только после этого начали происходить странные вещи, к которым она не была готова.

По словам бабы Глаши, с которой она познакомилась, когда ее преследовала русалка, ей нужно научиться управлять даром. С каждым разом Марина открывала в себе новые способности.

Максим ушел в отпуск и вот уже две недели жил вместе с ней в деревне. Иногда ему необходимо было съездить в город. Были, конечно, дела, которые он, как сказал его начальник, не сдал перед отпуском, но на ночь муж всегда возвращался к ней.

Их отношения начали налаживаться, и Марина была этому бесспорно рада. Максим занимался хозяйством. Иногда они вместе ездили в город за продуктами, что очень огорчало подругу Вику.

– Вы всегда можете купить у меня, – говорила она, хмуря брови. – Вот зачем вам тащиться в город? Магазин под боком, вышла и купила. Это остальным нужно топать по всей деревне, а у вас все рядом. Да и подруга – хозяйка магазина.

Вика с Сергеем часто приходили в гости вечером – посидеть, выпить вина или просто чая. Иногда обсуждали то, с чем столкнулись, но чаще избегали этой темы. Сергея в тот день поранили. Сущность, напавшая на него, вонзила когти в руку и оставила глубокий порез. Он месяц был на больничном. Рука иногда ныла, но это, скорее всего, на погоду. Так думал сам Сергей.

В школе было все по-старому. Лидочка перемывала кости деревенским жителям. Каждый день у нее была новая сплетня. Откуда она ее брала, никто не знал, но догадывался. Тетя Лиля все так же работала ночью, иногда приходила с запахом перегара, но все закрывали на это глаза.

На место Марии Николаевны пока никого не нашли. Должность учителя информатики была свободна. Никто не хотел ехать в деревню, работать с детьми. Вся молодежь обитала в городе, а учителей с опытом не устраивала зарплата. Учителя информатики временно замещал физрук, который хоть что-то знал о компьютерных технологиях.

Марина сидела в своем маленьком кабинете. Она закрыла глаза на то, что ей обещали выделить место побольше. Здесь уже все обжито, уходить куда-то еще она не хотела.

Напротив была библиотека, в которую девушка иногда заходила поздороваться с Марией Степановной и выпить чашку чая. В библиотеке Марина находила разные выписки из газет, которые относились к их деревне. Она сама пока еще не понимала, что пыталась там найти.

Через три недели Новый год. Решили праздновать дома у Марины с Максимом, а Вика с Сергеем должны были прийти в гости. Во время долгожданных каникул Марина собиралась на несколько дней съездить домой. Чего скрывать – она скучала по своей спальне, по городским кофейням и супермаркетам. Ей хотелось прогуляться по набережной, по новогоднему городку, который администрация создавала каждый год на главной площади города.

Раньше присмотреть за домом просили Семена, брата Катерины, учительницы английского языка. Он жил неподалеку, но переехал в город, где ему предложили хорошую работу. За домом обещала присмотреть Вика, с которой Марина в последние месяцы сблизились еще сильнее.

Была суббота, и они с мужем решили провести выходной вдвоем. Марина приготовила обед и прибралась. Они прилегли посмотреть сериал, когда в окно постучали. Марина сразу напряглась, а Максим пошел посмотреть, кто пришел. Собака заливалась лаем – значит, это точно не Вика или Сергей. Тех она уже хорошо знала, хоть иногда и рычала на них.

Отодвинув шторку в зале, он увидел лицо Катерины, та улыбнулась и помахала рукой.

– Кто там? – спросила Марина.

– Катерина пришла. Маркова.

Марина поднялась с дивана, и они вместе с мужем пригласили девушку войти.

– Привет, Катя, – сказала Марина. – Чаю будешь?

Девушка сияла как начищенный самовар.

– Нет, спасибо. Я на минуточку.

Она смотрела на них и загадочно улыбалась. Максим с Мариной переглянулись.

– Что-то случилось?

Екатерина, видимо, больше не могла сдерживать эмоции, соскочила с диванчика и радостно воскликнула:

– Знаете, кто приехал? Костик! Представляете? Сегодня рано утром вернулся! У него закончился контракт. Он ничего нам не сказал, хотя мама с ним на днях созванивалась.

Максим заулыбался: он хорошо знал их семью, хотя они приехали сюда позже его родителей. В школе Константин был на два класса старше Максима. Особой дружбы они не водили, но если встречались, всегда останавливались, чтобы поприветствовать друг друга. В молодости они редко пересекались, но Максим Костю хорошо знал.

– Ого, – сказал Максим, – я рад. Как он? Надолго? Или насовсем решил остаться тут?

Катя сцепила руки в замок и закатила глаза.

– Не знаю. Но сказал, что больше не собирается никуда. Говорит, жениться пора. Может, у него уже и невеста есть?

Она задумалась, наморщив лоб.

– Хотя когда он успел? Пять лет был в горячих точках. Там точно не мог.

Марина слушала ее, пытаясь понять, зачем соседка пришла. Катя могла просто ей позвонить или сообщить новость в школе, но почему-то решила зайти лично.

– Да, – Катерина вдруг встрепенулась, как будто вспомнила, зачем пришла, – что хотела сказать: приходите вечером на ужин! Мы вас приглашаем. Мама с Настей будут делать пирог и гуся. Правда, мы его хотели на новый год оставить, но такое событие – брат пришел.

Она посмотрела на Максима.

– Кстати, Костик сказал, что хочет с тобой о чем-то поговорить. Он увидел вашу машину у двора и поинтересовался, здесь ты или нет. Так что ждем вас к семи часам на ужин. Семен тоже приедет. Ирины только не будет. Она просто не успеет прилететь из другого города.

Катя подошла к входной двери и взялась за ручку.

– Не опаздывайте, – повторила она, – мы будем вас ждать.

После этого девушка вышла за дверь, впуская клубы холодного воздуха в дом.

Марина посмотрела на мужа печальными глазами, понимая, что побыть вечером вдвоем не удастся. Придется идти в гости.

Соседи, которых они знали, пригласили их на ужин, и отказываться было просто неприлично. Могут и обидеться, а ей еще с Катериной работать в школе и видеться каждый день. Тем более Константин хотел поговорить с мужем.

После ухода соседки Марина вернулась в комнату. Нужно было принять душ и подготовить вещи, в которых они пойдут в гости. Максим решил идти в синих джинсах и легкой кофте, благо было недалеко. А Марина надела брючки цвета спелой сливы и голубую кофточку.

За полчаса до выхода Максим посмотрел на жену и нахмурился.

– А где сережки, которые достались от мамы? Я что-то давно их не видел на тебе.

Марина пощупала мочки ушей и ахнула: как же она могла забыть про них! Когда они вернулись из леса, она сняла украшения, принимая ванну. Прошло уже чуть больше месяца, а она ни разу так и не вспомнила про серьги.

Соображая, куда могла их положить, зашла в комнату свекрови. На полке лежали все те же полотенца. Она засунула руку под них и нащупала два маленьких предмета. Вытащив их наружу, увидела пропажу. Когда она успела положить сюда серьги? Этот момент выпал из ее памяти.

Встав в ванной перед зеркалом, Марина вдела серьги в уши, почувствовав горячую волну, прокатившуюся по телу. Пальцы слегка закололо. Это было каждый раз, когда она надевала либо снимала сережки.

Вернувшись на кухню, Марина повернулась к мужу и потрогала серьги.

– Ну как? Доволен?

Муж удовлетворенно кивнул и поцеловал ее в макушку.

– Все, – сказал он, отстраняясь от жены, – пора идти.

Накинув черную норковую шубку и высокие сапоги, она посмотрела на себя в зеркало и открыла дверь.

– Я готова. Что ты там застрял?

Максим надел дубленку и достал бутылку белого вина из кухонного шкафа. Он спрятал ее в пакет и обулся.

– Раз не получилось посидеть дома вдвоем и насладиться белым полусладким, давай хоть в гостях попробуем. Не с пустыми же руками идти.

Марина кивнула, и они вышли во двор.

***

На улице стоял мороз. Щеки сразу защипало, глаза заслезились, холодный воздух ворвался в легкие. Марина прикрыла нос и рот варежкой и двинулась в сторону ворот. Небо было звездное, под ногами хрустел снег.

Ее любимое время года. В детстве она все время проводила на улице, катаясь на санках и коньках. Они с ребятами делали большие сугробы из снега и прыгали на них с высоты. Другим любимым занятием было строить снежные домики. Набирали снежную гору, прихлопывали ее лопатами, чтобы снег смялся и не был пушистым, а потом этой же лопатой в середине делали нору. Получался снежный домик. Внутри можно было из того же снега соорудить кровать и стульчики. Они с ребятами залезали внутрь и играли.

А еще местный дворник заливал горку водой, и они дружно с нее катались. Им повезло: в их дворе было три горки, поэтому хватало место не только их домам, но и детям с соседних районов.

На Маринке всегда были теплые шерстяные гамаши и варежки, которые мама вязала сама. После такой вот прогулки она приходила мокрая, а на шерстяных гамашах и варежках висели комки снега. Мама брала веник и стряхивала все на площадке, и только потом разрешала входить в квартиру.

Воспоминания были яркими, как будто она вернулась назад в детство, но пора было идти. Марина взяла мужа под руку, и они пошли в гости к Татьяне Петровне и всей ее семье.

Из дома доносилась музыка, было шумно, они это услышали еще у калитки. Во дворе на них залаял Тузик. Он был хоть и маленьким, но очень громким. Как звоночек оповещал хозяев, что к ним кто-то пришел.

Во всех окнах дома горел свет. В одном из них показалось чье-то лицо, а через минуту им навстречу выбежала Катерина, накинув на себя безрукавку.

– Как здорово, что вы пришли, – сказала она, обхватывая себя руками.

Максим отдал ей пакет и добавил:

– Это от нашего стола к вашему.

Катя заглянула внутрь пакета.

– Ого, сегодня гуляем. Каждый принес с собой что-то алкогольное.

Она весело рассмеялась и махнула рукой, приглашая в дом.

Войдя в маленький коридорчик, Марина увидела кучу обуви, стоявшей возле порога. Она перевела взгляд на мужа и выгнула бровь в удивлении. Катерина сказала, что будут все свои, а судя по обуви, здесь было человек десять, не меньше.

Девушка обратила внимание, что Марина слегка в смятении, и решила ей объяснить, откуда столько народу.

– Не переживай, – сказала Катя, – здесь только все свои. Пришли еще Женька и Ромка. Это друзья Кости и Семена. Да, кстати, еще Семен приехал со своей девушкой, а та взяла с собой подружку.

Пока Марина раздевалась и вешала шубу на крючок, девушка нагнулась к ней и добавила вполголоса, боясь, что кто-то может услышать, хотя в доме громко играла музыка и звучал заливистый смех.

– Он говорит, что типа она хочет познакомиться с нашим Костей поближе. Интересно, откуда она его знает? Может, Семен рассказывал? Они с Константином очень похожи. Правда, Максим?

Муж, который уже переоделся и ждал Марину, кивнул головой, хотя совершенно не слышал, о чем говорила девушка его жене.

– Давайте, проходите, – весело прокричала Катерина.

У семьи Марковых дом был небольшим, но уютным. Две спальни, просторный зал и кухня.

Вся честная компания уже сидела за столом, что-то весело обсуждая. Все смеялись, Семен с Костей обнимались, а остальные смотрели на них с улыбками.

Татьяна Петровна сидела во главе стола, положив ладони на грудь, прослезившись от счастья.

Марина с Максимом вошли в зал, и все посмотрели на них. Муж пошел здороваться с парнями, а она скромно осталась стоять на пороге комнаты.

Татьяна Петровна встала и подошла к Марине. Обняв девушку, сказала, что очень рада, что они пришли. Она проводила Марину на свободное место и усадила за стол. Подошла Настя, поздоровалась с ней и убежала, видимо, на кухню.

Марина обвела взглядом шумную компанию. Максим стоял с Семеном и Константином. Братья действительно были похожи как близнецы, несмотря на четырехлетнюю разницу в возрасте: с одинаковыми чертами лица, светло-русыми волосами и тонкими острыми носами. Единственное, что их различало, – это рост и разрез глаз. К тому же Костя, видимо, за время пребывания в горячих точках, возмужал, взгляд стал более взрослым, осмысленным, а лицо обрело первые морщины. В целом они были очень похожи.

В их мужской компании стояли два друга, Женька и Ромка. Первый был худощавого телосложения, с большими глазами и черными волосами.

Второй парень, Роман, наоборот, был высоким, упитанным, коротко стриженным. У него были пухлые смешные губы, нос картошкой и маленькие глазки, как у поросенка.

Рядом с Мариной был свободный стул, скорее всего, для ее мужа. Напротив сидели две девушки, похожие на студенток. На вид им было лет по двадцать, может, чуть больше. Одна из них небольшого роста, пухлая, с каштановыми кудрями и большими накрашенными глазами с длинными ресницами. Завершался макияж красной помадой и ярко-розовыми румянами. Пальцы украшал маникюр фиолетового цвета, а запястья – многочисленные браслеты-кольца. С виду она слегка напоминала путану, но, видимо, здесь это никого не смущало.

Внешность второй была намного интереснее, чем у первой. Худощавая, с ярко выраженными скулами, узкими глазами, небольшим прямым носом и красивыми пухлыми губами. Черные прямые волосы были заплетены в косу. Смуглая кожа говорила о нездешнем происхождении: скорее всего, она с Алтая. Марина помнила из учебников истории, что люди с такой внешностью живут на юге Западной Сибири. Даже картинки в учебнике были. Поэтому она и предположила, что девушка из тех краев. Интересно, как ее сюда занесло?

Катя и Настя внесли в зал блюда с горячим. Увидев их, парни начали рассаживаться по местам. Рядом с ней сел Максим, заняли свои места Роман и Евгений. Татьяна Петровна была во главе стола, рядом с ней, напротив Жени, сел Костя, рядом устроились девушка с азиатской внешностью и накрашенная пухляшка. Семен оказался прямо напротив Марины. Рядом друг с другом уселись Настя и Катерина.

Семен представил сидящих девушек. Ту, что была вызывающе накрашена, звали Вероника, она, как потом оказалось, была его девушкой. Ее подругу звали Лаура.

Когда все уселись за стол, начались тосты за Константина. Первой говорила мама, Татьяна Петровна, у которой дрожал голос и текли слезы. Каждый добавлял к тостам от себя пару слов, и вечер шел своим чередом.

Марина налила себе бокал белого вина, а Максим решил побаловаться коньячком. Вероника вела себя слишком раскованно. Она порядком выпила и липла не только к своему парню, Семену, но и терлась пышной грудью возле Романа, когда вместе с ним и остальными выходила курить. Лаура была тихая, изредка улыбалась и смотрела на Константина, как показалось Марине, влюбленными глазами. Неужели он настолько ей понравился, что она ради него приехала с подругой к посторонним людям? Решив не зацикливаться на этом, Маринка взяла свой бокал вина, поднесла к губам и неожиданно сквозь искажающее стекло фужера увидела Лауру.

Она чуть не подавилась. Девушка выглядела совсем по-другому. На долю секунды Марине показалось, что Лаура похожа на скелет. Вместо лица – черепушка с провалами вместо глаз. С черепа свисали реденькие черные волосы. Пальцы, которыми она держала бокал, походили на крючки, обтянутые кожей.

Марина резко поставила бокал и посмотрела на девушку. Та обернулась и на секунду вонзила в нее злобный взгляд, а уголки губ слегка приподнялись в плотоядной ухмылке. Неожиданно шрам на щиколотке заломило и зажгло огнем, как будто его прижгли чем-то горячим. Марина ойкнула и нагнулась.

Максим повернулся к жене.

– Что случилось? – спросил он слегка заплетающимся языком.

– Шрам опять ноет. Наверное, на погоду, – ответила она. – Я выйду, здесь как-то душно.

Максим встал, отодвинул ее стул и подал руку.

– Мне пойти с тобой?

Марина покачала головой.

– Нет, не надо. Просто подышу и вернусь. Сиди, отдыхай.

Она положила салфетку на стул и под хмурым взглядом Катерины вышла из кухни. Найдя под многочисленной одеждой шубу, Марина надела ее, натянула сапоги и тихонько вышла из дома. Боль в шраме постепенно стихала, а когда она подошла к калитке, совсем прошла. Тузик, сидящий в будке, сначала полаял, а потом занялся своими делами, периодически порыкивая в ее сторону.

Из дома доносился шум голосов и музыка. Возвращаться обратно Марине почему-то не хотелось. На улице было морозно, зато свежий воздух здорово отрезвлял. То, что она сейчас увидела, скорее всего, игра воображения от выпитого вина. Либо сказывались последние события, когда ей приходилось сталкиваться с потусторонними существами.

Марина посмотрела на звездное небо. Луна подсвечивала и серебрила лежащий снег. Изо рта шел теплый пар и оседал на ресницах. Они покрывались белым инеем, а щеки щипало от мороза.

Дверь дома открылась и на улицу вышла Катерина, застегивая куртку и покрывая голову теплым вязаным платком.

– Ты чего? – спросила она. – Плохо, что ли?

Марина посмотрела на девушку, которая была немного навеселе, с горящими от алкоголя щеками.

– Нет, просто вышла подышать. Душно дома, столько народу. Я думала, что будут только свои, а у вас целая компания.

Катерина рассмеялась.

– Мы тоже так думали. Но в последний момент Костя сказал, что еще Ромка с Женькой придут. А Семен привез свою пассию и ее подругу. Мы сами были удивлены.

Катерина встала рядом с Мариной.

– Мама так счастлива, что Костя наконец вернулся. Она пять лет почти не спала ночами, боялась, что с ним что-нибудь случится. А теперь он дома. Мы все рады.

Она вдруг замолчала, и Марина заметила на ее лице печальное выражение.

– Что-то не так?

Катя повернулась и взглянула на нее.

– Не знаю. У меня какое-то странное чувство. Не могу объяснить, что это. Как будто должно случиться что-то нехорошее. Мне не хочется об этом думать, но мысли лезут в голову, а в груди все сжимается от страха. Хотя, возможно, это мои предрассудки. Костика столько времени не было дома, и я за него очень сильно переживаю. Парень был в горячих точках, а ты, наверное, сама понимаешь, что оттуда не все возвращаются с нормальной психикой. Хотя Костя вроде держится.

Входная дверь снова открылась, на крыльцо выглянул Семен.

– Девчонки, ну вы где, – протянул он заплетавшимся языком. – Идемте за стол! У нас продолжение банкета.

Он заржал и вернулся в дом, захлопнув за собой дверь.

Катерина посмотрела на Марину и улыбнулась.

– Ну что, – сказала она уже более спокойным голосом, – пойдем? А то видишь, нас уже мой брат потерял.

Марина кивнула, и они пошли обратно.

Остаток вечера прошел все в такой же веселой и шумной атмосфере. Парни вспоминали школьные годы, рассказывали разные истории, которые приключились с ними. Под конец все напились, и Марине пришлось вытаскивать мужа из-за стола. Сама она больше не пила, только ковыряла мясо утки в тарелке.

Иногда она поглядывала на Лауру, но та выглядела как обычный человек. Смеялась над шутками парней, шушукалась с Вероникой, но не пила. Совсем.

Марина не видела, чтобы за весь вечер она хоть раз потянулась за бокалом вина или пива. В этом не было ничего странного: может, девушка не пьет вообще, и это даже хорошо.

Больше ничего интересного она в Лауре не видела, поэтому, досидев до половины двенадцатого ночи, потянула изрядно выпившего мужа домой. Тот не стал сопротивляться и попрощался с парнями. Одевшись, Марина и Максим вышли во двор. Дошли они довольно быстро, хоть и не совсем ровно, благо дом их стоял наискосок. Уложив мужа в кровать, Марина искупалась и легла рядом. Где-то вдалеке она услышала вой собаки. «На луну», – подумала Марина и уснула, обняв храпящего мужа.

Глава 2

Максим поморщился от громкого стука, как будто что-то тяжелое упало на пол. Голова безбожно разламывалась пополам. Сколько же он вчера выпил?

Открыв глаза, посмотрел на окно, на котором красовался очередной узор. Было уже утро. Светило солнце, и это ощущалось, так как лучики пробрались через шторку и плясали на соседней подушке и на лице Максима. Марины рядом не было. Во рту была засуха, да такая, что даже сглотнуть было тяжело. Он попытался сесть, но голова, словно налитая свинцом, не хотела подниматься. Он прикрыл глаза, мечтая только о стакане воды и таблетке от головной боли.

Через десять минут в комнату вошла Марина. Она несла в руках поднос, на котором стоял стакан с водой, в котором что-то шипело, чашка ароматного кофе и тарелка с яичницей.

От запаха, наполнившего спальню, Максим даже умудрился приподняться, не обращая внимания на маленькие молоточки, стучащие по вискам.

– Доброе утро, – улыбнулась Марина, – как ты себя чувствуешь?

Солнышко, которое пробилось сквозь шторки, попало на жену, которая уже успела привести себя в порядок, собрав короткие волосы в хвост. Правда, шелковую пижаму она еще не успела сменить, только накинула сверху прозрачный халатик.

– Как-то не очень, – прохрипел Максим.

Сухость во рту не давала говорить.

Марина рассмеялась, и присев на краешек кровати подала ему стакан с водой. Максим схватив его, выпил залпом и довольно улыбнулся.

– Все, – сказал он, – жить буду. Что это?

Марина забрала у него пустой стакан и поставила на тумбочку.

– Аспирин. Я так понимаю, голова у тебя раскалывается. Ты вчера очень неплохо выпил, причем крепкие напитки.

Марина нахмурилась. Она знала, что муж не пьет все, что от сорока градусов и выше. Только пиво, вино и шампанское. Но вчера его понесло. Наверное, решил не отставать от остальных ребят, а сегодня расплачивается плохим самочувствием и головной болью.

– Прости, – сказал Максим, – не знаю, что на меня нашло.

Он посмотрел на нее виноватым взглядом и положил свою руку на ее ладонь.

Марина поставила перед ним поднос.

– Пей кофе, он должен тебя взбодрить. Пойду, накормлю животных.

В проходной послышалось жалобное мяуканье. Марина оставила мужа и пошла запускать кошку. Машка сидела с другой стороны окна и карябала форточку. Мордочка возле носа была белая, вся в инее. Открыв окно, Марина впустила в комнату не только кошку, но и морозный воздух. Запахло дымом, кто-то видимо, топил баню.

Пока муж завтракал, она положила животным еды: одну миску для собаки, одну для кошек. Маша поела дома и улеглась на стул вылизывать шерстку, а Ночки, черной кошки, которая еще летом пришла к ним и периодически ходила подкрепиться, не было уже несколько дней.

Переделав все дела, она заглянула к мужу. На тумбочке стоял поднос с пустыми чашками. Сам Максим лежал на боку и тихо посапывал. Улыбнувшись, Марина вышла из комнаты, решив посмотреть какой-нибудь сериал. Сегодня воскресенье, идти никуда не надо, а значит, оставшийся выходной нужно провести не только с пользой, но и с любимым сериалом. Из кухни пришла Машка и улеглась ей на колени, громко мурлыча.

Прошло около часа, когда в окно постучали. Собака лаяла, а кошка неожиданно соскочила с коленок и нервно задергала хвостом.

Марина отодвинула штору. За окном стоял Семен. Или это все же Константин? Собака первого знала и вряд ли стала бы так кидаться на знакомого человека.

Марина накинула теплый халат и куртку и вышла на улицу. Молодой человек стоял недалеко от двери. Марина шикнула на Джесси и поздоровалась с гостем.

– Зайдешь? – спросила она.

Константин кивнул и прошел мимо нее, оставляя после себя запах перегара. Марина слегка поморщилась, но, ничего не сказав, зашла следом за ним.

Он остановился в дверях, не решаясь пройти в кухню.

– А Макс дома? – спросил Костя.

– Он еще спит, но, если нужно, я его разбужу.

В дверях кухни показался заспанный муж в домашних штанах и с голым торсом. Он протянул руку в приветствии.

– Здорово, Костян. Проходи, чайку хлебнем.

Тот потоптался еще немного в дверях и, глянув на Марину красными глазами, разулся, повесил куртку и сел за кухонный стол.

Максим поставил чайник. Видно было, что мужу стало легче. Сейчас он выглядел не таким помятым.

Пока Марина накрывала на стол, доставая из холодильника всякие нарезки, в том числе и хлеб, Максим успел сходить в душ и, натянув майку, вернулся на кухню.

– Как самочувствие? – спросил он у Кости.

Тот усмехнулся, но было видно, что ему очень плохо. Наверное, вчера, после их ухода, банкет продолжился, поэтому сегодня его лицо походило на надутый красный шарик.

– Не очень. Семен еще не проснулся. Он самым последним свалился. Я даже не помню, во сколько ушли Ромка с Женьком.

Максим засмеялся, глядя на почти трезвого соседа.

– Ты просто так или что-то случилось?

Марина, которая присутствовала при разговоре, посмотрела на парня и встретилась с ним глазами. Он несколько секунд гипнотизировал ее взглядом, а потом отвернулся. Марина заметила в его глазах черноту, как будто зрачки полностью потемнели, а потом снова обрели свой истинный цвет. Она почувствовала себя некомфортно в его обществе и, поднявшись со стула, ушла досматривать сериал. Маша лежала на диване и, когда хозяйка зашла, только приоткрыла свои зеленые глаза.

Сколько прошло времени, она не знала, но когда в зал вошел Максим, Марина обратила внимание на его задумчивый вид.

– Что он хотел? – спросила она, когда муж сел рядом с ней.

На улице залаяла собака, а потом хлопнула железная калитка.

– Да ничего такого. На работу просил устроить. Обещал спросить в отделе, но у него образования нет, поэтому если только в ППС.

Максим погладил рукой бритую голову и откинулся на спинку дивана.

– Тебя что-то беспокоит?

Марина не просто так спрашивала, она вспомнила, как вчера видела что-то странное.

– Не знаю. Константин был каким-то вялым, и это не связано с похмельем. Он чем-то напуган или расстроен. Я так и не понял.

После случая со злобным духом Марина решила, что будет рассказывать мужу обо всем необычном, обо всем, что ей привидится. Но она не была уверена, что стоит рассказывать о вчерашнем вечере. Она сомневалась, что действительно это видела.

У Марины зазвонил телефон – это была Катерина. Марина удивленно подняла брови.

– Привет, – весело выкрикнула Катерина, – как у вас дела? Как самочувствие? Костя к вам не заходил?

Марина перевела взгляд на мужа.

– Был, но ушел минут десять назад.

– Ну ладно, – прокричала Катерина в ответ, – может к парням пошел, узнать, как они после вчерашнего. Просто мама переживает. Он только вернулся, еще толком не освоился. В деревне много новых людей, мало ли.

Марина слушала, но ее интересовало совсем другое.

– Катя, а девчонки, которые приехала с Семеном, у вас остались ночевать?

Катерина ненадолго замялась.

– Да. Вероника еще спит в обнимку с братом, а Лаура рано утром уехала домой. Сказала, что не может задерживаться, ее ждут в городе.

Марина хмыкнула в трубку.

– Интересно, на чем она уехала? Разве так рано ходят автобусы?

Марина чувствовала, что в этом разговоре что-то не сходится.

– Она вызвала такси. Вроде как спешила сильно. Где-то около семи утра подъехала машина. Она разбудила меня, чтобы сказать об этом. Да и слава богу. Пусть едет. Мне вообще не понравилась эта девушка.

Марина засмеялась в трубку.

– Катя, да ладно тебе. Главное, чтобы Костику нравилась. Она же из-за него сюда приехала.

Девушка засмеялась, они поболтали еще немного и попрощались.

– Что она хотела? – спросил Максим, слушая их разговор.

– Про Костю спрашивала. Он, оказывается, еще не пришел. Может, к Ромке или к Жене пошел. Кто его знает. Он взрослый мальчик, а они все за ним следят.

Маринка фыркнула, возмущаясь, а Максим улыбнулся и полез к ней, пытаясь поцеловать.

– Максим, ну блин, – кричала Марина, смеясь, – ну отстань.

Но муж был непреклонен.

***

Марина лежала в кровати на плече у Максима, пальцы их рук переплелись. Видимо, похмелье его уже отпустило, раз он так резво и горячо кувыркался в постели.

– Максим, а ты семью Кости давно знаешь?

Муж повернулся и посмотрел на нее.

– А почему ты спрашиваешь?

Она пожала плечами.

– Просто они уже все взрослые. Ну как взрослые: я имею в виду возраст, когда вступают в брак. А они еще все не обзавелись семьями. Тот же Костя старше тебя на два года. Катерина, Иринка, которая живет в другом городе, Настя. У них в возрасте разница небольшая. Самая старшая вроде Ирина.

Максим задумался.

– Да, ей тридцать один, а Косте тридцать. Остальные младше.

Он помолчал немного и продолжил:

– Мне кажется, у них еще есть время на счастливый брак. Ты же вчера видела, что Семен привел девушку, как ее там? – Он сморщил лоб, вспоминая имя. – Вероника вроде. У них, кажется, серьезно все. Хотя ему всего двадцать шесть. У Константина, может, тоже что-то получится. Эта девушка, которая приехала с Семеном и его пассией, конкретно положила глаз на парня.

Максим улыбнулся.

– Не знаю, – сказала Марина, – она мне не понравилась. Есть в ней что-то отталкивающее. Я бы не желала Косте такую супругу.

Максим удивленно посмотрел на нее.

– А чего это ты за Костю переживаешь?

Он начал щекотать жену. Марина пыталась увернуться, но муж крепко держал ее одной рукой. Плавное веселье перетекло в очередной бурный секс.

Вечером, когда солнце начало скрываться за кронами деревьев, Максим и Марина сидели на кухне, ели мясо, которым должны были отужинать еще вчера.

– Чем завтра займешься? – спросила она.

Максим с задумчивым видом пережевывал отбивную.

– Не знаю. Хотел в город съездить, по поводу Кости поговорить. Потом новогодние праздники, никого в конторе не будет.

– Хорошо, – сказала Марина, – у меня на работе вообще конец года, скорее всего, завтра задержусь. Если успеешь вернуться пораньше, встреть меня, пожалуйста.

Она с надеждой посмотрела на мужа.

Тот заверил ее, что обязательно заберет с работы.

Вечер протекал в спокойной обстановке. Марина позвонила Вике и рассказала о вчерашнем походе в гости.

– Хотела с тобой поговорить. Как будет возможность, забегай.

– Что-то случилось? – спросила Вика с нотками испуга в голосе.

– Пока нет, но мне что-то неспокойно.

Подруга заверила, что обязательно заглянет, и отключилась. Ей в последнее время было некогда. Впереди Новый год, приходилось затаривать магазин по полной программе. Еще и с Сергеем съехались. Началась самая настоящая семейная жизнь.

Глава 3

Марина вошла в оживленный холл школы. Учителя что-то бурно обсуждали. Больше всех было слышно Лидочку. Она кого-то обнимала, поздравляла, не забывая при этом тараторить.

Сдав вещи и захватив ключи у тети Лили, Марина еще раз посмотрела на толпу и наконец увидела виновницу общественного сбора.

Катерина стояла посередине, ее окружали присутствующие, которым она с улыбкой что-то рассказывала.

– Ой, новость-то какая, – щебетала Лидочка, – Татьяна Петровна, наверное, не нарадуется на сына. Еще один помощник вернулся.

– Как он там? – подхватила Степанида Витальевна.

Катя смотрела на всех радостными глазами.

– У Кости все хорошо. Вчера собирались всей семьей, друзей звали. Семен со своей девушкой приезжал.

Все охали и ахали, а Марине некогда было с ними совещаться, поэтому она быстро поднялась по лестнице и зашла к себе в кабинет. То, что приехал Катин брат, она и так знала, а вот годовой отчет никуда не денется.

Когда она уходила из дома, Максим еще спал. У него отпуск, торопиться некуда. Правда, чуть позже он собирался в город, в отдел кадров. Ему нужно было уточнить по поводу вакансии для Кости. Он вчера пообещал ему, что постарается что-нибудь для него сделать.

Марина оторвала взгляд от монитора, когда постучали в дверь. Не успела она сказать «Войдите», как дверь распахнулась и к ней влетела Лидочка. Она плюхнулась на стоящий возле Марины стул и начала обмахиваться бумагой, которую держала в руках.

Марина откинулась на спинку стула и выжидательно посмотрела на нее.

– Ой, извини, что я вот так, без приглашения, но Ирина Григорьевна просила в двенадцать собраться всем в учительской. Будем обсуждать Новый год в школе.

Теперь Марина удивилась, и секретарша это заметила, по ее взлетевшим вверх бровям.

– Марина Константиновна, ну что вы, в самом деле. Чему тут удивляться? В школьном мероприятии всегда задействованы все сотрудники школы. Не только учителя, но и библиотекарь Мария Степановна, и даже тетя Лиля. Поэтому вы не сможете увильнуть, вам тоже дадут какую-нибудь роль или что-то другое.

– Не поняла. Какую роль?

Марина была ошарашена новостью, что ей придется кем-то наряжаться на школьном вечере.

Лидочка демонстративно закатила глаза.

– Ну, может, вы будете Снегурочкой, хотя ее каждый год играю я. – Она поправила волосы на голове. – Может, Бабой Ягой, может, зайцем или еще какой-нибудь зверушкой. Так же нужно будет дежурить в холле и возле входной двери.

Она замолчала, задумавшись о чем-то, а потом продолжила:

– Празднование Нового года у школьников проходит ежегодно в клубе. Вы там хоть раз были?

Марина покачала головой. В этом месте ей ни разу не удалось побывать, пока они тут жили со свекровью.

– Ну ничего, когда будем готовиться к мероприятию, осмотритесь. Клуб у нас не то чтобы сильно большой, но мест и детям, и их родителям хватает.

Марина понимала, что везде в школьных и дошкольных учреждениях есть новогодние утренники, но, чтобы взрослые надевали костюмы зверей – такое в ее жизни было впервые. Она уже умела хорошо читать в пятилетнем возрасте, когда ходила в детский садик. У нее даже была любимая книжка «Бармалей» Корнея Ивановича Чуковского. Марина ее перечитывала по несколько раз. Она вообще росла умной девочкой. В детском саду на новогоднем утреннике Марина всегда играла главную роль, ей доставалась лисичка. Девочке давали учить текст. Вечером после детского садика они с мамой зубрили слова этого персонажа. Лису она играла не только у себя в группе, но и во всех, в которых проводили новогодние утренники. Программа-то одна для всех.

Были моменты, когда она в спектакле играла три роли, постоянно бегая переодеваться. Но ей нравилось. Тем более что Дед Мороз на каждом утреннике угощал детей яблоками. Марине доставалось не одно, а много, с каждой группы по фрукту.

Она задумалась, представляя себя в костюме огромной лисы. Нет! Она отогнала от себя эти мысли и решила, что лучше попросится дежурить в холле. Марина проводила секретаршу обалдевшим взглядом и повернулась к окну. На улице начинал сыпать снег. Крупные белые снежинки ложились на стекло и тут же таяли, оставляя мокрые следы. Сегодня было значительно теплее, чем на выходных. А значит, может начаться метель. Откуда у нее такие мысли? Просто предположение или, скорее всего, шестое чувство?

Она наблюдала за кружившимися снежинками, и ее воспоминания снова улетели в далекое детство. Родители всегда ставили елку на новый год, которую они с сестрой украшали стеклянными игрушками. Особенно ей нравилась божья коровка на зеленом листочке. У них были стеклянные зайчики, домики, шишки. Даже настоящая игрушечная сова. Не забывали и про мишуру, а также блестящий дождик. Папа сверху втыкал красную звезду, а вокруг елки развешивал светящуюся гирлянду.

Они с сестрой вечером включали их в розетку, и нарядная елка просто сверкала своей красотой. Еще они делали из цветной бумаги разные украшения, цепочки и белые снежинки. Мама местами втыкала в колючие ветки, елки, вату, чтобы создавался вид упавшего снега.

Ножку ствола, которую в то время засовывали в ведро, затыкая свободное пространство старыми сапогами, она оборачивала белой простыней. Покупали бенгальские огни, разные хлопушки с сюрпризом внутри. Больше всего они любили садиться вечером на диван, включать елку и есть мандарины. Этот запах, вперемешку с запахом сосны будоражил сознание, приближая любимый праздник, Новый год. Дед Мороз приносил долгожданный сладкий подарок – и все были счастливы.

Из воспоминаний Марину выдернул телефонный звонок.

– Привет, Максим.

– Как дела? – поинтересовался муж.

Марина вздохнула.

– Не поверишь: сейчас планируют утренник на предстоящий школьный праздник, Новый год. Вот думаю, какая роль мне в этом утреннике достанется.

Макс засмеялся.

– А ты хочешь обязательно играть какого-то персонажа? Я помню, в мое время Ирина Григорьевна умудрялась не только весь педагогический состав привлечь, но и других школьных сотрудников.

Марина нахмурилась.

– Знаешь, не горю желанием бегать по сцене в костюме зайца или какого-нибудь пенька.

В динамике послышался веселый смех мужа.

– Не переживай: если тебе дадут роль пенька, то это будет самая красивая в мире деревяшка.

– Ты уже уехал? – поинтересовалась Марина, все так же глядя в окно, где снег сыпал все гуще.

– Да, уже в городе. К управлению подъезжаю.

Марина слегка напряглась. Ей не нравилось, что муж только приехал в город. Ему еще нужно будет возвращаться обратно, а на улице погода совсем не радует. Явно назревает метель.

– Максим, ты долго планируешь быть в городе?

– А что ты хотела? Может, купить что-нибудь домой?

Марина не отрывала взгляд от окна. Внутри у нее все клокотало в нехорошем предчувствии.

– Просто на улице сильно разыгралась непогода, снег с ветром усиливаются, скорее всего, будет метель. Не хочется, чтобы ты ехал вслепую.

Максим понимал волнение жены. Но решил ее взбодрить.

– Не переживай, я тут, в городе, примерно на час – и сразу обратно. После обеда должен приехать. Тебе в твоей любимой пекарне что-нибудь купить?

После упоминания о кафе, в которое они любили заглядывать (туда как-то заезжали с Викой), она слегка расслабилась и улыбнулась сама себе.

– Если можно, привези мне мой любимый вишневый пирог.

При воспоминании об этом десерте Марина чуть не замурлыкала, как кошка Машка.

– Хорошо. Позвоню, как буду выезжать назад, в деревню.

Они попрощались. Марина отключила телефон, положив его на стол. Краем глаза увидела время на мониторе. Черт, у них же совещание! Была уже одна минута первого. Как она так проморгала? Сейчас наткнется на недовольный взгляд директора.

Марина спустилась в учительскую и приоткрыла дверь. Была перемена, все уже собрались в кабинете. Присутствующие как по команде обернулись и посмотрели на нее. Ирина Григорьевна нахмурилась, но не стала прерываться и продолжила говорить. Катя махнула ей рукой, и Марина, тихонько протиснувшись между стульями, села рядом с учителем английского языка.

– Как я уже говорила, в школьном новогоднем концерте будут задействованы все учителя, а также другие работники.

После этих слов она стрельнула глазами в Марину.

– В этом году по совету некоторых сотрудников мы хотим сделать постановку по персонажам из «Гарри Поттера». Ну и Дед Мороз со Снегурочкой тоже будут.

Лидочка, которая сидела ближе к директору, радостно захлопала в ладоши. По всей видимости, подумала Марина, это было ее предложение.

– А где мы возьмем Гарри Поттера? – спросил учитель физкультуры.

Ирина Григорьевна посмотрела на него поверх очков.

– На эту роль пригласим старшеклассника из одиннадцатого класса. Колю Липатова. Он как никто подойдет на эту роль. Темноволосый, в очках и учится на отлично.

Директор обвела всех взглядом и, не услышав возражений, продолжила.

– Дедом Морозом, как всегда, будет наш завхоз Василий Федорович, а Снегурочкой, Лидочка.

Секретарша опять весело захлопала в ладоши. Марина не понимала, чему она так радуется: то ли, что ее опять выбрали Снегурочкой, то ли тому, что она это все придумала. Скорее всего, это было именно так. Новогодний вечер в стиле «Гарри Поттера» – это точно ее идея.

– На роль Альбуса Дамблдора хочу предложить нашего учителя истории Иосифа Кондратьевича.

Все повернулись и посмотрели на мужчину. Историк снял с лица очки и, как всегда, нервными движениями начал тереть стекла носовым платочком.

– Я так понимаю, вы не против? – спросила Ирина Григорьевна. – Просто на эту роль больше всего подходите именно вы.

– Я не против, – ответил учитель истории.

– Продолжим. Роль Гермионы и Рона, а также Драко будут играть старшеклассники из десятого и одиннадцатого класса.

Ирина Григорьевна пролистнула свой блокнот и посмотрела на присутствующих.

– На роль Волан-де-Морта предлагаю учителя физкультуры Глеба Антоновича. Еще нам нужен Северус и Минерва. Думаю, учителя зельеваренья сыграет наш завхоз, там маленькая роль, а заместителя директора Дамблдора – наша Мария Степановна, библиотекарь.

Прозвенел звонок, призывая идти в классы на уроки.

– Так, – Ирина Григорьевна захлопнула свой блокнот, – можно расходиться. Второстепенные роли раздам позже. Всем спасибо. Репетиция начнется в эту субботу в клубе в одиннадцать утра. Просьба всем прийти к указанному времени. Концерт состоится двадцать восьмого декабря.

Все присутствующие начали расходиться по своим рабочим местам. Те, кто не попал в столовую, пошли на обед, остальные отправились на урок.

Марина пошла в сторону столовой. Ее взяла под ручку Катерина, и они вместе зашли в обеденный зал.

С ними сели, как всегда, Иосиф Кондратьевич и Мария Степановна. За соседним столом разместились Степанида Витальевна, Ирина Григорьевна и Лидочка.

Катерина нагнулась к Марине и тихо заговорила.

– Нам тоже роли дадут, понять бы еще какие. У нашей Лидочки богатое воображение. Кого хочешь сведет с ума.

Она покосилась в их сторону и, поняв, что они увлечены беседой, продолжила.

– Это ведь она придумала Новый год в стиле Гарри Поттера. Все хочет выделиться, выпендриться перед директором.

Марина молча ела суп, не обращая внимания на слова Кати. Ей в принципе не хотелось учувствовать во всем этом балагане. Но было распоряжение, что участвуют все.

Пообедав, она поднялась в кабинет и взглянула на часы. Было начало второго. Марина набрала телефон мужа, услышав в ответ «Абонент временно недоступен». Опять нехорошее предчувствие кольнуло в груди. Ей не нравилось, что муж недоступен. Хотя при такой сильной метели здесь может быть плохая связь. Она уткнулась в монитор разбираться с годовым отчетом и не заметила, как пролетело время.

Муж так и не позвонил. Марина снова набрала его номер, но ответ получила тот же: абонент недоступен или вне зоны действия сети. Сердце забилось сильнее, она поднялась со стула, собрала вещи в сумку и вышла из кабинета. В холле учителя одевались, сдавали ключи и выходили на улицу в метель, которая превратила их деревню в сплошное белое одеяло, внутри которого ничего не было видно.

К Марине подошла Катерина и, заметив на ее лице тревожное выражение, поинтересовалась:

– Ты чего такая? Что-то случилось?

Марина посмотрела на нее затуманенным взглядом и кивнула.

– Максим в город уехал утром, обещал быть пораньше, собирался меня с работы забрать. Но его телефон вне зоны, и я переживаю. Смотри, что на улице творится!

Катя хотела ее подбодрить, но поняла, что это не поможет.

– Не переживай. У нас в деревне в такую погоду всегда связь отсутствует, мало кто может дозвониться. Это, скорее всего, не у него, а у тебя связи нет. Он может, стоит где-нибудь, пережидает метель и не может до тебя дозвониться. Сейчас все немного стихнет – и он приедет. Все будет хорошо, не переживай.

Марина подумала, что это самое логичное объяснение. Надо идти домой. Вдруг он уже приехал и ждет ее, а она еще на работе. Она вышла из школы и сразу ощутила всю жесткость колючего снега, который залепил ей глаза, нос и пытался пробраться под одежду, находя в порывах ветра свободные участки тела. Сотрудники, выходившие из школы, быстро ныряли в снежную мглу.

Марина рукой сцепила капюшон на шее и, сощурив глаза, двинулась в сторону дома. Снег безбожно лез в глаза, которые невозможно было открыть. Марина наклонила голову, чтобы колючие снежинки как можно меньше попадали на шею и в лицо. Видимость была нулевая.

Она медленно шла по засыпанной дорожке, где местами уже намело большие сугробы. Ветер сносил с ног. Марина еле двигалась, боясь упасть. Ей показалась, что она идет уже целую вечность.

Остановившись, девушка подняла голову, чтобы осмотреться, но к ее изумлению, вокруг была только белая снежная мгла. На секунду Марине показалось, что она стоит в поле, где нет никаких домов, нет здания администрации, мимо которого она должна была пройти. Ничего, кроме метели и колючего снега.

От неожиданности Марина отпустила края капюшона, который тут же сдуло ветром с ее головы. Метель, будто почуяв добычу, вцепилась холодными пальцами в волосы, поднимая их и вплетая мелкие снежинки.

Марина не чувствовала холод, она чувствовала страх. Вокруг действительно ничего не было – ни строений, ни деревьев, только белое поле, по которому мела поземка, поднимая снег.

Сердце бешено застучало. Марина вспомнила сон, который видела неделю назад. Там, в этом сне, была точно такая же погода, она тоже шла по полю, не видя дороги.

Потом она дошла до кладбища и наткнулась на дерево, на котором висел человек. Марина тяжело задышала, горло тут же обжег холодный ветер. Она не понимала, как здесь оказалась, что ей делать и куда идти. Она сделала несколько шагов вперед и сквозь завывания ветра услышала посторонний шум, похожий на вой животного. Он исходил откуда-то сзади. Сердце медленно начало уходить в пятки. Марина резко повернулась, но никого не увидела. Пятясь назад, она неожиданно на что-то наткнулась. По спине пробежали мурашки, ветер трепал волосы, осыпая их снегом, который уже заваливался за шиворот. Марина ощутила на шее мокрые холодные тающие снежинки.

Она медленно повернулась, боясь увидеть то, что было за спиной, и наткнулась на сапоги из ее сна. Как будто вернулась обратно в него и переживает все это заново. Крик ужаса застрял в груди. Боясь поднять глаза и посмотреть на того, кто там висел, Марина начала пятиться назад – и в этот момент чья-то тяжелая рука легла на ее плечо. Теперь нервы уже не выдержали, и она закричала во все горло, пытаясь стряхнуть руку со своего плеча.

Марина орала, пока ее, наконец, не тряхнули двумя руками. До нее донесся знакомый голос. Она открыла глаза и повернулась. Даже сквозь ветер и белую мглу по одному только запаху она узнала своего мужа. Не раздумывая ни минуты, она кинулась ему на шею. Тело потряхивало. Местность начала потихоньку возвращаться в обычное состояние. Вон школа, вот администрация с детским садиком, а вот ее муж, такой теплый и родной.

Глава 4

Максим уехал из дома следом за женой, наспех выпив кофе и перекусив бутербродом. Не хотелось потом поздно возвращаться домой. На улице было десять утра, когда он сел в машину. Подъезжая к городу, Максим позвонил Марине, узнал, как у нее дела, и обещал вернуться пораньше, чтобы встретить с работы. В отделе кадров он пробыл минут тридцать, узнал всю информацию про вакансии и позвонил Константину. Тот не ответил.

Максим заехал домой, проверил, все ли там в порядке, и зашел в пекарню. Из небольшого кафе доносился потрясающий запах свежей выпечки. Здесь было много народу. Столики в это время дня всегда были заняты, а в кассу собиралась очередь.

Максим взял вишневый пирог, яблочный штрудель и курник с картошкой и курицей. Завершилась покупка горячим кофе капучино.

Сев в машину, он отпил из стаканчика ароматный напиток и взял телефон в руки, набрав знакомый номер.

– Здорово, Диман! – крикнул он в трубку. – Как ваше ничего?

Максим заржал, прижимая телефон плечом к уху.

– О, братан, привет. Как отдыхается? – ответил ему друг и коллега, капитан полиции Филиппов.

Они с Димкой давно работают вместе, поэтому всегда созванивались и общались даже не по работе. Он был отличным другом и хорошим опером.

– Замечательно. В деревне с женой. Сейчас в город приехал. Знакомый вернулся несколько дней назад из горячих точек, просил поспрашивать в кадрах про свободные вакансии. Вот заезжал. Сейчас обратно двинусь. На улице совсем метель разыгралась, как бы не встать где-нибудь на трассе.

В трубке на несколько секунд повисло молчание.

– Макс, а он когда вернулся?

– В субботу утром. Мы вечером ходили к нему домой. Собирались родные и друзья. – Максим слегка насторожился. – А ты почему спрашиваешь?

Диман тяжело вздохнул.

– Сегодня утром выезжали на труп. В квартире парень повесился. Соседи почувствовали неприятный запах в подъезде, а дом старый, и так воняет разным, а тут вообще запах гнили. Постучали в квартиру – никто не ответил. Но соседка потом на опросе сказала, что именно из этой квартиры пахло ужасно.

– Она что, принюхивалась? Или, может, ей что-то показалось?

– Да ничего ей не показалось. Она, когда позвонила, сказала, что там парень живет лет тридцати пяти. Пару недель назад вернулся из горячих точек. Они вроде гудели тут неделю с друзьями. Девки к ним ходили разные, но некоторых она называла прошмандовками. Якобы вызывающе накрашены и в коротких юбчонках. Соседка его последний раз три дня назад видела. Говорит, весь какой-то высохший ходил, смурной, а потом и совсем показываться перестал. Она уж подумала, может, уехал куда, а тут запах почувствовала. Утром вышла на площадку мусор выносить, а запах, по ее словам, из его квартиры шел. Ну, она и вызвала нас.

– Понятно. А причем тут мой сосед из деревни?

Димка в очередной раз вздохнул.

– Просто ты сказал, что он тоже вернулся из горячих точек. Мы успели пробить наш труп, он действительно вернулся недавно, но не один. Таких людей было двое. Второй – Марков Константин Валерьевич.

Максим, который сделал очередной глоток кофе, чуть не поперхнулся. Это же брат Семена и сын Татьяны Петровны! Тот самый Костик, его сосед, которого он знал, который недавно вернулся домой.

– Подожди, – сказал Максим, – какого года Марков и где прописан?

На конце провода послышалось шуршание. Видимо, Дима искал нужный ему листок.

– М-да, Макс. Он прописан в вашей деревне, судя по предоставленным данным. И мне почему-то это совсем не нравится.

Максиму такой расклад был тоже не по душе. Нужно было поговорить с Константином, узнать, когда он в последний раз видел своего друга.

– Диман, уже определили, сам он или кто помог?

– По внешним признакам, как сказал Терентьич, вроде сам, но мало ли. Как всегда, только после вскрытия. Сам понимаешь, не раньше завтрашнего дня.

Максим это понимал. Попрощавшись с Димкой, пообещал, что сегодня поговорит с соседом Костей, который прилетел вместе с товарищем, и перезвонит ему сразу же.

Посмотрев на часы, он завел машину и потихоньку двинулся в сторону трассы. Надо успеть вернуться до наступления настоящей метели.

Снег сыпал, видимость на дороге оставляла желать лучшего. Хорошо еще, что светло, но все равно быстрее ехать не получится. У него один раз был горький опыт езды в метель по трассе. Они с женой еще жили в деревне и после работы поехали домой. Времени было часов восемь вчера. На улице мело, а снег крупными хлопьями падал с неба и не прекращался. Видимость была нулевая, просматривался только капот – и на этом все. Если впереди ехала машина, можно было хоть как-то сориентироваться на дороге по светящимся в темноте фарам. Но многие съезжали с трассы, чтобы переждать метель, а им было некогда, поэтому приходилось потихоньку двигаться дальше.

Тогда они приехали через три часа и то чуть не выехали на встречку, едва не столкнувшись с «газелью». Но, слава богу, все обошлось. Один раз останавливались: какую-то машину занесло на повороте, и те, кто ехал за ней, притормаживали и помогали вытаскивать ее из снежного заноса.

Максим вынырнул из воспоминаний как раз в тот момент, когда поворачивал на трассу. Его остановили дежурные ДПС. Оказалось, что дорогу временно перекрыли и никого не пускают. Такой расклад ему не очень понравился, и он решил позвонить Марине, но абонент был недоступен. Ждать ему было не с руки: он обещал жене, что заберет ее с работы, а времени было уже много. Нужно как-то выкручиваться. Он расстегнул ремень безопасности, накинул капюшон и вышел из машины. Дверь резко распахнулась под порывами ветра – и сразу же мокрые крупные снежинки залепили глаза.

Максим подошел к сотрудникам ДПС, показал удостоверение и объяснил, что ему нужно срочно вернуться домой. До деревни добираться сорок километров, поэтому удалось договориться, что он осторожно, не превышая скорость, может ехать. Обрадовавшись, он залез в теплую машину и тронулся с места под недовольными взглядами других автомобилистов.

Дорога была дрянь. Ветер со снегом бил по лобовому стеклу, оставляя мокрые разводы. Видимость была еще хуже, чем при проливном дожде. Максим ехал со скоростью двадцать километров, но его то и дело заносило в сторону. В такие моменты он не торопясь выруливал и продолжал путь.

Максим глянул на часы: начало пятого, вряд ли он успеет забрать жену. Позвонил ей еще раз – безрезультатно. Наверное, связи не было из-за погоды. Через час езды вслепую он завернул на дорогу к деревне и с облегчением выдохнул. Дальше будет проще. Он увидел впереди очертания человека: им оказался деревенский житель, имени которого Максим не помнил, но знал, что тот живет на улице Морская.

Он притормозил и качнул головой: мол, садись, довезу. Мужик с радостью залез в теплый салон. Вся его куртка была мокрая, снег при включенной печке таял и стекал на сиденье машины. Они перемолвились парой слов, и Максим высадил его возле дома. Поблагодарив, мужик вылез и скрылся за калиткой.

Тронувшись с места, Максим увидел на улице учительницу географии Татьяну Петровну. Значит, рабочий день в школе закончился, все разбежались по домам. Скорее всего, Марина уже дома. Он остановился возле своей калитки, но, к его удивлению, супруга еще не вернулась. Он заглянул в комнаты, и, никого не обнаружив, решил встретить ее, но уже пешком. Не было смысла ехать на машине: они могут разминуться по пути, тем более на дороге уже появились сугробы.

Максим накинул капюшон и вышел во двор. Снега намело по щиколотку. Метель не только сносила с ног, но и прятала все дома под белым одеялом. Он пытался отвернуться от ветра, но мокрые крупные снежинки умудрялись попадать в глаза и нос.

Он вышел в проход между домами, по которому можно было дойти до школы, и, опустив голову, проваливаясь в сугробы, отправился за женой. Пройдя метров двести, он увидел, что посередине дороги стоит его жена с непокрытой головой. Ветер трепал ее волосы, а она пятилась назад и куда-то всматривалась, чем-то явно напуганная. Максим схватил ее за плечо – и тут она начала орать. Развернув жену, он встряхнул ее и звал по имени, пока она не очнулась и не прижалась к нему.

Что-то опять происходило с ней, но пока он не понимал, что именно.

***

Они вошли в дом, подгоняемые метелью. Максим помог жене снять шубу и сапоги. Она прошла на кухню и села на диванчик. Ее руки сильно замерзли, пальцы отказывались слушаться.

Максим поставил чайник, а сам пошел переодеваться. Вернувшись, он налил в стакан кипятка, подал жене и сел рядом.

Марина обхватила кружку руками, отхлебнула горячую жидкость и почувствовала, как тепло разливается внутри. Она начала потихоньку согреваться. Максим не торопил ее: он выжидал, пока жена сама начнет рассказывать, и ждать пришлось недолго.

– Максим, – она оторвала взгляд от бокала и посмотрела на мужа, – я тебя, наверное, напугала. Я весь день не могла тебе дозвониться. Очень переживала, боялась, что с тобой что-то случилось. Погода ужасная. Ты же помнишь, как мы уже возвращались домой в такую метель. Мне тогда было страшно. Сегодня мне было страшно за тебя.

Она говорила, а голос ее слегка подрагивал.

– Катя сказала, что в деревне из-за такой погоды могут быть перебои со связью. Только тогда я немного успокоилась. Вышла с работы и, как мне показалось, шла очень долго, но никак не могла дойти до дома. А когда остановилась, чтобы осмотреться, увидела вокруг себя сплошное поле. Ни здания поблизости, ни дерева. Только снежная мгла посередине незнакомой местности. Я сначала подумала, что, может, видимость плохая из-за сильной метели. Но потом услышала за спиной какой-то звук. Обернулась – никого нет. Попятилась назад и на что-то наткнулась, а когда повернулась – увидела перед глазами ботинки, те самые, – она слегка расширила глаза, и Максим заметил в них испуг, – которые были во сне. Я попятилась, боясь смотреть наверх, и тут мне положили руку на плечо, а потом повернули. Я так испугалась! А потом услышала твой голос, это оказался ты. Я как будто опять уснула и попала в тот сон, только в нем не было тебя.

Она смотрела куда-то поверх головы Максима, не моргая, вспоминая.

Он взял ее за руку и погладил уже теплую ладонь.

– О каком сне ты говоришь?

Марина как будто вышла из транса и взглянула уже более живыми глазами на мужа.

– Мне недавно снился страшный сон.

Она пересказала Максиму, об очередном кошмаре. О человеке, который болтался в петле на дереве возле кладбища. Не сказала только, что возле креста на могиле был кто-то в черном балахоне. Она не смогла разглядеть, чья это была могила, но метель стояла точно такая же, как сейчас.

Максим выслушал супругу, потом сел возле нее, приобнял за плечи и поцеловал в висок. Она положила голову ему на плечо.

– Все будет хорошо, – сказал он, – будем надеяться, что это просто дурной сон. А сейчас, возможно, действительно из-за метели просто не было видно стоящие дома, поэтому тебе показалось, что ты в поле. Давай не будем раньше времени думать о плохом.

Марина ничего не ответила, она тоже хотела надеяться, что это просто дурной сон, а то, что сейчас было, – его последствия.

Максим поднялся и достал смартфон. Ему нужно было созвониться с Костей, но у того был отключен телефон.

– Марин, – повернулся он к жене, – можешь Кате позвонить? Не могу до ее брата дозвониться.

Она встала, вытащила телефон из сумочки и позвонила Катерине, но у нее тоже был отключен мобильный.

– Наверное, связь еще не восстановлена, – пожала она плечами и пошла переодеваться.

Максим надел дубленку вместо промокшей куртки и, крикнув, что зайдет к Марковым, вышел из дома. Марина переоделась, покормила животных и отправилась чистить картошку. Ужин сегодня будет простым, заморачиваться не хотелось, тем более что ее еще немного потряхивало.

Поставив картошку вариться, она включила телевизор, где показывали очередной сериал, устроилась на диване и прикрыла ноги теплым пледом.

Максим вышел во двор и тут же получил в лицо мокрым снегом, который забился в нос, рот и залепил глаза.

– Черт! – выругался он. – Когда же эта метель прекратиться?

Максим с трудом отодвинул калитку и направился к дому Марковых. Тузик не вылезал из будки, только морда торчала. Он, не выходя, начал лаять на чужого человека. Шторка на окне слегка отодвинулась, показалось лицо Татьяны Петровны.

Когда Максим подошел к двери, она уже была приоткрыта. На пороге стояла старшая Маркова, закутанная в теплую шаль.

В доме пахло едой. В комнату заглянула Катерина.

– Привет, Максим, – весело сказала она, – какими судьбами?

Разувшись, он прошел в кухню, где ему тут же предложили чай. Отказавшись, спросил, где Костя. Татьяна Петровна нахмурилась.

– Он еще рано утром на автобусе уехал в город, но пока не возвращался. Думаю, не вернется. Погода такая, что не видно ничего. Телефон недоступен ни у него, ни у Семена.

Максим кивнул головой, понимая, что Костя действительно не сможет вернуться, так как трассу перекрыли. Но почему он не позвонил? Могли бы вместе в город доехать. Максим бы сразу его в отдел кадров довез.

– А ты по поводу работы к нему? – уточнила Катя.

– Да. Ездил в город, заходил в кадры, все разузнал. Вакансия есть, но нужно пройти комиссию для начала, а потом с документами прийти в управление. Поэтому необходимо с ним пообщаться, а я с утра до него дозвониться не могу.

Татьяна Петровна встревожено посмотрела на Катю, а потом снова на Максима.

– Если он позвонит или мы сможем до него дозвониться, то обязательно передадим все, что ты сказал. Думаю, он потом сам с тобой свяжется.

Все это Катя протараторила вместо матери, которой, судя по ее лицу, было то ли плохо, то ли она была чем-то расстроена. Максим направился к выходу, сказав, что будет ждать от Костика звонка, накинул дубленку и вышел. Странно, что Костик, не успев вернуться, уже куда-то уехал, а Максиму ой как нужно было с ним поговорить. По дороге домой он заглянул в машину и вытащил оттуда купленные пироги, про которые почти забыл. Дома Марина поцеловала мужа и пошла накрывать на стол. Максим вытащил из фирменного пакета обещанные пироги, чем привел жену в восторг.

– Ну, как сходил? – спросила она, раскладывая картошку по тарелкам и нарезая выпечку.

Максим плюхнулся на мягкий диван за столом.

– Да никак. Кости дома нет, телефон недоступен ни у него, ни у Семена, когда он вернется, они тоже не знают. Кстати, я заметил, что Татьяна Петровна была какая-то напряженная, даже чем-то расстроенная.

Он посмотрел на жену.

– Марин, ты не могла бы завтра в школе у Катерины спросить, что такое с ее матерью? Может, что-то случилось у них?

Она повернулась и замерла с ножом в руках.

– Думаешь, что-то не так? Когда мы были у них на ужине, мне тоже показалось, что Катя чем-то расстроена. Я хотела расспросить, но она как-то отстраненно ответила, что они за Костю переживают. Он же вернулся из горячих точек, главное, чтобы это на его психике никак не отразилось.

Максим взял вилку и огромный кусок пирога с курицей. Марина налила чай и села рядом. Ужин протекал в дружеской атмосфере. Они поболтали о текущем дне.

Марина рассказала о том, что в школе решили делать новогодний праздник для школьников в стиле «Гарри Поттера». Она озвучила роли, которые уже распределили, но про себя ничего не сказала.

– А тебе что за персонаж достался? – спросил муж с набитым ртом и ухмылкой.

– Меня пока не трогали, но Ирина Григорьевна ясно дала понять, что будут еще и второстепенные роли, которые она раздаст позже. Но я хочу попроситься быть дежурной, в коридоре ходить, присматривать за детьми, чтобы не напяливать на себя какой-нибудь дурацкий костюм.

Максим начал ржать в голос. Марина легонько ударила его ладошкой по руке.

– Не смешно. Я бы на тебя посмотрела в роли какого-нибудь Кощея или Волан-де-Морта.

Они доужинали и, убрав со стола, сели возле телевизора. Решили посмотреть «Крик», любимый фильм Марины. За окном завывала метель. Но из-за спустившейся на деревню темноты ничего не было видно. Даже того, кто смотрел с улицы на окно в зале через задвинутую шторку на Марину.

Глава 5

Марина сидела на рабочем месте и делала таблицу по сотрудникам. Из главного офиса прилетело задание. Его нужно было сделать до вечера и отправить главному бухгалтеру. Было все так же холодно и снежно. Утром она еле выбралась из дома, расчистив лопатой дорожку в снегу. Ночью, видимо, основную дорогу чистил трактор, снега на ней было значительно меньше, хотя уже порядком замело.

Муж позвонил, как только проснулся. Они немного поболтали, и он отправился чистить двор. Ближе к двенадцати зашла Катя, по ее лицу было видно, что она чем-то озадачена.

– Марин, – тихо сказала она, просовываясь в дверь кабинета, – ты занята?

Конечно, она была очень занята, но по просьбе мужа собиралась уточнить у Катерины кое-какие детали. Он вчера проинструктировал ее, о чем нужно спрашивать, поэтому появлению Кати Марина была рада. Не хотелось потом ее самой искать, а в обеденный перерыв не всегда получалось вместе ходить в столовую, да и лишние уши ей не нужны.

– Заходи, – она махнула девушке рукой и, отложив мышку, откинулась на спинку стула.

Катя закрыла за собой дверь и села рядом.

– Как дела? – спросила Марина. Они сегодня еще не успели пообщаться, только поздоровались в холле, и она побежала к себе.

Катя посмотрела в окно.

– Костя так и не позвонил. Я все понимаю, связи нет, но почему он уехал, не успев побыть дома? Неужели ему с нами так плохо?

Она повернулась и посмотрела на Марину, а в глазах блестели слезы.

– В воскресенье утром все проснулись после тяжелого похмелья, особенно парни. Костя ушел к вам, а потом, как оказалось, пошел к Ромке. Вернулся он ближе к обеду, слегка опохмеленный. К тому времени Семен с Вероникой уже встали.

Она остановилась и посмотрела на свои руки, которые сцепила в замок.

– Он сказал маме, что утром уедет в город. Мы поинтересовались, что случилось и почему, а он ответил, что его ждет любимая девушка, без которой он не может. Мы сначала не поняли, про кого он. Оказывается, про эту Лауру, которая приезжала вместе с Семеном и Вероникой.

Катя снова посмотрела на Марину.

– Когда он успел? – В ее голосе появились нотки злости вперемешку с отчаянием. – Они даже не знают друг друга. Не верю я в любовь с первого взгляда. Да и девушка эта какая-то странная. Мне она не нравится.

Марина слушала ее и действительно не понимала: когда он успел с ней, этой девушкой, так сблизиться?

– Мама плачет, думает, что я не слышу, как она ночью всхлипывает. Переживает за Костю. А сейчас из-за погоды мы не можем ни с кем созвониться, ни с Настей, ни с Семеном, чтобы узнать про Константина. Надеюсь, с ним все хорошо, и он остался ночевать у кого-то из них.

Марине было жалко ее, но помочь она ничем не могла.

– Катерина, а твой брат один вернулся оттуда или с кем-то?

Она задала самый главный вопрос, который волновал ее мужа.

Девушка слегка задумалась, а потом ответила:

– Он вроде рассказывал, что их двое было. Еще один парень, ему лет тридцать пять, в городе живет. Костик даже обмолвился, что тот из здешних мест, но давно уехал отсюда. У них обоих закончился контракт, и они решили его не продлевать. Вот и вернулись вместе.

– А он сразу домой поехал? Костя?

Катерина слегка нахмурилась. Потом посмотрела на Марину, видимо, что-то вспомнив.

– Наверное, нет. Еще до вашего прихода я слышала, как он рассказывал Семену и другим, что после возвращения остановился у какого-то парня, и они гудели неделю. Потом приехал домой.

– Странно, а почему он сразу не дал о себе знать? Предупредил бы, что вернулся, приедет позже.

Катя опустила глаза.

– Не знаю, наверное, не хотел нас расстраивать. Особенно маму. Она его так ждала эти пять лет, ночами плохо спала. Не всегда удавалось до него дозвониться. А тут он, получается, приехал, и не к ней, а гулять, да еще целую неделю.

Марина вроде узнала все, что хотела. Но оставался еще один вопрос, и она не знала, как его задать, чтобы у Кати не возникло подозрений.

– Катя, а может, Костя к этому товарищу поехал? Ну, с которым вернулся. Ты знаешь, как его зовут? Может, слышала, когда он парням рассказывал? Если он раньше здесь жил, то может, ты его тоже знаешь?

Видимо девушка не уловила в ее вопросе ничего странного. Нахмурив лоб, она отрицательно помотала головой.

– Нет, не знаю. Правда, пару раз краем уха слышала имя Толян. Но он это или кто-то другой, не могу сказать.

И тут Катя вдруг насторожилась.

– А ты почему спрашиваешь?

Она пристально посмотрела в глаза Марине.

– Просто, – сказала она, – вдруг вы знаете этого человека или помните. Можно было бы с ним связаться, спросить про Костю.

Катя еще с минуту смотрела на Марину, а потом помотала головой и встала.

– Нет. Мы не знаем того, с кем он прилетел. Но все равно спасибо, что выслушала. Пойду, сейчас урок начнется. Сегодня я уже была в столовой, иди без меня.

Она подошла к двери и взялась за ручку, когда Марина ее окликнула. Девушка повернулась и посмотрела на нее.

– Катя, не переживай. Все будет хорошо.

Та кивнула и вышла из кабинета.

На обед Марина опоздала. Зашла в столовую, когда почти все уже разошлись. За столом сидели только Иосиф Кондратьевич и Мария Степановна.

– Добрый день, – поздоровалась она с присутствующими, – опоздала сегодня.

Оба поприветствовали Марину и пожелали ей приятного аппетита.

Есть ей особо не хотелось, но для мозгового штурма нужны были калории и сладкий чай. Сегодня вместо него был компот из сухофруктов.

Мария Степановна рассказывала историку, какая отвратительная погода на улице, – сегодня она еле вышла из дома, так как дверь засыпало снегом. Она кое-как очистила себе проход. Иосиф Кондратьевич пообещал милой старушке заглянуть после уроков и помочь с территорией.

Марина посмотрела на этих двух пожилых людей и поняла, что они симпатизируют друг другу, хотя больше это было заметно по библиотекарше.

Мария Степановна, которая уже допила свой компот и просто поддерживала дружескую беседу, повернулась к ней.

– Мариночка, а как у вас дела? Что-то давно не заходили в библиотеку. Времени нет или не интересно больше?

Увлеченная обедом, она не ожидала такого вопроса. Отодвинув от себя тарелку с супом, она вытерла рот салфеткой и улыбнулась старушке.

– Извините, Мария Степановна, мне действительно сейчас некогда. Годовой отчет делаю. Думаю, теперь только после нового года появлюсь у вас.

Женщина закатила глаза.

– Ах да. Скоро же школьный праздник. Совсем забыла про него. Иосиф Кондратьевич, – она снова повернулась к историку, – а вам уже дали учить текст вашей роли?

Мужчина, как всегда, снял очки и начал их тереть. Что он ей ответил, Марина уже не слышала. Она сделала пару глотков компота и, пожелав хорошего дня парочке, выскочила из столовой. Ее ждала таблица с сотрудниками, которую необходимо было отправить именно сегодня.

***

Максим после обеда вышел на улицу, когда снег почти прекратился. Ветра не было, а с неба еще падали редкие снежинки. Было тепло. Надев старую куртку и валенки, он взял большую лопату и принялся убирать снег.

Собака весело бегала по двору, гоняя наглых воробьев, которые пытались украдкой выклевать остатки еды у нее в миске.

Максим вдохнул полной грудью и посмотрел на дом. Его детство, начиная с третьего класса, проходило именно здесь. Он помогал родителям по хозяйству. Мать родила его очень поздно для своего возраста. Максим был желанным ребенком, но не единственным.

Свою сестру Галю он почти не помнил. Когда они переехали в этот дом, ее уже не было с ними. Она ушла, как потом сказала мать, насовсем. Что произошло, Максим не знал, да и никогда не спрашивал. Мать тоже про нее не вспоминала.

Через несколько лет он слышал, как она говорила отцу, что Гали больше нет. Максим понял, что если нет, значит, умерла. Мать про нее плохого слова никогда не говорила, но и хорошего тоже. Как будто ее и не было никогда. У них был Максим, и они этому радовались.

Когда его забирали в армию, провожать пришли всей деревней. Одноклассники, лучшие друзья, даже соседи. Он отслужил в ВКС, потом поступил учиться в институт, а сейчас вот работает в полиции, в должности опера. Родители гордились сыном. Увы, они умерли, сначала отец, потом мать. Но оба успели познакомиться с Мариной.

Из воспоминаний Максима вывел душераздирающий крик кошек. Он увидел, как их Машка сцепилась с черной Ночкой, которая последние месяцы почти поселилась у них. Джесси бросилась в их сторону, но цепь, на которой она сидела, не дотянулась до дерущихся. Максим поднял лопату, пытаясь разогнать животных, но те кубарем переместились за сарай. Что же это такое, почему они не могут жить дружно? Все что-то не поделят.

Когда звуки стихли где-то вдалеке, он принялся очищать двор от снега. За работой даже не заметил, как пролетело время. Он уже вышел за калитку, когда на улице начало смеркаться. День плавно переходил в вечер.

Максим с раскрасневшимися щеками встал возле машины, облокотившись о черенок лопаты, и посмотрел на дверь магазина. Из него выглянула Вика, заметила его и помахала рукой. Он махнул ей в ответ и принялся орудовать лопатой возле машины.

Максим почти закончил, когда из-за угла дома показалась Марина. Она шла с работы, проваливаясь в неубранные снежные сугробы. Подойдя к дому, чмокнула мужа в красную холодную щеку.

– Привет, – сказала Марина, – ты весь день снег убираешь? Хоть ел?

Максим улыбнулся ей.

– В обед только.

– Давай заканчивай и пошли, ужином тебя накормлю. Кстати, у меня есть что тебе рассказать.

Она зашла во двор, а потом скрылась в доме. Максим докидал снег и через пятнадцать минут зашел следом за женой. В доме уже вкусно пахло. Марина накрыла на стол и даже успела переодеться в домашнюю одежду. За ужином она рассказала ему обо всем, что узнала сегодня от Катерины. Не забыла упомянуть, что Костик говорил о каком-то Толяне, с которым они в городе гудели. В целом ничего особенного в том, что она поведала, не было, но Максима насторожил тот факт, что парень, который вернулся с соседом, жил когда-то в их деревне. Надо это тоже уточнить у Кости.

Максим спросил, как дела на работе, а потом решил позвонить Диману, рассказать про то, что узнал. Но для начала нужно было связаться с Костей. Пока Марина убирала со стола, он нашел номер Кости и вышел в зал. Через несколько гудков ответил голос девушки. Максим сначала напрягся, даже посмотрел на дисплей телефона – не ошибся ли он номером? Сомнения отпали – он звонил Маркову Константину.

– Добрый вечер, – осторожно, как бы еще сомневаясь, сказал Максим, – а Костю я могу услышать?

В трубке послышалась какая-то возня, и в динамике прозвучал слегка охрипший голос Маркова.

– Слушаю.

– Привет, Костик, это Макс Давыдов. Ты куда пропал?

В телефоне помолчали пару секунд, как будто абонент пытался вспомнить, кто такой Максим и зачем он звонит.

– А, здорово, друган! – наконец отозвался Костя. – Извини, не узнал сразу.

– Ты не один? Я тебя, наверное, отвлекаю?

Костик слегка прокашлялся и уже более нормальным голосом заговорил.

– Да нет, не отвлекаешь. Что хотел?

Максим был крайне удивлен, но решил не показывать виду.

– Ты просто спрашивал про вакансию у нас на работе. Так вот, если тебе еще интересно, есть одна, но нужно пройти медкомиссию, а потом собрать пакет документов. Только после этого тебя будут ждать в отделе кадров.

В трубке повисло молчание.

– Знаешь, – ответил Константин, – спасибо за беспокойство, но уже не надо. Я сам нашел себе работу, здесь, в городе. С понедельника выхожу. Так что извини, братан, я сам решил свой вопрос.

Максим был удивлен, но спорить не стал. Нашел сам – слава богу, ему меньше забот.

– А чего из деревни уехал? Мать переживает, сестра.

На том конце провода недовольно что-то пробурчали.

– Макс, я уже взрослый мальчик и не нуждаюсь в нравоучениях. Поэтому давай не будем об этом. Я как-нибудь сам разберусь со своей семьей.

Максим понял, что разговор может перейти в неприятное русло, поэтому решил задать другой вопрос, чтобы не злить абонента.

– Костя, а как зовут парня, с которым ты прилетел одним рейсом? С которым вы вместе служили по контракту?

Видимо, вопрос не показался Косте странным, поэтому он без задней мысли назвал его имя и фамилию.

– Толик. Его зовут Анатолий, а фамилия Безмолвный.

– А ты его хорошо знаешь? Когда в последний раз с ним встречался?

После недолгого молчания Костя ответил:

– На прошлой неделе. В четверг. Мы, как прилетели, сразу к нему забурились. Он с какой-то девкой тусил, говорил, что это его будущая жена. Она от него не отходила. Потом я на пару суток гостиницу снял, сам понимаешь зачем, а потом домой приехал. – Он остановился на пару секунд и продолжил: – Он когда-то жил в нашей деревне. В восемнадцать лет ушел в армию и остался служить по контракту. У него одна мать была, потом она переехала в другой город, замуж вышла, дом продала. Ты вряд ли их знал. Вы, наверное, только переехали в эту деревню, а его через год в армию проводили, следом мамаша сбежала. Они после этого не общались совсем, поэтому он и остался служить по контракту. Говорил, нет у него больше ни дома, ни семьи, не к кому идти.

Он остановился и уже другим тоном поинтересовался.

– А ты почему спрашиваешь? – В его голосе послышались недовольные, даже злые нотки. – Мать послала все разузнать про меня? Ты что, засланный казачок?

Максиму не понравился оскорбительный тон Кости.

– Послушай, ты давай обороты поубавь. Я тебя не просто так спрашиваю. Парня, который вернулся из горячих точек, нашли у себя в квартире повешенным. И если ты с ним был, то попадаешь в первые подозреваемые. Поэтому успокойся и возвращайся в деревню. Разговор есть.

На том конце повисла тишина.

– Когда его нашли? – прошептал Костя. Видимо, эта новость его шокировала.

Максим помолчал, думая, стоит отвечать или нет. Но потом решил, что в этом нет ничего секретного.

– В понедельник утром.

– Но я в это время только из деревни уехал. Ты же понимаешь, не мог я его убить. Я дома был, с родными. Мама с Катей подтвердят.

Максим все это знал, но возражать или соглашаться не пытался. Пусть помучается и вернется в деревню. Тогда он уже нормально с Костей поговорит. А раскрывать все детали следствия он не станет. Это был обычный разговор, не допрос. Максим не мог никого допрашивать, он был в отпуске. Просто решил помочь другу, с которым вчера созванивался.

Константин пообещал, что завтра приедет в деревню и обязательно зайдет к нему. На этом разговор закончился. Максим даже не заметил, когда Марина успела зайти в комнату и сесть в кресло.

Она не включила телевизор, просто сидела и смотрела на мужа.

– Ты давно здесь? – спросил Максим, плюхаясь на диван.

Она покачала головой, думая о чем-то своем.

– Нет, – ответила она, – зашла на фразе «поубавь обороты».

Максим вздохнул. Надо быть осторожнее в разговорах по телефону. Ему не хотелось, чтобы жена еще и про трупы на его работе переживала.

– У вас опять что-то случилось в отделе? И в этом подозревается Катин брат?

Максим посмотрел на нее. Придется рассказать.

– У нас труп. Молодой человек повесился. Сам или кто помог, не знаю. Просто мы вчера созванивались с Димкой Филипповым, и он поведал, что у них новое дело. Получилось так, что этот парень прилетел вместе с Костей на одном самолете, да еще оба они из одного подразделения. Служили вместе по контракту. Поэтому я и хотел у него выяснить, когда и где он видел его в последний раз. А тут еще оказалось, что этот парень раньше жил в нашей деревне.

Он виновато посмотрел на жену.

– Извини. Не хотел, чтобы ты это все слышала, а потом переживала за свою коллегу. Я уверен, что, Костя здесь ни при чем.

Марина взглянула на мужа.

– Максим, ты же в отпуске. Можешь хоть на какое-то время забыть о своей работе?

Муж улыбнулся, поднялся с дивана и поцеловал Марину в губы.

– Могу. Только давай я сейчас Димке позвоню, расскажу про разговор с Костей и сразу забуду про работу.

Он вышел из зала и, судя по хлопнувшей двери, отправился во двор. Скорее всего, чтобы Марина не слушала неприятные разговоры про трупы. Не дожидаясь, когда вернется муж, она пошла стелить постель. Времени было еще мало, но всегда можно просто полежать и посмотреть вдвоем телевизор.

Она откинула одеяло, взбила подушки и, взяв пижаму с халатом, отправилась в ванную. Вода отрезвляла голову, а горячие струи согревали тело. Она постояла под душем минут тридцать, обернула голову махровым полотенцем, надела пижаму и теплый халат.

Зайдя в спальню, обнаружила, что муж уже вернулся и что-то делает на кухне. Откинув теплое одеяло, она сняла халат и легла, накрывшись до подбородка. Через пять минут зашел Максим.

– Ты уже спать легла? – спросил он, стягивая с себя майку.

– Нет. Просто хочу полежать, фильм посмотреть, а потом как получится.

Марина взяла пульт и включила телевизор, а Максим отправился в душ.

Через пятнадцать минут они уже вдвоем лежали под одеялом и смотрели романтическую комедию. Время пролетело незаметно. Через пару часов Марина услышала ровное сопение мужа. Устал, наверно. Вон как двор расчистил.

Ей тоже нужно закругляться. Завтра на работу. Она поднялась с постели, размотала голову и направилась в ванную, чтобы повесить полотенце на батарею. Расчесалась, еще раз взглянула на себя в зеркало и, выключив свет, вышла из комнаты. В доме сразу стало очень темно, только из их спальни светил голубой свет от работающего телевизора.

Проходное окно, в которое постоянно через форточку залезала кошка Маша, было напротив ванной. Выйдя из комнаты, она оказалась прямо перед ним. На улице была ночь, только на небе светила яркая круглая луна и многочисленные звезды россыпью покрывали небо.

Ей показалось, что стало как-то прохладнее, Марина даже обхватила плечи руками. Она посмотрела в сторону зала. Возможно, Максим приоткрыл окно, когда здесь был. Марина повернулась и потихоньку сделала несколько шагов в сторону комнаты. Было темно, но сквозь окна и шторы пробивался тусклый свет.

Она зашла в зал, подошла к одному окну – оно было закрыто. Подошла к другому – тоже закрыто. Странно.

Марина повернулась – и крик, который пытался вырваться из груди, застрял где-то в горле. Она часто задышала, по коже пробежали мурашки, а внутренности сжались от страха. С люстры свисала веревка, на которой болталось тело человека. Марина попятилась назад, и уперлось спиной в подоконник. Покойник висел, слегка покачиваясь. На нем были грязные, стоптанные ботинки, бесформенная фуфайка, застегнутая на все пуговица, а под ней темные мешковатые штаны. Это был мужчина, скорее – молодой парень, хотя из-за опухшего лица было сложно точно определить возраст висевшего.

Марина зажала рот рукой. Она могла, конечно, закричать, но в спальне спал муж, и ей не хотелось его пугать. Возможно, ей опять просто кажется. Взяв себя в руки, она боком начала обходить висевшего. Ей показалось, что в комнате запахло чем-то гнилым вперемешку с землей. Марина почувствовала, как ее начало подташнивать. Она, не отводя глаз с парня, двигалась в сторону выхода, сдерживая рвотные позывы.

Неожиданно, висевший перестал раскачиваться. Марина от неожиданности тоже замерла на месте. Человек медленно начал поднимать болтавшуюся на веревке голову, как будто шейные позвонки снова встали на место. Когда одутловатое лицо поднялось, висевший резко открыл глаза, которые в темноте отсвечивали белым, и, подняв правую руку, показал на нее указательным пальцем.

Не сдерживая больше страх, она все-таки заорала во все горло. Ноги стали ватными, и ее тело медленно начало оседать на пол. В этот момент в комнате включился свет и к ней подбежал Максим, подхватив ее и не дав упасть окончательно.

Глава 6

Димка Филиппов после института сразу пошел работать в органы внутренних дел. Они с Максимом познакомились еще в институтские годы и после этого продолжали дружить. Вместе закончили, вместе устроились на работу в один отдел.

Правда, Максим женился после учебы, а Димка так и не нашел своего счастья. Сам он был не местный, приехал поступать из другого города, так тут и остался.

Работа, которую он выбрал, была не из легких. Когда выезжали на банальные мордобои, кражи и мелкую бытовуху, это еще куда ни шло, а вот когда приходилось ездить на трупы, тут уже становилось тяжелее в эмоциональном плане.

Еще в школьные годы у Димки убили старшего брата. Какие-то отморозки напали на них, начав с банальной просьбы закурить. Им не понравилось, как ответил брат, и после потасовки один из головорезов пырнул его ножом. Рана оказалась несовместимой с жизнью. Все это произошло на глазах Димки. Они в тот вечер вместе возвращались с тренировки. Чтобы Димка не попал в потасовку, брат сказал ему уходить. Но тот спрятался за мусорным баком и, когда все закончилось, выбежал и позвал на помощь, увидев, что Сергей истекает кровью.

Дима очень тяжело пережил смерть старшего брата. У них хоть и была разница в семь лет, но они всегда были дружны. Вместе в школу ходили, а когда Сергей поступил учиться, записались в секцию по плаванию. Вот и в тот вечер они возвращались с тренировки. Это был последний день, когда братья были вместе. После того случая Дима Филиппов решил поступать в институт МВД, чтобы впоследствии работать опером. Вот и в понедельник, когда позвонили и сказали, что у них труп, его слегка передернуло. Не любил он мертвяков. Это уже третий случай, когда именно в его смену находят труп.

Приехав на вызов, Дима еще в подъезде почувствовал удушливый запах гнили, как будто где-то кошка сдохла. Когда вскрыли дверь квартиры, на которую указала соседка, перед ними предстала ужасная картина.

Парень лет тридцати – тридцати пяти висел на веревке под потолком. Голова его свисала на бок, лицо опухло и посинело. Труп начал потихоньку разлагаться – по результатам осмотра, человек был мертв уже три дня. За это время запах ощущался уже не только в квартире, но и в подъезде.

Дима закрыл нос рукавом и попросил открыть окна, чтобы хоть немного впустить свежий воздух. Покойник был как из фильма ужасов, но это была реальность. Ему и раньше приходилось выезжать на трупы, но тут совсем все плохо.

Два парня сняли мертвеца и положили перед судмедэкспертом. Тот сразу приступил к осмотру трупа.

– Здорово, Терентьич, – сказал Дима через пятнадцать минут, стараясь не подходить близко, – что тут у нас?

Судмедэксперт Владислав Терентьевич поднялся с корточек, отошел от трупа и повернулся к Филиппову.

– Привет. – Он не пытался протянуть руку в резиновых перчатках. – Ну что сказать? На первый взгляд, молодой человек повесился сам.

Он указал на валявшуюся табуретку.

– Но не могу исключить, что ему помогли. Все после вскрытия.

Он повернулся и опять присел возле трупа.

Филиппов, не убирая рукава от лица, хотя из-за открытых окон и свежего воздуха стало легче дышать, прошелся по квартире и заглянул на кухню, где специалисты снимали отпечатки с поверхности. После вышел на лестничную площадку, наткнувшись на соседку, которая вызвала полицию.

– Доброе утро, – поздоровался Филиппов, – можно с вами пообщаться?

Он спустился на улицу и вдохнул свежего воздуха. Ему казалось, что вся одежда провоняла трупным запахом.

Женщина лет шестидесяти спустилась следом. Возле подъезда уже собирались местные зеваки, даже мамочки с колясками останавливались, чтобы узнать, что случилось.

– Подскажите, пожалуйста, как давно вы знали вашего соседа?

Женщина надела варежки и поправила шаль на голове. Начинало мести, и снег норовил попасть на открытые участки тела.

– Мы его почти не знали. Он купил тут квартиру через риэлтора. Лет пять назад приехал, пожил с месяц – и снова уехал. Вернулся недели две назад, может, больше, не помню. Я о его приезде узнала только тогда, когда у него музыка начала орать за стенкой. Я несколько раз заходила, просила сделать потише, грозила, что полицию вызову. После этого только убавляли звук, но все равно веселились почти до утра.

Женщина замолчала и поежилась, а Дима пожалел, что вышел с ней на улицу. Ведь не май месяц – все-таки зима. Он даже не подумал, что женщина может замерзнуть, так ему хотелось поскорей вырваться на свежий воздух.

– А вы видели, кто к нему приходил?

Женщина задумалась и начала притоптывать ногами, все больше ежась и прячась от ветра.

– К нему девка ходила, парень какой-то был, еще какая-то молодежь, когда они тут веселились, но всех не запомнишь. Приходили, уходили. Один, правда у него жил, потому что я его почти каждый день видела. Он с продуктами заходил. А остальные пару дней гудели.

– А что за парень? Описать можете? И девушку тоже, если можно.

Женщина задумалась, наморщив лоб.

– Парень такой худощавый, высокий, с прямым носом. В одежде был, какую в армии выдают. А девушка. Ой, внешность у нее такая… ну… не припомню… Глаза, правда, раскосые, как у азиатки, что ли… и смотрела не по-доброму. Но молодая. А Толян-то прям глаз от нее не мог оторвать. Как он приехал, так через пару дней и она появилась. Я их потом постоянно вместе видела. То на лестничной площадке столкнусь, то в окно выгляну, они в обнимку идут.

Димка, поблагодарив женщину за рассказ, пошел в сторону машины. Понятно, что ничего не понятно. Через час он уже был в отделе с кружкой горячего чая. Санчо сидел за компом, пытался выяснить данные повесившегося молодого человека. Им оказался Анатолий Безмолвный. На момент смерти ему было тридцать пять лет. Вернулся из горячих точек в свою квартиру, которую приобрел пять лет назад. Прилетел две недели назад с товарищем по службе. Мать живет в другом городе. Вышла замуж и поменяла фамилию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.