Эдуард Сероусов
Коды Пирамиды

ЧАСТЬ I: ОТКРЫТИЕ

Глава 1: Аномалия

Доктор София Новикова уставилась на экран монитора, не веря своим глазам. Цифры не складывались. Вернее, они складывались слишком хорошо – настолько идеально, что это казалось невозможным. Она протёрла глаза, сделала глоток давно остывшего кофе и запустила алгоритм ещё раз.

– Этого не может быть, – прошептала она, наблюдая, как на экране формируется та же самая последовательность.

За окном её университетского кабинета сгущались сумерки, превращая Нью-Йорк в мерцающее море огней. София работала без перерыва уже четырнадцать часов, одержимая странным паттерном, который обнаружил её новый алгоритм распознавания в измерениях Великой пирамиды Гизы.

Она откинулась в кресле и потянулась, чувствуя, как хрустят позвонки. На стене напротив висела карта Египта, испещрённая пометками, и фотография пирамид, сделанная ею во время последней экспедиции. София смотрела на идеальные геометрические формы древних сооружений, пытаясь осмыслить полученные результаты.

Её алгоритм, разработанный для поиска скрытых закономерностей в кажущихся случайными данных, обнаружил нечто невероятное. В пропорциях Великой пирамиды содержалась математическая последовательность, которая не могла быть случайной. Более того, эта последовательность включала в себя константы, которые, по всем известным данным, не были открыты до XVII века.

– Невозможно, – снова пробормотала София, проводя рукой по тёмным волосам, выбившимся из строгого пучка. – Как они могли знать?

Её пальцы забегали по клавиатуре, проверяя и перепроверяя каждое измерение, каждый расчёт. Но результат оставался неизменным: в сердце древнейшего из семи чудес света была закодирована продвинутая математика, опережавшая своё время на тысячелетия.

София взглянула на часы – почти полночь. В здании факультета математики было тихо, большинство коллег давно разошлись по домам. Она потёрла глаза и решила, что утро вечера мудренее. Возможно, свежий взгляд поможет найти ошибку в расчётах.

– Серьёзно, София? Ты созвала нас в восемь утра, чтобы рассказать о своей новой теории заговора?

Профессор Маркус Штейн, глава отделения прикладной математики, с явным скептицизмом смотрел на экран, где София демонстрировала свои находки. Пятеро её коллег, сидевших вокруг стола для совещаний, выглядели не менее скептически, хотя и более сонными.

– Это не теория заговора, Маркус, – София старалась, чтобы её голос звучал спокойно и профессионально. – Это математический факт. Посмотрите на эти коэффициенты.

Она указала на строку цифр на экране.

– Эта последовательность встречается в соотношениях измерений внутренних камер пирамиды. И она содержит числа, которые соответствуют константам, открытым значительно позже.

– Совпадение, – отмахнулся Штейн.

– Погрешность измерений, – добавила доктор Линда Чен, специалист по статистическому анализу. – София, ты же знаешь, насколько неточными могут быть археологические данные.

– Я использовала самые современные лазерные измерения, – возразила София. – Погрешность минимальна. А вероятность такого совпадения практически равна нулю.

Профессор Эли Коэн, специалист по истории математики и её бывший возлюбленный, до сих пор хранивший некоторую теплоту в отношениях, подался вперёд:

– София, я понимаю твоё возбуждение. Это действительно интересный паттерн. Но есть гораздо более простые объяснения, чем предположение, что древние египтяне владели продвинутой математикой. Например, твой алгоритм мог найти то, чего на самом деле нет.

София почувствовала раздражение. Именно такой реакции она и ожидала, но всё равно надеялась на более открытое обсуждение.

– Мой алгоритм прошёл все проверки достоверности, – она перешла к следующему слайду. – Смотрите, вот компьютерная модель внутренней структуры пирамиды. Если мы применим последовательность Фибоначчи к этим измерениям…

– София, – прервал её Штейн, – ты талантливый математик. Но это… это просто натяжка. Мы все знаем о парейдолии в науке – тенденции видеть паттерны там, где их нет.

– К тому же, – добавила Чен, – даже если там и есть какая-то закономерность, предположить, что древние египтяне понимали продвинутую математику… Это просто ненаучно.

София сжала губы. Она ожидала скептицизма, но не такого откровенного пренебрежения.

– Я не говорю, что у меня есть окончательные ответы. Я просто представляю вам данные. Эта последовательность там есть, и она слишком сложна, чтобы быть случайной.

– Данные можно интерпретировать по-разному, – снисходительно заметил Штейн. – Если хочешь, проведи дополнительное исследование, но не трать слишком много времени. У тебя ведь есть грант по криптографическим алгоритмам, который нужно отрабатывать.

Это было равносильно похлопыванию по голове, и София почувствовала, как её щёки начинают гореть. Коллеги уже поднимались, собираясь расходиться. Презентация явно не произвела на них впечатления.

Только Эли задержался, подойдя к ней, когда остальные вышли из комнаты.

– Не принимай близко к сердцу, – сказал он тихо. – Ты же знаешь Маркуса. Он консерватор до мозга костей.

– А ты? – спросила София, собирая бумаги. – Ты тоже считаешь, что я вижу то, чего нет?

Эли помедлил, и этой паузы было достаточно.

– Понятно, – сухо сказала она.

– София, послушай, – он положил руку ей на плечо, но она отстранилась.

– Всё в порядке, Эли. Я понимаю вашу позицию. Но я буду продолжать исследование.

– Конечно, – он вздохнул. – Просто… будь осторожна с заявлениями. Не хочу, чтобы ты подорвала свою репутацию.

Она лишь кивнула, и Эли, помешкав ещё мгновение, вышел из комнаты. София осталась одна, глядя на экран, где всё ещё светились строки цифр – тайное послание из глубины тысячелетий, которое никто, кроме неё, не хотел замечать.

Вечером София сидела в своей квартире на Верхнем Вест-Сайде, погружённая в работу. Стены гостиной были увешаны фотографиями пирамид и древних манускриптов. На полках теснились книги по криптографии, археологии и математике. Она всегда предпочитала аскетичную функциональность в интерьере, и единственным украшением служила странная бронзовая статуэтка египетского бога Анубиса – подарок бабушки, русской эмигрантки с таинственным прошлым.

София помнила, как в детстве сидела у ног бабушки, слушая истории о древних артефактах и загадочных символах. Именно эти рассказы пробудили в ней интерес к тайнам прошлого, который впоследствии причудливо переплёлся с талантом к математике.

– Числа никогда не лгут, Сонечка, – говорила бабушка, поглаживая её по голове. – Они могут многое рассказать тем, кто умеет слушать.

София вздохнула и потёрла глаза. Она провела весь день, перепроверяя свои расчёты, и результат оставался прежним. Великая пирамида содержала в себе математические соотношения, которые не должны были быть известны в то время.

Она откинулась в кресле и посмотрела на экран компьютера. Сделав глоток вина, она решила ещё раз проверить свой почтовый ящик, прежде чем лечь спать. Среди обычных уведомлений и рассылок одно письмо выделялось отсутствием темы и имени отправителя.

София нахмурилась и кликнула на него. Письмо открылось, и на экране появился единственный символ – иероглиф, изображающий глаз Гора. Под ним стояла короткая надпись на древнеегипетском, которую она, благодаря своим археологическим исследованиям, смогла примерно перевести: "Ищущий находит".

Она резко выпрямилась. Кто мог прислать ей это? Кто-то из коллег решил подшутить? Но тогда почему именно этот символ? Глаз Гора в древнеегипетской мифологии был символом защиты, царской власти и доброго здоровья. Но также – и это вдруг поразило Софию – он был связан с математикой. Части глаза Гора использовались для обозначения дробей в египетской системе счисления.

София быстро проверила источник письма, но электронный адрес выглядел как случайный набор символов, явно одноразовый. Она попыталась отследить IP-адрес, но он оказался скрыт за несколькими уровнями прокси.

Её сердце забилось быстрее. Это не было случайным совпадением. Кто-то знал о её исследовании. Кто-то, возможно, понимал значение того, что она обнаружила.

София подошла к окну и посмотрела на ночной Нью-Йорк. Огни города расплывались в туманной дымке, создавая почти мистическое ощущение. Она вдруг почувствовала, что стоит на пороге чего-то значительного. Чего-то, что могло изменить её понимание не только истории, но и самой реальности.

Вернувшись к компьютеру, она создала новую папку и начала собирать в неё все данные своего исследования. Если кто-то проявил интерес к её работе, нужно быть готовой. Она сделала резервные копии всех файлов и зашифровала их.

Закончив с этим, София ещё раз взглянула на таинственный иероглиф. Внезапно её осенило: она должна увидеть пирамиду своими глазами. Не просто просматривать данные измерений и фотографии, а физически быть там, лично проверить каждый угол, каждое соотношение.

Решение пришло мгновенно. У неё накопилось достаточно отпускных дней, а семестр близился к концу. Ничто не мешало ей взять отпуск и отправиться в Египет. Она быстро открыла сайт авиакомпании и начала просматривать рейсы в Каир.

Пока страница загружалась, София снова взглянула на иероглиф. В тусклом свете настольной лампы ей показалось, что глаз Гора смотрит прямо на неё, словно древнее божество наблюдает за каждым её шагом. По спине пробежал холодок, но София отбросила мистические мысли. Она была ученым, математиком. Её интересовали факты и цифры, а не суеверия.

И всё же, закрывая ноутбук несколько часов спустя, забронировав билет на рейс до Каира через два дня, она не могла отделаться от ощущения, что вступает на путь, с которого уже не сможет свернуть.

Следующий день прошёл в лихорадочных приготовлениях. София организовала отпуск, игнорируя недовольство Штейна, и подготовила все необходимые материалы для поездки. Она связалась с несколькими египетскими коллегами, с которыми сотрудничала ранее, но решила не раскрывать истинную цель своего визита, опасаясь очередной волны скептицизма.

Вечером, упаковывая чемодан, она снова проверила почту, надеясь найти ещё одно сообщение от таинственного отправителя, но ничего не было. Только обычные рабочие письма и приглашение от Эли на ужин, которое она проигнорировала. Их отношения закончились год назад, и хотя они сохраняли профессиональные контакты, София не была заинтересована в возобновлении более близкого общения.

Она посмотрела на фотографию своей бабушки, стоявшую на прикроватной тумбочке. Элегантная женщина с проницательным взглядом серых глаз, которые София унаследовала, и лёгкой загадочной улыбкой.

– Что бы ты сказала сейчас, бабушка? – прошептала София. – Ты бы поверила мне?

Она вспомнила, как бабушка иногда упоминала о "священной математике", о числах, которые были "ключами к дверям между мирами". Тогда София считала это просто сказками, красивыми метафорами. Теперь она задумалась, не было ли в этих рассказах доли истины.

Внезапный стук в дверь вырвал её из размышлений. София напряглась. Она никого не ждала.

– Кто там? – спросила она, подойдя к двери.

– Доставка для доктора Новиковой, – ответил мужской голос.

София нахмурилась. Она ничего не заказывала. Осторожно посмотрев в глазок, она увидела курьера с небольшой коробкой.

– Оставьте у двери, пожалуйста, – сказала она.

– Мне нужна ваша подпись, мэм, – настаивал курьер.

София колебалась. Что-то в этой ситуации казалось странным. Но в конечном итоге любопытство победило. Она открыла дверь, оставив цепочку.

– Покажите удостоверение, – потребовала она.

Курьер показал бейдж компании доставки, который выглядел вполне легитимно. София закрыла дверь, сняла цепочку и снова открыла, чтобы расписаться за посылку.

– Спасибо, – сказала она, забирая небольшую коробку.

Курьер кивнул и ушёл. София закрыла дверь и с подозрением осмотрела пакет. На нём не было указано отправителя, только её имя и адрес, напечатанные на обычном принтере.

Она осторожно открыла коробку. Внутри лежал старинный скарабей из бирюзы, завёрнутый в лист папируса. София аккуратно развернула папирус и увидела нарисованную от руки карту части плато Гиза с отмеченной точкой рядом со Сфинксом. Рядом с отметкой были написаны координаты и странный символ, похожий на иероглиф из электронного письма, но слегка видоизменённый.

София почувствовала, как по спине пробежал холодок. Это не могло быть совпадением. Кто-то намеренно направлял её, давал подсказки. Но кто? И зачем?

Она сфотографировала папирус и скарабея, затем тщательно упаковала их обратно. Вне зависимости от того, кто был отправителем, послание было ясным: её ждали в Гизе, у отмеченного места.

София подошла к окну и отодвинула штору, внимательно вглядываясь в улицу внизу. Ей вдруг показалось, что она заметила фигуру, наблюдающую за её домом из тени, но когда она моргнула, фигура исчезла. Возможно, это была игра света и теней.

Или нет.

София задёрнула штору и вернулась к чемодану. Теперь она была абсолютно уверена в необходимости поездки. Кто-то знал о её открытии и хотел показать ей что-то важное. Или заманить в ловушку.

В любом случае, она была полна решимости узнать правду. Правду, которая, возможно, скрывалась тысячелетиями.

Забирая с полки путеводитель по Египту, София случайно задела статуэтку Анубиса, и та упала на пол. Когда она подняла её, то заметила, что на основании проявилась ранее невидимая надпись – иероглифы, подобные тем, что были на папирусе.

– Что за чертовщина? – прошептала она, рассматривая неожиданное открытие.

Статуэтка, которая всегда казалась просто экзотическим сувениром, внезапно приобрела новое значение. Была ли это ещё одна подсказка? И как давно эти символы были там?

София сфотографировала надпись и добавила снимок к остальным файлам своего исследования. Её мысли лихорадочно метались между рациональными объяснениями и фантастическими теориями. Впервые в жизни её аналитический ум оказался на перепутье между логикой и чем-то, что выходило за её пределы.

Уже глубокой ночью, лёжа в постели, София смотрела в потолок, не в силах уснуть. Завтра она отправится в Каир, и интуиция подсказывала ей, что эта поездка изменит всё. Она не знала, что ждёт её в тени древних пирамид, но была готова встретиться с этим лицом к лицу.

Наконец, усталость взяла своё, и София погрузилась в беспокойный сон. Ей снились пирамиды, светящиеся изнутри странным голубым светом, и фигура с головой шакала, указывающая путь через бесконечные лабиринты, усеянные символами и числами. И где-то в глубине этих лабиринтов скрывалась тайна, которая ждала её уже пять тысяч лет.

Глава 2: Зов Каира

Каир встретил Софию волной жаркого воздуха и хаотичной симфонией звуков. Выйдя из терминала международного аэропорта, она на мгновение замерла, ошеломлённая контрастом между кондиционированным прохладным помещением и обжигающим зноем египетского полудня. Воздух был наполнен запахами специй, выхлопных газов и тем неуловимым ароматом древности, который, казалось, пропитывал здесь всё.

София поправила солнцезащитные очки и огляделась в поисках такси. Несмотря на усталость после долгого перелёта, она чувствовала странное возбуждение. Каждый раз, когда она возвращалась в Египет, её охватывало ощущение возвращения к чему-то знакомому, хотя она впервые побывала здесь уже будучи взрослой, во время студенческой экспедиции.

– Такси, мадам? – к ней подошёл смуглый мужчина средних лет с выгоревшими на солнце усами. – Хороший отель? Пирамиды?

– Меридиан Гиза, – ответила София, выбрав отель, ближайший к плато Гиза.

Таксист улыбнулся, забирая её чемодан:

– Ах, пирамиды! Вы учёный? Или туристка?

– Учёный, – коротко ответила София, не желая вдаваться в подробности.

– Очень хорошо, очень хорошо, – кивнул таксист, ведя её к потрёпанному белому автомобилю. – Я Фарид. Много учёных возил. Археологи, историки… все хотят разгадать тайны пирамид.

София улыбнулась, но ничего не ответила. Она не собиралась обсуждать цель своего визита с посторонними. Её исследование вызвало достаточно скептицизма среди коллег; последнее, что ей было нужно – чтобы таксист посчитал её очередной чудаковатой охотницей за древними секретами.

Машина тронулась, погружаясь в сумасшедший поток каирского транспорта. Фарид уверенно лавировал между автомобилями, мотоциклами и даже повозками, запряжёнными ослами, непрерывно сигналя и выкрикивая что-то на арабском. София смотрела в окно на проносящийся мимо город – смесь современности и древности, небоскрёбов и мечетей, европейских бутиков и восточных базаров.

– Ваш первый раз в Каире? – спросил Фарид, глянув на неё в зеркало заднего вида.

– Нет, я бывала здесь раньше. Несколько раз.

– А, так вы знаете наш город! – обрадовался он. – Тогда вы знаете, что настоящий Египет – не в музеях. Настоящий Египет – здесь, – он широко обвёл рукой, чуть не задев проезжающий мимо мотороллер. – В людях, в улицах.

София кивнула. Она действительно любила этот хаотичный, шумный, противоречивый город. В нём сочетались тысячелетние традиции и современная жизнь, священное и мирское, возвышенное и приземлённое.

– Вы изучаете пирамиды? – не унимался Фарид. – Знаете, моя бабушка рассказывала, что пирамиды построили джинны. Или инопланетяне! – он рассмеялся. – Многие так говорят.

– Я думаю, их построили люди, – ответила София. – Очень умные люди.

– Да, да, конечно, – согласился таксист. – Но такие умные, что сейчас многие не верят. Как они поднимали такие камни? Как делали такие точные расчёты без компьютеров?

София улыбнулась. Именно эти вопросы и привели её сюда.

– Вот и приехали, – сказал Фарид, останавливаясь перед современным зданием отеля. – Меридиан Гиза. Отсюда видны пирамиды, очень красивый вид.

София расплатилась и взяла визитку, которую протянул ей таксист.

– Если вам нужно куда-то поехать, звоните Фариду. Я знаю все секретные места!

София поблагодарила его и вошла в прохладный вестибюль отеля. После шума и жары города здесь царила атмосфера спокойствия и роскоши. Мраморный пол, колонны, стилизованные под древнеегипетские, мягкое освещение – всё создавало ощущение комфорта с лёгким налётом экзотики.

Регистрация прошла быстро, и вскоре София уже поднималась в номер. Усталость от перелёта давала о себе знать, но она знала, что не сможет заснуть. Её разум был слишком занят предстоящим исследованием.

Войдя в номер, она первым делом подошла к окну. Отсюда открывался потрясающий вид на плато Гиза с тремя великими пирамидами, величественно возвышающимися над городским ландшафтом. В свете предзакатного солнца они казались золотыми, словно маяки из другого времени, призывающие её к себе.

София распаковала чемодан, достала ноутбук и разложила на столе свои заметки и карты. Она внимательно изучила папирус, полученный перед отъездом, сравнивая отмеченное на нём место с современными картами плато.

Отмеченная точка находилась недалеко от Сфинкса, в месте, которое не было отмечено на туристических картах как представляющее особый интерес. София знала, что плато Гиза исследовалось археологами более столетия, и идея о том, что там может быть что-то неизвестное, казалась маловероятной. И всё же… тот, кто прислал ей папирус, явно хотел, чтобы она посетила именно это место.

София открыла ноутбук и просмотрела результаты своего исследования. Математическая последовательность, обнаруженная в пропорциях пирамиды, по-прежнему не имела разумного объяснения. Как древние строители могли знать константы, которые были математически обоснованы только в XVII-XVIII веках? И если они действительно знали их, то откуда?

Она сделала пометки в своём блокноте, затем включила зашифрованный VPN и проверила почту. Никаких новых таинственных сообщений не было. София не знала, разочарована она этим или облегчена.

Посмотрев на часы, она решила, что ещё не слишком поздно для визита в музей. Египетский музей в Каире был сокровищницей древностей, и хотя София была там несколько раз, она надеялась, что сможет найти какие-то подсказки, связанные с её исследованием.

Египетский музей встретил Софию привычной атмосферой благоговейной тишины и прохлады. Высокие потолки, мраморные полы и бесконечные ряды витрин с артефактами создавали ощущение присутствия в храме знаний. София медленно шла по залам, внимательно изучая экспонаты, особенно те, что были связаны с математикой и астрономией Древнего Египта.

Она остановилась перед витриной с папирусами, содержащими математические расчёты. Древнеегипетская математика была практичной, ориентированной на решение конкретных задач – измерение полей, расчёт налогов, строительство. Но что, если за этой практичностью скрывалось нечто большее? Что, если некоторые избранные посвящённые владели более продвинутыми знаниями, которые не предназначались для широкого распространения?

– Интересуетесь математикой Древнего Египта, доктор Новикова?

София вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял пожилой мужчина с аккуратно подстриженной седой бородой и проницательными тёмными глазами. Он был одет в светлый льняной костюм, который, несмотря на жару, выглядел безукоризненно.

– Доктор Хассан Махмуд, – представился он, протягивая руку. – Мы встречались на конференции в Лондоне три года назад. Вы делали доклад о криптографических методах в археологии.

София пожала его руку, вспоминая конференцию. Доктор Махмуд был известным египетским археологом, автором нескольких фундаментальных работ по истории Древнего Египта.

– Да, конечно, – сказала она. – Приятно видеть вас снова, доктор Махмуд.

– Взаимно, – улыбнулся он. – Не ожидал встретить вас здесь. Вы в Каире по работе?

София на мгновение замешкалась. Стоит ли рассказывать о цели своего визита? Махмуд был уважаемым учёным, но и он мог отнестись к её теории скептически.

– Да, провожу некоторые исследования, связанные с пирамидами Гизы, – осторожно ответила она.

– Интересно, – Махмуд наклонил голову. – И что именно вас интересует?

Что-то в его взгляде – внимательном, но не критическом – заставило Софию решиться.

– Я обнаружила странную математическую последовательность в пропорциях Великой пирамиды. Последовательность, которая включает константы, теоретически неизвестные в то время.

Она ожидала увидеть скептицизм, но вместо этого Махмуд слегка улыбнулся, как будто услышал что-то, что подтверждало его собственные мысли.

– Продолжайте, – сказал он.

Ободрённая его реакцией, София рассказала о своём алгоритме и о том, что он обнаружил в измерениях пирамиды. Она говорила быстро, эмоционально, впервые найдя слушателя, который не спешил отмахнуться от её идей.

– И самое странное, – закончила она, понизив голос, – перед отъездом я получила анонимное письмо с иероглифом и посылку с древним скарабеем и картой, указывающей на место рядом со Сфинксом.

Махмуд слушал, не перебивая, его лицо оставалось спокойным. Когда София закончила, он некоторое время молчал, словно обдумывая её слова.

– Вы мне не верите, – вздохнула София.

– Напротив, – возразил Махмуд. – Я верю каждому вашему слову. И я думаю, что могу помочь вам.

Теперь настала очередь Софии удивляться.

– Помочь? Каким образом?

Махмуд огляделся, убедившись, что рядом никого нет.

– Не здесь, – сказал он тихо. – Давайте выйдем в сад музея. Там спокойнее.

София последовала за ним через залы музея в небольшой внутренний дворик, где среди пальм и цветущих кустов стояли скамейки. Они сели в тени, и Махмуд снова заговорил, его голос был тихим, но чётким.

– То, что вы обнаружили, доктор Новикова, не случайность. И не ошибка. Великая пирамида действительно содержит знания, опередившие своё время на тысячелетия.

София смотрела на него с изумлением.

– Вы знали об этом?

– Не только знал, – ответил Махмуд. – Я изучаю это всю свою жизнь. Как и мой отец до меня. И его отец.

– Но почему тогда об этом не говорится в научных публикациях? Почему это не общеизвестный факт?

Махмуд грустно улыбнулся.

– Потому что есть знания, которые веками хранились в тайне. Не из-за какого-то заговора или мистицизма, а потому что человечество не было готово к ним. И, возможно, до сих пор не готово.

София нахмурилась:

– Вы говорите загадками, доктор Махмуд.

– Я знаю, – кивнул он. – И я прошу прощения за это. Но некоторые истины нельзя просто высказать. Их нужно увидеть своими глазами, пережить, понять на глубинном уровне.

Он достал из кармана пиджака маленький предмет и протянул Софии. Это был амулет в форме скарабея, почти идентичный тому, что она получила в Нью-Йорке.

– Откуда у вас это? – спросила она, рассматривая амулет.

– Это знак принадлежности к тем, кто хранит древнее знание, – ответил Махмуд. – Знание, которое было закодировано в монументах, текстах и артефактах по всему миру.

София посмотрела на него с недоверием:

– Вы говорите о какой-то секретной организации? Тайном обществе? Это звучит как сюжет конспирологического триллера.

– Я понимаю ваш скептицизм, – спокойно сказал Махмуд. – На вашем месте я бы реагировал так же. Но подумайте: если то, что вы обнаружили в пропорциях пирамиды, правда – а я верю, что это так – то логично предположить, что кто-то должен был сохранять это знание на протяжении тысячелетий.

София задумалась. В его словах была логика, хотя они и противоречили её рациональному мировоззрению.

– И что же это за знание? – спросила она. – Что оно даёт?

– Ключ к пониманию реальности за пределами нашего обыденного восприятия, – ответил Махмуд. – Доступ к… скажем так, более глубокому уровню мироздания.

Он заметил скептическое выражение на лице Софии и добавил:

– Я не говорю о магии или сверхъестественном. Я говорю о науке. Продвинутой науке, которая для непосвящённого может показаться чудом.

– Как технологии примитивному племени, – пробормотала София, вспомнив известную цитату Артура Кларка.

– Именно, – кивнул Махмуд. – Вы упомянули карту с отметкой у Сфинкса. Я знаю это место. И если вы готовы, я могу показать вам нечто, что подтвердит вашу теорию и ответит на многие вопросы.

София колебалась. Здравый смысл подсказывал ей, что не стоит доверять малознакомому человеку, предлагающему показать секретные места. Но интуиция – та самая интуиция, которую она обычно подавляла в пользу логики – говорила, что Махмуд искренен.

– Когда? – спросила она.

– Завтра на рассвете. Лучшее время для посещения плато – до появления туристов. Я заеду за вами в отель в пять утра.

София кивнула:

– Хорошо. Но учтите, доктор Махмуд, я скептик. Мне нужны доказательства, факты, а не мистические истории.

Махмуд улыбнулся:

– Вы их получите, доктор Новикова. Гарантирую.

Они обменялись контактными данными, и Махмуд ушёл, оставив Софию в саду музея с множеством новых вопросов и странным чувством, что она стоит на пороге открытия, которое может изменить её понимание не только истории, но и самой реальности.

Вернувшись в отель, София провела вечер, изучая всё, что могла найти о докторе Хассане Махмуде. Его официальная биография впечатляла: образование в Каирском и Оксфордском университетах, десятки научных публикаций, участие в крупных археологических экспедициях. Он был уважаемым учёным, а не эксцентричным охотником за сокровищами или любителем теорий заговора.

И всё же его разговоры о тайном знании и организациях, хранящих его веками, звучали странно в устах человека науки. София не могла решить, что думать. С одной стороны, её рациональный ум сопротивлялся идее о существовании какой-то древней тайной мудрости. С другой – сама математическая аномалия, которую она обнаружила, требовала объяснения, выходящего за рамки общепринятых исторических представлений.

Отложив ноутбук, София подошла к окну. Ночь опустилась на Каир, и пирамиды теперь были подсвечены прожекторами, их силуэты чётко вырисовывались на фоне тёмного неба. Она вспомнила детские рассказы бабушки о Египте, о тайнах, скрытых в песках пустыни, о мудрости, сохранённой через века.

– Что ты пыталась мне сказать, бабушка? – прошептала София. – Что ты знала?

Неожиданно она почувствовала сильную усталость. Сказывались перелёт, смена часовых поясов и эмоциональное напряжение последних дней. София решила лечь спать пораньше, чтобы быть готовой к ранней встрече с Махмудом.

Проверив замки и оставив включённым ночник – привычка, сохранившаяся с детства – она легла в постель. Но сон не шёл. Мысли крутились вокруг загадочной математической последовательности, странного сообщения с иероглифом, скарабея и слов Махмуда о древнем знании.

Наконец, усталость взяла своё, и София погрузилась в беспокойный сон. Ей снились пустыня, пирамиды, сияющие изнутри странным голубым светом, и лабиринты, стены которых были покрыты иероглифами и математическими символами. Во сне она шла по этим лабиринтам, чувствуя, что приближается к какой-то важной истине, но всякий раз, когда она почти достигала цели, коридоры менялись, и путь начинался заново.

Она проснулась в предрассветной темноте, чувствуя странное беспокойство. За окном ещё было темно, но небо на востоке начинало светлеть. София встала, приняла душ и оделась в практичную одежду для визита на плато: лёгкие брюки цвета хаки, хлопковую рубашку с длинными рукавами и удобные ботинки. Она собрала рюкзак с необходимыми принадлежностями: блокнот, карты, фотоаппарат, бутылка воды и, после некоторого колебания, скарабей, полученный в Нью-Йорке.

Ровно в пять утра её телефон зазвонил. Доктор Махмуд ждал её в лобби отеля.

Спустившись, София увидела его, сидящего в кресле с чашкой кофе. При её появлении он встал и приветливо улыбнулся:

– Доброе утро, доктор Новикова. Готовы к путешествию в прошлое?

– Насколько это возможно, – ответила София, пытаясь скрыть нервозность за лёгкой иронией.

Они вышли из отеля. На улице уже было тепло, хотя солнце ещё не взошло. У входа стоял старый, но ухоженный джип.

– Мой транспорт, – сказал Махмуд, открывая пассажирскую дверь для Софии. – Не самый комфортабельный, но надёжный. Особенно для передвижения по песку.

Они поехали в направлении плато Гиза. В это раннее время улицы Каира были почти пусты, и вскоре они выехали за пределы города. Дорога поднималась на плато, и София могла видеть, как горизонт на востоке окрашивается в розовые и золотые тона – приближался рассвет.

– Вы когда-нибудь задумывались, доктор Новикова, – спросил Махмуд, не отрывая взгляда от дороги, – почему из всех древних цивилизаций именно Египет создал самые впечатляющие и долговечные монументы?

– Обычно это объясняют сочетанием религиозных верований, сильной централизованной власти и благоприятных природных условий, – ответила София. – Плюс, конечно, выдающиеся инженерные навыки.

– Да, это стандартные объяснения, – кивнул Махмуд. – Но что, если была ещё одна причина? Что, если эти монументы были созданы не только как гробницы или религиозные сооружения, но и как хранилища знаний? Знаний, которые были слишком сложны или опасны для широкого распространения, но слишком ценны, чтобы позволить им исчезнуть?

– Вы говорите о математических знаниях? – уточнила София.

– О математике, астрономии, физике… о понимании фундаментальных законов вселенной, – ответил Махмуд. – Знаниях, которые были зашифрованы в пропорциях, ориентации, весе и расположении камней.

– Но зачем скрывать такие знания? – спросила София. – Разве цивилизация не заинтересована в распространении полезной информации?

Махмуд на мгновение отвёл взгляд от дороги, чтобы посмотреть на неё:

– А вы отдали бы ядерные технологии в руки ребёнка?

София нахмурилась:

– Вы сравниваете людей прошлого с детьми?

– Я сравниваю уровни развития сознания, – пояснил Махмуд. – Некоторые знания требуют определённой зрелости – не технологической, а этической, философской. Без этой зрелости они могут принести больше вреда, чем пользы.

Они подъехали к контрольно-пропускному пункту у входа на территорию плато Гиза. Махмуд показал какое-то удостоверение охраннику, который, узнав его, почтительно кивнул и поднял шлагбаум. Джип продолжил движение по песчаной дороге.

– Это удобно – быть известным археологом, – заметила София.

– У этого есть свои преимущества, – согласился Махмуд с лёгкой улыбкой.

Они остановились на небольшой парковке, в стороне от основных туристических маршрутов. Небо на востоке уже разгоралось, предвещая скорый восход солнца. Пирамиды вырисовывались на фоне светлеющего неба тёмными треугольниками, величественными и загадочными.

– Нам туда, – Махмуд указал в направлении Сфинкса. – Идти недалеко, но лучше поторопиться. Скоро здесь будет полно туристов.

Они двинулись по песчаной тропе. София сверилась с картой на папирусе – направление совпадало с тем, куда вёл её Махмуд. Это придавало ей уверенности, но также вызывало новые вопросы. Кто прислал ей папирус? Как этот человек связан с Махмудом? И что они собираются ей показать?

Сфинкс, наполовину засыпанный песком за тысячелетия и вновь откопанный археологами, вырастал перед ними, загадочный и величественный. Его взгляд, устремлённый на восток, казалось, встречал первые лучи восходящего солнца, как он делал это каждое утро на протяжении тысяч лет.

Махмуд повёл Софию вокруг Сфинкса, держась на почтительном расстоянии от древнего монумента. Они обошли его с южной стороны и остановились у небольшого, незаметного для случайного наблюдателя углубления в скале.

– Здесь? – спросила София, сверяясь с картой. Отметка на папирусе указывала именно на это место.

– Здесь, – подтвердил Махмуд и достал из кармана небольшой фонарик. – Следуйте за мной и будьте осторожны. Ступеньки крутые и скользкие.

Он отодвинул камень, который казался частью скалы, и открыл узкий проход, уходящий вниз. София заколебалась. Спускаться в неизвестный подземный ход с малознакомым человеком было рискованно. Но любопытство и желание найти подтверждение своей теории пересилили осторожность.

– Я иду первым, – сказал Махмуд, включая фонарик. – Держитесь за стену.

Он начал спуск, и София последовала за ним, чувствуя, как её сердце бьётся чаще от смеси страха и возбуждения. Узкая лестница, высеченная в камне, уходила вниз, в темноту. Воздух становился прохладнее и затхлым, с лёгким запахом древности – смесью пыли, камня и времени.

Спуск казался бесконечным. София потеряла счёт ступеням, когда наконец они достигли небольшой площадки, от которой отходил горизонтальный коридор. Луч фонарика Махмуда выхватывал из темноты стены, покрытые иероглифами и странными символами, похожими на математические формулы.

– Мы под Сфинксом? – спросила София, её голос эхом отразился от каменных стен.

– Да, – ответил Махмуд. – В камере, о существовании которой знают очень немногие.

Он повёл её по коридору, который через несколько метров расширился, превратившись в просторное помещение с высоким потолком. Махмуд поднял фонарик, и свет выхватил из темноты то, что заставило Софию замереть от изумления.

Стены камеры были покрыты иероглифами, астрономическими символами и, что самое удивительное, формулами, которые выглядели как продвинутое исчисление. София узнала некоторые символы – они напоминали ей современные математические обозначения интегралов, дифференциалов и комплексных чисел.

– Этого не может быть, – прошептала она, подходя ближе к стене. – Эти символы… они похожи на современное исчисление. Но это невозможно. Исчисление было разработано Ньютоном и Лейбницем в XVII веке.

– Официально – да, – согласился Махмуд, направляя луч фонарика на особенно сложную группу символов. – Но, как вы видите, кто-то использовал очень похожие концепции за четыре с половиной тысячи лет до них.

София провела рукой по высеченным в камне символам, не веря своим глазам. Это не было подделкой – камень был древним, символы покрыты патиной веков.

– Когда была обнаружена эта камера? – спросила она, всё ещё изучая стены.

– Официально – никогда, – ответил Махмуд. – Официальная археология не знает о её существовании.

София обернулась к нему, ошеломлённая:

– Но как это возможно? Плато Гиза исследовалось веками.

– И всё же есть места, которые остаются скрытыми, – загадочно улыбнулся Махмуд. – Места, которые открываются только тем, кто готов их увидеть.

Он подошёл к противоположной стене и указал на серию символов:

– Смотрите. Эта последовательность… она соответствует той, что вы обнаружили в пропорциях пирамиды, не так ли?

София подошла ближе, изучая указанные символы. Её глаза расширились:

– Да… это та же самая последовательность. Но как вы узнали?

– Потому что я тоже изучал её, – ответил Махмуд. – Как и другие до меня. Эта последовательность – ключ к более глубокому пониманию.

София чувствовала, как её рациональный ум сопротивляется тому, что она видит. Это было слишком невероятно, слишком противоречило всему, что она знала об истории математики.

– Кто создал эту камеру? – спросила она. – И когда?

– Камера была создана примерно в 2500 году до нашей эры, – ответил Махмуд. – Во время строительства Сфинкса. Что касается того, кто её создал… – он помедлил. – Официальная версия гласит, что это были жрецы, хранители знаний. Но есть и другие теории.

– Какие?

Махмуд смотрел на неё так, словно оценивал, готова ли она услышать ответ:

– Некоторые верят, что это знание было… не совсем человеческого происхождения.

София недоверчиво посмотрела на него:

– Вы говорите об инопланетянах? Серьёзно?

– Я не говорю об инопланетянах в том смысле, как их изображают в научной фантастике, – пояснил Махмуд. – Я говорю о возможности контакта с разумом, который превосходил человеческий в то время. Разумом, который мог передать определённые знания избранным людям.

София покачала головой:

– Это звучит как… – она запнулась, подбирая слова.

– Как безумие? – спокойно закончил за неё Махмуд. – Возможно. Но как ещё объяснить наличие продвинутых математических знаний в эпоху, когда человечество только начинало осваивать основы арифметики?

София не знала, что ответить. Она снова повернулась к стене с символами, изучая их. Несмотря на свой скептицизм, она не могла отрицать очевидное: перед ней были формулы, которые, по всем известным историческим данным, не могли существовать в то время.

– Я должна задокументировать это, – сказала она, доставая фотоаппарат.

– Конечно, – кивнул Махмуд. – Для этого я и привёл вас сюда.

София начала фотографировать стены, стараясь запечатлеть каждый символ, каждую формулу. Её ум уже работал, анализируя увиденное, ища связи с её собственными открытиями.

– Доктор Махмуд, – сказала она, не отрываясь от фотографирования, – вы упомянули организацию, которая хранит это знание. Кто они? И почему они решили открыть это мне?

Махмуд помедлил, прежде чем ответить:

– Мы называем себя Хранителями. На протяжении тысячелетий мы сохраняли и передавали это знание, ожидая времени, когда человечество будет готово к нему.

– И вы считаете, что сейчас такое время? – спросила София, опуская камеру.

– Не совсем, – ответил Махмуд. – Но мы считаем, что время приближается. И есть те, кто, как вы, способен понять и правильно использовать это знание.

– Но почему я? – настаивала София. – Почему именно мне прислали подсказки, которые привели меня сюда?

Махмуд улыбнулся:

– Вы действительно не знаете? Вспомните свою бабушку, Софья Андреевна.

София застыла:

– Откуда вы знаете имя моей бабушки?

– Потому что она была одной из нас, – просто ответил Махмуд. – Одной из Хранителей. И она верила, что вы унаследовали её способность понимать то, что лежит за пределами обычного восприятия.

София почувствовала, как мир вокруг неё словно покачнулся. Её бабушка, женщина, которая рассказывала ей сказки о древних тайнах… была членом тайного общества, хранящего древнее знание?

– Это невозможно, – прошептала она. – Моя бабушка была обычной женщиной. Учительницей из Санкт-Петербурга.

– Она была гораздо большим, чем казалась, – мягко сказал Махмуд. – Как и все мы.

Он собирался сказать что-то ещё, когда их прервал странный звук – едва различимый шорох со стороны входа в камеру. Махмуд резко повернулся, направляя фонарик в ту сторону.

– Что это? – спросила София, чувствуя внезапную тревогу.

– Не знаю, – ответил Махмуд, его голос стал напряжённым. – Но мы должны уходить. Сейчас же.

Он быстро подошёл к Софии и взял её за руку:

– Есть другой выход. Следуйте за мной и не отставайте.

Софии хотелось задать ещё сотни вопросов, но инстинкт самосохранения заставил её подчиниться. Они быстро двинулись вглубь камеры, к едва заметному проходу в дальней стене. Махмуд отодвинул каменную панель, открывая узкий коридор, и они вошли в него, оставив позади загадочную камеру с её древними формулами.

Коридор был ещё уже предыдущего, и им приходилось идти боком. София чувствовала, как каменные стены словно смыкаются вокруг неё, и старалась не поддаваться клаустрофобии. Луч фонарика Махмуда был единственным источником света в этой подземной темноте.

– Кто это мог быть? – шёпотом спросила София.

– Не знаю, – так же тихо ответил Махмуд. – Но в последнее время я замечаю слежку. Кто-то очень интересуется моими исследованиями.

– Но кто? Академические конкуренты?

Махмуд бросил на неё быстрый взгляд через плечо:

– Если бы. Нет, это люди, которые верят, что некоторые знания должны оставаться скрытыми. Или, напротив, те, кто хочет использовать их в своих целях.

Они достигли конца коридора, который заканчивался вертикальной шахтой с вырубленными в стене ступенями. Махмуд начал подниматься, и София последовала за ним, чувствуя, как от напряжения и адреналина дрожат колени.

Подъём казался бесконечным. Когда они наконец достигли верха, Махмуд отодвинул каменную плиту, и в шахту хлынул солнечный свет, на мгновение ослепивший Софию. Они выбрались наружу и оказались в небольшом углублении между скал, скрытом от основных туристических маршрутов.

Солнце уже полностью взошло, и плато Гиза купалось в его ярком свете. Вдалеке София могла видеть фигурки туристов, начинающих своё восхождение к пирамидам.

– Нам нужно вернуться к машине, – сказал Махмуд, закрывая вход в шахту камнем, который сливался с окружающими скалами. – И как можно скорее.

Они двинулись обратно, стараясь не привлекать внимания, держась в тени скал, где это было возможно. София чувствовала, как в её голове роятся вопросы, но понимала, что сейчас не время для них.

Достигнув парковки, они быстро сели в джип. Махмуд завёл мотор и выехал на дорогу, ведущую прочь от плато.

– Что теперь? – спросила София, когда они отъехали достаточно далеко.

– Теперь вам нужно осмыслить то, что вы увидели, – ответил Махмуд. – И решить, хотите ли вы узнать больше.

– Конечно, хочу! – воскликнула София. – Вы показали мне нечто, что полностью противоречит официальной истории науки. Как я могу не хотеть узнать больше?

Махмуд кивнул:

– Я так и думал. Но должен предупредить вас: это опасный путь. Знание, которое вы ищете, не только открывает новые возможности, но и привлекает внимание тех, кто хотел бы использовать его или уничтожить.

София вспомнила шорох в подземной камере:

– Вы думаете, за нами действительно следили?

– Уверен в этом, – серьёзно ответил Махмуд. – И теперь, когда вы побывали в камере, они будут следить и за вами.

София почувствовала холодок по спине:

– Кто они?

– Есть разные фракции, – сказал Махмуд. – Хранители, к которым принадлежу я, считают, что знание должно постепенно раскрываться человечеству, когда оно будет готово. Есть и другие, более радикальные группы. Одни верят, что знание должно оставаться скрытым навсегда. Другие считают, что оно должно быть раскрыто немедленно, независимо от последствий.

– И все они заинтересовались мной, потому что я случайно обнаружила часть этого знания? – спросила София с недоверием.

– Не случайно, – покачал головой Махмуд. – Ваша бабушка знала, что у вас есть способности. Она оставила вам подсказки, направления. Статуэтка Анубиса, например.

София вздрогнула:

– Откуда вы знаете о статуэтке?

– Она была одним из наших символов, – ответил Махмуд. – Анубис – проводник между мирами. Хранитель тайн. В некотором смысле, покровитель нашего ордена.

Они въехали в город, и Махмуд снизил скорость, вливаясь в утренний трафик Каира.

– Я отвезу вас в отель, – сказал он. – Вам нужно отдохнуть и обдумать всё, что вы узнали. Вечером я свяжусь с вами, и мы решим, что делать дальше.

София кивнула, чувствуя внезапную усталость. Информационная и эмоциональная перегрузка давала о себе знать. Но несмотря на усталость, её ум работал, анализируя увиденное, сопоставляя факты, ища объяснения.

Когда они подъехали к отелю, Махмуд повернулся к ней:

– Будьте осторожны, доктор Новикова. Не доверяйте никому. И не говорите о том, что видели.

София кивнула:

– Я буду осторожна. Но у меня ещё так много вопросов…

– И вы получите на них ответы, – заверил её Махмуд. – Но всему своё время.

Она вышла из машины и смотрела, как джип Махмуда удаляется, растворяясь в потоке каирского транспорта. Повернувшись к отелю, София вдруг заметила человека, наблюдающего за ней с противоположной стороны улицы. Высокий мужчина в тёмных очках, одетый как турист, но с чем-то в его позе, что выдавало профессиональную подготовку.

Когда их взгляды встретились, мужчина отвернулся и медленно пошёл прочь. София поспешила в отель, чувствуя, как сердце колотится в груди. Предупреждение Махмуда о слежке вдруг стало пугающе реальным.

В холле отеля она остановилась, чтобы собраться с мыслями. Безопасно ли возвращаться в номер? Может быть, стоит сменить отель? Или даже уехать из Каира?

Но нет, она не могла уехать сейчас. Не тогда, когда она так близко подошла к разгадке тайны, которая могла изменить понимание истории человечества. София глубоко вздохнула и направилась к лифту, решив, что будет действовать осторожно, но не позволит страху остановить её исследование.

Поднимаясь в номер, она думала о своей бабушке, о её рассказах и загадочных намёках. Была ли она действительно членом тайного общества? И если да, то почему она прямо не рассказала Софии об этом?

– Потому что есть знания, к которым нужно прийти самостоятельно, – прошептала София, вспоминая слова бабушки, которые теперь приобретали новый смысл.

Войдя в номер, она первым делом проверила, не было ли признаков вторжения. Всё выглядело нетронутым, но София всё равно чувствовала беспокойство. Она задёрнула шторы, включила ноутбук и начала просматривать фотографии, сделанные в подземной камере.

Символы и формулы, запечатлённые на снимках, по-прежнему казались невероятными – продвинутая математика, высеченная в камне более четырёх тысяч лет назад. София открыла свои заметки и начала анализировать эти символы, сравнивая их с тем, что она обнаружила в пропорциях пирамиды.

Постепенно она начала видеть связи, закономерности, которые раньше ускользали от неё. Это была не просто случайная коллекция формул, а целостная система знаний, описывающая фундаментальные законы вселенной способом, который поразительно напоминал современные физические и математические теории.

София настолько погрузилась в работу, что не заметила, как пролетело время. Только когда в дверь постучали, она оторвалась от компьютера и с удивлением обнаружила, что уже вечер.

– Кто там? – спросила она, подойдя к двери.

– Обслуживание номеров, мадам, – ответил голос с сильным арабским акцентом.

София нахмурилась. Она не заказывала обслуживание номеров.

– Я ничего не заказывала, – сказала она.

– Комплимент от отеля, мадам, – настаивал голос.

София вспомнила предупреждение Махмуда и решила не рисковать:

– Спасибо, но я не голодна. Пожалуйста, оставьте у двери.

Последовала пауза, затем:

– Как пожелаете, мадам.

София прислушалась к удаляющимся шагам, затем осторожно открыла дверь. В коридоре никого не было, но у двери стоял поднос с чайником, чашкой и маленькой вазой с цветком лотоса. Под вазой лежала записка.

София внесла поднос в номер, закрыла дверь и прочитала записку. На ней был только номер телефона, без подписи. Она взяла свой телефон и набрала номер, не уверенная, что это правильное решение, но слишком любопытная, чтобы игнорировать его.

После нескольких гудков трубку сняли, но никто не заговорил.

– Алло? – сказала София. – Кто это?

– Мы должны встретиться, – ответил женский голос с легким акцентом. – В лобби, через пятнадцать минут. Приходите одна.

– Кто вы? – спросила София, но звонок уже прервался.

Она стояла, глядя на телефон в своей руке, раздумывая, что делать. Это могла быть ловушка. Но также это мог быть кто-то, кто поможет ей продвинуться в исследовании. Решение принять было сложно, но любопытство и стремление к истине снова взяли верх.

София сохранила все данные на флэш-накопитель, который спрятала в потайной карман рюкзака, закрыла ноутбук и подготовилась к встрече. Прежде чем выйти, она позвонила Махмуду, но телефон был выключен. София оставила сообщение, сообщив о странном звонке и своём решении встретиться с неизвестным контактом.

В лобби отеля было многолюдно: туристы возвращались с дневных экскурсий, сотрудники деловито сновали туда-сюда. София села в кресло, откуда хорошо просматривался весь холл, и стала ждать, напряжённо вглядываясь в лица проходящих мимо людей.

Ровно через пятнадцать минут к ней подошла элегантная женщина средних лет, одетая в строгий деловой костюм.

– Доктор Новикова? – спросила она с тем же акцентом, что София слышала по телефону. – Пожалуйста, следуйте за мной. Нас ждёт машина.

– Кто вы? – спросила София, не двигаясь с места.

– Друг доктора Махмуда, – ответила женщина. – У него возникли… затруднения. Он просил меня связаться с вами.

– Какие затруднения? – София почувствовала тревогу.

– Не здесь, – тихо сказала женщина, оглядываясь. – Пожалуйста, если вы хотите помочь ему и себе, идёмте со мной.

София колебалась. Доверять незнакомке было рискованно, но если Махмуд действительно в опасности…

– Хорошо, – наконец сказала она, вставая. – Ведите.

Женщина кивнула и направилась к выходу. София последовала за ней, чувствуя, как с каждым шагом она всё глубже погружается в тайну, которая началась с математической аномалии, а теперь превратилась в нечто гораздо более сложное и опасное.

У входа в отель их ждал чёрный автомобиль с тонированными стёклами. Женщина открыла заднюю дверь и жестом пригласила Софию сесть. Софии вдруг показалось, что она видит того же мужчину в тёмных очках, который наблюдал за ней утром, но когда она повернулась, чтобы лучше рассмотреть его, он исчез в толпе.

– Доктор Новикова, – нетерпеливо сказала женщина, – нам нужно спешить.

София сделала глубокий вдох и села в машину, не зная, к чему приведёт этот шаг, но чувствуя, что у неё нет выбора. Дверь закрылась, и автомобиль плавно тронулся, увозя её в неизвестность.

Глава 3: Под песками

Автомобиль с тонированными стёклами плавно скользил по вечерним улицам Каира. София сидела на заднем сиденье рядом с таинственной женщиной, которая представилась как Фатима. За рулём находился молчаливый водитель, чьё лицо София могла видеть только в зеркале заднего вида – смуглое, с резкими чертами и внимательными глазами.

– Куда мы едем? – спросила София, когда молчание стало невыносимым. – И что случилось с доктором Махмудом?

Фатима повернулась к ней. В тусклом свете салона её лицо выглядело серьёзным и встревоженным.

– Доктор Махмуд был задержан людьми, которые очень интересуются вашими совместными исследованиями, – ответила она. – Мы не уверены, кто они, но у нас есть основания полагать, что это не официальные власти.

– Задержан? – София почувствовала, как её сердце сжалось от тревоги. – Вы имеете в виду, похищен?

– Скажем так, – Фатима говорила спокойно, но в её голосе чувствовалось напряжение, – он исчез после того, как отвёз вас в отель. Его телефон не отвечает, и он не явился на запланированную встречу с коллегами.

– И почему вы думаете, что это связано с нашими исследованиями?

– Потому что за ним следили последние несколько недель, – ответила Фатима. – Как и за вами с момента вашего прибытия в Каир.

София вспомнила мужчину в тёмных очках, которого видела дважды.

– Кто вы? – прямо спросила она. – Вы тоже из этих… Хранителей?

Фатима слегка улыбнулась:

– Да, я из той же организации, что и Хассан. Мы работаем вместе много лет.

– И чем конкретно занимается ваша организация? – София старалась, чтобы её голос звучал спокойно, хотя внутри неё нарастала тревога.

– Мы сохраняем знания, которые были переданы человечеству тысячи лет назад, – ответила Фатима. – Знания, которые опережали своё время и должны были раскрываться постепенно, когда люди будут готовы понять их и использовать ответственно.

– Знания инопланетного происхождения? – скептически спросила София.

– Мы не используем термин "инопланетный", – Фатима покачала головой. – Скажем так: знания, переданные разумом, который был более развитым, чем человеческий в то время.

София вздохнула:

– Это звучит…

– Невероятно? – закончила за неё Фатима. – После того, что вы видели сегодня утром в камере под Сфинксом, вы всё ещё считаете это невероятным?

София не ответила. Действительно, математические формулы, высеченные в камне более четырёх тысячелетий назад, не имели рационального объяснения в рамках официальной истории науки.

– Предположим, я поверю вам, – наконец сказала она. – Что случилось с Махмудом, и почему вы увозите меня из отеля?

– Потому что вы в опасности, – просто ответила Фатима. – Те, кто забрал Хассана, скорее всего, придут и за вами. Нам нужно доставить вас в безопасное место и решить, что делать дальше.

Автомобиль свернул на менее оживлённую улицу, и София заметила, что они удаляются от туристического центра города.

– Куда конкретно мы едем? – снова спросила она, начиная беспокоиться.

– В место, где вы будете в безопасности, – ответила Фатима. – Дом, принадлежащий нашей организации. Там мы сможем спокойно поговорить и спланировать дальнейшие действия.

София посмотрела в окно. Они ехали по району, который она не узнавала, – узкие улочки, старые дома, мало туристов. Если бы Фатима и её водитель имели дурные намерения, здесь было бы легко избавиться от неё без свидетелей. Но что-то в манере Фатимы, в её спокойной уверенности, заставляло Софию доверять ей, несмотря на все предостережения здравого смысла.

– У вас есть план по спасению Махмуда? – спросила София.

– Мы работаем над этим, – ответила Фатима. – У нас есть некоторые контакты, которые могут помочь нам выяснить, где его держат. Но это потребует времени.

– А пока мне просто сидеть и ждать?

– Не совсем, – Фатима слегка улыбнулась. – У Хассана была причина показать вам ту камеру. Он считал, что вы можете помочь нам расшифровать некоторые тексты, которые остаются загадкой даже для нас.

– Какие тексты? – заинтересовалась София.

– Вы увидите, когда мы прибудем.

Автомобиль замедлил ход и остановился перед неприметным трёхэтажным домом с потрескавшимся фасадом. Ничто не выдавало в нём штаб-квартиру тайной организации – обычное здание в старом районе Каира.

– Приехали, – сказала Фатима. – Пожалуйста, следуйте за мной и не привлекайте внимания.

Они вышли из машины, и Фатима быстро провела Софию через узкую дверь в тускло освещённый коридор. Водитель остался снаружи, видимо, чтобы отогнать автомобиль.

Внутри дом оказался просторнее, чем выглядел снаружи. Они прошли через несколько комнат, обставленных в традиционном арабском стиле, но с заметными следами современных технологий – компьютеры, камеры наблюдения, системы безопасности.

Фатима привела Софию в небольшую комнату, которая выглядела как рабочий кабинет. Стены были заставлены книжными полками, на столе стоял компьютер, а в центре комнаты находился большой стол, покрытый картами и бумагами.

– Присаживайтесь, – предложила Фатима, указывая на кресло. – Я принесу чай, и мы поговорим.

Она вышла, оставив Софию одну. София подошла к книжным полкам, разглядывая корешки книг. Многие были на арабском, но были и английские, французские, немецкие издания – в основном по археологии, истории, математике и физике. Она заметила несколько редких фолиантов, которые видела только в специализированных библиотеках.

Взгляд Софии привлекла фотография в рамке, стоявшая на одной из полок. На ней были запечатлены несколько человек, среди которых она узнала молодого Махмуда. Рядом с ним стояла женщина, черты которой показались Софии смутно знакомыми. Приглядевшись внимательнее, она с удивлением узнала свою бабушку – намного моложе, чем она её помнила, но несомненно она.

– Ваша бабушка была выдающимся математиком, – сказала Фатима, вернувшись с подносом, на котором стояли чайник и чашки. – Она многое сделала для понимания кодов, которые мы изучаем.

София указала на фотографию:

– Когда это было снято?

– В 1976 году, в Александрии, – ответила Фатима, ставя поднос на стол. – Ваша бабушка приезжала туда якобы для участия в научной конференции, но на самом деле для встречи с нашей группой.

София покачала головой, пытаясь осмыслить эту информацию. Её бабушка, простая учительница математики из Ленинграда, тайно выезжала за границу в разгар холодной войны для встреч с какой-то загадочной организацией?

– Это кажется невероятным, – сказала она, садясь в кресло.

– Не более невероятным, чем продвинутая математика в древнеегипетских гробницах, – заметила Фатима, разливая ароматный чай по чашкам. – Ваша бабушка была посвящена в наши тайны ещё в молодости. Её талант к математике и особый склад ума привлекли внимание одного из наших старейших членов.

– И она никогда не рассказывала мне об этом, – с горечью произнесла София.

– Она хотела, чтобы вы пришли к этому сами, – мягко сказала Фатима. – Чтобы вы сделали собственный выбор, основанный на вашем собственном понимании. Но она оставила вам подсказки – статуэтку Анубиса, истории о древних тайнах, книги, которые формировали ваше мышление определённым образом.

София вспомнила, как бабушка дарила ей книги по математике, археологии, криптографии – все те области, которые впоследствии стали её профессиональными интересами.

– Вы хотите сказать, что она манипулировала мной? – с обидой спросила София.

– Нет, – покачала головой Фатима. – Она направляла вас, но выбор всегда был за вами. Вы могли выбрать любой другой путь, любую другую профессию. Но вы выбрали математику и криптографию, потому что у вас был талант к этому, такой же, как у неё.

София сделала глоток чая, пытаясь уложить в голове всё, что узнала за последние двадцать четыре часа. Её мир переворачивался с ног на голову. Всё, что она считала твёрдо установленными фактами – история науки, происхождение математических знаний, даже её собственная семейная история – оказывалось под вопросом.

– Что именно вы хотите от меня? – наконец спросила она. – Чем я могу помочь?

Фатима встала и подошла к одному из книжных шкафов. Нажав на скрытую панель, она открыла потайное отделение, из которого достала небольшой деревянный ящик, инкрустированный слоновой костью.

– Это артефакт, который мы обнаружили несколько месяцев назад в ранее неизвестной гробнице недалеко от Луксора, – сказала она, ставя ящик на стол перед Софией. – Мы считаем, что он содержит ключ к более полному пониманию математических кодов, которые вы начали расшифровывать.

София с интересом посмотрела на ящик. Он выглядел древним, но хорошо сохранившимся. На крышке были вырезаны иероглифы и символы, которые она узнала – они были похожи на те, что она видела в подземной камере.

– Вы можете открыть его? – спросила она.

– Мы пытались, – ответила Фатима. – Но это не обычный замок. Мы считаем, что это своего рода головоломка, которая требует знания определённой математической последовательности.

София взяла ящик в руки, осторожно изучая его со всех сторон. На боковых панелях были вырезаны линии и точки, образующие сложный узор. Нижняя часть казалась подвижной, как если бы отдельные секции могли вращаться или сдвигаться.

– Можно? – спросила она, указывая на ящик.

Фатима кивнула:

– Конечно. Мы надеемся, что вы сможете понять принцип его работы.

София начала манипулировать подвижными частями ящика, поворачивая и сдвигая секции. Её пальцы двигались почти интуитивно, словно что-то внутри неё знало, что делать. Она вспомнила последовательность, которую обнаружила в пропорциях пирамиды, и попыталась применить её к этой головоломке.

К её удивлению, после нескольких манипуляций раздался тихий щелчок, и крышка ящика слегка приподнялась.

– Вы открыли его! – воскликнула Фатима, её глаза расширились от удивления. – Как?

– Я использовала ту же последовательность, что обнаружила в пропорциях пирамиды, – ответила София, сама удивлённая своим успехом. – Это было… почти инстинктивно.

Она осторожно подняла крышку. Внутри ящика лежал свиток из тонкого материала, похожего на пергамент, но более гладкого и прочного. София аккуратно извлекла его и развернула на столе.

Свиток был покрыт символами, частично похожими на иероглифы, но многие из них София не узнавала. Среди них были диаграммы, схемы и то, что выглядело как математические формулы – сложные, многомерные, с символами, напоминающими современные обозначения в продвинутой физике и математике.

– Что это? – прошептала София, завороженная увиденным.

– Мы надеялись, что вы сможете нам сказать, – ответила Фатима. – Наши эксперты не смогли полностью расшифровать этот текст. Мы считаем, что это часть более обширного документа, своего рода… инструкция или руководство.

София наклонилась ближе, изучая символы. Некоторые из них казались ей смутно знакомыми, как если бы она видела их во сне или в полузабытом воспоминании.

– Здесь есть что-то… – она указала на повторяющийся символ в центре свитка. – Это напоминает мне о чём-то, что я видела в камере под Сфинксом. И в статуэтке Анубиса, которую мне оставила бабушка.

Фатима кивнула:

– Это один из ключевых символов. Мы называем его "Ключ Тота" – по имени египетского бога мудрости и знаний. Он появляется в различных артефактах, связанных с передачей древнего знания.

София продолжала изучать свиток, её аналитический ум уже начинал видеть закономерности и связи.

– Здесь есть определённая структура, – сказала она. – Это не просто набор символов. Это… система. Язык для описания чего-то сложного.

– Языка математики? – предположила Фатима.

– Да, но не только, – София покачала головой. – Это больше похоже на язык программирования или на описание какого-то процесса. Здесь есть последовательности, циклы, условные операторы… Это как алгоритм.

Она замолчала, вдруг осознав, что говорит о программировании и алгоритмах применительно к артефакту, которому тысячи лет. Это звучало абсурдно, но глядя на свиток, она не могла отрицать то, что видела.

– Мне нужно время, чтобы изучить это, – сказала София. – И мне понадобятся мои заметки и компьютер.

– Мы уже забрали ваши вещи из отеля, – сказала Фатима. – Ваш ноутбук и личные вещи в комнате, которую мы подготовили для вас.

София вскинула голову:

– Вы были в моём номере? Как?

– У нас есть свои методы, – уклончиво ответила Фатима. – Важно то, что мы опередили тех, кто также интересуется вами и вашей работой. Они проникли в ваш номер примерно через час после нашего визита, но к тому времени все ценные материалы уже были у нас.

София почувствовала холодок по спине. Кто-то действительно охотился за ней и её исследованиями.

– Кто эти люди? – спросила она. – Кто мог похитить Махмуда и искать меня?

Фатима вздохнула:

– Есть несколько возможностей. Самая вероятная – группа, которая называет себя "Просветлёнными". Они считают, что древнее знание должно быть немедленно раскрыто всему человечеству, независимо от последствий. Они верят, что это приведёт к новой эре просвещения и эволюционному скачку для избранных.

– Звучит как культ, – заметила София.

– Так и есть, – кивнула Фатима. – Их лидер, женщина по имени Амара Хай, была когда-то выдающимся археологом. Но после обнаружения части кода в одной из гробниц она… изменилась. Стала одержимой идеей, что знание имеет божественное происхождение и может превратить людей в богов.

– А вы так не считаете? – спросила София.

– Мы считаем, что знание – это инструмент, – ответила Фатима. – Оно не хорошее и не плохое само по себе. Всё зависит от того, как его использовать. И мы верим, что человечество должно созреть морально и этически, прежде чем получит доступ к некоторым его аспектам.

София снова посмотрела на свиток. Что бы ни было закодировано в этих странных символах, оно явно считалось достаточно важным, чтобы люди похищали и, возможно, убивали за это.

– Я помогу вам расшифровать это, – сказала она. – Но при одном условии.

– Каком? – спросила Фатима.

– Вы сделаете всё возможное, чтобы найти и спасти доктора Махмуда. Он рисковал своей безопасностью, чтобы показать мне камеру под Сфинксом. Я не могу просто сидеть здесь и работать над загадками, зная, что он в опасности.

Фатима кивнула:

– Мы уже работаем над этим. У нас есть контакты в полиции и других организациях. Если Хассан ещё жив, мы найдём его.

"Если он ещё жив" – эти слова эхом отозвались в голове Софии. Она понимала, что возможно уже слишком поздно. Но она не могла не попытаться.

– Тогда покажите мне, где я могу работать, – сказала она. – И мне понадобится всё, что у вас есть по этой теме – исследования, документы, записи.

Фатима встала:

– Следуйте за мной. Мы подготовили для вас рабочее место и собрали все материалы, которые могут быть полезны.

Она провела Софию в другую комнату, большую и хорошо освещённую, с длинным столом, компьютерами и книжными шкафами. На стенах висели карты Египта и схемы пирамид. На столе лежал ноутбук Софии и стояла её сумка.

– Это наша исследовательская комната, – сказала Фатима. – Здесь вы найдёте всё необходимое. Компьютеры защищены и не подключены к интернету из соображений безопасности, но у вас будет доступ ко всем нашим цифровым архивам.

София подошла к столу и включила свой ноутбук, проверяя, не был ли он взломан или повреждён. Всё выглядело нормально.

– Сколько у меня времени? – спросила она.

– Не могу сказать точно, – ответила Фатима. – Но я бы предположила, что у нас есть день или два, прежде чем ситуация может осложниться. Просветлённые не сдаются легко, а если они действительно захватили Хассана, они могут заставить его говорить.

– Он выдаст меня? – встревоженно спросила София.

– Хассан сильный человек, – сказала Фатима. – Но каждый имеет свой предел. И если он решит, что раскрытие вашего местонахождения может спасти более важные секреты, он может это сделать.

София кивнула, понимая суровую логику ситуации.

– Тогда я лучше начну работать немедленно, – сказала она, садясь за стол. – Чем быстрее я расшифрую этот свиток, тем быстрее мы сможем решить, что делать дальше.

Фатима положила свиток на стол рядом с Софией:

– Я оставлю вас работать. Если вам что-то понадобится, используйте этот коммуникатор, – она указала на небольшое устройство, похожее на переговорное устройство. – В здании всегда есть несколько наших членов, они помогут вам.

Она направилась к двери, но остановилась и повернулась:

– И, доктор Новикова… Спасибо. Ваша бабушка была бы горда.

Когда Фатима ушла, София глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Ситуация казалась сюрреалистичной – тайные общества, древние знания, похищения… Как она, рациональный учёный, оказалась в центре всего этого?

Но факты были неопровержимы. Математические формулы в пирамидах, символы в подземной камере, свиток с его странными, но узнаваемыми паттернами – всё это было реальным, осязаемым, требующим объяснения.

София открыла свои заметки и разложила свиток перед собой. Она начала систематически анализировать символы, сравнивая их с тем, что видела в камере под Сфинксом, и с математической последовательностью, которую обнаружила в пропорциях пирамиды.

Постепенно она начала видеть связи, понимать логику, лежащую в основе этого странного языка символов. Это было похоже на решение сложной головоломки, где каждый элемент имел несколько уровней значения.

Часы летели незаметно. София была полностью поглощена работой, забыв о времени, об опасности, обо всём, кроме загадки перед ней. Она делала заметки, строила модели, проверяла гипотезы.

Внезапно её осенило. Она увидела паттерн, который раньше ускользал от неё – повторяющуюся последовательность символов, которая, казалось, служила своего рода ключом или индексом для остального текста.

– Это же… – прошептала она, быстро набирая что-то на клавиатуре. – Это не просто математика. Это описание механизма. Устройства.

София вспомнила слова Махмуда о том, что древнее знание было связано не только с математикой, но и с пониманием фундаментальных законов вселенной. Что если эти символы описывали не абстрактные концепции, а конкретный физический процесс или устройство?

Она продолжила работу с новым пониманием, теперь рассматривая символы не просто как математические формулы, а как своего рода инженерные схемы или инструкции по сборке.

Прошло ещё несколько часов. София настолько сосредоточилась на работе, что не заметила, как в комнату вошла Фатима с подносом еды.

– Вы не отвечали на вызовы по коммуникатору, – сказала Фатима, ставя поднос на край стола. – Я решила проверить, всё ли в порядке.

София подняла голову, моргая, как будто только что проснулась:

– Извините, я… я была полностью поглощена этим. И я думаю, что начинаю понимать.

– Правда? – Фатима подошла ближе, с интересом глядя на экран компьютера и заметки Софии.

– Это не просто текст или формулы, – объяснила София, указывая на свиток. – Это инструкция. Руководство по созданию какого-то устройства или механизма.

– Какого рода устройства? – спросила Фатима.

– Я ещё не уверена, – ответила София. – Но судя по компонентам, которые я смогла идентифицировать, это что-то связанное с энергией. Возможно, с преобразованием энергии или… – она запнулась, не решаясь высказать следующую мысль.

– Или? – подтолкнула её Фатима.

– Или с коммуникацией, – закончила София. – Некоторые элементы напоминают мне современные принципы квантовой телепортации или запутанности. Как если бы это было устройство для связи на огромных расстояниях.

Фатима выглядела впечатлённой:

– Это согласуется с некоторыми нашими теориями. Мы всегда считали, что часть древнего знания касалась методов коммуникации с… теми, кто его передал.

– Вы имеете в виду внеземной разум? – прямо спросила София.

– Я имею в виду разум, который не был ограничен нашим пониманием пространства и времени, – осторожно ответила Фатима. – Называйте это как хотите.

София вернулась к своим заметкам:

– Здесь есть ещё что-то… Последовательность символов, которая повторяется в конце каждого раздела. Я думаю, это может быть своего рода проверка или подтверждение. Как контрольная сумма в современных данных.

– То есть, кто-то хотел убедиться, что информация не будет искажена при копировании или передаче? – предположила Фатима.

– Именно, – кивнула София. – Что говорит о том, насколько важной считалась точность этой информации.

Она потёрла глаза, чувствуя усталость после многих часов концентрации:

– Мне нужно ещё время, чтобы полностью понять это. И я хотела бы сравнить этот свиток с другими подобными артефактами, если они у вас есть.

– У нас есть несколько похожих текстов, но ни один из них не настолько полный или хорошо сохранившийся, – сказала Фатима. – Я принесу вам то, что у нас есть. А пока, пожалуйста, поешьте что-нибудь. Вы работаете уже более двенадцати часов без перерыва.

София удивлённо посмотрела на часы. Действительно, уже наступило утро следующего дня. Она провела всю ночь за работой, не замечая времени.

– Есть новости о докторе Махмуде? – спросила она, только сейчас вспомнив о пропавшем археологе.

Лицо Фатимы стало серьёзным:

– Наши источники подтвердили, что он был захвачен людьми Амары Хай. Его держат где-то на окраине города. Мы пытаемся точно определить местоположение.

– И что вы будете делать, когда найдёте его?

– У нас есть люди, которые могут организовать спасательную операцию, – ответила Фатима. – Но это рискованно. Просветлённые хорошо вооружены и фанатично преданы своему делу.

София вздохнула:

– Я должна закончить расшифровку как можно скорее. Если то, что я начинаю понимать, верно, этот свиток содержит информацию, которая может быть чрезвычайно опасной в неправильных руках.

– Почему вы так думаете? – спросила Фатима.

– Потому что, – София понизила голос, хотя они были одни в комнате, – если я правильно интерпретирую эти символы, устройство, описанное здесь, может манипулировать энергией на квантовом уровне. Теоретически, такая технология могла бы быть использована для создания оружия невероятной мощности.

Фатима побледнела:

– Вы уверены?

– Нет, не полностью, – призналась София. – Но чем больше я изучаю эти символы, тем больше убеждаюсь, что они описывают нечто, выходящее за рамки нашего современного понимания физики. И история показывает, что новые физические принципы часто сначала применяются для создания оружия.

– Тогда мы должны убедиться, что эта информация не попадёт к Просветлённым, – решительно сказала Фатима. – Продолжайте работу, доктор Новикова. Я организую дополнительную охрану для этого дома и ускорю поиски Хассана.

Она вышла, оставив Софию наедине с древним свитком и его тайнами. София сделала глоток остывшего чая и вернулась к работе, чувствуя, что от её успеха зависит не только жизнь Махмуда, но, возможно, и гораздо больше.

Прошло ещё несколько часов напряжённой работы. София продвигалась вперёд в расшифровке свитка, постепенно раскрывая всё больше деталей о загадочном устройстве, описанном в нём. Её первоначальная гипотеза подтверждалась: это было действительно устройство для манипуляции энергией на фундаментальном уровне, с возможными применениями как для коммуникации, так и для воздействия на материю.

Дверь в комнату внезапно распахнулась, и вошла Фатима, её лицо было напряжённым:

– Доктор Новикова, нам нужно уходить. Немедленно.

София подняла голову от компьютера:

– Что случилось?

– Просветлённые нашли нас, – быстро ответила Фатима, собирая документы со стола. – У нас есть всего несколько минут, прежде чем они будут здесь. Возьмите только самое необходимое.

София быстро сохранила свою работу на флэш-накопитель и закрыла ноутбук:

– А как же свиток?

– Я уже упаковала его, – сказала Фатима, показывая небольшую защищённую сумку. – Следуйте за мной. У нас есть запасной выход.

Они быстро покинули комнату и пошли по коридору к задней части дома. По пути они встретили нескольких членов организации, которые спешно собирали документы и оборудование.

– Откуда они узнали об этом месте? – спросила София, следуя за Фатимой вниз по узкой лестнице.

– Возможно, от Хассана, – мрачно ответила Фатима. – Или у них есть шпион среди нас. В любом случае, сейчас это не важно. Важно убраться отсюда и сохранить свиток и вашу работу.

Они спустились в подвал, где Фатима отодвинула тяжёлый шкаф, открывая скрытый проход.

– Это часть древней системы туннелей под Каиром, – объяснила она, включая фонарик. – Они использовались на протяжении веков для контрабанды, побегов и тайных встреч. Мы поддерживаем их в рабочем состоянии именно для таких ситуаций.

София последовала за ней в тёмный туннель, который был достаточно высоким, чтобы идти не сгибаясь. Воздух был затхлым, но не удушливым, что говорило о наличии какой-то вентиляции.

– Куда мы идём? – спросила София, когда они быстро шли по туннелю.

– К безопасному дому в другом районе города, – ответила Фатима. – Там нас ждёт транспорт, который доставит нас в более надёжное место за пределами Каира.

Внезапно позади них раздался приглушённый звук взрыва, и по туннелю прокатилась ударная волна, поднимая пыль.

– Они вошли в дом, – сказала Фатима, ускоряя шаг. – Нам нужно торопиться.

Они продолжали двигаться по туннелю, который периодически разветвлялся. Фатима уверенно выбирала путь, очевидно хорошо зная эту подземную систему.

После того, что показалось Софии вечностью, но на самом деле прошло около двадцати минут, они достигли лестницы, ведущей вверх.

– Мы на месте, – сказала Фатима, поднимаясь по ступеням. – Будьте осторожны и не шумите. Мы выйдем в подвал другого дома, но нам всё равно нужно быть осторожными.

Она осторожно открыла люк и выглянула наружу. Убедившись, что всё чисто, она помогла Софии выбраться.

Они оказались в подвальном помещении, заставленном ящиками и старой мебелью. Фатима провела Софию через подвал к лестнице, ведущей на первый этаж дома.

Наверху их встретил мужчина средних лет с военной выправкой:

– Всё готово, – сказал он Фатиме. – Машина ждёт за углом.

– Спасибо, Ахмед, – кивнула Фатима. – Есть новости о других?

– Большинство успело уйти, – ответил он. – Но двое наших были захвачены.

Фатима сжала губы:

– Мы вернёмся за ними, когда будем в безопасности. Сейчас нам нужно уезжать.

Они быстро вышли из дома через заднюю дверь и прошли по узкому переулку к ожидавшему их неприметному фургону. Ахмед сел за руль, Фатима и София заняли места сзади.

Фургон тронулся, лавируя по узким улочкам старого Каира, направляясь к окраине города.

– Куда мы едем? – спросила София, когда они выехали на более широкую дорогу.

– В Александрию, – ответила Фатима. – У нас есть безопасное место там, связанное с древней библиотекой. Место, где хранилась часть знания до римского завоевания.

София задумалась. Александрийская библиотека была величайшим хранилищем знаний древнего мира, пока не была уничтожена огнём. По легенде, многие бесценные тексты были потеряны навсегда. Но что, если некоторые из них были спрятаны до пожара?

– Вы говорите о какой-то секретной части библиотеки? – спросила она.

– О тайном хранилище, созданном библиотекарями, которые предвидели возможность разрушения, – подтвердила Фатима. – Место, известное очень немногим даже в то время.

София хотела спросить ещё что-то, но вдруг заметила в боковом зеркале чёрный внедорожник, который, казалось, следовал за ними на некотором расстоянии.

– За нами следят? – спросила она, указывая на зеркало.

Фатима и Ахмед обменялись быстрыми взглядами.

– Возможно, – сказал Ахмед, резко поворачивая на боковую улицу. – Сейчас проверим.

Он сделал несколько неожиданных поворотов, пытаясь оторваться от возможной слежки. Но чёрный внедорожник упорно следовал за ними, теперь уже не скрываясь.

– Это они, – мрачно сказала Фатима. – Ахмед, план Б.

Ахмед кивнул и увеличил скорость, направляя фургон в сторону пригородов.

– Что такое план Б? – спросила София, чувствуя, как адреналин снова наполняет её вены.

– Разделение, – коротко ответила Фатима. – Вы поедете с Ахмедом. Я отвлеку их на себя.

– Но они же преследуют меня и свиток, – возразила София. – Вас могут убить.

– Они не знают, у кого из нас свиток, – сказала Фатима, доставая из сумки небольшой пакет, похожий на тот, в который она упаковала древний артефакт. – У меня будет такой же пакет, как настоящий. Это даст вам шанс уйти.

– Я не могу позволить вам рисковать жизнью ради меня, – София покачала головой.

– Это не обсуждается, – твёрдо сказала Фатима. – Защита знания – наша миссия. И ваша работа сейчас важнее, чем чья-либо жизнь.

Фургон резко свернул на пустынную дорогу, идущую параллельно каналу.

– Приготовьтесь, – сказал Ахмед. – Когда я остановлюсь, у вас будет всего несколько секунд.

София хотела протестовать, но поняла, что выбора нет. Она крепче сжала свою сумку с ноутбуком и флэш-накопителем, на котором хранились результаты её работы.

Фургон резко затормозил рядом с небольшим мостом. Фатима быстро передала Софии настоящий свиток в защитном контейнере:

– Идите с Ахмедом. Он доставит вас в безопасное место. И помните – то, что вы расшифровываете, может изменить мир. Будьте осторожны с этим знанием.

Прежде чем София успела ответить, Фатима выскочила из фургона и побежала к видневшемуся неподалёку рынку, где было много людей.

– Идёмте, – Ахмед открыл дверь со стороны Софии. – Под мостом нас ждёт лодка.

София выбралась из фургона, и они быстро спустились к воде, где действительно была привязана небольшая моторная лодка. Краем глаза София увидела, как чёрный внедорожник остановился рядом с фургоном, и из него выскочили несколько человек, бросившихся в погоню за Фатимой.

– Она справится? – спросила София, когда они уже отплывали от берега.

– Фатима – одна из наших лучших оперативников, – ответил Ахмед, заводя мотор. – У неё есть опыт в таких ситуациях. И она знает город как свои пять пальцев.

София оглянулась на удаляющийся берег, чувствуя смесь вины и благодарности. Ещё три дня назад она была обычным профессором математики, чья самая большая проблема заключалась в скептицизме коллег. Теперь она находилась в лодке, уплывающей по каналу на окраине Каира, с древним артефактом и преследуемая религиозными фанатиками.

– Что будет дальше? – спросила она Ахмеда, перекрикивая шум мотора.

– Мы доберёмся до безопасного места, где вы сможете продолжить свою работу, – ответил он. – И будем ждать новостей от Фатимы и о докторе Махмуде.

София кивнула, крепко держа сумку с ноутбуком и свиток. Она чувствовала огромную ответственность. В её руках было не просто древнее знание, но, возможно, ключ к технологии, которая могла изменить мир – к лучшему или к худшему, в зависимости от того, как она будет использована.

Лодка скользила по воде, удаляясь от Каира. Солнце начинало садиться, окрашивая небо в оранжевые и красные тона. Вдалеке виднелись пирамиды Гизы, величественные и загадочные, как и тысячи лет назад, когда в них впервые были закодированы тайны, которые София только начинала разгадывать.

Она знала, что её путь только начался, и что впереди её ждут ещё большие опасности и открытия. Но сейчас, глядя на пирамиды, она чувствовала странное спокойствие, как если бы древние монументы говорили ей, что всё идёт так, как должно идти, по плану, начертанному тысячи лет назад.

Глава 4: Тайна библиотекаря

245 год до н.э., Александрия

Нефертари торопливо шла по мраморным коридорам Великой Библиотеки, её сандалии едва слышно шелестели по полированному полу. Сквозь высокие окна лился золотистый свет заходящего солнца, окрашивая свитки и манускрипты в тёплые тона. В обычное время библиотекарь наслаждалась бы этим зрелищем – тысячи письмен, собранных со всего известного мира, хранилище мудрости веков. Но сегодня её сердце было полно тревоги.

Римляне приближались к Александрии. Ходили слухи, что армия Юлия Цезаря уже в нескольких днях пути от города. А вместе с римлянами приближалась угроза всему, чему Нефертари посвятила свою жизнь.

Она остановилась перед небольшой, незаметной дверью в дальнем конце коридора и оглянулась, убеждаясь, что за ней никто не следит. Достав из складок своей туники маленький бронзовый ключ, Нефертари отперла дверь и проскользнула внутрь, тщательно закрыв её за собой.

Комната была маленькой и практически пустой – всего лишь стол, стул и каменный сундук у дальней стены. Это было одно из тайных хранилищ библиотеки, известное лишь немногим избранным. Здесь хранились тексты, которые считались слишком опасными или священными для обычных глаз.

Нефертари подошла к сундуку и открыла его своим вторым ключом. Внутри лежали свитки, завёрнутые в льняную ткань и помеченные символами, понятными только посвящённым. Она осторожно достала один из них – древний даже по меркам библиотеки, созданный, как гласила легенда, ещё во времена первых фараонов.

Развернув свиток, Нефертари пробежала глазами по странным символам. Это не были обычные иероглифы или греческие буквы. Это был особый язык, язык священной математики, который, по преданию, был дарован людям богом мудрости Тотом, а по другим версиям – пришельцами со звёзд.

Нефертари принадлежала к тайному ордену хранителей этого знания, передаваемого из поколения в поколение на протяжении тысячелетий. Её обучали с детства, готовя к великой миссии – сохранению мудрости, которая однажды должна будет изменить мир, но только тогда, когда человечество будет к этому готово.

И сейчас эта мудрость была в опасности. Нефертари не знала, что произойдёт с библиотекой, когда прибудут римляне. Возможно, они будут относиться к ней с уважением, как к сокровищнице знаний. Но она не могла рисковать. Некоторые знания были слишком ценными, слишком опасными, чтобы доверить их судьбе.

Она аккуратно сложила свитки в небольшую кожаную сумку, которую принесла с собой. Затем достала из-за пояса маленький папирус и писчую трость. Быстрыми, уверенными движениями она начала писать – не обычными словами, а сложным шифром, сочетавшим математические символы и редкие иероглифы.

Это было послание в будущее, карта для тех, кто придёт после неё, кто будет искать скрытое знание. Она указала путь к тайному хранилищу, где собиралась спрятать свитки, и ключи к расшифровке их содержимого.

"Ищущий с чистым сердцем найдёт путь, – писала она на древнем языке жрецов. – Числа укажут дорогу, символы откроют двери. Но помни: знание – это огонь. Оно может согревать и освещать, но может и сжечь мир дотла. Храни его мудро".

Закончив писать, Нефертари дождалась, пока чернила высохнут, затем свернула папирус и запечатала его своим перстнем с изображением Анубиса – символом ордена хранителей.

Быстрыми шагами она покинула тайную комнату, заперев за собой дверь. Теперь ей предстояло покинуть Александрию до прибытия римлян и добраться до условленного места – древнего святилища в пустыне, где знание будет храниться в безопасности до тех пор, пока не придёт время.

Выходя из библиотеки в сгущающиеся сумерки, Нефертари бросила последний взгляд на величественное здание. Сердце её сжалось от предчувствия. Она знала, что возможно никогда больше не увидит этих стен, этих бесценных сокровищ мудрости. Но её долг был выше личных привязанностей. Священное знание должно было выжить, даже если сама библиотека падёт.

Решительно закинув сумку на плечо, Нефертари направилась к докам, где её ждала лодка, которая должна была унести её и её драгоценный груз прочь от угрозы.

"Однажды, – думала она, глядя на звёзды, загорающиеся в темнеющем небе, – придёт тот, кто будет готов принять это знание. И тогда начнётся новая эра для человечества".

Наши дни

София открыла глаза и несколько секунд смотрела в потолок, пытаясь понять, где находится. Комната была незнакомой – небольшая, с белёными стенами и простой деревянной мебелью. Через маленькое окно лился яркий солнечный свет, а издалека доносился приглушённый шум волн.

События предыдущего дня вернулись к ней потоком образов: подземная камера под Сфинксом, исчезновение Махмуда, побег из Каира, лодка…

Она села на кровати, и только сейчас заметила, что кто-то снял с неё обувь и накрыл лёгким одеялом. Её сумка с ноутбуком и драгоценный свиток лежали на столе у окна.

В дверь осторожно постучали.

– Доктор Новикова? Вы проснулись? – раздался голос Ахмеда.

– Да, входите, – ответила София, быстро поправляя волосы.

Ахмед вошёл, держа поднос с чашкой кофе, свежим хлебом и фруктами.

– Доброе утро, – сказал он, ставя поднос на маленький столик у кровати. – Как вы себя чувствуете?

– Немного дезориентирована, – честно призналась София. – Где мы?

– В безопасном месте на побережье, примерно в тридцати километрах к востоку от Александрии, – ответил Ахмед. – Этот дом принадлежит нашей организации уже несколько поколений. Здесь вы можете спокойно работать.

София подошла к окну. За ним открывался вид на бескрайнее Средиземное море, синее и спокойное в утреннем свете. Небольшой сад окружал дом, за которым начинался песчаный берег.

– Красиво, – сказала она. – И тихо.

– Именно поэтому мы выбрали это место, – кивнул Ахмед. – Ближайшая деревня в нескольких километрах отсюда. Никто не побеспокоит вас.

София повернулась к нему:

– Есть новости о докторе Махмуде? Или о Фатиме?

Лицо Ахмеда стало серьёзным:

– От Фатимы пришло сообщение. Она смогла уйти от преследователей и сейчас находится в безопасности. Что касается доктора Махмуда… – он помедлил. – У нас есть информация, что его держат в заброшенном промышленном комплексе на окраине Каира. Мы разрабатываем план его освобождения.

София кивнула, чувствуя одновременно облегчение за Фатиму и тревогу за Махмуда.

– Чем я могу помочь? – спросила она.

– Продолжайте работу над расшифровкой свитка, – ответил Ахмед. – Это сейчас самое важное. Чем больше мы будем знать о том, что содержится в этих древних текстах, тем лучше сможем противостоять Просветлённым.

София подошла к столу и взяла контейнер со свитком.

– Мне нужно продолжить анализ, – сказала она. – Но я также хотела бы узнать больше о вашей организации, о Хранителях. И о моей бабушке. Фатима сказала, что она была одной из вас.

Ахмед кивнул:

– Я расскажу вам всё, что знаю. Но сначала поешьте и приведите себя в порядок. Ванная комната в конце коридора. Чистая одежда в шкафу – надеюсь, размер подойдёт. Когда будете готовы, приходите в библиотеку на первом этаже. Там есть материалы, которые могут быть вам полезны.

Он вышел, оставив Софию наедине с её мыслями. Она сделала глоток кофе – крепкого и ароматного, приготовленного по-арабски, с кардамоном – и почувствовала, как к ней возвращаются силы.

После быстрого завтрака и освежающего душа София переоделась в чистую одежду, которую нашла в шкафу – простые хлопковые брюки и тунику, удобные и прохладные в жарком средиземноморском климате. Затем, взяв ноутбук и свиток, она спустилась на первый этаж.

Библиотека оказалась просторной комнатой с высокими потолками и стенами, полностью заставленными книжными полками. В центре стоял большой деревянный стол, освещённый мягким светом настольных ламп. Ахмед уже ждал её там, раскладывая какие-то документы.

– Прошу вас, – сказал он, указывая на удобное кресло. – Я подготовил некоторые материалы, которые могут помочь вам в расшифровке свитка.

София села за стол и с интересом посмотрела на разложенные перед ней документы – старые фотографии, карты, копии древних текстов.

– Что это? – спросила она.

– Записи предыдущих исследователей, работавших с подобными артефактами, – ответил Ахмед. – Некоторые из них датируются девятнадцатым веком, другие сделаны совсем недавно. Все они пытались понять язык символов, закодированных в древних текстах.

София начала просматривать документы, быстро схватывая ключевые детали.

– Здесь упоминается библиотекарь по имени Нефертари, – сказала она, указывая на один из текстов. – Кто она?

– Одна из первых Хранителей, о которых у нас есть достоверные исторические свидетельства, – ответил Ахмед. – Она жила во времена расцвета Александрийской библиотеки и, согласно нашим записям, спасла многие важные тексты перед римским вторжением. В том числе те, что касались священной математики.

– И что случилось с этими текстами? – спросила София.

– Большинство из них было утеряно на протяжении веков, – вздохнул Ахмед. – Некоторые уничтожены намеренно теми, кто считал это знание слишком опасным. Другие просто затерялись в хаосе истории – войны, пожары, стихийные бедствия. Свиток, который у вас сейчас, – один из немногих сохранившихся фрагментов.

София внимательно посмотрела на Ахмеда:

– Вы действительно верите, что это знание имеет… нечеловеческое происхождение?

Ахмед помедлил, подбирая слова:

– Я верю, что тысячи лет назад произошёл контакт между человечеством и разумом, который превосходил наш собственный. Назовите это как хотите – богами, пришельцами, высшими существами. Суть в том, что этот контакт оставил след, закодированный в монументах, текстах и артефактах. След, который мы только начинаем полностью понимать.

София задумалась. Ещё неделю назад она бы отвергла такую идею как ненаучную фантазию. Но после всего увиденного и пережитого… формулы в подземной камере, математические константы, закодированные в пирамидах, странные символы в древнем свитке, которые напоминали современные научные концепции…

– Расскажите мне о моей бабушке, – попросила она, переводя тему. – Как она была связана с вашей организацией?

Ахмед встал и подошёл к одной из книжных полок. Достав старый фотоальбом, он вернулся к столу и открыл его на заложенной странице.

– Софья Андреевна Новикова, – сказал он, указывая на фотографию молодой женщины с проницательными серыми глазами – так похожими на глаза самой Софии. – Блестящий математик, которая увидела то, что другие пропустили – паттерны и закономерности в древних текстах, которые мы изучали.

София всматривалась в лицо бабушки, такое знакомое и одновременно незнакомое – молодое, полное энергии и целеустремлённости.

– Она была в России, когда мы впервые связались с ней, – продолжил Ахмед. – Это было сложно в те времена, во время холодной войны. Но она рискнула и приехала на конференцию в Прагу, где встретилась с одним из наших старейших членов. Он показал ей некоторые из наших текстов, и она сразу поняла их значимость.

– Как она смогла участвовать в вашей работе, живя в Советском Союзе? – спросила София.

– С большими трудностями и риском, – ответил Ахмед. – Она редко могла выезжать за границу, но когда ей это удавалось, она работала с нами. А в остальное время вела исследования самостоятельно, маскируя их под обычные математические изыскания. Мы переписывались с помощью кодов и шифров.

Он перевернул страницу, показывая другую фотографию – её бабушка стояла рядом с Махмудом, оба моложе, на фоне чего-то, что выглядело как древние руины.

– Это было в 1982 году, в Луксоре, – пояснил Ахмед. – Одна из редких возможностей для неё работать непосредственно с артефактами. Они с Хассаном стали близкими друзьями и коллегами.

София почувствовала, как к горлу подступает комок. Она всегда была близка с бабушкой, но теперь понимала, что целый пласт её жизни оставался скрытым.

– Почему она никогда не рассказывала мне об этом? – спросила она тихо.

– Она хотела защитить вас, – мягко ответил Ахмед. – Быть Хранителем – это не только честь, но и бремя, и опасность. Она хотела, чтобы вы сами сделали выбор, когда придёт время. Но она видела в вас потенциал. Видела, что вы унаследовали её дар к математике и интуитивное понимание паттернов. Поэтому она оставила вам подсказки – книги, истории, статуэтку Анубиса.

София вспомнила, как бабушка рассказывала ей древние мифы, как учила её видеть красоту в числах и формулах, как поощряла её интерес к археологии и древним культурам.

– И всё это было подготовкой? – спросила она с ноткой горечи.

– Скорее, открытием возможностей, – поправил её Ахмед. – Она никогда не манипулировала вами. Она просто показывала вам двери, но решение, какую из них открыть, всегда оставляла за вами.

София кивнула, принимая это объяснение. Она знала свою бабушку – доброго, мудрого человека, который всегда уважал её самостоятельность и свободу выбора.

– Что ж, – сказала она, возвращаясь к разложенным на столе документам, – давайте посмотрим, что ещё я могу узнать о Нефертари и её тайнах.

Следующие несколько часов София провела, изучая документы и делая заметки. Она сопоставляла символы из свитка с теми, что были найдены в других артефактах, искала закономерности, применяла свои знания криптографии.

– Здесь упоминается какой-то монастырь, – сказала она, указывая на документ, который изучала. – Коптский монастырь Святого Антония. Что-то о "месте, где хранится ключ к пониманию".

Ахмед подошёл ближе, рассматривая указанный ею текст:

– Да, это важное место для нашей организации. Монастырь был основан в четвёртом веке нашей эры, но стоит на месте гораздо более древнего святилища. Согласно нашим записям, там может храниться один из ключевых текстов, спасённых Нефертари.

– Где находится этот монастырь? – спросила София.

– В горах недалеко от Красного моря, – ответил Ахмед. – Примерно в ста пятидесяти километрах к юго-востоку от Каира. Это одно из самых древних христианских монастырей в мире.

София задумалась:

– Мы должны поехать туда. Если там действительно есть текст, связанный с этим свитком, он может помочь нам в расшифровке.

– Это рискованно, – нахмурился Ахмед. – Просветлённые всё ещё ищут вас. И мы не знаем, насколько широка их сеть.

– Но мы не можем просто сидеть здесь и ждать, – возразила София. – Каждый день, который Махмуд проводит в плену, уменьшает шансы на его спасение. И кто знает, что Просветлённые могут узнать от него, даже против его воли?

Ахмед колебался, явно разрываясь между необходимостью обеспечить безопасность Софии и пониманием срочности ситуации.

– Хорошо, – наконец сказал он. – Мы поедем в монастырь. Но не сегодня. Нам нужно подготовиться, обеспечить безопасный маршрут и предупредить наших людей там. Завтра на рассвете мы отправимся.

София кивнула, удовлетворённая таким решением.

– А пока, – продолжил Ахмед, – есть ещё кое-что, что может вас заинтересовать.

Он подошёл к дальнему углу библиотеки, где стоял старинный секретер из тёмного дерева. Открыв один из потайных ящиков, он достал небольшую деревянную шкатулку, искусно инкрустированную перламутром.

– Это принадлежало вашей бабушке, – сказал он, протягивая шкатулку Софии. – Она оставила это здесь во время своего последнего визита, сказав, что однажды вы можете в этом нуждаться.

София с трепетом взяла шкатулку. На крышке был вырезан символ Анубиса, такой же, как на статуэтке, которую бабушка подарила ей много лет назад.

Она осторожно открыла шкатулку. Внутри лежал старый кожаный блокнот, небольшой серебряный ключ и фотография – её бабушка и маленькая София, лет пяти, сидят вместе на скамейке в парке. На обратной стороне фотографии была надпись на русском: "Моей дорогой Софии. Однажды ты найдёшь свой путь к истине. Всегда следуй за числами. Они никогда не лгут".

София почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Она осторожно отложила фотографию и взяла блокнот. Страницы были заполнены мелким, аккуратным почерком бабушки – формулы, диаграммы, заметки на русском и английском, иногда переходящие в какой-то шифр.

– Это её исследовательский дневник, – пояснил Ахмед. – Она вела его на протяжении многих лет, записывая свои открытия и мысли о священной математике.

София начала листать дневник, сразу узнавая математический стиль бабушки – элегантный, лаконичный, с неожиданными интуитивными скачками, которые потом подтверждались строгими доказательствами.

– Это… это невероятно, – прошептала она, всё глубже погружаясь в записи. – Она видела связи, которые я только сейчас начинаю понимать. Здесь есть заметки о пропорциях пирамид, о числовых последовательностях в древних текстах…

На одной из страниц она нашла знакомую последовательность – ту самую, которую обнаружила в пропорциях Великой пирамиды с помощью своего алгоритма. Бабушка нашла её на десятилетия раньше, без помощи современных компьютеров, просто благодаря своему математическому гению и интуиции.

– Она была удивительной женщиной, – сказал Ахмед, глядя, как София изучает дневник. – Одной из самых ярких умов, с которыми мне доводилось встречаться.

София подняла взгляд от дневника:

– Вы знали её лично?

– Да, хотя я был тогда совсем молод, – ответил Ахмед с лёгкой улыбкой. – Я только начинал работать с организацией, когда она приезжала в последний раз. Она произвела на меня огромное впечатление – её ясный ум, её страсть к знаниям, её доброта.

София снова посмотрела на дневник, перелистывая страницы, пока её внимание не привлекла карта, нарисованная от руки. Это был план монастыря Святого Антония, с отметкой в одном из внутренних дворов.

– Смотрите, – сказала она, показывая карту Ахмеду. – Она была в этом монастыре. И отметила что-то здесь.

Ахмед внимательно посмотрел на карту:

– Это часовня Святого Марка. Одна из самых древних частей монастыря. По легенде, она построена на месте пещеры, где Антоний Великий скрывался от демонов искушения.

– А что это за символы? – София указала на странные знаки, нарисованные рядом с отметкой.

Ахмед наклонился ближе, изучая символы:

– Это древнекоптский шифр, который использовали монахи для защиты священных текстов. Ваша бабушка была одной из немногих, кто мог его читать.

– Вы можете его расшифровать? – спросила София.

– Лишь частично, – признался Ахмед. – Но в монастыре есть люди, которые знают этот язык лучше. Один из старейших монахов, отец Иосиф, является тайным членом нашей организации уже более пятидесяти лет.

София продолжила изучать дневник, находя всё больше информации, связанной с её собственными исследованиями. Было странное чувство – словно она вела диалог с бабушкой через года, через смерть, соединяя фрагменты головоломки, которую та начала собирать задолго до неё.

– Здесь есть упоминание о дневнике Нефертари, – сказала она, указывая на запись, датированную 1983 годом. – Бабушка пишет, что видела фрагменты этого дневника в монастыре Святого Антония. Она считала, что в нём содержится ключ к полному пониманию священной математики.

– Дневник Нефертари… – задумчиво повторил Ахмед. – Об этом артефакте ходят легенды даже среди Хранителей. Многие считают его утерянным навсегда.

– Но моя бабушка, похоже, видела его, – возразила София. – Или, по крайней мере, часть его. И судя по этим записям, он может храниться именно в том монастыре.

Ахмед выглядел взволнованным:

– Если это правда, и дневник Нефертари действительно существует… это может быть самым важным открытием за последние столетия. В нём могут содержаться не только математические формулы, но и исторические свидетельства о первоначальном контакте, о передаче знаний, о истинной природе этого знания.

София закрыла дневник бабушки и решительно посмотрела на Ахмеда:

– Тем более нам нужно как можно скорее отправиться в монастырь. Нельзя допустить, чтобы Просветлённые добрались туда первыми.

Ахмед кивнул:

– Я начну подготовку немедленно. Свяжусь с нашими людьми в монастыре, организую транспорт и безопасный маршрут. А вы продолжайте изучать дневник вашей бабушки и свиток. Каждая деталь может оказаться важной.

Он вышел из библиотеки, оставив Софию наедине с дневником бабушки и древним свитком. Она чувствовала, что находится на пороге великого открытия, которое может изменить не только её понимание истории, но и будущее человечества.

София вернулась к столу и открыла ноутбук, готовая продолжить работу. Но прежде она ещё раз взглянула на фотографию, где они с бабушкой сидели в парке. Теперь она понимала, что её путь к этому моменту начался гораздо раньше, чем она думала – с детских сказок, с первых уроков математики, с заботливо подобранных книг и игр, которые формировали её ум определённым образом.

"Спасибо, бабушка", – прошептала она, бережно убирая фотографию обратно в шкатулку. Затем она глубоко вздохнула и погрузилась в работу, решительно настроенная разгадать тайну, которую её семья хранила на протяжении поколений.

Снаружи, на безмятежном средиземноморском побережье, день медленно клонился к вечеру. Но в тихой библиотеке время словно остановилось, пока София Новикова соединяла нити прошлого и настоящего, древней мудрости и современной науки, приближаясь шаг за шагом к истине, которая ждала своего часа тысячи лет.

Глава 5: Первый контакт

Дорога к монастырю Святого Антония петляла между скалистыми холмами, постепенно поднимаясь всё выше в горы восточной пустыни. София смотрела в окно внедорожника на проплывающий мимо суровый ландшафт – бесплодные каменистые плато, глубокие овраги, древние высохшие русла рек. Природа здесь была первозданной и беспощадной, почти не тронутой человеческой цивилизацией.

– Трудно поверить, что в таком месте существует монастырь, который непрерывно функционирует более шестнадцати веков, – сказала она, нарушая молчание, установившееся в машине.

Ахмед, сидевший за рулём, кивнул:

– Именно изоляция и помогла ему выжить. В этих горах монахи были защищены от многих потрясений, которые переживал Египет на протяжении веков – от арабского завоевания до османского владычества, от наполеоновских войн до британской колонизации.

– И всё это время они хранили древние тексты? – спросила София.

– Да, хотя многие из них даже не понимали истинного значения того, что охраняли, – ответил Ахмед. – Для большинства монахов это были просто священные реликвии, доставшиеся от предшественников. Только избранные, принадлежащие к нашему ордену, знали об их истинной природе.

Они выехали на прямой участок дороги, и впереди показались стены монастыря – массивные, похожие на крепостные, они словно вырастали из окружающих скал, соединяясь с ними в единое целое.

– Это оно? – спросила София, глядя на древнее сооружение.

– Да, монастырь Святого Антония, – подтвердил Ахмед. – Один из древнейших христианских монастырей в мире и одно из важнейших хранилищ нашего знания.

Он остановил машину перед воротами монастыря – высокими и узкими, усиленными коваными полосами металла, потемневшими от времени. Рядом с воротами стояла современная будка охранника, единственный признак двадцать первого века в этом месте, которое, казалось, существовало вне времени.

Охранник в форме, увидев Ахмеда, почтительно кивнул и открыл небольшую дверь в воротах, пропуская их внутрь.

Они вошли во внутренний двор монастыря, и София на мгновение остановилась, поражённая контрастом между суровым пустынным пейзажем снаружи и буйной зеленью внутри. Двор был настоящим оазисом – с пальмами, цветущими кустарниками и журчащими фонтанами. По периметру располагались здания различной древности – от почти разрушенных каменных построек, явно относящихся к раннему периоду монастыря, до более современных сооружений.

– Удивительно, – прошептала София, оглядываясь вокруг.

– Монастырь построен вокруг природного источника, – пояснил Ахмед. – Именно поэтому Святой Антоний выбрал это место для своего уединения, и именно поэтому здесь смогла процветать монашеская община.

К ним подошёл пожилой монах в традиционной чёрной рясе с капюшоном. Его длинная седая борода и глубокие морщины говорили о почтенном возрасте, но глаза – ясные и проницательные – сияли молодой энергией.

– Ахмед, сын мой, – сказал он на арабском, обнимая их проводника. – Рад видеть тебя снова.

– Отец Иосиф, – Ахмед почтительно поклонился. – Это большая честь. Позвольте представить вам доктора Софию Новикову.

Старый монах повернулся к Софии, внимательно изучая её лицо:

– Дочь Софьи Андреевны, – сказал он уже на английском с лёгким акцентом. – Вы очень похожи на свою бабушку.

– Вы знали мою бабушку? – удивилась София.

– О да, – кивнул отец Иосиф с тёплой улыбкой. – Она несколько раз посещала наш монастырь. Удивительная женщина с удивительным умом. Идёмте, – он жестом пригласил их следовать за собой. – Я знаю, зачем вы здесь, и время не ждёт.

Они пошли за монахом через внутренний двор к одному из старейших зданий комплекса – небольшой каменной часовне с куполом и древним коптским крестом над входом.

– Часовня Святого Марка, – прошептал Ахмед Софии. – Та самая, что отмечена в дневнике вашей бабушки.

Отец Иосиф открыл тяжёлую деревянную дверь и пропустил их внутрь. В часовне было прохладно и сумрачно. Свет проникал через узкие окна-бойницы и разноцветные витражи, создавая мистическую атмосферу. Стены были покрыты древними фресками, изображавшими сцены из жизни святых и библейские сюжеты.

– Это место священно для коптов уже более тысячи шестисот лет, – сказал отец Иосиф, ведя их к алтарю. – Но ещё до христианства здесь было святилище, посвящённое иному знанию.

Он остановился перед алтарём, украшенным искусной резьбой и позолотой, и, убедившись, что они одни, нажал на скрытый механизм. Часть алтаря бесшумно отодвинулась, открывая узкий проход и каменные ступени, ведущие вниз.

– Следуйте за мной, – сказал монах, зажигая свечу. – И будьте осторожны – ступени старые и скользкие.

Они спустились по крутой лестнице в подземное помещение, вырубленное прямо в скале. Здесь было прохладно и сухо, воздух слегка пах ладаном и старой бумагой. Отец Иосиф зажёг несколько масляных ламп, и в их мягком свете София увидела небольшую комнату, стены которой были уставлены деревянными полками с древними свитками, кодексами и манускриптами.

– Тайная библиотека монастыря, – объяснил монах. – Здесь хранятся тексты, которые никогда не выставлялись для публичного доступа. Некоторые из них существуют в единственном экземпляре и датируются временами ранних христиан и даже более древними периодами.

София осторожно подошла к ближайшей полке, рассматривая манускрипты. Они были написаны на различных языках – коптском, греческом, арабском, некоторые на языках, которые она не могла идентифицировать.

– Это невероятное собрание, – прошептала она. – Настоящее сокровище для историков и лингвистов.

– И не только для них, – заметил отец Иосиф, направляясь к дальнему углу комнаты. – Некоторые из этих текстов содержат знания, которые выходят далеко за рамки исторического или лингвистического интереса.

Он остановился перед небольшим каменным сундуком, искусно вырезанным из цельного куска базальта. На крышке сундука был изображён символ, который София уже видела раньше – на статуэтке Анубиса, в подземной камере под Сфинксом, на древнем свитке.

– Ключ Тота, – прошептала она, узнавая символ.

Отец Иосиф одобрительно кивнул:

– Именно так. Символ, который связывает все артефакты, относящиеся к священному знанию.

Он достал из складок своей рясы маленький ключ, очень похожий на тот, что София нашла в шкатулке бабушки.

– Ваша бабушка оставила у нас свой ключ на хранение, – пояснил монах, видя удивление Софии. – Она знала, что когда-нибудь вы придёте сюда.

Он вставил ключ в скрытое отверстие на боковой стороне сундука и повернул его. Раздался тихий щелчок, и крышка слегка приподнялась. Отец Иосиф аккуратно открыл сундук полностью.

Внутри, на подушке из выцветшего красного шёлка, лежал древний кодекс – книга, сшитая из листов пергамента, с обложкой из потрескавшейся кожи, украшенной золотым тиснением.

– Дневник Нефертари, – торжественно произнёс отец Иосиф. – Или, по крайней мере, та его часть, которая сохранилась до наших дней.

София затаила дыхание. Перед ней был артефакт, созданный более двух тысяч лет назад, рукой женщины, которая спасла древнее знание от уничтожения. Женщины, которая, как и она сама, была посвящена в тайны священной математики.

– Могу я…? – она неуверенно протянула руку.

– Конечно, – кивнул монах. – Для этого он и хранился все эти века. Чтобы однажды попасть в руки того, кто сможет понять его.

София осторожно взяла кодекс и перенесла его на небольшой стол, стоящий в центре комнаты. Ахмед и отец Иосиф встали по обе стороны от неё, с нетерпением ожидая, что она обнаружит.

С бесконечной осторожностью София открыла книгу. Первая страница была покрыта письменами, которые она не могла прочитать – возможно, ранняя форма коптского или демотического письма. Но между строками текста были вплетены символы и числа, которые она узнала – те же самые, что встречались в свитке и в камере под Сфинксом.

– Я не могу прочитать текст, – сказала она, – но математические символы мне знакомы. Они соответствуют тем, что я уже видела в других артефактах.

– Текст написан на особой форме жреческого письма, которое использовалось в Александрийской библиотеке для самых священных документов, – объяснил отец Иосиф. – Очень немногие могут его прочитать сегодня. Я один из них.

– Вы можете перевести его для нас? – спросил Ахмед.

Монах кивнул:

– Частично. Некоторые пассажи используют шифр, который даже я не полностью понимаю. Но основное содержание я могу передать.

Он наклонился над книгой, водя пальцем по строкам и тихо проговаривая слова на непонятном языке, словно восстанавливая в памяти давно не используемые знания.

– Здесь Нефертари рассказывает о своей жизни и обучении, – начал он. – О том, как её выбрали для служения в Александрийской библиотеке, как она была посвящена в тайны жреческого знания. Она пишет о своём учителе, человеке по имени Птолемей – не путать с царской династией, это было распространённое имя в то время.

София слушала, затаив дыхание, пока отец Иосиф читал и переводил древний текст.

– Затем она переходит к описанию особого знания, которое было доверено ей хранить. Знания, которое, по её словам, "пришло со звёзд в незапамятные времена". Она пишет о "первом контакте" – событии, которое произошло в эпоху строительства великих пирамид, когда "существа из света" передали определённым избранным людям понимание космоса, математики и энергии, далеко превосходящее всё, что было известно человечеству в то время.

– Существа из света? – переспросила София. – Это метафора или…?

– Нефертари не уточняет, – ответил монах. – Она пишет так, как будто для неё это было общеизвестным фактом. Возможно, в её время среди посвящённых была более полная информация об этом событии.

Он перевернул страницу, и София увидела схему, нарисованную с поразительной точностью – геометрическая конструкция, напоминающая современные фрактальные модели.

– Здесь она описывает структуру того, что называет "священной математикой", – продолжил отец Иосиф. – Система знаний, которая объединяет числа, геометрию, астрономию и то, что мы сегодня назвали бы квантовой физикой, в единую модель реальности.

София внимательно изучала схему, начиная понимать её логику. Это была не просто геометрическая фигура – это была модель мышления, способ организации знаний, который позволял увидеть связи между явлениями, которые на первый взгляд казались несвязанными.

– Это потрясающе, – прошептала она. – Это… это похоже на то, что я пыталась создать в своих исследованиях. Алгоритм для обнаружения скрытых паттернов в кажущихся случайными данных.

– Возможно, не случайно, – заметил Ахмед. – Возможно, ваша интуиция вела вас к переоткрытию этого древнего знания.

Отец Иосиф перевернул ещё несколько страниц, и они увидели текст, написанный уже другим почерком, более угловатым и спешным.

– Здесь Нефертари пишет о своём побеге из Александрии, – перевёл монах. – О том, как она узнала о приближении римлян и решила спасти самые важные тексты. Она рассказывает о своём путешествии через пустыню, о трудностях, которые ей пришлось преодолеть.

Он продолжал читать, переводя на ходу, и София узнала историю женщины, которая рисковала всем ради сохранения знания, которое считала священным. Нефертари описывала, как она распределила различные тексты по разным тайникам, чтобы уменьшить риск потери всего сразу. Как она обучала доверенных людей, которые должны были хранить это знание и передавать его следующим поколениям.

– А вот это особенно интересно, – сказал отец Иосиф, указывая на пассаж в конце страницы. – Здесь она пишет о том, что знание было намеренно разделено и закодировано в различных формах – в архитектуре, в математических пропорциях, в астрономических расчётах, в текстах и символах. Это было сделано, чтобы предотвратить его неправильное использование. Полное понимание могло быть достигнуто только путём соединения всех этих частей вместе.

– Как головоломка, – кивнула София. – Или как система сдержек и противовесов. Никто не мог получить полное знание, не собрав все фрагменты.

– Именно, – согласился монах. – И каждый фрагмент был защищён особым образом – шифрами, головоломками, испытаниями, которые могли пройти только те, кто обладал определённым складом ума и определёнными моральными качествами.

Он перевернул ещё одну страницу, и они увидели карту – схематичное изображение Средиземного моря и окружающих земель, с отмеченными точками и линиями, соединяющими их.

– Места хранения различных фрагментов знания, – пояснил отец Иосиф. – Некоторые из них очевидны – Гиза, Луксор, Александрия. Другие более загадочны. Здесь, например, – он указал на точку где-то в Греции, – похоже на Дельфы. А это, – он показал на другую отметку в горах северной Италии, – возможно, место, которое позже стало известно как монастырь Монте-Кассино.

София внимательно изучала карту, запоминая расположение отмеченных мест. Если это действительно были хранилища древнего знания, то многие из них, вероятно, давно разрушены или утеряны. Но некоторые могли сохраниться.

– А что это за символы рядом с каждой точкой? – спросила она, указывая на странные знаки, нарисованные красными чернилами.

– Это указания на характер хранимого знания, – ответил монах. – Насколько я могу судить, этот символ, – он показал на знак рядом с Гизой, – обозначает математические пропорции. Этот, – он указал на знак рядом с Александрией, – относится к текстовым описаниям. А этот, – он перешёл к символу рядом с точкой в Дельфах, – похоже, связан с астрономическими наблюдениями.

София сопоставляла эту информацию с тем, что уже знала. Всё сходилось – математические последовательности в пропорциях пирамид, тексты, подобные свитку, который она изучала, астрономические знания, закодированные в древних обсерваториях.

– Здесь есть ещё кое-что, – сказал отец Иосиф, переворачивая страницу. – Описание того, что Нефертари называет "Устройством Контакта".

София и Ахмед обменялись взглядами. Это звучало как подтверждение теории, которую София начала формулировать, изучая свиток.

– Согласно этому тексту, – продолжил монах, – в древности существовало устройство, которое позволяло осуществлять "общение с теми, кто принёс знание". Устройство, которое работало на принципах, далеко превосходящих технологии того времени. Нефертари пишет, что оно было разобрано и части его спрятаны в разных местах, чтобы предотвратить его использование неподготовленными или злонамеренными людьми.

– И инструкции по его сборке и использованию также были разделены, – догадалась София. – Часть из них находится в свитке, который мы нашли.

– Очень вероятно, – кивнул отец Иосиф. – Нефертари не даёт полного описания устройства или его функций, но она указывает на необходимость "соединения частей, когда придёт время".

Он продолжил чтение, и София узнала, что Нефертари провела последние годы своей жизни, путешествуя по всему древнему миру, распределяя фрагменты знания среди доверенных хранителей и создавая сеть посвящённых, которые должны были оберегать это знание через века.

– Последние записи в дневнике датируются примерно 220 годом до нашей эры, – сказал отец Иосиф, дойдя до конца кодекса. – Нефертари к тому времени была уже пожилой женщиной по меркам того времени. Она пишет о том, что чувствует приближение конца своего пути, и передаёт дневник своей ученице, девушке по имени Исида, с наказом продолжить её работу.

– И этот дневник каким-то образом оказался здесь, в монастыре, который был основан на столетия позже? – спросила София.

– Монастырь стоит на месте гораздо более древнего святилища, – объяснил монах. – Место, которое всегда считалось священным. Согласно нашим устным преданиям, первые христианские отшельники, пришедшие сюда, обнаружили древние тексты, скрытые в пещерах. Не понимая их полностью, но чувствуя их важность, они сохранили их. Со временем образовалась традиция хранителей, которая в конечном итоге слилась с вашим орденом, – он кивнул Ахмеду.

София вернулась к карте в дневнике, изучая отмеченные места.

– Если эта карта точна, и если хотя бы некоторые из указанных хранилищ сохранились, мы могли бы реконструировать больше фрагментов древнего знания, – сказала она. – Возможно, даже достаточно, чтобы понять принцип работы "Устройства Контакта".

– Это было бы невероятное открытие, – согласился Ахмед. – Но также и огромный риск. Если такое устройство действительно существовало и могло обеспечивать контакт с… кем бы то ни было, его воссоздание могло бы иметь непредсказуемые последствия.

– Кроме того, – добавил отец Иосиф, – мы не единственные, кто ищет это знание. Есть и другие, чьи намерения далеко не так благородны.

София подумала о Просветлённых, о их лидере Амаре Хай, о похищенном докторе Махмуде.

– Тем более важно, чтобы мы опередили их, – сказала она. – Если это знание действительно настолько могущественно, как говорит Нефертари, мы не можем позволить ему попасть в руки тех, кто использует его во вред.

Она достала свой телефон и сделала несколько фотографий ключевых страниц дневника, особенно карты и описания "Устройства Контакта".

– Мне нужно сопоставить эту информацию с тем, что я уже расшифровала из свитка, – сказала она. – Возможно, вместе они дадут более полную картину.

Отец Иосиф внимательно наблюдал за ней:

– Вы действительно намерены продолжать этот поиск? Несмотря на опасности?

София на мгновение задумалась. Ещё неделю назад она была обычным профессором математики, чья жизнь вращалась вокруг лекций, исследований и академических публикаций. Теперь она оказалась вовлечена в нечто гораздо большее – поиск древнего знания, которое могло изменить понимание человечества о собственной истории и месте во вселенной.

– Да, – твёрдо сказала она. – Я должна узнать правду. О том, что скрыто в этих древних текстах, о бабушке, о её роли во всём этом. И если есть хотя бы шанс, что это знание может помочь человечеству, я не могу просто отвернуться от него.

Отец Иосиф улыбнулся, словно её ответ подтвердил что-то, что он уже знал:

– Тогда я дам вам кое-что ещё. Нечто, что ваша бабушка оставила специально для вас.

Он подошёл к дальней полке и достал небольшую кожаную сумку, запечатанную сургучом с оттиском символа Анубиса.

– Она оставила это здесь во время своего последнего визита, – сказал монах, протягивая сумку Софии. – С указанием передать только вам, когда вы будете готовы.

София приняла сумку, чувствуя её странный вес – не тяжёлый, но ощутимый, как будто внутри было что-то плотное и компактное. Она осторожно сломала печать и открыла сумку.

Внутри лежал предмет, завёрнутый в шёлковую ткань. София развернула его и увидела небольшой металлический диск, похожий на астролябию или какой-то древний навигационный инструмент. Но вместо обычных астрономических символов, он был покрыт странными знаками и числами, очень похожими на те, что она видела в свитке и в дневнике Нефертари.

– Что это? – спросила она, поворачивая диск в руках и наблюдая, как свет играет на его поверхности.

– Ваша бабушка называла его "Ключом к звёздам", – ответил отец Иосиф. – Она нашла его во время экспедиции в Грецию, в руинах древнего храма близ Дельф. Согласно её теории, это был компонент или, возможно, ключ к активации "Устройства Контакта".

София внимательно изучала диск. Он был сделан из странного металла – не золото, не серебро, не бронза, но что-то, что напоминало все три одновременно. Символы на нём были выгравированы с невероятной точностью, которую трудно было объяснить технологиями древнего мира.

– Этот металл… – начала она.

– Необычный, не так ли? – кивнул отец Иосиф. – Ваша бабушка провела его анализ. Это сплав, содержащий элементы, которые редко встречаются вместе в природе. Некоторые из них очень редки на Земле, но распространены в метеоритах.

– Внеземное происхождение? – предположила София.

– Возможно, – ответил монах. – Или очень продвинутая металлургия, значительно опережавшая своё время.

София положила диск на стол рядом с открытым дневником Нефертари и заметила нечто удивительное – символы на диске соответствовали символам на карте, отмечавшей места хранения древнего знания.

– Смотрите, – сказала она, указывая на соответствия. – Кажется, этот диск как-то связан с картой. Может быть, это своего рода ключ или указатель.

Она начала поворачивать подвижные части диска, и вдруг определённая конфигурация словно встала на место – раздался тихий щелчок, и в центре диска открылось небольшое отверстие.

– Что это? – Ахмед наклонился ближе, с интересом наблюдая за происходящим.

София осторожно заглянула в отверстие и увидела внутри маленькую капсулу из того же странного металла. Она аккуратно извлекла её и открыла.

Внутри находился крошечный свиток из материала, похожего на папирус, но гораздо более тонкого и прочного. София развернула его с бесконечной осторожностью.

Свиток был покрыт символами, которые она начала узнавать, – математическими формулами, геометрическими диаграммами и странными иероглифами, которые, казалось, описывали какой-то процесс или устройство.

– Это… – она запнулась, пытаясь осмыслить то, что видела. – Это похоже на продолжение инструкций из большого свитка. Часть руководства по сборке или активации "Устройства Контакта".

Отец Иосиф и Ахмед молча смотрели на древний документ, понимая значимость момента. Они стали свидетелями соединения фрагментов головоломки, которая была разделена более двух тысяч лет назад.

– Мне нужно изучить это более тщательно, – сказала София, аккуратно сворачивая миниатюрный свиток и возвращая его в капсулу. – Сопоставить с тем, что я уже знаю из основного свитка и дневника Нефертари.

Она внимательно осмотрела диск, пытаясь понять его механизм, чтобы закрыть отверстие. После нескольких попыток ей удалось вернуть его в исходное состояние.

– Мы должны быть очень осторожны с этими артефактами, – сказал отец Иосиф. – Они не только бесценны с исторической точки зрения, но и могут быть опасны, если их знание будет неправильно использовано.

София кивнула, вспоминая предупреждения из дневника Нефертари.

– Знание – это огонь, – процитировала она. – Оно может согревать и освещать, но может и сжечь мир дотла.

Они аккуратно упаковали дневник обратно в сундук, и отец Иосиф запер его своим ключом.

– Он будет здесь, в безопасности, – сказал монах. – Если вам понадобится снова изучить его, вы всегда можете вернуться.

Они поднялись обратно в часовню, и отец Иосиф закрыл потайную дверь за алтарём. Когда они вышли на солнечный свет внутреннего двора, Софию поразил контраст между древними тайнами, которые они только что изучали, и простой, мирной жизнью монастыря, продолжавшейся вокруг них. Монахи шли по своим делам, садовники ухаживали за растениями, группа туристов следовала за гидом – обычный день в месте, которое хранило необычные секреты.

– Вы останетесь на ночь? – спросил отец Иосиф. – Уже поздно для обратной дороги, и у нас есть скромные, но удобные комнаты для гостей.

Ахмед посмотрел на Софию:

– Что скажете, доктор Новикова? Остаёмся или возвращаемся?

София на мгновение задумалась. Она хотела как можно скорее вернуться к своим исследованиям, сопоставить новую информацию с тем, что уже знала. Но что-то подсказывало ей, что им лучше остаться в монастыре на ночь.

– Остаёмся, – решила она. – Я хотела бы ещё поговорить с отцом Иосифом о его понимании древних текстов. И, возможно, о моей бабушке.

Монах улыбнулся:

– Я буду рад рассказать вам всё, что знаю. После вечерней службы у нас будет время для беседы.

Они договорились встретиться за ужином, и отец Иосиф пошёл по своим делам, оставив Софию и Ахмеда одних во дворе монастыря.

– Я должен связаться с нашими людьми, – сказал Ахмед. – Сообщить о том, что мы узнали, и узнать, есть ли новости о докторе Махмуде.

София кивнула:

– Конечно. А я пока осмотрюсь здесь. Этот монастырь… в нём есть что-то особенное.

Ахмед улыбнулся:

– Не удивительно. Это место было святилищем знания на протяжении многих веков. Даже те, кто не знает о его секретах, чувствуют здесь особую атмосферу.

Он ушёл, а София медленно пошла по дорожкам сада, наслаждаясь тишиной и покоем этого места. Несмотря на всё напряжение последних дней, здесь она чувствовала странное умиротворение, словно древние стены монастыря защищали её не только от физических опасностей, но и от сомнений и страхов.

Она остановилась у небольшого фонтана, наблюдая, как вода играет в лучах послеполуденного солнца. Её мысли вернулись к дневнику Нефертари, к странному металлическому диску, к миниатюрному свитку с его загадочными инструкциями.

Что было этим "Устройством Контакта"? Действительно ли оно позволяло общаться с теми, кто передал древнее знание человечеству? И если да, то кем были эти существа – богами, как верили древние? Инопланетянами, как предполагали современные теоретики? Или чем-то ещё, что не укладывалось в рамки человеческого понимания?

София не знала ответов на эти вопросы, но чувствовала, что стоит на пороге открытий, которые могут изменить не только её понимание истории, но и будущее всего человечества.

Внезапно её размышления прервал звук шагов позади. София обернулась и увидела высокого мужчину в тёмных очках, одетого как турист, но с чем-то в его осанке, что выдавало профессиональную подготовку. Тот самый человек, которого она дважды видела в Каире.

– Доктор Новикова? – сказал он, приближаясь к ней. – Меня зовут Джек Рейнольдс. Я из американского посольства. Нам нужно поговорить.

София инстинктивно отступила на шаг, готовая позвать на помощь.

– Не бойтесь, – быстро добавил мужчина, показывая ей удостоверение. – Я действительно из посольства. Технически. И я здесь, чтобы помочь вам и вашим друзьям из Хранителей.

– Почему я должна вам верить? – спросила София, всё ещё настороженная. – Вы следили за мной в Каире.

– Я наблюдал за вами, – поправил он. – Это моя работа. Я отслеживаю деятельность определённых групп, включая тех, кто похитил доктора Махмуда.

Имя Махмуда заставило Софию внимательнее прислушаться.

– Вы знаете, где он? – спросила она.

– Да, – кивнул Джек. – И я знаю, что они планируют делать дальше. Информация, которая может быть жизненно важной для вас и ваших новых друзей.

Он огляделся, словно проверяя, не наблюдает ли кто-то за ними:

– Но здесь не место для такого разговора. Слишком много глаз и ушей, даже в монастыре.

София колебалась. Этот человек мог быть тем, за кого себя выдавал – агентом разведки, заинтересованным в пресечении деятельности опасной группы. Но он также мог быть обманщиком, пытающимся заманить её в ловушку.

– Я не пойду с вами никуда, – твёрдо сказала она. – Всё, что вы хотите сказать, говорите здесь или через Ахмеда.

Джек слегка улыбнулся, словно её осторожность подтверждала что-то, что он уже знал о ней.

– Умно, – сказал он. – Но Ахмед может не доверять мне так же, как и вы. А время имеет решающее значение. Просветлённые уже получили от Махмуда достаточно информации, чтобы начать поиски других артефактов. И они знают о свитке, который у вас есть.

София почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее.

– Что они сделали с ним? – спросила она, боясь услышать ответ.

– Пока он жив, – ответил Джек. – Но его состояние… не идеальное. Они используют методы, которые не одобрены ни одной цивилизованной страной.

Он снова огляделся и понизил голос:

– Слушайте, я понимаю ваши подозрения. Но всё, о чём я прошу – это десять минут вашего времени. Я расскажу, что знаю, и вы сами решите, стоит ли мне доверять.

София изучала его лицо, пытаясь определить, говорит ли он правду. Что-то в его взгляде, в напряжении его позы говорило о срочности и искренности.

– Хорошо, – наконец сказала она. – Десять минут. Но мы останемся здесь, на открытом пространстве, где нас могут видеть.

Джек кивнул:

– Справедливо. Вот что я знаю…

Он начал говорить, и то, что София услышала, заставило её забыть о всех сомнениях и полностью сосредоточиться на новой, ужасающей информации о планах Просветлённых.

В тени древнего монастыря, где веками хранились тайны прошлого, София Новикова узнавала о новых опасностях, угрожающих не только ей и её друзьям, но, возможно, и всему миру, если древнее знание попадёт в неправильные руки.

Глава 6: Побег

– Они планируют нападение на монастырь, – без предисловий сообщил Джек Рейнольдс, глядя Софии прямо в глаза. – Сегодня ночью.

София почувствовала, как холодок пробежал по спине:

– Откуда вы знаете?

– У меня есть источник в их организации, – ответил Джек. – Кто-то, кто начал сомневаться в методах и целях Просветлённых. Он сообщил мне, что группа боевиков уже в пути. Их цель – захватить вас и артефакты, которые, как они считают, хранятся здесь.

– Но как они узнали, что мы здесь? – София оглянулась, словно ожидая увидеть наблюдателей среди мирных посетителей монастыря.

– От Махмуда, – мрачно сказал Джек. – Он держался долго, но… у них есть способы заставить людей говорить.

София прикрыла рот рукой, представив, что мог пережить пожилой археолог.

– Он жив? – тихо спросила она.

– Насколько я знаю, да, – ответил Джек. – Но в критическом состоянии. Они перевезли его на какую-то частную виллу за пределами Каира после того, как получили нужную информацию.

София пыталась осмыслить услышанное. Если Просветлённые действительно планировали нападение на монастырь, то в опасности были не только она и Ахмед, но и все находящиеся здесь – монахи, работники, туристы.

– Мы должны предупредить отца Иосифа и Ахмеда, – решительно сказала она. – Эвакуировать монастырь.

– Нет времени на полную эвакуацию, – покачал головой Джек. – По моим данным, они будут здесь через несколько часов, после наступления темноты. Но мы можем подготовиться и организовать ваш побег. Это самое важное – не дать им захватить вас и артефакты.

София колебалась. Она всё ещё не была уверена, можно ли доверять этому человеку.

– Почему вы помогаете нам? – прямо спросила она. – Кто вы на самом деле?

Джек вздохнул и снял тёмные очки, и София увидела его глаза – внимательные, с затаённой болью и усталостью.

– Официально я сотрудник службы безопасности американского посольства в Каире, – сказал он. – Неофициально… скажем так, я работаю на агентство, которое отслеживает деятельность экстремистских групп по всему миру. Просветлённые попали в наше поле зрения около трёх лет назад, когда начали вербовать людей с военным опытом и закупать оружие.

Он посмотрел на монастырские стены, на мирную картину монашеской жизни.

– Я не знаю, во что вы и ваши друзья из Хранителей вовлечены, доктор Новикова. Честно говоря, ещё недавно я считал обе ваши организации просто эксцентричными историческими обществами с необычными убеждениями. Но то, что я видел за последние месяцы… – он покачал головой. – Просветлённые одержимы идеей найти какую-то древнюю технологию. Технологию, которая, по их мнению, даст им невероятную силу. И судя по тому, как далеко они готовы зайти, они действительно верят в её существование.

София внимательно изучала его лицо, пытаясь определить, говорит ли он правду. Что-то в его прямом взгляде, в напряжении его голоса убедило её.

– Я верю вам, – наконец сказала она. – Нам нужно найти Ахмеда.

Они быстро пошли через внутренний двор, высматривая его среди посетителей и монахов. София заметила его у входа в административное здание монастыря, разговаривающим по телефону.

– Ахмед! – окликнула она, подходя к нему. – У нас проблемы.

Ахмед, увидев незнакомца рядом с ней, инстинктивно принял защитную позу:

– Кто это? – спросил он, глядя на Джека с подозрением.

– Джек Рейнольдс, – представилась София. – Он говорит, что работает на американскую разведку и отслеживает Просветлённых. По его информации, они планируют нападение на монастырь сегодня ночью.

Ахмед выглядел встревоженным, но не удивлённым:

– Я только что получил похожую информацию от наших контактов в Каире, – сказал он. – Группа вооружённых людей покинула город несколько часов назад, направляясь в сторону монастыря. Мы думали, что у нас есть день или два, но они действуют быстрее, чем мы ожидали.

Он внимательно посмотрел на Джека:

– Что именно вам известно о их планах?

– Они хотят захватить доктора Новикову и артефакты, которые, как они считают, хранятся здесь, – ответил Джек. – По моим данным, это будет группа из восьми-десяти боевиков, хорошо вооружённых и обученных. Они планируют действовать под покровом темноты, вероятно, между полуночью и предрассветными часами.

– Слишком поздно для полной эвакуации монастыря, – задумчиво сказал Ахмед. – Но мы можем организовать ваш безопасный отъезд, доктор Новикова.

– А как же все остальные? – возразила София. – Мы не можем оставить монахов и посетителей перед лицом вооружённого нападения.

– Отец Иосиф должен знать, что делать, – сказал Ахмед. – Монастырь существует уже шестнадцать веков, и за это время пережил множество нападений – от бедуинских набегов до походов османских войск. У них есть протоколы безопасности.

Он повернулся к Джеку:

– Вы сказали, что работаете на американскую разведку. Можете это доказать?

Джек достал из внутреннего кармана пиджака небольшую пластиковую карту и протянул Ахмеду. Тот внимательно изучил её и вернул.

– Выглядит подлинной, – сказал он. – Но в нашем деле внешность может быть обманчивой.

– Я понимаю ваши подозрения, – ответил Джек. – На вашем месте я чувствовал бы то же самое. Но сейчас у нас нет времени на долгие проверки. Просветлённые приближаются, и нам нужно действовать.

Ахмед кивнул:

– Хорошо. Давайте найдём отца Иосифа и разработаем план.

Они быстро направились к главному зданию монастыря, где, по словам одного из монахов, должен был находиться отец Иосиф. По пути Ахмед рассказал Джеку больше о Просветлённых и их лидере, Амаре Хай.

– Она была когда-то уважаемым археологом, – объяснил он. – Но после экспедиции в Долину Царей, где она обнаружила странный артефакт, не задокументированный официально, она начала меняться. Стала одержимой идеей о древнем знании, которое могло бы возвысить человечество до уровня богов.

– Классический случай, – кивнул Джек. – Образованный человек находит что-то, что не вписывается в его картину мира, и вместо того чтобы адаптировать свои взгляды к новой информации, создаёт вокруг неё целую мифологию.

– Возможно, – ответил Ахмед. – Но проблема в том, что в этом случае "мифология" может иметь под собой реальную основу. Просто не ту, которую она себе представляет.

Они нашли отца Иосифа в его скромном кабинете, где он изучал древний манускрипт. Увидев тревогу на их лицах, он сразу отложил книгу.

– Что-то случилось, – сказал он. Это не было вопросом.

Ахмед быстро объяснил ситуацию. Отец Иосиф слушал, не перебивая, его лицо становилось всё более серьёзным.

– Значит, они наконец решили действовать открыто, – сказал он, когда Ахмед закончил. – Мы давно опасались этого дня.

Он повернулся к Софии:

– Вам нужно уезжать немедленно, доктор Новикова. И взять с собой то, что вы нашли здесь. Нельзя допустить, чтобы эти артефакты попали в руки тех, кто использует их во зло.

– А как же монастырь? – спросила София. – Люди здесь?

Отец Иосиф улыбнулся с неожиданным спокойствием:

– Не беспокойтесь о нас. За свою историю монастырь Святого Антония пережил множество угроз. У нас есть способы защитить себя и тех, кто ищет здесь убежища.

Он подошёл к стене, где висела старинная карта Египта, и сдвинул её в сторону, открывая небольшой сейф. Набрав комбинацию, он достал оттуда маленькую деревянную шкатулку и протянул её Софии.

– Это ещё один фрагмент головоломки, – сказал он. – Амулет, который, согласно преданию, был частью "Устройства Контакта". Ваша бабушка изучала его, но не смогла полностью понять его назначение. Возможно, в сочетании с тем, что вы уже нашли, он даст новые ключи к разгадке.

София осторожно взяла шкатулку, чувствуя её странную тяжесть.

– Спасибо, – сказала она. – Я сделаю всё возможное, чтобы этот артефакт не попал в плохие руки.

Отец Иосиф кивнул:

– Я знаю. А теперь, что касается вашего отъезда… – он повернулся к карте на стене и указал на горную тропу, ведущую от монастыря на восток. – Есть древний путь через горы, которым пользовались монахи во времена гонений. Он не отмечен на современных картах и неизвестен большинству людей вне монастыря. По нему можно добраться до небольшого поселения на побережье Красного моря. Оттуда вы сможете продолжить свой путь.

– У вас есть транспорт, который может двигаться по горной тропе? – спросил Джек. – Наша машина припаркована у главных ворот, слишком очевидное место.

– У нас есть старый джип, который мы используем для перевозки припасов по труднодоступным дорогам, – ответил отец Иосиф. – Он не очень комфортабельный, но надёжный. Я прикажу подготовить его немедленно.

Он быстро написал записку на арабском и передал её молодому послушнику, который ждал за дверью.

– Машина будет готова через двадцать минут у восточных ворот, – сказал он, вернувшись к ним. – А пока соберите всё необходимое для путешествия. Путь через горы непростой, и вам понадобятся запасы воды и пищи.

Ахмед кивнул:

– Я позабочусь об этом. И свяжусь с нашими людьми на побережье, чтобы они были готовы встретить нас.

– А я проверю окрестности монастыря, – сказал Джек. – Хочу убедиться, что Просветлённые ещё не выставили наблюдателей.

Они разошлись, чтобы подготовиться к отъезду. София вернулась в гостевую комнату, где оставила свои вещи. Она быстро упаковала самое необходимое – ноутбук, документы, найденные артефакты. Всё, что могло помочь в расшифровке древнего знания.

Закончив сборы, она на мгновение остановилась у окна, глядя на монастырский двор, где жизнь, казалось, продолжалась в своём обычном неторопливом ритме – монахи шли по своим делам, садовники ухаживали за растениями, туристы фотографировали древние стены и фрески. Никто из них не подозревал о надвигающейся опасности.

София почувствовала укол совести. Из-за неё, из-за её поисков этот мирный уголок мог вскоре превратиться в поле боя. Но разве у неё был выбор? Остановиться сейчас означало позволить Просветлённым завладеть знанием, которое в их руках могло принести неисчислимые беды.

Стук в дверь прервал её размышления.

– Доктор Новикова? – раздался голос Ахмеда. – Вы готовы? Машина ждёт.

София закинула рюкзак на плечо и открыла дверь:

– Да, я готова.

Они быстро пошли по коридору к боковому выходу из здания, стараясь не привлекать внимания. Во дворе их ждал Джек, с явным напряжением наблюдавший за окружающей территорией.

– Всё чисто, насколько я могу судить, – сказал он, когда они подошли. – Но лучше поторопиться. Солнце скоро сядет, и темнота даст преимущество Просветлённым.

Они пересекли монастырский двор и направились к восточным воротам – небольшому, неприметному входу в массивной стене, который использовался в основном для хозяйственных нужд. Там их ждал отец Иосиф рядом с потрёпанным джипом цвета хаки.

– Машина заправлена и готова к дороге, – сказал он. – В багажнике вы найдёте запасы воды, пищи и базовое снаряжение для горного путешествия. Также там есть карта с отмеченным маршрутом до побережья.

Он протянул Ахмеду старинный компас в медном корпусе:

– Возьмите это. В горах легко потерять ориентацию, особенно ночью.

Ахмед с благодарностью принял компас:

– Спасибо, отец Иосиф. Мы будем следовать вашим указаниям.

Старый монах повернулся к Софии:

– А вам, доктор Новикова, я хочу дать это.

Он достал из кармана своей рясы небольшой медальон на кожаном шнурке. Медальон был сделан из того же странного металла, что и диск, который она получила ранее, и на нём был выгравирован символ Анубиса.

– Это древний амулет защиты, – сказал отец Иосиф. – Он принадлежал вашей бабушке. Она оставила его здесь во время своего последнего визита, сказав, что однажды он может понадобиться её внучке.

София с трепетом приняла медальон и надела его на шею:

– Спасибо. Я буду хранить его как память о ней.

Отец Иосиф улыбнулся:

– Это больше, чем просто память. В своё время вы поймёте его истинное значение.

Он обвёл взглядом всех троих:

– Да хранит вас Бог в вашем путешествии. И помните: иногда то, что кажется концом, на самом деле является лишь новым началом.

Они попрощались с монахом и сели в джип – Ахмед за руль, Джек рядом с ним на переднем сиденье, София сзади с их багажом. Ворота открылись, и машина выехала на узкую дорогу, ведущую в горы.

Когда они отъехали на достаточное расстояние, София оглянулась на монастырь, чьи стены теперь золотились в лучах заходящего солнца. Древнее убежище становилось всё меньше и меньше, пока не превратилось в едва различимую точку среди скал.

– Вы думаете, с ними всё будет в порядке? – спросила она.

– Отец Иосиф знает, что делает, – ответил Ахмед, не отрывая взгляда от извилистой дороги. – Монастырь имеет многовековой опыт выживания в трудных условиях. И у него есть связи как в правительстве, так и среди местных бедуинских племён. Они не беззащитны.

Джек, сидевший впереди, постоянно проверял окрестности через бинокль:

– Пока никаких признаков преследования, – сказал он. – Но мы должны допустить, что они могут отслеживать наше передвижение. Возможно, у них есть доступ к спутниковым данным или дронам.

– Эта дорога скоро войдёт в узкое ущелье, где кроны деревьев создают естественное укрытие от воздушного наблюдения, – сказал Ахмед. – А после этого мы свернём на ещё более старую тропу, которая даже не отмечена на большинстве карт.

Джип подпрыгивал на ухабах, поднимаясь всё выше в горы. Дорога становилась всё более узкой и опасной, с крутыми обрывами по одной стороне и нависающими скалами по другой. София крепко держалась за ручку над дверью, стараясь не смотреть вниз, где в сгущающихся сумерках зияла бездна.

– Так куда именно мы направляемся? – спросила она, пытаясь отвлечься от мыслей о возможном падении в пропасть.

– В небольшой рыбацкий посёлок под названием Эль-Куссейр, – ответил Ахмед. – Там у нас есть безопасный дом и лодка, которая может доставить нас дальше вдоль побережья Красного моря.

– А оттуда? – спросила София.

– Это будет зависеть от обстоятельств, – вмешался Джек. – И от того, что вы решите делать дальше с найденными артефактами.

София задумалась. После всего, что она узнала в монастыре, стало ясно, что "Устройство Контакта", описанное в древних текстах, было не просто мифом. Это было реальное устройство, компоненты которого были спрятаны в различных местах по всему Средиземноморью. И если она правильно интерпретировала карту в дневнике Нефертари, одно из этих мест находилось в Греции, в древнем святилище Дельф.

– Мне нужно продолжить поиски, – твёрдо сказала она. – Найти остальные части головоломки, прежде чем это сделают Просветлённые. Возможно, наш следующий пункт назначения – Греция.

Ахмед кивнул:

– Если мы сможем безопасно добраться до Шарм-эль-Шейха, оттуда можно организовать перелёт в Афины. У нас есть контакты в Греции, которые могут помочь.

Джек, всё ещё наблюдавший за окрестностями через бинокль, внезапно напрягся:

– У нас проблемы, – сказал он. – Два внедорожника, движутся быстро по дороге ниже нас. Похоже, они знают наш маршрут.

София и Ахмед обменялись встревоженными взглядами.

– Как это возможно? – спросила София. – Мы же только что выбрали этот путь.

– У них может быть информатор в монастыре, – мрачно предположил Джек. – Или они отслеживают наши телефоны.

– Я использовал только защищённую линию для связи с нашими людьми, – возразил Ахмед. – И все наши устройства экранированы от отслеживания.

– Значит, информатор, – заключил Джек. – В любом случае, нам нужно ускориться. Они приближаются.

Ахмед надавил на газ, и джип рванул вперёд по опасной дороге. Машина раскачивалась и подпрыгивала на каждой неровности, угрожая сорваться в пропасть. София крепко держалась, молясь, чтобы их не постигла такая судьба.

– Впереди развилка, – сказал Ахмед, указывая на место, где от основной дороги отходила едва заметная тропа, уходящая ещё выше в горы. – Мы свернём там и попытаемся оторваться.

Он резко повернул руль, и джип съехал на узкую тропу, которая была ещё более крутой и опасной, чем основная дорога. Здесь они едва могли двигаться быстрее пешехода – настолько неровной и узкой была поверхность.

– Они всё ещё смогут отследить нас по следам шин, – заметил Джек, оглядываясь назад. – Но это даст нам некоторую фору.

Они продолжали медленно продвигаться по горной тропе, каждый поворот которой мог стать последним при малейшей ошибке водителя. София перестала смотреть по сторонам, сосредоточившись на своём дыхании, пытаясь контролировать нарастающую панику.

Внезапно Ахмед остановил машину:

– Смотрите, – сказал он, указывая вперёд.

Тропа заканчивалась у входа в пещеру, достаточно большую, чтобы в неё мог въехать их джип.

– Это должно быть одно из убежищ, отмеченных на карте отца Иосифа, – сказал Ахмед. – Мы можем спрятаться здесь и дождаться, пока они проедут мимо.

– Или устроить им засаду, – предложил Джек, доставая из-под куртки пистолет, который София раньше не замечала.

– Вы вооружены? – удивилась она.

– Я бы не был хорошим агентом, если бы ходил без оружия в такой ситуации, – ответил Джек. – И, поверьте, нам оно понадобится. Люди Амары не из тех, кто ведёт мирные переговоры.

Они заехали в пещеру и выключили двигатель. Внутри было темно и прохладно, воздух пах сыростью и древностью. Джек достал из рюкзака небольшой фонарик и осветил пространство вокруг.

Пещера была глубже, чем казалось снаружи, с несколькими ответвлениями, уходящими в глубь горы. На стенах были заметны древние рисунки и символы, выцветшие от времени, но всё ещё различимые.

– Это место использовалось как убежище на протяжении тысячелетий, – тихо сказал Ахмед, рассматривая рисунки. – Задолго до христианских монахов.

София подошла ближе к стене, где были изображены странные фигуры – люди, поклоняющиеся существам с лучистыми головами, похожими на звёзды или солнца.

– Эти символы… – начала она, но её прервал резкий жест Джека.

– Тихо, – прошептал он. – Они приближаются.

Они погасили фонарик и затаились в темноте пещеры, слушая нарастающий звук двигателей. Вскоре они услышали, как машины остановились недалеко от входа в пещеру, и раздались голоса, говорящие на арабском.

Джек, который, похоже, понимал язык, внимательно прислушивался.

– Они обнаружили след шин, ведущий к пещере, – тихо перевёл он. – Собираются проверить.

Он повернулся к Софии и Ахмеду:

– У нас два варианта – сражаться здесь или попытаться уйти через один из этих туннелей. Что вы выбираете?

Ахмед быстро посмотрел на ответвления пещеры:

– Туннель справа, вероятно, ведёт глубже в гору. Если нам повезёт, он может вывести к другому выходу. Монахи часто выбирали для своих убежищ пещеры с несколькими выходами именно на случай осады.

– Тогда решено, – сказал Джек. – Берите самое необходимое и идём. Я прикрою отход.

София быстро собрала свой рюкзак с артефактами и документами, не забыв про ноутбук. Ахмед взял запасы воды и пищи из джипа. Джек тем временем занял позицию у входа в пещеру, готовый к столкновению.

– Готовы? – спросил он шёпотом, когда они подошли к нему. – Я задержу их, а вы бегите по туннелю. Не останавливайтесь и не оглядывайтесь, что бы ни случилось. Я догоню вас, когда смогу.

София хотела возразить, но Ахмед схватил её за руку:

– Он прав, – сказал он. – Мы должны сохранить артефакты в безопасности. Это приоритет.

Джек кивнул:

– Идите. Сейчас.

София и Ахмед быстро направились к правому туннелю, освещая путь слабым светом фонарика. Позади них раздались первые выстрелы – Джек вступил в бой с преследователями.

Туннель был узким и извилистым, с неровным полом, на котором легко можно было оступиться. Они двигались как можно быстрее, стараясь увеличить расстояние между собой и входом в пещеру.

Звуки перестрелки постепенно стихали за их спинами, поглощаемые толщей горы. София не знала, хороший это знак или плохой – означает ли это, что Джек успешно сдерживает нападающих, или что он уже не в состоянии сопротивляться.

Они продолжали двигаться, пока не достигли места, где туннель разделялся на два.

– Куда теперь? – спросила София, тяжело дыша от быстрого движения.

Ахмед посветил фонариком на оба прохода, пытаясь найти какие-то указания или знаки.

– Вот, – сказал он, указывая на небольшой символ, высеченный на камне у входа в левый туннель. – Это древний коптский знак, означающий "путь к свету". Думаю, этот туннель ведёт к выходу.

Они повернули налево и продолжили путь. Туннель то сужался, заставляя их продвигаться боком, то расширялся в небольшие пещеры со сталактитами и сталагмитами. Воздух становился свежее, что давало надежду на близость выхода.

Наконец, после того, что казалось вечностью, но на самом деле было около часа, они увидели впереди слабый свет – не искусственный, а серебристое сияние луны, проникающее через отверстие в скале.

– Мы нашли выход, – с облегчением сказал Ахмед.

Они ускорили шаг и вскоре выбрались из туннеля на небольшую каменистую площадку, с которой открывался захватывающий вид на горный хребет, залитый лунным светом. Воздух был чистым и прохладным, наполненным ароматами горных трав.

– Где мы? – спросила София, оглядываясь вокруг.

Ахмед достал компас, который дал ему отец Иосиф, и карту:

– Судя по всему, мы на восточной стороне горного хребта, – сказал он после изучения. – Если это так, то до побережья осталось около двадцати километров. Но без машины это будет долгий и трудный путь.

София посмотрела на луну, яркую и полную на тёмном небе:

– А что с Джеком? Мы должны ждать его?

Ахмед помедлил, явно разрываясь между желанием помочь возможному союзнику и необходимостью обеспечить безопасность Софии и артефактов.

– Дадим ему час, – наконец решил он. – Если он не появится за это время, мы должны будем продолжить путь одни.

София кивнула, соглашаясь с этим компромиссом. Они нашли укрытие под нависающей скалой и расположились там, готовые к долгому ожиданию.

Прошло около сорока минут, когда они услышали звуки движения в туннеле. Ахмед мгновенно напрягся и жестом приказал Софии спрятаться за большим валуном. Сам он занял позицию у входа в туннель, готовый встретить любую угрозу.

Из темноты туннеля появилась фигура, освещённая слабым светом фонарика. Это был Джек, но он двигался с явным трудом, держась за левое плечо, которое, казалось, было ранено.

– Джек! – воскликнула София, выходя из укрытия. – Вы ранены?

– Царапина, – хрипло ответил он, опираясь на стену пещеры. – Ничего серьёзного. Но нам нужно двигаться. Я сдержал их на время, но они найдут другой путь.

Ахмед подошёл к нему, осматривая рану:

– Это больше, чем царапина. Пуля прошла насквозь, но потеря крови может быть серьёзной.

Он достал из рюкзака небольшую аптечку и быстро обработал рану, наложив временную повязку.

– Это должно остановить кровотечение на некоторое время, – сказал он. – Но вам нужна профессиональная медицинская помощь.

Джек поморщился от боли, но кивнул:

– Сначала нам нужно выбраться отсюда. Преследователи разделились – часть осталась у входа в пещеру, другие ищут альтернативные пути. У нас мало времени.

– Есть ли у вас оружие? – спросил Ахмед.

– Только пистолет, и в нём осталось всего несколько патронов, – ответил Джек. – Я постарался максимально замедлить их, но это лишь временная мера.

Ахмед изучил карту в свете фонарика:

– Есть тропа, ведущая вниз с этой стороны горы. Она выведет нас к небольшому оазису, где, возможно, мы сможем найти помощь у местных бедуинов. Они традиционно дружественны к монастырю и его гостям.

– Тогда не будем терять времени, – сказал Джек, отталкиваясь от стены и пытаясь стоять прямо, несмотря на боль.

Они начали спуск по крутой горной тропе, освещённой лишь луной и их тусклым фонариком. София шла в середине, между Ахмедом, который вёл группу, и Джеком, который, несмотря на ранение, настоял на том, чтобы замыкать шествие, готовый прикрыть их в случае опасности.

Спуск был трудным и опасным. Несколько раз они едва не срывались с узкой тропы, которая местами была не шире ступни. Каждый шаг требовал концентрации и осторожности.

София чувствовала, как напряжение последних дней накапливается в её теле, превращаясь в глубокую усталость. Но она знала, что не может позволить себе отдых или слабость. Не сейчас, когда так много зависело от неё.

Они шли около двух часов, прежде чем тропа стала более пологой и привела их к небольшой долине, где виднелись несколько финиковых пальм – верный признак присутствия воды в этой засушливой местности.

– Оазис, – с облегчением сказал Ахмед. – Мы почти у цели.

Они ускорили шаг, привлечённые перспективой отдыха и воды. Когда они приблизились к пальмам, то увидели небольшой источник, окружённый скудной растительностью, и несколько низких шатров из тёмной ткани – лагерь бедуинов.

Их появление было замечено – из шатров вышли несколько мужчин, одетых в традиционные длинные одежды. Они держали винтовки, но не направляли их на пришельцев, а просто демонстрировали готовность защищаться в случае необходимости.

Ахмед выступил вперёд и заговорил на арабском, представляя их группу и объясняя ситуацию. София не понимала языка, но видела, как напряжённые лица бедуинов постепенно расслаблялись, а их позы становились менее угрожающими.

После короткого разговора один из бедуинов, очевидно, их лидер, кивнул и жестом пригласил их в лагерь. Другой мужчина подошёл к Джеку, заметив его рану, и повёл его к одному из шатров, вероятно, чтобы оказать медицинскую помощь.

– Они согласились помочь нам, – объяснил Ахмед, повернувшись к Софии. – Шейх Абдулла, их лидер, знает отца Иосифа и считает своим долгом помогать друзьям монастыря. Они предоставят нам убежище на ночь, а завтра проводят к побережью, где мы сможем найти транспорт до Шарм-эль-Шейха.

София с благодарностью кивнула лидеру бедуинов, который ответил ей вежливым поклоном.

Они прошли в лагерь, где им предложили место в гостевом шатре и простую, но питательную еду – лепёшки, сыр, оливки и крепкий, сладкий чай. После долгого и опасного путешествия через горы эта простая трапеза казалась роскошным пиром.

Джек вернулся к ним через некоторое время, с профессионально перевязанным плечом и немного бледный, но в целом выглядящий лучше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.