Цинь Мин
Немая улика

第十一根手指

法医秦明

Copyright © 2020 by 法医秦明 Russian copyright © 2025 by Eksmo Publishing House. Russian language translation rights authorized by Tianjin Xiron Books Co., Ltd., by arrangement with China Educational Publications Import & Export Corporation Ltd.

Во внутреннем оформлении использованы иллюстрации: © Se_vector, MicroOne / Shutterstock.com / FOTODOM Используется по лицензии от Shutterstock.com / FOTODOM

© Севастьянова А., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Посвящается тем, кто стойко выдерживает и страстно любит судмедэкспертизу

Дело № 1
«Чудовищный провал»

Вещи не всегда такие, какими они кажутся. Первое впечатление обманчиво. Лишь немногие видят то, что тщательно скрыто.

Федр

1

Пальцы моего учителя опустились на спину мертвеца и заскользили от затылка до крестца вдоль по позвоночнику, от чего трупные пятна на теле посветлели и разошлись в стороны. След от пальцев был таким четким, будто учитель рисовал водораздельную границу.

– Почему не вскрывали спину? – Чем дальше двигалась рука учителя, тем сильнее он хмурился.

Заместитель капитана экспертно-криминалистического подразделения, мой наставник – Чэнь Ижань – считался самым добродушным среди начальников. Ему было чуть за сорок, и он обожал черный юмор. Молодые коллеги любили проводить с ним время, но сейчас их лица не были радостными. Мое сердце начало беспокойно колотиться.

– Ну, кхе-кхе… – Старший судмедэксперт полицейского участка Шупейского[1] уезда Гуй Бинь прочистил горло, собираясь ответить.

– Тебя не спрашивают, – резко перебил его учитель. – Я сейчас говорю с Цинь Минем. Так почему спина осталась цела?

Я покраснел и открыл рот, чтобы ответить, но сказать мне было нечего.

Наставник снова прошелся пальцами по позвоночнику трупа, с силой нажимая в некоторых местах.

– Думается мне, все вы допустили дилетантскую ошибку.

Слова учителя прозвучали мягко, и один из моих товарищей в группе, Дабао, поспешил вызволить меня из неловкой ситуации:

– В этот раз мы проводили первичный осмотр места преступления, время поджимало, поэтому вскрытие проходило в соответствии с общепринятой практикой и спину не вскрывали.

Я покачал головой.

Обычно судмедэксперты изучают на вскрытии три полости: черепную, грудную и брюшную. Только в особых случаях дело доходит до вскрытия спины и костномозговой полости.

– Ладно не вскрыли, но хотя бы пропальпировать[2] же надо было! – довольно резко заметил учитель. – Уверен, если б вы внимательнее провели осмотр, то точно поняли бы, что нужно вскрывать спину. – Он провел кровоостанавливающим зажимом по месту, которое недавно ощупывал.

– Хм… ну… в общем… – Дабао всегда так запинался, когда сильно нервничал и осознавал свою неправоту.

Я потрогал кожу там, где обозначил учитель, но не обнаружил ничего необычного.

Наставник, увидев мое растерянное лицо, покачал головой:

– Нужно больше учиться и практиковаться, только так вы наберетесь опыта. Вскрывайте.

Чтобы загладить свою вину, я поспешил взять скальпель и стал резать по следу, оставленному пальцами учителя. Лезвие оголяло бело-желтые подкожные ткани и красные мышцы. Из-за того, что я сильно нервничал, разрез получался кривым.

Мы с Дабао стояли по обе стороны от тела и раздвигали кожу на спине мертвеца. Вскоре стали отчетливо видны все мышцы спины. Они были обычного цвета, без кровоподтеков и травм. Я отложил скальпель и оперся на край секционного стола. Похоже, в этот раз наставник ошибся, и я втайне ликовал. Повисло неловкое молчание; мне было интересно, как он оправдается.

Учитель мельком взглянул на меня и усмехнулся:

– Рано радуешься. Продолжай.

Меня бросило в жар от смущения – я не ожидал, что наставник прочитает мои мысли. Быстро схватил скальпель и продолжил резать. Мы с Дабао понемногу неуклюже обнажали мышцы спины.

– Ой! – Руки Дабао резко замерли.

Я наклонился, и от увиденного у меня побежали мурашки по телу.

Месяц назад, раннее утро

– Когда вы с Линдан планируете играть свадьбу?

Наставник, вызвав меня к себе в кабинет, не торопился задавать главный вопрос. Пока мы разговаривали, он потягивал сигарету. С тех пор как я перевез свою девушку, Линдан, в город, о ней узнали все мои коллеги.

– Не знал, что вы тоже любите посплетничать… – Я устало развалился на диванчике в кабинете учителя. – Мне только двадцать восемь, спешить некуда.

– А почему бы и не посплетничать? Не забывай, мы все здесь равны, – ответил наставник. – Ты уже начальник отделения криминалистики. Тебе в первую очередь нужно повысить свои профессиональные навыки, удивить всех. Ты неплохо показывал себя раньше, но нужно быть начеку; бойся опрометчивых ошибок.

Учитель был руководителем уже не первый год, и идейно-политическая работа с подчиненными стала для него обычным делом. Я давно привык слушать его вполуха.

– Ну давай подождем, пока ты женишься, а потом пока вернешься из медового месяца, пока Линдан забеременеет, родит и так далее… – продолжил наставник. – Тогда времени совсем не останется, а сейчас идут твои лучшие годы, используй их. Тебе просто нужно почаще выезжать на расследования. Берись не только за большие дела, но и за те, что попроще.

От этих слов я вздрогнул – и вдруг осознал, что, несмотря на мирное время, преступлений меньше не стало. За любое убийство экспертно-криминалистическая служба должна отчитываться перед областным министерством. Если б учитель посылал меня на каждое дело, я уже наизусть выучил бы всю область. Если Линдан уйдет от меня, на ком мне жениться? С кем проводить медовый месяц? Кто родит мне детей?

– Я не заставляю тебя ездить на место каждого преступления. – Видя беспомощное выражение моего лица, наставник прямо-таки разбухал от радости. – Возьми несколько интересных дел. Например, вот это, мне кажется, очень тебе подходит…

Я взял в руки листок, который он мне передал, и увидел внутриведомственную телефотографию[3].

Областное Министерство общественной безопасности[4]:

Настоящим сообщаем, что вчера вечером местный житель уезда Шупей Сунь Сяньфа был найден раненым около своего дома. Пострадавший был доставлен в реанимацию в тяжелом состоянии, но спасти его не удалось. Сунь Сяньфа скончался сегодня в пять часов утра. На данный момент главное управление города направило группу для проведения совместного расследования.

Подразделение криминальной милиции Министерства общественной безопасности по городу Шидан

– Нам тоже нужно участвовать в этом расследовании?

– Дело, конечно, плевое, но оборвалась человеческая жизнь, – ответил наставник. – Иди ознакомься.

Ли Дабао, проходивший мимо кабинета учителя, просунул голову в дверной проем и спросил:

– Извините, а куда пойти?.. А можно мне тоже?

– Этот документ уже приобщили к делу? – спросил я.

Дабао продолжил с несчастным видом:

– Я скоро с ума сойду! Я уже неделю просто сижу, больше не могу! Скоро заработаю так себе геморрой… Возьми меня с собой, чего тебе стоит?

– Дабао здесь, чтобы учиться, а не копаться в бумажках, – поддержал его наставник. – Идите вдвоем, а еще прихватите с собой какого-нибудь трасолога[5] – например, Линь Тао.

Судмедэкспертиза и криминалистика неразлучны. В основном любое расследование строится на том, что обнаружат специалисты двух этих профессий. Линь Тао – мой напарник. Кроме того, мы не только вместе работали, но и учились в одном вузе, а еще одновременно поступили на службу. Все это – лишь случайные стечения обстоятельств, но на каждое место преступления мы выезжали вдвоем. Дабао часто дразнит меня, что мы с Линь Тао очень «близки», и даже Линдан поддерживала его в этих насмешках. Когда мы с Линь Тао выезжали на место, я чувствовал себя спокойнее, чем обычно.

Дабао, прямо-таки сияя и напевая себе под нос, готовил чемоданчик со всем необходимым для поиска улик. Я хлопнул его документами по голове:

– Все веселишься? Смотри мне! Если в архиве будут недовольны, я все свалю на тебя.

Дабао почесал затылок, а после с улыбкой показал мне пальцами знак «мир» и весело заметил:

– Если будешь чаще выходить из кабинета, то не заработаешь геморрой, ага!

Вскоре мы прибыли в уезд Шупей. Машина проезжала мимо каменной реки[6], и я потерял дар речи от такой красоты. Прошел год, снова расцвели цветы рапса, а она, та, что носила платье в цветочек, больше никогда не сможет насладиться этим видом…[7]

Время близилось к полудню, когда машина остановилась у небольшой деревеньки на северо-западной окраине уезда. Повсюду ровными рядами стояли двухэтажные домишки, между ними клубился дым; запах еды манил каждого, кто находился на месте происшествия.

Крошечное здание, где произошло убийство, было огорожено сигнальной лентой. Оно ничем не отличалось от соседних домиков: дворик за домом окружали стены. В одном из углов на корточках сидели несколько криминалистов и что-то изучали. Я не стал им мешать и направился прямо к судмедэксперту Шупэйского уезда Гую.

– Рад тебя видеть, дружище! – Мы учились с ним в одном вузе, Гуй – на курс старше.

Эксперт копался в своем чемоданчике с материалами и, не ожидая, что кто-то может его окликнуть, испуганно вздрогнул:

– Руководитель Цинь! Давно ты здесь? Очень рад!

Я улыбнулся и перешел к делу:

– Кем был погибший?

– Погибший – простой деревенский житель по имени Сунь Сяньфа. Жил один, жена умерла, сын работает в другом городе. Вчера вечером помогал другой семье организовать похороны, пробыл у них аж до десяти вечера. Они договорились, что он придет сегодня до рассвета, в полтретьего, чтобы помочь нести гроб, но Сяньфа не появился даже к четырем. Дома покойников – теперь уже двух – недалеко друг от друга, в пяти минутах ходьбы. Семья, с которой он договаривался, отправилась на его поиски. Они увидели Сунь Сяньфа лежащим в том углу. Он был без сознания, но еще дышал.

– Зачем выносить покойника до рассвета? – перебил я.

– Это местный обычай: покойника нужно вынести до первых лучей солнца. Никто и подумать не мог, что Сунь Сяньфа, который согласился помочь по доброте душевной, постигнет та же участь…

– Первую помощь оказывали?

– Считай, что нет, – ответил Гуй. – Его обнаружили только в четыре часа утра, стали звать на помощь; несколько людей в спешке привезли Сунь Сяньфа в больницу уже в пятом часу. В медицинской карте потерпевшего написано, что, когда его доставили в больницу, он уже не реагировал на свет. Врачи пытались спасти его в течение получаса, но дыхание и сердцебиение остановились.

– Куда ранили? – спросил я.

– В голову. Похоже, у него ушибленная рана[8] затылка. В момент удара зрачки были сужены. Из больницы его сразу же перевезли в похоронное бюро. Я собираюсь отправиться туда после того, как закончу здесь.

– Уже есть зацепки? – задал я вопрос, который волновал меня больше всего.

Эксперт бросил взгляд на соседний двор. Жильцы сновали туда-сюда, накрывая на стол во дворике.

– Мотив найти нетрудно, – сдавленно произнес Гуй. – Господин Сунь помогал с похоронами семье женщины, с которой при жизни состоял в романтических отношениях. У нее была бурная личная жизнь и много ухажеров. Возможно, после того как она погибла в ДТП, один из них взбесился и обрушил свою ярость на голову Сунь Сяньфа.

2

– Сколько лет господину Сунь? – уточнил я.

– Сорок пять. – Выдержав небольшую паузу, Гуй продолжил: – Его тайной любви было всего двадцать с небольшим.

– Хо-хо, а он любит молоденьких, – заметил я, надевая спецодежду, после чего направился в угол, где работали эксперты-криминалисты.

– Тут не за что зацепиться… – Линь Тао ползал на корточках, исследуя землю с помощью электростатического прибора, который передвигал с места на место. – Мы всё еще не нашли стоящих улик.

Бросались в глаза две лужи: крови и рвоты. Вторая была чуть поодаль.

– Если покойника вырвало здесь, значит, он уже до этого получил черепно-мозговую травму; удар спровоцировал повышение внутричерепного давления, и его стошнило. Если сопоставить этот факт с лужей крови, можно сделать вывод, что именно здесь потерпевший упал на землю и, соответственно, здесь же на него напали.

Я обследовал верх забора. Стену сделали из темно-красного кирпича, без побелки, поэтому найти какие-либо вещественные доказательства было трудно. Тогда я достал лупу и стал всматриваться в каждый сантиметр стены. На одном из кирпичей мне бросилось в глаза причудливое пятнышко. Я взял несколько образцов подозрительного пятна и добавил сверху пару капель раствора бензидина[9]. Лакмусовая бумага очень быстро окрасилась в синий.

– Без сомнения, кровь, – констатировал я. – Судя по очертаниям пятна, это брызги, которые могли появиться от удара или резкого движения убийцы.

– Всего двадцать сантиметров, слишком низко… Неужели покойника били, пока он лежал на земле? – задумался Линтао, измерив рулеткой расстояние от земли до пятна.

– Мне сказали, что у убитого всего одно ранение на голове, но там не проходят крупные артерии. Невозможно ударить так, чтобы появились брызги. – Я пытался найти объяснение, пользуясь своими знаниями в области криминалистики. – Скорее всего, их сюда стряхнули. Другими словами, когда преступник после удара нес орудие убийства, брызги от движения рукой попали на низ стены.

Лишь по форме капель крови сложно сделать какие-либо умозаключения, поэтому я обратился к рядом стоящему следователю:

– Тот, кто обнаружил Сунь Сяньфа, сказал, в какой позе располагалось тело?

Следователь подошел к луже крови у стены и начал рисовать:

– Сунь Сяньфа лежал на спине головой к стене, а ногами ко входу во двор.

На спине? Мы с Линь Тао зашли в дом и продолжили поиски.

В доме было прибрано; создавалось впечатление, что при жизни Сунь Сяньфа отличался особой педантичностью. Мебель и разные мелочи в гостиной аккуратно лежали на своих местах, в центре стоял квадратный стол, на котором лежали связка ключей и две запечатанные пачки сигарет. Рядом с гостиной находилась спальня. Одеяло на кровати было аккуратно сложено у изголовья.

– Видимо, в доме все осталось нетронутым. Можно исключить убийство из корыстных побуждений. Я почти уверен, что это преступление на почве ревности, – обратился я к Дабао, глядя на поднимающегося на второй этаж Линь Тао.

– Хм, ключи лежат на столе, значит, умерший успел зайти в дом, – пробормотал Дабао себе под нос. – А сигареты, должно быть, благодарность[10] от семьи, которой он помогал.

– Странно, он вернулся домой, но не ложился спать… – Мы с Дабао зашли в ванную комнату и пощупали несколько полотенец, висевших на стене. – Полотенца сухие, значит, он не умывался. Как думаешь, его ударили, когда он только вошел или же когда выходил утром?

Дабао пожал плечами.

Я усмехнулся:

– Дурак. Пострадавшего обнаружили лежащим на земле в четыре часа утра. Если б его ранили, когда он выходил из дома – и не забывай, что они договорились нести покойницу в полчетвертого, – тогда он должен был выйти примерно в три утра. Как могла образоваться такая большая лужа крови всего за полчаса?

Дабао осенило:

– Конечно! Если не задеты крупные артерии, потребуется несколько часов, чтобы из-за ушиба образовалась такая большая лужа крови.

– Если сопоставить все данные – сложенное одеяло и ключи в зале, – то, вероятнее всего, он вышел из дома сразу после того, как зашел, и ему нанесли удар по затылку. Но есть одна загвоздка: если погибший хотел уйти, то он направился бы к выходу из дворика, а Сяньфа шел в противоположном направлении. Зачем? Что он собирался делать у забора? – рассуждал я.

– А еще он не взял ключи, значит, дверь оставалась открытой, – добавил Дабао. – Но человек, сообщивший о происшествии, утверждал, что дверь была заперта. Вряд ли убийца стал бы после совершения преступления закрывать дверь.

– Пойдем еще раз посмотрим на ту стену, – предложил я, подхватывая свой чемоданчик со всем необходимым для работы.

Мы вышли во дворик. Он был довольно просторным: расстояние от дома до забора составляло метров пять. На участке стоял сарайчик, который когда-то своими руками построил покойник. Внутри висели метла, совок для мусора и прочий инвентарь. Мы с Дабао переглянулись и улыбнулись друг другу. Может, этот педантичный мужчина средних лет пришел сюда за инструментами, хотел прибраться?

– Убийца, по всей видимости, прятался у входной двери. Сунь Сяньфа вышел из дома, и в этот момент преступник нанес удар. – Поправив очки, Дабао продолжил: – А вот зачем он закрыл дверь, известно только ему самому.

Я стоял посреди двора задрав голову и смотрел на второй этаж домишки, где стояли окна из сплава алюминия. Створка окна, выходящего на ту самую стену, была открыта. Наверху Линь Тао с особой скрупулезностью осматривал окно вдоль рамы. Я подмигнул Дабао и улыбнулся:

– Линь Тао тот еще красавчик. Неудивительно, что за ним бегают так много девчонок.

– А что толку? – ответил Дабао. – Он закоренелый холостяк, тут нечему радоваться.

Линь Тао, услышав слова Дабао, выглянул из окна, посмотрел на меня и крикнул:

– Эй, редиска! Смотри-ка, а у пострадавшего совсем не было инстинкта самосохранения. Окно-то открыто. Если кто-то захотел бы вломиться и ограбить дом, всего-то было нужно залезть на забор, а с него уже можно дотянуться до подоконника и влезть в окно.

– Твою ж мать, – выругался я, – какая я тебе редиска? Ты зачем меня позоришь?

Отвернувшись, Дабао тихонько захихикал. Я дал ему подзатыльник:

– Что смешного? Если б покойник сам не вышел из дома, попав в ловушку преступника, не исключено, что убийца мог просто влезть в окно.

– На втором этаже нет никаких подозрительных следов, – заметил Линь Тао. – Похоже, тут мы не найдем никаких улик, поэтому я очень рассчитываю на результаты вскрытия.

После обеда мы с Дабао поспешили в морг уезда Шупей. Это мрачное здание совсем не изменилось с прошлого года. Там нас уже ожидал судмедэксперт Гуй вместе с начальником отделения судебно-медицинской экспертизы по городу Шидан Гуань Цицзинем. Начальнику было уже за пятьдесят, он считался нашим старшим товарищем, поэтому вел протокол.

Сначала мы последовательно осмотрели туловище и конечности Сунь Сяньфа. Травм на них не было.

– Стоит отметить, он в хорошей форме, – сказал судмедэксперт Гуй. – Кожа чистая, здоровая.

– Да, это был педант, – добавил я. – В его доме безупречно чисто, хотя он жил совсем один.

– Ну, может быть, с уборкой ему помогала его молоденькая подружка… – Дабао достал скальпель и начал срезать волосы с головы убитого.

После того как волосы Сунь Сяньфа были коротко обрезаны, мы смогли хорошо рассмотреть травму затылка.

– Концы раны тупоугольные, край рассечения проходит по естественному рисунку кожи, видны межклеточные мостики[11]. – Кровоостанавливающим зажимом я раздвигал края раны, чтобы рассмотреть ее, давая возможность убедиться в моих словах старшему судмедэксперту, который находился сбоку и фиксировал наблюдения в протоколе. – В нижней части раны проступает фрагмент кости, это указывает на перелом черепа. – Я обработал рану спиртом, после чего добавил: – Это типичная травма головы, возникшая от удара тупым предметом и повлекшая разрыв кожи головы, что образовало рваную рану. Обратите внимание, по краям раны ссадины. Как так вышло?

– Предмет, которым нанесли удар, был с шероховатостями, контактная поверхность больше раны. – Дабао хорошо разбирался в теории.

– Какой инструмент подходит под описание? – Я оперся на край секционного стола и размял уже затекшие шейные позвонки. – Может, это толстая палка?

Видя, что мы не спешим со вскрытием, судмедэксперт, занимающийся протоколированием, поторопил нас:

– Конкретика нам не нужна, достаточно определить общие характеристики орудия убийства. Давайте ускоримся. Вы-то молодые, а у меня уже скоро спина отвалится…

Мы трое работали за столом, и, кроме начальника, больше некому было конспектировать происходящее, поэтому я не стал спорить и продолжил разрезать кожу головы трупа.

Как и ожидалось, мы обнаружили перелом черепа. После вскрытия стало также видно, что линия перелома[12] идет от затылка вдоль черепа до самого лба.

– Ого! Похоже, сила удара была огромной, если череп так размозжило, – заметил судмедэксперт Гуй.

– Такой серьезный перелом невозможно получить от деревянного предмета. Скорее всего, орудием было что-то металлическое и довольно шершавое. Но что именно? – Нахмурившись, я задумался.

Видя, как я терзаюсь догадками о типе оружия, начальник, которому явно уже хотелось покончить со всем этим, поджал нижнюю губу. Он работал судмедэкспертом почти всю свою жизнь и за все это время не допустил ни одной серьезной ошибки; правда, и выдающимися успехами похвастаться тоже не мог. Ему оставалось доработать еще несколько спокойных лет, и он мог с почетом выйти на пенсию. Было предельно ясно, что наши умозаключения его совершенно не интересуют, и, хотя мне претило такое халатное отношение к работе, было неудобно при всех возражать ему. Пришлось просто продолжить и аккуратно перейти к мозговой ткани трупа.

– Что?.. А почему в лобной доле нет кровоизлияния? И никаких повреждений на коже? – Поправив очки, Дабао приподнял голову трупа, чтобы убедиться. – Противоудар?[13]

– Не думаю, – ответил я. – Противоудар возникает только при падении. – Отделил зажимом твердую мозговую оболочку в основании черепа, обнажив линию перелома. – Смотри, перелом проходит от затылка ко лбу. Из-за него на лбу образовалась гематома. При противоударе так не бывает. Мне кажется, кровотечение возникло при переломе, но это точно не противоудар.

– Верно, – сказал судмедэксперт Гуй, рассматривая череп погибшего. – Вам не кажется, что линия перелома на затылке смещена?

Все мы прекрасно знали, что смещение костных фрагментов могло произойти только в результате множественных ударов и переломов.

– Получается, – резюмировал я, – пострадавшего били по голове более двух раз, но ранение было всего одно.

3

Наложив швы, я спросил:

– Спину смотреть будем?

Не успел я закончить фразу, как начальник отделения запротестовал:

– В этом нет нужды. Тем более что уже стемнело, а освещение здесь плохое. По сути, мы – судмедэксперты – практически ничем не можем помочь в этом деле. Причина смерти очень проста, время смерти и так понятно, орудие вы тоже уже описали, все противоречия в деле решены. И вы всё еще переживаете, что не сможете закрыть дело? Вряд ли преступник убил погибшего, катаясь у того на спине. Так для чего ее вскрывать?

Я кивнул, отчего дал о себе знать мой шейный спондилез[14]: у меня закружилась голова.

– Начальник прав. Все, что нужно было сделать, мы сделали. Пора по домам, – согласился я.

Вернувшись в гостиницу, мы подвели итоги осмотра места преступления и трупа. А позже, в девять часов вечера, прибыли в офис следственной группы, еще до начала собрания по особо важным делам.

– Пострадавший Сунь Сяньфа скончался от черепно-мозговой травмы, вызванной внезапным ударом по голове. – Мне казалось, что я еще совсем неопытен, но в то же время к тому моменту я повидал уже достаточно, чтобы с уверенностью в голосе, выученной у наставника, продолжить: – В ходе расследования не было обнаружено никаких следов ограбления, что позволяет исключить версию о преступлении с целью наживы. Мы предполагаем, что убийство произошло на почве ревности. Скорее всего, на потерпевшего напали, когда он вернулся домой и по какой-то причине снова вышел во двор. Мы делаем такие выводы, основываясь на том, что погибший не собирался ложиться спать. Орудием убийства является тупой металлический предмет с шероховатой поверхностью. На данный момент это все, что мы можем сказать. Все нестыковки в деле очевидны, поэтому найти улики не составит труда.

Руководитель следственно-оперативной группы кивнул и взглядом дал понять главному следователю, что готов поделиться своими наблюдениями.

– На похоронах Лю Цзюйе, возлюбленной Сунь Сяньфа, пострадавший вступил в словесную перепалку с жителем деревни по имени Чэнь Чанлинь. Пока это самая серьезная зацепка. В этом году Лю Цзюйе должно было исполниться двадцать четыре года. Позавчера вечером девушку насмерть сбила машина, когда она переходила дорогу. Лю Цзюйе вела распутный образ жизни. По данным следствия, во внебрачных связях с ней состояли как минимум семнадцать человек в возрасте от восемнадцати до шестидесяти.

Вся оперативная группа кивнула.

Главный следователь продолжил:

– Сейчас мы составляем список всех, кто был когда-либо знаком с Лю Цзюйе, далее по очереди начнем опрашивать их. Кроме того, мы направили рабочую группу для выяснения обстоятельств смерти Сунь Сяньфа и нестыковок в деле.

– Хорошо, – ответил руководитель следственной группы. – Все остальные, кроме тех, у кого остались задания на вечер, могут отдохнуть. Я уверен, это дело не займет у нас много времени.

– Постойте, – перебил я. – По моим наблюдениям, убийца следовал за жертвой до его дома. Пострадавший вернулся не поздно, поэтому нам нужно отправить еще людей, чтобы они пообщались с местными жителями и выяснили, не заметили ли те кого-то, кто преследовал пострадавшего. Если мы получим описание убийцы, то сможем сузить круг подозреваемых и быстро всех допросить.

– Судмедэксперт Цинь прав, – сказал руководитель. – Сотрудники линейного отделения полиции сегодня будут дежурить на месте преступления и опрашивать прохожих, видели ли они жертву и ее преследователя прошлой ночью.

После собрания я с самодовольным видом вернулся обратно в номер. Дабао лежал на соседней кровати.

– Похоже, в этом деле судебно-медицинская экспертиза совсем не играет роли. Я думаю, все решится благодаря опросу возможных свидетелей, а ты? – спросил я.

Дабао кивнул:

– Твои предположения справедливы: преследование с последующим убийством. Надеюсь, дело быстро раскроют.

Утро следующего дня, снова в городе

– Ну что, как оно? Всё раскрыли? – спросил наставник, увидев, что я вернулся уже на следующий день.

– Легкотня. Всё как на ладони. Скоро дело будет закрыто, – ответил я, прижимая ладонь к груди.

Учитель кивнул и переключился на другую тему:

– В прошлом году отобранные со всей области молодые судмедэксперты прошли полицейскую подготовку, но многие из них получали образование в области клинической медицины, а не судебно-медицинской экспертизы, и теперь им необходимо пройти профессиональную переподготовку. Их довольно много, человек сорок-пятьдесят, поэтому учить каждого по отдельности будет затруднительно. У нас, конечно, есть вузы, готовящие судмедэкспертов – тот же Ваньнаньский, – однако мы не можем так расточительно расходовать свои ресурсы, поэтому было принято решение организовать одну группу обучающихся. Ты – выпускник Ваньнаньского университета, тебе будет проще обо всем договориться. На подготовку у тебя примерно полмесяца, еще недели две они будут вникать, что к чему, а с начала июня можно приступать к обучению.

Работа в управлении предполагает не только ежедневные экспертизы, исследования и выезды, но еще и трудоемкую административную работу. Хотя это и не самое веселое занятие, но мне становится легче, когда я вспоминаю, что благодаря этой работе повышается уровень судебно-медицинского делопроизводства по всей области – это моя основная мотивация.

Полмесяца – это не много, но и не мало, однако у меня было столько дел, что время пролетело незаметно. Эти две недели я был так занят написанием рапортов, отправкой извещений, сопоставлением имен, налаживанием связей и заключением договоров с учебным заведением, а еще составлением сметы, планированием курса обучения, что уже и позабыл о деле Сунь Сяньфа из уезда Шупей.

Я занимался курсом переподготовки сверхурочно, и ровно через двадцать один день все было готово. Кликнув «опубликовать» под официальным уведомлением, я рухнул на спинку стула, глянул в потолок и вздохнул с облегчением:

– Наконец-то всё…

– Редиска, ты уже побледнел от работы; не боишься, что Линдан тебя кинет? – саркастично подметил Линь Тао, проходящий мимо кабинета.

– Ни за что! Да и кто бы говорил… Человек, которого только и делают, что бросают? – ответил я.

– Да ты что? – Линь Тао приблизился. – Это я только и делаю, что всех бросаю, понятно тебе?

Закрыв лицо руками, я ответил:

– Да-да-да, ты очень популярен, красив, от девчонок отбоя нет, доволен? Мне нужно немного отдохнуть, я так устал… – Я достал сигарету себе и бросил одну Линь Тао.

– Рано еще отдыхать. Шупейское дело зашло в тупик, – сказал Линь Тао.

Я выпрямился:

– Как это в тупик? Там же все было очевидно!

– Было, – ответил Линь Тао. – Но более десятка человек исключили из списка подозреваемых, потому что те просто не успели бы совершить преступление. А что-то еще нащупать не удалось, так что теперь следственная группа не знает, что делать. Они применили даже полиграф, но все безрезультатно.

– Что за халтура, – возмутился я. – Как могло простое дело вдруг стать сложным?

– Понятия не имею. Учитель Чэнь сказал, что через несколько дней, когда у него появится свободное время, он снова вместе с нами проведет экспертизу. Всё, некогда мне с тобой разговаривать! У меня куча дел, пойду займусь ими. – И Линь Тао вышел из кабинета.

– Кажется, наставник в нас сомневается, – сказал я опешившему Дабао. – Но это даже к лучшему. Если не раскроем это дело, наша репутация будет потеряна. Я знаю, учитель точно найдет больше улик и зацепок.

* * *

– Ты уже два дня не в духе, что случилось? – Линдан отвлекла меня от размышлений, пододвинув мне тарелку.

Возможно, меня интересовало дело Сунь Сяньфа, а может, я переживал, что упустил в своей работе что-то важное… Однако, узнав, что расследование все еще продолжается, я чувствовал себя подавленным и никак не мог справиться с этим состоянием.

– Да ерунда. – Изо всех сил стараясь скрыть свои эмоции, я сменил тему: – Наверное, пора начинать обедать дома… Тебе, наверное, уже надоело каждый день есть супы и мясо в этой забегаловке?

– А что такого в этой лапшичной? – Линдан засмеялась, прикрывая рот рукой. – Так говорить нехорошо. Куриный суп полезен для мозга, а ты, между прочим, каждый день жалуешься на забывчивость… Вот, ешь птичью голову, чтобы своя не подвела!

– Как хорошо, что ты медик… – Я кивнул, торопливо запихивая в рот еду, а потом с набитым ртом спросил: – Есть ли какое-то научное оправдание суевериям врача?

Линдан перестала улыбаться.

– Тебя явно что-то беспокоит. Ты даже на шутки не реагируешь… Скажи, тебе нравится кто-то другой? Ты мне изменяешь?

– Ой-ё… – Я напрягся. – Делать мне больше нечего, кроме как заводить романы! Работа. И еще раз работа.

– Ну так расскажи. Или тебе нравится держать все в себе?

Видя, что Линдан расстроена, я разговорился:

– Да ничего такого. Помнишь, я ездил в Шупей? Так вот, дело еще не раскрыто, и наставник хочет завтра все перепроверить. Я немного переживаю, вдруг я напортачил…

Я рассчитывал, что Линдан успокоится после моих слов, но она как будто впала в прострацию. Молчала некоторое время, а после подняла голову, и я увидел ее большие сверкающие глаза:

– Давай-ка я расскажу тебе один секрет…

Линдан часто рассказывает мне всякие секреты, но они обычно не вызывают у меня никакого интереса. В ответ я лишь безучастно помычал и продолжил жадно есть. Я думал, она снова начнет рассказывать, что у кого-то с кем-то интрижка, а такая-то купила что-то от «Луи Виттон», не сказав мужу…

– Вообще-то, раньше у меня была двоюродная сестра, сейчас ей исполнилось бы двадцать пять лет. Но она умерла, – медленно проговорила Линдан, отставив тарелку.

Я тоже перестал есть – эта новость меня удивила.

– Она была старшей дочерью моего родного дяди. Ее звали Линь Сяосяо, – продолжила Линдан. – К сожалению, ее убили семь лет назад.

4

– Семь лет назад? – переспросил я. – Мы тогда еще не были знакомы. Но почему ты никогда не рассказывала мне о ней?

– Наша семья старается не говорить об этом. – Линдан смутилась. – Дядя сильно переживал из-за ее смерти, поэтому все старались не поднимать эту тему.

– Это кто-то из его врагов? – Я невольно воспрял духом. – А кто еще поднял бы руку на восемнадцатилетнюю девушку?

Линдан медленно покачала головой, печально вскинув брови:

– Дело еще не раскрыто.

– Не раскрыто?! – Я почти вскочил. Семь лет назад на расследование убийств бросали все силы. Тогда раскрываемость по убийствам во многих городах области достигала практически девяноста процентов. Я, искренне веривший, что каждое убийство должно быть раскрыто, даже не ожидал, что в моем поле зрения может появиться «висяк», не говоря уже о том, что он будет касаться родственников Линдан. – Это случилось в твоем родном городе Юньтай?

Линдан снова кивнула:

– Да, это произошло в юньтайской старшей школе номер двенадцать. Ты тогда еще в университете учился. Конечно же, ты ничего об этом не слышал.

Мы с Линдан уже долго были вместе, поэтому оба хорошо разбирались в принципах работы полиции. Затянувшееся дело можно было приравнять к нераскрытому, а это уже считается невыполненным долгом перед народом. Подобный долг в любом случае ложится тяжелым бременем на плечи криминальной полиции.

– Ну… вы когда-нибудь предполагали, кто это мог сделать? – спросил я.

– Вот поэтому родственники больше не хотят говорить об этом. – Линдан замолчала и, вздохнув, с горечью продолжила: – Сяосяо, ее… над ее трупом надругались.

Я стиснул зубы.

– Тело Сяосяо было найдено за школьным туалетом, – вспоминала Линдан. – Там столпилось так много людей, а Сяосяо выглядела вот так… Ох, она всегда была такой улыбчивой девочкой-паинькой… В детстве я часто ходила играть домой к дяде и видела, что все стены их дома были увешаны похвальными грамотами Сяосяо. Правда! Даже из детского сада висели. Дядя больше всех гордился своей дочерью. Когда он увидел, что произошло, нам показалось, что он не вынесет этого. Я не знаю, как дядя справился, но с того самого дня больше никто не осмеливался говорить о Сяосяо. Пускай прошлое остается в прошлом.

Я опустил голову, взял палочки и продолжил медленно глотать рис.

– На тот момент улик не было. Полиция расследовала дело больше года, допросила кучу людей. Все происходило у нас на глазах, но убийцу так и не нашли. После того как боль утраты и гнев поутихли, мы смирились с реальностью. Возможно, иногда упорного труда мало для достижения цели. Если ситуация складывается не так, как тебе хочется, нужно просто постепенно отпустить ее, только тогда ты сможешь двигаться дальше… – Линдан легонько ткнула в меня палочками. – Ну и разболталась же я! Но ты ведь понял суть?

Я отложил палочки для еды, сжал ее тонкие пальцы и улыбнулся. Я понимал, зачем Линдан рассказала это, но в ее глазах блеснули слезы, и от этого мне стало тяжело на душе. Все ли может стать прошлым? Души Сяосяо и Сунь Сяньфа уже упокоились – или, возможно, они до сих пор нуждаются в правде?

На следующий день рано утром учитель отвез меня, Дабао и Линь Тао в Шупей. Доехав до домишки, где жил Сунь Сяньфа, он вышел из машины самым первым. После быстрого обмена любезностями с начальником отдела общественной безопасности Шупейского уезда учитель понес криминалистический чемодан к месту преступления. Я подмигнул Дабао, и тот, быстро обогнав наставника, перехватил у него из рук тяжелую ношу.

Мы с Дабао стояли во дворике и наблюдали, как учитель осматривает место преступления, а стоящий немного поодаль следователь объясняет, что произошло и как располагалось тело. Вдруг наставник помахал нам с Дабао рукой. Мы поспешили к нему.

– Вы разве не заметили некоторые противоречия на месте происшествия? – спросил наставник. – А как вы объясните положение тела и форму пятен крови?

Поразмыслив, я молча покачал головой.

– Вы сказали, что убийца со спины ударил пострадавшего по затылку и тот упал на землю. – Учитель стоял на предполагаемом месте преступления и реконструировал события. – Он мог приземлиться либо на спину головой к главному выходу, либо на живот головой к основанию стены.

Я задумался. Мне казалось, что изначальные предположения все же были верны.

– Но он лежал на спине головой к стене, – продолжил наставник. – Как так вышло?

От растерянности я на несколько секунд потерял дар речи.

– Ладно. События разворачивались как-то так… – Не став комментировать эту нестыковку, наставник указал на две пачки сигарет, лежавшие на столе в зале, и обратился к рядом стоящему следователю: – Сходи узнай, какие сигареты раздавали на похоронах.

– Тело вчера утром вытащили из холодильной камеры, – обратился к наставнику судмедэксперт Гуй. – Сейчас его уже можно изучать.

– Тогда выдвигаемся, – снимая перчатки, ответил учитель.

* * *

Наставник не стал следовать правилам осмотра тела, а сразу же приступил к спине Сунь Сяньфа. Когда мы с Дабао в спешке отделили слои мышц со спины трупа, то заметили, что она действительно повреждена.

– Наставник просто волшебник! – восторженно вздохнул Дабао. – А как вы поняли после двух нажатий, что есть повреждение?

По учителю было видно, что он злится из-за нашей невнимательности. Не ответив на вопрос Дабао, он продолжил:

– Сломаны семь остистых отростков позвоночника, произошло обширное кровотечение в глубоких мышцах спины. Теперь я спрошу вас: как чаще всего появляются такие травмы?

В этот момент мой мозг опустел; я лишь смутно осознавал, что допустил огромную ошибку.

– Такое происходит, когда площадь поверхности удара обширна, а сила удара огромна, – ответил судмедэксперт Гуй. – Чаще всего встречается после падения с высоты.

Учитель с полминуты смотрел на меня в упор, а потом приказал:

– Вскройте черепную коробку!

Дрожащими руками я срезал швы с кожи головы вдоль первоначального разреза. Когда я открыл череп, мозг с хлюпаньем вывалился. Учитель секционным ножом разрезал орган на части.

– Из-за халатности вы не стали вскрывать спину, но как же вы не поняли, что случилось с головой?

– Вы говорите о противоударе? – вступился я за себя. – Я считаю, его здесь нет. Несмотря на то что от удара по затылку на лбу образовалась гематома, я думаю, что она является следствием перелома нижней части затылочной кости.

– У тебя есть основания для такого вывода? – Учитель нахмурил брови. – Я полагаю, вы еще до вскрытия решили, что имеете дело с убийством, поэтому подсознательно отвергли возможность противоудара.

– Нет, мы обнаружили линию перелома, ударов должно было быть не меньше двух. Как можно при падении с высоты несколько раз удариться головой? – Я изо всех сил пытался оправдаться.

– Ты говоришь об этом? – Наставник указал линию на черепе. – Когда перелом черепа вдавленный, вокруг места его образования возникают паутинообразные трещины; в то же время они могут стать местом формирования кольцевидного перелома основания черепа. Когда трещина и перелом встречаются, появляется новая линия перелома. Таким образом, это не сама линия перелома, а типичное явление при вдавленном переломе.

Я внимательно пригляделся к черепу, продолжая колебаться.

– Не сомневайся, – сказал наставник, – если б это была гематома, образовавшаяся на линии перелома, то кровь залилась бы во все пустоты, где проходила эта самая линия. Но две гематомы пострадавшего – на лбу и на затылке – изолированы друг от друга и никак не соприкасаются. Это характерная особенность ударных травм. Более того, кровь при переломах скапливается во внешней части мозга, тогда как при ударе – внутри. Это связано с тем, что при переломе гематома образуется вследствие того, что сегмент кости прокалывает ткань головного мозга, а гематома при ударе появляется от ушиба внутренней ткани головного мозга о череп. Гематому на лбу трупа невозможно промокнуть тряпкой, потому что она находится внутри тканей мозга, то есть это внутримозговая травма, возникшая из-за удара, – пояснил наставник, вытирая руки от сгустков крови.

Я стоял в стороне с лицом чернее тучи.

– Вдобавок если покойного избивали, то он начал бы инстинктивно защищать голову руками, – продолжил учитель. – На его руках должны были остаться раны от повторных ударов убийцы, а еще кровь. Однако ничего из этого мы не наблюдаем.

Аргументы звучали весьма убедительно, я не мог их оспорить.

– Невозможно, – сказал эксперт Гуй. – Вы правда думаете, что он умер от падения с высоты?

5

Наставник кивнул.

– Исходя из повреждений на теле погибшего, у меня есть все основания полагать, что он умер от падения с высоты. Смерть наступила в результате падения на спину и затылок.

– У меня все же есть вопрос. – Я по-прежнему противился. – На расстоянии двадцати сантиметров от места, где лежал покойный, были обнаружены следы крови. Разве бывают брызги от падения с высоты?

Наставник задумался. Вдруг его глаза загорелись и он указал зажимом на линию перелома у основания черепа:

– При переломе основания черепа спинномозговая жидкость с кровью может просочиться в рот и нос через трещины. Умерший в бессознательном состоянии вдохнул кровь и цереброспинальную жидкость, от этого его вырвало, он закашлялся, и капли крови, естественно, попали на стену.

Я вспомнил, что рядом с лужей крови на месте происшествия была еще и рвота. Очевидно, учитель оказался прав.

Наставник разрезал трахею трупа:

– Что и требовалось доказать. Вся трахея в кровавой пене.

Он не оставил у меня сомнений, и я сдался. Видимо, Сяньфа действительно разбился.

– Но, – продолжил я, – все происходило глубокой ночью. Зачем Сунь Сяньфа сделал это? Место, с которого он прыгнул, должно находиться прямо над местом, где его нашли. – Сняв перчатки, я зашел в кабинет за прозекторской и открыл фотографию на компьютере: – Получается, он свалился с забора. Что он делал на собственном заборе ночью?

– Ну… это… если он разбился… – Дабао все еще нервничал из-за нашего просчета. – Тогда нам нужно немедленно отозвать дело?

– Не торопись, – ответил учитель. – Если пострадавший разбился, это еще не значит, что он сделал это сам. Чуть позже мы обязательно выясним причину полуночного падения.

– Пострадавший вернулся пьяным с похорон своей любовницы, занес домой ключи и сигареты, затем вышел из дома, захлопнув дверь, и залез на стену, с которой потом спрыгнул и разбился, – пересказал я последовательность его действий. – Хотел навечно остаться с любимой или же подсматривал за соседями?

Заметив, что мы начали рассуждать, гнев учителя немного утих. Наставника позабавила моя гипотеза:

– У тебя богатое воображение, раз додумался до подглядывания… Все его соседи – немощные старики, подглядывать не за кем.

После этих его слов в прозекторскую вошел следователь:

– Начальник Чэнь, докладываю: по вашему указанию мы опросили нескольких людей, присутствовавших на похоронах семьи Лю. Все они сообщили, что Лю раздавали сигареты марки «Юйси».

Я некоторое время не мог понять, как пачка каких-то сигарет может помочь в раскрытии преступления. Хотя теперь было бы правильнее сказать, в реконструкции событий…

Снимая халат для проведения вскрытия, начальник затянулся сигаретой и тяжело вздохнул. Все мы стояли вокруг него и ждали, что он прикажет делать дальше.

Неожиданно учитель сказал:

– Наверное, так все и было.

Мы замерли. Наконец, не выдержав, я спросил:

– Как?

– Вы говорите, что покойный сначала вернулся домой, а потом вышел и залез на стену, верно?

– Ну да, – ответил я, – он ведь положил на стол в зале ключи с сигаретами.

Учитель усмехнулся:

– Он мог положить вещи на стол, когда вернулся, или же забыть взять их днем, когда уходил на похороны.

Меня осенило:

– Ах да, точно!

– Да? Это как? – Дабао все еще не мог прийти в себя.

Я продолжил:

– Просто если покойный забыл сигареты, выходя из дома, то это ладно, но ключи!.. Как он мог вернуться домой ночью без ключей?

– Хм… – Судмедэксперт Гуй, сложив руки, медленно произнес: – Вот поэтому вы, начальник Чжэнь, и попросили следователя узнать про сигареты. Семья Лю раздавала сигареты марки «Юйси», а у покойника на столе лежали «Юньянь».

Я добавил:

– Поскольку марки сигарет у покойного дома и на похоронах не совпадают, то мы не можем утверждать, что он действительно возвращался домой. Судя по всему, покойный забыл ключи и сигареты дома и ночью не смог попасть к себе домой.

– Если б вы не могли войти домой, что бы вы сделали? – спросил наставник.

Я снова сел на стул в прозекторской и стал листать фотографии с места преступления одну за другой.

– Вот оно! – У меня загорелись глаза. – Смотрите, рядом с местом падения находится стена, а над ней – окно второго этажа. Помните, когда мы впервые осматривали место происшествия, это окно было открыто. Линь Тао еще сказал тогда, что оставлять вот так окна чревато.

– Было такое… – Линь Тао, который до этого только слушал, решил высказаться. – Наверное, он хотел по стене залезть в окно, но так напился, что руки и ноги его не слушались, вот он и свалился.

– Как теперь мы должны поступить? – Я рвался приступить к действиям и немедленно исправить свою ошибку.

– Теперь уже трудно что-то сделать, – ответил учитель. – Сейчас все это лишь умозаключения. Хуже всего то, что окружная полиция уже возбудила дело и уведомила семью погибшего. Обычно, если не хватает фактических оснований для продолжения расследования и мы рассказываем семье нечто подобное, они обязательно говорят, что полиция просто не может раскрыть убийство, поэтому оформляет его как самоубийство. Я бы и сам не поверил.

Я опустил голову, понимая, что учитель завуалированно ругает меня.

– Ладно… – Он увидел мое виноватое лицо, и его сердце смягчилось. – Давайте сходим на место происшествия. Может, нам удастся найти улики, которые помогут нам как-то выкрутиться.

– Нельзя во всем винить только редиску. – Линь Тао понял, на что намекал укоризненный тон учителя, и решил подставиться, вступившись за меня. – Мы, криминалисты, точно так же ответственны за поиск следов. Я уверен, мы сможем найти какие-то улики, потому что в прошлый раз изучали только землю, где лежало тело, и оконную раму на втором этаже. Мы даже не обратили внимания на верх стены и подоконник, к которым мог прикасаться погибший.

– Я не могу винить тебя за это, – ответил учитель, явно намереваясь заставить меня взять всю ответственность за ошибку на себя. – Судмедэксперт не смог охарактеризовать травму и неправильно реконструировал цепочку событий, поэтому, конечно же, вы искали следы не там. На этот раз Цинь Мину не отвертеться.

Я снова поник. Этот урок я выучил.

Когда мы прибыли на место происшествия, Линь Тао взобрался на двухметровую стену, чтобы с помощью лупы поискать отпечатки. Еще два человека осматривали подоконник на втором этаже. А я мог лишь нервно бродить по двору, ожидая добрых вестей.

Предположение учителя в очередной раз оказалось близко к истине: вскоре Линь Тао с его ребятами нашли доказательства на стене и подоконнике.

– Следы на стене всё доказывают, – радостно доложил Линь Тао наставнику, вернувшись после проверки. – Уже прошел месяц, но место происшествия хорошо опечатали, и улики остались нетронутыми. На стене четко видны царапины, которые, скорее всего, оставил погибший мужчина, когда пытался залезть наверх. Также там сохранилось несколько полноценных следов, в том числе смазанный отпечаток правой ноги. Наверное, мужчина оставил его, поскользнувшись.

– На подоконнике мы также нашли отпечатки пальцев и ладони левой руки погибшего, – сообщил другой криминалист. – Они располагались со стороны улицы по направлению к окну. Другими словами, он положил на подоконник левую руку, а правую не успел.

– Я тоже кое-что нашел. – Наставник поднял ботинок погибшего. – Я внимательно осмотрел обувь умершего и заметил, что на правом ранте есть потертость, направленная снизу вверх. Это доказывает, что его ступня соскользнула вниз по стене.

– Получается, – перебил Дабао, – он взялся за подоконник левой рукой, а правая рука и левая нога повисли в воздухе. Потом правая нога внезапно соскользнула, в результате чего он упал на спину. Вот поэтому и лежал на спине головой к стене.

Я молча стоял в сторонке, наблюдая, как они постепенно восстанавливают не только картину произошедшего, но еще и истину.

Когда собрали достаточно улик, дело быстро закрыли.

* * *

После очередной ночи беспокойного сна я встал пораньше и направился в кабинет учителя на разбор полетов. Вопреки моим ожиданиям, учитель мягко спросил меня:

– Ты знаешь, где ошибся?

Я кивнул:

– Да, знаю. Я доверился первой догадке и был невнимателен в работе.

– Хорошо сказано, – ответил наставник. – Не успел ты приехать туда, как все вокруг сразу же заговорили об убийстве, и ты сам начал верить в это. Но забыл кое-что: первым делом судмедэксперт должен определить причину смерти, то есть как именно человек умер. Ты же доверился первому предположению и безосновательно исключил возможность несчастного случая. Что еще хуже, ты провел вскрытие спустя рукава и упустил такую важную подсказку, как травма спины. Достаточно было провести полноценное вскрытие, и твои предположения кардинально поменялись бы.

– Честно говоря, начальник, этот старик постоянно настаивал, чтобы я поскорее закончил, поэтому я и не стал вскрывать спину. – Перед тем как прийти, я решил, что не буду оправдываться, но не сдержался.

– Ты областной судмедэксперт, – произнес учитель с чувством, – и только ты несешь ответственность за качество вашей работы. Нельзя поддаваться влиянию других людей. К счастью, никого не арестовали по этому делу. А если посадят невиновного? Ты сможешь спать спокойно?

Наставник был прав. Я лишь молча кивнул.

– Судмедэкспертиза – дело нелегкое, – продолжил учитель. – Тебе очень повезло, что твоя ошибка не привела к серьезным последствиям. Неправильные заключения в деле тратят ресурсы полиции впустую, от этого могут пострадать невинные люди, а у преступника появится возможность скрыться от правосудия, поэтому на судмедэксперте лежит большая ответственность. Если хочешь стать хорошим специалистом, ты должен всегда выполнять свою работу добросовестно и тщательно, не бояться ошибок и верить в свои силы, потому что мы всегда вооружены. Наше оружие – судебная медицина. Наука побеждает все!

Глубоко вздохнув, я поднял голову:

– Учитель, доверьтесь мне. Дайте еще один шанс загладить свою вину.

Дело № 2
«Секрет двух мертвецов»

Иногда человеческие места создают нечеловеческих монстров[15].

Стивен Кинг

1

Теплеет, и наступает «горячая пора» судебно-медицинской экспертизы. Некоторые психологи утверждают, что летом люди становятся более раздражительными и легче впадают в гнев, что приводит к росту числа преступлений в этот период. И правда, по нашим данным, летом самоубийства, несчастные случаи и убийства происходят гораздо чаще, чем в другие времена года. Однако судмедэксперты не любят лето не из-за того, что работы становится больше, чем хотелось бы, а еще и потому, что трупы на жаре разлагаются быстрее. От такого смрада потом долго прийти в себя не можешь.

– Как было бы хорошо родиться в Исландии… – Дабао просматривал фотографии сильно разложившегося трупа, которые прислала местная полиция. – Наверное, без лета и вот таких трупов работа судмедэкспертом была бы приятнее.

– Не жалуйся, – рассеянно ответил я. – Тебе следует поблагодарить Будду за то, что не родился в Африке.

Уже месяц меня мучает один и тот же ночной кошмар, и у меня совсем не получается сосредоточиться на работе. Мне постоянно снятся вопящая девушка, мужчина со смазанным лицом, плачущий старик и толпа зевак…

С тех пор как Линдан рассказала мне про Сяосяо, мысли об этом нераскрытом деле не давали мне покоя. Но у меня постоянно не хватало времени, чтобы получше разобраться в этом старом «висяке», потому что новые дела подваливали одно за другим, без перерыва. Может, именно сейчас наступил подходящий момент? Я сел перед компьютером, открыл базу данных областного министерства и набрал имя «Линь Сяосяо» в строку «пострадавшее лицо». К счастью, все дела вносились в единую базу данных, поэтому мне не составило труда быстро найти информацию об убийстве девочки.

Описание произошедшего практически полностью совпадало с тем, что мне рассказала Линдан. Линь Сяосяо училась в старшей школе-интернате. Ночью она вышла из общей спальни, чтобы сбегать в туалет. Но ее «сбегать» длилось более двух часов. Она не вернулась даже после того, как в комнате уже погасили свет. Соседки отправились на поиски, но им не удалось найти девочку. Тогда они вызвали полицию. В полночь в лесу за туалетом полиция нашла тело Сяосяо.

Само собой, в базу внесли и фотоматериалы с места преступления. На первой фотографии был запечатлен общий план: преступление произошло в тенистой роще. В кромешной темноте едва различалось что-то красное. На следующем снимке крупным планом запечатлели ужасную картину произошедшего с Линь Сяосяо. Она лежала на животе, шикарные длинные волосы закрывали лицо, а руки были связаны за спиной зеленой нейлоновой веревкой. Верх ее красной пижамы убийца кое-как задрал, а ниже пояса она была голой. Пижамные штаны и трусы валялись сбоку от тела. Ноги Линь Сяосяо были раскинуты в разные стороны, и между ними были отчетливо видны следы трения. Вероятно, ее убили прямо на этом месте. Если дядя Линдан увидел свою дочь вот такой, то кем надо быть, чтобы не озвереть после этого?

К делу также приобщили заключение судебно-медицинской экспертизы. В нем сообщалось, что у погибшей были травмированы ротовая и носовая полости. Во рту и трахее обнаружили кусочки грунта. Осмотр жертвы показал, что убийца вдавил ее лицо в вязкую почву, что вызвало механическую асфиксию[16]. Веревка не оставила следов на руках, а во влагалище не нашли прижизненных реакций[17]. Другими словами, убийца притащил Линь Сяосяо на место преступления и вдавливал ее голову в почву, пока она не перестала сопротивляться. Он думал, что девочка еще жива, поэтому перевязал ей запястья веревкой, чтобы она не вырвалась, а потом надругался над ней. На самом же деле Линь Сяосяо к тому моменту уже была мертва, а он изнасиловал труп.

Если посмотреть на преступление так, оно не казалось сложным. Всего по нескольким фотографиям и заключению экспертизы я смог восстановить по большей части цепочку событий. Так почему же дело Линь Сяосяо до сих пор не раскрыто? Я пролистал страницу вниз до раздела «Доказательства» – и понял, что по данному преступлению было собрано недостаточно улик для выявления подозреваемого.

Как это? Если было изнасилование, то должна же быть сперма? Почему не собрали биологический материал[18] на экспертизу? Говоря о вагинальных травмах погибшей, в основном это были равномерные следы от трения. Больше похоже на некрофилию, нежели на изнасилование. Так почему не смогли найти никаких улик?

Телефонный звонок отвлек меня от размышлений. Это учитель попросил зайти меня в его кабинет.

– Как раз вовремя. Я очень хотел порекомендовать одного кандидата, – обратился я к Дабао, закрывая вкладку с делом Линь Сяосяо.

В последние несколько лет наставник часто брал меня с собой на расследования. Вдвоем нам было тяжело справляться с нагрузкой, поэтому мы планировали взять еще кого-нибудь из местной полиции к себе в отдел. Разумеется, самым идеальным кандидатом стал Дабао. Его годичное обучение в областном министерстве почти подошло к концу, и мы хотели взять его к себе. Но как только я вошел в кабинет учителя, меня будто холодной водой окатили. Наставник сказал, что наше мнение на экзамене и собеседовании не учитывается.

– С какой стати у работодателя нет права голоса? – протестующе закричал я.

– Отбор осуществляется в соответствии с установленной процедурой, – учитель нахмурился, – чтобы обеспечить справедливость и честность в процессе. С какой стати политотдел должен тебе угождать? Справедливее будет, если тебе дадут того, кто тебе нравится? Это, по-твоему, честно?

– Да какая справедливость? Какая честность? Я просто хочу Ли Дабао в команду!

– Ли Дабао? – Учитель усмехнулся. – Да хоть Ли Чанъюя[19], только ему тоже придется сдавать экзамен… Прекращай болтать и дай Дабао спокойно подготовиться. А сам лучше отправляйся в Тинтан. Вчера вечером там одного человека убили, а другого ранили. Жуть какая-то… Вот раскроешь это дело, тогда и поговорим.

Видя, что «прошение» не возымело результата, я не стал расспрашивать о тинтанском деле и с поникшей головой вернулся в кабинет, чтобы собрать все необходимое.

– Ничего страшного. – Дабао догадывался, что все будет именно так. – Я приложу максимум усилий.

Я резко вскочил, снял с себя кожаный ремень, и, хлопнув им по столу, сказал:

– Хватит болтать! Повторяй материал, быстро!

* * *

Я молчал всю дорогу, пока гнал машину в Тинтан. Чжао Юн, судмедэксперт этого города, проходивший когда-то обучение в областном министерстве, уже ждал меня на выезде с шоссе. Мы не виделись несколько месяцев, и, выйдя из машины, я крепко обнял его.

– Даже если у вас есть живой свидетель, все равно потребовались областные судмедэксперты?

– Да-а, – протянул Линь Тао, выходя из машины и приглаживая волосы.

– Даже не продолжайте, – ответил Чжао Юн. – Умерла пожилая женщина. Полиция приехала быстро, ее супруг еще был жив. Его реанимировали всю ночь; сегодня утром он пришел в себя, но сознание его было затуманено. Пока вы добирались сюда, он умер, не успев сказать полицейским и пары слов.

– Умер? – удивился я. Убийство и нападение переклассифицировались в двойное убийство…

– Да-а, – сказал Чжао Юн. – У мужчины диагностировали разрыв сердца. Вчера вечером ему сделали экстренную операцию, но его состояние оставалось тяжелым. Сегодня утром у него остановилось сердце, и он умер.

– Кем были погибшие? – спросил я.

– Пожилая пара, оба работали учителями в начальной школе. Жили скромно, врагов у них не было, – продолжил судмедэксперт Чжао. – Убийца совершил нападение в их квартире.

– Мы можем исключить разбой? – Мне очень хотелось вникнуть в суть дела и знать основные детали еще до осмотра места преступления.

– Можем, – сказал судмедэксперт Чжао. – Мужчина перед смертью сообщил следователям, что убийца вошел через основной вход и напал на них с ножом. После этого он, не произнеся ни слова, ушел.

Я кивнул.

– Он действовал небрежно, но быстро и наверняка. Скорее всего, это убийство из мести.

– Вот это как раз самое странное, – ответил Чжао Юн. – Они жили совершенно обычной жизнью. Следователи всю ночь пытались что-то разузнать, но так ничего и не нашли. У стариков не было врагов.

– Может, их убили по ошибке? – По моей спине пробежал холодок. – Если это случайное убийство, то расследовать его будет трудно…

– Давайте для начала отправимся в бюро и посмотрим видеозапись допроса погибшего, сразу после того, как он пришел в себя после реанимации.

Я кивнул, восхищаясь тем, насколько хорошо полиция города Тинтан осведомлена о методах сбора доказательств.

Когда мы пришли в кабинет судмедэксперта в бюро, Чжао Юн достал компакт-диск и вставил его в дисковод компьютера. На экране появилось изображение палаты отделения интенсивной терапии.

На кровати лежал мужчина лет пятидесяти, кипенно-белое одеяло укрывало его до самой шеи. Сбоку торчали различные трубки и провода, а на стоящем рядом мониторе прыгала в такт сердцу желтая точка. Глаза мужчины были полуоткрыты, а из носа торчала еще одна трубка.

Рядом с кроватью сидели двое полицейских в штатском. Один из них начал: «Врач позволил нам поговорить с вами; расскажите, пожалуйста, все, что знаете. Если вы почувствуете себя некомфортно, мы можем прервать наш разговор в любое время».

Мужчина слабо кивнул.

Полицейский спросил: «Что произошло вчера?»

Мужчина: «Около десяти часов вечера кто-то постучал в дверь. Я открыл, и вошедший набросился на меня с ножом».

После этих слов он закашлялся.

Полицейский: «Сколько было человек? Знакомые?»

Мужчина: «Нет, какой-то бандит».

Полицейский: «Не знаете, почему он на вас напал?»

Мужчина отрицательно покачал головой.

Полицейский: «Как он выглядел?»

Мужчина: «В белом… черном… коротая стрижка… больше ничего не помню».

Полицейский: «Высокий? Толстый или худой? Особые приметы? Какого именно цвета была одежда?»

Мужчина снова покачал головой.

Полицейский: «Кто-нибудь мог желать вам зла? Может, с кем-то недавно поссорились?»

Мужчина молчал продолжительное время, после чего, мотая головой, ответил: «Я за всю жизнь не нажил себе ни одного врага».

В этот момент один из полицейских, вероятно, заметил изменения в лице мужчины. Он быстро встал, взял его за руку и послал коллегу за врачами. Через десять секунд несколько врачей и медсестер бросились оказывать мужчине первую помощь. В конце концов доктор выпрямился, помотал головой и принялся собирать свои инструменты.

У меня по коже побежали мурашки. Хотя по долгу службы мне каждый день приходится сталкиваться со смертью, но после стажировки в больнице я больше никогда не видел, как жизнь покидает еще живое тело.

Взяв себя в руки, я спросил:

– Он умер так внезапно не из-за допроса? Как к этому отнеслась семья?

– Родственники были настроены крайне бойко, требовали, чтобы мы быстрее опросили раненого и нашли убийцу, – ответил Чжао Юн. – Иначе мы не пошли бы к нему. Полиция вела видеозапись допроса на случай возникновения непредвиденной ситуации, но никто не ожидал, что что-то подобное произойдет на самом деле. Нет, это не «непредвиденный» случай. Потом врач сказал, что у него при жизни была ишемическая болезнь и травма привела к разрыву сердца. Даже после операции никто не давал никаких гарантий. В любой момент могла произойти остановка сердца, и допрос тут ни при чем.

Мне стало легче, и я кивнул. Все, о чем я мог думать, это несколько коротких предложений, которые успел сказать мужчина.

– По видео можно сделать вывод, что убийца зашел в дом, напал и ушел, – обобщил Линь Тао. – А еще что у него «короткая стрижка». Про одежду ничего не понятно, так что мы почти ничего не выяснили.

– Я все думаю, – сказал судмедэксперт Чжао, – может, тогда у него уже начались галлюцинации, и он увидел белого и черного духов[20], забирающих людей на тот свет?

Признаюсь, меня очень легко рассмешить, и в этот раз я прекрасно понимал, что мне не следует смеяться, но видя, с каким серьезным лицом судмедэксперт Чжао рассказывает сказки, я не удержался:

– Значит, тогда он был явно не в себе, иначе откуда взялись эти духи? Получается, мы не можем полностью доверять его словам.

Вдруг в кабинет вошел начальник криминальной полиции города Тинтан Сюй Цзянь и прервал наш разговор:

– А вот и начальник из министерства!.. Уже посмотрели запись? Тогда давайте вместе послушаем, что расскажет следственная группа.

Во время собрания по особо важному делу главный следователь доложил:

– Погибшего звали Ян Фэн, ему было пятьдесят три года. Убитой, Цао Цзиньюй, было сорок девять лет. Оба работали учителями в городской начальной школе Красного знамени. Ян Фэн преподавал математику шестиклассникам, а Цао Цзиньюй – китайский язык в третьем классе. У них есть сын и дочь, оба работают в городе. В семье отношения теплые и уважительные, ссор не бывает. Вчера и сегодня мы наводили справки; у них ни с кем не было конфликтов. Вчера в пол-одиннадцатого вечера хозяин магазинчика рядом с общежитием для преподавателей собирался закрываться, но увидел истекающего кровью Ян Фэна. Старик выбежал из подъезда общежития и упал замертво. Владелец магазинчика сразу же вызвал полицию. Прибывшие сотрудники увидели, что Ян Фэн при смерти, и вызвали «скорую помощь», которая и доставила его в больницу. Другой группе полицейских владелец магазина рассказал, что Ян Фэн снимает квартиру в общежитии. По наводке они поднялись на второй этаж здания, где и произошло преступление. Дверь в квартиру была распахнута, в гостиной у двери в спальню лежала женщина. Сопровождающий полицию медработник попытался оказать ей первую помощь, но спасти ее не удалось.

– Всё так, – добавил начальник Сюй. – Дело только кажется простым. У нас нет никаких зацепок. В радиусе двух километров от места преступления нет камер, соседи не заметили ни посторонних, ни каких-либо шумов. Прохожих в такое время, да еще и на окраине города, разумеется, не было.

Покачав головой, я сказал:

– Не будем терять время, нужно осмотреть место преступления.

* * *

Преступление произошло в общежитии для сотрудников, расположенном за школьным двориком на окраине города Тинтан. Это был комплекс из трех четырехэтажных зданий, стоящих по соседству. Со всех сторон территорию огораживал забор. Рядом с восточными воротами стоял одноэтажный минимаркет. Общежитие возвели в восьмидесятых; это была старая постройка с коридорами, остающимися темными даже днем.

Убийство произошло на втором этаже центрального здания. Чтобы не препятствовать проходу остальных жителей, этаж не перекрыли, а вместо этого посадили полицейских охранять вход в квартиру. Увидев нас, они быстро встали и отворили нам дверь.

Хотя здание было старым, планировка больше походила на современные квартиры. Очевидно, для того времени подобное решение казалось очень креативным.

Войдя, мы оказались в самой западной части[21] просторной гостиной. На северо-востоке комнаты стоял диван, а с восточной стороны находились двери, ведущие в две спальни.

Место происшествия – бетонный пол со множеством сколов. Стол в центре гостиной был заставлен всякими безделушками. Казалось, здесь жили не представители интеллигенции, а ленивый холостяк.

На полу у двери комнаты растеклась большая лужа крови. В углу между стеной и диваном натекла еще одна лужа, погуще, а между ними были видны большие кровавые капли, которые никуда не вели. С другой стороны дивана, ближе к двери в спальню, образовалась лужа со следами волочения.

– Здесь погибшая упала на пол? – спросил я.

Криминалист, работавший на этом месте, кивнул.

Линь Тао посмотрел на бетон:

– Почему на месте происшествия так много крови?

– Мы тщательно проверили все следы, – ответил криминалист. – Нашли только те, что принадлежали погибшему мужчине и полицейским, принимавшим участие в его спасении, а еще нашли отпечаток ботинка врача. Это всё.

– Как такое возможно? – продолжил Линь Тао. – Тут же столько крови. Как убийца смог не оставить следов?

– Это несложно, – ответил я. – Его цель была простой: он заколол двух людей и ушел до того, как хлынула кровь. Вот так и не оставил улик… – Проследив за следами крови в гостиной, я продолжил пояснять: – Кроме того, тут только капли, но нет брызг. Вероятно, при ранении крупные артерии не были повреждены, только жизненно важные органы. Если кровь не текла струей, то одежда убийцы осталась практически чистой.

– Он был безумно жесток, – заметил Линь Тао. – Как же надо ненавидеть…

Я подозвал Линь Тао, и мы уселись на корточки между стеной и диваном. Я заговорил:

– Почему эта кровь такая густая? Да и как она вообще здесь оказалась?

Линь Тао посмотрел на бордовую лужу у двери и сказал:

– Ага, отсюда до двери почти пять метров. В показаниях мужчина сказал, что убийца ударил его ножом, как только переступил порог квартиры. Тогда чья же это кровь?

Я посмотрел по сторонам:

– Я уже говорил, что не стоит доверять словам человека, находящегося в почти бессознательном состоянии. Думаю, убийца напал не в дверях. Он ударил ножом того, кто сидел на диване.

После того как мы с Линь Тао немного поразмыслили, я спросил:

– Зачем мужчине, которого ранили у входной двери, возвращаться обратно к дивану – и только потом выбегать, чтобы позвать на помощь? Какой в этом смысл?

Линь Тао молча кивнул.

Немного пораскинув мозгами, я добавил:

– Нет, все могло быть иначе: убийца пырнул мужчину у двери, затем увидел сквозь дверные проемы женщину в спальне, зашел и зарезал ее. В это время мужчина, превозмогая боль, направился за ним, вероятно желая спасти жену. Когда подошел к западной стороне дивана, к вот этой луже крови, он понял, что нападавший убил женщину и сбежал. Мужчина постоял здесь некоторое время, перевел дух, а потом из последних сил побежал звать на помощь.

– То, что ты сказал, полностью объясняет форму пятен крови, но не объясняет следы, – возразил Линь Тао. – Видишь, между лужей крови с западной стороны дивана и лужей крови у входной двери есть почти незаметные отпечатки. Это следы потерпевшего, и они направлены в сторону выхода. Значит, он шел от дивана к двери. Следов, которые вели бы в обратную сторону, нет.

– Да, если умерший хотел вернуться и спасти жену, он должен был двигаться быстро и капли крови падали бы под наклоном. А очертания капель между этими двумя лужами указывают на их вертикальный характер. Это возможно только в том случае, если человек с сильным кровотечением двигался медленно.

– Но теорию о героическом спасении жены, которую ты предложил, нельзя полностью исключать, – добавил Линь Тао. – Возможно, умерший медленно подошел к дивану, потом так же медленно – к двери и только потом побежал за помощью. По его словам, нападение произошло у входной двери – там лужа есть, все сходится.

– Да, об этом нужно еще подумать, – сказал я.

– А есть ли смысл? – спросил Линь Тао.

Я улыбнулся и указал на пакет, лежащий на диване:

– Ты смотрел, что внутри?

По Линь Тао было видно, что он не обратил внимания на пакет, поэтому с любопытством открывал его сейчас.

– Ну и ну! А учителя начальной школы, оказывается, неплохо живут! Пьют «Улянъе»…[22]

– Это не значит, что они хорошо зарабатывают. Современные родители очень уважают учителей, особенно если у них всего лишь один ребенок. Они задабривают их подарками, чтобы те лучше приглядывали за их детьми, – пояснил я.

– Ты же не думаешь, что убийца мог подарить им водку?

– Если погибшего зарезали на диване, – предположил я, – то драка произошла, когда некто пришел дарить подарок. Если же мужчину закололи у двери, то эти две бутылки «Улянъе» не имеют никакого отношения к делу.

– Я все же думаю, что пакет подарил не убийца, – сказал Линь Тао. – Если он пришел дарить подарок, завязалась словесная перепалка, и в порыве ярости этот человек напал на преподавателя, то почему потерпевший не сказал, кто это? Он только упомянул какого-то бандита… Не мог же пострадавший в бреду его выдумать? Он бы точно сказал, что это был один из родителей или тот, кто принес подарок.

– Верно подмечено, нужно искать другие улики. – Я повернулся к криминалисту и спросил: – Вы отправили на анализ ДНК образцы крови, найденной на месте преступления?

– Отправили, – послышался за дверью голос начальника криминальной полиции Сюйя. – Как только будут результаты, я вам доложу.

Я усмехнулся:

– Нашли что-нибудь интересное?

– Очень жаль, – ответил Сюй, – но все так, как мы и предполагали: следы крови, найденные в коридоре и ведущие к магазинчику, принадлежат убитому. Кровь у двери, с западной стороны дивана и между ними – тоже его. У дверей спальни – кровь погибшей.

Задумавшись, я спросил:

– А сколько крови на анализ вы взяли?

– Мы разделили кровь на пять участков. С каждого участка взяли по пять образцов.

– Всего двадцать пять образцов? – Я недовольно покачал головой. – Этого недостаточно. На месте происшествия много крови, и всего двадцать пять образцов не дадут полностью достоверную информацию.

– Судмедэксперт Цинь, – обратился ко мне начальник Сюй, – вы же не думаете, что мы обнаружим ДНК преступника? На месте происшествия было слишком много крови. Убийца действовал агрессивно и быстро и пробыл здесь недолго. Даже если он порезался и оставил несколько капель своей крови, то это все равно что искать иголку в стоге сена. Кроме того, мы даже не знаем, поранился ли он, да и вероятность этого крайне мала.

Я не стал дальше спорить. Опираясь на информацию, которой мы располагали на данный момент, невозможно сделать какие-либо толковые выводы. Я голословно обвинил других людей в том, что они собрали слишком мало образцов. Конечно, начальник Сюй имел полное право мне возразить. Похоже, только от дальнейшего вскрытия зависит, сможем ли мы найти хоть какие-то зацепки.

3

Сняв перчатки, я пожал руку начальнику криминальной полиции Сюйю, похлопал Линь Тао по плечу и сказал:

– Ребята, продолжайте работать, а судмедэксперт Чжао и я отправимся в похоронное бюро. Прежде чем что-либо утверждать, надо взглянуть на тело.

После просмотра того видео и теперь, глядя на труп на столе для вскрытия, я чувствовал себя не в своей тарелке. Мужчина, лежащий передо мной, еще утром спокойно отдыхал на теплой больничной койке, а уже днем оказался на холодном секционном столе. Между жизнью и смертью есть лишь тонкая грань, все происходит прямо на твоих глазах, но даже судмедэксперту нелегко принять эту истину.

Чтобы психологически подготовиться и побыстрее прийти в рабочую форму, мы решили начать осмотр с тела женщины.

Травма Цао Цзиньюй была очевидной: убийца проткнул ее ночную рубашку насквозь, на правом боку живота зияла черная рана. Когда ее тело поднимали, из брюшной полости с хлюпающими звуками выливались наружу сгустки крови.

Пока Чжао Юн вскрывал грудную клетку и брюшную полость погибшей, я осторожно отделял мышцы ее шеи.

– Тут все очень просто, – сказал судмедэксперт Чжао. – Однолезвийный колющий предмет вошел в межреберье, вызвав разрыв печени и внутрибрюшное кровотечение… – Он начал вычерпывать ложкой кровь из брюшной полости трупа. – Да здесь почти литр крови. Печень пробита; должно быть, повреждена воротная вена.

Я молчал.

Судмедэксперт Чжао продолжил:

– Ну, на что ты там смотришь? На мой взгляд, с этим трупом нечего возиться. Убийца просто зарезал ее.

– Боюсь, не все так просто, – ответил я, продолжая отделять грудино-ключично-сосцевидную мышцу[23]. Внезапно в середине шейных мышц с левой и правой стороны появились кровоподтеки. Я воспользовался кровоостанавливающим зажимом, чтобы приподнять губу погибшей, и обнаружил темный кровоточащий участок на стыке десен и губ. – Были попытки закрыть ей рот и нос; ее схватили за шею и душили, но на теле нет никаких признаков удушья. Убийца какое-то время просто удерживал Цао Цзиньюй. – Я жестом пригласил судмедэксперта Чжао посмотреть.

– Значит, Ян Фэна ранили первым, – сказал тот, – а Цао Цзиньюй вышла позвать на помощь. В этот момент ее и схватил убийца, как это часто бывает. Мы всё еще не обнаружили ничего полезного.

Задумавшись, я понял, что пока не готов делать какие-либо выводы, поэтому промолчал.

Затем мы осмотрели полость черепа и спину трупа. Все было как обычно. Мы сообща наложили швы и молча перенесли тело Ян Фэна на секционный стол для проведения вскрытия.

Мужчину доставили в морг прямо из отделения интенсивной терапии полностью голым, поэтому нам не пришлось тратить время на то, чтобы его раздеть. На груди в области солнечного сплетения в больнице наложили хирургический шов. По проколам от иглы было видно, что он свежий.

– На шве нет кожного лоскута[24], – я распорол нить, – а это означает, что порез был сделан врачом, не убийцей. Получается, Ян Фэна убили не ударом в грудь.

– Он умер от разрыва сердца, – сказал судмедэксперт Чжао.

Я взял щуп и стал по очереди проверять глубину каждой раны на туловище. Неожиданно нащупал глубокую рану и аккуратно поводил внутри нее инструментом. Мне показалось, что головка щупа наткнулась на внутренние органы.

– Вот здесь, – я указал рану на левом подреберье[25], – удар прошел сверху наискосок в грудную полость.

Судмедэксперт Чжао кивнул, и я разрезал грудь и живот умершего по средней линии, обнажив красно-белые ребра и розовые внутренности брюшной полости.

– Шесть ранений на ребрах и в подмышечной впадине умершего, вероятно, были нанесены убийцей и никак не связаны с операцией, – заметил судмедэксперт Чжао.

Я кивнул:

– Раны по форме не отличаются: один угол вхождения тупой, другой – острый, что совпадает с характеристикой травмы, возникшей от однолезвийного колющего предмета. Длина раны около трех сантиметров, следовательно, ширина лезвия также составляет примерно три сантиметра.

– Рана на животе Цао Цзиньюй точно такая же по форме и, скорее всего, была нанесена тем же орудием, – продолжил судмедэксперт Чжао, – но все это пустые слова. Кто будет использовать два разных орудия для убийства? Верно говорю? Ха-ха…

– Лезвие очень острое. – Я не ответил на вопрос, который задал Чжао Юн, но внимательно рассмотрел и определил каждую рану. – Всего шесть ранений, пять из которых, в грудную клетку и брюшную полость, непроникающие.

– Если лезвие не вошло в грудную клетку и брюшную полость, то как можно считать его острым? – Чжао, усмехаясь, наклонился, чтобы осмотреть каждую из ран.

– У убийцы очень хорошая осанка, – заметил я. – Смотри: пять из шести ударов были нанесены прямо между ребрами. Лезвие или застревало между ними, или входило в кожу, не задев грудную полость. Я думаю, все дело в орудии.

Я снова направил щуп в рану под ребром, чтобы понять направление. Очень быстро щуп прошел через ребра в грудную клетку, а после проскользнул в область околосердечной сумки[26].

– Вот причина, по которой я сказал, что нож острый, – продолжил я свое рассуждение. – Смотри, братец[27] Юн, орудие убийства идеально заточено; оно пронзило сердце, пройдя между ребрами. Острие порезало ребро со стороны вхождения. Другими словами, лезвие было достаточно острым, чтобы повредить кость ребра.

– Тогда почему остальные ножевые не задели ребра? – спросил судмедэксперт Чжао.

– Приглядись, – ответил я, – направление лезвия было неправильным, поэтому оно уперлось в ребро. Только единожды ему удалось проскользнуть между ребрами, и оно не вошло в грудную клетку, но поцарапало кость.

– На сердце действительно есть разрыв, – согласился Чжао. – Даже хирургическая операция не помогла бы при таком ранении. Будь лезвие даже немного кривым, ничего не изменилось бы.

Замолчав, мы приступили к вскрытию черепа и спины Ян Фэна. Нам не удалось найти никаких улик. В отличие от Цао Цзиньюй, шея и губы Ян Фэна были в норме.

После этого мы в полной тишине наложили швы, переложили тело на носилки и поместили его в останкохранилище. Детали этого дела крутились в моей голове, но полную картину собрать не получалось.

Мы с Чжао, молча сняв рабочие халаты, мыли руки рядом друг с другом в санитарном блоке.

– Похоже, в этом деле мы не помощники, – прервал молчание Чжао Юн. – Раны характерные, мы можем определить только тип оружия и причину смерти.

– Время смерти уже установлено, – я смыл мыльную пену с рук, – нам нужно понять, кем является убийца. Какой он человек, почему убивает и в каком он состоянии.

– В принципе, мы сделали всё что могли. – Закрыв кран, судмедэксперт Чжао добавил: – Все остальное будет домыслами. В таких делах если догадки подтверждаются, то хорошо, а вот если нет и дело повисло – вся ответственность ложится на плечи судмедэксперта.

Чжао Юн был прав.

Я помотал головой:

– Мы должны приложить все усилия, чтобы раскрыть это преступление. Нельзя отказываться от анализа данных только из-за страха совершить ошибку и столкнуться с критикой.

– Ты все-таки начальник в областном министерстве… – Чжао пожал плечами. – Ну, раз ошибки для тебя не имеют значения, будем работать дальше.

Закончив мыть руки, мы сели в служебную машину. К тому времени уже стемнело, и судмедэксперт Чжао спросил у водителя, где нам лучше поесть. Моя голова гудела, и я совсем не понимал, о чем они говорят. Когда же услышал звук заводящегося мотора, меня осенило. Туман в моей голове моментально рассеялся. Придя в себя, я сказал:

– Братец Юн, я думаю, вскрытие ответило на четыре важных вопроса.

Мои слова произвели эффект разорвавшейся бомбы, и все моментально замолкли. Чжао обернулся, его глаза пылали:

– Какие четыре вопроса?

Я улыбнулся. Все судмедэксперты такие: любят поворчать, но как только дело доходит до возможности раскрыть преступление, тут же включаются в работу.

– Первый, – я открыл бутылку с минеральной водой и сделал глоток, – цель убийцы. Он не просто какой-то маньяк, он мстит. Возможно, изначально этот человек даже не планировал убивать.

После недолгих размышлений судмедэксперт Чжао кивнул:

– Верно. Хоть жертве и нанесли множество ножевых ранений, все они пришлись на нижнюю часть подреберья и подмышечную зону, жизненно важные органы не были задеты. Что ж, это важно и будет играть ключевую роль для вынесения приговора.

– Вряд ли, – я усмехнулся. – Он же вошел в квартиру и убил двух людей. Скорее всего, его приговорят к смертной казни. Я же хочу проанализировать психологию нашего преступника, чтобы понять его.

Чжао Юн, кивнув, с нетерпением ждал, что я скажу дальше. Я продолжил:

– Второй: убийца – правша. Скорее всего, на его правой руке остались ссадины.

Судмедэксперт Чжао уже хорошо был знаком с такого рода суждениями, поскольку проучился год в областном министерстве. Кивнув, он ответил:

– Согласен. Раны на теле жертвы были расположены с левой стороны, а это означает, что убийца держал нож в правой руке. Если б он держал нож в левой, то точно не смог бы нанести раны в таком направлении и не пробил бы спину.

– На трупе всего шесть ранений, три – над ребрами, три – сквозные, – добавил я. – Это говорит о невероятной силе убийцы. У ножей с лезвием шириной три сантиметра обычно не бывает крестовины, поэтому при ударе таким ножом рука убийцы должна была скользить вперед по лезвию. Как я уже говорил, лезвие было хорошо заточено, поэтому, скорее всего, он поранился.

– Что ж, – ответил Чжао, – это я и сам понимаю и полностью согласен. А как насчет третьего?

Я прочистил горло и продолжил:

– Третий: я уверен, что убийца и жертвы были знакомы или же преступник был родителем кого-то из их учеников.

– Что? – Чжао был искреннее удивлен. – С чего ты так решил? Это может изменить направление следствия…

4

– Братец Юн, ты сначала послушай, что я тебе говорю, – я не удержался от смешка. – Мы с Линь Тао долго обсуждали, когда же напали на Ян Фэна. Линь Тао склоняется к версии, что это произошло, когда мужчина открыл входную дверь, а я считаю, что убийца подошел к дивану и нанес удар там. Очень важно понять, где именно произошло нападение, но ответить на этот вопрос крайне сложно, ведь лужи и капли крови были повсюду.

– А ты как считаешь?

– Судя по анализу крови, на Ян Фэна напали возле дивана. Я пристально изучил форму пятен крови. У дивана они каплевидные, по краям есть довольно длинные ответвления. Это говорит о том, что место, откуда капала кровь, находилось относительно высоко над полом, то есть сама рана в этот момент была на уровне человеческого роста. А вот у входной двери края капель имеют более короткие ответвления – значит, рана находилась уже ниже. Такое изменение ее расположения объясняется траекторией движения раненого человека. Когда физические силы покидают тело, центр тяжести опускается вниз. Ян Фэна ранили, он попытался выйти на улицу, но у него не хватило на это сил. Наверняка мужчина некоторое время стоял на коленях у входной двери, прежде чем выбежать на улицу и позвать помощь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Что-то вроде города N. Уезда Шупэй не существует, но есть Пэйшу. – Здесь и далее примечания переводчика.

Вернуться

2

Пальпация – физикальный метод обследования, осуществляемый руками (пальцами).

Вернуться

3

Криминалистическая (судебная) фотография – одна из отраслей криминалистической техники, которая представляет собой научно разработанную систему видов, методов и приемов съемки, применяемых при проведении следственных действий, оперативных мероприятий и криминалистических экспертиз с целью расследования преступлений и представления в суд наглядного доказательственного материала.

Вернуться

4

Аналог российского Министерства внутренних дел.

Вернуться

5

Трасолог – эксперт-криминалист, специализирующийся на следах.

Вернуться

6

Каменные реки (каменные потоки) – линейно вытянутые скопления обломков горных пород, медленно движущихся в неглубоких ложбинах вниз по склонам гор под действием силы тяжести и процессов солифлюкции.

Вернуться

7

Отсылка к делу «Фестиваль цветов Цинмин» из первого цикла рассказов о судмедэксперте Цинь Мине.

Вернуться

8

Ушибленная рана – это рана, возникшая от воздействия тупого предмета: кости сдавливают мягкие ткани, что приводит к разрыву кожного покрова и мягких тканей, в результате чего образуется рана. Чаще всего встречается в области головы.

Вернуться

9

Бензидин – химический реактив для выявления присутствия крови.

Вернуться

10

Сигареты в Китае – это приветствие, благодарность и много чего еще. От них не принято отказываться, они – важный подарок; можно сказать, традиционный.

Вернуться

11

Межклеточные мостики – явление, возникающее из-за насильственных действий, произведенных над телом человека, результатом коих является разрыв мягких тканей и эпидермиса. Поскольку рана рваная, а не колотая, то в полости раны могут находиться волокна неповрежденных сосудов, нервов и соединительных тканей. Это и называется межклеточными мостиками. Наличие межтканевых мостиков является верным признаком того, что рана была нанесена тупым предметом.

Вернуться

12

Линия перелома – трещина, образующаяся после перелома кости.

Вернуться

13

Противоудар возникает в случае, если скорость падения головы резко замедлилась. Это приводит к повреждению кожи головы, черепа и мозговой ткани в месте падения и кровотечению в месте удара; в то же время мозговая ткань в противоположной зоне также по инерции ударяется о внутреннюю стенку черепа, что вызывает повреждение с кровотечением, но кожа головы при этом не будет иметь признаков повреждения.

Вернуться

14

Шейный спондилез – остеоартроз шейного отдела позвоночника.

Вернуться

15

Перевод Игоря Моничева, «Сияние».

Вернуться

16

Механическая асфиксия подразумевает обструкцию дыхательных путей инородными телами или сдавление дыхательных путей вследствие механического воздействия – например, повешение, удушие, утопление и т. д.

Вернуться

17

Прижизненные реакции могут возникнуть только у живого человека – кровотечение, гиперемия, глотание, эмболия и т. д. Они важны для определения времени нанесения повреждений: посмертно или прижизненно.

Вернуться

18

Под биологическими материалами обычно в уголовных делах подразумеваются вещественные доказательства, оставленные живыми существами. Здесь речь идет о человеческих волосах, выделениях, тканях, костях и т. д.

Вернуться

19

Ли Чанъюй – кандидат криминалистических наук, эксперт в области выявления преступников.

Вернуться

20

Согласно китайской мифологии, белый и черный духи забирают душу умершего.

Вернуться

21

Китайцы предпочитают стороны света для обозначения направлений; мало где используют «лево» и «право».

Вернуться

22

Название популярной китайской водки.

Вернуться

23

Грудино-ключично-сосцевидная мышца берет начало от верхней части грудины и ключицы; представляет собой тяж, который косо пересекает сосцевидный отросток височной кости (косточка за ухом).

Вернуться

24

Полнослойный кожный лоскут – часть кожи, которая приподнимается после колотой раны.

Вернуться

25

Подреберье – нижняя часть ребра.

Вернуться

26

Околосердечная сумка – тонкая оболочка вокруг сердца, которая защищает сердце при сокращении от трения о грудную полость и предотвращает травмы.

Вернуться

27

Почтительное обращение к мужчинам своего поколения в Китае.

Вернуться