# Робин Гад 2. Прах мечтаний

Владимир Владимирович Федотов

Бывает, когда Судьба у человека предопределена, и он идет по тропе времени принимая все что ему уготовано, не делая выводы, не меняясь в лучшую сторону, а только озлобляясь на весь мир. Он как бы пытается мстить всему миру, за то, что у кого-то хорошая семья, хорошая работа, бизнес, много друзей, да и вообще за то, что люди радостные и добрые, как же его это раздражало, что у кого-то все хорошо, а у него не так как у них. Этим человеком и стал Кресов Олег, живший лишь одной целью, одним вопросом, ну почему у меня не так как у других, вот я всем им покажу, они еще увидят кто я такой, ненавижу, ненавижу их.

**Глава 1**


Прах мечтаний…


Супермаркет жил своей жизнью. Назойливая молодёжь тусила в нём ежедневно, раздражая охрану и продавцов, так как единственное, что она там тратила, – это свою энергию, выражавшуюся безобразным поведением. Хронический недосып вперемешку с возрастом, перевалившим за пятьдесят, и негативное отношение к окружающему миру взбалтывали адский коктейль, который вырывался наружу при малейшей нервной ситуации. Клиент, кативший тележку с продуктами, зазевался и зацепил его краем.

– Ой, извините, я зазевался.

– Куда прешь, придурок? – ответил он.

Пауза, возникшая после, говорила о том, что сейчас что-то будет.

– Ну зачем вы так, я же извинился, – ответил клиент.

– Мне на твои извинения **ложить**? Ходите здесь довольные жизнью, с рожой радостной, придурки, дома им не сидится в выходной день! Достали уже! – прорычал он и пошёл по коридору искать молодёжь, которая уже сталкивалась с ним не раз и знала, что если на смене он, то конфликт неизбежен.


Олежка привык к тому, что такое поведение ему сходило с рук, и он вольготно чувствовал себя: вечером обматерит молодёжь, днём клиента какого-нибудь застроет, на обеде позаигрывает с продавщицей, которая забежала в комнату приёма пищи покурить и выпить кофе. «Ну а что, хоть какая-то разрядка, а то уроды вокруг, каждого учить надо, придурки сами не знают, что хотят».


Пообедав и поправив спецсредства на поясе, он взял рацию и доложил старшему смены, что обед окончил и выходит на маршрут движения.

– Принял. Пойдёшь, пройдёшься по торговому залу и проверишь пожарную сигнализацию в зоне ресторанов и кафе, – ответил ему старший.

– Принял, – ответил Олежка и пошёл, насвистывая мелодию.


Супермаркет напоминал ему город волшебника из Изумрудного города: детские площадки, кинотеатры, бассейн с фонтаном, многочисленные магазинчики от одежды до ювелирных украшений и электроники. Всё сияло и переливалось блеском роскоши. Вечно снующие покупатели раздражали его, и он свысока смотрел на них оценочным взглядом.


Зайдя в зону кафе и ресторанов, он увидел за столиком в кафе «Вкусно и Точка» того самого покупателя, который зацепил его тележкой. Проходя мимо, Олежка бросил на него ехидный и одновременно грозный взгляд.

– Зря вы так, у всех бывает, – опять сказал тот.

– Да пошёл ты, – ответил Олежка, проходя мимо.

– Постой, постой, – сказал тот. – Сколько можно меня оскорблять? Я добрый, но в меру. Ты напыщенный петух, сейчас ответишь у меня за всё, понял? – высказал ему подошедший покупатель. – Следи за своим мерзким языком, – хлопая по плечу, сказал он Олежке.


Олежка вздрогнул, но рука, которая уже лежала на его плече, резко и сильно сжала пальцы так, что трапециевидная мышца Олежки заныла, словно её прокололи чем-то острым.

– Не дёргайся, фраер, – сказал покупатель. – Таких, как ты, надо учить жизни. Странно, что ты, дожив до такого возраста, ещё не понял, что можно нарваться.

– Пусти-пусти, – тихо и жалобно прошипел Олежка, пытаясь вырваться, но рука, сжавшая его плечо тисками, не отпускала.

И только тогда, когда покупатель увидел страх в глазах Олежки, он отпустил его. Олежка ретировался и спешно зашагал по коридору.

– Я тебе устрою, козлина! – прорычал он.


Пройдя на третий этаж в комнату видеонаблюдения, он зашёл к Вячеславу, который сидел за камерами и мониторил безопасность в супермаркете.

– Привет, брат, нужна помощь, – сказал он.

– О! Олежка, привет. Что надо?

– Да одного козла посмотреть надо, ведёт себя подозрительно, сидит в кафе «Вкусно и точка».

Переведя курсор на зону питания, Вячеслав начал приближать камеру.

– Вот он, вот он! – громко сказал Олежка.

– А этот! Я его сегодня видел.

– Где видел? – спросил Олежка.

– Где? Да в зоне автостоянки. Я офигел: этот тип подъехал на красном «Мустанге», такой стоит покруче последнего нафаршированного «Мерса», коллекционная модель. Видно, богатый чувак и важный.

– Понятно, разберёмся, – прошипел Олежка и вышел из комнаты.


Его путь лежал на автостоянку. Он уже мысленно представил, как царапает бочины, капот и багажник этой машины. «Да, а чем? Зайду в «Ашан» за ножницами».

Пройдясь по торговым рядам «Ашана», он зашёл в канцелярский отдел. Взяв с полки ножницы, он небрежно оторвал бирку с ценой, бросив её в коробку, и положил ножницы в карман. Цель была предопределена. От нервного напряжения во рту у него пересохло. «Выпить надо, чего-нибудь хлебнуть».

Зайдя в отдел с напитками, он взял с полки банку «Кока-колы», громко щёлкнул кольцом и залпом осушил её, бросив пустую банку на пол. Такое он делал часто: прохаживаясь по торговым рядам, он мог взять практически любой товар и съесть. Будь то горсть орехов фундука, шоколадка или яблоко. Неважно, он – хозяин положения в его смену.


Выйдя на стоянку и охватив взглядом сотни машин, он сказал:

– Сектор Б, мне нужен сектор Б. А вот она стоит, сука!

Быстрым шагом он подошёл к «Мустангу» и, замахнувшись ножницами со всего размаха, всадил их в капот машины и, сильно надавливая, со скрипом провёл ими по всей поверхности.

– Будешь знать, козлина, как бычиться!

С багажником было проделано то же самое. «Да, зеркало надо!» – и он со всего размаху ногой ударил по зеркалу и отломал его, злорадно улыбаясь.


Как только он принялся за бок машины, с другой стороны начала подходить семья с детьми, искавшая свою машину.

– Добрый день, скажите, пожалуйста, где находится сектор Б?

– Да здесь, – ответил он. – Вам помочь?

– Да нет, мы сами, вон, милый, я его вижу. Пошли.

Их машина находилась на другой стороне сектора, и они прошли мимо. «Надо одну сторону доделать и валить», – подумал он.

Ножницы вошли в металл на несколько сантиметров и поехали со скрипом, рисуя колею, которая выкинет Олежку на обочину, но он не думал об этом.


Быстрым шагом он зашёл в супермаркет и направился в зону кинотеатров, куда его направлял старший. **Зайдя** в один из залов, он уселся в свободное кресло и, приглушив рацию, начал смотреть фильм под названием «Шаман». Зал окутывала темнота, свет от экрана создавал уютную атмосферу. Он закинул ноги на спинку впереди стоящего пустого кресла, достал пачку семечек, прихваченных в «Ашане» и спрятанных в кармане, начал лузгать, плюя шелуху прямо на пол.


Тем временем клиент, который имел конфликт с Олежкой, вышел на стоянку и, стоя перед машиной, в шоке думал, что ему делать дальше.


**Глава 2**


Обочина жизни.


Игорь, владелец единственного коллекционного «Мустанга» в городе, ехал домой и курил. Набрав по громкой связи начальника полиции города Знаменска Криворучко, он, обгоняя впереди ехавшие машины, выехал за город и направился к дому, который недавно купил в лесной зоне вблизи заповедника Орехово.

– Да, алло, Игорь, привет.

– Привет, Гена, у меня проблемка одна нарисовалась, подключи парней.

– Что за проблема? – ответил Гена.

– Да кто-то мне **покарябал**, даже не **покарябал**, а раздолбал капот и бампер с бочком моего «Мустанга».

– Постой, Игорь, это который тебе подарил Сергей Васильевич, заместитель министра сельского хозяйства?

– Нет, **Вася** подарил. Я так давно искал такую машину, и тут он, представляешь, месяц не проездил. Ну, с дуру поехал в «Ашан», Танька с детьми на море, в санатории в Испании, решил разукрасить свою холостяцкую жизнь походом по магазинам, вспомнить молодость. Сбрело же в голову.

– Всё, Игорь, понял. Завтра наберу.

– Спасибо, **Вась**, жду, – ответил он, подъезжая к дому.


– Третий, третий, ответь первому. Олежка, ты где? – но ответа не было.

«Вот засранец, – подумал старший, – опять в кинотеатре дрыхнет. Но я ему покажу».

Решительным шагом он зашёл в зал кинотеатра «Обливион». С краю, возле входящей двери, в самом тёмном месте зала, сладко посапывая, весь в кожуре от семечек, спал Олежка. Рация валялась на полу, мягко выпавшая из кармана. Обувь с изношенными задниками лежала под креслом, ноги Олежки в дырявых носках свисали со спинки впереди стоящего кресла.

– Вставай, вставай! Ну ты опять за старое, ты же обещал не косячить, Олег!

Олежка открыл глаза и уставился на старшего смены.

– А, это ты. Что надо?

– Олег, ну не подставляй меня, ну договорились же.


Олежка знал, что старший смены, бывший пожарный, вышедший на пенсию в сорок лет, был застукан им в кладовой магазина за интимной близостью с несовершеннолетней студенткой, которой едва исполнилось 17 лет. И, просвистев, как он любил, испугав парочку в момент сексуальных кульбитов, добавил: «Что ты, старый хрен, делаешь? Вот я доложу, кому надо».