Вера Дейногалериан
Счастлив снаружи, счастлив внутри. Как построить жизнь мечты, ориентируясь на свои подлинные желания, а не навязанные стереотипы

Серия «Работа над собой. Книги сильных психологов»

© Дейногалериан В., текст, 2025

© Бортник В., иллюстрация на обложке, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Перед нами простой вопрос, над которым бились ни много ни мало все великие умы человечества: как жить идеальную жизнь? Такую, чтоб полная чаша. Чтоб вкусить все прелести, восторги, наслаждения и самое блаженство бытия. Чтоб радоваться каждому дню и любым мелочам, а не только великим свершениям. Чтоб трудности переносить легко. А главное – чтоб чувствовать, что ты на своем пути, лучшем пути из возможных. Быть полноправным автором, а не безвольной былинкой. Чтобы к финалу (где-то там, далеко в будущем, ведь жить будем долго и счастливо) оказаться переполненным жизнью. И ощущать счастливую усталость после пройденного пути, который был насыщен, красочен, богат как увлекательными приключениями, так и спокойствием отдыха в тихой гавани, одним словом, был блистателен, как гора самоцветов, а главное – исполнен глубокого смысла. Чтоб даже не жалко было уходить, ведь, стоит оглянуться, понимаешь: я сделал все, что хотел, и даже больше.

Я не знаю, как именно вы представляете себе идеальную жизнь. И предлагаю вам прямо сейчас ответить для себя на этот вопрос, хотя бы в общих чертах. А еще лучше – дать вашему воображению нарисовать картинку того будущего, где вы уже живете идеальной жизнью. Нет, не с целью на нее в дальнейшем медитировать и представлять, что все уже сбылось, как предлагают нам инфоцыгане. А для того, чтобы дать слово не только вашему сознательному «я», но и вашему бессознательному, которое говорит образами.

Уверена, вы уже пробовали добиться идеальной жизни – может быть, не раз. Не знаю, как именно вы действовали и что делали для этого. Возможно, вы шли напролом и прикладывали титанические усилия, чтобы получать максимальный результат. Возможно, перебрав все очевидные варианты, искали небанальные решения. Возможно, вы уже пришли к тому, что «все проблемы в голове» и, чтобы жизнь изменилась к лучшему, необходимо изменить себя. Возможно, вы себя меняли: приобретали новые навыки, вырабатывали полезные привычки, настраивались на позитивное мышление и прочее. Возможно, вы уже пришли к пониманию, что вашей жизнью управляет не сознание, а бессознательное, и оттого все вышеперечисленные средства не работают или работают вполсилы.

Ваше бессознательное действительно может все, инфоцыгане не врут. Только они не говорят, как сделать так, чтобы Его Всемогущество не только могло, но и сделало.

Будем честными: медитации, визуализации, аффирмации и прочие практики привлечения всех благ не работают.

Равно как не работают и призывы доширак-психологов просто полюбить себя, просто принять себя, просто найти себя и просто быть собой. Иначе вы давно уже имели бы все то, о чем мечтаете, и даже большее, не правда ли?

Работает что-то другое. И это что-то другое точно работает.

В моей книге не будет еще одной – очередной – практики, техники, ритуала или пошаговой инструкции, которая позволит вам как-нибудь подшаманить в бессознательном, чтоб все само сбылось. Здесь будет «путь по хлебным крошкам», квест, пройдя который, вы создадите собственную инструкцию, как именно вам прожить именно вашу идеальную жизнь, и встанете на свою собственную – лучшую для вас из всех возможных – дорогу.

Для этого мы с вами:

• выявим как ваши индивидуальные, так и общечеловеческие, большие исторические причины, из-за которых вы все еще не живете идеальной жизнью;

• разберем, какие решения этой задачи уже есть в распоряжении человечества и почему они не работают так, как хотелось бы, или работают не у всех;

• определим решение, которое будет рабочим именно для вас, – на основе великих идей, проверенных временем, и моего без малого 15-летнего опыта практической работы с бессознательным моих клиентов.

Также нам понадобится выработать два важных «сюжетообразующих» жизненных навыка:

• умение находить свой собственный, единственно верный путь;

• способность избегать неверных путей, которых кругом предостаточно.

Чтобы подсластить себе пилюлю взрослого труда и длинного пути, возьмем «конфету» мотивации, чтоб ваши внутренние дети шли за ней. Это у Горького красавец Данко, выводя людей из тьмы болот, держал пылающее сердце. А современный Данко вынужден нести конфету – большой красный леденец.

Для этого прямо сейчас дайте своей картинке идеального желаемого будущего ожить и с удовольствием посмотрите воображаемый рекламный ролик о жизни вашей мечты. Оцените, все ли вас в ней устраивает и радует? Хочется ли вам прямо сейчас переселиться туда на ПМЖ? Об этом ли вы мечтаете, или стоит прямо сейчас намечтать себе что-то еще лучше? Ни в чем себе не отказывайте. Сделайте «конфету» мотивации максимально привлекательной.

Я не знаю, какую картину идеальной жизни увидели именно вы, но я начала писать эту книгу, задав тот же вопрос своей аудитории: что для вас идеальная жизнь? И, признаюсь, ответы, которые я получила, повергли меня в ужас…

Введение
Картина идеальной жизни

Ваши внутренние рептилоиды

Я провела обширное исследование аудитории, в котором предложила участникам ответить на вопросы:

– Как вы видите свою идеальную жизнь?

– Чем ваша текущая жизнь отличается от желаемой, чего ей недостает?

– Почему вы до сих пор не достигли идеальной жизни, что вам помешало?

Моя аудитория – это прекрасные люди, интересующиеся психологией и саморазвитием. Как правило, им от двадцати до пятидесяти. Они образованные, начитанные, думающие, нравственные, ответственные. Для того чтобы начать искать решение своих проблем в области психотерапии, нужно преодолеть психологический рубеж: признать принцип «Дело во мне». Согласие с постулатом «Дело во мне» – это банальность, но одновременно и та отправная точка, с которой начинается путь к идеальной жизни. Без признания, что я сам и есть тот рычаг, к которому необходимо прилагать усилия, конструктивные изменения невозможны. Пока главный рычаг для приложения усилий видится вам вынесенным вовне (пока во всем виноват кто-то другой или что-то другое), вы не сможете до него дотянуться.

Необходимо возвратить себе пульт управления, если по недоразумению вы передали его «мировому правительству» или «рептилоидам». Сделать это сложнее, чем кажется. В повседневной жизни мы даже не замечаем, насколько виртуозно и до какой степени на каждом шагу раздаем свою ответственность. Нашими любимыми «рептилоидами» выступают:

• родители и трудное детство;

• супруги и дети;

• политика, экономика, история, мировые кризисы, курсы валют;

• собственный травматический опыт;

• гены, наследственность;

• события и обстоятельства;

• любое «так сложилось», «так вышло», «так совпало»;

• неудачи, невезение;

• опасный мир и жестокие люди;

• несправедливый Бог;

• судьба, злой рок, любые неприветливые высшие силы;

• вселенная, которая почему-то никак не хочет расщедриться;

• мать-природа, которая на вас отдохнула;

• (впишите свое).

Изменить все вышеперечисленное куда труднее, чем одного себя. Поэтому мы постулируем банальность и признаем «Дело во мне» руководящим принципом. Не для того, чтобы себя винить, а для того, чтобы себя менять.

Ведь если в своей жизни я сам что-то сделал, я могу сам это и переделать. Открывается великая свобода творчества. А дальше – дело техники.

Я не знаю, как вы описали свою идеальную жизнь, но отклики участников моего исследования были на удивление однотипными, как если бы их скачивали с одного ресурса. Впрочем, статистика запросов моих клиентов за годы практики показывает ровно те же результаты. Так что мы можем смело вывести картину некоего «среднего по больнице» жизненного идеала тех, кто сегодня интересуется психологией и саморазвитием. Идеальная жизнь моих респондентов – это:

«Я занимаюсь творчеством, у меня денег в избытке, прекрасные отношения, общение с друзьями, я не нуждаюсь ни в чем, потому что все есть. Меня признают и уважают. Я путешествую по разным местам и исследую творчество. Живу в удовольствие. Я самореализуюсь так, что обо мне узнают другие люди. Я их вдохновляю и чем-то помогаю им».

«Занимаюсь хорошим делом с удовольствием и увлеченностью и имею хороший достаток, закрывающий мои потребности».

«Мне интересно и радостно жить. У меня есть возможности и внутреннее желание и силы превратить этот интерес в деньги, удовольствие и пользу себе и миру».

«Уютный двухэтажный дом за городом, свое дело, приносящее доход. Знаю, что хочу делать, и делаю это из состояния “хочу”, а не “надо”. Мне хватает заработанных денег, я живу в том месте, где хочу».

«Когда я не думаю о доходе, не смотрю цены в магазинах, живу в своем частном доме».

«Не думаю о базовых потребностях. Вместо этого я учусь новому. Я посещаю разные курсы, развиваюсь, путешествую, получаю новое образование, дарю подарки. Занимаюсь творчеством и не думаю, как заработать».

«Хорошая стабильная самооценка, полное приятие себя, счастливые гармоничные отношения, работа, которая приносит удовольствие и закрывает мои потребности. Обучение, путешествия».

«У меня есть семья. Мы живем в доме у моря, оба работаем и зарабатываем достаточно для комфортной жизни. Но главное – я в ладах с собой».

Читаешь – и делается тепло и светло на душе. Если бы каждый жил такой идеальной жизнью, мир стал бы лучше. Но если вывести сухое среднее арифметическое, мы увидим, что в своей желанной идеальной жизни мои респонденты, как правило, хотят:

• быть счастливыми в семье;

• быть реализованными в деле;

• иметь достаточную финансовую свободу, желательно – чтобы о деньгах не думать.

И если под каждым пунктом развернуть отдельное кино о

• теплых радостях семейной жизни в кругу самых близких и любимых;

• радостях творчества, когда занимаешься любимым делом в свое удовольствие;

• свободе путешествий и впечатлений, на деньги, о которых можно не думать,

то выйдет неплохой рекламный ролик. Но, будем честными, такой идеал не слишком-то и выходит за рамки еще ветхозаветного напутствия для изгнанных из рая: «В болезни будешь рожать детей» (Быт. 3:16) и «В поте лица твоего будешь есть хлеб» (Быт. 3:19). Разве что с поправкой на дух времени: «Желательно с удовольствием и в легкости». А значит, это идеал настолько посильный, что практически обещанный по умолчанию. Семья, дело и деньги (как следствие дела) – это настолько «кандидатский минимум» амбиций, что как-то даже странно ставить его на пьедестал предельного благополучия. И в то же время подавляющее большинство участников опроса так и сделали.

Я ожидала встретить большее влияние картин «успешного успеха» из соцсетей. Я высоко ценю «тихую гавань» как идеал человека, все необходимое нашедшего внутри себя. Но скромность идеала может быть не взрослым навыком довольствоваться малым, а детской потребностью минимизировать усилия.

И невозможно быть уверенным в своей способности отречься от соблазна, если опыта встречи с соблазном не было.

Я задала аудитории вопрос вдогонку: скромность их желаемого идеала – что это? Результат сознательного отказа от шумного бала в пользу тихой гавани? Отречение от больших амбиций в пользу вечных ценностей? Или же это результат всего лишь низкой планки? И получила очень честные ответы о внутреннем бессилии дерзнуть и замахнуться на большее. Скромность идеала вкупе с субъективной неспособностью его достичь отлично иллюстрируют слова Даниила Хармса: «Хорошие люди и не умеют поставить себя на твердую ногу». И, подтверждая это, ответы респондентов на вопрос о внутренних препятствиях к их идеальной жизни были тягостны:

«Чувствую себя выросшим ребенком, всего боюсь: труда, ответственности, внешних обстоятельств, мира, других людей. Чувствую свою никчемность и неспособность ни к чему».

«Думаю, что кто-то возьмет меня за руку и поведет за собой, потому что сама не знаю, как дальше, не знаю, куда идти и что делать, сижу и жду чуда. Я вообще жила будто вслепую, закрывала глаза на очевидные проблемы. Врала себе, получается. Сейчас я начинаю все заново выстраивать, и мне не хватает веры в то, что это возможно».

«Мысль, что буду сожалеть о напрасно прожитой жизни, страх движения, цепляние за прошлые идеалы».

«Критика и даже ее призрачная возможность; мнение чужих людей; огромный объем труда; нет веры в то, что у меня получится достичь цели».

«Было и есть убеждение, что счастье – это не для меня. Плюс есть явная лень, саботаж и избегание труда, словно мне легче жить в мечтах – как могло бы быть, – чем что-то делать для этого. Страх перемен, присутствует тревожность относительно будущего, которое еще не случилось. Избыточная фиксация на деньгах и материальном».

«Не хватает решительности осуществлять свои идеи, кажется, что деньги не для меня».

«Низкая самооценка, лень, прокрастинация, отсутствие веры в себя, куча вредоносных убеждений, страхи».

«Чувствую какой-то блок. Что-то как будто закапсулировало всю мою суть внутри себя. Моя сила и моя энергия не могут прорваться наружу».

«Ощущение того, что со мной что-то не так. Я недостаточно…»

«Чувство ненужности меня и моих способностей этому миру и людям».

«Не умею чувствовать свои желания. До сих пор живу в состоянии “надо кому-то”. Видимо, нет готовности брать ответственность за свою жизнь».

«Когда я планирую что-то и не делаю. Или делаю, но не получается. Самое главное – “это никому не надо”».

«Понимание, что я никогда не смогу стать великим человеком, сделать гениальное открытие, собирать полные залы, что талантов у меня нет никаких».

При скромности желаемого идеала меня поразила непреодолимость внутренних препятствий на пути к нему, которую описывали участники. Так почему же при всех возможностях нашего просвещенного времени, где «вкалывают роботы, а не человек», а новые медиа дают настолько широкие возможности для взлетов, что историей «из грязи в князи» больше никого не удивишь, нам по-прежнему приходится мечтать о норме?

Солнечное затмение
Проклятие неидеальной жизни

Глава 1
В поисках идеальной жизни

Человек, измученный нарзаном

Ровно так же, как гробовых дел мастер Безенчук[1] жаловался на свою измученность нарзаном, а Павел Верещагин[2] ругал черную икру, так человек сегодня оскорбляется на упрек в инфантильности. Пчелы против меда. Дожили.

Феномен психологической незрелости нашего современника я подробно разбираю в книге «Взрослый снаружи, взрослый внутри», где на примерах из практики показываю, что инфантильность – это не дух времени и не отдельная черта современного человека. Это следствие очень больших исторических процессов и одновременно причина всех без исключения психологических проблем современного человека. Равно как и причина того, почему мы при всей непритязательности своих запросов, при всех колоссальных возможностях своего времени до сих пор не живем идеальной жизнью. «Вкалывают роботы, а не человек», но пропасть между человеком и его мечтой меньше не становится.

Психологическая незрелость создается сводом «внутренних детей» – ваших детских идентичностей, больших автоматизмов психики, «программ», установленных в бессознательном и отвечающих за роли и модели поведения. Они включают у вас детское мышление, состояние и реагирование и не справляются как следует с взрослыми задачами. Везде, где у вас в жизни есть проблема, у вас «работает» внутренний ребенок.

После выхода книги «Взрослый снаружи, взрослый внутри» многие оскорбились именем Недоросль, которое я использовала для героя нашего времени с его типичными проблемами психологической незрелости. Однако же сама потребность оскорбляться – это яркий маркер детства. Человеку взрослому не требуется оскорбляться в принципе. Он либо не заметит, если дело пустяк, либо «вызовет на дуэль» для сатисфакции, если дело не шутка.

Оскорбленность человека взрослого требует от него большой ответственности. Обида человека-ребенка требует к нему большого внимания.

Внутренние дети в бессознательном, когда бывают оскорблены в лучших чувствах, всегда напоминают мне персонажей советского мультфильма «Козленок, который научился считать». «Мама, он и меня посчитал!» – в ужасе и негодовании восклицали те. И чуть было не линчевали козленка, посмевшего их сосчитать. Эффект Земмельвейса[3] для самых маленьких.

Если вы человек, находящийся в поисках повода для обиды, как тот заядлый дуэлянт, что ищет повода бросить перчатку, вам будет непросто знакомиться с этой книгой: чтение потребует от вас предельной честности с собой и умения выдерживать правду. У меня нет цели оскорбить читателя, но есть задача показать происходящее в бессознательном нашего современника, чтобы для каждого человека стало возможным изменить это себе на пользу. Я буду прокладывать путь в землях бессознательного, чтобы тем, кто пойдет следом, идти было легче. По счастью, «хлебных крошек» в бессознательном уже разбросано так много, что становится даже странно, как это никто еще не собрал их в нужном порядке. Раз так, то в лучших традициях старого доброго: «Кто здесь в цари крайний? Никого? Так я первым буду», я первая попробую – как человек без страха и упрека.

«Недоросль» – не оскорбление. Напротив, он – те роскошь и комфорт, которые мы заслужили. Больше того! За которые мы боролись! Инфантильность – это достижение цивилизации, завоевание, трофей. Реки крови были пролиты в человеческой истории для того, чтобы сегодня мы могли позволить себе быть инфантильными. Жить в состоянии поверхностной гармонии маленького «последнего человека» (термин Ницше), который все вокруг делает маленьким и населяет землю, как земляная блоха[4], и в состоянии «среднего человека» (по Хосе Ортега-и-Гассету), который знает, что он посредственность, но «имеет нахальство повсюду утверждать и всем навязывать свое право на посредственность».

В реальной жизни Недоросль – прекрасный человек, полный достоинств. Он великолепно образован, начитан, он профессионал своего дела, заботливый родитель для своих детей, всегда готов прийти на помощь, совершает добрые дела. У Недоросля колоссальный творческий потенциал, скрытый от глаз, и большие таланты, зарытые в землю. Его желаемый жизненный идеал – это и есть его действительный потенциал. Ведь искреннее всего мы мечтаем о том, что нами узнается как свое. Оттого вдвойне больно сознавать, что Недоросль – это тот самый хороший человек по Хармсу, который не умеет поставить себя на твердую ногу, неблагополучен и несчастлив. От настоящего взрослого человека его отличает всего одна – зато очень важная – деталь: пропасть между его реальностью и желаемым идеалом.

«Недоросль» – это не про вас, это про нас – и про меня, конечно же. Это психологическое состояние социума сегодня. Больше того, это и есть необходимое условие для существования массового общества – такого, каким мы знаем его с тех пор, как в XX веке массовое общество пришло на смену индустриальному.

Недоросль живет как будто бы в энергосберегающем режиме. У него словно не хватает сил на жизнь во всей ее полноте. Он хочет, но не делает. Он начинает и бросает.

Он не уверен в себе и постоянно сомневается, боится ошибиться, сделать неправильный выбор и потерять время. Боится, что не получится и «Что люди подумают?». Живет на эмоциональных качелях. Чувствует себя ребенком в мире взрослых. Боится прожить жизнь впустую – и оттого живет ее впустую. Знакомо? Значит, неча нам с вами на зеркало пенять, а лучше, раз взглянув правде в глаза, начать менять ее. Хотя бы потому, что так будет взрослее.

Как в мультиках для самых маленьких нам предлагают помочь Даше-путешественнице найти лиса Жулика, чтобы напомнить ему: «Жулик, не воруй!», так мы поможем Недорослю пройти квест по землям бессознательного, обнаружить его ложь и нелюбовь и повзрослеть, избавившись, как от болезней детства, от пороков и проблем своей психологической незрелости.

Оставаясь детьми внутри, мы все хотим волшебную таблетку, чтоб «все сразу, быстро и легко». На практике я вывела по-детски легкое универсальное решение для главной проблемы Недоросля – несчастливости в той жизни, что все время кажется ему неидеальной. Но для того, чтобы решение и правда стало эффективным, потребуется инсталлировать «программное обеспечение» – немного взрослой философии. Необходимый «кандидатский минимум» теории я изложу как можно проще, чтобы наши с вами внутренние дети не успели заскучать. А практическая часть книги даст вам самоучитель к новому ПО, ответив на вопрос, что делать, чтобы наконец все медитации, аффирмации, визуализации и призывы «просто полюбить себя» и «просто быть собой» сработали. В книге не будет ничего, придуманного мной. Многие тезисы я буду постулировать, не углубляясь в доказательства, чтобы не обращать текст этой книги в бесконечность. Но важно понимать: все выводы взяты из опыта практической работы с бессознательным, любой из них я могу показать и доказать на реальных примерах.

Будучи лентяем-перфекционистом, я всегда стремилась к результату одновременно и лучшему, и быстрому. Пока товарищи работали по принципу «Не навреди», моим кредо в профессии всегда было «Врач, исцели самого себя». Стратегии работы и тактические инструменты я разрабатывала эмпирически, все пробовала на себе, как завещали нам Мечников и Богданов, и оставляла для клиентов только то, что показывало самый лучший и самый быстрый результат.

Бессознательное – это пространство символа и мифа, оно говорит метафорами.

Вторя ему, я также буду оперировать метафорами. И предлагаю видеть в них прежде всего практическую функцию дать нам тот образный язык, при помощи которого станут возможны конструктивные переговоры вашего сознания, которое все хочет, с вашим бессознательным, которое все может, чтобы вы смогли прийти к желаемому идеалу жизни без долгих лет психоанализа и разговорной терапии.

Человек на двух стульях

Сама по себе психологическая инфантильность не создает проблем. Жить инфантильно – тоже выбор, а наше время предлагает массу способов прожить всю жизнь ребенком у кого-нибудь на шее. Как в анекдоте: жить надо сперва за счет родителей, потом – за счет детей.

Выгоды детского положения известны. Это возможность:

• не решать;

• не брать ответственность;

• не прилагать усилий;

• не трудиться;

• страдать и получать сочувствие, заботу, помощь от других людей;

• жить на чужих ресурсах и т. д.

Проблемы возникают там, где Недоросль хочет одновременно иметь выгоды человека-ребенка и возможности человека взрослого. То есть там, где начинается двуличие. На этом-то массовом желании и сколачивают состояния инфоцыгане, продавая взрослые результаты без взрослых усилий.

Блага человека взрослого также известны, это свобода, счастье, эффективность, деньги, лидерство, спокойная уверенность, влияние на мир, способность строить отношения подлинной близости, умение жить интуитивно, творчество, созидание, реализованность, блаженство бытия и др.

Перемешаем списки и увидим, что наш Недоросль хочет:

• иметь свободу, но не брать ответственность;

• быть созидателем, но не трудиться;

• иметь большие деньги, но не принимать решения;

• построить отношения, но только чтобы получать любовь, а не давать;

• иметь блаженство бытия и радость жизни, не отказываясь от привычного страдания.

Так не бывает. Никто не может одновременно служить двум господам. Нельзя ехать одновременно в разные стороны. «На двух конях скакать – седалища не хватит»[5]. Это намерение так же трогательно и забавно, как стремление раба владеть благами господина, оставаясь внутренне рабом. Или желание попасть в рай, оставаясь грешником. Однажды вам придется делать выбор и отказываться:

• либо от возможностей ребенка жить как выгодно, то есть удобно;

• либо от привилегий взрослого жить как хочется, то есть свободно.

Взрослость – это состояние, которое нельзя представить, будучи ребенком. Чтобы явился человек-взрослый, человек-ребенок должен перестать существовать. Поэтому, естественно, все ваши внутренние дети в бессознательном боятся взрослости так же, как в реальности люди боятся смерти.

Недоросль может попытаться собрать взрослого из детских «деталей», но это всегда будет только пародия на взрослость.

Забавно наблюдать, как бессознательное поначалу собирает образ взрослого из граней той незрелости, которой располагает, и получается кунсткамера, парад уродцев: человек без головы, прозрачный человек, человек с русалочьим хвостом, надувной человек и т. д. В жизни мы выглядим так же нелепо, когда пытаемся изобразить уверенность из неуверенности, спокойствие из беспокойства, счастливость из несчастливости. Когда пытаемся казаться сильными и властными, оставшись внутренне детьми, и, облачась в высокомерную холодность или деланое безразличие, выпячиваем эго, раздуваясь индюком.

К счастью, в практической работе с бессознательным можно создать, увидеть и почувствовать свою взрослую версию. Увидев лишь однажды, ее невозможно забыть. Поскольку только из нее и происходит та идеальная – настоящая – жизнь, которую вы хотите. Взросление проходит через смерть детей внутри. Но это не страшно. Страшно так и провести всю жизнь ребенком с психологической точки зрения, цирковой лошадкой бегать по кругу, ходить с протянутой рукой и просить подаяния любви. Или человеком на двух стульях. Буридановым ослом[6], который так и не выбрал ни взрослость, ни детство и умер без любви.

Идеал как бегство и убежище

Из детской слабости наш Недоросль неудачно мыслит о желаемом жизненном идеале. Идеал видится ему радикальным покоем, избавлением от непосильного труда. Он ищет идеал как нечто отдельное от себя. Убежище, где можно будет наконец-то отдохнуть от непосильного труда. Мыслит одноразовым подвигом: достигну – вот тогда и заживем.

• Постройнею, вот тогда и полюблю себя.

• Разбогатею – и позволю себе делать то, что нравится.

• Добьюсь успеха – и тогда займусь здоровьем.

Он мыслит: нужно накопить усилия, рвануть, пробраться в идеал, как через платяной шкаф – в Нарнию, а дальше все само как-нибудь сложится. Лишь бы проникнуть партизаном в рай, а там сам черт не брат.

Но бессознательное знает: рай – это посмертное существование. Жизненный идеал покоя мухи в янтаре для бессознательного – смерть. Прижизненная смерть пожизненно.

Задача бессознательного – обеспечить выживание, а вовсе не прижизненную смерть, и радикального покоя оно будет избегать любой ценой.

Бессознательно наш Недоросль будет обречен именно не достигать собственных целей, возведенных в ранг убежища, а значит – не стройнеть, не богатеть и не преуспевать, чтобы не умереть прижизненно.

На заре практики у меня была примечательная сессия. Героиня пришла с проблемой лишнего веса, и в образном пространстве бессознательного мы сразу вышли на ее вторичные выгоды от проблемы. Лишний вес позволял героине не быть успешной. Когда мы запросили показаться тех, кто в пантеоне ее образов был против вероятности успеха, явился образ ее предков-казаков, которые считали, что богатство и почести добываются в бою. «А тебе, бабе, куда на войну, твое место у печки», – говорили они – совершенно справедливо, по меркам своего времени. Успех вызывал сильный страх героини, так как в ее бессознательном приравнивался к риску умереть в бою. И чтобы не преуспевать (даже случайно), бессознательное обеспечило ей лишний вес. Ведь в наши дни богатые, успешные и стройные – это одни и те же люди. «Чтобы не быть успешным, проще всего не становиться стройным», – рассудило бессознательное, ловко скрестив исторические и современные стереотипы.

В полную силу Недоросль жить, конечно же, не хочет. В глубине души он хочет упокоиться прижизненно: хочет на ручки и под одеялко вечного покоя. В поисках идеала как убежища считает, что спасается от смерти, на деле же спасает самого себя… от жизни.

Еще пример. Героиня пришла ко мне на сессию с жалобами на саботаж своего дела и ухудшающееся зрение. Фигура в бессознательном, ответственная за проблемы со зрением, как по учебнику, сказала, что не хочет видеть будущее, в котором рано или поздно – смерть. Когда я спросила героиню, как она сознательно относится к смерти, та ответила, что в Бога не верит, но, случись что, «в церковь бегает». В роли хозяйки такого двоякого отношения к смерти вышла подростковая фигура героини, которую настолько напугали рассказы старших о посмертных мучениях, что она решила на всякий случай перестать верить в Бога. Мол, во что не верю – того нет. И все бы ничего, но – парадокс – именно материалистический взгляд на смерть как на небытие и создал в бессознательном действительный страх смерти как небытия. Настолько сильный, что решено было физически выключить зрение и не смотреть в то будущее, где смерть. Классический пример того, как человек приходит именно к тому, чего боится, от чего бежит.

Мы трансформировали идентичность девочки-подростка, вырастили ее до взрослого состояния и получили эталонную фигуру, которая сказала героине: «Ты ничего не делаешь – ни в лечении зрения, ни в своем деле, – поэтому и результатов нет». Так мы узнали истину, которую все знают, но… ничего с этим знанием не делают.

Недоросль видит идеал как легитимную возможность сбросить планку требований к себе. На этот спрос приходят сетевые доширак-психологи и предлагают обезболивающее. В соцсетях вирусятся ролики с разоблачениями: «Женщинам с высоким интеллектом трудно выполнять бытовые дела, вот поэтому ты не любишь готовить и убираться, а не потому, что ты ленивая». И рядом: «Пишешь как курица лапой? Это не ты неряшливый, это у всех людей с высоким интеллектом почерк неразборчивый». Так мы рискуем получить посредственность с плохим почерком и немытой посудой, а вовсе не интеллектуала.

Везде, где идет борьба за свободу, равенство и справедливость, мы непременно встретим ярких представителей психологической незрелости. Диванный феминизм, бодипозитив, толерантность – типичные убежища людей-детей.

Психологическая незрелость и ее верные спутники – низкая самооценка, убежденность в неправильности мира и бессмысленности собственного бытия – рождают у людей-детей потребность становиться частью массовых движений – чего-то большего, чем они сами.

Во всех сообществах, движениях и стратах, где пропагандируется снижение планки требований к себе, смягчение усилий и отказ от стремления к трудному совершенству, мы встретим тех людей-детей, что не справляются с взрослыми задачами, чей жизненный идеал – это возможность избавиться от непосильного труда. Так, например, в одной из сетевых феминистических дискуссий о диктатуре патриархата в произведениях великих художников и скульпторов мне встретился изумительный комментарий:

«Я сама хожу с небритыми ногами три года и очень хотела бы видеть больше образов женщин с естественными волосами на теле. Так как Я и сама активно рисую, Я стараюсь везде, где могу, уделять внимание этой детали женского образа. Конечно, это возможно не везде. Я аниматор, и в одном из Своих мультфильмов Я пыталась прорисовывать героине на ногах волосы. Однако изображать тонкие волоски из кадра в кадр оказалось просто невозможно из-за того, какой колоссальный объем работы это добавляло при проработке каждой сцены, и от этого в итоге пришлось отказаться. Однако в Своих иллюстрациях Я достаточно активно эту тему затрагиваю. Волосы на ногах – неотъемлемая часть Меня, поэтому и на Моих иллюстрациях героиня свободно существует с небритыми ногами».

В этом комментарии прекрасно абсолютно все. Во-первых, неспособность автора быть верным своим принципам в своем же деле («просто невозможно из-за того, какой колоссальный объем работы»). Готовность к колоссальному труду и верность принципам – это сугубо взрослая способность. Во-вторых, если заглавное «Я» еще можно объяснить калькой с английского, то в «Своих», «Меня», «Моих» уже читается грамматическая претензия на уровень Творца, которая вдвойне забавно смотрится, когда стоит в одном абзаце с отречением от взрослого труда.

Нередко встречается и обратное, когда психологически незрелый человек, гонясь за взрослым непосильным совершенством, невротизирует себя, бездумно задирает планку требований и перегорает. Взрослый предъявляет высокие требования к себе не потому, что хочет прыгнуть выше головы, а потому, что эти требования уже посильны для него, естественны, как сама жизнь.

Нас восхищают те, для кого высокая планка досягаема. Мы ценим не столько внешнее совершенство, сколько внутренние основания, сделавшие его осуществимым. Невротическое неестественное совершенство никого не красит. Мы не восхищаемся болезненно худыми, чья стройность – результат булимии. Мы не восхищаемся успешными, чей путь к успеху был по головам. Мы восхищаемся теми, кто способен делать сложное легко[7]. Единство внутреннего с внешним восхищает нас своей правдивостью. Разобщение внутреннего с внешним отталкивает нас своим двуличием. Мы ценим правду и не любим ложь.

Человек-ребенок живет на качелях «очарованность – разочарованность». Он очаровывается недостижимым идеалом, но вскоре разочаровывается своей неспособностью его достичь. Очарованность дает ему силы на рывок. Разочарованность предельно обесточивает его. Оттого люди-дети кидаются в крайности: либо тотальное искоренение своих несовершенств, либо тотальное потворство им. И предъявляют требование возвести пороки в ранг добродетелей.

Взрослость – это не одна только способность к сверхусилиям, как мыслит Недоросль. Любой невротизированный человек-ребенок может прилагать нецелевые сверхусилия.

Взрослость – это умение стремиться к совершенству и одновременно выдерживать несовершенство.

Взрослый может смотреть, не отводя глаз, на свое текущее несовершенство и продолжать двигаться к идеалу, даже если тот недостижим. Недостижимость идеала и свое несоответствие ему не повергают взрослого в отчаяние. Он не бросает попыток, не опускает рук. И не бежит рывками. Он следует завету Марка Аврелия[8]: «Делай что до́лжно – и будь что будет». Для такого пути на дальнюю дистанцию, конечно же, нужна стабильная глубинная энергия, которой у ребенка нет. Оттого люди-дети не умеют ни трудиться основательно, ни качественно расслабляться. Даже тогда, когда им отдыхать уже не только можно, но и нужно, чтобы сохранить здоровье.

Однажды на заре моей практики я работала с молодым человеком, который жаловался на панические атаки. Когда мы проявили в образном пространстве бессознательного фигуру хозяина его панических атак, тот сразу сообщил их подлинную цель: заставить молодого человека пересмотреть свой подход к работе и отдыху. Оказалось, на работе мой клиент прокрастинировал, а приходя домой, не мог расслабиться из-за невыполненных вовремя задач. В рабочее время не мог заставить себя напрячься, а в свободное время не мог заставить себя расслабиться. И не работал, и не отдыхал как следует.

Когда вы не справляетесь с нагрузками и не умеете создать гармонию работы и отдыха, всегда есть детское решение – сбросить нагрузку. Но есть и взрослое решение – задать себе вопрос: как стать и быть тем человеком, для которого необходимые нагрузки посильны, а лишние не нужны?

Примечателен рассказ моей клиентки, у которой лишнее ушло само собой:

«У меня после терапии миллион лишних телодвижений отвалилось за ненадобностью и в отсутствие смысла. При этом мир не рухнул, и в целом это ни на что не повлияло глобально (как думалось изначально).

Я с двумя подругами-мамочками так поработала и слышу теперь от них, что, оказывается, можно не наготавливать первое-второе-компот по пять раз в день, а готовить из любви и по необходимости, вследствие чего готовка из ненавистной рутины превратилась в приятный быт.

Кстати, еще интересный бонус к этому всему: дисциплина перестает быть проблемой. Когда действуешь не из невроза, а из любви, замечаешь, что некоторые вещи просто делаешь регулярно в радости. Хоть это и очевидно, но обнаружить было очень приятно».

Стратегии латентного самоубийства (необязательно физического, а социального, к примеру) – тоже радикальное стремление к покою и отказу от усилий.

Пример из практики. Ко мне на сессию пришла клиентка с проблемой саботажа, который уже не просто создавал ей дискомфорт, а прямо-таки доводил до денежных проблем (самоубийство в деле). Когда мы проявили образ идентичности, ответственной за саботаж, – увидели фигуру на диване, и она сказала, что сознательно ведет мою клиентку к смерти… чтобы отдохнуть. Пришлось немного пробежаться по истории религий, чтобы показать фигуре разные взгляды на посмертное бытие. Услышав, что смерть – это не отдых, а, скорее, новая работа, идентичность вскочила с дивана с криком: «Меня обманули!» Так стала возможной дальнейшая работа по переосмыслению отношения к труду и необходимости прилагать усилия.

Другой пример – стремление не только к радикальному покою, но и к радикальному комфорту.

Героиня пришла ко мне на сессию с запросом: все хорошо: и работа, и семья, и здоровье, – но не нравится состояние тревоги и тяжести, а хочется счастья и легкости.

В пространстве бессознательного образ хозяйки тревоги и тяжести тотчас объяснил, что у моей клиентки цели кончились, и показал ее фигуру, что сидела в клетке из «привычной жизни» и наотрез отказывалась выходить в желанную счастливость и легкость. И никакими аргументами моя клиентка не смогла замотивировать свою фигуру попрощаться с клеткой. Ведь вслух звучали только ценности покоя и комфорта. А клетка обеспечивала их сполна.

При помощи тревоги бессознательное героини в повседневной жизни ей подсвечивало, что на жизненном пути она остановилась. В то время как сознательно моя клиентка оказалась совершенно не готова к переменам. Она хотела сесть на оба стула: добавить взрослые блага к возможностям ребенка. Но так не бывает.

Покою и комфорту легкость и счастливость не нужны, они избыточны, как та энергия, которая заставит двигаться – тут и конец покою и комфорту. Запрос «Хочу оставить все как есть, только добавить легкость и счастливость» звучит как «Доктор, я хочу оставить ожирение, только добавить к нему стройность». Увы, так не работает.

Счастье, энергичность, легкость – это взрослые блага и состояния, которые требуют выхода из привычной детской клетки «Все как есть».

Это не значит, что во взрослой жизни – только дискомфорт и беспокойство, как боятся ваши внутренние дети. Во взрослости другой покой. Покой парящей птицы по сравнению с покоем борова.

Идеальная жизнь невозможна в стазисе – только в динамике. А значит, невозможно навсегда застыть в поверхностной гармонии, пусть и комфортной. Гармония должна быть основанием внутри – настолько глубоко, чтобы выдерживать любую внешнюю динамику. И на каком бы уровне благополучия вы ни были сейчас, я полагаю, вы хотите чувствовать себя по-настоящему живым, а не прижизненно покойником, не правда ли?

Вариации небытия

Если детей моего поколения ужасал мультфильм «Нехочуха», в котором мальчик-лентяй встретил версию себя из того футуристического будущего, где «вкалывают роботы, а не человек», то… будущее уже здесь. И, как в анекдоте, вчера было нельзя, сегодня можно, завтра станет нормой, а послезавтра – обязанностью. Сегодня Нехочуха оскорбляется на правду, завтра борется за право не только открыто быть Нехочухой, но и гордиться этим, а послезавтра все, кто недостаточно Нехочухи, окажутся персонами нон грата.

Так почему же мы все еще недовольны возможностью жить инфантильно?

Если отбросить выгоды инфантилизма нам мешает слабость, то почему бы не упокоиться в поверхностной гармонии, не отказаться от претензии на взрослые блага и не довольствоваться малым, а точнее – уже имеющимся и уже избыточным для счастья?

Откуда в нас эта неистребимая потребность в идеале взрослого? И для чего она?

Платон стал тем, кто первым описал нам мир идей как совершенную реальность, но он не изобрел само стремление к идеалу.

Просится вывод: идеал – это и есть наша природа, от которой мы пока оторваны.

Я часто задаю клиентам вопрос, что страшного произойдет, если они не смогут получить свой идеал. И так или иначе слышу: «Тогда я проживу не свою жизнь». А на вопрос, что страшного в том, чтобы прожить не свою жизнь, ответ всегда: «Это все равно что вообще не жить».

Здесь постулируем банальность: в бессознательном у каждого человека прописана некая своя жизнь, отличная от множества вариантов не своих жизней, которые человек ощущает уже не как вариации жизни, но как вариации небытия. Для бессознательного поиск идеала – это не стремление к комфорту, а вопрос жизни и смерти. Сильное удаление от некоего своего пути включает в бессознательном сигнальную систему, и в жизни человека появляются тревога, зависть, паника, фрустрация, боль бытия, страдания, болезни и несчастья. Все средства хороши, чтобы заставить его возвратиться к некоему своему пути.

Свой путь психологи обычно представляют как срединный между путем родительского сценария и путем контрсценария – того подросткового бунта, что может затянуться и остаться с нами до седых волос. А так как в бессознательном у Недоросля послушные внутренние дети чередуются с бунтующими внутренними подростками, его движение по жизни будет походить на качание маятника от «порадовать маму-папу» до «назло маме-папе». Маятник летит, раскачиваясь, вдоль линии времени, рисует синусоиду и пролетает золотую середину своего пути на максимальной скорости, даже не успевая задержаться в ней.

«Вера, здравствуйте! Сейчас вопрос еды волнует больше всего. Есть какая-то выученная беспомощность: не могу сбросить вес, не могу добиться успеха в заработке – все равно не получится, сколько ни пытайся. Поэтому какое-то время иду на заряде энергии, а потом он заканчивается и наступает ступор: впадаю в какой-то стресс, начинаю есть, пить, спать, смотреть сериалы. Дальше включается состояние “Я ничтожество, терять мне больше нечего, я жирная, я пьянь”, энергия падает еще больше, и ем я еще больше. Смысл что-то делать? Все равно все зря, ничего не получится, я ничего не добьюсь.

Я просыпаюсь утром и думаю, чего бы съесть. И если никуда уходить не надо, то начинаю продлевать удовольствие: а чего бы еще съесть, чтобы не начинать дела, чтобы подольше порадоваться. Поев с утра, уже начинаю думать, когда можно будет поесть в следующий раз и что это будет. Любое событие, сопряженное с застольем, радует: можно будет официально и законно ничего не делать – праздник же, мероприятие. И когда праздник подходит к концу, мне хочется всеми силами продлить его: еще по одной выпить, еще что-то съесть, еще чуть-чуть задержаться.

Я молодец, только когда что-то делаю и есть какой-то результат, все остальное – заедаю. Что-то делать просто так сил и мотивации нет – все равно результата не будет, я брошу на полпути. Сложно делать что-то новое или то, что давно не делала: есть ощущение, что не справлюсь, – заедаю. Фоновая тревога, скука, нежелание что-то делать – заедаю. Когда появляются результаты от заедания (довольно быстро) – чувствую себя ничтожеством и, раз терять уже нечего, заедаю вдвойне!

Потом я дохожу до дна, по моим ощущениям, и появляется мотивация. На какое-то время ее хватает – я ношусь как электровеник, максимально продуктивная, про еду не вспоминаю, хожу на спорт, радуюсь себе.

Вместо этого хочу есть ради жизни, а не жить ради еды – есть только тогда, когда действительно голодна – желудок просит, – а не эмоционально. Хочу ощущать себя “в порядке”, просто жить, просто радоваться, сбросить лишнее и спокойно и планомерно двигаться к своим целям, чтобы долгосрочные цели зажигали меня, а не пугали и парализовали».

С этим письмом ко мне на сессию пришла прекрасная девушка, и в пространстве бессознательного мы проявили два ее полярных состояния – «Я ничтожество» и «Я электровеник» – в виде двух ее фигур. Фигуры показались в образах тонущей монашки и летящей по волнам. Тонущая монашка шла ко дну со смирением безысходности, но, когда почти касалась дна «Можно уже и умирать», в ней вспыхивала искра жизни «Умирать нельзя», и фигура взлетала наверх. Какое-то время летела над водой восторженно, уверовав в свое всемогущество, но вскоре искра гасла, и монашка вновь оказывалась под водой. Такая маятниковая система была замкнутой в себе и могла бы существовать вечно. Но нам понадобилось всего три сессии работы с образами – без долгих лет психоанализа и разговорной терапии, – чтобы мы получили первые крутые результаты и состояние героини начало стабилизироваться.

Задача психотерапии – устранить качание вашего маятника. Так синусоида спрямляется сама, и линия вашего жизненного пути оказывается той самой идеальной траекторией стрелы, летящей к цели.

Дятлом по жизни

Выражение «езда дятлом» о стиле вождения человека, что выучился на «автомате» и пересел на механику, отлично описывает стиль неидеальной жизни Недоросля: он живет рывками. Марш-бросками. Скопить энергию, рвануть, а после откатиться и лежать, копить энергию по новой. Уверена, вы тоже проживали это, и не раз. К примеру, когда могли:

• вложить все силы, заработать миллион, потом скатиться и уйти обратно в найм;

• вложить все силы, сбросить вес, потом расслабиться и наесть его обратно;

• поверить в себя, дерзнуть, не выдержать трудностей и отчаяться вновь.

Имя таким примерам – легион.

Ваши фигуры в бессознательном отлично иллюстрируют в миниатюре стиль движения «дятлом» по жизни, ведь каждая из них – это макет, ваше фрактальное подобие[9]. Когда мы проявляем внутренних детей, которые в ответе за проблему в вашей жизни, и начинаем чистить их от неудачных убеждений, они тоже взрослеют рывками. И, по мере того как вычищается критическая масса негативной информации, на место внутренних запретов возвращается все больше энергии.

Пример. Героиня пришла на сессию с проблемой лишнего веса и переедания. В качестве хозяина проблемы появился образ трехлетнего ребенка, который то и дело набрасывался на сладкое и жирное. Им управляло убеждение «Я маленький и слабый», оттого и нужно было есть (чтоб получать энергию). Убрали убеждение – ребенок сразу превратился в поджарую спортивную фигуру.

– Зачем тебе быть такой подчеркнуто поджарой? – спросила я. Любая ярко выраженная, акцентная индивидуальность – признак скрытого неблагополучия фигуры. У людей, кстати, также.

– Чтобы нравиться.

Мотив понятен: угождает вкусам общества, чтоб получать любовь от социума.

– Зачем тебе нравиться?

– Без этого я – ничтожество.

Убрали убеждение о собственной ничтожности. Фигура тотчас стала толстой и румяной, хотя и в белом спортивном костюме. Сказала: «Буду есть в свое удовольствие». Было видно, что она по-прежнему старается угодить, но теперь и нашим, и вашим – и себе, и нам. Тоже поведение ребенка, разумеется.

– Зачем тебе еда как удовольствие?

Фигура в бессознательном виртуальна, у нее нет физического тела, нет и вкусовых рецепторов. Все ее мотивы – это убеждения. И здесь мы видим как минимум убеждение «Еда – удовольствие».

– Нет радости.

– Когда исчезла твоя радость?

– В шесть лет.

Вот он – ее настоящий возраст. С трех она повзрослела до шести. Ну что ж, уже неплохо.

Нашли момент в реальности, когда исчезла радость. Там героиня, будучи ребенком, сделала неверный вывод: «Я никому не нужна. Я одинока».

Убрали это убеждение, и толстая румяная фигура сразу стала стройной. Но повзрослела снова «дятлом» – не до возраста героини, а только до подростка-бунтаря с припрятанным молотком для защиты.

– Зачем тебе защита?

– Люди могут повести себя неадекватно, я могу быть не готова.

– Что с тобой не так?

– Я слабая.

Убеждение «Я слабая» сидело у нее как мяч в груди. Мяч вытащили. Мяч сказал: «Я тебя защищаю от людей, потому что они злые, жестокие, несправедливые». Убеждения о людях были серой дымкой в теле. Дымка втянулась в шар – то были его собственные убеждения, шар сам их распускал, чтобы сидеть в груди у фигуры. Хорошо устроился: сам создавал иллюзию опасности, сам создавал иллюзию защиты.

Втянув дымку в себя, шар вырос и попытался, по его словам, лететь к другому человеку. Но вовремя был нами пойман и подставлен под лучи любви. Тогда он камнем ухнул в преисподнюю, чем ненавязчиво нам намекнул на свою суть.

После этого фигура героини стала взрослой: белой, стройной и свободной. Способной смотреть на социум спокойно – без потребности от него защищаться и без надобности ему угождать. Излучая подлинную внутреннюю свободу и совершенно не нуждаясь в лишнем весе.

В результате за месяц после одной сессии героиня сбросила шесть килограммов без диет и спорта.

Эта и аналогичные истории наглядно демонстрируют прямую связь между количеством негативных убеждений в бессознательном и объемом психической энергии человека. Вычищая из фигур определенную дозу убеждений, мы высвобождаем некий объем энергии, который позволяет фигурам взрослеть до некоторого возраста. Задача – вычистить критическую массу убеждений, что позволит человеку внутренне повзрослеть до своего биологического возраста. И тем сравнять объем его психической энергии с задачами, что ставит его возраст. Создать необходимый капитал.

Чем поступательнее движется по жизни человек, чем меньше застревает на непройденной части пути, тем выше его удовлетворенность жизнью, счастливость и результативность. Проблемы начинаются, как только возникает ощутимый разрыв между вашим биологическим и психологическим возрастом. Чувствуя его, мы думаем, что «молодеем душой» или «молодо выглядим». На деле – не живем в полную силу: пытаемся справляться с взрослой жизнью на ресурсах ребенка, а значит, сами себя обкрадываем.

Жить идеальной жизнью – значит жить в полную силу, когда объем вашей психической энергии равен задачам вашего биологического возраста.

Пример из практики. Ко мне на сессию пришла героиня с жалобой на денежные страхи и состояние оцепенения: череда форс-мажорных трат сожрала ее подушку безопасности. Нужно было активно зарабатывать, но героиня словно впала в ступор. Ее фигура в бессознательном явилась в возрасте 27 лет, хотя героине было за 40, и была убеждена, что 27 лучше, чем 40. Лучше – по меркам велнес-индустрии, но только не для бессознательного. Для бессознательного меньший возраст – это меньшие ресурсы, меньшие возможности.

Побочным действием такого возрастного отставания стали «помощники» фигуры, создававшие ее оцепенение, чтобы она не наломала дров, как молодая да ранняя. Пришлось доращивать фигуру и показывать «помощникам», что героиня уже повзрослела и «помощь» в виде оцепенения ей не требуется. В результате после сессии героиня прислала мне показательный отзыв:

«Здравствуйте, Вера! В тот же день, когда прошла сессия, случилось невероятное: у меня было три откровения, которые остаются со мной по сей день.

Первое. Я никому ничего не должна, и мне никто не должен. Но не с точки зрения “Пошли все нафиг”, а с точки зрения “Я никому не должна быть счастливой, я никому не должна быть богатой, я никому не должна быть успешной”. Я должна самой себе быть счастливой, и то – я даже себе не должна, а просто спрашиваю себя: хочу ли я? И если я хочу, значит, я буду.

Второе. Я осознала свой возраст. Мне 44, и мне в этом возрасте комфортно. До этого я была в 27. Сейчас я ощущаю: да, мне 44, я просто молодо выгляжу. Другое самосознание, и мне от этого хорошо. Стала реально спокойней, действую размереннее.

Третье. Я очень много стала смотреть со стороны: если возникает страх за деньги, смотрю на ситуацию со стороны и говорю себе: “В смысле? Ты сейчас находишься в другой точке, у тебя страх за будущее, которое никогда не произойдет”.

Я всегда была ответственной, но сейчас у меня какая-то другая ответственность, более спокойная, не в смысле “Я ответственна за всех и все на себе тащу”. Нет, не так. То, что мне необходимо сейчас сделать, я спокойно делаю без сопротивления и жалости к себе, этого бреда не стало в голове. А стало: надо – делаю, потому что это приведет меня к результату. Если не приведет – не делаю, и все».

Когда спустя несколько месяцев героиня пришла ко мне на вторую сессию, она рассказала, как прежде жила в страхе, что ее выгонят из страны, а после нашей работы пришло понимание, что мир большой, возможностей не счесть, и она может жить в любой стране. Рассказала, что три года не могла закрыть кредит и, по ее словам, ходила «ко всем психологам мира», чтобы убрать психологическую причину этой проблемы, но ничего не помогло. А после нашей первой встречи сделала это молниеносно: возникла идея, реализовала ее, появились деньги, погасила долг. Причем на сессии мы видели в качестве прогноза срок три месяца, но героиня рассчиталась с долгами даже быстрее, за два.

И это, я напомню, результат двух часов работы из исходного состояния страха и оцепенения.

Если человек не переходит вовремя с этапа на этап и застревает на непройденном – теряя силы, вскармливая страхи, – он чувствует, что не оправдывает ни общественных, ни собственных ожиданий, и его фрустрация зашкаливает. Каждое такое застревание – невыученный урок, который приближает экзистенциальный кризис. Но прежде чем нагрянет милосердный кризис и сдвинет Недоросля с мертвой точки через боль, тот может жить так, застряв, годами, если не десятилетиями.

Не существует единой системы периодизации человеческой жизни. Нет даже единого критерия ее деления на те или иные периоды. Мы вольны «нарезать» собственную жизнь на сколь угодно малые или большие доли и на любом этапе застревать.

Юнг делил жизнь человека надвое – на инициацию и индивидуацию. Пресловутая пирамида Маслоу – это одновременно и хронология пяти-семи этапов, разделенных по потребностям. А Выготский в одном лишь детстве выделял 11 этапов по чередованию периодов стабильности и кризисов.

На практике одно можно сказать с уверенностью: для любого человека в жизни существуют две «мертвые точки», на которых застревают абсолютно все. И это:

• необходимость сепарироваться от родительской семьи;

• необходимость сепарироваться от большой семьи – социума.

Мертвые точки делят жизнь любого человека натрое:

• период адаптации;

• период социализации;

• период самоактуализации.

Где-то на границах между этими этапами и потерялась ваша идеальная жизнь.

Адаптация – это период, по завершении которого мы должны скинуть обусловленность родительских сценариев и сепарироваться от семьи, чтобы уже самостоятельно выстраивать взрослые отношения доверия с собой, людьми и миром; когда должны почувствовать, что мир – это достаточно доброжелательное место, чтобы жить и действовать, люди – достаточно договороспособны, чтобы с ними общаться и обмениваться ценностями, а сам я – достаточно в порядке, чтобы справляться с этой жизнью в этом мире с этими людьми.

Социализация – взрослость по мнению социума – период, когда мы должны состояться в обществе, крепко встать на ноги, реализоваться в деле и семье, стать тем человеком, который умеет создавать материальные и нематериальные ценности и обмениваться ими с другими людьми. Обычно дальше этого периода никто не мыслит, не мечтает и не продумывает смыслы более весомые, чем только лишь социальные.

Самоактуализация – действительная взрослость как результат успешной сепарации от общества, подлинная свобода жизни и свобода раскрывать свой творческий и духовный потенциал. Уровень, на который, по оценкам того же Маслоу, переходит не более 1 % людей. Большинство же застревает на границе между всего лишь первым и всего лишь вторым этапом. Застревают надолго, как русские под Плевной[10], истощая силы. И могут провести всю жизнь в сумрачном состоянии «меж волком и собакой» – между адаптацией и социализацией.

Если неидеальная жизнь человека-ребенка – это маятниковое движение по жизни, то идеальная жизнь человека взрослого – это свободное движение без застреваний на непройденном. Пока наш Недоросль по жизненной дороге с усилием передвигает ноги, мечтая возлежать на мягких перинах ценностей покоя и комфорта, идеальная жизнь истинно взрослого похожа на движение в воздушном потоке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Гробовых дел мастер Безенчук – персонаж романа Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев».

Вернуться

2

Павел Верещагин – персонаж фильма «Белое солнце пустыни» (1969).

Вернуться

3

Эффект Земмельвейса – склонность отвергать информацию, противоречащую устоявшемуся мнению. Термин был сформулирован Робертом Уилсоном и Тимоти Лири и назван в честь венгерского врача Игнаца Земмельвейса, который в середине XIX века предложил врачам мыть руки перед хирургическими операциями, чтобы снизить смертность пациентов. Несмотря на очевидную полезность, его открытие отвергли как противоречащее официальным взглядам, а сам Земмельвейс был затравлен коллегами и скончался в психиатрической клинике.

Вернуться

4

Экзистенциальная ирония в том, что, пока я пишу эту книгу, в соцсетях среди крупных брендов и блогеров стремительно набирает популярность тренд на миниатюрные копии вещей. Многие люксовые бренды создают уменьшенные версии своих товаров, а эксперты говорят, что это с нами надолго.

Вернуться

5

«Сразу на двух конях? Седалища не хватит» – цитата из кинофильма «Формула любви» (1984).

Вернуться

6

«Буриданов осел» – выражение, которым называют крайне нерешительного человека, колеблющегося в выборе между двумя равносильными желаниями или равноценными решениями. Выражение приписывают философу Жану Буридану, который утверждал, что поступки живых существ зависят от внешних причин, а не от их воли. Свою мысль он иллюстрировал примером осла, который умрет от голода, если две охапки сена окажутся на равном удалении от него, так как при абсолютной свободе воли не сможет выбрать, какую съесть первой.

Вернуться

7

Комедия и драма бодипозитива в том, что он пытается признать красивым результат отказа от усилий. Но красота – это высокая и взрослая потребность. Бодипозитив может быть сколь угодно узаконенным, но никогда не будет считаться красивым – с тех пор как еда стала доступной и толстеть стало легко. Навыки толстеть, доступные ребенку, взрослого не восхищают.

Вернуться

8

Марк Аврелий Антонин – римский император, правивший с 161 по 180 год. Философ, представитель позднего стоицизма.

Вернуться

9

Фрактальное подобие (самоподобие) – свойство объектов, при котором целое имеет ту же форму, что и одна или более частей.

Вернуться

10

Осада Плевны – важный эпизод Русско-турецкой войны (1877–1878), военная операция русско-румынских войск против укрепившихся в городе Плевне турецких войск Османа-паши, которая на полгода задержала продвижение русской армии.

Вернуться