Нелли Штерн
Ахирон. Возвращение

Глава 1

Загадочная непостижимая чернота космоса… ледяная… безмолвная… безразличная ко всему. Что для нее маленькая песчинка жизни живого существа? Лишь яркий краткий всполох в бесконечности.

Сегодня я умерла, точнее должна была. А как замечательно все начиналось…

С самого детства я была непоседлива и крайне любознательна, от чего вечно влипала в разные истории.

– Лита! – качала головой мама, расстроенно глядя на грязные лохмотья, в которые превратилось очередное новое красивое платье. – Похоже, боги перепутали вас с братом, и тебе досталось его тело! Куда ты опять влезла?

– Я играла с красными симаргами. Представляешь? Одно семейство поселилось в нашем лесу у излучины реки, там, где растут флави.

Эти огненные мохнатые звери с большими ушами, заостренной мордочкой и не слишком длинными лапами обожают плоды флави – невысокого кустарника с маленькими жесткими листьями оранжевого цвета и крупными, похожими на орех, ягодами. Симарги легко справляются с жесткой кожурой и съедают нежную волокнистую мякоть.

– Литана! Я же запретила тебе забираться так далеко! Эти твари могут быть опасны! Ты видела их клыки? – разнервничалась мама.

– Ну ничего ведь не случилось! – возразила я.

И под пытками не признаюсь, что пришлось хорошенько побегать по лесу, спасаясь от разгневанного отца семейства. Но мне так хотелось увидеть крохотных щенят, что я отважилась залезть в нору к симаргам.

– Разумеется, – недовольно фыркнула родительница. – Разбитые колени, оцарапанные руки и испорченное платье – это, по-твоему, ничего? Отправляйся к себе и переоденься! Сегодня у нас важные гости. Постарайся не подвести меня, как в прошлый раз.

Тогда к нам пришла противная Марисса, одна из маминых нужных подруг, а я не успела спрятать свою коллекцию жуков крау. Подпихнула бокс с колонией под диван, на который с достоинством уселась Марисса в длинном алом платье. Уж не знаю, чем моим питомцам так приглянулось именно оно. Магнитная защелка на боксе была неисправна, и жуки с энтузиазмом принялись исследовать новые территории. Как же визжала эта надменная красавица, пытаясь стряхнуть насекомых! Крупные, с мою ладонь, яркого лазурного цвета, жуки цеплялись лапками за дорогую ткань и возмущенно шевелили мохнатыми усами. После того случая мама не разговаривала со мной неделю, а отцы укоризненно вздыхали.

– Почему бы тебе не выбрать для своих исследований менее шустрые объекты? – спросил самый дипломатичный из них, Рориан.

– Давай я поговорю с Лаэлем, и он пустит тебя в свою оранжерею, – предложил папа Вирэн.

– Да она же разнесет там все за несколько минут! А у меня, между прочим, только зацвели ирилии, очень редкий сорт, – нервно возразил мой старший брат.

На самом деле мы с ним двойняшки. Он появился на свет немногим раньше меня и является полной моей противоположностью: степенный, благоразумный, немногословный. Ему всегда было интереснее в собственной оранжерее, чем со мной. Цветы по мнению родителей – не лучшее занятие для мужчины-ноарийца, но им пришлось смириться. Уж если Лаэль что-то втемяшит в свою голову, сдвинуть его с принятого решения невозможно. Упрямство – наша семейная черта, которое проявила и я, когда поступила в военную академию на специальность системный аналитик.

Мама показательно отлучила меня от дома, ведь к тому моменту я уже отвергла всех ее породистых и правильных до оскомины мальчиков. И тогда я собрала небольшую сумку и с легкостью перебралась в общежитие при академии. Папа Джой, работающий в службе охраны правопорядка Ноарии, единственный из семьи поддержал меня тогда. Он незримо находился всегда рядом со мной все семь лет обучения. Был моей опорой, когда становилось совсем тяжело, и таких моментов было много. Все же несмотря на самое трепетное отношение ноарийцев к своим женщинам, поблажек для меня никто не делал.

Там же в академии я познакомилась с землянкой Элизой Кроуфорд. Эта невероятная женщина вела у нас небольшой курс по пилотированию космических кораблей. Ожившая легенда, супруга лаэрда нэйлаков – самой загадочной и закрытой расы, с некоторых пор проживающей на Ноарии. Наш император, Александр Шайн, питает к ней глубокие дружеские чувства.

Поговаривают даже, что именно в ее дом он сбегает, чтобы взять паузу и набраться сил. Эту прекрасную женщину справедливо опасаются в совете. Когда Его Величество гостит у нее, еще ни одному советнику не удалось добраться до императора.

Мне нравились ее занятия и то, как она держалась. Половина кадетов-мужчин были безответно влюблены в эту яркую красавицу с копной необычных белоснежных кудряшек и открытым взглядом глубоких серых глаз. И даже явление генерала Тимерона, еще одного супруга Элизы, не поспособствовало охлаждению горячих ноарийцев.

В один из дней, когда мне никак не удавалось освоить аварийную стыковку на симуляторе, она осталась со мной после занятий и помогла разобраться. Элиза болела космосом и полетами и очень жалела, что сейчас у нее редко выдается возможность полетать из-за малышей. Ее дочери Лилиане и сыну Говарду всего два года, но эта парочка не дает расслабиться ни на минуту. Сестра во всем поддерживает заводилу-брата, и вместе они вечно влипают в истории.

Вспомнила детство и даже рассказала немного о своих приключениях. Элиза весело рассмеялась:

– Да мои близнецы – сущие ангелы по сравнению с тобой!

Так началось наше знакомство, переросшее однажды в крепкую дружбу.

После академии мне очень повезло устроиться в исследовательский отдел корпорации «Олтария». В отличие от Элизы Кроуфорд я не связывала свое будущее с военным ведомством. Просто лучших аналитиков по моему направлению готовила именно военная академия, а я хотела быть лучшей. С идеальными рекомендациями меня пригласили на собеседование, и должность младшего аналитика стала моей.

Отдел, в котором я начала свою деятельность, занимался поиском альтернативных источников энергии. В задачу аналитиков входило изучение перспективности применения той или иной гипотезы. Периодически корпорация отправляла исследовательские корабли в разные концы вселенной. Об участии в подобной экспедиции мне приходилось только мечтать, но, спустя пять лет работы старшему аналитику, Литане Вириан выпал шанс.

– Лита, – обратилась ко мне завлабораторией, Миранда Кетч, – через два месяца исследовательский корабль Майорин-12 стартует к системе Диамеда. Я хочу рекомендовать тебя в качестве главного аналитика в экипаж судна, – произнесла она, а у меня внутри все замерло в невероятном предвкушении. – Справишься? – красивая далинарка подняла невероятные фиалковые глаза и пристально вглядывалась в мое лицо.

– Разумеется! – подтвердила с готовностью и вытянулась во весь рост.

– Прекрасно! Я очень рассчитываю на тебя, Литана. На эту экспедицию руководство возлагает особые надежды, – продолжила она. – Вылет через десять дней. Передай дела и подготовься.

– Да, госпожа Кетч, – кивнула с готовностью.

– Не подведи меня, Литана, – напутствовала меня начальница.

Если бы я знала, что меня ждёт впереди, ни за что бы не согласилась войти в состав экипажа.

Странности начались с самого первого дня. Больше половины экипажа гражданского исследовательского судна составляли сотрудники службы безопасности компании. Не знала, что наше путешествие может быть настолько опасным, что на борту разместили небольшую армию.

Кстати, в моем подчинении тоже были сплошь мужчины с военным прошлом.

Сидя в своей каюте и готовясь ко сну, нервно бродила из угла в угол, и все же решилась на небольшое нарушение. Для меня не составило труда вскрыть инженерную информацию о корабле. Конструкция, оборудование, вооружение… Что? Не сразу поверила своим глазам. Исследовательские суда всегда оборудовали мощной защитой и особым вооружением, но я и подумать не могла, что окажусь на военном корабле, замаскированном под гражданский.

Тщательно подтерла за собой следы вмешательства и завалилась на узкую кровать. Мне надо было подумать. Куда мы на самом деле направляемся и какая истинная цель экспедиции?

Только под утро погрузилась в тревожный сон, полный неясных тревожных предчувствий. Стоило открыть глаза, и решение выяснить, во что меня втянули сформировалось окончательно. С того дня я стала очень внимательно прислушиваться и присматриваться к происходящему вокруг. Взяла за правило отслеживать работу своих подчиненных в надежде ухватить хоть какие-то крупицы информации, но ничего подозрительного не происходило, а мы все дальше улетали от дома.

Отдежурив свою смену на мостике, устало потерев глаза, поднялась из кресла.

– Вириан, – дежурно кивнул мне подчиненный, сменяя меня.

– Лексиан, – произнесла в тон ему и направилась в коридор, но не дойдя буквально несколько шагов до каюты, поняла, что оставила на мостике свой планшет.

Вздохнув, решила вернуться, а стоило перед моим лицом разойтись створкам, как я напряглась, услышав обрывок разговора:

– У нас приказ – добраться до Ахирона за месяц, – сказал один из безопасников.

– Придется скорректировать курс, – отвечал ему штурман. – Могут быть вопросы. Девчонка и так подозревает что-то.

– Она – не твоя забота, – отрезал безопасник.

Внутренне обмирая, шагнула на мостик. Речь совершенно точно шла обо мне.

– Забыла планшет, – нервно заметила я, схватила с пульта свое устройство и едва удержалась, чтобы не побежать.

Мозг лихорадочно работал, пытаясь найти выход из дерьмовой ситуации. По всему выходило плохо. Даже если мне удастся взять один из шаттлов, далеко мне не улететь. Материнский крейсер настигнет беглянку слишком быстро. Зачем я вообще им понадобилась на этом корабле? Для чего наша завлабораторией выбрала именно меня?

Все мои исследования и проекты, в которых я принимала участие, расчеты и вероятности… Как будто все эти детали были частью чего-то грандиозного, чего пока мой разум не может оценить. Взволнованно открыла собственные выкладки. В воздухе передо мной возникли схемы и диаграммы, зависимости, трехфакторные модели.

– Нет! – прошептала потрясенно. – Этого просто не может быть!

Глава 2

Даже зажмурилась на несколько секунд и снова открыла глаза, рассматривая результаты. Вот эту зависимость я уже однажды видела. Запретные знания, тайные, древние.

В одну из наших очередных вылазок с Элизой (только я, она и великолепный расслабляющий массаж, который делали кудесницы-филси в одном из самых популярных центров столицы) я буквально умоляла ее замолвить за меня словечко перед ее пугающим супругом, лаэрдом нэйлаков, Корнелиусом Даграном. Разумеется, на полномасштабное исследование не стоило и рассчитывать, но мне очень хотелось хотя бы приоткрыть завесу тьмы, надежно скрывающей источник абсолютного могущества древней расы. Лиз хохотала и грозила сдать меня Кору, как очередного безумного ученого, стремящегося похитить бесценные знания, но все же сдалась, а он ни в чем не мог отказать своей горячо любимой супруге.

Дагран показательно закатывал глаза и вздыхал, но подруга была непреклонна и выпроводила нас обоих к нему в кабинет. По началу я робела перед этим загадочным и молчаливым мужчиной, но стоило только получить ответ на первый свой несмелый вопрос, как фанатичная жажда познания захватила меня.

Корнелиус тщательно старался сдерживать улыбку, и я бы вообще ничего не заметила, пока, явно увлекшись, не стала выстреливать запросы со скоростью автоматической корабельной пушки. Нэйлак прыснул, заставляя меня непонимающе хлопать глазами.

– Вот уж не думал, что такую милую девушку будут всерьез интересовать диаграмма колебаний тьмы и графики выбросов, – мягко улыбнулся он.

Суровое волевое лицо его преобразилось, становясь невероятно красивым. Теперь я точно знаю, за что именно Лиз полюбила этого пугающего властелина тьмы. Вместо выторгованных чуть ли не с боем тридцати стандартных минут, я получила в свое распоряжение целый час его драгоценного времени. И только атака маленьких близнецов, соскучившихся по папе, заставила меня горестно вздохнуть и отпустить мужчину в семью.

Бесценные выкладки я храню на самом защищенном носителе, но помню каждую из них наизусть. Ошибка исключена! И как я сразу не обратила внимание на потрясающее сходство? Все дело в том, что нужные цифры были спрятаны за кучей бесполезного мусора. Если не знаешь, что искать, никогда не заметишь истинное сокровище за грудой хлама. Активировала собственную защиту на планшете и принялась скрупулезно вычищать ненужное, складывая идеальный узор.

Спустя еще пару часов драгоценного времени я окончательно убедилась в том, что чувствовала интуитивно. «Олтария» тайно исследует феномен тьмы нэйлаков. И что самое интересное, несмотря на прямой запрет имперской службы безопасности, в своих изысканиях корпорация продвинулась довольно далеко. Они хотят взять под контроль силу этой расы, а для этого им нужен источник, то самое ядро, которое хранило тьму нэйлаков. Вот истинная цель нашей экспедиции. Самое паршивое, что я не могла даже связаться ни с кем за пределами корабля. В целях безопасности, экипаж сдал личные коммуникаторы под охрану. Получить их назад невозможно без допуска босса. Внешние контакты также запрещены. Стоит только попытаться влезть в систему, меня тут же отправят под арест до выяснения, в лучшем случае. Корпорация весьма щепетильно относится к защите своих тайн.

«Думай, Лита, думай! Как еще можно отправить весточку на Ноарию?» – от волнения снова заходила по комнате.

– А что, если… – произнесла вслух, осененная внезапной идеей.

Пальцы сами запорхали над виртуальной клавиатурой планшета, выстраивая цепочку команд. Я попробую замаскировать свое сообщение, под сбой программы. Один маленький, но очень полезный бот на краткое мгновение организует брешь в защите, и мое письмо попадет в массив служебной информации, который несколько раз в день отправляют в головной офис. Изменить адрес получателя совсем несложно, тем более, что контакты Элизы я помню наизусть. Если кто и сможет вытащить мою неудачливую задницу из этой передряги, то только она…

– Вириан, откройте! – раздался строгий голос нашего начбеза.

Не дождавшись моего позволения, дверь каюты вскрыли с той стороны мастер-ключом, и маленькую комнату заполнили ноарийцы с оружием.

– Зря ты так, девочка, – почти сочувственно покачал головой суровый мужчина и перехватил мой планшет из ослабевших пальцев. – Взять ее! – бросил он резко, и меня под руки вывели из комнаты.

Элиза Кроуфорд, планета Ноария в это же время

– Ваше императорское Величество! – пропела ехидно, встречая Алекса Шайна у дверей уютного домика на Лисонских озерах.

Мы с мужьями и детьми решили отдохнуть недельку на нашем любимом курорте. Надеялись, наконец, побыть только семьей – не вышло.

– Что на этот раз? – спросила я, подозрительно рассматривая мрачное лицо ноарийца.

Трехлетняя Лилиана, только что всерьез увлеченная сменой моего имиджа, мгновенно потянула ручки вперёд.

– Алекс! – радостно воскликнула она и завертелась, требуя передать ее мужчине.

Император улыбнулся малышке и с готовностью перехватил, удобно усаживая на локоть.

– Где твой брат, красотка? – бережно тиская мою дочь за нежные щечки, спросил Алекс.

– Катается на гравилыжах с Гектором и Шейном, – ответила я, пока Лилиана высунув кончик языка, отколупывала золотую магнитную застежку с кителя императора.

Неужели он опять сбежал с очередного совещания?

– Милая, – позвала дочь, пока еще мундир был цел, – ты забыла? Вы же с папой Кором хотели поплавать.

Тут весьма кстати с кухни с нарезанными фруктами и сыром вышел Дагран.

– О, у нас гости, – понимающе хмыкнул он, устанавливая угощение на низкий деревянный столик. – А я надеялся, что ты хоть немного отдохнешь, любимая!

– Отдых для слабаков! – заявила решительно, передавая Лилиану моему нэйлаку. – Развлекайтесь! – помахала сладкой парочке ладошкой и молча прошла к столу.

– Извини, у нас только вино, – бросила я через плечо и наполнила два бокала изумительно хрустким и свежим напитком.

Алекс грузно опустился в кресло, словно на его плечи обрушились разом все вселенские проблемы. Похоже, одним вином тут не обойтись. Сделала хороший глоток, наслаждаясь прекрасным сбалансированным вкусом, стащила с тарелки дольку груши и уселась на широкий подлокотник кресла рядом с другом.

– Эй, красавчик, – тихонько позвала его, проводя ладонью по плечу в жесте поддержки, – расскажи мне, что случилось.

Ноарийец тяжело вздохнул и ссутулился еще сильнее, пряча лицо в широких ладонях. В этот момент я действительно испугалась, буквально задрожала от страха за этого несгибаемого весельчака. В голову лезли разные мысли, одна дурнее другой, но я усиленно молчала, ожидая пока он соберется с духом.

– Она позвала меня… сама… спустя почти четыре года, – сдавленно начал Алекс. – Я бежал к ней, улыбаясь, как мальчишка… а там… он разложил ее прямо на рабочем столе… эти звуки… ее стоны… я до сих пор их слышу…

– Постой, подожди, – не поверила в этот бред. – Да она терпеть не может генерала Сторна и вдруг подпустила его к себе? Не может этого быть!

– Я видел все собственными глазами! – заорал он и в ярости ударил кулаками по столу.

Массивная крышка с громким отчаянным хрустом лопнула, на пол, жалобно звеня, полетели бокалы и закуски, с такой любовью сервированные для меня супругом. Алекс вскочил, покрываясь броней и выпустив когти.

– Хватит! – строго припечатала я. – Если ты и дальше планируешь громить наш дом, тебе лучше убраться обратно в столицу!

Император упрямо поджал губы, но скинул броню, возвращаясь в состояние хрупкого равновесия.

– Прежде чем ты примешься за уборку, – начала я, Алекс очень хотел возмутиться, но благоразумно не стал этого делать, – просто подумай вот о чем. Все это слишком смахивает на подставу. С точки зрения Федерации Независимых Планет крайне выгодно попробовать выбить для себя преференции, используя Рори, и генералу бы первому притащить ее в твою спальню, но он, почему-то, этого не делает, а наоборот, препятствует вашему сближению, – работа мысли заметно проступила на нахмуренном лице величества.

– Просто он хочет, чтобы она принадлежала только ему! – Алекс уверенно выдал результат.

– Не смеши меня! – парировала язвительно. – Генерал ни за что не станет рисковать своей карьерой, ведь, если вскроется, какую именно золотую фишку Сторн прятал от правительства Федерации, он не только погон лишится. Там не прощают подобных ошибок. Дело в другом. Этот скользкий гигантский червь затеял какую-то свою игру. И мы просто не понимаем его мотивов, пока. Сама себе не верю, что советую тебе подобное, но ты тщательно проверил информацию о своей паре?

– Досье на полковника Бартон, предоставленное Федерацией, было изучено мной вдоль и поперек и даже сверх того, твой обожаемый Дагран перепроверил каждую строчку и ничего не нашел, – ответил Алекс.

– Должно что-то быть! – не сдавалась я и задумчиво прошлась по гостиной к окну, рассеянно скользя взглядом по Лилиане. Малышка с визгом прыгала с бортика бассейна прямо в руки стоящего в воде Корнелиуса и заливисто хохотала, если он ловил ее в самый последний момент.

Громкий сигнал моего планшета заставил вздрогнуть.

– А я уж думала, что никогда не найду его после игр близнецов, – пробормотала, извлекая устройство из-под массивного комода на ножках, расположенного у окна.

Открыла список входящих сообщений и едва не закатила глаза.

– Поверить не могу! Сколько прошло с того момента, как Лита улетела в свою долгожданную экспедицию? Неделя? – спросила вслух у самой себя. – Неужели уже соскучилась? Я-то думала, что не услышу о ней раньше, чем через три месяца. Она же совершенно одержима своими расчетами… – продолжала улыбаться, открывая письмо и непонимающе уставилась на короткое послание:

«Меня хотят убить. Помоги! Координаты: 12 74 32 сектор X 32».

– Это что, шутка такая? – растерянно спросила я.

Глава 3

– Что там? – нахмурился Алекс, осторожно вынимая из моих одеревеневших пальцев устройство.

Он пробежал глазами письмо.

– Ты что-нибудь понимаешь? – спросил он меня.

Пугающее оцепенение ушло, уступая место собранности и готовности оперативно решать любую задачу, вбитую за время службы на космофлоте.

– Так… – стала восстанавливать логическую цепочку событий. – Литана, моя подруга…

– Я знаю, – нетерпеливо отмахнулся император, – дальше…

– Она работает в аналитическом отделе корпорации «Олтария». Неделю назад ее включили в состав очередной экспедиции.

– Куда именно они направились? – продолжил расспрашивать Алекс.

– Коммерческая тайна. Лита не имела права разглашать эту информацию, как и цель путешествия. После отлета она не давала о себе знать, заранее предупредив, что таковы правила. И вот теперь это… Может, на них напали?

– Кто? – удивился ноариец. – Этот сектор хоть и отдален от нашей системы, но весьма спокоен. Нужно проверить. Зови своего мужа. Кажется, здесь дело по его части, – задумчиво пробормотал Алекс и вернулся к дивану, активируя свой коммуникатор. Я же бросилась на веранду.

Снег необычного голубоватого оттенка медленно опускался на землю, укрывая ее драгоценным пуховым одеялом. На подогреваемом композитном покрытии ледяные перья диковинных птиц быстро таяли. От воды шел пар.

– Кор! – позвала я, становясь у бортика бассейна.

– Да, милая, – ответил он, не повернув головы. Сильные руки надежно удерживали нашу Лилиану, помогая ей лежать на спине.

– Кор, пожалуйста, – дрогнувшим от волнения голосом снова позвала его.

Супруг замер и поднял голову, красивые ореховые глаза пристально оглядели меня.

– Ну-ка, милая, давай будем выбираться. Хорошо? – ласково произнес он и потащил упирающуюся малышку к бортику.

– Не капризничай, Лил, – увещевала я, принимая насупившуюся дочь в пушистое полотенце.

Корнелиус вышел следом, накидывая на широкие плечи пушистый халат. Каштановые волосы, влажные от влаги, были в легком беспорядке.

– Что случилось? – серьезно спросил он.

– Похоже, с Литой беда. Алекс уже занимается этим вопросом и велел позвать тебя, – ответила ему.

– Даже так? – приподняв одну бровь, удивленно спросил Кор. Я кивнула.

– Гектор с Шейном не вернулись?

– Нет еще, – ответила ему. – Я переодену Лили и спущусь к вам.

Чуть ли не бегом отправилась наверх, чтобы вновь вернуться в рекордные сроки. Пока устраивала дочурку в ее любимый эйар-симулятор, Алекс с Кором что-то сосредоточенно изучали на особом планшете моего супруга.

– Значит, заявленный маршрут с конечной точкой в система Диамеда, так? – задумчиво растягивая слова, говорил Алекс.

Перед мужчинами в пространстве развернулась космическая карта.

– Вот сектор X32, – продолжил он, – а здесь та самая система Диамеда, – на схеме появилась новая сияющая точка. – Ничего не замечаешь?

Кор молчал, а я подошла ближе, вглядываясь в знакомые созвездия и туманности.

– Подожди, – осененная идеей протянула я, подбираясь ближе и едва не утыкаясь носом в трехмерную проекцию.

Перехватила управление и немного увеличила масштаб. Надела на руку стилус и подключила синхронизацию.

– Опытный штурман скорее бы проложил маршрут через сектор Х 31, чтобы потом двинуться сюда, – отмечала нужную траекторию рукой.

– Вывод? – согласно кивая, спросил Алекс.

– Или они вовсе не собирались попасть в Диамеду, или что-то заставило их изменить маршрут, – ответил Корнелиус.

– Верно, мой друг, – согласился император.

– Что будем делать? – переводя напряженный взгляд с одного мужчины на другого, задала вопрос.

– Нам нужен хотя бы один военный борт поблизости. Мои сотрудники уже ищут подходящие варианты, – ответил Дагран.

– Да кого ты найдешь в этой космической дыре? – раздраженно бросил Алекс.

Резкий сигнал о входящем сообщении в клочья разорвал напряженную тишину.

– Ричард Грант как раз возвращается на Ноарию через соседний сектор. Он в любом случае быстрее окажется по заданным координатам, чем кто-либо другой, – подняв глаза от экрана, сообщил Кор.

Ричард Грант

Личный приказ императора, полученный по зашифрованному каналу, признаться, удивил. Мне надлежало немедленно выдвигаться в сектор Х 32 по заданным координатам и найти там пропавшую девушку-ноарийку. Полномочия предоставлялись самые широкие, вплоть до применения оружия. Настоящая военная операция. Девушка… кто же она?.. не Элиза… не та. В груди до сих пор болезненно сжималось от мыслей, что четыре года назад я окончательно упустил свое счастье. Тогда после невероятного спасения из плена Лиз говорила со мной, поставив окончательную точку в наших отношениях. А я, дурак, надеялся, что смогу вернуть ее. Живая, искренняя, нежная и мягкая, но удивительно стойкая и упрямая, слишком долго не понимал, как много она значила для меня. Заменил истинное чувство жалким суррогатом. Но чего уж теперь. Бывшая невеста мертва, да и винить стоило только себя. Даже после моего возвращения на Землю Лиз не оставила меня и помогла сбежать из того ада, в который превратили мою жизнь власти Федерации. Им нужна была она, и они видели во мне рычаг влияния на девушку.

И вот я здесь, вновь на военной службе, управляю одними из самых современных крейсеров во вселенной, но не проходит и дня, чтобы горечь утраты не сжимала мое сердце. Фред Гаррисон, бывший командир корабля, на котором летала Элиза, теперь пилотирует гражданские паромы. Он поддержал меня в первое время на Ноарии, да и сейчас мы с ним часто видимся.

Лиз не хотела встречаться со мной. Я это понимал. У нее семья, трое супругов, а теперь еще и двое чудесных детей, но мне было необходимо убедиться, что она просто была в моей жизни. Напитать живительной силой свои поблекшие воспоминания о ней, чтобы снова упрятать их поглубже и доставать, смакуя каждый момент, как истинную драгоценность. Полгода назад Фред, наконец, сжалился надо мной и убедил Элизу встретиться. О былых теплых чувствах не могло быть и речи, Лиз не простила мне предательства, но мы вполне сносно пообщались и даже вспомнили времена нашей учебы в академии. С той самой первой встречи я время от времени возвращаюсь в ее жизнь, напоминая о себе. Поначалу Лиззи раздражалась, а после уступила моему упрямству, признавая, что когда-то мы были важны друг для друга, пока я сам все не испортил.

Супруги Элизы не в восторге от того, что мы с ней общаемся. Больше всех злится Гектор, но и он слишком хорошо знает Лиз, чтобы понять: бесполезно давить на нее и запрещать что-либо. Именно поэтому большинство наших встреч слишком часто срывались под различными предлогами: то у Даграна вдруг неожиданно выдается выходной, который он непременно хочет провести со своей женой, то у Гектора внезапно раньше заканчиваются учения, и он возвращается домой, устраивая сюрприз Элизе. А Шейн, заручившись поддержкой императора, самым наглым образом утаскивает девушку во дворец под разными предлогами. Все же иногда мне удается увидеть ее, ведь я тоже не гнушаюсь самых грязных методов и часто подкарауливаю ее у Фреда дома. Благо ему тоже не очень нравится, как мужья его девочки охраняют свое сокровище от меня. Но я, в отличие от них, больше не живу в иллюзиях. Если бы у меня был хотя бы призрачный шанс, они не сумели бы встать между нами, но все дело в Лиз. Она не дает вторых шансов.

– Пять минут до заданных координат. Ничего подозрительного не обнаружено, – отвлек меня от размышлений штурман.

Снизил скорость и активировал режим поиска. Если там за бортом осталось хоть что-то, способное намекнуть на судьбу девушки, мы это найдем. Крейсер удалялся все дальше от полученных координат. Искать и дальше уже не имело никакого смысла. Хотя…

– Капитан! Что это? – воскликнул специалист по вооружению, первым заметив какой-то объект.

– Вывести на экран! – скомандовал я.

Сканеры воспроизвели изображение и построили трехмерную проекцию тела. Определенно гуманоидного тела, парившего в открытом космосе без скафандра, но во вполне узнаваемом шлеме.

– Это автономная военная модель, предназначенная для экстренных случаев, – подтвердил мою мысль техник.

– Имеешь ввиду незапланированный выход в открытый космос? – едко ухмыльнулся в ответ. – Держи корабль, Леон, я на шаттле отправляюсь за ним, – и, не мешкая, покинул мостик, отправляясь к шлюзу.

Там меня уже ждал космодесантник, майор Дуглас.

– Капитан, – кивнул он и протянул мне еще одну новейшую разработку военных, компактный скафандр.

Активировал устройство, и тело привычно затянуло в крепкую броню, способную выдержать даже попадание энергопушки средней мощности. Зафиксировал на поясе шлем и первым нырнул в открытые двери. Запустил двигатели. Натренированное годами тело действовало автоматически. Открыть шлюзовые двери. Мягкий взлет и на маневровых потихоньку к объекту.

– Перехвати управление, – бросил майору, отстегивая ремни.

– Не положено, капитан, – прогудел он, перегораживая мне выход. – Я сам заберу тело.

– Не дури, Ирвин, – отмахнулся раздраженно. Почему-то мне вдруг стало необходимым самому выйти в космос.

Майор, выдохнув, согласился. В последний раз проверил работу двигателей и шагнул в черноту.

Литана Вириан

А я и не знала, что на исследовательском корабле есть такие занятные комнаты. Абсолютно пустая, если не считать небольшого простого стола и двух стульев. Стены, пол и потолок отделаны неизвестным мне материалом, о свойствах которого приходилось только догадываться, ни одного галоэкрана, ничего. Только он и я. Эмоции переполняли, но я старательно сдерживалась, как учили в академии. Нельзя показывать этому хищнику свой страх.

Мужчина, расположившийся напротив, сверлил меня тяжелым колючим взглядом, словно пытался добраться до самых потаенных уголков моей души. Мощный, уверенный в собственной силе и решениях. Короткие темные волосы уложены в идеальную прическу, волосок к волоску, широкие тщательно выбритые скулы, тонкие губы, крупный нос и широкие брови. С честью выдержала профессиональный взор, добавив себе несколько очков. Только это все вряд ли поможет. Что-то мне подсказывало, участь моя предрешена, и сейчас хищник просто играет с добычей с пользой для дела, разумеется.

Начбез уважительно хмыкнул и уткнулся в свой планшет. Он смахивал рукой страницу за страницей, иногда уважительно кивал и поднимал брови в удивлении. Судя по всему, ноарийец взял за труд ознакомиться с подробным досье на меня. И именно учеба в военной академии и мои значительные успехи так изумили мужчину. А потому и начал он с прямого вопроса:

– Пока техники разбирают ваш планшет, госпожа Вириан, ответьте мне сами: кому вы отправили послание и что в нем было.

Одни боги ведают, чего мне стоило оставаться совершенно бесстрастной.

– Я никому и ничего не отправляла, – произнесла уверенно и замолчала.

Недовольно поджав губы, начбез покачал головой и продолжил:

– Как много вам удалось почерпнуть из закрытых файлов в системе корабля? Отпираться бессмысленно, – предупредил он. – С вашими знаниями вы без труда обошли защиту, но вот опыта не хватило, чтобы заметить одно крохотное устройство слежения, размещенное в вашем кабинете. С самого начала я знал обо всем, куда вы решили сунуть свой любопытный нос.

Что ж, я попалась, отпираться бессмысленно, да и не требуется ему мой ответ.

Глава 4

– Думаю, сейчас вы ответите на мой вопрос. Почему именно меня рекомендовали в экспедицию? Куда как безопаснее было бы взять своего проверенного ноарийца, а не ту, что могла представлять угрозу? – спросила начбеза.

Тот уважительно хмыкнул и растянул губы в грустной улыбке. Можно подумать, лично ему было жаль.

– Пожалуй, я могу ответить, госпожа Вириан. С этой информацией вы уже ничего не сможете сделать. Вы оказались слишком умны и проницательны для той работы, ради которой вас пригласили в Олтарию. Наши боссы были столь воодушевлены вашими результатами, что посчитали риск не существенным, а зря. Даже госпожа Кетч была под впечатлением от того, как быстро вы решали задачи, которые даже ей были не под силу…

– И тогда она решила избавиться от меня, – перебила его.

– Верно, госпожа Вириан. Она так ярко изобразила угрозу, которую вы несете для исследований корпорации, что они, – начбез многозначительно поднял палец вверх, указывая на загадочных боссов, – решили не рисковать, оставляя вас у себя под боком.

– Значит, я была обречена, едва ступила на борт, – пробормотала мрачно.

– О нет, гораздо раньше, когда только пришли на работу в Олтарию, – хмыкнул ноарийец.

В это время планшет безопасника мигнул, и он, утратив благодушное выражение лица, пробежал глазами сообщение.

– Техники ничего не нашли на вашем планшете. Вообще ничего, – подчеркнул он. – Значит, вы успели подчистить за собой так, что эти бездари не сумели восстановить данные. Своим молчанием вы просто не оставляете мне выбора.

– Будете меня пытать? – не сумев скрыть дрожь в голосе, спросила его.

– Зачем? В моем арсенале есть менее гуманные, зато более эффективные способы добычи информации. Ты сама нам все расскажешь. Правда вот твой мозг после этого уже никогда не станет прежним. Да тебе ведь им не пользоваться. Так что разницы никакой, – безразлично произнес начбез, а я едва не выдала себя вздохом облегчения.

Опустилась на спинку стула и закинула ногу на ногу, расслабляясь.

– Ты или слишком глупая, что вряд ли, или слишком смелая, во что тоже верится с трудом. Значит, надеешься на помощь. Тогда повторю свой вопрос: кому именно ты отправила сообщение?

– Я ничего не отправляла, – продолжала настаивать.

Легкий жест рукой, и в комнату вошел третий. В руках у него был бокс, который он аккуратно поставил на стол и замер за спиной начбеза, ожидая указаний. Легкий щелчок холодным лезвием прошелся по моим нервам. Крышка распахнулась, внутри было несколько ампул и инъектор. Испуганно отпрянула и подскочила на ноги в бессмысленной попытке бежать. Молчаливый безопасник мгновенно оказался рядом и усадил меня обратно, скручивая руки за спиной. Он так и остался стоять позади. Второй же мужчина с пугающей медлительностью подошел ближе, он упивался своей властью, смаковал ее, видя настоящий ужас в моих глазах.

Удовлетворенно хмыкнув, начбез прислонил инъектор к моей шее, но медлил.

– Последняя возможность сказать правду, госпожа Вириан, – резко гаркнул он, заставляя меня вздрогнуть.

Даже если я сейчас скажу, кому именно и что написала, меня это не спасет. Но было еще кое-что, чего хитрый ноарийец не мог даже предположить. Моя золотая фишка.

Всем студентам академии, независимо от пола и возраста вводился стандартный комплекс блокаторов тех самых спецсредств, которыми угрожали мне. Но так как я не выбрала для себя военную стезю, согласно стандартной процедуре блокаторы должны были вывести из организма. Должны, но не вывели. Папа Джой позаботился, чтобы все сделали тайно, еще и добавил кое-что по линии службы безопасности. И теперь у меня есть уникальный шанс проверить их в действии.

Едва слышный щелчок, кожу на шее запекло, сознание слегка затуманилось, но это нормально. Блокаторам нужно время, чтобы заработать. Так что создается полная иллюзия успешного воздействия.

Начбез приподнял пальцами мои веки, заглядывая в мутные глаза. Зрачки сейчас были расширены. Его лицо с гримасой предвкушения расплывалось.

– Ну вот, так-то лучше, – с удовольствием выдал он. – Попробуем еще раз. Кому ты отправила сообщение, и что в нем было?

– Я никому ничего не отсылала, – заплетающимся языком промямлила в ответ. Сопротивляться медикаментозному внушению мне было вполне по силам, хотя где-то на краю нечеткого сознания так и зудела навязчивая мысль рассказать абсолютно все.

Мужчина озадаченно хмыкнул и отошел от меня, усаживаясь на прежнее место.

– Странно, – протянул он.

– Может, вы переоценили девчонку? – осмелился предположить второй ноарийец.

– Все может быть, но я редко ошибаюсь… – еще какое-то время в комнате висела напряженная тищина. – За борт ее, – скомандовал начбез. – Она больше не нужна.

Я почти ничего не соображала. Грубым движением меня вздернули на ноги и потащили. Композитные стены коридоров плясали перед глазами, то скручиваясь в спирали, то угрожая сжать меня, словно пресс. То и дело мелькали знакомые разумные, но все они отворачивались и старались убраться с дороги, стыдливо пряча глаза. Вот и стыковочный шлюз. Меня бесцеремонно толкнули вперед, а я и так едва стояла на ногах. Упала на колени, больно ударившись, и тихонько застонала сквозь стиснутые зубы. Створки с шипением закрылись за спинами военных, и я осталась одна. Мгновение… и внешний затвор щелкнул, а дверь бесшумно отъехала в сторону, впуская жадную бездну, и меня тут же утянуло в открытый космос. Боги! Помогите мне!

Тело покрылось особой ноарийской броней. Обычно женщины не обладают этой способностью, лишь мужчины сохранили ее в себе, но в моем случае природа дала сбой, сделав мне бесценный подарок, и еще один, но уже от моего отца Джоя. Медальон, что я, не снимая, ношу на шее. Эта вещица трансформировалась в особый шлем, который мог вырабатывать кислород благодаря инновационному внутреннему слою. Правда запас его не вечен. И если Элиза не придумает что-нибудь, меня ждет смерть…

Рори Бартон, полковник Федерации Независимых Планет, в это же время планета Ноария

Голова раскалывалась. Вот бы последние четыре года моей жизни оказались дурным сном, сном, который никогда не воплотится в реальность. С трудом распахнула тяжелые веки и зажмурилась, тихонько застонав сквозь зубы. Я все еще здесь, на Ноарии, в маленьком безликом больничном боксе, а перед внутренним взором образ красавца императора, его абсолютно потерянные полные боли черные глаза. Он ворвался в кабинет генерала, увидел меня распятую на столе без кителя в одном бюстье, мои волосы, намотанные на кулак и стон боли… только вот Алекс решил, что все совершенно иначе и вихрем вылетел в коридор.

Сейчас мне почему-то вспомнилась наша первая встреча. Тогда в составе делегации Федерации Независимых Планет я впервые вступила на землю Ноарии. Торжественный прием, положенный военному представительству, был весьма скромным, но зато сам император с невероятно красивым и суровым лицом стоял во главе принимающей группы. Этого красивого ноарийца мне уже приходилось видеть на галоснимках. Идеальный брутальный самец. Опасен и преступно привлекателен. Влажная мечта доброй половины женского населения галактики. Длинные темные волосы собраны в сложную косу, пухлые грешные губы поджаты, крепкие руки сцеплены за спиной в замок, широкая грудь, затянутая в черный китель с золотыми эполетами, заставляла что-то внутри замирать от восторга и предвкушения, а глупое сердце сбиваться с ритма. Это чувство было слишком хорошо мне знакомо. Когда-то я дорого заплатила за него и не хочу повторять тот печальный опыт. Только вот Его Величество явно решил иначе, и с того вечера начался мой персональный ад.

Император с чего-то решил, что я непременно должна оказаться в его постели. Он ухаживал красиво, с диким напором. На моем столе то и дело появлялись диковинные цветы, похожие на белоснежные земные ирисы. Тонкие лепестки издавали мягкое сияние и потрясающий аромат, я упрямо утилизировала эту прелесть, но все же поддавалась соблазну и зарывалась носом в нежные бутоны, чтобы после с сожалением опустить их в корзину и распылить на атомы.

Карточки с изящным тиснением с регулярными приглашениями на ужин… обед… завтрак… прогулку в дворцовый парк оставались без ответа. Сколько раз Алекс подкарауливал меня в коридорах дворца. По телу разлилась приятная истома. Ощущение невероятно горячего сильного тела под пальцами, до дрожи, до сорванного дыхания, пока, наконец, собрав свою волю в кулак, не отталкивала его. Яростно сверкая глазами, сотни раз требовала от него соблюдать мои личные границы, но натыкалась лишь на невозможно притягательную наглую улыбку и будоражащий шепот:

– Я не сдамся, сладкая…

Сердце всякий раз колотилось в груди, щеки предательски горели, а наглое величество тихонько смеялся. Этот невероятный низкий голос задевал какие-то давно застывшие струны моей души, и мне становилось страшно. Я не хотела больше влюбляться, это принесло мне слишком много боли. Уж лучше так: тихо, спокойно, без эмоциональных потрясений. А император был сродни взрыву сверхновой. Рядом с ним я горела, и это было слишком опасно… слишком.

Генералу очень не нравились знаки внимания ко мне со стороны правителя.

– Если ты только позволишь ему хоть что-то, – в один из вечеров разорялся он, – я испорчу твою карьеру и вообще отправлю домой без каких-либо перспектив. Я засуну тебя в такую дыру, из которой ты никогда уже не выберешься. Поняла?

Мне вообще было трудно понять генерала во всем, что не касалось профессиональных обязанностей. Например, я абсолютно точно не могла принять его постоянные измены жене. К слову, мы с ней были очень хорошо знакомы. Его двое сыновей уже подавали большие надежды на военном поприще. И без всякой протекции со стороны влиятельного папаши. Сейчас эта невероятная женщина была на Земле, но собиралась совсем скоро прилететь на Ноарию.

– Лучше бы тебе обратить внимание на нормального мужика! – продолжил орать генерал.

Уж не на себя ли он намекает?

– Как поживает ваша супруга, господин Сторн? – ехидно пропела я.

– Сучка! – то ли восхитился, то ли выругался мужчина. – Ты все равно будешь моей!

И мне бы крепко задуматься в тот момент, но я снова совершила ошибку и посчитала себя неуязвимой. У меня больше не было слабостей, но генерал сумел отыскать ее.

Глава 5

Болезненная зацикленность на мне генерала день ото дня все больше отравляла мою жизнь. Он с маниакальным упорством контролировал каждый мой шаг. Я не могла нигде появиться без сопровождения. Меня встречали у комнаты и вели на службу под конвоем, и даже всемогущий император Ноарии почти ничего не мог с этим сделать… почти.

Однажды он затащил меня в тайный ход прямо из рабочего кресла. Когда тяжелая теплая рука накрыла мой рот, а вторая обвилась вокруг талии, мгновенно прижимая к твердому телу, первым порывом было начать вырываться, брыкаться, кусаться, хотя это все методы обычных женщин, я же была тренированным бойцом в силу своих физических возможностей. Но стоило только его потрясающему запаху пощекотать ноздри, просочиться в поры, как тело расслабилось, принимая самое удобное положение для транспортировки. Я буквально повисла в крепких объятиях, а когда панель в стене с тихим щелчком встала на место, и ноги коснулись пола, не смогла отказать себе в удовольствии и потерлась ягодицами о напряженный пах. Низкое призывное шипение звучало музыкой для моих ушей.

– Соскучилась? – низко протянул он, запуская целый полк мурашек маршировать по моему телу строго на юг.

– Не дождешься! – упрямо припечатала и попыталась оттолкнуть наглеца, но проще сдвинуть флагманский крейсер.

– А я – очень, – хрипло выдохнул он и двинул бедрами, упираясь в мою попку.

Опасно! Одно его присутствие, его близость что-то такое делает со мной! Мне хочется вновь поддаться невероятному чувству, погрузиться с головой, утонуть в нем, таком уверенном, невероятном мужчине. Но я слишком хорошо знаю, чем именно это заканчивается. И разбитое сердце тут совершенно не при чем…

В тот раз мне пришлось согласиться на обед, а потом выслушать много чего о себе и о моих предках до седьмого колена в частности, но мне было уже все равно. Тогда я, наконец, решилась дать нам с Алексом шанс. Да-да, после почти четырех лет осады, моя крепость была готова сдаться, но у судьбы были иные планы…

Стоило императору вернуть меня обратно на сей раз для разнообразия как положено, через дверь, как генерал Сторн, будто почуяв что-то, мгновенно вышел из своего кабинета в приемную, и его взгляд не сулил мне ничего хорошего. Его Величество не удостоил моего босса даже кивком, зато чувственно приложился грешными губами к моим пальчикам и ушел, обещая мне взглядом такое, что позвоночник окатило жаркой волной.

– Нагулялась, кошка блудливая? – с ненавистью зарычал генерал.

– При всем уважении, это не ваше дело! – припечатала в ответ.

– Ошибаешься, детка, – с предвкушением оскалился генерал, – теперь мое. Я, наконец, узнал твой маленький секрет. И либо ты будешь делать все, что я скажу, либо господин Лаврин узнает, что у него есть сын.

Как он узнал? Откуда? Мы же так тщательно замели следы! Ноги едва не подкосились, сердце застучало с невероятной скоростью, в глазах потемнело. Мне стоило невероятных усилий, чтобы удержать лицо.

– Я не понимаю, о чем вы! – возмутилась искренне.

– Не понимаешь, значит. Сейчас поймешь.

Он вернулся к себе и снова явился, буквально швыряя в меня старомодной папкой с бумажными документами.

Открыла и замерла. С первой страницы на меня смотрели глаза моего самого любимого мужчины, моего сына. Дерзкая улыбка, точь-в-точь, как у его отца, непослушные кудри и уверенный взгляд.

– Вижу, узнала, – прорывался ко мне ненавистный голос генерала. – Пока о его существовании известно только мне, но все может измениться. Слышал, очередная супруга господина Лаврина так и не смогла подарить ему наследника, а тут такое. Думаю, он будет счастлив узнать, что его дорогая невеста не погибла, более того, родила от него ребенка…

Память услужливо распахнула потаенный сундук, закрытый на сотню замков, коды от которых я старательно забыла, возвращая меня на двадцать лет назад.

Тогда я – курсант Военной академии Федерации Независимых Планет, восторженная и в чем-то наивная девчонка. Самым истовым моим желанием было служить на благо родины в аналитическом отделе космических войск. За два года я уже добилась определенных результатов, была одной из лучших на курсе: планирование штурмовых операций, расчеты космических сражений и многие другие дисциплины давались мне без особого труда. Преподаватели поначалу настороженно относились к моим успехам, подозревали в подлоге результатов, да и еще, бездна знает, в чем. Но ни одна проверка так ничего и не выявила, а им всем пришлось смириться, что мои решения ситуационных задач порой ставили в тупик совершенный искусственный интеллект. Мне прочили блестящую карьеру, но в один день все мои надежды рухнули, и виной всему был мужчина.

С самого утра в академии наблюдалось подозрительное оживление. Обслуживающий персонал проявлял нездоровую нервозность, даже преподаватели были напряжены, и вскоре стало ясно, почему. Наша группа как раз решала тактическую боевую задачу, смоделированную искусственным интеллектом, как двери в аудиторию с легким шипением разъехались, впуская самого ректора в компании мужчины. И я узнала его. Господин Лаврин – глава и владелец крупнейшей корпорации Лаврин Техникал Индастриз. У него контракты с военным ведомством на поставку истребителей.

– А вот и наш гений, Владимир Николаевич, курсант Елена Рогозина, – вырвал меня из моих мыслей голос ректора.

Удивленно распахнула глаза. Этот небожитель здесь по мою душу?

– Елена, подойдите, – подозвал меня руководитель академии.

Ладошки мгновенно вспотели, дыхание участилось, ноги отказывались повиноваться. К этому мужчине, я имею ввиду Лаврина, невозможно относиться спокойно. Его невероятная энергетика и харизма буквально сбивали с ног, мощный, сильный уверенный, жесткий, о его деловой хватке и чутье ходили легенды. Жаль, что тогда я не рассмотрела за всем этим гнилое черное нутро…

Я знаю, как выглядела тогда и насколько привлекательной была для мужчин: миниатюрная длинноволосая блондинка с яркими голубыми глазами, аккуратным носиком и чувственными губами. Фигура тоже не подкачала, а физическая подготовка в академии довела ее до совершенства. На секунду, лишь на одно мгновение в холодных серых глазах мелькнул темный интерес. И мне бы испугаться, но в тот момент я была слишком очарована и не обратила на это никакого внимания.

– Елена! – О, боже! Вот это голос! Обволакивающий, густой. Мне почему-то сразу представилось, как эти губы будут жарко шептать мне на ушко возмутительные глупости. – Счастлив познакомиться с лучшим курсантов на курсе, да что там, во всей академии.

Я смогла только кивнуть.

– Рогозина, – рыкнул ректор, – у господина Лаврина есть к тебе разговор. Прошу в мой кабинет, – уже совершенно по-другому обратился он к Владимиру Николаевичу.

С того дня началось наше сотрудничество. Я решала для Лаврин Техникал Индастриз определенные задачи, и как-то так получилось, что интерес владельца крупнейшей корпорации Федерации Независимых Планет начал простираться гораздо дальше обычного сотрудничества: ничего не значащие разговоры, приглашения на обед исключительно с целью обсудить детали очередной задачи, а также накормить одного чересчур зацикленного на работе специалиста. Он затягивал в свои сети мягко, ненавязчиво, окружая заботой и нежностью, без которых с каждым днем обходиться стало все труднее и труднее. И вот тогда он пошел в атаку. Всегда такой галантный, Владимир опутал меня сетями лжи, шепча слова восхищения. Тогда я не ходила по земле. Сила тяготения? Не слышала. Я парила, поднимаясь все выше, тем больнее было падать.

Володя стал моим первым мужчиной, он был бесконечно терпелив и нежен, внимателен и чуток. Он раскрывал во мне настоящую женщину, страстную, горячую раскрепощенную. С ним у нас не было запретов. И лишь одно омрачало счастье: моя единственная подруга не верила моему мужчине. Она умоляла меня бежать от него, но я не слушала, а зря.

Владимир стал контролировать все в моей жизни, а на каждую попытку возмутиться и сбросить ярмо, нашептывал, как я важна и ценна для него, как бесконечно любима, и он не переживет, если со мной хоть что-то случится. А при моей специализации и таланте нельзя сбрасывать со счетов опасность. Я соглашалась, принимая его таким, какой он есть, ведь я любила его, а Лаврин мечтал о детях.

Так прошел год, потом второй. Я стала затворницей в его шикарном особняке. Редчайший бриллиант, запертый в самом надежном сейфе. Не выдержав, попыталась сбежать от него в первый раз, и вот тогда на собственной шкуре я познала его гнев. Он наказывал меня, сжимая горло до потери сознания и фиолетовых синяков, а после не выпускал из постели днями напролет, хрипло шепча, что я сама виновата и довела его до такого. Владимир терзал мое тело, раз за разом рисуя на нем карту своего сумасшествия, своей больной страсти, оставлял жуткие отметины. Излюбленным его инструментом стал обоюдоострый стилет. Он мнил себя художником, а меня своим лучшим творением, своим полотном.

Всем в академии, куда отныне я являлась только в окружении телохранителей, было абсолютно непонятно, с чего вдруг Лаврин так зациклился на мне. Меня поздравляли и завидовали, и только одна Ольга смотрела с отчаянием в мои потухшие пустые глаза. Владимир Николаевич методично уничтожал меня, стирал как личность, оставляя лишь пустую оболочку, живую куклу, послушную его воле, но все изменилось в один день, когда я поняла, что беременна.

Не иначе как вселенная решила сжалиться надо мной, и я сумела передать сообщение своей единственной подруге, Ольге, короткую записку, накарябанную на клочке бумаги. Ни планшета, ни коммуникатора у меня не было, точнее были, но любое движение отслеживалось. Времени не осталось, счет шел на дни, ведь мое положение не получится скрывать вечно, а я не хотела для своего ребенка участи подобной моей. Монстр в обличье мужчины сделает из него свою марионетку, вылепит по собственному образу и подобию.

Отец Ольги – генерал в отставке. Моих родителей не стало слишком рано, и семья подруги приняла меня, как родную. Этот благородный мужчина не смог стоять в стороне, он напряг все свои связи, и меня просто выкрали из академии прямо во время занятий, перепугав меня саму до полусмерти. И только взволнованное лицо дяди Леши из сообщения, показанное мне «похитителями» смогло успокоить меня.

В тот день Елена Рогозина официально перестала существовать. По данным средств массовой информации невеста господина Лаврина погибла, не справившись с управлением общественного флайта где-то по дороге к Срединному морю. Удар о землю в результате падения был крайне неудачным, повредился реактор. Защитный контур не справился, и энергия взрыва буквально испарила тело несчастной. На месте катастрофы все же удалось обнаружить следы ДНК и кольцо с сиалином – самым дорогим и устойчивым к любым воздействиям драгоценным камнем, то самое, которое известный бизнесмен подарил своей невесте.

Глава 6

Я и сама понимала, что мне просто жизненно необходимо было в самое ближайшее время убраться с планеты. Лаврин вряд ли поверит, что я погибла, и станет искать, а от него не спрятаться. Но и улететь не вариант. Уверена, мои галоснимки уже разосланы во все соответствующие службы, а изменение внешности – роскошь недоступная для меня. Подобные вмешательства могут навредить ребенку. Но кое-что и сейчас можно было сделать, особенно со связями и возможностями Олиного отца.

Стоило особому флайту приземлиться на огромной промышленной территории, как купол над площадкой закрылся, мне помогли выйти и проводили до небольшого служебного помещения. Там меня уже ждали. Суровый молчаливый мужчина в черной форме без опознавательных знаков окинул меня безразличным взглядом, покивал чему-то своему и указал мне на простой стул. Спокойно присела. Возможно, моя нервная система дала сбой или мне уже вкололи что-то, пока я была без сознания. Уж слишком ровно воспринималось происходящее.

– Я беременна, – на всякий случай предупредила явно военного.

Тот кивнул, принимая новую или нет информацию. Вооружившись самыми обыкновенными ножницами и машинкой для стрижки волос, он обошел меня по кругу и приступил к работе. Мои длинные белоснежные локоны, которые так любил наматывать на кулак Володя, теперь валялись на полу. После на волосы нанесли неизвестный состав, который с пугающим шипением впитался. Твердые, уверенные, чуть прохладные пальцы коснулись скул, мягко прощупывая.

– Может быть несколько неприятно, – предупредил он и осторожно наклеил под глаза подушечки с гелем.

Гель медленно проникал в поры, буквально замораживая кожу. Мужчина прав. Ощущения так себе.

– Постарайтесь расслабиться, – с сочувствием добавил он и принялся массировать лицо, словно вылепливая мне новые черты.

Стиснув зубы, терпела. Да по сравнению с тем, что творил со мной Лаврин, это было почти не больно. Еще несколько манипуляций: капли в глаза, инъекции в губы, уши и даже подушечки пальцев. Наконец, повертев меня за подбородок в разные стороны, он остался довольным результатом и отошел подальше.

– Здесь одежда, переодевайтесь. Вас уже ждут, – сказал он и вручил мне пакет с вещами. – Поторопитесь.

– Спасибо вам, – бросила в широкую спину и отвернулась, быстро стаскивая с себя джемпер и брюки. Совсем свежий шрам на запястье привлек мое внимание. Потрогала пальцем бугристую розовую линию и нахмурилась.

– Что это? – спросила моих сопровождающих, закатывая свободный рукав и протягивая руку.

Весьма бесцеремонно ухватив меня за локоть, военный, которого я увидела первым, стоило только прийти в себя, потащил меня по широкому коридору, освещенному искусственным светом. По обеим сторонам насколько хватало глаз были толстые двери с электронными запертыми замками.

– Вы ответите мне на вопрос? – гневно спросила я, едва поспевая за широким шагом мужчины.

– Мы не знали, где на вашем теле расположены маячки, поэтому были вынуждены действовать кардинально, – сквозь зубы буркнул он. – Мы вшили вам глушилку, пока вы были без сознания. Она будет блокировать любые сигналы. Ваш жених, – я едва не сбилась с шага и побледнела, – теперь не сможет отследить вас.

Больше я не спрашивала ничего. Ни, когда мы загрузились в еще один флайт, ни, когда мне на руку надели новый идентификационный браслет, ни, глядя на проекцию совершенно незнакомой мне девушки с большими карими глазами, широкими скулами и пухлыми губами. Короткие темные волосы в легком беспорядке торчали в разные стороны, озорные искорки прятались среди пушистых ресниц, легкая игривая улыбка. Она была такой живой, какой и я несколько лет назад, пока моя жизнь не покатилась в бездну.

– Слушай внимательно нашу легенду, – произнес серьезный шатен. Он единственный был с открытым лицом. Остальные военные – в шлемах. – Ты – Рори Бартон, моя супруга. Мы поженились здесь в столице неделю назад и сейчас направляемся в небольшое свадебное путешествие. Я – Сэмюель Бартон, для тебя просто Сэм, – и он впервые открыто улыбнулся.

Яркая веселая улыбка преобразила хмурое лицо, делая мужчину невероятно привлекательным, буквально притягивающим внимание. Ему невозможно было не улыбнуться в ответ. Даже я не сдержалась и растянула губы в бледном подобии, но все же улыбки.

– Другое дело, – кивнул он удовлетворенно и растрепал идеально уложенные короткие волосы, сбрасывая еще лет пять на вид.

Так наша разница в возрасте не слишком бросалась в глаза.

– Я понимаю, что тебе сейчас не легко, но от нашей с тобой правдоподобности зависит все. Если хоть кто-то усомнится и начнет выяснять подробности, шанс велик, что нас поймают. Ты ведь не хочешь возвращаться к господину Лаврину? – внезапно оскалился он, а я испуганно замотала головой. – Тогда ты должна выглядеть вот так, – и он показал мне наш с Володей галоснимок в одной крохотной забегаловке рядом с академией.

В тот день он утащил меня с занятий под предлогом решения очередной очень важной задачи, но вместо офиса, заговорщически улыбаясь, привел в маленький переулок прямиком к небольшой яркой палатке, у которой толпился народ.

– Здесь лучшие крампсы в городе, – хитро подмигнул мне Лаврин и, как простой смертный, встал в очередь.

Маленькие трубочки из хрустящего теста с острой начинкой из мяса с овощами или морепродуктами буквально таяли во рту и были действительно очень вкусными. Жмурясь от удовольствия, я облизывала губы, и слизывала пряный соус с самых вкусных во вселенной губ. Тогда я была счастлива и влюблена, не зная, что меня ждет…

– Вряд ли еще хоть раз я смогу так, – сдавленно сглотнула, опустив голову.

Сэм осторожно приподнял мое лицо за подбородок, не сжимая, но касаясь с нежностью. Я и забыла, что мужские руки могут дарить что-то кроме боли. Не знаю, как сдержалась и не дернулась.

– Вот и умница, – подбодрил он меня. – И еще… как только мы выйдем из флайта, я буду распускать руки, тискать тебя и целовать, словом, делать все то, что и положено молодоженам. Было бы очень хорошо, чтобы ты не шарахалась от меня. Подыграешь мне, красивая?

Кивнула с готовностью, ведь от этого без преувеличения зависела моя жизнь.

Стоило двери неприметного флайта скользнуть в сторону, и на площадку безликой стоянки спрыгнул уже совершенно другой мужчина: легкий, бесшабашно веселый и счастливый. Тонкие губы улыбались, синие глаза светились радостью. Он подал мне руку, помогая спуститься, и тут же прижал к своему крепкому телу. Внутри все заледенело в один миг, слишком хорошо на уровне мышечной памяти я помнила, что следует за подобными объятиями. Буквально приказала себе расслабиться и даже потерлась носом о крепкую шею. Упругая смуглая кожа моего мужа подернулась мурашками, Сэм вздрогнул и как-то мучительно вздохнул.

– Это будет сложнее, чем я думал, – мучительно пробормотал он. – Идем, милая. Шаттл ждать не будет! – беззаботно и нарочито громко выдал военный и потащил меня к гражданскому терминалу.

Тревога все сильнее захватывала меня, но я очень старалась не поддаться панике. Когда становилось совсем невмоготу, особенно перед стойкой регистрации, просто поворачивалась к Сэму и прижималась к его боку, обнимая за талию. Получив очередной поцелуй в макушку, немного расслаблялась, но не спешила убирать руки, нашедшие единственную опору в окружающем мире, что на бешеной скорости катился куда-то в бездну.

– Потерпи, сладкая, – взволнованным хриплым шепотом протянул Сэм, – совсем скоро мы окажемся в каюте, где нам никто не помешает.

Волшебная фраза оказала на служащего космопорта гипнотическое воздействие. Он окинул нашу обнимающуюся парочку завистливым взглядом и быстро провел сканером, отправляя на наши идентификационные браслеты посадочные документы. Только когда шаттл, отчаянно гудя и вибрируя, натужно преодолевал атмосферу Земли, прорываясь на орбиту, только тогда я смогла хоть немного выдохнуть. Стыковочная межгалактическая станция встретила большим количеством разумных разных рас, спешащих на свои рейсы. Шум и обилие посторонних звуков буквально оглушила. После нескольких лет практически затворничества я отвыкла быть в толпе. Эта живая многоликая масса пугала меня до дрожи. Сэм, почувствовав мое напряжение, переплел наши пальцы и поднес мои ледяные пальчики к губам. Чувствительную кожу обжег поцелуй. Подмигнув, мой супруг, как ни в чем не бывало, направился куда-то в самую гущу живого потока, безошибочно ориентируясь и ведя меня точно к цели.

– Добрых звезд! – поприветствовал он сотрудницу станции, яркую олеянку с короткими голубыми волосами, торчащими в разные стороны. – У нас забронирована двухместная каюта на паром до Глостона.

– Ваши документы, – меланхолично произнесла девушка на общегалактическом.

Мы почти синхронно протянули ей запястья. Сканер считал информацию, и олеянка углубилась в изучение полученных данных, постоянно посматривая то на Сэма, то на меня.

– В связи с повышенными мерами безопасности на станции, необходимо подтвердить ваши личности по стандартной процедуре сличения ДНК. Прошу, – и она протянула нам особый сканер.

Сэм легко коснулся устройства подушечкой указательного пальца. Секунда на обработку, и сканер мигнул зеленым огоньком, подтверждая, что все в порядке. Но я? Как же быть со мной? Облизала враз пересохшие губы.

– О, детка, только не говори, что у тебя были какие-то проблемы с законом! – шутя, выдал мой, мать его, супруг.

Отчаянно замотала головой, а девица буквально впилась в меня подозрительным взглядом. Едва не теряя сознание, поднесла руку, очень рассчитывая, что въедливой алияне с ее места не видно, как дрожат мои пальцы. Выдохнув, уместила палец на считывающую панель. Легкое пощипывание кожи и бесконечно длящаяся секунда распознавания образца. Мелодичный звук устройства и мягкий зеленый свет едва не отправили меня в нокаут. Ноги мгновенно ослабли, и я бы точно сползла прямо на пол к ногам Сэма, если бы он не опередил меня, перехватывая за талию и выдыхая мне прямо в пересохшие губы:

– Я знал, что ты у меня хорошая девочка.

Сотрудница станции, получив подтверждение наших личностей, мгновенно потеряла к нам всякий интерес, вернув лицу надменно скучающее выражение.

– Ваш выход на третьем уровне, зона пять, шлюз тринадцать, – дежурно ответила она, отправляя на наши браслеты подтверждающие документы.

Наш транспорт отправлялся через час, нам следовало поспешить.

Глава 7

Недельное путешествие до Глостона прошло для меня, как в тумане. Мы старательно изображали молодоженов, которым не терпелось остаться наедине, покидая небольшую каюту раз в несколько дней, чтобы продемонстрировать остальным пассажирам запредельный уровень нашего счастья. Но оставшись наедине, отстранялись друг от друга, каждый погружаясь в свою действительность. Сэм постоянно работал, без конца переписываясь с кем-то, изучая материалы, планируя нашу, точнее мою дальнейшую жизнь. Я же день за днем сражалась с призраками прошлого, вновь и вновь проигрывая. Я потерялась, утратила опору, словно зависла в абсолютной пустоте без движений, связанная по рукам и ногам липкой паутиной ночных кошмаров. Подолгу сидела в кресле у большого экрана, транслирующего космос за бортом, и размышляла, вспоминая, перебирая крупицы счастливых моментов и ту самую черту, после которой все круто изменилось.

– Не смей винить себя, – тихо сказал Сэм в один из дней. – В том, что с тобой произошло, виновен только Лаврин.

– Знаешь, я часто думаю, могло бы все сложиться иначе, если бы я чуть яростнее сопротивлялась, давала ему отпор или сразу разглядела его черную душу? – отстраненно спросила его.

– Вряд ли. Насколько я успел узнать твою историю, этот сукин сын абсолютно помешался на тебе, стал одержим тобой. Вряд ли ты в одиночку смогла бы противостоять ему. Все могло кончиться гораздо хуже, если бы ты до сих пор была с ним, – ответил Сэм. – Он ищет тебя. Негласно, исподволь. Лаврин не верит в твою смерть, – вздрогнула, уставившись на мужчину распахнутыми в ужасе глазами. – Я не позволю ему добраться до тебя, – добавил он. – Завтра мы прилетаем на Глосторн. Передохнем неделю и снова отправимся в путешествие.

Кивнула, признавая его право решать за двоих, отдав свою судьбу в руки этого сурового и незнакомого мне мужчины. Сама судьба временно соединила нас в этой маленькой каюте посреди бескрайнего космоса. Мы, словно два небесных тела, притянулись друг к другу, чтобы через какое-то время навсегда разлететься в разные стороны.

Перед самыми родами мы вынуждены были осесть на одной из аграрных планет дальнего сектора Федерации Независимых Планет. Удивительно, но Сэм все еще был рядом, старательно отыгрывая роль влюбленного и счастливого мужа. На все мои робкие и осторожные вопросы о его несколько затянувшемся задании, он каждый раз отвечал, что ни один мужчина в здравом уме не оставит такую невероятную женщину, как я. И если поначалу я звонко смеялась удачной шутке, то со временем стала замечать его редкие пронзительные взгляды и странную необъяснимую тоску, светившуюся в глубине его карих глаз. Он стал удивительно близок мне, как друг, но нет-нет, да в моей дурной голове мелькала крамольная мысль. Будь мы в иных обстоятельствах, я могла бы влюбиться в этого несгибаемого надежного мужчину. Я слишком близко подошла к той черте, из-за которой не будет возврата. Там за ней я счастлива, люблю и любима. Мы вместе воспитываем нашего сына, радуемся его первой улыбке, первому зубу, первому шагу… слову. Удивительно, сколько вещей у этого маленького человечка случится впервые!

Жаль, что в моей реальности ничего этого не будет, кроме, конечно же, моего маленького мальчика, которого я так жду.

В последние дни Сэм все чаще хмурился, на несколько часов запирался в своем кабинете и долго общался с кем-то. Отголоски его жестких рубленных фраз долетали до меня даже сквозь весьма толстые стены нашего небольшого домика. Я как раз заканчивала проект расчета орошения для одного из соседских хозяйств, занимающихся выращиванием барколы. Это весьма капризный овощ, из которого получается вкусное и питательное пюре, замечательные оладьи с хрустящей корочкой, вафли и много еще чего. Рестораторы особенно ценят его за удобство хранения и перевозки, не требующих дополнительных особых условий и, следовательно, затрат. Только вот вырастить достойный урожай весьма сложно. Этому овощу требовался постоянный уровень влажности почвы, иначе он мгновенно высыхал или наоборот гнил прямо на корне. Последняя формула упорно выдавала сбой, модель никак не хотела работать, как вдруг…

– Как? Как, мать вашу, ему удалось сопоставить эти данные? – воскликнул Сэм так громко, что сердце в груди отчаянно заколотилось, а сынок в моем большом животе недовольно ударил пяткой прямо под ребра.

Я сразу поняла, о ком именно шла речь и снова, как и всегда, слыша хоть малейшее упоминание о Лаврине, впала в ступор. Слезы навернулись на глаза. Мозг со скоростью плазменной пушки боевого крейсера выстреливал перспективы одну ужаснее другой. Гневные фразы Сэма стихли, а вскоре в коридоре раздались его уверенные быстрые шаги.

– Рори, – мягко позвал он меня, усаживаясь на корточки передо мной. Сильные руки бережно сжали бедра, погладили. Коснулись волнующегося живота, и мой малыш притих, как это всегда и бывало, чувствуя своего «папочку». – До меня дошла тревожная информация, – произнес он. – Лаврин и не думает сворачивать поиски. Но теперь он ищет не длинноволосую блондинку, а девушку, похожую на тебя. Зная его упорство, рано или поздно, он найдет ее найдет.

Паника заклокотала в горле, мешая сделать вдох. Легкие обожгло, перед глазами поплыли темные круги.

– Тш-ш-ш-ш, милая, посмотри на меня, – мягко уговаривал он. – Помнишь? Я не отдам тебя ему! – и как-то так ловко усадил меня к себе на колени, обнимая сильными руками. – Есть план, только вот уверен, он тебе не понравится…

Сэм был прав. Когда услышала, что он предлагал мне, внутри заклокотала такая черная ярость, что я сама ужаснулась. Пальцы скрючились будто сами собой, готовые вцепиться в его взволнованное лицо…

– Послушай, – совершенно не чувствуя опасность, исходящую от меня, муж перехватил меня за запястья, – это наш единственный вариант. Твой и малыша.

– Но это немыслимо! – выдохнула сдавленно. – Я не смогу отказаться от сына, отдать его чужим людям… – всхлипнула, не сдержавшись.

– А скрываться всю жизнь и бояться каждого шороха сможешь? – рыкнул он и в волнении заходил по комнате. – Пойми! Даже вместе со мной бегать вечно не вариант. Рано или поздно он нас настигнет.

– Я и сама удивлена, что ты так долго возишься со мной. Можешь возвращаться, мы справимся сами, – произнесла с обидой в голосе.

– Ты совсем рехнулась или это все гормоны пережали тебе мозг? – заорал Сэм, а мне на глаза навернулись слезы.

И впрямь гормоны, а еще мои прежние страхи. Правда Лаврин крайне редко позволял себе повышать на меня голос. Скорее наоборот, его тихий вкрадчивый тон нагонял на меня самый настоящий ужас.

– Не смей на меня орать! – твердо отрезала, поднимаясь. – Я не отдам своего сына.

– Да пойми ты, Лаврин со своими возможностями все равно найдет тебя. Неужели ты хочешь такого будущего для малыша? Эта мразь сломает тебя и заберет сына, и никто не сможет ему помешать, – пытался убедить меня Сэм.

В тот день мы так ни к чему и не пришли, а утром стоило только моему супругу отправиться на ежедневную прогулку, как он тут же вернулся, побледневший и встревоженный. Я вышла ему навстречу из кухни.

– Рори! – взволнованно воскликнул он. – Собирайся, мы улетаем.

– Что? Почему? – растерянно спросила его.

– Лаврин, – только и произнес он и впился в меня темным пугающим взглядом.

Кажется, на несколько мгновений я отключилась и действовала на голых инстинктах. Руки сами укладывали все самое необходимое, в том числе на случай преждевременных родов. Щелкнули магнитные замки, и в мою спальню ворвался Сэм. Он закинул на плечо мою сумку, крепко ухватил за руку и потащил прочь из дома.

– Куда мы? – спросила мужа, обнимая руками живот и пристегиваясь ремнями безопасности.

– Через час стартует шаттл с планеты до ближайшей стыковочной станции Рокс-12. У нас два билета. Дальше будет видно. Главное – убраться отсюда побыстрее, – напряженно ответил он.

Но, как говорится, не судьба. Едва мы поднялись над лесом, как нас попытались взять в кольцо неопознанные истребители. Явно усовершенствованная военная разработка. И они открыли по нам огонь.

– Проклятие! – шипел сквозь зубы Сэм и маневрировал на пределе возможностей нашего небольшого катера.

Крепко стиснув зубы, вцепилась в подлокотники сиденья и молилась, молилась, чтобы нам повезло, и мы выбрались. Не в этот раз…

Первым точным попаданием наши щиты разлетелись вдребезги, следующее столь же удачное грозила взорвать нас к космической бездне, но Сэму удалось выровнять машину в последний момент, и следующий залп пришелся на один из двух двигателей. Мощность резко упала.

– Держись! Посадка будет жесткой! – рявкнул супруг.

Еще какое-то время ему удавалось удерживать катер, но после нескольких минут борьбы приборная панель, моргнув, погасла, и наша машина, накренившись на один бок, буквально рухнула в лес.

Голова раскалывалась, перед глазами расплывалась красная пелена. Попробовала пошевелиться, и с ужасом осознала, что не могу. Тело не слушалось. Ноги будто придавило тяжелым крейсером. Спину опалило. Горела обшивка.

– Ты что наделал, гребаный кусок космического мусора? – зло рыкнул грубый мужской голос. – Ты зачем стрелял в них? А если это она?

– Не-е-е-е-е, – не слишком уверенно протянул второй. – Эта вон беременная, а босс сказал искать просто девку. Не она это.

– А теперь представь, что с тобой сделает ОН, если выяснится, что ребенок его, – зашипел первый.

Выразительная пауза и гениальное решение:

– Мы ему не скажем. Отчитаемся, что девка не та, и все.

– Не та, – передразнил первого подельник. – А если он сам проверит? Он же нас на атомы распылит!

– А мы ему галоснимки покажем. Есть у меня один умелец. Состряпает портрет, никто не отличит от оригинала. Да и она все-равно не жилец. Посмотри. Ног считай нет. Еще немного, и рванет тут все.

Голоса стихли. Рваные шаги… шорох… тяжелое сиплое дыхание… «Сэм!» внезапно озарило меня. Боги! Пусть его не услышат!

– Давай ее для верности… – в пронзительной тишине отчетливо слышался низкий гул энергопушки.

– Рехнулся? Не хватало еще, чтобы подумали, будто это заказное убийство. Хватит и того, что их корабль был подбит. След от энергопушки остается на костях. Толковому законнику не оставит труда обнаружить его там. На этих отсталых аграрных планетках слишком трепетно относятся к всякому сброду. Мы итак засветились по твоей милости.

– И что делать? – с надеждой спросил второй.

– Что-что? – проворчал другой. – Валим отсюда! И свяжись со своим спецом, нужно предоставить боссу снимки. И не дай боги ты сболтнешь хоть кому-то о произошедшем здесь, я сам прикончу тебя.

Его собеседник фыркнул что-то невразумительное и быстро покинул место крушения нашего катера. Удаляющийся гул двигателей…

– Сэм! – хрипло позвала я, открыв глаза.

Тяжелые руки не хотели слушаться. По лицу текла кровь. С трудом размазала ее, пытаясь осмотреться. Попробовала двинуться, чтобы отползти подальше, но ничего не вышло. Ног я не чувствовала. Темный едкий дым забивался в нос, снижая и без того плохую видимость.

– Сэм! – громко крикнула я, судорожно ощупывая вмиг окаменевший живот.

Из-за моей спины послышалось разъяренное шипение и отборные ругательства на всеобщем.

– Живой! – счастливо пролепетала я и в тот же миг почувствовала первую сильную судорогу. Низ живота скрутило невыносимой болью. – Я рожаю! – прохрипела еле слышно и тут же широкая рука опустилась мне на лоб.

– Ты только держись, малышка, – взволнованно проговорил Сэм, а в глазах плескался настоящий ужас. – Я сейчас! Я что-нибудь придумаю!

Хорошо, что я не видела, что со мной! Да и после мое сознание милостиво померкло, и я уже не видела, как мой супруг через уцелевший коммуникатор вызвал наш второй резервный совсем крохотный флайт, как бережно погрузил мое искалеченное тело на гравиносилки, надежно фиксируя, как вырезал пассажирское сиденье, чтобы я могла разместиться внутри, как гнал обратно на пределе возможностей, шепча:

– Пожалуйста! Не забирайте ее у меня! Пожалуйста…

Глава 8

Мне снился кошмар. Я была прикована к узкой кушетке. Белые стены, белый потолок и больше ничего. Вдруг на этой девственной белизне возникла маленькая уродливая клякса. Она росла и ширилась, занимая все больше пространства, пока не приняла форму пугающей мужской фигуры.

– Владимир… – произнесли пересохшие губы, но из горла не вылетело ни звука.

Некогда любимый мужчина оскалился в жуткой усмешке, пальцы, будто перепачканные густой черной жижей, потянулись к моему напрягшемуся большому животу.

– Нет!.. Не смей!.. Он мой!.. – лихорадочно выкрикивала, судорожно дергаясь в крепких путах.

– Маленькая лгунья, – протянул Лаврин. – Вы оба принадлежите мне.

Он оказался совсем рядом… черный… пугающий… взмах руки… длинные, отливающие серебром, жуткие когти сверкнули, снова рисуя на моем теле на этот раз хирургически точные разрез. Я закричала, громко, надрывно. Боль была такой, что выворачивало суставы. Не знаю, как еще держалась в сознании. Темнота… тут не было боли, лишь холод и пустота. Я снова была одна. С усилием открыла глаза. Все та же проклятая белая комната. Напротив меня стоял Владимир, такой, каким я запомнила его, когда еще не знала, что скрывается за прекрасной, безумно притягательной оболочкой. Глаза его светились теплом и безграничной любовью к маленькому чуду, что он бережно держал в руках.

– Сын… – слабо прохрипела я.

– Мой сын, – гордо подтвердил он и отвернулся, растворяясь вместе с моим малышом, с моим сыночком.

Первые несколько секунд я еще ждала в какой-то странной, глупой надежде, что он вернется, и я смогу взять свою кроху на руки. Я почти слышала безразличный грохот секунд в ушах и понимала: это конец. Он забрал у меня все. И тогда я закричала, так жутко. Я выла раненной волчицей, лишившейся своего детеныша, раздирала кожу на хрупких почти прозрачных запястьях в жалких попытках освободиться. Бежать за ними… забрать мое чудо. Я должна… я обязана справиться… Ненавистная белая комната закружилась белым вихрем, буквально выплевывая меня в реальность. Я закашлялась и открыла глаза.

В мягком рассеянном свете лампы комната выглядела спокойной и уютной. Широкая кровать, панели встроенного шкафа, небольшой плюшевый диванчик насыщенного бирюзового цвета. Я узнала это место. Наше с Сэмом убежище на случай непредвиденных ситуаций. Перевалочная база, способная укрыть нас на планете. Значит, шаттл улетел без нас. Что-то еще зудело на краю сознания, не давало успокоиться, жутко нервируя.

Живот! Его нет!

Опустила руки, скользнула вдоль ребер. Моего малыша больше не было со мной. Задрала тонкую рубашку, страшась обнаружить следы от жутких когтей. След действительно был, но один, тонкий, ровный, почти незаметный. В панике попыталась встать, забилась, забарахталась на постели и, сдавшись, откинулась на подушку. Я совсем не чувствовала ног.

– Рори! – услышала взволнованный голос Сэма с другой стороны и повернула голову.

Мужчин выглядел, мягко говоря, неважно. Яркие лучистые глаза подернулись дымкой усталости и отчаяния, бледный, потерянный, он через силу улыбался мне.

– Где мой сын? – спросила, замирая от страха. Я даже представить себе не могла, что со мной будет, если сейчас Сэм скажет, что его больше нет.

От ответа моего мужа избавила внезапно открывшаяся дверь.

– Ну? Как тут наша мамочка? – жизнерадостно спросил невысокий полный мужчина с сияющей лысой головой.

«Мамочка?» – повторила про себя и едва не разрыдалась от облегчения. Горло перемкнуло. Я бестолково открывала рот не в состоянии вымолвить ни звука.

– Давайте осмотрю вас, – мягко продолжил доктор, бодро шагая к моей постели.

Сэм устало откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Тонкий хлопок пополз вверх. Теплые и уверенные руки коснулись небольшого шва, слегка нажимая. Крохотные болезненные иголочки впились под кожу, заставляя вздрогнуть.

– Все идет даже лучше, чем я рассчитывал, – удовлетворенно покивал сам себе мужчина.

– Доктор, я не чувствую ног, – с трудом прокаркала.

Растеряв все свое добродушие, он нахмурился и опустился на кровать рядом со мной.

– Уже чудо, что мне удалось восстановить ткани с таким-то оборудованием. Вам бы в нормальную клинику, в капсулу на пару дней…

– Я уже говорил вам, господин Торнтон, мы не можем себе этого позволить, – устало парировал Сэм.

– Я смогу ходить? – спросила с затаенным страхом и сдалась, ожидая приговора.

– Определенно, – окрылил меня надеждой док. – Только восстановление в текущих условиях будет проходить долго и крайне болезненно.

Боль? Боль – это ничего, это я вполне в состоянии вынести. Но на самый главный вопрос мне так никто и не ответил.

– Где мой сын? – повторила настойчиво.

– Господин Торнтон, вы не оставить нас на несколько минут? – обреченно спросил Сэм, и тон его голоса мне очень не понравился.

– Разумеется, – с готовностью покивал тот, – только сначала закончу осмотр.

Еще несколько минут доктор водил над моим животом и ногами портативным диагностом, потом долго что-то изучал на экране, хмурился, сосредоточенно жевал губу и снова использовал диагност.

– Должен заметить, все не так плохо, как могло бы быть, – наконец, выдал он. – Я вколю вам еще один стимулятор и кое-что еще из тех сокровищ, которыми любезно поделился со мной ваш супруг.

Вопросительно посмотрела на Сэма, он кивнул. Доктор, судя по всему, был гражданским лицом и не имел доступа к передовым военным разработкам, а у нас была собрана весьма обширная аптечка. Спец средства способны существенно ускорить процесс моего восстановления. Это хорошая новость! Тихонько щелкнул инъектор, место укола защипало. По венам разлился жар. Док шустро сложил свой чемоданчик и вышел. Сэм молчал, глядя куда-то сквозь меня.

– Скорее всего ты возненавидишь меня за то, что я сделал, но ты умирала, и мне пришлось решать за двоих, – не очень хорошее начало. – В местные полицейские базы внесены данные о крушении гражданского катера с двумя пассажирами на борту. Взрыв в двигателе по неустановленным пока причинам. На борту была беременная женщина. Травмы оказались слишком серьезными, помощь не подоспела вовремя. Ребенка спасти не удалось, – перед глазами потемнело, руки сжались сами собой в кулаки, в горле что-то страшно заклокотало. – Рори! – сквозь толстый слой ваты ко мне пробивался испуганный голос Сэма. – Рори! Приди в себя! – он с силой тряс меня за плечи. – Твой сын жив!

«Жив!» – пронеслось в раскаленной добела голове.

– Убью! – с жутким хрипом выдохнула и вцепилась ослабевшими пальцами в предплечья Сэма.

– Тише, Ро, милая, тише. Мальчик спит в соседней комнате, и с ним все хорошо, – успокаивал меня этот идиот. Я ведь реально была в шаге от убийства.

– Готова слушать дальше? – напряженно спросил он. Смогла лишь кивнуть в ответ. – Узнав о потере, супруг пострадавшей, пилотировавший катер, – принял решение уйти от жены. Заявление о разводе принято. Сегодня к вечеру наш союз будет официально расторгнут.

Да в бездну космическую наш союз! Как мой малыш?

– Теперь главное, – Сэм неловко поерзал, – твой сын сегодня же отправится в приемную семью, генерал поспособствовал. Все оформили быстро.

– Нет! – выдохнула в отчаянии. – Нет! Так ведь нельзя! Мы спрячемся с моим мальчиком так, что Лаврин нас не найдет…

– Он уже нашел вас. Повезло, что пока это вышло почти случайно, и исполнители оказались идиотами, – перебил Сэм, а я упрямо качала головой. – В следующий раз он заберёт у тебя сына.

Леденея от ужаса, вспоминала свой сон. Это невероятно реальное ощущение потери, боль, которую не унять.

– Все уже решено. Данные введены в систему… – продолжил он, но запнулся на полуслове, глядя в мои мертвые глаза.

– Как ты мог? – спросила его тихо. – Как ты мог все решить за меня? За нас двоих? Кто дал тебе это право? – шипела я, сжимая в руках покрывало до побелевших костяшек.

– Так будет лучше для тебя, и для него. У вас у обоих появится будущее, в котором вы обязательно встретитесь.

– Когда? – не желая дослушивать этот бред, снова спросила его.

– Думаю, лет через двадцать…

Что-то во мне в очередной раз надломилось, мне кажется, я даже слышала жуткий грохот. Это была моя вера в благополучный исход.

– Двадцать? – хохотала в ответ, как безумная. – Двадцать лет!.. Ты прав, – произнесла внезапно заледенев, Сэм воспрял духом и с надеждой посмотрел на меня, – я тебя ненавижу! Ненавижу тебя!

– Послушай, пожалуйста, – сделал еще одну попытку Сэм.

– Прежде чем ты отдашь моего мальчика чужим людям, я хочу увидеть его. Когда он подрастет, я хочу, чтобы он знал, кто его мать, и как так получилось, что я отдала его, – Сэм хотел возразить, но я подняла руку в останавливающем жесте, – и последнее… его имя – Ноа.

Мой бывший супруг тяжело поднялся из кресла, будто разом постарел лет на двадцать, бросил на меня еще один взгляд и вышел за дверь, оставляя одну. А через несколько минут господин Торнтон принёс мне моего сына.

Мои пальцы дрожали, когда я, едва касаясь, водила по нежным щечкам. Абсолютное счастье переполняло меня. Казалось, еще немного, и я смогу взлететь, расправив крылья, но нет. На месте моих крыльев теперь жалкие кровоточащие обрубки, а счастье теперь навсегда с примесью тлена. Смотрела в эти невероятные голубые глазки, гладила светлый мягкий пушок на головке и прощалась с ним, старательно сохраняя образ в моем сердце. Мне ведь даже нельзя сделать ни одного снимка…

– Пора, – сочувственно сказал док, протягивая руки и забирая моего сына.

Безропотно отодвинулась, позволяя мужчине забрать его. Надеюсь, ты выполнишь свое обещание, Сэм…

Не знаю, сколько прошло времени, я словно потерялась, застыла, как глупая мушка, угодившая в капельку смолы. Послушно следовала всем рекомендациям дока, спокойно подписала электронное свидетельство о разводе, даже пила и ела, но будто сама жизнь ушла из моего тела, оставив лишь первичные функции и инстинкты.

– Рори, поговори со мной…

Сэм… Как и всегда подкрался неслышно, встал у двери, не смея пройти дальше.

Лишь один раз взглянула на него и безразлично отвернулась к окну, за которым умирало дневное светило, чтобы вновь воскреснуть на утро следующего дня. Жаль, что я так не смогу.

– Ро, девочка, – мягко, умоляюще позвал он, но внутри было пусто, совершенно ничего не откликалось.

Осмелев, Сэм шагнул вперёд. Я будто почувствовала, как бесцеремонно рвутся границы моего личного пространства.

– Уходи, – прошелестела едва слышно. Он замер, еще надеясь на что-то, но я была непреклонна. – Уходи!

Дверь тихонько щелкнула. Снова одна. Отныне это мой удел.

А еще через несколько дней Сэм улетел, так и не зайдя больше ко мне. Он оставил со мной дока и двух молчаливых военных, которые передали мне письмо от отца моей единственной подруги, генерала, который помог мне сбежать, а теперь отнял моего сына.

Глава 9

«Прости меня, девочка, если сможешь, – так он начал, – хотя я бы не простил. Обещаю, что присмотрю за Ноа, – предательские строчки расплывались от слез. – Его опекуны – замечательные люди. Вряд ли тебе от этого станет легче… да.

Единственный способ спрятать тебя – держать на виду. Предлагаю тебе закончить Академию генерального штаба на Флоксе-5. Документы уже поданы, экзамены ты сдала, приказ о зачислении в твоем планшете, но ты все еще можешь отказаться. В таком случае тебе передадут накопитель с данными счета, открытого на твое имя, и помогут улететь в любую точку Вселенной по твоему желанию. Выбор за тобой. Если решишь остаться, я придумаю, как держать тебя в курсе жизни Ноа, – грязная игра. Выбор без выбора. Он знал, что я соглашусь, хотя бы из-за этой призрачной возможности.»

Отложила планшет в сторону и прикрыла глаза. Ноги все еще плохо слушались. Даже волшебные средства, доставленные для меня двумя молчаливыми военными, не смогли быстро улучшить ситуацию. Но, по крайней мере, чувствительность восстановилась. А док едва ли не приплясывал на месте от радости, отмечая видимые лишь ему одному изменения.

Дверь тихонько открылась, привлекая мое внимание.

– Что вы решили, госпожа Бартон? – спросил Донован, мощный и широкоплечий майор, силовая направленность его работы буквально бросалась в глаза.

Хмыкнула язвительно. Можно подумать, этот здоровяк следил за мной по камерам.

– Я согласна принять предложение генерала и учиться в Академии генерального штаба, – ровно ответила ему.

– Не сомневался в вас, – тонкие губы изогнулись в подобии улыбки, но в серых глазах светилось одобрение. – Через час мы вылетаем в местный космопорт. Шаттл доставит нас на станцию, а оттуда уже на пассажирском крейсере до Флокса-5.

Так началась новая глава моей жизни. И прежде всего я опять решила сменить имидж. Отросшие длинные волосы при первой же возможности были обрезаны практически под ноль. От густых темных локонов остался короткий ежик. Закрытая форма курсанта стала моей визитной карточкой и в повседневной жизни. Мягкие кофты с горлом и брюки. Я выбросила все, что могло подчеркнуть мою женственность и хрупкость. Мне пришлось отрастить броню и спрятать глубоко внутри свою боль… спрятать, но не стереть. Отныне эта сосущая пустота навсегда со мной. Иногда глядя в зеркало, я вздрагивала, с неверием рассматривая абсолютно мертвые, безжизненные глаза, что, впрочем, никак не сказывалось на результатах в академии.

Моему распределению после окончания обучения завидовал весь поток. Пусть мне пришлось начать с низов, но зато в Командовании объединенных вооруженных сил Федерации Независимых Планет.

Первый день службы младшего лейтенанта Рори Бартон должен был стать вполне обычным и рутинным, разбор архивных дел кого угодно введет в уныние. Вернувшись вечером в свою маленькую служебную квартирку, бросила сумку на низкую тумбу, сняла туфли на удобном каблуке. За время обучения я успела забыть о подобной обуви, предпочитая брюки и тяжелые ботинки, но тут пришлось вспомнить. Юбка казалась слишком узкой и здорово напрягала, хотя ее длина и крой соответствовали требованиям устава. Прохладный душ смыл усталость, упругие струи размяли напряженные плечи. Волосы отрасли, и теперь я носила строгий пучок, скручивая длинные пряди.

Забралась с ногами на диван и собиралась посмотреть в коммуникаторе свои задачи на завтрашний день, как вдруг взгляд зацепился за тонкую галопластину. Обычно их использовали для просмотра снимков и отснятых видео. Откуда она могла взяться в моей сумке? Провела пальцем по матовой поверхности, и она неожиданно вспыхнула ярким неоном.

«Идентификация», – гласило всплывшее сообщение, под которым была подсвечена тачобласть.

Приложила указательный палец правой руки и… первое же изображение едва не отправило меня в нокаут. С галопластины мне улыбался красивый мальчик с белоснежными слегка вьющимися волосами и восторженными серыми глазами, совсем как у его отца. Только у Владимира во взгляде был мертвый холод или адское пламя преисподней. Ноа, мой сын… Картинка потеряла четкость и смазалась от слез, но я с упорством маньяка вглядывалась в его черты, стараясь запомнить каждую деталь. Трясущейся рукой смахнула первый снимок и залипла на втором. На нем мой мальчик резвился в бассейне. Он счастливо смеялся в окружении целого облака брызг.

Словно тупой зазубренный нож провернули в моей груди, но я продолжала смотреть, проникаясь отрывками его удивительной детской жизни. Несколько коротких видео и еще всего пара снимков, я не успела насладиться этим болезненным чувством сопричастности, как пластина погасла и задымилась в моих руках. Отбросила ее на низкий столик, а в следующий момент на поверхности осталась лишь жалкая горстка пепла. Аккуратно собрала пепел в ладонь и бросила в утилизатор, а после встала у окна, невидяще глядя на серый пейзаж. Квартал, где располагалась моя квартира, не радовал глаз зеленью. Несколько чахлых деревьев во дворах абсолютно идентичных высоток, старенькие флайты на небольших стоянках. Большинство местных жителей пользовались общественным транспортом. Личный был роскошью.

В соседних домах горел свет. Там за этими стенами проживали свою жизнь совершенно незнакомые люди. Но даже здесь я чувствовала себя бесконечно одинокой.

С того дня прошло еще много лет, прежде чем я дослужилась до звания полковника и в составе делегации Федерации Независимых Планет оказалась на Ноарии. Передо мной лежала папка с данными, собранными генералом Сторном на моего сына.

– Быть умничкой, Рори, – с гаденькой предвкушающей улыбкой пропел этот слизняк, – и я сохраню твой секрет. Или, может, мне отправить это досье господину Лаврину?

– Что вы от меня хотите? – жестко бросила в ответ.

– Ну-ну, девочка, не будь такой строгой. Хочу, чтобы ты мурлыкала, как ласковая кошечка, только для меня, – протянул мужчина, дыша все тяжелее.

Поморщилась, не сдержав отвращения.

– Ах ты маленькая дрянь! – рыкнул генерал и, неожиданно подскочив ко мне, ударил меня по щеке. Не больно… пока, но так, чтобы я знала свое место. – Не советую злить меня!

– Простите, – покорно склонила голову, опуская глаза в пол. Хорошо, что он не видел кровожадное выражение моего лица.

– Так-то лучше, – довольно прогудел он и подцепил толстыми пальцами за подбородок, дергая вверх. – Через час сама зайдешь в мой кабинет и принесешь мне чай, как я люблю, – приказал Сторн и шагнул к двери, как вдруг снова обратился ко мне: – Китель можешь оставить здесь!

Ублюдок! Упивается своей властью! Мозг лихорадочно пытался найти выход из положения, но я была буквально связана по рукам и ногам, пока у генерала есть эта золотая фишка. Мне придется играть по его правилам.

Час пролетел незаметно. Дрожащими руками приготовила чай с настоящим лимоном, который специально для генерала периодически доставляли в представительство Федерации Независимых Планет. Установив чашку на поднос, постучала и, выдохнув, вошла в кабинет генерала. Сторн поднял на меня свои сальные серо-зеленые глазки и нахмурился.

– Я ведь велел тебе прийти без кителя! – с угрозой протянул он, поднимаясь.

Молча поставила чашку на стол и отшагнула назад, но генерал жестко перехватил меня за запястье и с силой сжал.

– Строптивая, – прохрипел он мне в ухо, опаляя жадным дыханием. – Люблю таких!

Он дернул меня на себя, вынуждая врезаться в его округлый живот.

– Я научу тебя подчиняться, полковник, – с темным обещанием проговорил он, дергая магнитную застежку на моем вороте.

– Нет! – жестко выплюнула и дернулась в попытке освободиться.

– Нет? – удивился генерал. – Что ж, тем хуже для тебя! Я всегда получаю то, что хочу, – прошипел он и с силой дернул полы моего кителя в стороны, а после с невиданной прытью стянул его с моих плеч, фиксируя руки.

Ярость алой пеленой застила глаза, и я резко наступила ему на ногу, ощутимо придавливая каблуком форменный ботинок.

– Сука! – зло рыкнул он и снова ударил по щеке, да так, что в глазах потемнело.

Дернув на себя, Сторн бросил меня грудью на стол и прижался сзади, фиксируя кителем руки и больно впиваясь пальцами в волосы. Застонала и подняла глаза, чтобы увидеть в открытой двери кабинета генерала фигуру императора Ноарии. Алекс гневно поджал пухлые губы и с болью смотрел на меня. Его взору открылась весьма пикантная картинка. Мое покрасневшее лицо, припухшие от ударов губы, растрепанные волосы, грудь в черном кружеве тяжело вздымалась.

– Вы немного не вовремя, Ваше Величество, – ехидно протянул Сторн. – Мы с полковником сейчас заняты, – и этот урод показательно двинул бедрами, упираясь в мои ягодицы, и при этом так сильно дернул волосы, что я всхлипнула.

Александр потемнел лицом и вылетел из кабинета под удовлетворенный смех генерала.

– Теперь этот красавчик и не посмотрит в твою сторону, – зашипел мужчина, облизывая мочку моего уха, а я с мстительной радостью резко ударила затылком.

Послышался влажный хруст, Сторн ослабил хватку и отступил.

– Тварь! Ты мне нос сломала! – гнусаво заверещал он. Музыка для моих ушей!

Запахнула плотнее китель и обошла стол, собираясь уйти, но недооценила своего шефа. Что-то тяжелое опустилось на мой затылок, и я полетела лицом вперед прямо на стоящий передо мной массивный переговорный стол. Резкая боль и темнота…

С трудом выплывала из плотной вязкой тьмы. Голова раскалывалась. Интересно, чем это меня приложил господин генерал? Во рту пересохло, как в красной пустыне Нисаны. Веки, словно под тяжестью флагманского крейсера, не желали открываться. Стерильный больничный запах заставил поморщиться. Усилием воли открыла глаза и огляделась. Медицинский бокс в крыле представительства Федерации. Пусто и тихо. Только датчики, подключенные ко мне, тихонько попискивали. Значит, Сторн распорядился не укладывать меня в капсулу для быстрой регенерации. Не знаю, сколько я лежала вот так, истово молясь, чтобы обо мне забыли хотя бы не на долго.

Но не с моим везением. За дверью послышалась странная возня, а после в открывшемся проеме появилась землянка, Элиза Кроуфорд. Эта девушка, космический пилот Федерации Независимых Планет, была весьма известна в определенных кругах. Прошло уже почти пять лет, с тех пор, как загадочная раса нэйлаков явила себя. Уверенные в том, что Лиз знала гораздо больше сокращенной версии произошедшего на закрытой планете, представители высшего командования попытались надавить на девушку и заставить ее вернуться на Землю. Они играли грязно. Я мельком видела одну из записей пыток, которую отослали Элизе, чтобы она стала сговорчивее. Удивляюсь и восхищаюсь ею. Тем интереснее было знать, что она делает здесь, в моей палате, и как ей удалось проникнуть сюда.

– Приветствую, полковник, – она шутливо отсалютовала мне ладонью и нахмурилась. – Паршиво выглядишь.

– Чувствую себя также, – пробормотала я и попыталась улыбнуться. Судя по выражению лица моей гостьи, вышло так себе.

– Генерал постарался? – спросила она. – Вот же урод! – девушка покачала головой, отчего ее белоснежные кудряшки сердито подпрыгнули. – Давай-ка поднимайся. Поживешь пока в личном крыле императора. Там этот жалкий червяк тебя не достанет, – решительно заявила она и подошла ближе, протягивая руку.

– Я не могу, – прикрыв глаза, старательно задавила в груди жгучую надежду.

– Только не говори мне, что собираешься и дальше терпеть этого ублюдка! – гневно рыкнула Лиз.

– У меня нет другого выхода, – слабо выдохнула я.

– А вот с этого момента поподробнее…

Глава 10

Говорить с Элизой о моей жизни, рассказывать ей все без утайки было удивительно легко. Срывать многолетние гнойные нарывы, обнажая израненную душу и, наконец, освободиться от тяжкого груза, вздохнуть полной грудью, ощущая лишь ноющую пустоту вместо выворачивающей на изнанку боли. Побледневшая девушка молча сжала мои пальцы в простом жесте поддержки. Она не говорила ничего, но это было и не нужно. Вот эта уютная очищающая тишина была гораздо лучше любых слов. Слезы все еще текли, но больше не отравляли горечью, лишь несли успокоение.

В коридоре послышались стремительные уверенные шаги, я внутренне сжалась. Генерал? Неужели мое спокойное время истекло. Внутренне напряглась и забрала вмиг взмокшую ладошку из рук Лиз. В ее серых глазах сверкнула решимость, губы поджались. Она была готова сражаться за меня. Все же какой удивительный человек! Большинству из известных мне людей было бы наплевать на мою историю, более того, они стремились бы быть подальше, чтобы не подвергаться опасности. Слишком могущественные силы были вовлечены.

Зажмурилась, не желая сталкиваться вновь со своим кошмаром, и внезапно вновь распахнула глаза, стоило только терпкому и такому волнующему мужскому аромату проникнуть в стерильную комнату. Мгновенная вспышка узнавания на уровне инстинктов…

– Ваше Величество, – выдохнула с сарказмом Лиз, – что заставило вас так задержаться?

Бросив не слишком приветливый взгляд на мою защитницу, Александр стремительно подошел к моей узкой койке и опустился на колени прямо на пол, безмерно пугая меня.

– Что ты?.. – вопрос так и повис воздухе.

Чуть шершавый палец удивительно бережно опустился на мои припухшие губы.

– Прости меня, девочка моя, маленькая… прости! – горячечно прошептал он, упираясь лбом в мое бедро.

Даже через тонкое одеяло я ощущала исходящий от него нездоровый жар.

– Прости, что не защитил от этого ублюдка! – продолжил император, вскидывая по-настоящему больной взгляд на меня. – Я не знал, не думал, что все может быть так! Спешил к тебе! Надеялся, что наконец-то ты сама позвала меня, а увидев вас… рассудок просто помутился.

– Ты все слышал? – из не слишком связной речи выцепила главное и укоризненно посмотрела на Элизу.

– Даже не спорь! Так было нужно, – упрямо поджав губы, парировала она. – Иначе вы бы еще долго нарезали новые орбиты вокруг друг друга, изводя неизвестностью, теряя драгоценное время, мучая, причиняя боль. И нет, он никогда не поступит с тобой так, как Лаврин или Сторн, – предвосхищая мой следующий вопрос, продолжила блондинка. – Истинная пара для ноарийца – ценнейшее из сокровищ! Но это уж Его императорское Величество тебе объяснит сам, когда хоть немного придет в себя, – весело хихикнула она, бросая хитрый взгляд на Алекса.

И действительно, сейчас этот невероятный мужчина, окруженный аурой власти, незыблемый, как скала, буквально рушился у моих ног. Он прижался губами к моему запястью и, не замечая ничего вокруг, осыпал невесомыми поцелуями фиолетовые синяки на нежной коже.

– Так, похоже, мы потеряли императора! – счастливо улыбнулась Лиз. – Очень некстати! Ваше Величество! – снова обратилась она к ноарийцу, стараясь привлечь его внимание. – Если вы не возьмете себя в руки, генерал начнет действовать и увезет ваше сокровище прежде, чем вы успеете что-либо предпринять.

Из широкой груди раздалось басовитое рычание. Мамочки! Что это? Тело Александра изогнулось, вытягиваясь и становясь на четыре мощные лапы. «Лапы?» – истерично пропищало мое сознание. Крупный черный зверь, очень похожий на земную пантеру, только вместо мягкой шерсти гибкое тело было покрыто чешуйками. Усатая морда с черными глазами развернулась ко мне и ласково заурчала. Я испуганно попыталась отползти подальше, но была еще слишком слаба и только тщетно дергалась. Между тем шершавый влажный язык с упоением лизнул мою руку.

– Алекс? – чуть слышно прохрипела я, совершенно некстати икнув от страха.

– А кто же еще? – задала вопрос Кроуфорд, с интересом разглядывая, подумать только, вторую ипостась ноарийца. – Ты даже немного больше моего Гектора, – добавила девушка и замолчала, явно обдумывая что-то. – Так, давай оборачивайся обратно. Нужно вытаскивать отсюда твою Рори, – строго произнесла она.

Зверь послушался, и уже через мгновение надо мной навис Александр Шайн, обжигая пронзительной нежностью во взгляде. Он поднес свой массивный браслет-коммуникатор к губам и жестко приказал:

– Кор, генерала Сторна доставить в службу безопасности. Отключить все средства связи и блокировать вызовы. Он не должен успеть ни с кем связаться, перехватить все сообщения. Охрану нейтрализовать. И чтобы тихо все… нет, пусть живет… пока…

Сердце восторженно сжалось и подпрыгнуло в груди, рискуя пробить ребра. Он помогает, заботится, даже несмотря на возможный межпланетный скандал.

– Не бойся, душа моя. Я больше не позволю никому обидеть тебя, – вкрадчиво проговорил он и погладил щеку костяшками своих пальцев.

Словно крохотный разряд тока пробежался по нежной коже, пощекотал ключицы, обвел пупок и прицельно ударил вниз моего живота. Сжав зубы, едва не застонала от неуместного сейчас возбуждения. Черные глаза опалили огнем, обещая чувственное удовольствие, запретное, порочное. Стоит только позволить…

Алекс склонился еще ниже и, споро отсоединив все датчики, легко подхватил меня на руки.

– Идем в мои покои. Там поговорим, – властно бросил император Элизе и первым вышел за дверь. Но там же охра…

На полу в разных позах лежали верные генералу бойцы. С ужасом подумала, что они все мертвы, но тут один из них дернулся и громко всхрапнул. Всемогущие боги космоса! Живы!

– Не волнуйся, малыш, они проснутся через пару часов. Как раз успеем все подчистить, – пояснил для меня Алекс, жадно вдыхая аромат моих волос.

Не заметила, как мы миновали коридоры представительства Федерации Независимых Планет. Массивная дверь с шипением сдвинулась в сторону, и мы оказались в пустующем холле. Высокий сводчатый потолок, замысловатая, изящная люстра, словно огромная медуза, парила в вышине, пульсируя загадочным сиянием, ему вторила мягкая пульсация стен. Невероятный светлый камень, будто подсвеченный изнутри, казался живым, пронизанный сеткой пульсирующих серебристых вен. Молчаливые стражи в броне императорских гвардейцев взяли нас в кольцо, пряча от возможных любопытных глаз.

– Не переживай, Ро, – тихонько бросила мне Элиза из-за плеча Алекса, – Его Величество просто никак не поверит своему счастью, вот и перестраховывается.

«Это я, что ли, счастье?» – хохотнула нервно и вдруг почувствовала непреодолимое желание прижаться к крепкой мужской груди и закрыть глаза, больше не думая ни о чем, отпуская свои тревоги и страхи.

Прильнула щекой к простому тонкому кителю и зажмурилась, ощущая под щекой взволнованное биение двух сердец. Невероятно! Потянулась всем своим существом к нему. Узнавание пронзило жаркой волной от макушки до самых пальчиков, рефлекторно поджавшихся. Будто я знала и ждала всю жизнь только его! Похоже, лекарства, которыми меня обкололи, слишком сильно повлияли на мой мозг. Я не видела ничего вокруг, только слышала низкий, едва слышный гул лифтового механизма, почти незаметные вибрации и холод в позвоночнике от скорости передвижений. Мы то поднимались вверх, то двигались в горизонтали. Все это время Лиз понимающе молчала, а я просто потерялась в своих ощущениях рядом с ноарийцем и не реагировала ни на что.

У очередных массивных дверей возникла небольшая заминка. Нашей охране пришлось расступиться, а император с легкостью перехватил меня одной рукой, сладко шепнув: «Держись», и провел коммуникатором перед особым замком. Раздался мелодичный звук, и створки бесшумно распахнулись. Очередной просторный коридор завел нас в тупик, но при нашем приближении в абсолютно гладкой стене образовалась щель, а после монолитные глыбы открылись, пропуская нас в обитель света и воздуха. Здесь все было пропитано им, его силой, уверенностью, жаркими мечтами и надеждой, хрупкой, словно лепестки тех чудесных белоснежных цветов, которые регулярно доставляли мне.

С интересом осмотрелась. Ощущение массивной, даже тяжеловесной мебели сглаживалось легким озорством и изяществом света. Он заливал все пространство, смело врываясь сквозь высокие окна. Даже воздух здесь для меня чувствовался иным, вкусным, сладким. Минимум мебели, преобладание синего, серого и шоколадного оттенков в дизайне, широкие полки с моделями спортивных открытых аэролетов. На тумбе несколько графинов с напитками. Огромный экран галопроектора с навороченной эйар-системой. Неожиданный светлый ковер на полу с мягким ворсом.

После долгих десятилетий подавления любых проявлений эмоций и чувств, все здесь было сродни удару под дых, смертельному залпу корабельных энергопушек, только они не убивали, они возвращали меня настоящую. Ту девочку, которая открыто и любопытно смотрела на мир, еще не зная, что ждет ее впереди.

Тело затрясло, словно в лихорадке. Успокоительные, вкаченные в меня, больше не помогали. Так невыносимо много. Будто все, накопленное за эти годы, вдруг решило выплеснуться, освобождая меня, сжигая дотла, оставляя лишь пустую оболочку. Мир вокруг закружился гудящей воронкой. Она вот-вот затянет меня туда, откуда нет возврата. Губы пересохли и беззвучно шевелились в отчаянной мольбе, и вдруг через весь этот хаос ко мне пробился голос. Мощный и уверенный, он был пропитан бархатной нежностью и волнением.

– Дыши, маленькая, я здесь, с тобой, – говорил он.

Теплая тяжелая ладонь опустилась между лопаток прижимая мое дрожащее тело к твердой груди.

– Вот так, девочка, давай, вместе со мной, – увещевал Алекс. – Вдох… выдох… – и я прислушивалась и старательно проталкивала воздух в раскаленные легкие. – И еще… вдох… выдох… – в глазах прояснялось. Я, наконец, вышла из тьмы, возвращаясь к свету.

Император мягко улыбнулся и коснулся губами виска, где уже не так отчаянно колотилась венка. Он снова подхватил меня на руки, уверенно сворачивая к высокой арке, за которой обнаружилась спальня. Огромная кровать на низком подиуме, скрытые ниши шкафов и мягкий обволакивающий полумрак.

– Тебе нужно отдохнуть, малыш. И не волнуйся ни о чем, – прервал он мои попытки возразить, – я все решу. Генерал Сторн пожалеет, что посмел поднять на тебя руку, – в черных глазах сверкнула решимость.

– Но мой сын… – слабо возмутилась в ответ. После очередного всплеска сил почти не осталось. Я держалась на голом упрямстве, том самом, что позволяло мне выжить и не сломаться.

– Он не сможет добраться до него. Ни он, ни этот Лаврин, – уверенно ответил Алекс.

«Этот Лаврин!» – едва не хихикнула. Никогда еще не слышала такого открытого пренебрежения по отношению к одному из самых могущественных людей Федерации.

– Ты можешь доверять мне. Я никогда не причиню тебе или твоему ребенку вреда, – добавил император.

В его руке откуда-то появился портативный диагност. Специальная разработка для ноарийских спец войск. Мне уже приходилось сталкиваться с подобным. Мягкое поле устройства проникло под кожу, омывая теплом, проходясь мягкой волной от головы до кончиков пальцев. В трехмерной проекции разворачивались вполне узнаваемые схемы. Его Величество хмурился и поджимал губы. Да я и сама видела, что Сторн умудрился серьезно навредить мне, при этом намеренно не позволяя восстановиться.

– Я сделаю тебе несколько инъекций, – хрипло продолжил Алекс. – Ничего такого. Просто стандартный стимулятор, витаминный коктейль и… еще кое-что, – не понравилась мне эта пауза.

Что уж там с моим организмом не так, не понятно. И сейчас у меня нет сил выяснять это. Придется довериться мужчине… снова. Тихонько щелкнул инъектор, привычно запекло место укола на плече. Веки налились тяжестью, и я погрузилась в тревожный сон.

Дорогие мои!

Сегодня и еще целых два дня на портале будут действовать вкусные скидки на абсолютно все мои романы. Если откладывали покупку, сейчас самое время запастись впрок.

P.S. не забывайте радовать автора звездочками! Нам с музом будет очень приятно!

Глава 11

Александр Шайн, император Ноарии

Усилием воли заставил себя выйти и оставить свою единственную одну. Моя Рори спала, погрузившись в тяжелые, наведенные грезы. Лучше бы мне остаться с ней, подпитывая истончившуюся энергетическую составляющую, но сейчас я не мог себе это позволить.

– Какие новости? – спросила Элиза, пытаясь заглянуть за мою спину.

– Корабль Ричарда достиг заданных координат. Пока никаких следов Литаны, – ответил ей.

– Как Ро? – тихо задала вопрос она, опасаясь разбудить мою звездочку. Ей и так крепко досталось.

– Этот твареныш Сторн успел напичкать ее психотропной дрянью. Хотел сломить ее волю и получить для себя послушную игрушку, – едва сдерживая рычание, выдал я. – Основное мне удалось заблокировать, но потребуется время, чтобы вывести дрянь из организма. Как только она очнется, приглашу императорского лекаря для назначения курса лечения.

– Что будешь делать с генералом? Вечно держать его в надежной камере в императорской службе безопасности не выйдет…

– Я и сам знаю, что не выйдет, – отмахнулся раздраженно. – Мне нужно надавить на нашего дорогого представителя Федерации Независимых Планет. Кор сейчас ищет информацию, но нам нужно время, которого нет.

– Ты справишься, – Лиз сжала мое плечо в жесте поддержки. – Есть еще ее сын…

– Мои спецы анализируют данные по прошлому Рори. Есть несколько возможных вариантов. Мне необходимо выйти на генерала в отставке, который помог ей сбежать. Только он наверняка знает, где искать мальчика, – ответил ей.

– Собираешься привезти его на Ноарию? – спросила подруга.

– Разумеется.

– Не лучше ли дождаться пробуждения Рори и посоветоваться с ней? – обеспокоенно уточнила Лиз.

– К этому моменту я должен уже быть готов действовать, – возразил ей.

– Хорошо, – кивнула девушка. – Держи меня в курсе, пожалуйста. Мне бы хотелось поговорить с ней еще раз, как только она придет в себя.

Литана Вириан

– Лира! Вы слышите меня? – пытался пробиться в мое помутившееся сознание густой и несколько раздраженный голос.

Я уже умерла? Или кислородное голодание вызвало предсмертные галлюцинации?

– Лира! Очнитесь! – кто-то резко и весьма бесцеремонно тряхнул меня за плечо.

«Какая удивительная чувствительность!» – подумала отстраненно. Странно, что тело продолжает ощущаться так ярко, и крепкая хватка пальцев, и жесткая поверхность под лопатками.

– Док, почему она не приходит в себя? – незнакомец заметно нервничал.

– Все показатели в норме. Вы успели в самый последний момент. Несколько заторможенные реакции могут быть после применения спец средств. В ее крови обнаружена значительная доза митрикса.

– Что? – яростно рыкнул мужчина с невероятным голосом. – Ее пытали?

– Об этом наверняка нам расскажет сама лира, как только очнется. Впрочем, у меня вообще к ней масса вопросов…

– Если она в принципе будет способна объяснить хоть что-то, – перебил незнакомец. – После применения митрикса гуманнее будет просто убить, чтобы не мучилась.

– Вы будете удивлены, лир Грант, – воодушевленно возразил второй. – Лира полна сюрпризов. В ее организме установлены блокаторы, причем не стандартной модели. Усовершенствованная разработка силовых структур.

– Даже так? – удивился невероятный голос с глубокой бархатной хрипотцой. Казалось, я могла бы слушать его вечно. – Что ж, сообщите, как только она очнется, – добавил он.

Сейчас он уйдет. Оставит меня одну. Почему-то от осознания этого факта внутри все сжималось и дрожало, как при сильнейшей лихорадке. Твердые шаги, тихий шелест двери.

– Гребаные черные дыры! Док! – выругался незнакомец, а мои ноздрей вдруг коснулся восхитительный аромат.

Позвоночник прострелило сильнейшим импульсом, я почувствовала, как на руках снова появляются когти.

– Лир Грант, – опасливо протянул док.

Яростный писк приборов почти оглушил.

– Не понимаю, все показатели, словно, взбесились! – взволнованно отвечал мужчина. – Пульс зашкаливает, давление достигло критической отметки! Фиксирую выброс эламина в кровь! Невероятно! Этого просто не может быть!

– Да в чем дело? Объясните! – потребовал неизвестный.

Под закрытыми веками страшно запекло! Я тихонько зашипела сквозь зубы и открыла глаза. В яростном мельтешении белого и какофонии звуков передо мной стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, с короткими густыми каштановыми волосами и пронзительным голубым взглядом. Все вокруг внезапно утратило всякий смысл. Во всей вселенной для меня осталась только эта насыщенная, чуть удивленная лазурь. Я чувствовала, как от меня к нему тянутся невидимые нити связи.

– Эта ноарийка признала в вас своего единственного, дарованного звездами, – благоговейно прошелестел тот самый док.

– Какого, к черным дырам, единственного? – внезапно вызверился невероятный незнакомец, обжигая ядом ненависти во взгляде.

Он словно закрылся, отрицая саму возможность быть связанным со мной, разрушая хрупкий момент. Стало так больно, что я не могла дышать.

– У меня уже есть любимая женщина, и я ни за что не откажусь от нее ради какой-то…

– Остановитесь! – сурово грохнул док, не позволяя произнести фатальные для меня слова. – Вам лучше уйти сейчас! – Док цепко ухватил пышущего яростью человека под локоть и буквально вытолкал из медицинского отсека, чтобы вернуться ко мне с инъектором.

– Не надо! – едва слышно прохрипела и попыталась остановить его руку, но мужчина был быстрее.

Обжигающий укол, и снова спасительная темнота.

Исследовательский корабль Майорин-12, начальник службы безопасности Иден Хоук

Пожалуй, второй раз за свою долгую жизнь Иден Хоук всем своим тренированным телом ощущал, что нити контроля, так старательно и твердо, удерживаемые в крепких руках, просто ускользали сквозь пальцы. Вся эта история с назначением на борт лиры Литаны Вириан ему изначально не нравилась, но против руководства корпорации он пойти не мог. Кто-то слишком активно и грамотно подергал за нужные ниточки. Судьба Литы была предрешена. А ведь она даже нравилась суровому безопаснику своей сосредоточенностью на работе, острым, пытливым умом и полным отсутствием заносчивости, коей грешили многие талантливые исследователи.

Красивая далинарка, Миранда Кетч, заведующая лабораторией, где трудилась Литана, сделала все, чтобы удалить девушку из исследовательского отдела. Осознавала ли она, чем грозит юной ноарийке назначение на Майорин-12? Безусловно. А теперь Идену предстояло столкнуться с последствиями этого со всех сторон сомнительного решения, и первой падающей звездой в метеоритном дожде этих последствий был короткий, но весьма эмоциональный сеанс связи с центральным офисом. Экстренный канал связи был активирован по запросу руководства. Лир Хоук активировал проекцию, и на него, хмуро сдвинув брови, смотрел председатель совета директоров «Олтарии», Торрэн Брисвэл. Немолодой ноарийец пребывал в состоянии тщательно контролируемой ярости. Пока контролируемой.

– Иден, что с лирой Вириан? – не утруждая себя приветствиями, задал вопрос он.

– Проблема в ее лице устранена, лир Брисвэл, – расплывчато ответил безопасник.

– Подробности! – потребовал Торрэн, сверкая черными глазами.

– Я уверен, что девчонка не успела никому сообщить о своих подозрениях. Мы быстро вычислили ее. Допрос с использованием митрикса также ничего не дал, – ответил Иден.

– Вы избавились от тела? – напряженно спросил председатель.

– В каком-то смысле.

– В каком-то смысле? – неожиданно взревел Торрэн. – Вы в своем уме? Что именно вы с ней сделали?

– Выбросили в открытый космос, – не стал больше увиливать от прямого ответа Хоук.

– По информации, полученной из достоверных источников, судьбой лиры Вириан обеспокоен сам император! – От этого заявления председателя безопасник тяжело сглотнул и откинулся на спинку кресла. Его предчувствия стали обретать вполне осязаемые формы. – За ней был выслан один из военных крейсеров Ноарии. Вы должны убраться как можно дальше от квадрата, где осталось тело лиры Вириан. Вашим решением вы и так поставили экспедицию под угрозу.

– Но, если безопасники все же найдут тело Литаны? – пересохшими губами спросил Иден.

– Об этом мы позаботимся, – с темной угрозой ответил Брисвэл. – Ваша задача – оказаться в заданной точке как можно быстрее.

Ричард Грант

Вылетел из медотсека сам не свой. В висках громыхал пульс, грозя к чертям разорвать и без того не стабильный самоконтроль. Какой еще, к космической бездне, единственный? У меня уже есть женщина, которую я люблю! И мне плевать на других! Только моя Лиз имеет значение! А эта странная ноарийка ошиблась! В крови бушевала ярость. Мне просто необходимо было выпустить пар. Ударил кулаком по композитной обшивке корабля, разбивая костяшки в кровь. Гребаные ноарийцы! Своими глазами видел, как эти боевые андроиды буквально разрывали переборки, подобные этой, голыми руками. Смертоносные воины, идеальные машины для убийства! Несмотря на все мои заслуги и регалии, иногда я чувствовал себя рядом с ними слабым и никчемным существом.

– Капитан, – внезапно раздался экстренный вызов с мостика в моем браслете, – вам нужно это увидеть!

– Иду, – бросил я в ответ, беря разбушевавшиеся эмоции под контроль.

Марк, занимавший кресло второго пилота, напряженно всматривался в данные внешних сканеров.

– Что там? – спросил его, склоняясь над проекцией сектора X 32.

– Судя по сигнатурам, легкие боевые крейсеры. Пользуются ионо-маскировкой, – доложил он.

– Слежка после выполненного задания? – уточнил я. Мы должны были тайно вывезти с Миволы, планеты, принадлежащей астарийцам, особое устройство для военного ведомства ноарии. Кое-кто в совете хвостатых не слишком одобрял решение поделиться передовыми технологиями. Нам вполне могли организовать несчастный случай.

– Возможно, – заметил специалист по вооружению. – Судя по подготовке, намерения у них самые серьезные.

Но я был уверен, что все дело в той ноарийке, которую я лично затащил на свой крейсер. Что же ты натворила, девочка? Кому перешла дорогу?

– Готовимся к атаке, – скомандовал я. – Щиты на максимум. Тяжелые орудия к бою!

– Есть, капитан, – слаженно гаркнули офицеры и углубились в панель управления.

Мне же необходимо было занять кресло пилота. Нападавшие вряд ли станут для нас серьезной проблемой, но не стоит недооценивать противника.

– Внимание! Угроза залпа энерго-пушки, – внезапно сообщил искин.

– Визуальный контакт с целями отсутствуют, – рапортовал специалист по вооружению.

– Перенастроить систему захвата целей на ионную сигнатуру! – скомандовал я.

Экраны проецировали яркую вспышку. Сейчас нам предстоит убедить в прочности наших щитов. Корабль тряхнуло.

– Дэйвин, доклад! – рявкнул я.

– Мощность щитов – восемьдесят процентов. Система стабильна!

– Поднять до девяносто, – скомандовал резко. – Эти сукины дети пристреливаются! Килар, что с захватом целей?

– Готово, капитан. Мы их видим!

– Поджарь им хвосты!

Глава 12

Планета Ноария, столица Гелея, Миранда Кетч, завлабораторией в корпорации «Олтария»

Красивая далинарка суетливо одергивала слишком короткое платье, обтягивающее стройную фигурку. Зачем ее позвали сегодня? Влиятельный любовник крайне редко нарушал собственные правила, и каждый подобный раз не сулил молодой женщине ничего хорошего. Она судорожно вздохнула и на секунду прикрыла глаза. Кабина скоростного лифта издала мелодичный сигнал, останавливаясь на самом последнем этаже Коллвэй Тауэр. Створки с тихим шипением разъехались. Стройная ножка в черной туфельке на тонком высоком каблуке ступила на мягкое покрытие пола.

Путь заступил суровый охранник. Далинарка послушно замерла, позволяя сканеру скользить вдоль тела. Мужчина не пересекал границы дозволенного, не позволяя себе даже мимолетного касания, но красавица все равно брезгливо поморщилась. После подтверждения ее личности по сетчатке глаза и отпечаткам пальцев (можно подумать, за год хоть что-то могло измениться) и тщательной проверки содержания сумочки, путь, наконец, был свободен.

Высоко задрав подбородок, далинарка плавно шагнула вперед, покачивая соблазнительными бедрами.

Здесь в обители роскоши даже стены издавали мягкое сияние. Весь коридор был отделан особыми панелями, такими же, как в императорском дворце. Тонкие необычные прожилки светились серебром, подчеркивая исключительность этого места. Длинные хрустальные люстры спускались с потолка, создавая непередаваемый эффект парения. Тонкие кристальные нити, как живые, двигались в неспешном ритме, словно перешептываясь. В воздухе раздавался нежный перезвон.

Только в этот раз мелодичные звуки не успокаивали, а вселяли самый настоящий ужас. Ледяные мурашки ползли по позвоночнику, зубы заныли. Легкий уверенный стук в тяжелые старинные створки, выполненные из драгоценного светлого дерева. Замок щелкнул, и красивая далинарка опасливо вошла, останавливаясь на пушистом светлом ковре в холле. Натуральный ворс скрадывал цокот тонких каблучков. Помня о правилах, девушка застыла, не смея ступить дальше, ожидая приказа хозяина.

Секунды шли, заставляя молодую женщину подрагивать от страха неизвестности.

– Я пришла, – решилась подать голос она.

– Войди, – прозвучало ледяное из гостиной, погружений в полумрак.

Эту огромную комнату она помнила другой. Уютные мягкие диваны, винтажные светильники, создающие невероятную мягкую атмосферу, такую, когда хочется замурлыкать и свернуться клубком, зарываясь в неспешную томность и ощущения сильного мужчины рядом. На стене у окна был оборудован огненный водопад. По особому прозрачному композиту, закрывающему поверхность от пола до потолка, стекали язычки живого пламени. Оно совершенно не обжигало, имея весьма комфортную температуру, щекотно облизывало кожу и действительно завораживало, как и мужчина, которому принадлежал этот пентхаус.

Тяжелые крепкие руки могли быть удивительно нежными, касаясь разгоряченной кожи лишь самыми кончиками пальцев, но могли быть и другими… безжалостными, причиняющими боль.

Сейчас от расслабленной атмосферы не осталось и следа. Гостиная, погруженная в зловещий полумрак, освещаемая лишь огнями столицы за широким окном, вселяла безотчетный ужас, точнее, ее хозяин, словно хищник, притаившийся где-то здесь.

– Ты подвела меня, Миранда, – раздался чуть хриплый низкий голос, буквально придавивший далинарку к полу.

Фиалковые глаза испуганно распахнулись. Девушке пришлось с силой сжать зубы, чтобы удержать всхлип. Он терпеть не мог подобного.

Тяжелый коллекционный бокал (других здесь не имелось) с легким звоном опустился на столик. Чуткого обоняния Миранды коснулся яркий насыщенный зерновой аромат, скругленный бочковой выдержкой. Этот баснословно дорогой крепкий напиток привозили ноарийцу из Федерации Независимых Планет.

Сознание походя фиксировало знакомые детали, а в голове билось на повторе: «Подвела… подвела… подвела».

Массивная фигура поднялась из кресла. Сердце Миранды заколотилось в груди, грозя проломить ребра.

– Эта девочка, Литана Вириан, – продолжил ноарийец после паузы, – сначала ты сказала, с ней не будет проблем. Вряд ли младший аналитик, едва закончивший обучение, будет способен докопаться до истинного объекта интересов «Олтарии». Но ты просчиталась. Эта юная ноарийка слишком быстро освоилась. В ее выкладках не хватило всего одного последнего звена, и тогда ей все стало бы известно.

Тяжелая энергетика властного ноарийца едва не сбила с ног. Громадные кулаки сжались. Далинарка обреченно сглотнула, сдерживая себя, чтобы не попятиться от этого разъяренного зверя.

– Ты настояла, чтобы ее отправили вместе с группой на Майорин-12, хотя я предлагал решить все здесь быстро и без лишних свидетелей. И что теперь?

В воздухе повисла напряженная пауза.

– Ее ищут, и запрос идет с самого верха… – продолжил мужчина.

– Но у нее никого нет, кто мог бы добраться так высоко. Лишь один из отцов работает в службе охраны правопорядка, – неожиданно для самой себя начала сбивчиво оправдываться Миранда.

– Разве я позволял тебе говорить? – Этот тон… он, будто самое искусное орудие пыток, выкручивало кости. Ошибка… снова ошибка! – Инициировал поиски не он.

Далинарка резко осеклась и едва не попятилась, окутываемая черной тягучей силой своего любовника.

– С кем умудрилась связаться эта талантливая девочка я выясню, но ты создала нам дополнительные проблемы, – свистящим шепотом выдохнул мужчина, плавно обходя застывшую Миранду по кругу и вставая у нее за спиной.

Широкая рука легла на тонкую хрупкую шею. Одним богам было ведомо, чего ей стоило не отшатнуться, пробуждая инстинкты этого опасного хищника. Усилием воли девушка заставляла себя дышать спокойно размеренно.

Обжигающая ладонь грубо сжала ее бедро, задирая сияющую эластичную ткань еще выше, обнажая черное кружевное белье, что так любил срывать властный любовник. Тело, приученное принимать любую, даже самую жесткую ласку ноарийца, мгновенно откликнулось, а мозг продолжал лихорадочно обдумывать ситуацию.

Сходя с ума от собственного безрассудства, далинарка игриво подала бедрами назад, отталкивая мужчину. В этот момент его внушительная заинтересованность так знакомо надавила на ягодицы, что она подумала: «В этот раз может и обойдется».

– Мой господин, – призывно мурлыкнула Миранда, грациозно опускаясь на колени между его широко расставленных ног.

Она не спускала с него фиалковых глаз, старательно отыгрывая покорность и желание. Идеально сидящие брюки и черная рубашка, обтянувшая широкие плечи, придавали и без того мощной фигуре еще больше весомости. Тончайшие волоски на тонкой идеальной коже поднялись, реагируя на сильного самца. – Позволишь ли ты мне сказать?

Тонкие кисти взметнулись вверх, опускаясь на вздыбленный пах и сжимая так, как он любит. Прошипев что-то невразумительное, мужчина запрокинул голову назад, а когда снова вернулся, в черных глазах властвовала абсолютная похоть, сменив яростное желание убивать. Широкая смоляная бровь выгнулась, грешные губы изогнулись в предвкушающей улыбке.

Приободренная такой реакцией, Миранда томно и с придыханием продолжила:

– Если бы ты избавился от девчонки здесь, к компании все равно возникли бы вопросы. Это стандартный протокол, – она показательно облизала яркие сочные губы и расстегнула ремень на брюках своего любовника. – По данным нашей службы безопасности отец Литы, майор Легран, ни за что бы не спустил дело на тормозах. А учитывая репутацию, ему вполне по силам организовать нам массу проблем. Проще устранить, чем договориться. И снова мы возвращаемся к первоначальному вопросу, – тонкие юркие пальчики проникли под резинку натянутых боксеров, выпуская тяжелую влажную плоть. Мужчина завороженно наблюдал за процессом, но далинарка не обольщалась. Она все еще ходила по острой грани. Одно неверное движение и… – В исследовательской экспедиции случиться может все, что угодно. Несчастный случай подстроить очень легко. Главное – иметь доказательства. Лучше бы, конечно, тело с соответствующими травмами.

Тяжелая рука вцепилась в длинные локоны Миранды и сжала, болезненно стягивая кожу.

– Тело, говоришь? – рявкнул мужчина.

Он с силой надавил на подбородок девушки, вынуждая открыть рот, и резко двинул бедрами, притягивая ее голову к собственному паху. Горячая головка вонзилась глубоко в горло. Из глаз далинарки брызнули слезы, она задергалась и попыталась отодвинуться, но любовник лишь сильнее стянул ее волосы, не позволяя вырваться. С болезненным стоном она обреченно замерла, покорно принимая внушительный член и старательно дыша носом. Спазмы сжимали гортань. Мужчина возбужденно хрипел, с остервенением вбиваясь в податливое горло. Крупный член еще немного увеличился, мощное тело содрогнулось. С шипением влиятельный ноарийец запрокинул голову и излился, вжимаясь пахом еще немного сильнее. Справившись с собственным удовольствием, он отстранил от себя любовницу, с болезненным кайфом размазывая слезы по бледным щекам, надавливал большим пальцем на распухшие саднящие губы.

– Ты был груб, – едва слышно прошептала далинарка.

– Заслужила, – с предвкушением выдохнул он, мгновенно приближаясь к заплаканному лицу и шаря хищным взглядом, подмечая говорящие следы его удовольствия.

Миранда вздрогнула и попыталась отползти, но цепкие пальцы перехватили ее за подбородок и сжали до легкой боли.

– Запомни, – рыкнул мужчина зло, – ты принадлежишь мне и будешь делать все, что я скажу, если, – и его глаза опасно сверкнули, – конечно, хочешь сохранить свое красивое личико.

Девушка в ужасе закивала головой. Мужчина удовлетворенно хмыкнул и отпустил ее.

– Приведи себя в порядок, – бросил он, разворачиваясь, – мы еще не закончили…

Глава 13

Ричард Грант

В ионо-спектре бортовых сканеров боевые истребители мерцали холодными голубыми огнями. Обычные визоры не справлялись и транслировали лишь черноту космоса. Первый залп был пристрелочным. Они проверяли наши возможности, больше поблажек не будет. Голова привычно прояснилась. Лишние сейчас мысли были загнаны в самый дальний угол, не мешая сосредоточиться на задаче. Построение боевым клином. Первый – ведущий, за ним еще три и один – замыкающий.

Внезапно строй рассыпался, корабли брызнули в сторону.

– Хотят взять нас в кольцо и расстрелять, – угрюмо прокомментировал Лукас, специалист по вооружению.

– Огонь по целям, – скомандовал я. – Марк, придется нам заставить нашу птичку танцевать, – и резко уложил корабль на правый борт, уклоняясь от залпа энергопушки, чтобы после резко нырнуть вниз, уходя из-под перекрестного огня.

– Это будет сложнее, чем я думал, – прошипел сквозь зубы Марк, выравнивая значительный крен.

– Программа захвата целей запущена, – выдал безэмоциональный искин.

– Капитан, держите ровнее! – рявкнул Лукас.

– Чтоб тебя! – рыкнул в ответ, снова совершая обманный маневр.

– Цель захвачена, – рапортовал искусственный интеллект корабля.

Энергопушки крейсера выдали несколько залпов с коротким промежутком. Одна из пяти точек на экранах погасла.

– Есть попадание! – со злым азартом выдал специалист по вооружению.

– Кэп, они пытаются заблокировать связь! – сообщил бортинженер Дэйвин.

– Марк, перехвати, – приказал я, быстро набирая короткое сообщение. Пока еще не поздно, есть шанс воспользоваться зашифрованным каналом и отправить подтверждение выполнения задания, а заодно и наши координаты.

Корабль резко тряхнуло, сработала аварийная система, с потолка посыпались искры.

– Марк! Чтоб тебя! – рыкнул я, оценивая масштабы попадания.

– Первый контур реактора нестабилен, – неутешительно заключил искин.

– Я разберусь, кэп! – Дэйвин быстро покинул свое кресло на мостике, отправляясь в отсек с реактором.

– Мощность щитов упала до шестидесяти процентов, – продолжил ИИ.

– Перебросить резерв, – резко бросил я, снова заваливая крейсер. – Лукас, – рявкнул недовольно, – я не смогу вечно бегать от них!

В этот момент еще одна точка на экранах погасла.

– Капитан! Датчики фиксируют излучение мегало типа! – взволнованно сообщил Марк.

– Откуда у них последняя разработка военного ведомства Ноарии? – пробормотал сквозь зубы, внутренне холодея.

Одного залпа этой малышки хватит, чтобы разнести в клочья планету средней величины, не говоря уже о небольшом крейсере.

– Все свободные мощности на энергопушки, – скомандовал решительно.

– Реактор не справляется, – раздался в переговорнике голос Дэйвина. – Мы не выдержим перегрузку.

– Придется рискнуть, – бросил с мрачной решимостью. – Марк, заход на цель, – скомандовал я и направил наш крейсер в сторону зависшей точки на экране.

Этой пушке требуется время на подготовку залпа, изменение положения может сбить настройки. Разработчики пока не сумели решить эту задачу, а, значит, у нас есть шанс.

Наш крейсер выпускал в противника залп за залпом, но щиты держались, не позволяя пробиться.

– Отключить обеспечение жилого и медицинского блоков, снизить мощность щитов до тридцати процентов, перебросить все на огневую мощь, – скомандовал я.

– При всем моем уважении, капитан… – начал было Дэйвин.

– Просто заткнись и сделай! – рявкнул жестко.

– Есть кэп, – обреченно бросил бортинженер.

– Лукас! Огонь!

Сосредоточенно взглянув на меня, спец по вооружению кивнул. По корпусу крейсера прошла дрожь. Первый залп, наконец, пробил щиты вражеского истребителя. Второй… третий… Казалось, мы снова потерпели неудачу, но вот очертания корабля проявились на визорах. Ионо-маскировка слетела. Истребитель будто раздулся на мгновение, и яркая вспышка поглотила его, распыляя на атомы буквально за секунду.

– Угроза прямого попадания, – снова вмешался искин.

– Щиты на полную мощность! – гаркнул я.

– Не успеем, – напряженно ответил Дэйвин.

– Маневрируем! – скомандовал и резко сместился в сторону, чтобы после нырнуть вниз, но не успел.

Нас все же достали. Снова включилась аварийная сирена. Основное освещение погасло. Питание консоли управления прервалось. Мы почти ослепли.

– Дэйвин! Доложить обстановку! – рявкнул я, старательно выравнивая потрепанный крейсер.

– Первый контур реактора вышел из строя. Второй пока справляется, но требуется уменьшить нагрузку. Мощность щитов – тридцать процентов и продолжает снижаться.

– А хорошие новости есть? – рыкнул я, уводя корабль почти вертикально вверх.

– Мы еще живы? – вопросом на вопрос ответил бортинженер.

– Капитан, двигатели нестабильны, – взволнованно доложил Марк. – Левый стремительно теряет мощность. Правый пока держится.

– Карту сектора на экраны! – приказал я и до боли вглядывался в очертания объектов, находящихся на небольшом расстоянии от нас. – Вот здесь астероидное поле. Попробуем дотянуть.

– Это самоубийство, – возразил второй пилот. – Плотность слишком велика, еще и энергетическая аномалия. Как только войдем туда, неизвестно, как поведет себя система.

– Предлагаешь подождать, пока она достанут нас? – яростно рыкнул.

Крейсер снова тряхнуло.

– Мощность щитов – десять процентов, – доложил Дэйвин.

Резко бросил машину вперед, уклоняясь от еще одного выстрела. Энергетический сгусток пролетел совсем рядом, по ощущениям задевая обшивку, но мы еще держались.

Сильный боковой удар отбросил крейсер в сторону. Тело рванулось в ремнях безопасности. Панели обшивки вздулись, почти разламывая перегородки.

– Эти придурки протаранили нас! – прохрипел Марк, растирая шею.

Отменная реакция позволила изменить траекторию удара, нас задело, но не так сильно, как могло бы.

– Левый двигатель вышел из строя! – снова Дэйвин.

– Марк, резервные маневровые отключить. Перебросить все на основной правый, – скомандовал решительно.

На мостике воцарилась напряженная тишина. Даже Лукас на мгновение отвлекся от своей панели управления огнем.

– Выполнять! – рявкнул для внушительности и взял максимальный разгон.

До спасительного астероидного поля оставалось совсем немного. Визоры уже фиксировали эти космические глыбы, но нам не повезло. Зажав нас с двух сторон, уцелевшие истребители открыли прицельный огонь. Щиты лопнули, словно мыльный пузырь, крейсер потерял управление и начал падать. Похоже, у меня так и не будет шанса сказать Элизе, как я люблю ее…

Александр Шайн, император Ноарии

В рабочем кабинете Его Величества был собран вполне привычный уже совет.

– Алекс, – обратилась Элиза Кроуфорд к задумчивому императору, – как Рори?

– Пока без изменений. Лекарства еще действуют. – Он в очередной раз бросил взгляд на проекцию на своем браслете и выдохнул уже спокойнее. – Она спит.

– Что за спешка, Лекс? – нахмурив брови, в просторный кабинет стремительно вошел Гектор Тимерон.

Он нежно пропустил сквозь пальцы белоснежные упругие кудри любимой супруги и коротко поцеловал манящие губы.

– Я скучала, любимый, – тихонько выдохнула Лиз, обнимая своего генерала за крепкую шею.

– А я больше, родная, – улыбнулся он.

– Ну хватит вам уже, – ворчливо заметил еще один участник совета, мощный керв с хитрыми янтарными глазами. – Я завидую.

– У тебя было время наедине с супругой, пока мы с Кором впахивали, как проклятые, – дружелюбно скалясь, парировал Гектор.

– Мне всегда мало нашей звездочки, – низко и царапающе протянул Шейн и мечтательно закатил глаза.

– Я вам не мешаю? – сердито буркнул император.

– Что вы, Ваше Величество, вы же почти член семьи, – ехидно хмыкнула Элиза, но нежный румянец на золотистой коже все же говорил о ее смущении.

– Какие новости? – решил переключить общее внимание керв.

– Ждем Кора. У него есть информация, – ответил император.

Элиза пружинисто поднялась из кресла и в несколько шагов оказалась у дверей. Створки бесшумно разъехались, и счастливая блондинка прильнула всем телом к еще одному своему супругу. Ее руки обвились вокруг тонкой талии. Ореховые глаза Корнелиуса с нежностью смотрели на жену. Строгий, холодный нэйлак буквально таял, находясь рядом со своей Лиз.

– И этот туда же, – буркнул керв.

Кивнув побратимам и Алексу, Кор опустился в кресло. На подлокотнике рядом устроилась Элиза.

– Корабль Ричарда прислал сообщение по зашифрованному каналу, что Литану нашли, и она жива, – без прелюдий начал руководитель службы безопасности Ноарии. – Но больше нам так и не удалось связаться с ними.

– Причины? – строго спросил император, вновь обращая внимание на свой браслет.

– Разбираемся, – ответил Кор. – Возможно, сигнал просто не доходит из-за помех. Там рядом астероидный пояс. Или…

– Или до них добрались те, кто пытался убить Литу, – закончила за супруга блондинка.

– Не нужно нагнетать раньше времени, малышка, – успокаивающе заметил нэйлак. – У нас нет доказательств. Но считаю целесообразным отправить туда еще один наш военный борт.

– Разумно, – согласился император. – Что по Олтарии?

– Мы проверяем их деятельность, – произнес Корнелиус. – Пока ничего подозрительного, кроме, разве что состава экипажа исследовательского корабля Майорин-12. Там сплошь в прошлом военные и силовики. Но и это само по себе ничего не значит. Только вот ума не приложу, как туда попала твоя подруга?

– Ты же помнишь, что она закончила военную академию. Может, у них такой пунктик? Никогда не знаешь, что может произойти в экспедиции, а разумные со спец подготовкой гораздо эффективнее справляются с внештатными ситуациями, – парировала Лиз.

– Что думаете по поводу допросов персонала корпорации? Можно начать с непосредственного руководителя Литаны, – внес предложение император.

– Я бы не стал сейчас афишировать наш интерес. Лита, уж прости, – Кор бросил на супругу извиняющийся взгляд, – всегда была огромной занозой в заднице, упертая, как желтый луриус. Она могла сунуть свой хорошенький нос туда, куда не следует, и обнаружить что-то весьма интересное. Начни мы сейчас открыто выяснять подробности и спугнем их. Пусть считают, что им все удалось.

– Хорошо, – согласился император. – Олтарию взять под полный контроль. Ищите, Кор. Не хотелось бы думать, что какая-то девчонка переиграла мою службу безопасности. Гектор, мне нужн

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.